Глава 23
Солнечный свет ворвался следом за Пиппой и Рави в дом, отбросив длинную яркую полосу на выложенный плиткой пол. Когда они переступили через порог, луч вырезал на полу их силуэты – одну длинную тень с двумя головами и спутанным клубком движущихся рук и ног.
Рави закрыл дверь, и они медленно прошли в вестибюль. Пиппа не решалась идти иначе как на цыпочках, хотя в доме никого не было. Раньше она видела этот коттедж много раз, на сделанных под разными углами снимках, в окружении множества полицейских в черном и в светоотражающей одежде. Но только снаружи. Внутрь удавалось заглянуть лишь в те редкие моменты, когда дверь была открыта, а фотограф как раз нажимал на кнопку.
Разница между атмосферой снаружи и внутри ощущалась физически.
Рави испытывал те же чувства – судя по тому, как он затаил дыхание. Тяжесть буквально висела в воздухе. Немые тайны плавали по дому, словно невидимые частицы пыли. Пиппа даже думать боялась слишком громко, чтобы не нарушить безмолвие. Здесь Энди в последний раз видели живой. Тогда она была всего на несколько месяцев старше Пиппы. Сам дом вошел в историю Килтона как часть неразгаданной тайны.
По пути к лестнице они заглянули направо, в роскошную гостиную, а затем налево, в просторную, отделанную под старину кухню с мебелью модного сизого оттенка под названием «утиное яйцо» и островом с массивной деревянной столешницей.
Внезапно наверху послышался чей-то топот.
Пиппа замерла.
Рави схватил ее за руку.
Снова топот, на этот раз ближе, прямо над головами.
Пиппа оглянулась на дверь. Есть ли у них время сбежать?
Топот участился и превратился в один безумный залп, а спустя несколько секунд на верху лестницы появился большой черный кот.
– Тьфу ты, черт! – Рави опустил плечи и выдохнул с таким облегчением, что, казалось, даже воздух зарябил.
Пиппа шмыгнула носом и попыталась изобразить улыбку. Ладони в перчатках вспотели. Кот запрыгал вниз по ступенькам; на полпути остановился и громко мяукнул, приветствуя гостей. Пиппа, родившаяся и выросшая в семье собачников, не знала, как реагировать.
– Привет, киса, – прошептала она. Кот спустился ниже, мягко ступая на подушечки лап, и начал увиваться вокруг ее ног.
– Пип, я не люблю кошек! – Рави с отвращением смотрел на животное, которое принялось тереться пушистой головой о его ноги. Пиппа наклонилась и легонько погладила кота перчаткой. Он вернулся к ней и заурчал.
– Пошли!
Пытаясь не споткнуться о кота, Пиппа двинулась к лестнице, Рави за ней. Кот замяукал и припустил за ними, норовя стрелой проскочить между ног Рави.
– Пип... – Парень был близок к истерике; он старался не наступить на животное. Пиппа пнула кота ногой; он отскочил, рысью понесся вниз и укрылся в кухне. – Я вообще-то не испугался, – неубедительно добавил Рави.
Пиппа преодолела остаток лестницы, держась за перила, и чуть не столкнула вниз лежащие на верхней стойке ноутбук и USB-накопитель. Странное место для хранения таких вещей!
Наконец оба оказались на втором этаже. Пиппа изучила выходящие на площадку многочисленные открытые двери. Последняя спальня справа никак не могла принадлежать Энди: покрывало с цветочным рисунком смято, в углу кресла пара носков... Спальня по центру – тоже: на полу домашний халат, на прикроватном столике стакан воды.
Рави догадался первым. Он тронул Пиппу за руку и указал на единственную закрытую дверь. Пиппа взялась за позолоченную ручку и повернула ее.
Никаких сомнений – это ее комната.
Все здесь выглядело каким-то постановочным. Хотя признаки девичьей спальни явно присутствовали – на одном фото Энди стоит между Эммой и Хлоей, у всех пальцы буквой V; на другом Энди и Сэл едят сахарную вату; на постели потрепанный плюшевый мишка, укрытый одеялом, рядом с ним пузатая бутылочка; на столе раздутая косметичка, – однако обстановка не казалась подлинной. Комната словно была погребена под пятью годами скорби.
Пиппа ступила на кремовый плюшевый ковер.
Ее глаза забегали по комнате. Сиреневые обои, мебель светлого дерева – все сверкало чистотой, ковер недавно пропылесосили. Хозяйка поддерживала порядок в спальне погибшей дочери, ничего не изменив после того, как Энди покинула комнату в последний раз. И пусть дочери не было на свете, но у Дон оставалось место, где Энди засыпала и просыпалась, где она одевалась, смеялась, плакала и захлопывала за собой дверь, где мать желала ей спокойной ночи и выключала свет. А может, Пиппа все это придумала, наполнив пустую комнату жизнью, бурлившей здесь когда-то. Снаружи, за дверью, шло время, а комната застыла в ожидании той, которая никогда не вернется.
Пиппа взглянула на Рави и без труда поняла – почти такая же комната есть и в доме Сингхов.
И хотя Пиппа шла сюда с уверенностью, что знает Энди, похороненную со всеми ее тайнами, лишь в этой спальне она восприняла девушку как реального человека. Когда они с Рави подошли к дверям платяного шкафа, Пиппа молча пообещала комнате найти истину. Не только ради Сэла, но и ради Энди.
Весьма вероятно, истина скрывалась именно здесь.
– Готова? – прошептал Рави.
Пиппа кивнула.
Он открыл встроенный шкаф. На вешалке теснились платья и свитера на деревянных плечиках. С краю висела старая школьная форма Энди, притиснутая к стене юбками и топами. Одежды столько, что не оставалось ни одного свободного дюйма.
Пиппа с усилием вытащила телефон из кармана джинсов – ей мешали резиновые перчатки – и включила фонарик. Они с Рави опустились на колени, вползли под вешалки с одеждой, освещая фонариком пол, и начали ощупывать доски, обводя каждую пальцами по контуру и пытаясь приподнять за уголки.
Незакрепленную дощечку нашел Рави – слева, у самой стены.
Он надавил на один конец, и другой со щелчком приподнялся. Пиппа подалась вперед и осторожно вытащила доску. Держа телефон у виска, она заглянула в тайник.
– Нет!
Она всунула телефон внутрь, чтобы убедиться окончательно, и осветила каждый угол поочередно. Ничего. Лишь пыль, которая заклубилась от дыхания.
Пусто! Ни телефона, ни денег, ни наркоты. Вообще ничего.
– Она прятала их не здесь, – произнес Рави.
От разочарования в теле Пиппы образовалась физическая пустота, и в нее незамедлительно хлынул страх.
– Я так надеялся здесь что-нибудь найти, – добавил Рави.
Пиппа рассчитывала на то же самое. Вот посветят они телефоном в тайник и узнают имя убийцы, а все остальное сделает полиция. Невидимка больше не будет ей угрожать, и на этом все закончится. У нее сжалось горло – верный признак, что слезы близко.
Она втолкнула дощечку на место и, пятясь задом, выползла из шкафа. Волосы цеплялись за молнию длинного платья. Закрыв двери, она повернулась к Рави.
– И где же тогда искать одноразовый телефон? – спросил он.
– А может, он был у Энди с собой, когда ее убили? И убийца похоронил его вместе с телом или просто уничтожил.
– Или, – Рави всмотрелся в разложенные на столе предметы, – кто-то знал, где спрятан телефон, и этот кто-то забрал его после исчезновения Энди, потому что понимал – в противном случае полиция сможет его вычислить.
– Вполне возможно, – кивнула Пиппа.
– Только нам это не поможет.
Она тоже начала изучать стол. Рядом с косметичкой лежала щетка, в которой запутались несколько длинных светлых волосков. Внимание Пиппы привлек школьный ежедневник за 2011/12 учебный год, почти такой же, как у нее самой. Энди изрисовала обложку под пластиком сердечками и звездочками, а еще наклеила крошечные фото супермоделей.
Пиппа пролистала несколько страниц. Домашние задания, курсовые... В ноябре и декабре перечислены дни открытых дверей в университетах. За неделю до Рождества – напоминание: «купить Сэлу подарок». Даты и места проведения отрывов, сроки сдачи работ в школе, дни рождения... А кое-где непонятные буквы и рядом время.
– Смотри, везде какие-то странные инициалы. Как думаешь, что это?
Рави на секунду задумался, оперевшись подбородком на руку в садовой перчатке. Затем нахмурился.
– Помнишь, что говорил нам Хоуи Бауэрс? Он велел Энди использовать коды вместо имен.
– Может, это и есть коды. – Пиппа обвела пальцем в перчатке несколько букв. – Нужно задокументировать.
Она положила ежедневник и снова достала телефон. Рави помог ей стянуть одну из перчаток, и Пиппа включила камеру. Затем он пролистал страницы назад, до февраля 2012 года, и она сфотографировала каждую двойную страницу, вплоть до апреля, той недели после пасхальных каникул, когда Энди сделала последнюю запись: «Французский – начать готовиться к экзамену». Всего одиннадцать фото.
– Готово. – Пиппа засунула телефон в карман и снова влезла в перчатку. – Мы...
Внизу хлопнула входная дверь.
Рави резко повернулся. В зрачках застыл ужас.
Пиппа положила ежедневник на место, мотнула головой в сторону шкафа и прошептала:
– Залезай обратно!
Она открыла двери, заползла внутрь и оглянулась на Рави.
Он так и стоял на коленях снаружи. Пиппа вжалась в стену, освобождая для него место. Почему он медлит?
Она высунулась из шкафа, схватила Рави и силой втащила внутрь. Наконец он встряхнулся, ожил и бесшумно закрыл двери изнутри.
В холле послышался перестук каблуков. Неужели Дон так рано вернулась с работы?
– Привет, Монти! – донеслось снизу. Бекка!
Рави пробирала дрожь; Пиппа чувствовала ее кожей. Она взяла его руку. Резиновые перчатки соприкоснулись и зашуршали.
Бекка поднималась по лестнице; каблуки цокали по ступенькам все громче. Вторя им, позвякивал кошачий ошейник. На верхней площадке шаги стихли.
– Ах, так вот где я оставила свой ноут!
Пиппа сжимала пальцы Рави, надеясь, что он ощутит, как она раскаивается. Он должен понимать – если их поймают, она возьмет вину на себя.
– Монти, это ты сюда заходил? – Голос Бекки раздался совсем близко.
Рави зажмурился.
– Ведь знаешь, что тебе не позволено бывать в этой комнате!
Пиппа уткнулась в плечо Рави.
Бекка уже стояла рядом со шкафом. Они слышали ее дыхание, слышали, как она причмокивает язычком. Снова шаги, приглушенные ворсом ковра. Наконец дверь спальни закрылась.
– Пока, Монти! – Голос Бекки удалялся.
Рави медленно открыл глаза и сжал ладонь Пиппы. Ее волосы колыхались от его судорожного дыхания.
Входная дверь с шумом захлопнулась.
Пиппа Фитц-Амоби
ВКП 09.10.2017
Журнал расследования–Запись25
Я думала, мне потребуется чашек шесть кофе, чтобы не заснуть до вечера. Однако инцидент с Беккой подействовал ничуть не хуже кофеина. Рави тоже отправился на работу, так толком и не придя в себя. Не могу поверить, что мы были так близки к провалу! И одноразовый телефон не нашли... однако все же рисковали не напрасно.
Я отправила себе на почту фото ежедневника Энди, чтобы открыть на ноуте. Пересмотрела каждое с десяток раз. И, кажется, кое-что накопала.
Рис.2 Хороших девочек не убивают
Неделя после пасхальных каникул. Та неделя, когда исчезла Энди. На одной этой странице много чего примечательного. Например, запись счета: Нэт да Сильва – Энди 0:3. Запись сделана сразу после того, как Энди запостила в онлайне обнаженку с Нэт. По словам Нэт, она вернулась в школу только в среду, 18 апреля, и Энди в коридоре назвала ее шлюхой, за что получила записку с угрозами, подброшенную в шкафчик.
Однако оценим этот комментарий как есть: похоже, Энди торжествовала по поводу трех побед в своих извращенных играх. Допустим, топлес видео – одно очко, а шантаж с целью заставить Нэт отказаться от роли в «Суровом испытании» – второе. А что тогда – третье? Какой еще пакостью в отношении Нэт упивалась Энди? Может, именно та выходка сломала Нэт и превратила ее в убийцу?
Еще одна важная заметка на странице от 18 апреля: «ВП 7:30».
Если Рави прав, и Энди пользовалась кодами, то один я расшифровала. Все очень просто.
ВП = парковка.
Парковка на вокзале. Похоже, Энди сделала пометку, чтобы не забыть: вечером она встречается на парковке с Хоуи. И мне известно: она действительно встретилась с ним, потому что в ту самую среду в 7:42 вечера Сэл записал номер машины Хоуи в свой телефон.
«ВП» появляется еще много раз на фото, и время указано примерно одинаковое. Можно с уверенностью говорить, что это отсылки к «бизнесу» Энди, и она, выполняя инструкции Хоуи, применяла коды, чтобы скрывать свою деятельность от любопытных глаз. При этом, как все тинейджеры, она страдала забывчивостью (особенно по части планов на ближайшее время) и записывала время и место встречи в ежедневнике, куда обязательно заглядывала на каждом уроке.
Один код взломан; но в ежедневнике есть и другие сокращения с указанием времени.
Неделя в середине марта. В четверг, 15-го, Энди записала: «ЗД в 8».
Здесь я оказалась в тупике. Если это код, должно быть два слова: (З... Д...)
Если зашифровано место, у меня нет никакой идеи. Ничего с таким названием я в Килтоне не знаю. А если чье-то имя? ЗД на фото встречается три раза.
Есть еще подобная заметка, встречающаяся намного чаще: «ДХ в 6». А в записи от 17 марта Энди добавила ниже «Перед отрыв.» и подчеркнула. «Отрыв» и так понятно. А «ДХ», вероятно, означает «дом Хоуи», и Энди заходила туда за партией наркоты для вечеринки.
Разворот от начала марта тоже весьма занимателен. Ряд цифр, накарябанный прямо над записью от 8 марта и затем зачеркнутый, – явно номер телефона. 11 цифр, начинается с 07; иначе быть не может. Над этим стоит поразмышлять: зачем Энди понадобилось записывать чей-то номер в ежедневник? Само собой, ежедневник почти всегда под рукой и в школе, и после занятий, как и у меня. Мой точно так же – постоянная принадлежность сумки. Но если ей кто-то дал свой новый номер, почему бы сразу не внести его в список контактов? Разве что она не хотела светить этот номер в легальном телефоне. Может, у нее в тот момент не было с собой одноразового? Мог ли это быть телефон тайного любовника? Или ее собственный новый номер для Хоуи? Или телефон нового покупателя наркотиков? И после того как Энди внесла номер в контакты своего второго телефона, она перечеркнула его в ежедневнике, чтобы замести следы.
Я уже добрых полчаса разглядываю эти каракули. Мне кажется, первые восемь цифр – 07700900. Возможно, что последние две цифры из этой группы – восьмерки, хотя по-моему, это они так зачеркнуты. А вот с последними тремя знаками еще веселее. Третья с конца цифра похожа на семерку или девятку – снизу ножка, сверху крючок. Следующая – или семерка, или единица, судя по прямой линии, тянущейся вверх. Осталась последняя, с закруглением.
Следовательно – шестерка, ноль, или восьмерка.
Что дает нам двенадцать возможных комбинаций:
07700900776 07700900976
07700900716 07700900916
07700900770 07700900970
07700900710 07700900910
07700900778 07700900978
07700900718 07700900918
Попыталась обзвонить первую колонку. На все звонки получила ответ от робота: «Набранный вами номер не существует. Пожалуйста, проверьте правильность набора номера и перезвоните».
Во второй колонке попала на пожилую даму из Манчестера, которая никогда не была в Килтоне и даже не слышала о нем. Еще по разу «номер не существует» и «номер не обслуживается». Третья колонка дважды выдала «не существует» и один раз переадресовала на голосовую почту провайдера. Последние три варианта: голосовая почта инженера котельной по имени Гарретт Смит – судя по жуткому акценту, уроженца Ньюкасла, – один «не обслуживается» и голосовая почта провайдера.
Да уж, гоняться за этим номером телефона – дело дохлое. Последние три цифры я практически не разобрала, к тому же самому номеру больше пяти лет и он, скорее всего, не используется. Снова попытаюсь дозвониться по номерам, переадресующим на голосовую почту, – на всякий случай.
Однако мне реально нужно:
а) как следует выспаться;
б) покончить с заявлением в Кембридж.
Список подозреваемых:
Джейсон Белл
Наоми Уорд
Тайный взрослый любовник
Нэт да Сильва
Дэниел да Сильва
Макс Хастингс
Хоуи Бауэрс
Пиппа Фитц-Амоби
ВКП 11.10.2017
Журнал расследования -Запись26
Заявление в Кембридж отправлено сегодня утром. Школа зарегистрировала меня на предварительный экзамен на 2 ноября, для поступающих на филологическое отделение. Сегодня у меня образовалось «окно», и я начала просматривать свои эссе, выбирать, что можно предъявить комиссии. Одно из них, о Тони Моррисоне, мне нравится. Вот его и вышлю. Остальные недостаточно хороши. А значит, нужно написать новое. Пожалуй, выберу Маргарет Этвуд.
Следует поторопиться с эссе, однако мир Энди Белл никак меня не отпускает, и вместо чистого листа в редакторе я опять открыла файл проекта. Страницы ежедневника Энди перечитаны столько раз, что я могу практически повторить наизусть ее расписание с февраля по апрель.
Одну вещь я уяснила совершенно определенно: во всем, что касается домашних заданий, Энди Белл не торопилась.
По поводу двух сокращений я практически однозначно склоняюсь к предположению: ВП означает встречу с наркодилером на вокзальной парковке, а ДХ – дом Хоуи.
А вот что делать с ЗД, я пока ума не приложу. Сокращение встречается всего три раза: четверг 15 марта в 8 часов, пятница 23 марта в 9 часов и четверг 29 марта в 9 часов.
В отличие от ВП и ДХ, которым всегда соответствует разное время, ЗД имело место один раз в восемь и два раза в девять.
Рави тоже работает над этим. Только что прислал имейл со списком подходящих имен или мест, которые могли обозначаться как ЗД. Причем Рави расширил зону поиска за пределы Килтона и распространил ее на соседние города и деревни, до чего я сама не додумалась.
Вот его список:
«За деревней», ночной клуб в Амершеме;
Отель «Зеленый дом» в Литтл-Чалфонте;
Зоя Дэвис, девяностолетняя жительница Чесхема;
Фотостудия в Уэндовере под названием «3Д» (три-дэ).
О'кей, пошла гуглить.
Согласно веб-сайту ночного клуба, он открылся в 2010 году. Судя по спутниковой карте, расположен у черта на куличках – бетонная коробка с парковкой, а вокруг сплошняком пиксели зеленой травы. Каждую среду и пятницу вечера для студентов, а еще регулярные мероприятия типа «Ночь для леди». Собственник клуба – некий Роб Хьюитт. Вполне возможно, Энди распространяла там наркотики. Стоит пойти и заглянуть туда, возможно, расспросить владельца.
Отель «Зеленый дом» не имеет своего сайта, но есть страница на TripAdvisor. Всего две с половиной звезды.
Небольшая семейная гостиница с завтраками, сдаются четыре номера, расположена в Чалфонте рядом с вокзалом. Судя по нескольким фото на сайте, домик оригинальный и уютный, хотя, как сообщает Carmel672, «если вам надо выспаться, имейте в виду – стоит прямо на оживленной магистрали». А Trevor59 остался совершенно недоволен: номер забронировали дважды, и ему пришлось искать другое жилье. T9Jones заявила: «Хозяева очень милые», при этом «ванная убогая и зачуханная, кругом ошметки грязи». Она даже запостила в отзыве несколько фоток, чтобы не быть голословной.
ЧЕРТ!
Боже, боже, боже. Я твержу вслух полминуты, и мне все мало; нужно напечатать. Боже правый!
И Рави, чтоб его, не отвечает на мои звонки!
Пальцы не успевают за мыслями. T9Jones запостила два фото ванны с близкого расстояния, под разными углами, а затем ванную комнату полностью. Рядом с ванной на стене зеркало в полный рост; в нем – T9Jones собственной персоной и вспышка ее телефона. В кадр попало все помещение, от кремового потолка с точечными светильниками до выложенного кафельной плиткой пола. Красной и белой плиткой в шахматном порядке.
Если я ошибаюсь, я съем свою шляпу... свою мохнатую шапку с лисьей мордой. НО!!! Я почти уверена – это тот же самый пол и та же самая плитка, что и на нечетком снимке, приколотом к доске за постером «Бешеных псов» в спальне Макса Хастингса. Обнаженная Энди в черных трусиках, надув губки, смотрится в зеркало. В то самое зеркало... в отеле «Зеленый дом», Литтл-Чалфонт.
Если я права, Энди посещала этот отель минимум три раза за три недели. С кем она там встречалась? С Максом? С тайным взрослым любовником?
Похоже, завтра после школы я отправляюсь в Литтл-Чалфонт.