Глава 51
Глава 51.
Сейран оказалась в кромешной темноте. Ни звука, ни света, ни выхода. Глубокая темнота расползалась в пространстве, впитываясь в кожу девушки.
Густой туман темноты был липким, холодным и пугающим. Сейран силилась понять, как она оказалась здесь, но мысли отказывались выстраиваться в стройный ряд. Темнота поглощала её так стремительно, что девушка теперь не могла вспомнить, когда в последний раз видела свет.
Глаза ослепли. Тело окаменело. Слух не улавливал ни звука. Сейран осталась одна. И она ждала. Не понимая, чего именно, но застыв в оковах своего разума, девушка терпеливо ждала чего-то.
Она не понимала, сколько времени прошло— секунда или несколько лет, но темнота начала мучительно медленно рассеиваться. Слабые лучи света изредка ласкали закрытые веки девушки и однажды она услышала голос.
Очень знакомый. Как будто бы родной. Голос, отпечатанный в её сердце и заставляющий его биться быстрее. Но сколько бы она не силилась, слов разобрать не могла. Это было взволнованное бормотание, иногда ласковое утешение, но чаще всего отчаянная мольба.
Сейран не знала, кто к ней обращается, но ей нестерпимо хотелось ответить. Утешить. Сказать, что все будет хорошо. Она не была уверена, что так есть на самом деле, но девушка испытывала физическую потребность вырваться из мрака и дать надежду человеку, которому принадлежал этот голос.
Она начала пытаться. На ощупь пробираясь через густой туман, спотыкаясь и снова проваливаясь в темноту, Сейран искала дверь —выход. Ей казалось, что поиски длятся десятилетия и всё, что ей остаётся в конце, обессиленно упасть, чтобы пытаться вырваться снова и снова.
Но однажды— совсем внезапно— что-то изменилось. Мужской голос стал громче и Сейран смогла чётко расслышать слова.
“...ты у меня очень сильная...я люблю тебя...“
И это стало поворотным моментом, Сейран больше не хотела оставаться в темноте ни на секунду. Она каждой клеточкой своего ноющего тела ощутила эти слова. Ведь если кто-то говорит, что она сильная, и если кто-то любящий ждёт её там, где свет, она должна вырваться.
Глубокий вдох и Сейран почувствовала, как внутри неё дрогнуло что-то хрупкое — как если бы лёд начал трескаться, уступая место весне. Тьма больше не была глухой. В ней, кроме голоса, появилось дыхание. Теплое касание. Слабый цветочный запах. И ритмичный писк, который бил по ушам.
Сейран открыла глаза.
—Любимая… — выдох, полный боли и любви, будто человек, произнесший её имя, держал его в себе слишком долго.—Ты слышишь меня? Я сейчас позову врачей...
На Сейран смотрели обеспокоенные глаза. Внезапный свет оказался утомительным и девушка силилась не закрывать веки, чтобы понять, кто на неё смотрит. Она устало моргнула и узнала.
Это был Ферит. Старший брат Керема и Суны. Но что он делал здесь, около её постели. Почему он смотрел на неё такими взволнованными, полными любви и боли глазами? Последние несколько лет Сейран видела Ферита лишь на фотографиях, но даже так она сразу же уловила разительные изменения в его лице. Парень выглядел старше. И в его глазах читалась усталость...
Но не успела Сейран сглотнуть и заговорить, как глаза снова предательски закрылись погружая её...нет, не в темноту, а в красочные, будто реальность, видения.
------------------------------------------------
В машине негромко звучала простая, чуть наивная мелодия, а Суна, сияя тёплой улыбкой, прижалась к старшему брату. Сейран затаила дыхание, не зная, куда спрятать взгляд, — стыдливо, растерянно. А сердце, словно предав её, забилось быстрее, выдавая всё то, что она пыталась скрыть столько лет. Оно тянулось к тому, кто вызывал в ней трепет и воскрешал воспоминания первой любви.
—С приездом... —тихо, едва краснея улыбнулась Сейран.
Ферит взглянул на неё, и уголки его губ всё ещё хранили след тёплой улыбки, обращённой сестре.
–Спасибо большое...Вы однокурсница Суны?—вежливо поинтересовался он, вопросительно взглянув на младшую сестру.
–Ферит, ты что не узнал Сейран? Как ты мог ее не узнать?—хлопнула брата по плечу Суна, упрекая в плохой памяти.
Ферит на секунду застыл и, слегка нахмурив брови, уставился в зеркало заднего вида, где встретился с большими зелёными глазами. Их взгляды пересеклись — мимолётно, как дыхание ветра.
В его взгляде промелькнула тень узнавания и изумление.
Сейран почувствовала волнующее гудение в теле, будто она застигнута врасплох, будто её поймали на мысли, которые она не собиралась никому показывать. Против ее воли её взгляд обращённый к Фериту был полон робости, и чего-то другого, более глубокого, прячущегося между ресницами.
Ферит не отвёл взгляда. Он смотрел в зеркало, как в окно в другой мир — тот, где он оглядывался на прошлое, где они были детьми, играющими в зелёном саду особняка.
–Сейран! Как я тебя не узнал сразу! Ты так выросла! Как рад тебя снова увидеть!— искренне проговорил он, поворачиваясь к ней и улыбаясь своей обворожительной улыбкой, которая заставляла Сейран бесстыдно краснеть.
—Я тоже рада встрече, —улыбнулась Сейран в ответ.
Пока Суна и Керем увлечённо спорили, перебивая друг друга, Ферит выехал с территории университета, с улыбкой наблюдая за этой уютной семейной сценой, знакомой ему с детства.
Невольно его глаза снова скользнули на зеркало заднего вида и встретились с её зелёными.
Сейран первой отвела взгляд. Робко, немного стыдливо и нервно поджимая губы. Она больше не смотрела, вовлекаясь в шумный разговор лучших друзей, но она всё ещё чувствовала его взгляд.
Не могла не чувствовать.
------------------------------------------------
Осенний прохладный воздух приятно обжигал щёки, и Сейран поддела носком ботинка пожелтевший лист, шуршащий, словно старинный пергамент. Тёплая булочка с корицей рассыпалась в пальцах, и, сделав пару медленных глотков крепкого чёрного чая из своего любимого термоса, она на миг прикрыла глаза — осень касалась её точно так же, как чай касался губ и согревала душу также, как теплом разливался по телу ароматный горячий чай.
—Любишь мёрзнуть в такой холод? — слишком близко и неожиданно раздался весёлый мужской голос.
Сейран вздрогнула и распахнула глаза — Ферит стоял прямо перед ней, с той самой обезоруживающей очаровательной улыбкой.
—Господин Ферит, я просто… — она торопливо сглотнула и подалась чуть назад, —решила пообедать здесь. И… погода такая хорошая, — добавила она, быстро отведя взгляд, словно пыталась спрятать смущение в термокружке, которую держала в руках.
Ферит скривился и с видом разочарованного учителя покачал головой:
—Сейран, ты ещё назови меня "Ферит-ага". Мы же договорились — на "ты".
Он не спрашивая сел рядом, поправляя строгое серое пальто— близко, но не нарушая границ, просто… но достаточно, чтобы её щёки стали чуть теплее, настолько, что в этом нельзя было обвинить горячий чай.
Сейран опустила взгляд, но на губах появилась предательская улыбка.
—Извини, никак не привыкну. И к тому же, вы ведь… —она запнулась и поспешно поправилась, —ну, ты же мой начальник. Я просто стараюсь соблюдать рабочий этикет.
—Только не "вы", прошу, — Ферит закатил глаза с преувеличенным страданием. —А то у меня ощущение, будто мне пятьдесят.
—Подожди… А тебе разве не пятьдесят?—невинно округляя глаза спросила Сейран.
Он скорчил обиженное лицо, прижал ладонь к сердцу, как будто она его ранила:
—Аа! Как тебе не стыдно так издеваться над своим начальником! Где же твоя легендарная "рабочая этика", о которой ты только что говорила?
—Прошу прощения, — Сейран игриво склонила голову, —не удержалась.
Ферит уже готов был ответить, но она его перебила, протянув вперёд бумажный пакет, из которого тонко тянулся аромат корицы и тёплой выпечки?
—Будешь?
Ферит вдохнул запах, с интересом заглянув внутрь пакета, взял одну булочку:
—С корицей? —спросил он откусывая внушительный кусок от булочки.
—Да, нравится?—улыбнулась Сейран.
—Терпеть её не могу!—скривился Ферит, но продолжил жевать.
Девушка не смогла сдержать свой смех, запрокидывая голову и смеясь так, что чуть ли не пролив на себя горячий чай.
Они продолжали сидеть на этой скамейке, забыв о том, что время обеденного перерыва давно прошло. Сейран так часто представляла их с ним разговоры, но даже не могла предположить, насколько на самом деле с Феритом всё оказывается просто. С ним было легко договариваться о работе, легко смеяться над общими шутками, легко вспоминать детские шалости...
А ещё с ним было неожиданно спокойно. Без тревожных мыслей, без вечной настороженности, с которой она привыкла жить. Будто в его присутствии всё сложное вдруг теряло остроту, а важным становилось только одно — этот момент. Она силилась не придавать всему этому большого значения, но чувства были сильнее её воли.
Сейран слишком долго хранила в себе эту влюбленность, что находясь рядом с ним теперь, физически ощущала, как гусеницы внутри неё, превращаются в бабочек, расправляющих свои крылья —живые, трепетные и неудержимые.
—Правда, это здорово?—вдруг спросил Ферит, глядя на лужайку устланную осенней листвой.
Сейран проследила за его взглядом и увидела молодую семью. Муж и жена с двумя детьми и лохматый пёс резво, играющий зарываясь мордочкой в опавшие листья. Старший сын—мальчик лет пяти громко смеялся, весело подбадривая и подзывая к себе маленькую сестрёнку, которая делала свои, вероятно, первые неуверенные шаги.
—Очень милые, —согласилась Сейран, залюбовавшись идиллией.
—Знаешь, это буквально моя ожившая мечта, —рассеянно произнёс парень.
—Правда?
—Да, любимая жена, дети и большая лохматая собака...
—Звучит красиво, —поджала губы Сейран, почувствовав вдруг укол ревности к его будущей ещё несуществующей жене. Девушке даже думать не хотелось, кто бы мог стать новой госпожой Корхан, которая воплотит мечты Ферита об идеальной семье в реальность.
—А ты бы не хотела детей?—вдруг спросил он, поворачивая к ней голову.
—Я? Не знаю...я ещё об этом не думала, если честно, —замялась Сейран, смутившись.
—Не думала?
—Нет.
Ферит ничего не ответил и снова стал наблюдать за смеющимися на лужайке детьми. Он лишь слегка нахмурился, погружаясь в какие-то размышления.
------------------------------------------------
—Ну, что как тебе?—нервно покусывая нижнюю губу, спросила Сейран.
Ферит продолжал оглядываться по сторонам, проводя пальцами по корешкам новеньких книг и рассматривая новые диванчики и декоративные стенды.
—Впечатляет, —искренне проговорил он наконец, —Сейран, что ты здесь сделала! Да это потрясающе!
—Я так рада, что тебе понравилось!—радостно хлопнула в ладоши девушка, чуть ли не подпрыгивая на месте.
—Нет, правда, я думал, что в этом году мы закроем эти магазины, окончательно сосредотачиваясь на онлайн продажах, но ты сделала что-то невозможное!—парень понизил голос и кивнул в сторону внушительной очереди на кассу, —Я столько покупателей в наших книжных ещё никогда не видел.
—Давай я расскажу тебе, что именно мы сделали! — с воодушевлением улыбнулась Сейран, склонив голову. —Как ты знаешь, по всему Стамбулу работают десять крупных книжных магазинов вашей семьи. Ассортимент, цены — всё на уровне, но самим магазинам не хватало изюминки.
Она говорила быстро, с азартом, словно заново переживала всё, что успела продумать и реализовать.
—Например, в каждом из магазинов стояли одинаковые жестяные стеллажи. Это выглядело… ну, честно? Будто ты попал на склад. Мы заменили их на деревянные полки тёплых оттенков, и теперь атмосфера совсем другая — уютная, почти домашняя.
Она едва заметно расправила плечи, гордая тем, что рассказывает.
—Я предложила составлять специальные тематические подборки —«осенние бестселлеры», «детская литература», книги к Хэллоуину и так далее. Ах да, вывеска! — Сейран закатила глаза, улыбаясь. —При всём уважении… но та старая вывеска была ужасной. Скорее подошла бы мясной лавке, чем книжному магазину. Её просто необходимо было убрать!
Слово за словом, голос её становился всё живее.
—Мы также пересмотрели работу консультантов. Потому что если человек хочет купить что-то без души — он пойдёт в интернет. А сюда приходят за атмосферой, за советом, за живым человеческим словом. Здесь должен быть тёплый приём и свежие рекомендации.
Она вдруг оживилась ещё больше, указав на один из уголков зала.
—О, и моё любимое! — воскликнула Сейран, сияя. —Мы поставили маленькие столики, мягкие кресла… Теперь покупатели могут сесть, выпить горячего шоколада и спокойно подумать, какую книгу выбрать. Я бы могла сидеть здесь часами!
Она посмотрела на него, чуть прищурившись, словно дожидаясь реакции.
— Ну? Что скажешь?
Ферит задумчиво склонил голову и поджал губы, чтобы сдержать улыбку.
—Ты не врала, когда говорила, что одержима книгами, да?
Сейран закатила глаза.
—Ничего ты не понимаешь. Идём, —девушка схватила его за предплечье и подтолкнула к мягкому креслу оливкового цвета, —представь, ты сидишь здесь с книгой, которую ты выбрал. Перед тобой чашка твоего любимого чая, —Сейран отошла на несколько шагов и встала между двумя книжными стеллажами, —и любуешься всем этим, что ты видишь?
Ферит улыбнулся и глядя ей прямо в глаза произнёс два слова:
—Идеальную красоту, —признался он.
—Так и я о том же!—воодушевленно воскликнула Сейран, с теплотой одаривая взглядом окружающие её полки.
Она смотрела на книги. А он любовался ею.
------------------------------------------------
Ферит несколько секунд с интересом разглядывал фигурку в своей руке, как вдруг в его глазах промелькнуло изумление.
—Сейран, это что я?—ошеломлеённо выдохнул он.
–Да!— она всплеснула руками, глаза загорелись.—Я очень долго думала,что тебе подарить и поняла, что в твоей коллекции супергероев должен быть самый главный герой –ты сам! Смотри,—она сделала шаг к нему и указала на фигурку в руке парня, —у него даже буква F на груди. Ферит!
Он посмотрел на неё сверху вниз и Сейран показалось, что в этот момент его глаза напоминают горячий шоколад —согревающие в своих уютных объятиях. Губы Ферита дрогнули в теплой улыбке. Они стояли и так достаточно близко, намного ближе, чем обычно позволяли их дружеские и профессиональные отношения, но парень сделал ещё один шаг к Сейран и навис над ней.
Она услышала свой удивленный вздох и почувствовала, как его горячее дыхание буквально обжигает её лицо и губы.
–Сейран... —дурманяще сладко произнёс он, пока она наслаждалась тем, как его губы касались её, –Я понял, чего мне всю жизнь не хватало...
–И чего же?—прикрывая веки спросила Сейран.
–Тебя...—прошептал он мазнув своими губами по её, —Мне так не хватало... тебя...
Ферит поцеловал её. Сначала робко и вопросительно, будто бы спрашивая разрешения, но в эту секунду Сейран захотелось закричать и громко заявить, что ему не нужно никогда спрашивать разрешения прикоснуться к ней. Она ждала и желала этого так долго, что теперь даже секунда вдали от него будет ощущаться, как смертельный недуг, убивающий изнутри.
------------------------------------------------
Сейран попыталась открыть веки, но её ослепил белый свет лампы. Тело гудело неприятной, резкой болью.
—Давление нормализуется, это хорошо, —клинически констатировал кто-то.
—А когда она придёт в себя?—взволнованно спросил знакомый мужской голос.
—Еще рано давать прогнозы, —устало ответили ему.
Сейран хотела дослушать их диалог, чтобы понять, о ком они говорят, но она чувствовала себя такой разбитой, а в её красочных снах было так сладко и спокойно, что она послушно прикрыла приоткрытые веки и снова уснула.
------------------------------------------------
Снег падал стремительно и упрямо, оседая на крыльце дома и лужайке перед ней плотными снежными сугробами. За окном царила ночь—темная и загадочная.
Ферит листал прогноз погоды на завтра, чтобы выяснить, не затянется ли их первая с Сейран романтическая поездка загород из-за природного катаклизма в виде снежных бурь. Парень отложил телефон и посмотрел на удручённое лицо девушки и её глаза, скользящие по статье, которую она читала на своём телефоне.
—Что там?—спросил Ферит, усаживаясь рядом с ней и рассеянно накручивая прядь ее волос на палец.
—Статью. Про тебя, — не поднимая взгляда, ответила Сейран и поджала губы.
—И что там? —скривив лицо спросил Ферит, прекрасно зная ответ. Либо что-то приторно комплементарное, либо—до безумия лживое. Но скорее и то, и другое вместе.
—Ну, суди сам, — она с трудом скрыла ехидство и начала вслух, с особенно выразительной интонацией:
—"Он молод. Он богат. Он снова в Стамбуле. Ферит Корхан, 26-летний наследник многомиллиардной империи Korhan Holding, неожиданно вернулся из Америки..." — девушка резко подняла взгляд. — "...и, как мы все знаем, входит в список самых завидных женихов страны."
Сейран многозначительно посмотрела на Ферита, в её глазах вспыхнула искорка.
—Дальше — лучше, —она продолжила, не скрывая улыбки:
—"Наша редакция составила подборку достойнейших невест страны, каждая из которых — не просто красива, но и наследница могущественной династии..."
—Пожалуйста, перестань, — Ферит прикрыл лицо ладонью. —Это всё звучит, как кастинг в дешёвое реалити-шоу для миллионеров.
—Нет-нет, погоди. Я хочу, чтобы ты послушал весь список. Вдруг найдём тебе кого-то по душе, — с невинным видом она пролистнула дальше. —Вот, например: Нихан Арсой. Очень милая, 22 года, архитектура, Босфорский университет, четыре языка, конный спорт...
—Не читай это, — спокойно, но твёрдо сказал Ферит и забрал телефон у неё из рук.
—Почему нет? — она выгнула бровь. —Это же полезная информация. Вдруг ты зря тратишь время меня? Надо быть прагматичными. Ты — завидный холостяк, вокруг тебя очереди, а я... —она чуть наклонилась, — я, между прочим, всего лишь на девятнадцатом месте в этом списке.
—Это глупость.
—Это не глупость. Они составили список идеальных невест для тебя, и я там только предпоследняя. Представляешь?
—Значит, они считают, что я тебе не подхожу?—пожал плечами Ферит.
—Нет, милый. Они считают, что это я тебе не подхожу. Почувствуй разницу.
Ферит замолчал. Взгляд его стал серьёзнее, глубже.
—Ты же понимаешь, что всё это полная чушь? Я не читаю такие статьи. И тебе не советую. Лучше я сам напишу статью. Правдивую.
Сейран усмехнулась:
—Правда? Ну-ну. И что же ты там напишешь?
Ферит приблизился, его голос стал ниже, мягче, почти переходя на шепот и пробираясь под кожу девушки:
—Ну, например, так... “Наш инсайдер сообщил, что завидный холостяк Стамбула Ферит Корхан больше вовсе не холостяк. Он состоит в крепких романтических отношениях с одной великолепно умной, умопомрачительно красивой и весьма ревнивой зеленоглазой девушкой...
Он взял её ладонь и, не сводя с неё взгляда, поцеловал запястье:
—“...А ещё сообщается, что эти двое сбежали из шумного Стамбула, чтобы провести выходные в уединенном домике в заснеженных горах. И вам, наши дорогие читатели, лучше не знать, чем они там занимаются, —он резко уверенным движением притянул девушку, усаживая её к себе на колени, —Но источники уверяют: там очень, очень жарко..."
Сейран рассмеялась и положила ладони на его плечи. Взгляд скользнул к его губам, а в глазах полыхнул огонь ярче того, что горел в камине за её спиной.
—Ммм… — прошептала она, медленно наклоняясь ближе и оставляя невесомый поцелуй в уголке его губ. —Вот эту статью я бы прочитала до конца.
------------------------------------------------
Сейран боролась сама с собой, и с той частью себя, которая таяла перед Феритом, как карамель под жарким солнцем.
—Я задала вопрос, —наконец выдохнула она, кладя руку на его грудь и пытаясь сохранить хотя бы видимость дистанции, пока Ферит продолжал нависать над ней и целовать её шею.
Вернуться к теме разговора, который вероломно был саботирован ими же самими полчаса назад бурными поцелуями с продолжением, было довольно сложно, но Сейран пыталась.
—Ферит, ответь!—потребовала она снова.
—Я уже забыл, о чем ты спрашивала, —рассеянно пробормотал он, касаясь её ключицы невесомыми дразнящими поцелуями, —ты знаешь, у меня возникают проблемы с памятью, когда ты находишься подо мной.
Сейран почувствовала, как кожа на её оголённой груди покрылась мурашками от его нахально-самодовольного смешка. Это сводило её с ума. Во всех возможных смыслах.
—Я спросила... —она все же сохраняла решимость поговорить, —Ты что теперь живешь у меня?
—Мм?— промычал он, абсолютно бесстыдно целуя её грудь.
—Ты...—сосредоточиться в таких условиях было невозможно, —сейчас десять утра выходного дня. А ты...—она ахнула и непроизвольно выгнулась дугой, —ты находишься здесь. Ты ночуешь здесь, завтракаешь, а-ах...
—Продолжай, я слушаю, —не прекращая свои пытки ухмыльнулся парень.
—Все твои вещи здесь... Мы что теперь живём вместе?—сжимая белые простыни с крошечными бледно-розовыми сердечками, выдохнула Сейран.
—Возможно...—невозмутимо ответил он.
—Но мы это не обсуждали!—немного приходя в себя от негодования воскликнула девушка.
—А это для тебя проблема?—вскидывая брови, невинно посмотрел на неё Ферит, затем с таким же невинным взглядом снова приблизился к её груди, чтобы сомкнуть губы вокруг соска. —Хочешь, чтобы я ушёл?
Сейран больше не пыталась сдерживать свой стон, а одна рука до этого сжимающая простыни потянулась к его волосам.
Она выдохнула почти разочарованно, когда он отстранился от её.
—Но ты должна знать, что это был мой продуманный план, —улыбнулся Ферит. Она вопросительно выгнула бровь. —Я так сильно тебя хотел, что...—он наклонился к её уху и не отрывая от неё губ, двинулся по щеке и оставил поцелуй на виске, —сначала поселился в твоих мыслях. Потом, —он всё также не отрывая от неё губ, двинулся вниз по её телу, на несколько секунд дольше останавливаясь на губах и шее, пока не добрался до левой груди и поцеловал снова, —потом я поселился в твоём сердце.
Сейран смотрела на него сквозь полуприкрытые густые ресницы и сгорала в настоящем пламени, который создавали его губы. Ферит опустился ниже и оставил ещё один поцелуй под пупком, затем уверенно, но нежно поднял одну её ногу закинув себе на плечо.
—Чтобы добраться наконец до твоего тела, —он вошёл в неё медленно. Второй раз за утро и несмотря на свое удовольствие, туманящее сознание, Сейран разглядела в выражении его лица почти болезненную уязвимость.
Она может и принадлежала ему, но и сам Ферит теперь полностью и без остатка был только её.
------------------------------------------------
Сейран открыла глаза и мир вокруг показался слишком тёмным, и слишком громким. Она несколько секунд смотрела в потолок, пытаясь сфокусировать зрение на выключенной потолочной лампе.
Сейчас, наверное, ночь, —подумала она.
На противоположной от неё стене что-то громко тикало, слева от неё что-то противно пищало, а прямо над головой она слышала позвякивание металла или каких-то инструментов.
Все услышанное и увиденное никак не получалось соединить в единую картину и понять, где она находится. Хотелось поскорее вернуться в ту реальность, где они с Феритом завтракают вместе, а затем он подвозит её до университета...
Там было так спокойно. А здесь было больно и тоскливо.
—Как вы себя чувствуете, Сейран-ханым?—спросил вдруг мягкий женский голос над её головой. Девушка с большим трудом повернула голову в её сторону и увидела перед собой молодую медсестру, которая держала в руках металлический поднос со шприцами и какими-то ампулами.
Сейран хотела спросить, где она. Почему здесь оказалась. Что происходит. Почему ей так больно, будто её тело искромсано на лоскуты, но на деле, сил на вопросы не было совсем и она лишь прикрыла веки и едва заметно кивнула.
—Ваш муж от вас не отходит ни на шаг. Уже вторые сутки спит прямо в этом кресле, —участливо прошептала медсестра и указала взглядом куда-то вправо.
Сейран с тяжёлым вздохом, собирая последние силы, проследила за её взглядом и увидела скорчившегося в тесном больничном кресле спящего Ферита. Он сидел в помятой рубашке. Такой же, какую он обычно носил на работу.
Не успела Сейран возмутиться глупым замечанием медсестры, что Ферит её муж, её веки снова стали каменными и закрылись сами собой, снова погружая её в красочные видения-воспоминания.
------------------------------------------------
Просторная и сверкающая кухня в особняке семьи Шанлы пахла фисташками, пряностями и свежесваренным кофе. Сейран сосредоточенно следила за ароматной пенкой медленно закипающего кофе. Она аккуратно подняла джезве и с лёгким наклоном заполнила первую фарфоровую чашечку, стараясь не пролить ни капли — густая пенка легла ровным кружком, будто бархатное покрывало. Пар тонкой струйкой поднимался вверх, обволакивая кухню ещё более густым ароматом — насыщенным, чуть горьким, с намёком на кардамон. Вторая чашка — такая же белая, с тонким золотым кантом — приняла кофе с мягким шипением. Сейран разливала с почти ритуальной серьёзностью, едва подавляя свое волнение и трепет.
—Ну, что, дочка, все готово? Гости ждут, —нетерпеливо проворчала госпожа Хатидже, заходя на кухню.
—Да, всё почти готово, —нервно улыбнулась Сейран, —Ох, чуть не забыла, —вдруг спохватившись пролепетала девушка и потянулась к фарфоровой сахарнице, —Это для Ферита, —кладя несколько щедрых ложек сахара, с трепетом проговорила она.
—Ты что, Сейран! Так нельзя! На сватовстве жениху подают соленый кофе! Давай переделывай, —пожилая женщина неодобрительно покачала головой и обратилась к помощнице по дому, —Айше, принеси соль и перца побольше.
—Нет, тётя, —горячо возразила Сейран, —я не буду так издеваться над Феритом. Пусть знает, что наша семейная жизнь будет такой же сладкой, как и его кофе, —мечтательно улыбнулась девушка.
—Пропали, мы, пропали! Ты что ж по уши влюблена в этого оленя, да?—недовольно нахмурилась пожилая женщина.
—Еще как, тётушка!—почти пропела Сейран, обнимая госпожу Хаттуч.
Женщина не смогла сдержать улыбки, но все же строго похлопала племянницу по спине.
—Ну, всё, ну, все...довольно. Нельзя заставлять гостей ждать... Даже если это Корханы...
------------------------------------------------
Она открыла глаза и на этот раз не желала тратить драгоценные крупицы сил на бесполезные телодвижения. Здесь, в этой странной и незнакомой ей палате силы покидали её несправедливо быстро, поэтому Сейран только открыв глаза , попыталась найти Ферита.
Он был рядом. Напуганные глаза. Пугающе уставшее лицо. Беспорядок на голове.
Сейран сглотнула и почувствовала острую боль в гортани. Она попыталась заговорить, но из горла выходил только хриплый свист.
—Все хорошо, милая. Тебе нельзя сильно перенапрягаться. Отдохни, —его голос был таким же теплым и заботливым, как из её видений.
Она улыбнулась, скорее попыталась улыбнуться, но на деле лишь прикрыла глаза и снова уснула.
------------------------------------------------
—Доброе утро, любимый —промурлыкала Сейран, оставляя нежный поцелуй на его щеке.
Ферит с трудом разомкнул сонные веки и прищурившись уставился на жену.
—Доброе утро, красотка, —охрипшим после сна голосом пробормотал он, —Как дела?—подмигнул мужчина.
Сейран рассмеялась, любуясь его взлохмоченными волосами и неуклюжими попытками флиртовать с ней.
—У меня все замечательно, —улыбнулась она и наклонилась к его губам, —С днём рождения, милый...
Она потянулась к прикроватной тумбе и взяла в руки подготовленный заранее маленький тортик с горящей свечой.
—Загадывай желание и задувай свечку, —держа десерт, радостно проговорила она.
Ферит приподнялся на подушке, моргая от света, падающего сквозь шторы. На секунду он просто смотрел на Сейран — растерянно, мечтательно и влюблённо.
—Ты серьёзно? — хрипло усмехнулся он, глядя на одну-единственную свечку, неловко вставленную в крем.
—Очень даже, — Сейран кивнула, сдерживая улыбку. —Всё по правилам. Желание — и дуй.
Он взглянул на свечу, потом на неё. И, не раздумывая, закрыл глаза и задул свечу.
—Так быстро? — с любопытством спросила она, ставя торт на тумбочку.
—Ага. Я всегда знаю, чего хочу, —подмигнул он ей.
—Я и не сомневалась.Тогда может ты угадаешь, какой я подготовила для тебя подарок? —с вызовом посмотрела на него девушка, —Подсказка. Ты об этом очень давно мечтал и хотел...
—Тебя.
—Ну, нет, Ферит. Соберись и подумай хорошенько. Ты так сильно этого хотел, что прожужжал мне все уши.
—Я не меняю свой ответ,—немного подумав ответил он, —На свой день рождения я хочу свою жену.
—Да нет же!—всплеснула руками Сейран, —не будь таким занудой и подумай...
—Ты назвала меня занудой в мой же день рождения? Как не стыдно, Сейран-ханым! Может мне нужно вас наказать за это? —хрипло проговорил он, притягивая жену в свои объятия.
—Ты ужасно испорченный. Ты ведь это знаешь, да?—поджимая губы покачала головой Сейран.
—Знаю...—одна его рука скользнула по оголённому бедру, нежно оглаживая бархатную кожу. —Но неужели ты хочешь сказать, что под этим халатиком для меня ничего нет?
—Возможно и есть, —прижимаясь к нему вздохнула Сейран.
Ферит потянул за пояс халата и шёлковая ткань послушно заструилась, открывая ему великолепный вид на произведения искусства в виде кружева и лент, обвивающих тело его жены. Мужчина самодовольно улыбнулся тому, насколько этот комплект был откровенным и дурманящим.
—Обожаю, когда мне разрешают съесть десерт до завтрака, —хищно улыбнулся Ферит и впился губами в её приоткрытый рот.
------------------------------------------------
—Милый, зайди, пожалуйста, в дом. Ты здесь замёрзнешь, — с беспокойством позвала Сейран, уже в десятый раз выходя на балкон. Её голос дрожал от тревоги. Она прижала ладони к груди, пытаясь согреться в тонком халате, но куда сильнее её тревожил он.
Ферит стоял, опершись на перила, в одной футболке и домашних штанах. Его волосы были чуть растрёпаны, а плечи — опущены. Он молча смотрел на ночной Стамбул, где медленно кружились редкие снежинки, растворяясь в тишине.
—Сейран, иди спать. Всё в порядке, — пробормотал он хрипло, не поворачивая головы. В его голосе не было ни убеждённости, ни сил.
—Не пойду я спать. И нет, не всё в порядке, — с упрямством в голосе ответила она и подошла ближе. Решительно встала перед ним, сжала его холодные руки. —Ферит, ты не можешь продолжать изводить себя из-за каких-то слов дедушки! Не надо, милый...
Он опустил взгляд, губы дрогнули.
—Это не просто слова, Сейран… А что, если он прав? — выдохнул он почти беззвучно, будто боялся услышать собственный страх.
—Он. Не. Прав. — уверенно отчеканила она, глядя прямо в его глаза. —И ты это прекрасно знаешь. Без тебя эта компания давно бы пошла ко дну. Ты вкладываешь туда столько себя — и времени, и сил, и боли. У него нет ни малейшего права упрекать тебя хоть в чём-то.
Сейран бережно взяла его лицо в ладони, заставила посмотреть на неё.
—Слышишь меня?
Ферит накрыл её руки своими и тихо, почти безжизненно, прошептал:
—Я чувствую себя маленьким, ничтожным мальчиком… Который всё время старается угодить взрослым, но у него никогда не выходит. Я так устал, Сейран...
Она кивнула, сдерживая слёзы, прижалась лбом к его лбу.
—Я понимаю. И ты ведь знаешь: я поддержу любое твоё решение. Даже если ты однажды решишься всё оставить, переехать, начать заново. Помнишь, как мы хотели...
—Я не могу… Я не хочу никого подводить, — выдохнул он, голос снова сорвался.
Сейран отступила на шаг, крепче сжала его руки:
—Вот опять… Ферит, ты никого не подводишь. Какой от этого толк, если ты несчастен? Ты не обязан доказывать что-то кому-то.
Он замолчал, и только глаза его метались — полные страха, боли, неуверенности.
—А если у меня там ничего не получится? — наконец прошептал он.
—Не может не получиться. Знаешь почему? Потому что ты — самый умный человек, которого я знаю. Ты блестящий специалист. У тебя получится всё, к чему ты прикоснёшься. Просто, прошу тебя, перестань так себя ненавидеть… и обесценивать.
Она улыбнулась сквозь слёзы, прижалась к его груди.
—Я знаю, ты разозлишься за эти мои слова… Но послушай: Халис Корхан и вся эта компания — никто и ничто без тебя. Но ты без них всё ещё останешься Феритом Корханом...
------------------------------------------------
Сейран не понимала, что утомляет её больше—само пробуждение, или её попытки отличить видения от реальности.
Если раньше это было довольно сложно, то сейчас девушка была уверена, что её мозг прокручивал перед ней кино из событий её прошлого. Погружение было настолько красочным и реалистичным, что открывать глаза и чувствовать боль в каждой мышце тела было мучительно.
Ферит стал для неё якорем. Она уже привыкла, открывая глаза, первым делом искать его. Он всегда был рядом. Такой теплый, заботливый и неизменно уставший. Она пыталась ухватиться за него взглядом, чтобы не потерять из виду. Когда она проваливалась в сон, она снова видела его. Их свадьбу, счастливую семейную жизнь, бессмысленные споры и планы на будущее...
Сейран заметила какое-то движение рядом с собой и увидела медсестру, вводящее ей какое лекарство. Усталость снова накрывала её с головой, но девушка изо всех сил попыталась ухватиться за какую-то ускользающую мысль.
Они с Феритом пытались завести ребенка. Она вспомнила абзац из одной книги про планирование беременности, которую она читала...
—Нельзя лекарства...—с трудом выговаривая слова выдохнула она.
—Что, милая?—обеспокоенно наклонился к ней Ферит, чтобы расслышать.
Она неумолимо проваливалась куда-то в пропасть, но понимая, что это очень важно, использовала все силы,что у нее только были.
—Мне нельзя лекарства. Вредно...для ребёнка...—тяжело сглатывая и прохрипела Сейран и позволила себе снова упасть в другую реальность.
------------------------------------------------
Комната утопала в полумраке. За окном мерцал вечерний город, в стекле дрожали разноцветные огни. Сейран лежала на кровати, свернувшись в тугой, уязвимый клубок. Её плечи едва заметно подрагивали — от сдерживаемых, уже почти беззвучных всхлипов. Глаза опухли, ресницы склеились от слёз, а взгляд всё так же был прикован к огням за окном. Будто в них была хоть какая-то надежда.
Полуоткрытые губы дрожали. В груди эхом отзывалась тупая, тянущая боль — та, что не отпускает, только прячется глубже.
Где-то в коридоре послышался лязг ключей. Хлопнула входная дверь. Пёс, радостно поскуливая, вбежал в квартиру.
—Тео, стой! — раздался голос Ферита, усталый, но всё ещё строгий. —У тебя грязные лапы! Мама нас обоих прибьет, если увидит, что ты здесь устроил!
Какой-то шорох. Открылась дверь ванной и послышался шум воды вперемешку с радостным собачьим лаем и человеческим ворчанием.
Время медленно отбивало ритм и через несколько минут после того, как прекратился звук воды, в комнату зашёл он.
—Любимая... — тихо позвал Ферит. —Ты спишь?
—Нет, —ответила она глухо, еле слышно.
Муж подошёл ближе, присел на край кровати.
—Что случилось? Ты... ты плакала? Что произошло?
—Ничего.
Ферит нахмурился, пытаясь расслышать интонацию.
—Отрицательный, —догадался он.
—Угу.
Ферит выдохнул и мягко провёл ладонью по её плечу. Заботливо, утешающе...
—И ты плачешь из-за этого? Милая, мы ведь были готовы к такому...—тихо бормотал он.—В следующий раз обязательно получится. Правда. Сейран?..
—Я хочу побыть одна.
—Может, посмотрим кино? Я закажу нам еды... мороженое, пиццу, хочешь?
—Ферит, — её голос стал резче, — я сказала — я хочу побыть одна. Оставь меня в покое.
Он отстранился, опустив глаза, но не ушёл.
—Сейран... пожалуйста, перестань так расстраиваться. Это не конец света.
—Я не расстроена, Ферит! — её голос сорвался, дрогнул. —Я зла! Мне больно! Обидно! Почему у нас не получается?! Почему у кого-то это выходит случайно — пьяными, на вечеринке, а я...—слезы снова хлынули из глаз.
Он молчал. Потом тихо, почти не дыша, произнёс:
—А что, если у нас... не получится?
—Что?! — Сейран резко села на кровати, глядя на него с ужасом.
—Ты серьёзно?!
—Я просто... — он сжал руки в замок. —Просто подумал. Ну, вдруг. Вдруг это наша реальность. У нас никогда не будет детей...
—Как ты можешь говорить такое, Ферит? Мы... мы же... мы мечтали об этом.
—Да. Мечтали. Но что, если этого не случится? — он заговорил тише, но увереннее. —Ты так и будешь каждый месяц себя разрушать? Считать себя плохой?
—Я н-не знаю... —Сейран снова опустила взгляд, пряча лицо в ладонях. —Я просто... я устала надеяться.
Ферит подошёл ближе и аккуратно притянул жену к себе, обнял, несмотря на её сопротивление.
—Послушай, — прошептал он. —Я тебя понимаю. Я тоже хочу ребёнка. Очень. Но ещё сильнее я хочу, чтобы ты была в порядке. Чтобы не теряла себя в этой боли. Потому что ты — моё всё. Я хотел детей и до сих пор хочу, но это никогда не было важнее тебя. Тебя мне будет достаточно. Ты была и останешься самым главным человеком в моей жизни. Выше любого желания. Выше всего, что я когда-либо хотел.
Сейран сжала его тонкий свитер и всхлипнула, а затем громко заплакала. Так, как не позволяла себе никогда раньше. Боль смешалась с облегчением, но всё же в груди снова зарождалась ещё большая надежда на будущее.
------------------------------------------------
Сейран стояла в дверном проёме ванной комнаты и с интересом наблюдала за тем, как Ферит сосредоточенно вытягивает шею, проводя острым лезвием бритвы по коже.
Ей нравилось наблюдать за ним, пока он бреется. Иногда он напевал какие-то только ему известные мотивы, иногда, как сегодня, сохранял серьёзность и сосредоточенность. Когда он, закончив бритья, умылся и выдавил на пальцы лосьон и начать проводить им по коже лица, Сейран не выдержала и вошла в ванную.
Она встала за ним и поднявшись босыми ногами на цыпочки, поцеловала родинку на его спине —ту что была над лопаткой. Прижалась лбом к его горячей коже и обхватила руками талию.
—Все хорошо?—с ухмылкой на лице, спросил Ферит.
—Да, —выдохнула она, тут же вдыхая в лёгкие его запах.Он пах чем-то древесным, мятным с тонкой ноткой цитруса. —Я так сильно тебя люблю.
—Эй, всё точно в порядке?—обеспокоенно вскинул брови мужчина и сжав ее пальцы, повернулся к ней.
—Что, я не могу сказать, что люблю тебя? —посмотрела на него Сейран сквозь полуопущенные ресницы.
—Конечно, можешь... —улыбнулся он, —просто ты в последнее время такая странная.
—Ну, привыкай, —ласково пробормотала Сейран, высвобождая свои руки, чтобы провести по груди и плечам Ферита, —Какой же ты красивый, —абсолютно очарованно вдруг выдохнула она.
—Вот опять!—едва заметно краснея воскликнул мужчина.
—Ты просто идеальный, —завороженно продолжала Сейран, лаская ладонями его плечи и шею. Она потянулась к нему и провела носом по изгибу его шеи, —А твой запах...
Сейран сделала почти жадный вдох и удовлетворённо застонала. Ферит подумал, что этот звук вполне мог бы свести его с ума, но он сглотнул и хрипло пробормотал.
—Беременность делает тебя такой...
—Настоящей, —закончила за него она, —я всегда сходила по тебе с ума, а сейчас просто не боюсь этого признать, —шепнула она в уголок его рта и жадно впилась в его губы.
------------------------------------------------
Сейран рассеянно оглядела палату глазами и задалась вопросом, почему после красочных и ярких воспоминаний, она снова и снова возвращается именно сюда.
Что происходит. Что она здесь делает? Почему все тело так сильно ломит?
Но эти вопросы продолжали плыть по её сознанию в виде размытых образов и ей никак не удавалось соединить их в слова.
Ферит склонился над ней и улыбнулся. Ей захотелось улыбнуться ему в ответ, но девушка смогла лишь сосредоточить на нём взгляд, разглядывая его черты лица.
Почему ты выглядишь таким уставшим? Что мы здесь делаем? Что вообще происходит?
Снова вопросы лишь повисли в воздухе, пока у нее непроизвольно вырвалось лишь:
—Почему ты не бреешься?
Сначала Ферит застыл на секунду, а затем его усталое лицо просияло в улыбке. Он тихо рассмеялся.
—Не знаю, как-то не выдалось случая...—пожал он плечами улыбаясь.
Ты мне больше нравишься без бороды, —подумала она, но лишь продолжила смотреть на него, мучительно пытаясь собрать все мысли и воспоминания в кучу.
Мозг будто бы отказывался работать так, как раньше, словно отгораживая ее высокой стеной от чего-то страшного.
Ферит был заботлив и медсестра не ошибалась, говоря, что он ни на шаг от Сейран не отходит. Сколько бы она не бодрствовала, а теперь таких минут в течение дня становилось больше, муж всё время был рядом.
Засыпая, Сейран больше не видела те красочные воспоминания связанные с Феритом. Теперь её сны были бессвязными, нелепыми и тревожными.
Например, в одном из них она никак не могла выбраться из ванной, будто одержимая, выскребая со своей кожи невидимую грязь. Холодный скользкий пол под ногами вызывал дрожь, а девушке хотелось закричать от отчаяния.
Теперь пока она спала, она могла слышать отголоски чужих разговоров.
"Сегодня мы перевели Сейран-ханым на другое обезболивающее. Оно более мягкое..."
"Сынок, ты иди отдохни, мы посидим с Сейран"
"Мама Эсме, не надо плакать. Сейран увидит и это может её расстроить. Все будет хорошо... Я здесь..."
Все почему-то говорили о ней и это ещё больше путало мысли девушки, пока однажды всё не встало на свои места.
Это был один из снов.
------------------------------------------------
—Ты не ждала меня, милая?
Али сделал один медленный, но уверенный шаг и Сейран заметила, как в его руке что-то блеснуло.
Нож. Он держал в руках нож.
Мужчина заметил и проследил за её взглядом и хищно улыбнулся, обнажая ряд ровных, неестественно белых, словно у зверя зубов.
—Ты и твой муж сломали мою жизнь. Уничтожили мою карьеру... Я лишь хотел отплатить вам тем же... Ты же, кстати, получила мой свадебный подарок? Тебе понравилась твоя фата?
Он прижался носом к её щеке и Сейран почувствовала волну подступающей к горлу тошноты.
В одной руке он все ещё держал нож, пока второй водил по её щекам, спускаясь к шее и груди. Он прикасался к ней по-собственнически грубо, словно издеваясь, а Сейран продолжала стоять, не в силах что-либо сделать.
Он прикусил её ухо. Слишком больно, слишком дико, будто пытался откусить кусочек. Вспышка боли затуманила разум Сейран и она взвизгнула. По крайней мере попыталась, но поняла, что из горла не вышло и звука, словно в ночных кошмарах, она буквально онемела. Она хотела кричать, умолять отпустить, но открывала и закрывала рот, не издавая ни звука.
------------------------------------------------
Это напоминало то, как прорывает плотину. Маленькая брешь пропустила тонкую струйку, чтобы через мгновение сильный поток воды разнёс в щепки всё строение. Сознание Сейран напоминало сейчас руины некогда устойчивой крепости.
Сейчас она никак не могла спрятаться от реальности, которая обрушилась на неё так резко и неожиданно.
Она подумала о ребёнке. И ужас сковал её.
Ну, конечно, как она могла быть настолько глупой... Она в больнице, потому что что-то случилось с ребенком. Но что?.. Он ведь в порядке? Не мог ведь Ферит так искренне ей улыбаться и заботиться о ней, если она не смогла защитить и уберечь их малыша...
—Он же в порядке?—наконец найдя в себе силы, с надеждой спросила девушка.
Слова слетели с губ одними губами, почти шёпотом, как молитва. Ферит не сразу ответил. Она видела, как он опустил глаза, как напряглись его скулы, как будто даже ему было больно смотреть на неё в этот момент.
Он выдохнул:
—Его не смогли... не смогли спасти, —боль в голосе ошеломляла.
Не закричать. Не разрыдаться. Не рвать на себе всё, что давит.
Сейран сжала губы, чтобы не выдать горестный стон. Медленно отвернулась.
Слёзы потекли сами, без звука. Они не были истеричными, как в фильмах, не были рыданиями — они были такими же немыми, как и та пустота, что осталась внутри.
Боль от потери смешивалась с чувством вины и Сейран показалось, что эта смесь может убить её и почему-то ей не хотелось сопротивляться.
Она не произнесла больше ни слова. Не смотрела ни на Ферита, ни на врачей. Потому что всё казалось бессмысленным. Потому что даже воздух теперь казался чужим.
Теперь в сознании девушки не было даже тонкой пелены, за которой она могла бы скрыться от болезненных воспоминаний и горя.
Была только она и эта адская боль. А ещё Ферит, который окружал её заботой.
Дни были длинными и бесцветными. Она закрывала глаза и видела кошмары, открывала их и оказывалась в новом кошмаре — муж не отходил от Сейран ни на минуту и она ощущала только чувство вины и желание, чтобы все наконец оставили её в покое. Перестали пичкать лекарствами, перестали заставлять есть, перестали утешать и смотреть с жалостью.
Решение пожить после выписки в доме родителей пришло само собой. Она не хотела возвращаться в место, где все будет напоминать об их счастливой жизни и ребенке. Но самое главное, Сейран не хотела стать обузой для Ферита. Это было нелегким решением, но единственным, которое не вызывало новой порции боли.
Бесцветные дни в больнице сменились бесцветными днями в родительском доме. Сейран чувствовала себя лучше, но все ещё быстро утомлялась, постоянно кружилась голова и периодически беспокоили боли в животе.
Она уже перестала спрашивать, какой сегодня день недели, потому что знала, что ничего не изменится. Врачи, новые лекарства, уговоры матери немного поесть и теплые руки Ферита, которые гладили ее волосы. Он приходил каждый день, пытался с ней заговорить, улыбался, но даже физическая слабость не мешала Сейран разглядеть, насколько он вымотан.
Ей хотелось извиниться, но сил чтобы заговорить не было.
Однажды он не пришел. И на завтрашний день тоже. Его отсутствие стало тем, что впервые за все это время заставило что-то почувствовать.
Какая-то часть её убеждала себя, что Ферит просто напросто от неё устал, а другая всем сердцем этого страшилась.
Сейран вставала рано, не потому что высыпалась — сон был прерывистым и тяжёлым, — а потому что в лежании уже не было смысла. Медленно выходила на балкон своей комнаты и смотрела, как по периметру особняка расхаживает охрана, садовник работает в саду и первые лучи солнца заливают лужайку перед домом. Жизнь продолжалась — но для неё была поставлена на паузу.
Она почти не разговаривала. Ни с матерью, которая не знала, как подступиться к дочери, ни с тетей, которая каждый день приносила ей горячий чай и пыталась хотя бы одной фразой вытянуть её обратно в реальность. Иногда Сейран кивала. Иногда просто смотрела в сторону, словно даже не слышала.
Но однажды, когда Ферита не было уже три дня, она впервые за все это время спустилась на завтрак и тихо спросила, где он.
Девушка заметила, как все за столом переглянулись, мать поджала губы, тётя Хаттуч искоса посмотрела на племянника и неодобрительно покачала головой, и лишь отец откашлялся и мягко начал.
—Дочка, он тебя больше не побеспокоит.
—Что это значит?—нахмурилась Сейран.
—Он больше сюда не придёт. Не посмеет, —отрезал мужчина.
—Что случилось?—взволнованно заметалась взглядом девушка.
—Я его выгнал, —твердо произнёс отец. —Все произошло по его вине. И я не допущу, чтобы тебе причинили боль снова. Да его даже из собственного дома выгнали! Из компании уволили! Так ему и надо!
—П-папа, что ты говоришь? — голос Сейран дрогнул, и она вцепилась пальцами в край стола, словно это могло удержать её от падения в ту бездну, что уже разверзалась внутри. —Ферит не виноват... Почему его выгнали? Пожалуйста... Почему?..
Её дыхание стало неровным. Руки невольно цепляли столовые приборы, задевая чашку с чаем и проливая горячую жидкость на белую скатерть. Глаза горели слезами.
—Я... я во всём виновата... — голос её стал прерывистым. Плечи задрожали. —Это всё из-за меня... Это я виновата... Я всё испортила...
Она зажала рот рукой, как будто хотела заткнуть собственные слова, но было поздно. Слёзы хлынули стремительно, и она затряслась в неконтролируемых всхлипах. Словно всё, что она сдерживала в себе эти дни, прорвалось наружу одним страшным, удушающим потоком. Пальцы дрожали, в груди щемило так, будто там разрывалось что-то. Она лишь отдаленно слышала голоса.
—Кязым, ты хоть думаешь, что говоришь? У девочки нервный срыв! Она и так настрадалась!
—Тетя, что я поделаю. Я ведь правду сказал!
—Замолчи, Кязым! Просто замолчи! Ты пугаешь мою дочь! Уйди, мы с тетей отведем Сейран в комнату и не смей к ней приближаться!
Сейран качалась взад-вперёд, как ребёнок, запертый в невыносимом страхе, не замечая своих громких всхлипываний. Не чувствуя пола под собой. Только боль. Только вина. Только пустота, в которую она проваливалась всё глубже.
***
Сейран уже тысячу раз пожалела о том, что согласилась на предложение Суны пойти на пикник. За деревянным столом в оживлённом городском парке она уже двадцать минут пыталась не выглядеть такой уставшей и хотя бы изобразить интерес к сплетням, которые с энтузиазмом обсуждали Элиф и Дефне. Суна время от времени обеспокоенно поглядывала на подругу, более успешно изображая заинтересованность в беседе. Это была её идея, попытка вытащить Сейран из дома хоть на несколько часов.
—В этих четырёх стенах тебе лучше не станет, — убеждала Суна её накануне, сидя на небольшом диванчике в её комнате. —Сейран, тебе нужно выходить в мир. Я даже не представляю, насколько тебе тяжело, но запирать себя в темнице — не выход.
Сейчас этот «план спасения» уже не казался таким удачным. Разговоры девушек были поверхностны, громки, и даже самой Суне они начали набивать оскомину. А Сейран тем временем чувствовала себя, как рыбка, выброшенная на берег — задыхаясь, не зная, куда себя деть.
—Ну, как у вас с Феритом дела? — слащаво поинтересовалась вдруг Элиф, и Сейран словно кольнуло. Имя мужа прозвучало слишком резко, слишком обыденно.
—Всё хорошо, — выдавила она с натянутой улыбкой, опуская взгляд на пластиковый стаканчик с соком.
—Я слышала, у Корханов сейчас настоящая революция. Правда, что Ферита выгнали из компании? — бестактно встряла Дефне, её глаза буквально сверкали от жажды сенсации.
—У Корханов всё хорошо. Никто никого не выгонял, — отрезала Суна, стараясь сохранить спокойный тон, но уголки её губ дрогнули от напряжения. —Может, не будем о бизнесе?
—Ну конечно, — закатила глаза Дефне, —Как скажете, Суна-ханым.
—Сейран, — вдруг вмешалась Элиф, и в её голосе прозвучало нечто приторно-добродушное, от чего у Сейран на мгновение заныло в груди, —а детей вы не планируете?
Сейран вздрогнула. Пальцы сжали край юбки под столом. Она не сразу поняла, что именно спросили, как будто мозг отказывался принимать смысл слов.
—Что?.. Прости? — переспросила она хрипловатым, пересохшим голосом.
—Ну, детей, — спокойно уточнила Элиф, будто обсуждала покупку нового платья. —Вы с Феритом уже довольно давно вместе. Суна недавно родила, и мы с Омером планируем, а вы?
—Элиф, — предупредительно сказала Суна, но было поздно.
Сейран не ответила. На лице застыла дежурная улыбка, но внутри она чувствовала, как что-то сжалось в тугой комок. Сердце застучало в ушах, дыхание сбилось. Руки дрожали, хотя она пыталась спрятать это под столом. В горле стоял горький ком — знакомый, нестерпимый.
—Ну, просто интересно же, — продолжала тем временем Дефне, лениво ковыряя пластиковую вилкой в коробочке с фруктами. Не замечая реакции Сейран. —Тем более, вы такие красивые. Представляю, какой у вас ребёнок бы был…
Сейран встала резко, нелепо, зацепившись подолом юбки о деревянную скамейку. Подруги замолчали. Несколько прохожих обернулись.
—Извините… Мне нужно… Мне нужно в туалет, — выговорила она быстро и неуверенно, не поднимая глаз, и, не дождавшись реакции, пошла прочь, почти побежала, будто воздух стал ядовитым.
Суна вскочила следом, бросив короткое:
—Иногда нужно думать, прежде чем говорить.
Элиф и Дефне переглянулись, не понимая, что произошло. А Сейран уже скрылась за деревьями, прижав руку к груди, где застряло дыхание. Она смотрела лишь на свои ноги, спотыкаяющиеся и неуверенные. Она изо всех сил пыталась не заплакать и начать дышать.
До того, как она подумала, куда идёт и стоит ли ей остановиться она споткнулась и оказалась в крепких мужских руках, придерживающих её за плечи. Она напуганно подняла голову и сдерживаемый поток слез вырвался наружу.
—Ферит, забери...Забери меня отсюда, —всхлипывала она, оказавшись в родных объятиях мужа.
—Хорошо, хорошо...хорошо, милая...—шептал он, прижимая её к себе и обнимая так крепко, как давно мечтал.