Глава 41 Ванесса
Каждый раз одно и тоже. Смотреть, как эти полицейские свиньи склоняют свои головы, давясь от жира, который заплыл у них, где только можно, перед шишками выше их, а в этом случае перед семейством Аллан, которое пытается выставить свою дочь жертвой во всем этом, меня начинает раздражать. Их не волнует причина, но их волнует карманы, в которых скоро, как по их мнению, будет куча бабла за их очень «тяжкую» работу. А то, что Розания, этот маленький цветочек, сейчас лежит в больнице с множествами переломами никого не колышет. Зашибись.
Лениво развалившись на стуле, который, пиздец, какой не удобный, поставив правую руку на подлокотник и оперев ей голову, закинув одну ногу на другую, перевожу взгляд своих голубых глаз то с одного, то на другого жиробаса, после того, как они громко пытались доказать, какие они честные и накажут меня за содеянное, Эбигейл и ее отец, чуть ли не радостные ушли с участка. И сейчас в моей голове крутится только один вопрос, от чего в моих жилах кровь загорается, потому что я понимаю, что не могу стерпеть.
Поэтому, я спустила ноги, придвинула стул, который со скрипом прошелся по полу, покрытой плиткой, привлекая внимания тех, кто был за соседними столами, поставила свои локти на бумаги, предварительно сминая их, чем вызываю интересную реакцию на лицах свиней, складываю руки в замочек, опустив голову на них, и шепчу. Громко.
- Если по секрету, сколько вы получаете в свои карманы за такие очень сложные дела, в которых сразу видно, кто виноват?
Возможно, я рою себе яму, но этот вопрос, просто очень важен. Прям не на жизнь, а на смерть.
Ну и пусть, я и так уже сижу здесь за попытку убийства, которую мне предъявили, хотя я, блядь, не понимаю почему, если эта тварь, жива и здорова, и уже записывается на удаление своего прекрасного, но самое главное правдивого описания себя на своем лбу. Разве нет? Или я в чем-то ошибаюсь?
Те, кто проходил через наш стол, застыли, поглядывая на нас. Некоторые, кто сидел рядом за соседними столами, ахнули услышав мои слова, показывая свой шок, что отразился на их лицах. И возможно, совсем чуточку, я увидела подрагивание уголков губ на лице нескольких копов. Боже, да в этом мире все-таки есть не копии!? Это приятно удивляет.
- За оскорбление сотрудников полиции, - начал было первый, но я нагло перебила.
- Да знаю я, - весело проговорила, сверкая своими глазами. - Так вы не ответите? Так много, что сложно посчитать?
- Ты бы лучше помалкивала, а твоим тете и брату придется приносить передачки не три года, а пять.
- Что уставились? - зарычал второй, смотря на своих коллег. - Занимайтесь своими делами. Живо!
Те, кто остановился возле нашего стола, быстро ретировались перешептываясь, пока за соседними столами просто не закатили глаза и не вернулись к документации на столе.
- А я смотрю вы уже приговор вынесли, судья, - мои слова заставили двоих передернуть плечима, вытягиваясь, пытаясь придать своим пухлым телам грозности, что только веселило.
- Может мы и не судьи, но точно знаем, что таких, как ты, должны запирать за решеткой. - Я раздраженно выдохнула, от банальности их слов и откинулась на спинку стула, скрещивая руки на груди, но слова, что прозвучали следующими, заставили меня скрежетать зубами, а ногти пальцев впиться в ладони, оставляя там полумесяцы крови. - Прямо как твою мамашу. Одна жестокая сука, что чудовищный образом убила своего мужа в доме, в котором были ее дети, и вторая, которая переняла гены от своей матери-убийцы. - Когда я утратила последнюю надежду на маму, ее поступок после, заставил меня быть ей благодарной за спасение. Я виню себя, и уверена, что Дерек, где-то там, глубоко в душе ненавидит меня, за то, что я стала причиной ее заключения, а потом и смерти, заставляет мое сердце сжаться при воспоминаниях о ней. Каждый день, я благодарю Айрис, что могу быть рядом с братом и защищать его от этого жестоко мира, в котором все сплачиваются против слабых. И Дерек слабак, но с сильным и добрым сердцем. - И теперь скажи мне на милость, Ванесса Старк, за что ты так поиздевалась над своей одноклассницей, которая ничего тебе не сделала. - Мои губы были плотно сжаты в тонкую линию, сильнее вдавливаясь в полумесяцы. Мои глаза смотрят куда угодно, но только не на свиней, и только через время я замечаю, как открываются входные двери полицейского участка. Это блядь, гребаный пиздец. Потому что около десяти человек, не сбавляя шагу идут в нашу сторону. Эдгар и Браун возглавляют эту группу, с боку от своего жениха идет разъяренная Сара, а чуть сзади мой брат с Руби и Аароном. Адам весь напряженный идет со своим отцом, когда Майкл идет за ним, попутно переговариваясь с двумя незнакомцами. И все бы ничего, пока один тупой ублюдок не начинает из своего рта вываливать помои на меня, заставляя этим остановится недо-мафию. Блядь, но они правда своими действиями, напоминают мне мафиозный клан, который пришел вытаскивать своего человека с дерьма в котором он оказался. - Таких агрессивных животных, подобных тебе, нужно запирать в клетке с младенчества, пока вы не стали головной болью общества. Я очень жалею, что в нашей стране отменили смертную казнь, потому, что социопатки, вроде тебя нет места рядом с обычными людьми. И я вообще не понимаю, почему твою мать не расстреляли на месте за мужеубийство, которое...
Кожаная сумочка, с железными шипами по бокам не дала договорить копу, царапая его кожу на лице, пока Руби со всей силы начинает дубасить его, вызывая визг у него, как у настоящей свиньи. Вокруг начинает суматоха, которую я не могу назвать ничем, кроме, как дурдомом, потому что Аарон пытается вместе с Дереком остановить нападение Руби, тетя начинает материть всех подряд махая своими руками направо и налево, задевая своего жениха, который со злостью на глазах смотрит на сотрудников полиции, беря за руку Сару. Несколько копов подбегают к яростному Эдгару, что пытается кому-то дозвониться и по его тону можно сказать, что кому-то точно сегодня будет кранты. Майкл тычет пальцем на жырного, который теперь весь в царапинах на лице, что-то доказывая, пока Адам направился к соседнему столу, схватил правой рукой за спинку стула и не удосужившись поднять его, начал тянуть в мою сторону под отвратительный скрип. Его серые глаза, в которых застыла злость посмотрел на меня, от чего я поежилась, и почему-то в груди сдавило от горечи и боязни, что он злится на меня, поставил на расстоянии полметра от меня и плюхнулся на него, закидывая ноги на стол, чем вызвал еще больше криков в нашу сторону.
Я смотрела на профиль Адама, тогда, как он просто уставился на телефон, что-то печатая.
Дурдом прекратился, резким звоном, и это, что было зеркало, которое Руби случайно разбила, кинув в него свою сумочку. Вот это я понимаю вещь. Точно спастись можно от маньячелы, который ночью может напасть в подворотне. Ну, за это респект Руби, и, конечно, нужно будет узнать, где она купила это орудие пыток.
На весь этот балаган примчалось руководство, которое, как только завидело Эдгара и Брауна, стало услужливым паинькой. Вот, что значит богат.
И что я могу сказать по прошествии почти пяти часов в этом аду. Руби чуть не закрыли на пятнадцать суток за нападение сотрудника полиции. Но ее, так сказать свободу, отстояла Сара кровью и потом, но как выяснилось, семья Тейлор платит такие бабки, что мама дорогая и этого бы не произошло, как и семья Кинг, что взялась за мой вопрос. Двое мужчин, что вначале говорили с Майклом, как оказалось, были адвокатами от Эдгара и Брауна. Вау, спасибо. Но прежде, этих двоих ублюдков уволили. Вторая новость, семья Аллан забрала свое заявление с большим удовольствием, как только узнали какая сумма, была перечислена на их счет, но могу с уверенностью теперь сказать, что Эбигейл Аллан и не только, а и вся их семейка, теперь собирает свои пожитки и куда-то переезжает. За границу. На долгое время, как начал уверять Браун мою тетю. Третье, что не было удивительно я теперь под домашним арестом, наказание, которое, высказала моя любимая тетя, а плюсом к этому, школа у меня тоже под запретом на некоторое время, поэтому, ура, онлайн уроки! И четвертое, самое главное, наверное, в этой всей ситуации. Адам. Его разговор с Эбигейл по телефону в углу участка, пока я подписываю документы, на которые я хуй клала. Тупая боль в груди, заставляет кусать нижнюю губу, пока в моей голове всплывают слова Эбигейл, в ночь, когда она стала похожа на фарш от моих рук. Это ведь не правда? Адам не такой человек, но смотря на его волнующее лицо пока он говорит, мне начинает казаться, что между нами ничего и не было. Возможно, как и сказала эта сука, Адам просто развлекается.
Сумочка, повидавшая за такой короткое время крови, больше, чем сам коп, которого отметелили ею, теперь по словам Аарона будет висеть на самом видном месте в нашем доме, как орудие убийства.
Спать чертовски хотелось после такого выматывающегося дня, что я и сделала по прибытию в дом Тейлоров, отмахиваясь расспросов Сары, которая начала давать нравоучения, веселого Аарона, который пытался узнать детали моего нападения, волнующихся Руби и Дерека и поднялась в свою комнату, падая лицом в подушки, закрывая глаза.
Кажется, мне что-то снилось, но стук в дверь, а потом легкое поглаживание по моим волосам заставило разлепить глаза, устремился их на Адама, который сидит на краю моей кровати, водя своим указательным пальцем уже по моей щеке.
- Собирайся, - коротко сказал, и в его голосе не было злости, но вот в его глазах она просто бушевала. - Возьми немного одежды на некоторое время. Сара в курсе и отпустила тебя со мной.
А потом он просто ушел.
В багажнике машины Адама была закинута моя сумка с несколькими футболками, кофтами и штанов, также комплект нижнего белья, зарядка для телефона, расческа и самое главное коллекция головастик, на всякий случай. Вдруг Саре приспичит случайно выбросить их в мусорное ведро.
Мы ехали не долго, но это не значит, что я не задремала, облокотившись головой о стекло. Проснулась, когда Адам взял меня на руки, хлопая дверцами машины и направляясь к многоэтажки, пока я устраиваюсь на руках парня, обвив его шею своими руками, а голову, кладя на его мускулистый грудь. Консьерж поприветствовал нас кивком головы и вызовом лифта, в который Адам зашел, прикладываю карту к лифту, который оповестил, что подниматься мы будем сорок первый этаж. Ну и ни хрена себе...
Квартира встретила своей темнотой, но даже не включая света Адам прошел вперед, усаживая меня на диван в гостиной, на полу в которой лежал Илай, что завидев нас, сразу поднялся и начал обнюхивать, а потом плюхнулся рядом со мной, положив свою голову мне на колени. Кинг фыркнул, смотря на все это и пошел в дальнюю комнату, попутно включая везде свет, чем заставил меня жмурится, привыкая. Парень появился быстро, неся в своих руках коробочку, как оказалось, аптечку.
Адам опустился на колени передо мной, молча беря мои руки в свои, ладонью вверх и начиная обрабатывать их перекисью. Когда он закончил, нанес мазь на маленькие ранки и забинтовал, складывая мусор в пакет, поднимаясь и все отнеся назад, попутно выбрасывая мусор в ведро, что стояло при входе в гостиную.
Он не произнёс ни единой слова, но его действия заставляют почувствовать его нежность, которая сбивает с толку. Не заметив, как я прилегла на диван, скручивать в позу эмбриона, обнимая Илая, прошло около часа, прежде чем я поняла, что небольшой грохот исходит из кухни, запахи доходящие в гостиную просто великолепные. А всего через десять минут, на столике, возле дивана уже стояли тарелка со стеклом, салат с огурцов и помидоров с зеленью, заправленный оливковым маслом, блюдо с фруктами, кувшин с апельсиновым соком и стакан.
Адам протянул мне приборы, которые я взяла, поднимаясь, и посмотрела на парня, который смотрел на меня.
- Ты злишься на меня? - наконец спросила я, закусывая нижнюю губу.
- Да, - просто ответил Адам, скрещивая руки на груди.
- Потому что я избила ее? Эбигейл? Ты все еще что-то чувствуешь к ней, да?
Мои глаза не смотрели на него, я смотрела на свои руки, сжимающие вилку с ножом. Не знаю почему, но мои глаза застилает пелена, которая грозится стечь с моих глаз слезами.
Мой подбородок охватывают сильные пальцы Адама, поднимая мое лицо. Голубые встречаются с серыми.
- Ты такая дура, Ванесса Старк. Перестань думать о том, чего никогда не было. Мне фиолетово на Эбигейл, пусть делает что хочет, мне все равно. Хоть сдохнет, по барабану.
- Но...
- Я злюсь на тебя , Ванесса. Злюсь, что ты могла пострадать и могла быть беззащитна, пока меня не было рядом. - Адам отпускает мой подбородок, спускается на пол и кладет свою голову мне на колени, продолжая тихим голосом, опустошать меня своими словами, лениво выводя какие-то узоры на моем бедре. - Просто... просто не делай такие безрассудные дела , или хотя бы предупреди меня, чтобы я мог прикрывать твою спину. Ты очень важна для меня, чтобы я потерял тебя, только обретя свою бабочку.
- Я... я... почему ты тогда так тепло разговаривал с ней по телефону? - мой голос дрожит, и я ненавижу это. - Почему сегодня разговаривал с ней по телефону, а твое лицо было такое, будто ты волновался за нее.
- Дура ты, бабочка. - Все еще лежа прошептал он, периодически щипая за бедра. - Эбигейл Каспер, доверенное лицо моего отца и лучшая подруга мамы, которая помогла договориться с отцом сучки, которую ты превратила в посмешище. Я говорил с ней, а волновался за тебя, и если ты не веришь, можешь проверить мой телефон, если и так не поверишь, можешь даже встретится с ней, она как раз хотела посмотреть на ту, которая смогла укротить меня.
Почему то на моем лице появилась легкая усмешка, пока я одной рукой запутывать в волосах Адама, прежде чем опуститься и оставить легкий поцелуй на виске парня.
- Спасибо.