24
Pov Егор
Удар. Разряд. Ещё один удар. Разряд. Удар...
Так бьётся сейчас мое сердце, генерируя электричество между нами.
Мне мало было вчера перегнать тачку к ее подъезду и уснуть там в надежде, что увижу утром. Теперь это ощущение стало постоянным.
Сегодня я ее ещё в окно увидел. Спросил у охранника, куда пошла. И вот, поймал.
С огромным трудом проталкиваю в лёгкие загустевший воздух. Обхожу её, протягиваю стакан с горячим кофе. Вид у моей девочки уставший. Не спала всю ночь? А чем занималась? Думала обо мне после нашей встречи?
Я думал...
– Не надо, – качает головой.
– Бери. Вкусно.
Она, то ли чтобы отстал, то ли реально так устала и нет сил спорить, забирает стаканчик. Делает глоток, а я улыбаюсь. Это почти поцелуй. Я успел сделать тоже всего один глоток.
– Ты чего здесь? – пытаюсь завязать разговор.
Валя делает ещё один глоток. Слежу, как шевелятся ее влажные розовые губы, считаю на них мелкие трещинки от мороза. Крыша едет. Прикасаться хочется и долго умолять о прощении. Я готов. Мне невыносимо без нее, а она теперь такая недоступная для меня. Неприступная скала, но не бывает безвыходных ситуаций. Я найду.
– Документы забираю, – зевает, прикрывая рот ладошкой.
Точно не спала.
– Зачем? Я же тебе академ сделал. Даже это не обязательно. Ты вернёшься сейчас и ничего не будет. Никто ничего не скажет. Я все решил.
– Шип, – вздыхает Валя. – В моей голове это есть. Я знаю, что они видели. Понимаешь?
– Они видели красивую девушку, на которую теперь стояк у половины универа до весны не пройдет.
– Мне все ещё больно от того, что ты сделал, – признается она, глядя мне в глаза.
– Дай мне объяснить. Мы поговорим и я попробую залатать эту дыру.
– Один раз я тебе поверила, даже вопреки тебе же. Это была моя ошибка. Спасибо за кофе. Я отдам тебе за него деньги.
– Только попробуй! – злюсь на нее.
– Тогда просто спасибо. А сейчас извини, я очень устала. Хочу домой, – возвращает мне стакан и уходит.
Я хвостом за ней. Так сложно отпустить. Сейчас ведь опять исчезнет, а я после работы припрусь и буду ждать ее под окнами. Тупо это, но по другому пока не получается. Хочется бросить лекции и отвезти ее, но Валя не согласится. Нужно ключик какой-то найти.
С крыльца смотрю, как она покидает территорию универа. Спотыкается, поправляет сползающую лямку рюкзака и исчезает. А я больше на занятиях сосредоточиться не могу. Сваливаю с последней лекции. Ее как раз ведёт Алексей. Он без проблем отпускает, взяв с меня слово, что я буду в материале.
Работа в офисе у отца помогает немного загрузить голову другими мыслями. С родителем я почти не пересекаюсь. Он выдал мне в подчинение небольшой отдел. Отрабатываю навыки управления. Мне совсем не в тему будущей профессии, но точно пригодится, я же наследник. Просрать семейный бизнес было бы тупо.
После работы у меня спортзал. Не щажу себя сегодня, понимая, что завтра поднять тело с кровати будет проблематично. Ночью мне снится Валя. Это приятный сон. Мне нравится. Мы в нем целуемся на love–диване кинотеатра. И мне теперь это нравится, не скучно, потому что она рядом и ее можно трогать.
На утро вместо будильника опять стояк. Зашибись! Я в пятнадцать столько не дрочил, сколько сейчас.
Кончаю, стукнувшись затылком о стену в душевой. Ржу над собой в который раз. Во что я превратился? Маме бы, наверное, понравилось, если исключить интимные подробности. А что? Ни пью, ни курю, спортом занимаюсь, учусь, работаю, не ору больше по ночам...
«Стоп» – торможу собственные мысли, выключаю воду, заматываюсь в полотенце.
Работа... Валя теперь работает. И мне кажется, что ключ именно в этом. Я нащупал!
Смотрю на часы. Должен успеть!
Давно я так быстро не одевался. На мокрую голову накидываю капюшон от толстовки и бегу вниз к тачке. Нетерпеливо грею. На волосах начинают таять в миг образовавшиеся на морозе сосульки.
Еду к ней во двор, все время поглядывая на часы.
Валя уже в конце дома, поворачивает за него. Там остановка. Еду следом. Дожидаюсь, когда сядет в троллейбус. Снова еду за ней. Затеряться среди других машин даже не пытаюсь. Слишком заметная у меня тачка.
Девочка моя выходит через несколько остановок. Недалеко совсем от дома получается. Обходит многоэтажки и заходит в калитку из разноцветных железных прутьев.
Детский садик что-ли?
В принципе, не удивила.
К ней у входа подваливает толпа подростков. Хмурюсь, смотрю как они разговаривают, смеются. Одному из них она с улыбкой выдает шутливый подзатыльник, и они все вместе скрываются в здании.
На детский садик это похоже все меньше.
Оставляю машину. Иду на территорию. Ко мне навстречу выходит охранник в камуфляжной куртке с меховым воротником.
– Вы к кому? – интересуется он.
– Пока не решил. Что за заведение? – мне вывеску за ним не видно.
– Заведение, – хмыкает мужик. – Это детский дом, парень. Шел бы ты отсюда, если не спонсор, но на него ты точно не похож, так что иди.
– Спонсор? – цепляюсь за ещё один ключик. – А надо?
О детских домах я не знаю вообще ничего.
– А ты сам как думаешь? Дети здесь без семьи. Им всегда что-то надо.
– Понял. Слушай, а можно я полной наименование вашего учреждения сфоткаю? Поищу, почитаю. Может, будет от меня толк.
– Ну, сфоткай, – все ещё подозрительно смотрит на меня мужик.
Отходит в сторону. Делаю пару снимков на мобильный. Протягиваю ему руку. Игнорирует.
Ну и хер с тобой!
У меня новая цель появилась. Это надо спокойно переварить, изучить и проконсультироваться с Алексеем. Он, наверняка, шарит в этом. Даст подсказки, а дальше я сам.
Pov Валя
Честно признаюсь себе – устала. Маму начинаю понимать ещё лучше. Тяжело работать с детьми. А когда ещё попадаешь в ночные смены, где надо в оба глаза следить за старшими, начинаешь засыпать на ходу. Но это все мелочи в сравнении с кайфом от получения своих первых заработанных денег. Вчера нам перевели аванс, и мы с Юлей решили его обязательно отметить. Тем более, впереди выходные. И Кораблин затерялся в неизвестности. Если бы глупое сердце прекратило беспокоиться по этому поводу, было бы просто замечательно. Но мой самостоятельный орган продолжает тоскливо сжиматься от одной лишь мысли об этой сволочи.
Умывшись теплой водой, выхожу в коридор и ежусь от холода. Дверь открыта. Наш дворник вместе с охранником и двумя парнями в синих комбинезонах заносят кортонные коробки, заклеенные скотчем. Люся разгоняет любопытную малышню, чтобы не простыли. Ловлю двоих мальчишек за рубашки и тоже увожу в сторону.
– Что это? – киваю на очередную партию коробок.
– Спонсорская помощь, девочки, – к нам подходит Мария Витальевна, совмещая в себе функции и бухгалтера, и отдела снабжения, и завхоза. Активная, бойкая женщина с пропеллером в одном месте.
– Новый что-ли кто? – хмурится Люся.
– Да, какой-то клуб. Сейчас.. – водит пальцем по накладным. – Либерти. Знаешь таких?
– Клуб? – удивляется Люся. – Я похожа на завсегдатая ночных клубов? – приподнимает бровь наш воспитатель.
– Это мотоклуб, – вырывается у меня. – А чья подпись там стоит? – с бешено колотящимся сердцем пытаюсь заглянуть в документы.
Мария Витальевна снова водит ярко накрашенным ногтем по документам.
– Калужский Г.Б., – отвечает мне. – Знакомый кто-то?
– Да так, – едва заметно выдыхаю. – Косвенно.
Отхожу в сторону. Привалившись спиной к стене, прикрываю веки. Что-то меня потряхивает и колени ватные.
Так бывает только в одном случае, если где-то рядом есть Кораблин. Ну просто таких совпадений не бывает! Стоял себе детский дом, никого не трогал. Я пришла сюда работать и бах, у них появился новый спонсор. И не просто спонсор, а мотоклуб, в котором состоит кто? Правильно, Егор Кораблин!
Только теперь эта ситуация у меня не складывается ещё больше. Где Шип и где подобные жесты? Да и зачем ему это? И откуда он вообще знает, где я работаю? Я точно не говорила. Максимум, где мы с ним пересекались, это утром у моего дома, но в последнее время он не появляется.
«Аааа!!! Шип, черт бы тебя побрал! Ты опять заставляешь меня думать о тебе! Брысь из моей головы!»
– Ты чего? – рядом появляется Юля.
– Голова немного закружилась, – даже не лгу. С Шипом всегда так, даже на расстоянии. Это не лечится, – Пойдем посмотрим, что там привезли? Можно уже?
– Ага. Мария Витальевна дала добро разбирать.
Входим в детскую группу. Наша партия коробок наравит посыпаться прямо на крутящихся вокруг нее детей.
– Так, котята, кыш на диван! – разгоняет их Юля. – Кыш-кыш-кыш. Сейчас кого поймаю, съем! – раскинув руки в стороны, бежит за ними, громко топая ногами. Детвора с визгом бежит в рассыпную. Смеются, прячутся кто куда.
Усадив их на диван, возвращаемся к коробкам. Вместе с Люсей раскрываем. Канцелярка. Много красивой, яркой, детской канцелярии. Тут все: и альбомы по полу для мальчиков и девочек с мультяшками, и тетрадки со сказочными героями, и раскраски, и специальные тетради для обучения письму. Ручки обычные шариковые, цветные ручки, наборы гелиевых ручек с более яркими цветами, с блестящими чернилами, карандаши, ластики, краски, стаканчики-непроливайки, пластилин. Глаза разбегаются.
– Какие молодцы, – вздыхает Люся.
– А пойдем посмотрим, что там у старших? – подмигивает мне Юля.
Спросив разрешения у воспитателя, ухожу со своей новой подругой. У наших подростков есть своя иерархия. Каверин – лидер у всех. Он и стоит сейчас «на раздаче» у коробок. Никто не лезет. В руках у парня модный рюкзак с множеством удобных карманов и замков.
– Круть, – вздыхает один из ребят. Рюкзак летит в него, – Спасибо, – кивает он.
Закончив с раздачей, к слову, внешне разных рюкзаков, приступает к мелочам. У них тоже канцелярка, но в более сдержанных тонах.
– Привет, – улыбается он Юле и кивает мне.
– Привет-привет. Справляешься, я смотрю, – отвечает ему.
– А что, были сомнения в моем авторитете? – парень складывает на груди руки и смотрит на подругу с вызовом.
– Боже упаси, Дема, молодец. Разрулил. Пойдем, – толкает меня в бок.
– А? – хлопаю ресницами. – Да, пойдем. Задумалась.
– А скажи-ка мне, подруга, – она цепляет меня под руку и тянет в столовую. – Не твой ли это красавчик нашим детям праздник устроил?
– Он не мой! – фыркаю я. – Больше нет. И там фамилия была «Калужский». Так что не он это.
– Ну да, ну да, – смеётся надо мной Юля.
Зевнув, возвращаюсь к своим подопечным. Люся раздала им новые альбомы, цветные карандаши и усадила рисовать. В группе стоит сосредоточенное сопение и ширканье грифеля по бумаге.
Пришла моя задержавшаяся сменщица. Зевая и потягиваясь, я собралась, попрощалась со всеми, дождалась Юлю на крыльце.
Идём вместе на остановку. Я машинально взглядываюсь в проезжающие мимо машины. Ругаю себя, но все равно всматриваюсь. Нелогичная девочка и сердце мое нелогичное! Ему обидно и больно, а оно все равно колотится в сторону Егора и, кажется, именно этот орган даёт команду глазам выискивать «хищника» на дороге.
Дома тишина. Мама на работе с утра. На столе для меня накрыт салфеткой остывший завтрак. Улыбаюсь ее заботе, делаю себе чай, стаскиваю с тарелки пышный оладушек. Макаю его в миску со сметаной и жмурясь, откусываю сразу половину.
Доев, облизываю пальцы.
На душ у меня сил уже нет. Переодевшись, забираюсь под одеяло, закрываю глаза и моментально отрубаюсь.
Меня будит звонок подруги.
– Соня-засоня, мы идём отмечать твой первый заработок или где? – бодро интересуется Юля.
– Конечно, идём, – натягиваю одеяло выше. Хорошо так под ним. Уютненько.
– Тогда предлагаю шикануть и сгонять в ночной клуб. Естественно, платим пополам, – уточняет она.
Не то, чтобы на аванс от бюджетного учреждения можно было шикануть, но я чувствую острую необходимость в подобном загуле. Нужна несвойственная мне хотя бы лёгкая безбашенность, чтобы все выветрилось из головы.
– Давай, – легко соглашаюсь.
Душ помогает мне проснуться окончательно. Предупреждаю маму, что вернусь поздно. Она переживает.
– Может, просто в кафе посидите, Валь? – смотрит, как я наношу макияж ярче обычного.
– Нет, мам. Мы уже решили, что идём в клуб. Нормально все будет.
– В прошлый раз ты мне так же говорила, – вздыхает она. – А потом я чуть с ума не сошла, когда моя дочь начала превращаться в бледное приведение.
– Такого больше не будет, – поправляю прическу, целую ее в щеку.
Мама идёт за мной в прихожую, наблюдает, как я застегиваю ботинки, заправив в них белые узкие джинсы.
– Красивая? – улыбаюсь ей.
– Очень. Будь осторожна, пожалуйста. И на связи! – строго грозит пальцем.
«Профдеформация» – думаю про себя, а ей шире улыбаюсь. Я, наверное, тоже такая буду.
С Юлей встречаемся на остановке. Дожидаемся свою маршрутку и едем в центр. Загул решено начать оттуда. Выберем подходящее заведение и осядем.
Мне сообщение от Насти приходит: «Чем занимаешься?». И я понимаю, что автоматом не позвала ее с нами гулять. Даже в голову не пришло! Становится неловко. Обманывать ее совсем не хочется.
«Пойдешь с нами в клуб?» – решаю позвать.
Она соглашается и даже советует, куда именно нам лучше податься. Настя спец в этом деле, решаем довериться.
Через час, наконец, состыковываемся и в заведение заваливаемся все вместе. Заказываем обычный столик без всяких приставок «Vip». Я совершенно теряюсь, вчитываясь в названия коктейлей. На фотографиях все такое вкусное.
– Предлагаю не париться, и заказать сет шотов. Всё попробуем и определимся, – предлагает Настя.
Так и делаем. Через несколько минут перед нами выставляют рюмки с разноцветными жидкостями. С сомнением смотрю на это дело, а вот девчонки с удовольствием принимаются за дегустацию.
– Ты зачем сюда приехала? – смотрит на меня Юля. – Отрываться. Вперёд! – вкладывает в руку одну из стопок. – Он сладенький. Пробуй залпом, чтобы весь вкус по рецепторам распределился.
Выдохнув, опрокидываю в себя шот.
– Ой, – морщусь. – Жжется!
– Так они крепкие, – смеётся Настя. – Ещё!
Рюмки разлетаются. Непривычный, крепкий алкоголь теплом разливается по венам. Быстро пьянит. Так хорошо становится. Заказываем ещё один сет и идём танцевать. Я улетаю от ритмов музыки, растворяюсь в них и становится действительно легче.
Ещё пьем. Снова танцуем. Громко смеемся, рассказывая друг другу смешные случаи из детства. Потом шутки доходят до бывших парней, и мое настроение начинает стремительно падать.
– Не-не-не, так не пойдет! – крутит головой Настя. – Пошли! – берет меня за руку и тащит за собой к выходу.
– Куда? – стараюсь быстрее перебирать ногами, чтобы банально не рухнуть прямо под ноги танцующим.
– Попробовать новое, – хулигански смеётся подруга детства.
Все второем выходим на мороз. Он пробирается под одежду и немного отрезвляет. Настя достает из сумочки плоскую пачку с длинными сигаретами. Протягивает нам по одной.
– Я же не курю, – напоминаю ей.
– Это просто маленькая шалость. Хватит быть такой правильной, – фыркает Настя. – Смелее!
Наверное, я слишком много выпила, потому что сигарета оказывается в моих пальцах. Настя быстро инструктирует, как ее прикурить. Горький дым попадает в горло и я начинаю кашлять.
– Фу, какая гадость! – скривившись, выкидываю сигарету в урну, аккуратно вытирая заслезившиеся глаза.
Девчонки по-доброму смеются надо мной.
– Как ощущение? Почувствовала себя бунтаркой? – не унимается Настя.
– В полной мере, – окидываю взглядом клуб.
Возвращаемся в тепло, заливаем в себя ещё по шоту, и он бьёт в голову гораздо сильнее всех предыдущих. На танцполе начинает кружиться голова. Оставляю девчонок и возвращаюсь на диван.
В голове шумит, тело слегка ватное, но мне хорошо. Закидываю в рот оливку, бесцельно лестаю ленту в социальной сети на мобильном.
Девчонки возвращаются. Мы пьем ещё. Ещё смеемся. От общего шума начинает закладывать уши.
Нам приносят красивые коктейли в высоких стаканах. Я даже не помню, кто именно их заказал, но выглядит вкусно. Что-то очень мягкое, с тропическими нотками. Не чувствуя в нем алкоголя, выпиваю практически половину и...
– Как пить хочется, – не узнаю собственный голос.
Я лежу...
Стоп! Я лежу?! Мы же только что в клубе были!!!