Феникс [Vlad Kuertov]

Утро началось с того, что в комнату ворвался визг.

— ПОДЪЁЁЁМ!!! — закричала Каролина, прежде чем вместе с Аней с разбега рухнуть на мою кровать, как будто им обеим снова по шесть лет.

— Вы нормальные?.. — простонала я, зажмурившись и спрятавшись с головой под подушкой. — Что за детский сад в туре по Италии?

— Детский сад с видом на Рим, между прочим, — бодро ответила Аня, переворачивая меня лицом к свету. — Вставай, соня, у нас экскурсия! Ну или шопинг. Но экскурсия звучит приличнее.

— Я вас ненавижу, — пробурчала я, хотя уголки губ уже предательски дёргались в улыбке.

Каролина села прямо на мои ноги.

— Влад сказал, что ты не умеешь отдыхать. Вот мы и пришли учить. С любовью и напором.

— Он сказал что?

— Что ты зануда, — добавила Аня с невинным лицом, стряхивая с одеяла какие-то блестящие пайетки. — Ну ладно, не прям так, но смысл ты поняла.

Я села, растрёпанная, злая, босая, но уже не способная сохранять серьёзность. Они были как два маленьких торнадо, ворвавшихся в мой утренний штиль.

— Дайте мне хоть зубы почистить.

— Пять минут! — выкрикнула Каролина, уже вытаскивая из шкафа платья. — Потом марш на завтрак. А потом — куда-нибудь на солнце. Илья сказал, у нас сегодня свободный день. Он пока с парнями — какие-то скучные мужские дела, так что мы вольны!

— «Скучные мужские дела» в их исполнении звучат подозрительно, — пробормотала я, но, уже вставая с кровати, поняла: а ведь неплохой день начинается. Даже если он стартовал с прыжка на живот.

В конце концов, я обещала ему отдых. И себе — немного передышки.

Каролина и Аня вылетели из комнаты с шумом и визгами, как стая слишком энергичных чаек, оставив после себя запах парфюма, ворох разбросанных заколок и ощущение, что я живу в реалити-шоу без права отключить камеру.

Я встала, потянулась, и только тогда заметила, что на краю стула лежит аккуратно сложенное платье — лёгкое, синий лен, мой размер, мой стиль. Конечно. Влад. Он, как всегда, успел всё предусмотреть, даже завтрак на случай, если я снова решу быть самостоятельной. На подоконнике стояла чашка с уже остывшим кофе и тарелка с фруктами.

Фрукты, которые я не нарезала.

— Хитер, — пробормотала я, садясь и начиная есть. — Думаешь, подкупи меня манго и ананасом, и я забуду, что ты та ещё головная боль?

Он, конечно, не ответил. Ещё бы — не стоит же за шторой и не следит за моими утренними монологами... хотя с ним никогда не угадаешь.

К обеду мы с девочками уже шли по мощёной улочке — узкой, как бутылочное горлышко, но залитой солнцем. Уличные музыканты играли в стороне от кафе, запах эспрессо и горячих булочек витал в воздухе, а Аня с Каролиной спорили, кто из них бы вышла замуж за итальянца, если бы пришлось выбирать.

— Если он с татуировками и мотоциклом — я! — заявила Каролина, щурясь на проходящего мимо бариста.

— А я за того, кто делает пиццу, — фыркнула Аня. — Хотя бы есть толк от брака.

Я шла рядом, тихо улыбаясь. Ничего особенного, просто — утро. Просто солнце, просто прогулка. Просто отпуск, в котором мне по какой-то странной иронии... действительно было хорошо. Спокойно.

Пока телефон в моей сумке не завибрировал.

На экране — Влад.

Я остановилась, глядя на имя, будто оно могло мне что-то объяснить, и только потом приняла звонок.

— Ты обещала не теряться, — прозвучал знакомый, низкий голос. — Где вы?

— А ты следишь за нами через спутник или через Аню? — ответила я, хмурясь, но с лёгкой усмешкой.

— Аня болтает слишком много, чтобы быть полезным источником, — спокойно сказал он. — Через Каролину. Она сдала тебя за одну булочку с кремом.

— И чего ты хочешь, Влад? Мы просто гуляем.

— Я знаю. Но я подумал, что, может, ты захочешь... отдохнуть от отдыха. Я заказал столик. На двоих.

— Это приглашение или приказ?

— Учитывая, что ты всё равно скажешь «да» — пусть будет приглашение.

Я на секунду прикрыла глаза. Пульс едва ускорился.

— Когда?

— В семь. Я заеду.

— Влад?

— М?

— Надеюсь, там подают кофе. Много кофе. Мне нужно пережить ещё один день с Каролиной.

— Тогда я попрошу, чтобы кофе лили, как вино. До встречи, Амелия.

Связь прервалась. А я снова осталась стоять среди древнего города, с пиццей в одной руке и ощущением, что моя жизнь — роман, в котором автор с каждой страницей сходит с ума всё сильнее.

И хуже всего то, что я начинала получать от этого удовольствие.
Мы вернулись в отель ближе к пяти. Девочки, уставшие от жары и от самих себя, разбрелись по номерам — Аня тут же повалилась на кровать с криком «не тревожить, я теперь часть мебели», а Каролина ушла в душ, пообещав выйти через час "в образе фатальной итальянки, только без трагического прошлого".

Я же оказалась наедине с собой, в просторной спальне, где воздух пах солью и каким-то тёплым, мягким светом, который в Италии, кажется, проникает даже в закрытые чемоданы.

На кровати уже лежало новое платье. Опять. Шелк, графитовый цвет, закрытые плечи и открытая спина. Конечно, не моё. То есть... слишком моё. Я даже не спрашивала, как он угадал. Или откуда. Или когда успел. Влад — он просто такой. Всегда на шаг впереди. Или на шаг за гранью, кто его знает.

Я покрутила платье в руках, вздохнула.
— Ну что, маэстро манипуляций... Поиграем в «нормальную пару»? Посмотрим, кто проиграет первым.

***

Влад ждал у входа. Белая рубашка, слегка расстёгнутый ворот, лёгкий загар, и тот самый взгляд, от которого у меня иногда пересыхало в горле, хотя я себе этого не признавала.

— Ты выглядишь... — начал он, но я перебила.

— Лучше тебя, как минимум.

Он улыбнулся, лениво, с этим своим «я знаю, что ты издеваешься, но мне это даже нравится».

Мы прошли по узкой улочке, зашли в старый ресторанчик с террасой на крыше. За нашим столиком уже ждали свечи, вино, закуски и потрясающий вид на закат. Всё идеально. Даже слишком.

— Я предупреждаю, — сказала я, наливая себе бокал, — если ты попытаешься сделать этот вечер романтичным, я сброшу тебя с крыши.

— А если я просто буду вежливым?

— Тогда... посмотрим, как долго ты продержишься.

Он рассмеялся. И не так, как смеются те, кто держит в голове сотню планов и ни один не рассказывает. А просто. Легко. Человечески.

— Клянусь, Амелия, — сказал он, поднимая бокал, — Только ужин. Только ты. Только Италия.

Я чуть склонила голову.

— И кофе?

Он изобразил серьёзную задумчивость.

— И кофе. Обещаю. Целый кувшин. Если ты пообещаешь в ответ...

— Что?

— ...не напиваться до состояния, в котором снова будешь цитировать мне Бродского и пытаться танцевать фламенко на столе.

Я фыркнула, отвела взгляд — чтобы он не увидел, как быстро у меня поднимаются губы в улыбке.
— Не обещаю. Но постараюсь.

И на секунду между нами воцарилась тишина. Тёплая, настоящая. Без допросов, без скрытых смыслов, без вины и подозрений.

Просто мы. На крыше. Под итальянским небом.

Слишком красиво, чтобы быть правдой.

А значит, скоро всё снова пойдёт наперекосяк.