Отчаянный разум

Макс встретил Алину у порога, слегка удивлённый её появлением. Она заглянула в комнату слева и заметила блондина, мирно спящего под тонким пледом.

— Почти весь день спит, — сказал диджей, бросив взгляд на её усталое лицо и стопку книг, торчащую из сумки на её плече.

— Я побуду с ним, пока ты на работе, — ответила она.

Макс посмотрел на неё с недоумением и, почесав затылок, помог ей снять пуховик.

— А он... разве заслужил это? Честно говоря, я не думал, что ты придёшь.

— Я тоже сомневалась. Но если бы ты раньше сказал мне о болезни... — Алина устало посмотрела на взъерошенные белые волосы, когда диджей заглянул к Кириллу и закрыл дверь, чтобы свет не падал на его голову слишком ярко. — Хотя никто не виноват, извини.

— Эй, ты совсем бледная. Пойдём поедим, — предложил Макс, махнув рукой в сторону кухни, откуда доносился аппетитный запах мяса. — Я пожарил котлеты.

Алина зашла в ванную, тщательно вымыла руки и села за стол, где её ждали макароны и овощной салат.

— Значит, ты всё знаешь? — спросил Макс чуть тише, включая чайник и садясь напротив неё. Она кивнула. — Прости, принцесса. Он не хотел рассказывать.

Макс виновато поджал губы, и Алина с усмешкой отметила это непривычное для него выражение.

— Я понимаю, почему ты хотел сохранить его тайну. Ты знаешь, что это за болезнь?

— Я не учился в престижном университете, но за десять лет кое-что узнал.

— Как ты справлялся всё это время?

— Разве у меня был выбор? Мы познакомились, когда он пытался убиться.

Ложка замерла у губ Алины, и она медленно опустила её.

— Вот откуда эти шрамы... — Макс кивнул, выдыхая остатки давно забытых воспоминаний. — У него частые депрессии?

— То, что ты видишь сейчас, ещё не самое страшное.

Алина провела рукой по голове, зачесав назад копну волос. Макс застыл, глядя ей за спину, и его рот невольно закрылся. В дверях появился блондин и сел за стол между Алиной и Максом, положив локти на белую поверхность.

— Как дела? — спросил диджей, заметив, как друг часто зевает.

— Отлично, — нахмурился Кирилл. — Дай поесть. — Макс поставил перед ним тарелку с такой же порцией, как у Алины, но блондин сморщил нос, и у девушки моментально пропал аппетит. Когда парень отбросил тарелку, она звякнула о стол. — Опять эти макароны.

— Ресторан закрыт, так что довольствуйся тем, что есть, — ответил Макс.

— А что бы ты хотел? — спросила Алина. Кирилл вдохнул воздух, не решаясь посмотреть ей в глаза.

— Ненавижу макароны, — голос парня дрожал, а в глазах блестели слёзы. Алина отвернулась, чтобы не видеть его страдания.

— Тебе не обязательно их есть, — она встала, собрала макароны с его тарелки и переложила в свою. У него осталась только аппетитная котлета и салат. Парень глубоко вздохнул и принялся за еду, почти не глядя на тарелку. Когда он доел порцию, а диджей уже собирался в клуб, бегая по квартире в поисках одежды, Алина решила проверить расписание лекций на следующую неделю.

— Ты точно справишься, принцесса? — спросил Макс, уже полностью собравшись. Он был одет в белоснежную толстовку и брюки.

— Конечно, не переживай, — ответила она.

— Иди на свою работу, — резко сказал Кирилл. — Ведёте себя так, будто я ребёнок.

— А как нам себя вести, когда у тебя выражение каторжанина?

— Вот уйдёшь, и я сразу начну веселиться, — Кирилл слегка приподнял уголки рта, но его взгляд оставался усталым.

— У нас всё будет хорошо, — Алина нежно похлопала его по руке, и Кирилл замер, сжав плечи.

Звонок в дверь прервал их разговор. Кирилл вскочил со стула, и они с Максом бросились к двери.

— Отстань, это моя квартира, — заявил блондин, оттолкнув руку друга, когда тот попытался взяться за ручку.

На пороге появился напряжённый взгляд Алекса, пепельного цвета.

— Боже мой, что с тобой? — спросил он, заметив бледность и мятую кофту Кирилла. Алекс вошёл, закрыл дверь и глубоко вдохнул. — Когда ты в последний раз мылся?

— Отстань от него! — грубо сказал диджей, перекинув рюкзак через плечо. — Мне нужно идти. — Он выдохнул, взглянув на Алину, пересекающую коридор.

— Не волнуйся, — повторила она.

Диджей внимательно посмотрел на мажора.

— Ладно, мне надо ехать. Ведите себя хорошо.

— У меня важная информация, — сказал Алекс.

— Ну конечно... Ты не мог прийти с этим в более подходящий момент?

— Поезжай в свой клуб, а то опоздаешь, — раздражённо бросил Кирилл, но Макс продолжал смотреть на него с жалобным выражением. Блондин надул щеки и вяло покачал головой. — Со мной уже двое. Может, ещё конвой ко мне приставишь? — Он подошёл к Максу и сильно толкнул его к двери, но тот лишь слегка пошатнулся. Сил сопротивляться такой громадине у Кирилла сейчас было значительно меньше, чем на летной площадке. Тогда в его крови бурлили норадреналин и дофамин, а сейчас... не осталось ни капли энергии.

Алина шагнула к диджею, посмотрела ему в глаза и легко подтолкнула в плечо. Макс вышел, закрыв за собой дверь. Прижавшись к стене, побледневший Кирилл пытался отдышаться.

— Эй, что с тобой? — Алекс с тревогой заглянул ему в глаза и потряс за плечо. — Кир, ты в порядке?

— Всё нормально. Пойдём поговорим на кухне, — Алина мягко коснулась его плеча.

— Может, его в больницу отвезти? — спросил Алекс. Кирилл укоризненно посмотрел на друга, когда они втроём усаживались за стол.

— Никакой больницы, — процедил Кирилл сквозь зубы.

— Успокойся, — вмешалась Алина. — Никто тебя в больницу не отправит.

— Но что-то с этим нужно делать, — возмутился мажор.

— С тобой тоже, — сказал Кирилл. — Может, вместе тогда в больницу махнём? Кстати, как работается с отцом? Уже купил новую тачку?

Алекс фыркнул и возмущённо распахнул глаза.

— Я это делаю ради дела, понятно?

— Может, и не стоило тебя спасать. Лежал бы сейчас спокойно в земле.

— Так зачем ты это сделал?!

— Хотел видеть рядом лучшего друга, а вижу глупого мудака.

— Что ты сказал?! — взревел Алекс, пытаясь схватить Кирилла за шиворот, но Алина успела усадить его на место. Алекс и сам отшатнулся, когда блондин поднял пустые глаза.

— Ужас, — сказал мажор, указывая на друга. — Не думал, что ты можешь превратиться в... это.

— Вы закончили? — резко спросила Алина. Парни вздрогнули, словно только сейчас вспомнили о её присутствии. — Прекратите немедленно! Ведёте себя как дети. — Алина села рядом с Кириллом и пододвинула ему чашку чая. — Говори, зачем пришёл, или уходи. Кириллу нужно отдохнуть.

— Кажется, я выяснил, где отец прячет документы. — Алекс нервно вздохнул, поправил рубашку и сел на стул. Алина и Кирилл удивлённо посмотрели на него. — Что, забыли? Мы ведь хотим вывести его на чистую воду. Я нашёл человека, который готов помочь. И ещё... — Он перевёл взгляд на блондина, который сосредоточенно рассматривал свою чашку. — Возможно, там есть дело твоих родителей.

Алина напряглась. Она совсем забыла об этом. Забыла обо всём, что сделал губернатор, и о том, что он всё ещё представляет угрозу для Кирилла. Сейчас более важной проблемой была его болезнь, не говоря уж о занятиях и исследовании. Да что там, она и так в последние дни учится практически заочно. И вот губернатор снова появился на горизонте. Зачем только Алекс пришёл со своей ненужной информацией?

— Алекс, давай оставим это. Кириллу сейчас нужно...

— Говори! — перебил блондин.

— Нет, — Алина упрямо покачала головой. — Сейчас не время. Кир, ты не можешь этим заниматься.

— Хочешь сказать, этот идиот зря встрял в дела отца? Да ни за что. — Блондин поднял глаза на друга. — Что узнал?

Алекс почувствовал вину, несмотря на уверенность в своей правоте и веру в своё дело. Он знал, что начал это, пожертвовав своим достоинством, но это не освобождало его от ответственности. Встретиться взглядом с Кириллом было нелегко даже без упрёка, а сейчас этот упрёк горел в его глазах, словно огонь. Отстраниться было невозможно.

— У отца скоро важная сделка в баре за городом. Это место, где он отмывает деньги и встречается с партнёрами. Один из подчинённых отца случайно проговорился, что именно там хранятся все документы, которые раскрывают его деятельность. Эти документы должны быть в сейфе. Бывший партнёр отца сейчас начальник полиции в соседнем городе. Я говорил с ним, и он готов помочь.

— Ты точно уверен, что он тебя не выдаст?

Парень фыркнул.

— Уверен? Я знаю одно: когда-то мой отец его сильно подставил. Они расстались не в лучших отношениях.

— А что с делом моих родителей?

— Авария произошла на крупнейшем мосту города. Я спросил его об этом инциденте, и он ответил, что тогда отец только начинал карьеру и плотно занимался этим громким делом, поэтому документы у него должны были сохраниться.

— Понятно... — задумчиво произнес блондин. — Сейчас я не могу на это решиться.

— Что? В смысле?!

— Ты... молодец, но я... не могу тебе помочь, извини.

Кирилл встал и ушел в свою комнату, а Алекс остался сидеть, мрачно глядя в стену. Он долго не мог выйти из ступора. Алина не понимала, почему Кирилл так реагирует, но тоже считала, что ему сейчас лучше отдохнуть и восстановиться. Остальное не так важно.

— Что вы сделали с Кириллом? — Алекс резко выдохнул, сжав волосы.

— Он болен. Даже поесть нормально не может, а ты со своими делами...

— Он не отвечал на звонки. Откуда мне было знать, что он стал готом? Хоть бы кто-нибудь из вас позвонил и спросил, не задушил ли меня отец во сне...

Алина вздохнула. Только Кирилл всегда переживал за Алекса. Он единственный, кто защищает его в этом мире. В собственном доме Алекс чувствует себя чужим, и последняя понимающая его душа почти недоступна. Как же это печально...

— Алекс, прости, — сказала Алина, опираясь на кухонный гарнитур. — Мы так увлеклись переменами Кирилла, что забыли про тебя.

— Что вообще случилось?

Алина закрыла глаза, стараясь вспомнить последние события: лётную площадку, ссору Кирилла с Максом, его странное поведение...

— Долго объяснять. У Кирилла обострилось биполярное расстройство. Лекарства больше не помогают, и... — Слёзы подступили, как всегда в неподходящий момент, но она старалась держаться, особенно перед Алексом. — Нам надо просто пережить это.

— Разве ему не нужно в больницу?

— Кир ужасно боится больниц. Макс думает, что там ему станет только хуже. Я верю, что с нами он быстрее поправится.

— Но ты же врач! Что этот Макс вообще понимает?

— Я пока не врач. Но я верю Максу. Он много лет живет с Кириллом и его болезнью. Я уверена, он знает, что делает.

Алекс широко раскрыл глаза.

— Оставил вас всего на месяц, а вы уже с ума посходили. Если мои усилия никому не нужны, я пойду. — Алекс встал перед Алиной, сверкая печальными грозовыми глазами. В этот момент она поняла, что человек, напавший на нее в клубе, давно мертв, а перед ней стоит совершенно другой. — Что мне теперь со всем этим делать?

Впервые Алина увидела в Алексее жертву. Он отказался от привычной жизни ради них. Однако обстоятельства заставляли их оставить его наедине со страхами и трудностями. Это было несправедливо. Алина не смогла сдержать слёз. Возможно, пытаясь скрыть их, или, может быть, из сострадания к Алексу, она подошла и обняла его. Руки парня безвольно опустились.

— Прости...

По просьбе Алины Алекс остался у них на ночь. Она все-таки не удержала своих чувств. Измотанная усталостью и нервами, девушка приняла душ и улеглась в постель, но заснуть так и не смогла, пока не вошла в комнату Кирилла и не прижалась к его теплой фигуре, укутанной в одеяло.

Впервые ощутив покой, Алекс задремал на диване. Открыв глаза, он увидел, как холодный свет уличного фонаря пробивается сквозь качающиеся ветви. Глубоко вдохнув, он обвел взглядом темные очертания кремовой шторы, размышляя о своей безрадостной судьбе.

Если всем все равно, я сам его остановлю.

Эта мысль показалась настолько жалкой, что словно острым лезвием полоснула грудь, заставляя его чувствовать себя беспомощным и ненужным. Он снова ощутил ту же пустоту, что и тогда — в стенах грязного клуба.

Звон посуды отрезвил его мысли. Парень поднял затекшее тело и, встав на ноги, потянулся. Увидеть на кухне блондина он ожидал еще меньше, чем собственный призрак, поэтому в первые секунды не знал, что сказать.

— Наконец-то, — проворчал Кирилл. — Уже собирался тебя будить.

Блондин стоял перед ним, аккуратно причесанный, в чистых джинсах и светлом худи. От него пахло цитрусовым гелем для душа. Улыбка невольно появилась на лице Алекса.

— Вот теперь выглядишь как человек. Я так и знал, что ты просто притворялся.

— Хочу умереть красивым, — улыбка Алекса погасла. — Закрой дверь.

Мажор закрыл дверь и уселся на стул. Чтобы сделать то же самое, Кириллу пришлось опереться о стол. Присаживаясь, он поморщился, будто у него болели все внутренности.

— Так... тебе не лучше?

— Пока ещё не хуже, — ответил Кирилл. — Собирайся. Я не буду ждать тебя вечно. Да и Алину будить не хочу.

Ещё сонный мозг Алекса не сразу осознал сказанное.

— Куда собираешься?

Кирилл устало посмотрел на растерянное лицо Алекса и вздохнул.

— У нас есть дело, — сказал он.

— Какое? — спросил Алекс, постепенно начиная понимать.

— Нужно поехать в бар прямо сейчас, пока я ещё могу двигаться. Или ты думал, что я отпущу тебя одного?

Алекс улыбнулся.

— А я уж подумал, что ты решил меня кинуть.

— Тогда ты вдвойне дурак.

— Но как же твоя болезнь? Я не знаю, что делать... Если...

— Замолчи и не думай об этом, — перебил его Кирилл. — Если я могу двигаться, значит, почти здоров.

Алекс сглотнул.

— Если ты уверен...

— Абсолютно.

Парни вышли на улицу под раздражающий свет уличного прожектора и сели в остывшую машину Алекса. Это был чёрный Porsche Cayenne с кожаным салоном, блеск которого не уступал его внешнему виду.

— Пытаешься компенсировать свою никчёмность дорогими машинами? — спросил блондин, натягивая ремень безопасности поверх куртки. — Думаешь, это сделает тебя личностью? Твоему отцу не помогло.

— Я знаю, о чём ты думаешь, — сказал Алекс, глядя другу в глаза. — Я угнал её из гаража отца. Теперь он относится ко мне чуть лучше.

Упрёк в карих глазах блондина не исчез, и Алекс перевёл взгляд на проезжающую по двору «Тойоту».

— И сколько же дряни тебе пришлось продать, чтобы получить это ничтожное одобрение?

— Вот именно, пришлось! Ты сам попросил узнать о родителях, — взорвался Алекс. — Говорил, что поможешь разобраться с ублюдком.

Кирилл вдруг виновато опустил голову. Мажор замолчал.

— Я понимаю, что сам втянул тебя в это. Но не ожидал, что ты станешь приспешником своего отца. Не думал, что выберешь этот путь.

— Чёрт возьми! — Алекс ударил по рулю. — Думаешь, мне это нравится? Да, я участвовал в сделках и связывался с дилерами. Но только для того, чтобы раз и навсегда покончить с этим. Понимаешь?

— Понимаю... Но не все средства хороши.

— Здесь — все. Кир, перестань быть наивным. Я знаю, тебе кажется, что люди — святые, но это не так. Они эгоистичные и жестокие. Они готовы уничтожить друг друга ради денег и власти. Когда ты наконец повзрослеешь?

— А когда повзрослеешь ты? Когда поймешь, что не все готовы продать душу за деньги? Им просто нужна помощь, чтобы избавиться от зла, которое их разрушает. Я бы хотел убить этого ублюдка, но это не выход. Он должен ответить за разрушенные жизни.

— Я знаю... Поверь, я знаю. И никогда не встану на его сторону.

Кирилл посмотрел на Алекса с сожалением.

— Прости... — сказал он, едва сдерживая слёзы. — Я не хотел втягивать тебя в это. Если бы мог, я бы сам вступил в его шайку.

— Вот как? Значит, тебе можно строить из себя героя? Забудь об этом. Лучше поправляйся.

— Я обязательно поправлюсь, — тихо, но твёрдо сказал Кирилл. Он закусил губу и сжал кулак. Его подбородок задрожал. — Как только мы найдём документы и накажем твоего отца.

— Конечно. Так и будет. Только верь мне, ладно? — Кирилл слабо кивнул. — Слушай, а как же твой дружок? Мы поедем за ним?

Блондин замотал головой.

— Нет. Никто не должен знать, куда мы едем. Особенно Макс. — Алекс нахмурил брови. — Он слишком импульсивный. Считает своим долгом защищать меня. Его сестра — единственный человек, который у него остался, но она далеко. Поэтому он так за меня цепляется.

— Прикольно... — протянул мажор. — Постой, у тебя ведь тоже есть сестра... Карина, кажется... Я помню день, когда она родилась. Где она сейчас?

Мажор сразу пожалел о своём вопросе. Взгляд друга стал ледяным и осуждающим, в его глазах блеснули слёзы.

— На дне реки, — ответил Кирилл. Алекс отвёл взгляд на вечерний двор, ощущая в груди боль от бешеного ритма сердца. — Хватит болтать, поехали.

Небо темнело, превращаясь в бархатную черноту, усыпанную звездами. Дорога под колесами казалась хрупким мостом, готовым рухнуть в любую минуту. Асфальт манил, как тихая река, а блондин, глядя вперед, будто готовился к буре.

Через несколько часов навигатор вывел их на ухабистую дорогу, ведущую к тихому бару на окраине города, о котором можно было узнать лишь по надписи на карте. Тусклый свет одинокого фонаря едва пробивался сквозь холодный воздух. Он освещал небольшое квадратное здание с простой вывеской: «Бар у дороги». Охраны у входа не было, как и ни одной души поблизости. Вдоль дороги тянулась темная лесная чаща, разбрасывая вокруг клокотание голых веток.

— Как думаешь, внутри кто-то есть?

— Кто-то должен быть, — ответил Кирилл. — Хорошо бы, если один — его можно нейтрализовать.

— Отец точно не пришел бы сам. Машину здесь спрятать негде.

Блондин одобрительно кивнул.

— Ты жди здесь, а я посмотрю.

— Что? — Алекс вцепился ему в куртку. — Мы так не договаривались.

— Сейчас договоримся.

— Нет, давай всё сделаем вместе.

— Его люди могут сразу узнать тебя. Я притворюсь, что заблудился, поспрашиваю, осмотрюсь.

Алекс проследил за спокойным уверенным взглядом Кирилла, который в такой ситуации у любого человека должен был бы быть, по меньшей мере, взволнованным.

— Да ты в самом деле больной! Совсем страх потерял.

Кирилл разжал пальцы друга и оттолкнул его руку.

— Просто мне сейчас всё равно.

— Ты типа монстр, который отключает чувства?

Кирилл вздохнул.

— Смерть меня сейчас не пугает. Я просто невероятно устал.

— Я что, согласился идти на дело с самоубийцей? Великолепно...

— Не волнуйся, с тобой ничего не случится.

— Только не надо. Герой недоделанный. Твоя смелость пугает, понятно? Если так хочешь умереть, зачем тебе это всё?

— Может быть, я бы и попробовал снова покончить с собой, но не хочу уходить из жизни, не узнав, почему погибла моя семья. Если меня не станет, никто никогда не узнает правду. Это немного помогает мне двигаться вперёд и размышлять... — Алекс пытался успокоиться, окончательно потеряв уверенность. — И ещё... — Кирилл внимательно посмотрел на него. — Я не умру, пока не освобожу тебя от влияния отца. — На лице Кирилла не было ни тени сострадания. Он выглядел как человек, прошедший через ад и отчаянно старающийся не сойти с ума. — Не бойся. Я не позволю себя убить, пока не выполню эти две задачи. Веришь мне?

— А у меня есть варианты? Иди, раз так уверен в себе.

— Подумай: если нас запрут внутри, нам конец. Но если я не вернусь через час, сразу позвонишь в полицию.

Алекс устало опустился на подголовник.

— И всё-то у тебя логично складывается...