Глава 43
Чонгук прервал поцелуй, только когда связной браслет на его руке начал громко и безостановочно пиликать, мигая красным огоньком.
- Срочное сообщение из Штаба, — цокнул языком Чонгук, нажимая какие-то кнопки на браслете.
- Что-то не так? — спросила встревожено, глядя на озадаченное лицо куратора.
- Кое-кто из наших с Водного Кордона вернулся.
- Зачем? Мы же не просто так их увели и спрятали от Одиноких Теней.
Чонгук посмотрел на меня хмуро и коротко ответил:
- Ёнджун погиб.
* * *
Теневики умирают иначе, рассеиваются в воздухе, поэтому когда умер мой папа, хоронить от него было нечего. Так что на похоронах мне бывать еще не приходилось. И надеюсь, что еще нескоро придётся. Так себе мероприятие, если честно.
Я стояла на кладбище рядом с Чонгуком, Хосоком и многими другими коллегами, наблюдая за тем, как деревянный гроб с телом Ёнджуна опускают в землю. Несколькими минутами ранее мне пришлось его осмотреть. Не хотела этого делать, но выбора не было: нужно было понять, от чего погиб парень, Одинокая Тень задействована была, или что? Но нет, Тени тут были не при чем. Да и неоткуда им было взяться на Водном Кордоне. Ёнджун был как будто выжжен изнутри. Потухшая магическая Искра, ледяная точка солнечного сплетения, и от нее изнутри по всему телу исходили такие тонкие черные жгутики — отметины очень черной магии. Спасать тут было нечего, любой некромант бессилен. От Ёнджуна осталась одна оболочка.
- Из него мог бы получится отличный инквизитор, — горестно вздохнул Хосок.
Сегодня он сменил свои обычные белоснежные одеяния на черные, а руки его были сцеплены в замок за спиной.
- Как это произошло? — тихо спросил Чонгук.
- После того как он усыпил вас, Дженни, — начал Хосок, а Чонгук при этих словах дернулся взять меня за руку, — он попробовал скрыться на краю Кордона, там мы его и перехватили. Нет, Чонгук, он действовал не по своей воле. Парень был здорово не в себе и отбивался такими мощными заклинаниями, о которых он, боюсь, даже не слышал. Он был одержим и, вероятно, действовал согласно чужим приказам.
- Неужели Эффу? — нахмурился Чонгук.
- Во всяком случае, очень на то похоже.
- Фиолетовые глаза! — внезапно воскликнула я. — Вспомнила, я же видела в отражении чайника фиолетовые глаза, перед тем как заснуть на Кордоне! Не успела разглядеть лицо и ничего толком не поняла тогда, а потом из памяти это как удалили, но...
- Да, — задумчиво кивнул Хосок. — Глаза у Ёнджуна в самом деле слегка отливали фиолетовым оттенком, когда его только отловили. Это похоже на признаки Эффу. И это было бы логично... Ваша Тень могла бы здорово помочь Эффу вырваться в реальный мир. Что ж... Кажется, все хуже, чем мы думали. Возможно, Эффу набрался уже достаточно сил для того, чтобы пытаться вламываться в чье-то сознание самостоятельно.
- Что нам теперь делать? — спросил Чонгук.
- Пока не знаю, — вздохнул Хосок, потирая гудящие виски. — Не могу увидеть варианты развития событий... Слишком темная материя, этот дух хаоса... мешает разглядеть хоть что-нибудь. В общем... Мы с Юнги пытались вытащить Ёнджуна, но без толку. Ничего не получилось, мы не смогли его спасти.
- Я тоже не смогла, — прошептала тихо.
Хосок кивнул. Он нагнулся за горстью земли и кинул ее на крышу гроба. Чонгук вторил, а вслед за ними к могиле потянулись и другие инквизиторы. Все хмурые, расстроенные. Особенно расстроенным выглядел Хенджин, который успел сдружиться с Ёнджуном. Он вместе с Йеджи стоял с растерянным видом, теребя в руках шарфик Ёнджуна. Погода портилась, начал покрапывать дождик, но никто не обращал на это внимания.
- Надоело уже хоронить молодых бойцов, — негромко произнес Хосок. — Надо с этим кончать, — он повернулся ко мне. — Мисс Ким, я так понял, вы уже разобрались, как закрыть некий теневой портал в Генеральный Штаб?
- Да. И думаю, что я также разобралась, кто именно может этим порталом быть, — кивнула я, быстро перебирая анкеты тяжелобольных в лекарском крыле, папку с которыми держала в руках, и выуживая нужный листок.
- Я учла все советы мамы касательно предположений, кто и почему может являться порталом, проанализировала все указанные в анкетах магические показатели и считаю, что всё дело вот в этом человеке.
С этими словами я протянула Хосоку анкету одного мужчины, уже несколько лет пребывающем в лечебнице инквизиции, и пояснила:
- Я долго думала и анализировала, вот только сейчас всё сопоставила. Вроде всё сходится, так что надо бы проверить тщательно этого человека и, ну, не знаю... Может, его еще можно как-то вытащить. А может, и нет... В любом случае, его надо убрать из Штаба. Конечно, есть вероятность ошибки, мне надо самолично на него сейчас глянуть, чтобы убедиться в правильности выводов, но... С вами всё в порядке, господин инквизитор?
Лицо Хосока будто бы побледнело. А глаза сузились — от злости. Он держал в руках анкету, вперившись в имя тяжелобольного, и разве что не скрипел зубами от ярости.
- А я говорил, что надо было грохнуть его сразу же, — произнёс Чонгук, перегнувшись через плечо отца и тоже заглядывая в анкету. — Просто так, для профилактики.
- Да откуда нам знать? — процедил сквозь зубы Хосок. — Он же у нас всегда был под строгим контролем! С тех пор, как он из тюрьмы вышел, за ним вообще жёсткий контроль был установлен.
- Ну да, я сам проверял его несколько раз досконально, ничего подозрительного не видел. Он же сейчас овощ овощем.
- Так и я проверял. И не только я. Как мы тогда могли упустить?
- Ну, очевидно, мы не видим каких-то признаков теневой магии, в которой ничего не смыслим... Поэтому не могли даже предположить возможную взаимосвязь.
- Я не понимаю, — растерянно бормотал Хосок. — Он же в коме лежит уже который год!
- Так а почему лежит-то, лекари так и не разобрались толком, — заметил Чонгук, цокнув языком.
- Он работал в какой-то областной лаборатории помощником, произошёл взрыв, на него чего только не вылилось, и черт знает, как на его разум это повлияло.
- Ну это официальная версия. А если мы имеем дело с Эффу, и всё на самом деле не так, как нам кажется? И в коме он не потому что серьёзно ранен, а потому что его насильно удерживают в таком состоянии? И нагло пользуются воспаленным сознанием?
Хосок раздражённо рыкнул и двинулся в сторону Генерального Штаба.
- Идем в лечебницу прямо сейчас. Надо положить этому конец.
Я поспешила следом, непонимающе переводя взгляд со злого, очень злого Хосока на раздраженного Чонгука.
- Я так понимаю, вы знаете этого человека? — уточнила неуверенно.
- Угу, — мрачно кивнул Чонгук. — С ним, хм... были когда-то проблемы у моих родителей. Так что да, мы его знаем.
- К сожалению, — процедил Хосок, комкая в руках анкету некоего господина по имени О Сехуна.