Безумный отброс Эльтердии

– Ты даже не смог уследить за королевством, которому покровительствуешь! – Четвертый Бог скалился и рычал, направляя свой гнев на Третьего. – Столько лет под твоим носом рос последователь Восьмого Бога, но ты даже не заметил! Неужели тебя не смутило, что у выходца из династии Дженеройз нет магии!?

Мужчина с белоснежными волосами сжал челюсть, а губы сомкнулись в тонкую линию. Он молча выслушивал претензии Четвертого, ему было нечего ответить. Он оплошал.

– Ты настолько любил это королевство и его правителей, что ослеп!

– Хватит! – рявкнул Второй, и его янтарные глаза злобно сверкнули в темноте.

– Сейчас это никак не поможет в решении проблемы, – спокойно заговорил Седьмой. – Прошлое не по силам исправить даже Богам. Остается только принять последствия решений.

– Согласен, – кивнул головой Первый. – Наша главная задача остается прежней – найти Кастла и уничтожить. И полагаю, что вместе с ним необходимо избавиться и от Рэленда. Мальчишка является его последователем. Оставим его в живых, и он может доставить нам множество проблем в будущем.

– Мы столько лет пытаемся поймать Кастла, но безуспешно, – Третий заговорил тихо, почти шепотом. – Даже когда он, казалось, был у нас в руках, Кастл все равно ускользал. Ловить его – то же самое, что хватать дым от костра: зря тратить силы...

Четвертый оскалился. Резко поднявшись и перегнувшись через стол, он схватил одной рукой Третьего за грудки и дернул на себя.

– Ты хочешь сказать, что нет и смысла дальше его искать?! Оставим Контвенс на его растерзание?!

Мужчина в белых одеяниях аккуратно взял за руку Четвертого, пытаясь отцепить его от своего воротника.

– Я лишь пытаюсь быть честным. Посмотри правде в глаза! Все наши усилия тщетны. Так, может, пора перестать бегать за ним?!

– Возможно, так будет правильнее...

Бог с угольно-черной кожей быстро повернулся к Шестому, и глаза его вспыхнули.

– Что ты имеешь в виду?!

– Кастл лучше, чем кто-либо, умеет прятаться. Бегать за ним – равносильно тому, чтобы играть по его правилам. Мы всегда будем в проигрышной позиции, – Шестой, скрестив пальцы, сложил руки на стол, светло-серые глаза внимательно посмотрели на каждого. – Если лис бегает по лесу, прячась в кустах, значит, пора установить для него капканы.

– Магические ловушки? – поинтересовался Второй Бог.

– Именно. Мы должны попробовать создать магический механизм, который поможет ловить тех, у кого есть темные силы, – он сделал недолгую паузу. – Мы никогда не задумывались даже об этом, но если это сработает?

– Что ж... – Бог с угольно-черной кожей отпустил воротник Третьего и вернулся на свое место. – Можно попробовать. Но как только он окажется в одной из них... Его смерть не будет быстрой и легкой.

– Если окажется... – проговорил тихо Третий.

Четвертый громко цокнул.

Рэленд сидел на земле, прижав колени к груди и обхватив их руками. Его голова была немного приподнята, и он смотрел на небо, которое окрашивалось в персиково-сиреневые цвета от закатного солнца.

С момента, когда он был вынужден покинуть дворец и поселиться в пещере в землях Лэндрей, прошло около пяти дней. Все это время мальчик молчал, ни с кем не разговаривал. Брикс всегда лежал рядом, периодически тыкаясь носом в своего хозяина и тихо поскуливая. Селентия и Кастл были рядом, но не решались с ним поговорить, посчитав, что мальчику, возможно, хотелось бы переварить события в тишине.

Но казалось, что за это время ему не становилось легче, даже на самую малость. Он практически не ел, только сидел на одном месте весь день.

Рядом послышались шаги.

– Рэленд... – тихо позвал его Кастл. – Селентия наловила дичи, мы пожарили ее на костре, и на тебя оставили. Будешь?

Без слов мальчик еле заметно мотнул головой, показывая, что не хочет.

Темный маг громко выдохнул, почесывая затылок. Он знал, что Рэленд любит, что может его развеселить или огорчить. Но сейчас не понимал, как к нему подступить. Это не просто какая-то сложность. Эльрих сказал, что он ему больше не отец, что Рэленд больше не Дженеройз. Как помочь человеку, у которого отобрали часть его самого? Даже Кастл на протяжении нескольких столетий продолжал сохранять свое имя, свой человеческий облик.

– Так не пойдет. – мужчина подхватил Рэленда под руку и резко поднял, вытянув его из-за закромов каменных стен так, чтобы над головой было только небо.

– Что ты делаешь? – скорее удивленно, чем возмущенно, выкрикнул мальчик.

– Хочу тебе кое-что показать.

Их начала окружать черная и густая дымка, постепенно вокруг было невозможно что-либо разглядеть, только тьма была везде. Кастл прикрыл глаза, продолжая крепко держать Рэленда.

– Да предстань мир на твоей ладони, Рэленд.

Кастл выставил свободную руку вперед, показывая картину, открывшуюся после того, как магия исчезла. Они оказались на пике самой высокой горы, под которой находилась их пещера – их маленький дом.

Вдалеке солнце садилось за горизонт, и с каждой минутой небо становилось насыщенного малинового цвета. На многие, многие километры вперед был виден участок иссушенной земли – Лэндрей. Еще дальше были зеленые поля, усеянные различными растениями, маленькие деревянные домики и совсем крохотные человеческие фигуры.

Посмотрев немного вбок, Рэленд увидел горы, на которых стоял дворец, сделанный, по всей видимости, из светлого камня. Крыши дворца были из приглушенного бордового цвета.

Мальчик сделал глубокий вдох.

– Неужели это... королевство Хакон?! – он посмотрел на мага расширенными от удивления глазами.

– Да... Королевство правителей с драконьим даром... Прошло пятьсот лет, но до сих пор ярко помню первую их правительницу.

Рэленд продолжал крутить головой. Почти весь континент, все королевства, все деревушки – он видел почти все. Земли предстали перед ним и даже часть вод, что окружали Контвенс.

Но чувство восхищения быстро заглушилось, как только взгляд ярко-голубых глаз наткнулся на Эльтердию. Рэленд несколько минут продолжал смотреть на дворец, который буквально пять дней назад был его домом.

Темный маг приобнял мальчика за плечи и заговорил мягко.

– Рэленд, я могу понять, что ты чувствуешь. Я знаю, что ты хотел покинуть Эльтердию, но понимаю, что не вот так...

– Пхах...

Кастл вздрогнул. Не совсем веря своим ушам, он растерялся.

– Да-а.... не так. Но смотря сейчас на это все, я понимаю, что передо мной теперь открыт весь мир. Стоит ли мне тогда сказать отцу... А, – он споткнулся на словах. – Нет. Его Величеству Эльриху, спасибо? – мальчик горько ухмыльнулся.

– Я же знаю, что ты испытываешь на самом деле. Не пытайся скрыть свою боль.

Рэленд поднял руку перед собой так, будто Эльтердия оказалась на его ладони.

– Думаю, моя боль станет меньше, если я просто ее вымещу на тех, кто этого заслуживает, – он медленно сжимал руку в кулак, пока дворец вовсе не потерялся из виду его глаз. Сквозь пальцы, точно вода, на землю стекала темная магия.

– Кастл, я желаю, чтобы все они узнали, что мы чувствовали. Не через слова, нет. Через адскую боль и муки. Через ощущение собственного бессилия. Я хочу, чтобы и мои родители, и Семь Богов, утонули в собственной крови, в собственных землях. В землях, которые так усердно защищали, не видя ничего вокруг!

Глаза мальчика были покрыты черной пеленой, брови свелись к переносице, а губы исказились в гневе.

Рэленд был уверен в своем желании. Он знал, что не передумает. Эти слова, эти мысли превратились в семена и поселились в его душе глубоко. И взрастут они темными цветами, чьи шипы ненависти уничтожат каждого, кто заставил его усомниться в себе.

– Хорошо... – ровным голосом ответил Кастл, видя то рвение, с которым говорил его ученик.

Внезапно глаза мальчика просветлели. Темная дымка пропала, морщинки меж бровей разгладились. Рэленд посмотрел на Восьмого Бога, смущенно почесав затылок.

– Я же говорил, что всегда буду на твоей стороне.

– Ха-ха-ха, – бархатный смех мага заставил Рэленда смущаться еще сильнее. – Звучит не очень убедительно, учитывая, что несколько дней назад ты сбежал, стоило узнать правду. – мужчина отвернулся, устремив немного печальный взгляд вдаль. – Впрочем, это моя вина, что я так резко все высказал тогда.

– Я бы все равно вернулся.

В уголках Рэленда стали скапливаться слезы, и он шмыгнул носом.

– Кастл, я... никогда бы не отвернулся от тебя.

Темный маг, положив руку на голову мальчика, потрепал его волосы.

– Я бы тоже. Всегда приглядываю за тобой, а то ты любишь во всякие передряги влазить. – он потрепал волосы сильнее. – За эти четыре года я успел сильно привязаться к тебе, Рэленд. – он тепло улыбнулся.

Мальчик тихо всхлипнул, а после заговорил громко. Каждое его слово было пропитано силой и верой.

– Кастл, я отомщу за тебя Богам! Они пожалеют, что отвернулись от тебя, я обещаю! Мы с Селентией будем тебя защищать! Теперь ты не один! И больше никогда не будешь!

Мужчина вздрогнул. В груди Бога что-то кольнуло, сердце сжалось.

«Больше не буду один..?»

Кастл проговорил тихо:

– Спасибо...

Шли годы. Осень сменялась зимой, а зима весной. И так прошло семь лет. Рэленду исполнилось семнадцать. Его навыки во владении кинжалами и темной магией выросли и были отточены почти до идеала. Вытянувшись, теперь он был одного роста с Кастлом и немногим выше Селентии.

Нойзл и Кейл осели в королевстве Хакон. Когда они пришли к воротам их дворца, династия Шайрл согласилась принять беглецов, дать убежище. На протяжении всего времени они усердно тренировались и готовили план по возвращению в Каверсти.

Дрейк не отпускал попыток найти младшего брата. Ему казалось, что он успел заглянуть в каждый уголок Контвенса, и даже тайком побывал в землях Каверсти. Не единожды он побывал в землях Лэндрей, но никогда это не заканчивалось успехом. Иной раз возникало ощущение, что Рэленд исчез, растворился и больше не принадлежит этому миру.

Семь Богов все же смогли создать магические ловушки для Восьмого Бога, хотя они и были не идеальны. Изредка в них попадались лишь темные маги, чьи силы не представляли угрозы для континента. И все же Семь Богов не щадили и их. Теперь, когда Восьмой наращивал мощь, когда каждый день мог стать днем для бойни, они не могли позволить себе относиться к таким магам халатно. Ведь те могли принять сторону Восьмого, а этого было нельзя допустить.

Но сам Кастл так ни разу и не попался им... Он вновь затих, будто лис спрятался в нору и не показывал оттуда даже носа. На континенте воцарилась тишина, но это была лишь тишина перед жестокой, разносящей все вокруг бурей...