30. Ярая исчезла
7 сентября, 854 год.
— Они вернулись! — доносились голоса встречающих на Парадизе. Разведчики вернулись домой...
Из дирижабля постепенно выходили солдаты, а в конце вереницы элитники вели в наручниках братьев Йегеров, которые не были против этого, так как изначально знали, на что шли, и двух кадетов-Воинов. Вторые, впрочем, пока не сопротивлялись, лишь внимательно озираясь по сторонам. А замыкали всё это дело люди, выносящие восемь трупов.
Вообще, Зик особо не удивился новости о том, что Руна – Аккерман. Он предполагал нечто подобное, но до конца надеялся на обратное. Хотя это сразу объяснило необычную реакцию организма Рубины на спинномозговую жидкость элдийцев. Аккерман – весьма странный клан. И всё же что-то неприятное кольнуло у блондина внутри, когда ему наконец-то раскрыли истину. А ведь он до последнего убеждал себя, что это невозможно! Но, увы... Нет, конечно, ему было прекрасно известно, что она скрыла настоящее имя, и всё-таки...
Рубина лишь раз после признания посмотрела Зику в глаза. Всего единожды. Однако, хотя серые глаза выражали горечь от такого исхода, в них читалась фраза, крутящаяся в мыслях Воина.
«Это ничего не меняет, Разведчица.»
— Рубина! Хоуп! — махнул рукой Лука, подзывая их к себе.
Аствэлл лишь мотнула головой, едва сдержав слёзы и ушла в противоположную сторону. Аккерман же, вздохнув, поджала губы, но подошла, кивнув в знак приветствия.
— Привет, Лу.
— Аки ведь должна была прибыть с вами. Где она?
Руна и Лу нечасто общались после внезапной встречи на материке, однако оба помнили своё прошлое. Лука по-прежнему помнил, как вместе с Акирой оказался на пороге дома Рубины. Не забыл, как она защитила его с сестрой, приютила и обучила. Это было невозможно забыть. А Ярая помнила, как подвела его. И пусть он выжил, ей никогда уже не изъять щемящее чувство вины из своего сердца.
Аккерман посмотрела в глаза другу. Вновь поджала губы. И в холодных глазах «сестрицы Ру» он, кажется, прочитал ответ. Пуля Габи Браун забрала на тот свет две жизни...
— Прости, — лишь прошептала она.
Его кулаки сжались, голова опустилась. Выдохнул. Вновь поднял взгляд на Аккерман и сделал рывок, крепко обняв её. Она утешающе приобняла в ответ. Теперь Акира покинула их окончательно.
По плану сначала им всем нужно было попасть в Штаб, а четверых арестованных – пока запереть за решёткой. Всех в разные, кроме детей. Потом планировалось быстро разобраться с бумагами и отвести Звероподобного подальше от Йгера-младшего, пока они не выяснят их настоящую задумку.
Рубина пребывала немного в потерянном состоянии, хотя это было для неё совсем не свойственно. Разведчица вернулась домой. Но дом ли это для неё? Она уже и не знает. Конечно, Ярая никогда не назовёт родным местом Маре. Скорее уж случится конец света. Но Парадиз... Истина в том, что наш дом там, где нас любят и ждут. А что делать, когда тебя любят два человека из враждующих сторон? Разорваться? Глупо же.
Рубина – уроженка Парадиза. Более того, она – солдат разведывательного легиона. А ещё она искренне дорожит теми, кого обрела в этих Стенах. Наконец, она элдийка. Так что Аккерман будет сражаться за этот клочок земли и не позволит чувствам, возникшим на миссии, мешать главной цели. Руна слишком профессиональна, чтобы поступки и мысли на прошедшем задании как-либо влияли на неё теперь и в будущем. Ведь она солдат...
Ханджи благополучно не пустила её работать, зная, что той требуется немного времени, чтобы снова адаптироваться. Остров изменился. Сама Рубина долго не препиралась, не желая случайно попасть под горячую руку проныр-журналюг, так что решила, пожалуй, в первый за целый год свободный день навестить давнего знакомого.
**
В отличие от всего остального Парадиза корпус кадетского училища ничуть не изменился. Правда... теперь курсанты стремятся вступить в ряды солдат не за тем, чтобы уничтожить титанов, а для того, чтобы противостоять врагам с материка.
Дежурные с удивлением проверили документы, которые в своё время подготовил Леви и в которых теперь значилось её настоящее имя – Рубина Аккерман, – и принадлежность к разведчикам и со спокойной душой пропустили. Шадис наблюдал за тренировкой по рукопашному бою, стоя спиной к воротам и привычно широко расставив ноги, а руки сложив за спиной. Некоторые вещи и привычки не меняются.
— Здравствуйте, инструктор, — произнесла Ярая, становясь справа от мужчины.
Тот сперва нахмурился, затем повернул голову в сторону голоса. В сей же миг его брови, которых, впрочем, уже давно не было, взметнулись вверх. Глаза округлились, почти разглаживая старческие морщины. Его рот слегка приоткрылся от удивления. В первые несколько секунд он был уверен, что рядом с ним сейчас стоит Кушель! Словно объект его подростковой любви воскресла и предстала в свои лучшие годы! Те же тонкие черты лица, тот же рост, те же чёрные волосы и тот же самый необычайно спокойный взгляд... Кис проморгался, как следует, прежде чем заметить, что глаза у этой особы разные, да и по выражению они куда холоднее, чем у её матери. Хотя и Рубину он тоже считал мёртвой. Но, чёрт подери, как же она похожа на Кушель...
— Живая или глюки? — первое, что он спросил. Кажется, даже голос его осип. Оно и понятно, неожиданная встреча вышла.
Руна про себя усмехнулась: Шадис действительно не изменился.
— Живая, — кивает, отводя от него взгляд и направляя внимательный взор на тренирующихся. — Как дела, старик?
— Брохер, остаёшься за меня! — отдал распоряжение Кис, после чего ровно пошёл к главному корпусу, затем проведя гостью в свой кабинет.
Они расположились, и, после того как в руках у обоих оказались кружки с чаем, разговор возобновился.
— Я считал, ты погибла четыре года назад.
— Все так считали, кроме Леви. Он знал правду. Если кратко, я внедрилась в Маре.
— И всё время с битвы за Шиганшину была на материке?
— Ага, — равнодушно кивнула. — По воле случая туда ещё Шэдс попала, но она просто ухватилась за жизнь, не желая как-либо вмешиваться в войну... Увы, погибла в последней операции, — она немного помолчала, вздыхая. — Я иногда контактировала с разведкой последние три года, так что даром моя миссия не прошла, если тебе интересно.
— Продержаться там в одного столько времени и удачно втереться... Наверное, такое могла провернуть лишь ты, — старик знакомо усмехнулся.
Однако было в нём нечто такое, что насторожило Аккерман. Что-то.. словно не его совсем. То ли голос не такой насмешливо-презренный стал, то ли словесной грязью всех и вся прекратил поливать. Или взгляд изменился? Что-то почти неуловимое, но заметное. И это не нравилось Руне. Где привычный ворчливо ухмыляющийся Шадис?
— Что случилось? — прямо спросила она, помрачнев.
Насколько тут всё изменилось за то время, что её не было?
— Старость случилась, — усмехнулся инструктор, но тоже немного нахмурился и, вздохнув, перевёл взгляд на окно, в котором виднелась тренировочная площадка. — Нынешние кадеты.. отличаются от тех, что были раньше.
— Неудивительно. Время сейчас...
— Рубина, за эти четыре года... Ты теперь невероятно похожа на Кушель.
Брюнетка невольно сжала в руке кулон-рубин, неизменно висящий на её шее, сквозь ткань кофты.
Он и сам не знал, зачем сказал это. Понятия не имел. Но почему-то ведь раскрыл мысли... По правде, Шадис устал. Он, как и многие солдаты, видел смерть неисчислимое количество раз. Хотя впервые это произошло, когда ему было пять. Он до сих пор помнит лицо своей матери, перекошенное ужасом. Да, с отцом ему не повезло – тот забил жену до смерти на глазах у ребёнка. За что, правда, Кис уже и не ответит. А когда в десять лет познакомился с братом и сестрой Аккерман в лице Кенни и Кушель... Что ж, наверное, друзей ближе, чем они, у инструктора никогда больше не было. Но с ними он, к сожалению или к счастью, разошёлся.
В рядах армии у него появлялись и уходили, чаще погибали, приятели, но никому из них Шадис не доверял так же сильно. Разве что Гриша Йегер, странный гражданский, стал для него почти братом. И вот теперь... ему уже просто хочется жить спокойно. Хватит с него военных происшествий и неразберихи.
— Спасибо, — немного помолчав, тихо произнесла Рубина, вытягивая Шадиса из раздумий.
— ..Как думаешь, чем всё закончится?
— Если бы я знала...
***
9 сентября, 854 год.
Леви нервничал. Нехорошее предчувствие преследовало его с момента отъезда Рубины два дня назад. Причём если раньше это ощущалось нормально и в разумной степени, то сейчас просто не давало продуктивно работать. Но, тем не менее, пришло время отправляться к восточному лесу Гигантских деревьев вместе с Зиком. Основной состав команды уже был там, а Звероподобного доверили перевозить малому отряду из четырёх человек, включая самого Аккермана.
— Что, ты даже запретил ей выйти проводить нас? — усмехнулся связанный Йегер, уже сидящий в повозке.
— Заткнись, — в привычной немного брезгливой манере произнёс Леви, забираясь и устраиваясь напротив. Он сам-то её уже давно не видел, а тут ещё и горе-любовник на нервы действует.
Отряд выехал. Сперва им нужно было обогнуть дугу вдоль Сины, чтобы затем отправиться напрямик к цели, без всяких лишних заворотов. Один всадник двигался впереди, второй – позади. Третий управлял повозкой, а капитан сидел в телеге недалеко от блондина, не сводя с того глаз.
Они проехали уже достаточно, почти добравшись до главной дороги между Стохессом и Каранесом, когда заметили прямо перед собой двух приближающихся всадников. Те оказались сотрудниками кадетского училища.
— Майор Леви! — крикнул один из них, а Аккерман скривился от непривычного обращения. Куда приятнее для слуха, когда его зовут обыденно – «капитаном». Однако эти двое не относились к корпусу разведки, так что исправлять он их не стал – нечего вновь нервы трепать ради чужих.
Приблизившись окончательно, оба солдата спешились и отдали честь. Аккерман тоже сошёл на землю и остановился напротив.
— Ближе к делу, — прервал Леви сумбурную речь того, что был помладше.
— Ярая исчезла! — сообщил старший товарищ, помнящий её ещё со времён кадетки.
Да, за то время, пока Руну считали погибшей, некоторые индивиды, знающие её лично, возомнили себя детективами (хотя, возможно, им кто-то проболтался насчёт этой особы), сопоставили все факты и провели аналогию, добавив ко всему прочему сведения об идентичной внешности (а все знают, что отличительной чертой были глаза). В итоге теперь все, кому не лень, знали, что Рубина из разведки и Ярая из Шиганшины – один и тот же человек, "героически отдавший" жизнь четыре года назад.
«Значит, она к Шадису моталась», — тут же сделал первый вывод Леви, но сразу нахмурился.
— Когда?
— Около суток прошло.
«Идиоты.»
— Так какого чёрта вы мчитесь только сейчас?
Леви умудрялся сохранять холодность разума, хотя внутри всё клокотало. Вот куда она могла запропаститься, вообще? А главное, зачем? Она ведь не дура, чтобы уезжать куда-то надолго, не предупредив.
Тот из помощников Шадиса, что постарше, вытянул руку, показывая висящий на тонкой верёвочке кулон. Алый рубин. Аккерман принял вещицу, схватив за верёвку.
— Это ведь её, да? — взволнованно уточнил молодой солдат, на что Леви кивнул. — Мы нашли его сегодня недалеко от наших ворот.
Зик тоже узнал этот камешек. Хотя он не знал ничего о «Ярой», но точно помнил, что кулон принадлежал Руне.
— Мы слишком далеко уехали от Штаба, чтобы возвращаться, — хмуро произнёс Аккерман. — Я не могу доверить вам перевозку Звероподобного без меня. Однако и Ярую смогу найти лишь я.
Он ругнулся себе под нос. Долг или сестра?
— Вы знаете, где она может быть? — удивлённо спросил один из сопровождения.
— Предполагаю, — кивнул. — Только одни люди могут представлять для неё такую опасность. В другом случае она бы вышла сухой из воды... Тц. Дьявол. Вы, — обратился к помощникам инструктора, — возвращайтесь в свой корпус. Вы, — перевёл взгляд на подчинённых, — отправьтесь с ними, но кто-то один должен добраться до леса к остальной группе и передать, что мы задержимся. Звероподобного я проконтролирую лично. Ни о чём не трепаться. Выполнять.
— Есть! — все пятеро отдали честь, оседлали лошадей и двинулись в путь. Уж в его приказах они сомневаться не смели.
Леви развернул повозку в сторону Стохесса и направился туда. В какой-то момент обернулся на блондина, прожигающего его спину взглядом. Сперва молчал.
— ..Ты, — начал Леви, на миг поджав губы, пристально взирая на недопленника, — насколько дорожишь моей сестрой?
Зик аж опешил от такого прямого вопроса. Честно признаться, он не успел ещё свыкнуться с мыслью, что эти двое одной крови. И всё же Йегер нахмурился, твёрдым взглядом встретив колючий холод серых туч.
«Хм, а выражение глаз-то у них одинаковое.»
— Какой ответ ты ждёшь, капитан?
— Тц. Чем честнее ответишь, тем вероятнее останешься жив.
— ..Если она скажет не пытаться убить тебя... Что ж, я её послушаю. Такой ответ устроит?
На самом деле он до этого и представить не мог, что Аккерман в курсе странных отношений между ним и Руной. Ещё больше его удивило, что Леви достаточно холодно об этом говорит. Вывод напрашивается сам – знает он всё довольно-таки давно. А безразличием, как обычно, прикрывает волнение. Капитан вновь повернулся к дороге.
— Тогда не смей крысить, потому что Рубина исчезла. И мы должны её найти.
— Само собой, но... Почему такой, как ты, выбрал семью, а не долг?
«Потому что она бы не оставила ориентир, если бы хотела просто уйти. И потому что терять её в очередной раз я не намерен, Обезьянья морда.»
Но вслух он ничего не ответил, однако произнёс спустя некоторое время:
— Замечу какой-то выкид с твоей стороны – убью.
— Знаю, — ответит спокойно.
— Учитывая, что Руби сорвала с себя кулон, ей действительно грозит опасность. Существует только одно место, где её могут убить... Так что мы едем именно туда – в Дальний город.
— Что за названия странные? То Дальний, то Немой наравне с обычными тривиалами.
Блондин снова свёл брови к переносице. Аккерман же обернулся к нему, приподняв бровь.
— Она рассказала тебе?
— Случайно обмолвилась, не более.
— Тц. Это город, в котором ты при всём желании не сможешь нормально превратиться, — он перевёл взгляд на дорогу, на всех парах въезжая в Стохесс – границы уже не охранялись. — Город под землёй.
**
Зик, стоит признать, был впечатлён. Он впервые оказался в подобном месте. И сразу понял, почему Леви не побоялся взять его с собой. При всём желании превратиться в титана здесь действительно не выйдет – сразу же завалит камнями. Да и улочки слишком узкие.
Брюнет уверенно шёл между ветхих домишек, иногда петляя, в конце остановившись перед одним из них и постучавшись. Йегер благоразумно решил промолчать. Через минуту послышалось ворчание, и дверь открылась. На пороге стоял рыжий мужик, чуть заросший и достаточно упитанный. Его недовольное лицо озарило удивление, стоило ему увидеть хмурого разведчика.
— Крылатый? Какими судьбами?
Леви проигнорировал прозвище – они всех из легиона так называли.
— Слышал что-то о Руне?
— А она жива разве? — Барт почесал затылок. — Не, в столице её точно нет. Поищи в Дальнем.
Леви кивнул, одновременно благодаря и прощаясь, и направился к краю городка. Зик молча следовал за ним, подметив, насколько хорошо его временный союзник ориентируется в этих местах. Разумеется, ему было известно, что Рубина выросла под землёй. Но Леви? Та же Микаса ведь на Поверхности росла.
— Ты тоже отсюда, как и она? — наконец задал он интересующий вопрос, но Аккерман не стал отвечать. Если бы не миссия, давно бы уже прикончил, как и обещал Эрвину. И всё же с этим придётся подождать. И приличное количество времени.
Пройдя по тоннелю с множеством ответвлений, следуя за брюнетом, Йегер окончательно решил, что делать западло неразумно. Иначе он просто не найдёт путь обратно. А у него нет права оставаться здесь доживать свои месяцы – слишком большая ноша возложена на его плечи, чтобы сбежать вот так. Но рассуждения о долге можно отложить на некоторое время. Сейчас у них другая задача – найти и вернуть Рубину Аккерман.
Удивительно, что Ярая, пусть и на короткий промежуток, но всё же сумела примирить двух солдат, вражда между которыми, пожалуй, не закончится вплоть до самой смерти одного из них...