Красный Павлин

Редакторы: Айрин, Санни, Aforside

Хонг Кхонг Чуай (红孔雀 — Красный Павлин)

Название таинственного клана мафии, чьё влияние довлело над Гонконгом более тридцати лет. Ходило множество слухов о том, что «Красный Павлин» – организация, чей глава бессмертен. Но после новостей о взрыве грузового судна и обнародования старого дела семьи Жун, в сочетании с известием о гибели при взрыве Жун Бай Цзы, который, как считалось, и был Хонг Кхонг Чуай, аура таинственности за несколько месяцев почти рассеялась. Однако... Всего одна ночь в Макао, и новости о появлении нового представителя Красного Павлина, которым якобы оказался бывший полицейский, подозреваемый в связи с Хонг Кхонг Чуай и исчезнувший после закрытия дела о взрыве, вернули это имя на первые полосы газет и сделали главной темой разговоров в деловых кругах Гонконга.

— Ого, Пэн Пэн, откуда они взяли это фото? И почему твоё лицо выглядит таким измождённым? — спросил Хонг Кхонг Чуай, вальяжно развалившись на тёмно-красном бархатном диване в роскошно обставленном гостиничном номере. Мягкий свет раннего утра проникал сквозь красно-коричневые шторы с золотым узором. Лу И Пэн, только что вышедший из ванной в одном полотенце на бёдрах, нахмурился.

— Моя фотография? Какой номер газеты ты читаешь?

— Сегодняшний, — Хонг Кхонг Чуай помахал газетой. — Тут есть твоё фото.

— Чего?! — воскликнул Лу И Пэн и тут же выхватил газету из рук говорившего. Прочитав заголовок, его брови сошлись так, что почти слились в одну линию.

— Кхонг Чуай, эти новости...

Хонг Кхонг Чуай посмотрел на Лу И Пэна и улыбнулся:

— Пэн Пэн, тебе не нравится, что бывший полицейский, который когда-то так усердно стоял на страже справедливости, вдруг появился в таких новостях?

Тот, кого спросили, сжал губы и надолго замолчал, но в итоге кивнул соглашаясь.

— Это правда. Хоть я и решил уйти в отставку, чтобы быть с тобой, и был готов ко всему, но я не хотел становиться плохим примером для младших офицеров полиции, появляясь в таких новостях, — заявил бывший полицейский. Собеседник приподнял бровь.

— На каждый роток не накинешь платок, новостей не избежать. Давай сделаем так: я прикажу исправить новость.

Лу И Пэн надолго замолчал, а потом медленно заговорил:

— Просто исправить новость недостаточно. Нужно стереть полицейского по имени Лу И Пэн.

— Хм? — Хонг Кхонг Чуай удивлённо уставился на него. — Что ты имеешь в виду, Пэн Пэн?

— Я имею в виду... — молодой человек произносил каждое слово с нажимом, — полицейский по имени Лу И Пэн должен исчезнуть. Не только из газет, но и из этого мира вообще.

Хонг Кхонг Чуай приподнял одну бровь, некоторое время пристально смотрел на молодого человека и, наконец, кивнул.

— Я понимаю, Пэн Пэн. Но как именно ты собираешься это сделать?

— Капитан Дуань, вы слышали о новостях из Макао? — поинтересовался один из полицейских, заходя в офис, где Дуань Фэн сидел с озадаченным видом среди груды документов на рабочем столе. Тот поднял голову и вопросительно приподнял бровь.

— Что за новости?

— О том, что инспектор Лу теперь работает на Хонг Кхонг Чуай.

— Что?! — воскликнул Дуань Фэн в изумлении. — Что вы имеете в виду?

— Значит, вы действительно не слышали. Говорят, прошлой ночью люди Хонг Кхонг Чуай устроили беспорядки в известном казино Макао. Газеты пишут, что некоторые свидетели подтвердили — там видели того самого бывшего полицейского, о котором ходили скандальные слухи несколько месяцев назад. И он действовал от имени Хонг Кхонг Чуай. Некоторые газеты даже опубликовали фотографию инспектора Лу, одну из тех, которые попали в газеты, после той истории со взрывом автомобиля.

Лицо Дуань Фэна мгновенно помрачнело.

— Неужели в новостях есть хоть слово правды? — пробормотал молодой полицейский, прежде чем жестом отпустить говорившего.

Около четырёх месяцев назад они с Лу И Пэном пострадали при взрыве патрульной машины. Осколки, попавшие в спинной мозг, парализовали нижнюю часть тела Дуань Фэна. Однако после операции по их удалению и примерно трёх месяцев физиотерапии, его ноги начали восстанавливаться. До этого Лу И Пэн, бывший на тот момент его старшим коллегой, пришёл к нему в больницу и попрощался, бросив загадочную фразу: «Собираюсь на поиски одной птицы». Через несколько дней после этого стало известно, что инспектор ушёл со службы, оставив почти всё в своём доме. Он взял только личный автомобиль, какаду, которого ему оставили на хранение, немного личных вещей и уехал в неизвестном направлении.

Услышав сегодняшние новости, Дуань Фэн сразу догадался, что под «птицей», о которой говорил Лу И Пэн перед уходом, наверняка имелся в виду Хонг Кхонг Чуай. Говорили, что после вскрытия тела, которое Лу И Пэн идентифицировал как Хонг Кхонг Чуай, было обнаружено много несоответствий. Его старший коллега, должно быть, знал, что найденное тело было чьим-то чужим, а сам мафиози, вероятно, всё ещё жив, поэтому решил отправиться на его поиски.

Дуань Фэн уже давно подозревал, что отношения между инспектором и Хонг Кхонг Чуай были не совсем обычными. Особенно после того, как он очнулся в отделении интенсивной терапии и увидел, как они целуются. Хотя Лу И Пэн прямо не признал этого, но и не отрицал. Поэтому Дуань Фэн сам решил, что Лу И Пэн был любовником Хонг Кхонг Чуай. Решение уйти в отставку и исчезнуть таким образом означало — инспектор определённо отправился искать своего возлюбленного. Однако прошло несколько месяцев, и известий не только о Лу И Пэне, но и о самом Хонг Кхонг Чуай слышно не было. Дуань Фэн думал, что, возможно, эти двое сбежали, чтобы тихо и счастливо жить где-то вместе. Но эта статья в газете...

Разобравшись с частью документов, Дуань Фэн решил позвонить другу, работающему в Макао, чтобы проверить информацию. Тот сообщил, что завтра у него дела в Гонконге, и он привезёт газету. Молодой полицейский поработал с документами до середины дня, после чего отправился на физиотерапию.

На самом деле ноги Дуань Фэна всё ещё работали не очень хорошо. Хотя чувствительность и вернулась, для передвижения ему всё ещё требовались ходунки. Тем не менее молодой полицейский не хотел просто жить на государственную зарплату в больнице, ничего не делая, поэтому подал начальству прошение о возвращении к работе с документами, которая не требовала особых физических усилий.

Получив разрешение, Дуань Фэн вернулся к работе в полицейском управлении. Руководство организовало для его транспортировки полицейского-водителя, так как Дуань Фэн должен был оставаться в больнице для продолжения реабилитации. Поэтому он работал утром, а после обеда возвращался на физиотерапию. Сегодня как раз закончилась первая неделя с его возвращения к работе.

Дуань Фэн сидел в машине, направляющейся к больнице, мысленно возвращаясь к тому, что услышал этим утром.

— Капитан, что-то случилось? — спросила молодая медсестра лет двадцати трёх, когда Дуань Фэн, опираясь на обе руки, тренировался ходить вдоль поручней в кабинете физиотерапии. Молодой человек слегка вздрогнул, а затем обернулся к ней.

— Нет, ничего особенного.

Медсестра посмотрела на него, а затем улыбнулась:

— Обычно, капитан, вы очень разговорчивы, а сегодня какой-то тихий. Я подумала, что случилось что-то серьёзное, раз вы так молчаливы.

— Разве я выгляжу таким напряжённым?

— Да.

— ...

— ...

В конце концов, Дуань Фэн тяжело вздохнул.

— Вы знаете, Лин, я всегда думал, что иметь кого-то, кто будет рядом, искренне заботиться друг о друге без ненужных придирок и недовольств, должно дарить счастье.

— Не только вы, капитан. Все мечтают об этом. Просто в реальной жизни всё не так просто, как хотелось бы, — улыбнулась девушка.

— Да, — согласился Дуань Фэн. — Я видел одного человека, который ради своей любви готов был оставить всё. Даже не зная, сможет ли он найти своего возлюбленного. Мне это показалось очень трогательным.

Медсестра широко раскрыла глаза, затем кивнула:

— Звучит очень романтично, но если они не смогут найти друг друга, это, должно быть, очень печально.

— А может, они уже нашли друг друга, — Дуань Фэн внезапно помрачнел. — Лин, могу я вас кое о чём спросить? Если бы вам пришлось выбирать между любовью и тем, как правильно поступить, что бы выбрали? И что вы думаете о тех, кто сделал такой выбор?

Девушка моргнула и на мгновение задумалась.

— Это непростой вопрос, и точного ответа тут никто не даст. Всё будет зависеть от конкретной ситуации. Но если исходить из того, что люди обычно ставят себя на первое место, я думаю, большинство всё же выберет любовь. Хотя тот, кто действительно помешан на справедливости и том, что правильно, возможно, пожертвует любовью. Иногда мы видим такое в фильмах или книгах, но, в конце концов, герой сожалеет, что отказался от зова сердца, — она сделала паузу. — Что касается моих мыслей о людях, которые сделали тот или иной выбор — мне нужно сначала понять, по какой причине они его сделали. Мы не можем судить их по нашим собственным меркам, ведь мы все разные. Грубо говоря, если это никак не касается нас, то лучше просто оставить их в покое — ведь это их жизнь, а не наша.

Дуань Фэн посмотрел на медсестру и улыбнулся.

— Вы правы, наверное, я просто слишком много думаю об этом.

На следующее утро Дуань Фэн, как обычно, отправился на работу в полицейское управление. Он успел совсем ненадолго погрузиться в работу, когда к нему зашёл друг, который приехал из Макао.

— Дуань Фэн, извини, но весь тираж вчерашнего выпуска газеты отозвало издательство. Говорят, там допустили какую-то ошибку. Так что я привёз сегодняшний выпуск. Купил только один, чтобы не привлекать внимание.

Дуань Фэн приподнял бровь, принимая газету.

— А что произошло? Разве можно вот так отозвать весь тираж?

— Не знаю, — ответил его друг. — Возможно, это дело рук Хонг Кхонг Чуай. Ходят слухи, что он был недоволен вчерашними заголовками, поэтому издательство было вынуждено отозвать тираж и выпустить новый номер. А ещё шепчутся, что если кто-то осмелится спрятать вчерашний выпуск, то будет иметь дело с людьми Хонг Кхонг Чуай.

Услышав это, Дуань Фэн нахмурился.

— Значит, ты всё же веришь, что Хонг Кхонг Чуай жив?

— Ой, вот только вчера я ещё не очень-то в это верил, но сегодня уже вполне себе, — ответил его друг. — Я никогда раньше с таким не сталкивался: заставить отозвать целый тираж, и напечатать обновлённую версию новости. Скажи-ка честно, когда он жил в Гонконге, такое часто происходило?

— Угу... Не до такой степени, чтобы приходилось отзывать номер и перепечатывать весь тираж, ведь ни одно издание не решалось публиковать новости о нём. Помню, был случай, когда развлекательная газета попыталась такое провернуть, но потом им пришлось срочно выпускать специальный выпуск с опровержением, чтобы исправить ситуацию, — Дуань Фэн замолк на мгновение, вспомнив, что, кажется, та новость тоже была как-то связана с Лу И Пэном.

— Значит, Хонг Кхонг Чуай действительно обладает такими властью и влиянием, как ходят слухи. Ну что ж, Дуань Фэн, по крайней мере, можешь быть спокоен — тот полицейский, о котором писали, выйдет сухим из воды, — усмехнулся гость, но молодой капитан не разделял его веселья. Он ещё раз поблагодарил друга, прежде чем тот ушёл.

Пролистав газету, Дуань Фэн нашёл большой заголовок об ошибке во вчерашнем репортаже. В статье говорилось, что источник передал ошибочную информацию, и никто не оказывал давления на издательство, заставляя отзывать тираж. Имя Лу И Пэна не упоминалось ни разу, вместо этого использовалась фраза «бывший полицейский из Гонконга, который был замешан в деле Хонг Кхонг Чуай». Дуань Фэн задумался: было ли это приказом мафиози или просьбой самого Лу И Пэна?

Капитан знал Лу И Пэна ещё со времён учёбы в полицейской академии. Хотя тогда они не были близки, он всегда восхищался прямотой и преданностью работе старшего офицера. А позже, когда они стали работать вместе, Дуань Фэн ещё больше оценил его прямоту, преданность полицейскому долгу, а также стремление защищать закон. Лу И Пэн был тем, кем Дуань Фэн всегда восхищался, хотя тот иногда и любил пощекотать нервы. Капитан верил, что если Лу И Пэн решит что-то сделать, то не отступит на полпути. Если же теперь ради любви к Хонг Кхонг Чуай он решил полностью отвернуться от светлой стороны, то зачем ему вычёркивать своё имя из газет?

Тем не менее в глубине души Дуань Фэн был уверен, что такой человек, как Лу И Пэн, веривший в справедливость и закон, не будет действовать противозаконно без веской причины. Что же могло случиться с инспектором? Неужели любовь способна так сильно изменить человека? Или это Хонг Кхонг Чуай использует его имя, чтобы опорочить полицейского? Но зачем ему это? Сам ли Лу И Пэн принял решение о поисках мафиози?

Дуань Фэн всё больше не находил себе места, размышляя об этом. Ему хотелось встретиться с Лу И Пэном, поговорить с ним, понять, что тот думает. Неужели все его прошлые мечты действительно были отброшены ради любви? Или же с тем человеком, которым он восхищался, случилось что-то ещё?

Эти мысли не давали Дуань Фэну покоя до самого конца рабочего дня. В итоге он решил доковылять до кабинета Чэнь Циня, чтобы сообщить о своей поездке в Макао.

— Вы едете в Макао из-за инспектора Лу, верно? — сразу спросил Чэнь Цинь, как только Дуань Фэн закончил. Молодой полицейский улыбнулся:

— Нет, я просто хочу немного отдохнуть. В последние несколько месяцев я безвылазно сидел сначала в больнице и теперь в участке. Думаю, вы понимаете, как подобное тяготит человека моего возраста.

Чэнь Цинь улыбнулся.

— Ну что ж, поезжайте в Макао. Но обещайте, что если столкнётесь с людьми Хонг Кхонг Чуай, ни в коем случае не полезете на рожон, а сразу уедете оттуда. Связываться с такими людьми — не наш уровень.

Дуань Фэн удивлённо поднял брови.

— Начальник, что вы имеете в виду? Говорите так, будто знаете, что Хонг Кхонг Чуай жив?

Чэнь Цинь не ответил напрямую, лишь слегка кивнул и продолжил:

— Ну что ж, раз вы собрались в Макао, поторапливайтесь, капитан, а то вернётесь слишком поздно. Я пошлю с вами ещё одного полицейского, чтобы он помогал вам с передвижением. Надеюсь, это не доставит неудобств.

Дуань Фэн уставился на собеседника, часто моргая, но, в конце концов, кивнул:

— Хорошо, начальник. Большое спасибо.

В итоге Дуань Фэн сидел в машине, которая ехала к паромному причалу, чтобы переправиться в Макао. По дороге капитан размышлял, что будет делать, когда доберётся туда. Может, стоит порасспрашивать о вчерашних событиях? Хотя вряд ли он сможет встретиться с Лу И Пэном или кем-то из людей Хонг Кхонг Чуай — обычно их просто невозможно выследить, как будто они были призраками или демонами. А Лу И Пэн, раз уж перешёл на другую сторону и только что засветился в новостях, вряд ли захочет сейчас появляться на публике. Особенно учитывая то, что они знакомы. Хотя даже если не получится встретиться с бывшим коллегой, то он сможет узнать больше деталей произошедшего.

Когда машина поворачивала на дорогу, ведущую к причалу, взгляд Дуань Фэна зацепился за чёрный автомобиль, направляющийся им навстречу. Это была обычная японская машина из тех, что часто встречаются на улицах, но что-то в том, как она двигалась, заставило молодого полицейского быстро повернуться к водителю.

— Лейтенант, пожалуйста, следуйте за тем чёрным автомобилем. Паром откладывается.

— Что?! — удивлённо воскликнул полицейский за рулём, но после настойчивого повторения Дуань Фэна развернулся и поехал следом за указанным автомобилем, спрашивая: — Так что с этой машиной, капитан?

— Просто любопытно. Следуйте за ней, но так, чтобы они нас не заметили, — Дуань Фэн не сводил глаз с чёрной машины. Да, она была ничем не примечательна, кто угодно мог бы водить такой автомобиль. Но манера вождения почему-то напомнила кое о ком...

— Кхонг Чуай, разве это не слишком рискованно? — с беспокойством спросил Ли Кун, стоявший в углу комнаты, отчего морщины на его лице углубились. Хонг Кхонг Чуай бросил на него быстрый взгляд, а затем с характерным щелчком вставил магазин в пистолет.

— Ничего не поделаешь, ведь этот план — его собственный выбор, — Хонг Кхонг Чуай пристально поглядел на своего собеседника. — Раз я затянул его в свой грязный мир, я и должен взять на себя ответственность и помочь стереть имя Лу И Пэна.

Серебристый пистолет «Кимбер» блеснул в тусклом свете лампы, когда Хонг Кхонг Чуай убрал его в кобуру на поясе. Дворецкий промолчал, но его чёрные глаза, видевшие достаточно за долгую жизнь, задрожали.

Лу И Пэн смотрел на дорогу перед собой. Каждая улица этого города была ему знакома, и хотя он не был здесь несколько месяцев, почти ничего вокруг не изменилось. Молодой человек выжал сцепление, переключая на нейтраль, когда светофор на перекрёстке перед ним зажёгся красным. Машина медленно катилась вперёд, пока он не нажал на тормоз, остановившись в считанных сантиметрах от бампера впереди идущего автомобиля.

Пока горел красный, бывший полицейский огляделся вокруг через боковые и зеркало заднего вида. Когда зажёгся зелёный, он плавно двинулся с места.

Сердце Дуань Фэна учащённо билось, он не сводил глаз с чёрной машины, которая только что тронулась на зелёный. Капитан ещё не был полностью уверен в том, что происходит, но после многих лет езды с Лу И Пэном просто не мог не узнать его стиль вождения. Водитель этой чёрной машины управлял ею слишком похоже... Если человек за рулём тот, о ком он думает, тогда...

Что Лу И Пэн делает в Гонконге?

Лу И Пэн заметил, что машина бронзово-золотистого цвета следовала за ним уже два перекрёстка. Это его слегка озадачило: он не ожидал, что его начнут преследовать так скоро.

Утечка? Или просто совпадение?

Он решил продолжать ехать как ни в чём не бывало. У него ещё оставалось достаточно времени, и сначала Лу И Пэн хотел бы тайно навестить своего бывшего коллегу в больнице. Но теперь, когда его преследуют, похоже, посещение придётся отложить. Возможно, если он покружит по улицам минут пятнадцать, ему удастся избавиться от «хвоста».

Дуань Фэн сделал глубокий вдох. Они уже пятнадцать минут следовали за чёрной машиной и заметили, что, хотя её водитель не спешил, но начал петлять по улицам. Уверенность в том, что за рулём был именно тот, о ком капитан думал, усиливалась. Вряд ли кто-то ещё мог бы так хорошо знать Гонконг и обладать таким стилем вождения, кроме его бывшего коллеги.

Лу И Пэн мельком взглянул на часы и почувствовал растущее напряжение. Бронзово-золотистый седан следовал за ним уже больше получаса, и было очевидно, что оторваться от него обычными способами будет непросто. Если просто продолжать петлять, бензин закончится раньше времени. Поэтому бывший полицейский решил воспользоваться моментом, пока на дорогах ещё не было пробок, и нажал на газ, чтобы сбросить «хвост».

Дуань Фэн не знал, радоваться ему или расстраиваться, когда увидел, как чёрная машина, за которой он следил, внезапно набрала скорость. Без сомнений, так водить может только тот, о ком он думает. Капитан, который так часто был пассажиром этого человека, теперь был абсолютно уверен. Но Дуань Фэн также понимал, что, раз тот решил скрыться, догнать его будет очень сложно. В ситуации, когда цель уже почти ускользнула из виду, оставалось только лихорадочно обдумывать возможные действия.

Подумай, зачем он здесь? И куда направляется?

Вечерний морской ветер дул сильнее обычного. Его завывания прорывались через узкие щели между аккуратно установленными контейнерами, раздражая слух. Чёрный «Мерседес» подъехал к грузовому порту и остановился неподалёку. Затем один за другим появились ещё несколько чёрных машин. Из «Мерседеса» вышел мужчина, обошёл машину и открыл дверь с другой стороны. Его длинные волосы, собранные в хвост, развевались на ветру, словно миллионы тонких чёрных нитей. Как только дверь открылась, из машины вышел молодой человек лет двадцати. Его прищуренные голубые глаза, напоминающие змеиные, разглядывали контейнеры. Тонкие губы сжались, словно он что-то обдумывал. Тем временем группа людей в чёрных костюмах обступила его со всех сторон. В этот момент подъехал ещё один чёрный «Мерседес», за которым следовало множество других автомобилей. Молодой человек криво усмехнулся, затем презрительно фыркнул:

— Ха... Этот сумасшедший только зря тратит время.

Лу И Пэн облегчённо выдохнул и отпустил педаль газа, когда убедился, что бронзово-золотистая машина пропала из виду. Он постепенно сбавил скорость и свернул обратно на главную дорогу. Бывший полицейский взглянул на часы, затем взял новенькую рацию, лежавшую на консоли, и начал докладывать.

Шень Цинь стоял у окна своего кабинета в полицейском управлении. Его чёрные глаза задумчиво смотрели вдаль, отражая тёмно-красный свет заката. Приглушённый звук полицейской рации, лежавшей на столе, нарушил тишину в комнате.

— Киллин на связи: приступаю к выполнению задачи.

Этот голос показался мужчине до боли знакомым. Хотя он не слышал его несколько месяцев, первое же слово вызвало у него мурашки. Заместитель начальника полицейского управления медленно отвёл взгляд от окна. Красный солнечный свет, проникавший через окно, падал на стол и на фигуру человека, стоящего в углу кабинета. Золотая оправа очков, отражая солнечные лучи, поблескивала, как и чёрные, лисьи глаза за стёклами очков. Шень Цинь уставился на этого человека, затем взял рацию и ответил.

— Цель на месте, приступайте к выполнению.

Солнце неумолимо клонилось к закату, и тени ночи постепенно окутывали Гонконг. Лу И Пэн направлялся к назначенному месту встречи — одному из грузовых портов. Но, как только он собирался проехать небольшой перекрёсток в узком переулке, перед ним неожиданно выехал бронзово-золотистый автомобиль.

Молодой человек резко нажал на тормоз, отчего послышался пронзительный визг. Громкий звук спугнул ворон, сидящих на карнизах и фонарных столбах старого жилого комплекса для работников порта. Птицы взметнулись в воздух, шумно хлопая крыльями. Бывший полицейский прищурился, глядя на перегородивший дорогу автомобиль. Это была та самая золотисто-бронзовая машина, которая преследовала его с самого утра. Он глубоко вздохнул и вышел.

Кто в этой машине? Как они смогли меня найти? Утечка информации?

Тем временем Дуань Фэн крепче сжал в руках ходунки, пристально наблюдая за остановившейся чёрной машиной. Полицейский за рулём неуверенно спросил:

— Капитан, вы уверены, что это хорошая идея?

— Угу, — коротко кивнул Дуань Фэн. Потеряв машину Лу И Пэна, ему пришлось полагаться на воспоминания обо всех тех случаях, когда он ездил пассажиром у своего старшего товарища. Карта Гонконга всплыла в его голове, и он попытался восстановить маршруты, которые Лу И Пэн обычно использовал для погони или ухода от преследования. Всё указывало на то, что чёрная машина двигалась в сторону одного из портов.

Положившись на свой инстинкт, Дуань Фэн приказал водителю срезать и занять позицию в переулке неподалёку от порта. И невероятным образом его предположение оправдалось: чёрный автомобиль действительно появился.

Дуань Фэн глубоко вдохнул и потянулся к дверной ручке.

Нахмурившись, Лу И Пэн неосознанно потянулся и коснулся пистолета, лежавшего в кобуре под пиджаком, когда дверь машины медленно открылась. Но вместо ботинка или ноги он увидел кончик трости или чего-то подобного. Через мгновение человек полностью вышел из машины, и глаза Лу И Пэна распахнулись от удивления.

— Капитан Дуань!

— Инспектор Лу?! — голос Дуань Фэна зазвучал неожиданно громко. Перед ним стоял мужчина в чёрном повседневном костюме, с аккуратно уложенными волосами и смуглой кожей. Казалось, инспектор стал немного крупнее с тех пор, как они виделись в последний раз. Но это определённо был его старший товарищ и бывший коллега. Воодушевлённый Дуань Фэн поспешно двинулся вперёд, опираясь на ходунки, и чуть было не споткнулся.

Лу И Пэн не ожидал, что встретит своего подчинённого здесь, в этом месте. Он был уверен, что Дуань Фэн всё ещё проходит реабилитацию в больнице. Увидев, как тот вышел из машины с ходунками, бывший полицейский ощутил неприятный укол в груди. А когда Дуань Фэн, завидев его, едва не рухнул, Лу И Пэн инстинктивно бросился к нему, чтобы подхватить.

— Осторожнее, капитан.

Дуань Фэн поднял взгляд на человека, который оказался рядом, чтобы помочь ему. Небо над Гонконгом уже потемнело, но света ещё хватало, чтобы разглядеть его лицо. Однако всё перед глазами плыло из-за предательски набежавших слёз.

— Инспектор... Как ты здесь оказался? Я думал... — голос Дуань Фэна дрожал и ломался. Лу И Пэн заметил слёзы на лице младшего товарища, и у него самого вдруг запекло в глазах. Он хотел что-то сказать, но ком в горле мешал выдавить хоть слово. Вместо этого по его щеке скатилась прозрачная капля.

Сгустившаяся тьма накрыла остров, а вороны, вернувшиеся на фонари и карнизы узкого переулка, вновь затянули свой гомон. Но двое мужчин, стоявших между машинами, не двигались.

Несколько раз глубоко вдохнув, Дуань Фэн поднял руку и вытер слёзы. Ему самому было странно, что он так расчувствовался. За годы службы он привык встречать самые неожиданные повороты судьбы. Даже тогда, когда очнулся в больнице после взрыва и понял, что его нижняя часть тела не двигается, капитан не позволил себе плакать. Это было частью риска, который он принял, выбрав такую жизнь. Однако, когда кто-то, кого он уважал и считал своим наставником — напарник, с которым он прошёл через огонь и воду, исчез, а потом появился в новостях о мафиозных разборках... Дуань Фэн не был готов к такому и, наверное, поэтому слёзы и покатились сами собой.

Для него потерять часть тела оказалось куда менее болезненным, чем утратить веру в того, кого считал по-настоящему хорошим человеком.

— Инспектор... — проговорил Дуань Фэн, стараясь говорить, как обычно. Он вновь вытер слёзы и оглядел Лу И Пэна с ног до головы. — Выглядишь вполне себе.

В его голосе послышалась холодность, которая заставила Лу И Пэна замереть. Он посмотрел на своего бывшего подчинённого, чувствуя, как боль снова сдавила сердце.

— Капитан Дуань, как твои ноги? Я думал, ты всё ещё в больнице.

Дуань Фэн поднял взгляд, сдерживая слёзы.

— Чувствительность вернулась, я сейчас прохожу курс реабилитации... Вчера... что ты делал в Макао?

Бывший полицейский снова застыл в оцепенении. Он молчал так долго, что его собеседник не выдержал.

— Что с тобой происходит?! Разве ты не тот человек, который всегда смело принимает решения и отвечает за последствия?! Я знаю, что ты уехал с Хонг Кхонг Чуай. Если ты действительно решил работать с ним, признай это! Зачем скрывать новости? Думаешь, никто не догадался, что это был ты? Считаешь всех идиотами?!

Под влиянием эмоций Дуань Фэн почти сорвался на крик, его лицо побагровело от ярости. Увидев это, Лу И Пэн невольно вскрикнул:

— Капитан Дуань!

Дуань Фэн схватил Лу И Пэна за руку и с напряжением в голосе продолжил:

— Скажи же, что это не ты устроил вчерашнее, что это всё подстроил Хонг Кхонг Чуай. Такой человек, как ты, не мог так поступить! Просто скажи, что ты этого не делал, что не пытался скрыть произошедшее, и только Хонг Кхонг Чуай хотел, чтобы об этом узнали все. Так ведь?!

Лу И Пэн пристально посмотрел на бывшего коллегу и, наконец, выдавил:

— Ты читал вчерашнюю газету из Макао?

— Мне рассказали. На самом деле, я хотел увидеть газету своими глазами, но их все уже изъяли. Почему ты так поступил, инспектор? Боишься признаться? Почему? Ведь это был твой выбор. Это совсем на тебя не похоже.

Лу И Пэн закусил губу, его брови сошлись на переносице:

— Капитан Дуань, я не хотел, чтобы всё обернулось так.

— ...

— Я знаю, что ты, должно быть, сильно разочарован во мне. Ты прав, это был мой выбор, и я не жалею. Но я не могу быть мафиози под именем Лу И Пэн.

— Почему же?! — Дуань Фэн воскликнул с недоумением и злостью. — Когда ты успел стать таким трусом?

Снова глубоко вздохнув, Лу И Пэн закрыл глаза, и лицо его исказилось от боли:

— Капитан, признать правду для меня несложно, будь я просто обычным человеком. Но ведь это не так. Я был полицейским и работал против Хонг Кхонг Чуай, изо всех сил пытался посадить его за решётку. А потом однажды сбежал с ним и появился уже как его человек. Как ты думаешь, что подумает общество? Решат, что все полицейские такие — стоит немного пообщаться с кем-то богатым и влиятельным, и их легко склонить на свою сторону. Но я не такой. Совсем не такой!

Бывший полицейский стиснул зубы, пытаясь сдержать подступающие слёзы. Дуань Фэн невольно отпрянул, осознав всю глубину чувств бывшего напарника, заметив боль в его взгляде и дрожащие руки.

— Инспектор...

— Всю свою жизнь я хотел быть полицейским и любил свою работу. Никогда не думал заниматься чем-то другим. Даже представить не мог, что кто-то сможет заставить меня отказаться от службы. Но в итоге это случилось, — молодой человек сделал паузу, чтобы перевести дыхание, его руки и тело дрожали от переполнявших эмоций. — Я сам принял решение оставить полицейскую службу, но я не хочу, чтобы моё имя запятнало репутацию полиции. Не хочу, чтобы ты, другие офицеры и наши младшие коллеги думали, что даже такой преданный делу полицейский, как Лу И Пэн, в конце концов, встал на сторону зла.

Дуань Фэн пристально вглядывался в коллегу, прежде чем перебить:

— Но ведь Хонг Кхонг Чуай не абсолютное зло, верно, инспектор? Иначе бы ты его не выбрал? Почему бы не попытаться убедить его? Уговорить отойти от дел и стать нашим информатором. Если он действительно тебя любит, то обязательно согласится. Так будет выгодно обеим сторонам, да и тебе не придётся терзаться.

Лу И Пэн слабо улыбнулся:

— Если бы всё было так просто, капитан. Хонг Кхонг Чуай — не один. У него есть подчинённые, последователи. Если он перестанет быть мафиози, что станет с ними? — бывший полицейский тяжело вздохнул. — Капитан Дуань, из преступного мира не так просто выйти по своему желанию. Я тоже думал как ты, но реальность оказалась совсем другой.

— Тогда... что ты планируешь делать, инспектор? — встревоженно поинтересовался Дуань Фэн. — Одного сокрытия новостей явно недостаточно. Газеты можно заставить молчать, но не людей. Ты же знаешь, Хонг Кхонг Чуай никогда не появлялся в заголовках газет, но о нём говорят уже десятки лет. То же самое будет и с тобой. Пусть ты не хочешь, чтобы твоё имя навредило полиции, но даже с властью Хонг Кхонг Чуай, вы не сможете заставить людей молчать. Даже Будда не смог бы этого сделать.

Лу И Пэн посмотрел на Дуань Фэна и снова улыбнулся:

— Ты прав, капитан. Я и не собираюсь использовать власть Хонг Кхонг Чуай, чтобы заставить людей молчать. Я пришёл сюда, только чтобы закрыть дело о полицейском по имени Лу И Пэн.

Собеседник широко распахнул глаза от удивления.

— Что ты имеешь в виду? Закрыть дело?! Инспектор, ты снова задумал какую-то безумную выходку?!

Бывший полицейский протяжно вздохнул и положил руку на плечо Дуань Фэна.

— То, что я собираюсь сделать — это лучшее решение и то, чего я заслуживаю за свой выбор, капитан Дуань, — проговорил Лу И Пэн скривившись. — Прости, это всё, что я могу сделать.

Дуань Фэн застыл в оцепенении, но, заметив, что собеседник собирается уйти, быстро схватил его за рукав:

— Инспектор!

Лу И Пэн обернулся:

— Что-то ещё?

Его собеседник часто заморгал, несколько раз открыл и закрыл рот, пока наконец не выдавил:

— А... мы ещё увидимся, инспектор?

Бывший полицейский улыбнулся в сгущающихся сумерках.

— Не знаю, капитан. Но если мы встретимся снова, я больше не буду Лу И Пэном. И тогда тебе не нужно будет называть меня инспектором, — Дуань Фэн застыл с открытым ртом, а Лу И Пэн продолжил. — Мне пора идти. А ты возвращайся в больницу. Выздоравливай скорее, капитан Дуань. Я знаю, что полицейское управление не может обойтись без таких офицеров, как ты.

— Инспектор! — выкрикнул Дуань Фэн вслед мужчине, направлявшемуся к чёрному седану, но тот даже не обернулся. Сев в машину, он быстро отъехал, оставив после себя лишь повисшие в воздухе клубы выхлопного дыма.

Дуань Фэн так и стоял неподвижно, пока водитель не вышел из машины проверить его.

— Капитан Дуань?

Тот моргнул пару раз, затем закрыл глаза и прошептал:

— Хонг Кхонг Чуай...

— Хонг Кхонг Чуай, — мужчина лет сорока с небольшим усмехнулся сквозь свист ветра, налетавшего с вечернего моря, прежде чем перевести взгляд на человека с тонким лицом и прищуренными голубыми глазами, напоминающими змеиные. — Седьмой мастер клана Вэй действительно думает запугать меня этим именем?

Тот, на кого смотрели, раздражённо прищурился:

— Не я, а мой брат. Вы должны знать, что сейчас именно он управляет всеми делами Хонг Кхонг Чуай. Лучше бы вам согласиться сотрудничать с нами. Чтобы ситуация не вышла из-под контроля.

Собеседник приподнял бровь и фыркнул:

— О том, как нынешний глава семьи Вэй воспользовался внезапным исчезновением Хонг Кхонг Чуай и прибрал к рукам всё состояние, знают все. И знаете что, седьмой мастер? Пусть сейчас ваш брат держит в руках весь Гонконг, но я уверен — одному ему не под силу удержать всё это. Бизнес Хонг Кхонг Чуай слишком велик для него. Скоро это станет раковой опухолью, которая уничтожит и его самого, и бизнес вашей семьи.

Седьмой мастер семьи Вэй нахмурился. В свете близких прожекторов его голубые глаза опасно сузились:

— Лучше не думайте за моего брата. Последний, кто это делал, уже давно лежит в гробу, господин Янь Лю Тао. Я пришёл дать вам последний шанс. Прекратите присваивать деньги, которые вам не принадлежат. Иначе Хонг Кхонг Чуай примет меры!

Янь Лю Тао уставился на говорящего, а его телохранители начали двигаться. Мужчина средних лет разглядывал противника, словно видел впервые, а затем разразился громким смехом:

— Честно говоря, седьмой мастер, я думал, что ваш брат придёт договариваться лично, потому и потратил время на эту встречу. С человеком его уровня было бы проще найти общий язык, но он прислал вас... — сделав паузу, он устало вздохнул и продолжил. — Вэй Фэн Пин, возвращайтесь домой под крылышко старшего брата. Переговоры — не вашего ума дело.

Голубые глаза Вэй Фэн Пина сузились, а высокий мужчина с собранными сзади волосами, стоявший рядом, дёрнулся, но был остановлен хозяином:

— Погоди, Сы Янь. Этому болтуну недолго осталось языком чесать.

Губы собеседника искривились в насмешке:

— Седьмой мастер, мне тоже любопытно: как у вашей семьи достаёт смелости — прикрываться именем Хонг Кхонг Чуай? Вы его хоть встречали? Вы даже не представляете, насколько ваш брат не дотягивает до его уровня — ни в жестокости, ни в умении вести игру. Но... — Янь Лю Тао сделал паузу посмеиваясь, — жаль, что он решил умереть из-за несчастной любви. Какая жалость, правда? Никогда бы не подумал, что Хонг Кхонг Чуай сдастся из-за какого-то полицейского. Видимо, с возрастом все становятся слабее, даже такие безжалостные монстры, как он.

Тонкие губы Вэй Фэн Пина дрогнули, прежде чем растянуться в зловещей улыбке.

— Вот как... Действительно жаль, что мне не довелось встретить Хонг Кхонг Чуай лично. Но думаю, вы с моим братом тоже лично не встречались, — молодой человек перестал улыбаться. — Ха-ха, впрочем, неважно. Он из тех, кто способен заставить вас дрожать от страха всю оставшуюся жизнь, даже не показываясь на глаза.

Янь Лю Тао небрежно рассмеялся.

— Прошу прощения, седьмой мастер, но я уже достаточно помёрз здесь с вами. В следующий раз передайте вашему брату, чтобы приходил сам. Не стоит так пренебрежительно относиться к людям.

Он только начал разворачиваться, а Вэй Фэн Пин не успел ничего ответить, в этот момент раздался рёв мотора. Никто не успел среагировать — обычная чёрная машина, протаранив ограждение причала, вылетела прямо к месту их разговора. Телохранители мгновенно окружили своих хозяев.

С пронзительным визгом чёрный автомобиль замер в центре круга, оставив на бетоне широкие чёрные следы шин. Помятый от столкновения с металлическим ограждением капот, белый пар из радиатора, клубящийся в свете прожекторов — всё это напоминало сцену из театральной постановки.

Атмосфера накалилась до предела — казалось, все затаили дыхание. Взгляды присутствующих были прикованы к автомобилю. Телохранители потянулись к оружию, готовясь к любому развитию событий. Спустя пять секунд водительская дверь распахнулась. Из машины вышел крепко сложенный молодой мужчина в костюме из дорогого чёрного бархата. Его начищенные до блеска чёрные кожаные туфли сверкнули в свете прожекторов. Угольно-чёрные глаза окинули пространство вокруг, остановившись на Янь Лю Тао.

— Вы, должно быть, господин Янь Лю Тао? Я представляю Хонг Кхонг Чуай.

В глазах Янь Лю Тао мелькнул огонёк, и он тут же повернулся к Вэй Фэн Пину. Тот приподнял бровь и усмехнулся.

— Мой брат сам его пригласил. Но он немного опоздал, поэтому мне пришлось потратить на вас столько времени.

С лица Янь Лю Тао исчезли и веселье, и улыбка. Он впился взглядом в молодого человека, вышедшего из машины. Тот сделал несколько шагов вперёд и заговорил серьёзным тоном:

— Янь Лю Тао, я здесь, чтобы помочь вам. Хонг Кхонг Чуай знает, что вы отмыли в Паттайе его деньги — сотни миллионов долларов. Если вы не прекратите играть с ним в игры... думаю, вы лучше всех знаете, как он с вами поступит.

Снова воцарилась тишина. Морской ветер трепал одежду. Янь Лю Тао пристально разглядывал новоприбывшего, затем медленно произнёс:

— Как я могу быть уверен, что вы действительно представляете Хонг Кхонг Чуай? Ведь вы раньше были полицейским.

— Я уволился.

Собеседник продолжал молча смотреть на него, и молодой человек добавил:

— Или вы не верите вчерашним новостям из Макао?

Глаза Янь Лю Тао вспыхнули, и он отчеканил:

— Я слышал, что Вэй Цзинь Инь вчера отсутствовал в офисе. Возможно, это он был в Макао.

Лу И Пэн удивлённо нахмурился, а Вэй Фэн Пин рассмеялся:

— Вы хотите сказать, что вчерашние новости — план не Хонг Кхонг Чуай, а моего брата?

Янь Лю Тао прищурился, глядя на собеседника, и криво усмехнулся:

— Можно и так сказать. Пока я не увижу Хонг Кхонг Чуай своими глазами, не поверю, что он ещё жив. Это может быть просто примитивной уловкой кого-то из присутствующих.

— Похоже, вы больше боитесь моего брата, чем Хонг Кхонг Чуай, — снова рассмеялся Вэй Фэн Пин.

— Живые гораздо страшнее мёртвых, седьмой мастер. А уж если речь о таком живом, как Вэй Цзинь Инь... Все знают, что ему нельзя доверять. Впрочем, у него недостаточно власти, чтобы я трепетал от страха, — на лице Янь Лю Тао вновь появилась улыбка. Он повернулся к человеку, стоящему возле автомобиля, из-под капота которого поднимался пар.

— Лу И Пэн, если считаете себя представителем Хонг Кхонг Чуай, докажите это. Кто знает... может, я так испугаюсь, что передумаю и захочу работать на вашего Хонг Кхонг Чуай.

— Ноль, восемь, семь, два, один, шесть... — неожиданно произнёс набор цифр Лу И Пэн. При звуке этих чисел лицо Янь Лю Тао побледнело, но бывший полицейский, словно не замечая этого, продолжил. — Отель X, бар на пляже Y, семь, четыре, два, восемь, один.

Лицо Янь Лю Тао приобрело зеленоватый оттенок, будто его душили.

— Откуда у вас эти цифры и названия?

Лу И Пэн впервые улыбнулся.

— А как вы думаете? Представьте, если эти цифры дойдут до ушей Хонг Кхонг Чуай... что с вами случится?

Холодный пот выступил на лбу Янь Лю Тао. Эти цифры — номера счетов, а названия — места, где он отмывал украденные у Хонг Кхонг Чуай деньги. Как этот тип узнал всё это?! Янь Лю Тао решил, что ни в коем случае нельзя допустить, чтобы эта информация дошла до Хонг Кхонг Чуай, если тот ещё жив... Нужно любой ценой заставить этого человека замолчать.

— Послушайте, господин Лу, я не знаю, откуда у вас эти цифры, но они ничего не значат. Можете рассказать ему, если он вообще в себе, — Янь Лю Тао решил действовать нагло. Он был на три четверти уверен, что Хонг Кхонг Чуай если не мёртв, то серьёзно ранен. Однако появление этого полицейского, связанного с чокнутым Павлином, да ещё и с такой информацией, заставило Янь Лю Тао засомневаться, насколько серьёзно пострадал Хонг Кхонг Чуай.

— Вот как... Раз ничего важного, значит, я могу рассказать ему просто ради забавы? — Лу И Пэн прищурился, наблюдая за реакцией собеседника. — Откровенно говоря, господин Янь, я не одобряю жёсткие методы Хонг Кхонг Чуай, поэтому и предупреждаю вас. Если примете мои условия и выполните их, гарантирую — Хонг Кхонг Чуай не тронет вас.

Янь Лю Тао помолчал, взвешивая ситуацию. Риск казался неоправданным. Пусть шансы высоки, что Красный Павлин выведен из строя, но полной уверенности нет. А если он всё ещё в своём уме... игра и вовсе не стоит свеч.

— Каковы ваши условия?

— Всё просто, — улыбнулся Лу И Пэн. — Вы просто передаёте свой бизнес по контрабанде оружия под контроль Хонг Кхонг Чуай. Все маршруты, все детали. Гарантирую, Хонг Кхонг Чуай останется доволен и простит вас.

Собеседник вытаращил глаза.

— Не слишком ли много хотите, господин Лу? Одно имя мертвеца не заставит меня отдать вам этот бизнес, — мрачно процедил Янь Лю Тао, чувствуя себя откровенно одураченным.

Лу И Пэн только открыл рот, чтобы что-то сказать, как вдруг раздался чей-то голос:

— Что такое, Сяо Лю? Мертвец то, мертвец это... Неужели правда думаешь, что я умер?

Янь Лю Тао мгновенно окаменел, на секунду перестав дышать. Он долго стоял неподвижно, прежде чем медленно повернуться к владельцу голоса позади себя, и хрипло выдавил:

— Хонг Кхонг Чуай!

Вновь прибывший был одет в тёмно-красную рубашку и тёмно-коричневые брюки, в темноте казавшиеся почти чёрными. Он поднял руку, чтобы пригладить влажные волосы. Его лицо скрывалось в тени, и в свете фонарей виднелся лишь силуэт.

— Надо же, всё ещё помнишь? Как там отметина на левом плече? Уже стёр?

Янь Лю Тао невольно сделал шаг назад. Ужасные воспоминания нахлынули на него, заставив колени предательски задрожать. Мужчина уставился на фигуру в темноте, затем отшатнулся, заметив множество людей в водолазных костюмах позади него.

Имея опыт общения с Хонг Кхонг Чуай, Янь Лю Тао прекрасно понимал, что сейчас не время для необдуманных действий. Иначе его жизнь может оборваться прямо здесь.

Мужчина хотел сказать что-нибудь, чтобы разрядить обстановку, но не смог выдавить и звука. Тем временем Вэй Фэн Пин с подозрением разглядывал человека в тени:

— Вы и есть Хонг Кхонг Чуай? К чему такая таинственность?

Хонг Кхонг Чуай усмехнулся, но так и не вышел из тени:

— Именно потому, что я — Хонг Кхонг Чуай. Ты, должно быть, Сяо Фэн Пин? Спасибо за помощь.

— Благодарите моего брата. Похоже, он очень хочет угодить вам, — фыркнул Вэй Фэн Пин.

Хонг Кхонг Чуай снова рассмеялся:

— Сяо Цзинь Инь никогда не пытается никому угодить. Он просто знает, как себя вести, в отличие от некоторых невоспитанных детишек.

Лицо Вэй Фэн Пина мгновенно исказилось, а Хонг Кхонг Чуай продолжил:

— Ну что, Сяо Лю, те цифры и названия, которые упомянул инспектор Лу... они имеют к тебе отношение? Знаешь, мне вдруг захотелось их проверить. Пока я благородно держался в тени, такая черепашка как ты, осмелилась укусить меня. Совсем не поддаёшься дрессировке.

— Н-нет, Кхонг Чуай, — запинаясь, пробормотал Янь Лю Тао. — Эти цифры ничего не значат. Не стоит тратить время на проверку, это пустая трата времени.

— Вот как... — протянул Хонг Кхонг Чуай и продолжил, — ничего страшного, Сяо Лю. Проверить какие-то цифры — не такое уж хлопотное дело. Другие доставляют мне куда больше неприятностей.

Лицо Янь Лю Тао побелело, и он, заикаясь, выдавил:

— Простите, Кхонг Чуай. Я сделал это вынужденно. Да Сэ Э и Лю И Сянь заставили меня. Я правда не хотел этого.

— Хм? При чём тут Да Сэ Э и Лю И Сянь? Сяо Лю пытается свалить вину на других?

— Нет! — Янь Лю Тао мгновенно приободрился, краска начала возвращаться к его лицу, будто уверенность в том, что не ему одному придётся расплачиваться, придала сил. — Да Сэ Э и Лю И Сянь сейчас в сложном финансовом положении. Кхонг Чуай, вы же не знаете — в прошлом месяце их партию оружия перехватили. Пришлось платить за молчание и возмещать убытки как поставщикам, так и клиентам. У меня просто не было другого выхода!

— И какое отношение ты имеешь к этим двоим? Неужели решил заняться торговлей оружием вместе с ними?

На этот раз Янь Лю Тао замолчал, словно получил пощёчину. Шум волн, разбивающихся о причал, смешивался с завыванием ветра. Хонг Кхонг Чуай вновь заговорил:

— Сяо Лю, ты хоть представляешь, какое наказание тебя ждёт?

Лицо Янь Лю Тао покрылось испариной, прозрачные капли градом катились на воротник рубашки, будто он находился в кипящем котле. Не в силах ответить, он лишь подумал, что лучше сражаться до смерти, чем столкнуться с наказанием.

— Подождите, Кхонг Чуай, — внезапно вмешался Лу И Пэн, заслоняя собой Янь Лю Тао. — Вы не можете причинить ему вред. Разве мы не договорились — никого не калечить и не убивать?

— Да? Я такое говорил? — в голосе Хонг Кхонг Чуай звучало веселье, но его лицо скрывала тень, делая выражение неразличимым.

Лу И Пэн нахмурился:

— Или вы нарушите обещание?

— Вовсе нет, — голос снова стал спокойным, — но твои люди ещё не прибыли. А я не люблю долго ждать — ужин стынет. — После короткой паузы Хонг Кхонг Чуай добавил. — Ладно, раз уж Сяо Пэн Пэн просит... Я посчитаю до десяти. Сяо Лю, если хочешь бежать — сейчас самое время. Потому что когда я закончу считать, шанса уже не будет.

Янь Лю Тао судорожно сглотнул, его рука, скользнувшая в карман пиджака, замерла, когда Хонг Кхонг Чуай начал отсчёт:

— Раз... два... три...

— Бежим! — крикнул Янь Лю Тао своим людям. Он принял решение, что нужно убираться подальше от Хонг Кхонг Чуай, прекрасно понимая: дождаться конца отсчёта равносильно смерти. Но пока они спешно пытались добраться до машины, из темноты внезапно вынырнули многочисленные тени, накинувшись на них без предупреждения. Послышался лязг защёлкивающихся наручников.

— Господин Янь Лю Тао, вы задержаны по подозрению в незаконной торговле оружием, — раздался голос полицейского, руководившего операцией. Он прижал Янь Лю Тао к его собственной машине. В ответ раздался яростный рык:

— Что здесь происходит?!

— Небольшой акт милосердия от Хонг Кхонг Чуай, — произнёс мужчина лет тридцати пяти, стоявший среди полицейских, хотя сам на полицейского похож не был. За его спиной возвышалась массивная фигура телохранителя, а на лице поблёскивали в свете прожекторов очки в золотой оправе. Янь Лю Тао уставился на говорившего с недоумением и подозрением.

— Ты кто такой?

Тот слегка приподнял бровь, а затем улыбнулся — улыбка была прекрасна, жаль только, что вид портили нелепые, старомодные очки в золотой оправе.

— Прошу прощения, я забыл представиться — Вэй Цзинь Инь. Так вышло, что я давал показания как свидетель по делу о контрабанде оружия в прошлом месяце, и попросил подвезти меня обратно. Какая удивительная встреча, господин Янь.

Янь Лю Тао впился в говорящего убийственным взглядом:

— Ты! Ты, чёртов Лис! Так это всё твой план, да?!

Вэй Цзинь Инь лишь улыбнулся, не отвечая на вопрос.

— Прошу меня извинить, господин Янь. На самом деле, вам не стоит так злиться. Уверен, что гонконгский суд вам понравится гораздо больше, чем подвалы Хонг Кхонг Чуай, не так ли? — Янь Лю Тао застыл в оцепенении, а собеседник продолжил. — Я, пожалуй, пойду. Возможно, увидимся в суде.

С этими словами Вэй Цзинь Инь удалился в сопровождении заместителя начальника полицейского управления.

— Господин Вэй, на этом всё закончится? — шёпотом спросил Шень Цинь, бросив взгляд на задержанных, а затем на группу людей у причала. — По-моему, этот спектакль можно уже завершать.

— Ещё рано, — бросил Вэй Цзинь Инь не оборачиваясь. — У нас была договорённость, и нам нужны свидетели.

Шень Цинь почувствовал неладное. Нет, он чувствовал это с самого начала, когда Вэй Цзинь Инь пришёл к нему с этим планом.

— Думаю, мы можем договориться заново, — заместитель начальника полицейского управления направился к причалу. Вэй Цзинь Инь проводил его взглядом и вздохнул.

— Инспектор Лу.

Лу И Пэн вздрогнул. Обернувшись, он увидел Шень Циня, идущего к нему в одиночку. Не успел он открыть рот, как Хонг Кхонг Чуай опередил его:

— О, заместитель начальника Шень лично пожаловал в свидетели?

— Я пришёл договориться, — ровным голосом произнёс Шень Цинь, глядя сквозь Лу И Пэна в темноту. — Хонг Кхонг Чуай, вы долгое время тайно сотрудничали с полицией. Благодаря вашей информации мы закрыли множество дел. Я не вижу необходимости в подобных действиях с вашей стороны.

Хонг Кхонг Чуай мгновенно парировал:

— Это не моя идея, а инспектора Лу.

Все взгляды снова обратились к инспектору. Лу И Пэн посмотрел на своего бывшего начальника и криво усмехнулся:

— Простите, начальник, что солгал насчёт того тела.

— Я уже знаю, — с беспокойством на лице сказал Шень Цинь. — Инспектор Лу, ты хороший человек. Пусть больше не полицейский, я верю, что ты остался порядочным человеком. Поэтому тебе не нужно всё это. Мы можем продолжать тайное сотрудничество, гарантирую — никто не выдвинет против тебя никаких обвинений.

Лу И Пэн глубоко вздохнул, прежде чем ответить:

— Начальник, дело не в том, что я хочу сохранить свою репутацию. Будь я просто человеком по имени Лу И Пэн, известным тем, что годами ловил преступников в одиночку, я бы никогда так не поступил. Но я был полицейским по имени Лу И Пэн, выпускником полицейской академии. Я не хочу, чтобы моё имя бросило тень на управление. Думаю, это лучшее, что я могу сделать для него напоследок.

Шень Цинь только открыл рот, собираясь что-то произнести, но Хонг Кхонг Чуай его опередил:

— Смотрите внимательно. Это последнее, что ваш верный подчинённый оставит этому миру. Можете просто считать это ещё одной безумной выходкой в исполнении Лу И Пэна.

С этими словами он достал из-за пазухи пистолет, серебристый металл которого тускло блеснул во тьме. Глаза Шень Циня расширились, когда размеренный голос Хонг Кхонг Чуай продолжил:

— Шень Цинь, отныне, жив этот человек или мёртв — он принадлежит Хонг Кхонг Чуай. Полицейского по имени Лу И Пэн больше не существует, — едва договорив, мафиози нажал на спусковой крючок.

Шень Цинь мог только молча наблюдать, как Хонг Кхонг Чуай хладнокровно стреляет в его бывшего подчинённого. Он понимал, что на Лу И Пэне наверняка был бронежилет, но выстрелы с такого близкого расстояния, да ещё в таком количестве... Шансы получить смертельные повреждения были более чем высоки. Несмотря на это, стрелявший продолжал спускать курок без колебаний, пока тело молодого человека не рухнуло на пол. В горле Шень Циня пересохло так, что он едва мог сглотнуть.

Хонг Кхонг Чуай...

— Начальник! — полицейские, не занятые задержанием преступников, бросились на звуки выстрелов. Но когда они прибежали, то увидели только застывшего столбом заместителя начальника управления. Больше никого рядом не было — лишь лужа густой ярко-красной жидкости на земле. Один из полицейских подал голос:

— Что случилось, господин заместитель?!

Шень Цинь с трудом сглотнул, его лицо исказилось неописуемой гримасой. Охрипшим голосом он выдавил:

— Инспектор Лу... Лу И Пэна больше нет... Хонг Кхонг Чуай забрал его.

На следующее утро первые полосы гонконгских газет пестрели заголовками о задержании крупного бизнесмена Янь Лю Тао, который занимался торговлей оружием и отмыванием денег, и чьим делом полиция занималась уже несколько лет. Следом шла новость о гибели бывшего полицейского Лу И Пэна, который несколько дней назад появлялся в Макао, действуя от имени Хонг Кхонг Чуай. В статье сообщалось: Лу И Пэн вступил в конфликт с Хонг Кхонг Чуай из-за того, что передал полиции информацию о Янь Лю Тао, ранее находившемся под покровительством Хонг Кхонг Чуай. В результате мафиози убил бывшего полицейского, пока другие офицеры задерживали подозреваемых, после чего скрылся. Однако, поскольку тело не было найдено, а имелись только показания свидетелей и большое количество крови, предположительно принадлежавшей бывшему инспектору, полиция не смогла выдать ордер на арест Хонг Кхонг Чуай. Тем не менее это позволяло предположить, что Лу И Пэн действительно мёртв.

Вскоре после этого вновь поползли слухи, что Хонг Кхонг Чуай бессмертен, и он никогда не умрёт и вернётся отомстить предателям, которые его покинули.

— Ой!

— Что такое, Пэн Пэн? Кричишь из-за такой ерунды? Совсем не по-мужски, — проворчал Хонг Кхонг Чуай, положив руку на плотно забинтованную грудь Лу И Пэна. Тот нахмурился, лицо его исказилось от боли.

— У тебя руки слишком тяжёлые. Осторожнее, у меня всё-таки рёбра сломаны.

— Подумаешь, всего лишь рёбра, — небрежно бросил Хонг Кхонг Чуай. Лежащий на кровати Лу И Пэн возмущённо уставился на него.

— Это всё ты! Правда хотел меня убить? Палил без остановки! Да, на мне был бронежилет, но ты был слишком близко. Представляешь, как было больно?!

На лице обвиняемого промелькнуло беспокойство, и он погладил грудь Лу И Пэна, словно успокаивая ребёнка. Правда, он снова надавил слишком сильно, заставив Лу И Пэна вскрикнуть:

— Ай! Кхонг Чуай, ты хочешь мне ещё одно ребро сломать?!

— Пэн Пэн, не шуми. Я пытаюсь использовать внутреннюю энергию, чтобы помочь тебе исцелиться, — пояснил Хонг Кхонг Чуай. Лу И Пэн снова уставился на него недоверчивым взглядом.

— Ты серьёзно?

С искренним выражением лица Хонг Кхонг Чуай кивнул, после чего начал нежно водить рукой по груди Лу И Пэна, спускаясь к низу живота. Лу И Пэн процедил сквозь зубы:

— Что ты делаешь, Кхонг Чуай... В таком состоянии я не смогу удовлетворить твою похоть.

Хонг Кхонг Чуай состроил крайне разочарованное лицо и поднялся с кровати.

— Почему Пэн Пэн такой слабый? Меньше десяти пуль получил, а уже рёбра сломаны. Похоже, мои тренировки не принесли должного результата.

Лу И Пэн задумался: неужели Хонг Кхонг Чуай собирался натренировать его выдерживать пули? Кем он его вообще считает?

— Слушай, Кхонг Чуай, скажи честно, если бы я правда умер у тебя на руках, что бы ты делал?

— Я бы добился, чтобы полицейское управление установило мемориальную доску в честь твоих подвигов, и лично нёс твой портрет на похоронах.

Молодой человек засомневался — что это за любовь такая?

— Кхонг Чуай, ты бы хоть немного сожалел, если бы я умер?

— Если бы это случилось по твоей собственной глупости... Нет, не сожалел бы, — безразлично произнёс Хонг Кхонг Чуай, прежде чем резко развернуться и пристально посмотреть на собеседника. — Я уже говорил тебе, что не жалею о своём выборе и не жалею о выборе других. Каждый сам выбирает свою жизнь, разве можно кого-то заставить?

Бывший полицейский помолчал какое-то время, потом кивнул.

— Ты и вправду сильный. Мне до тебя ещё очень далеко.

— Именно! — тут же подхватил Хонг Кхонг Чуай. — Пэн Пэн, ты всё ещё слишком слаб. Как только поправишься, будем тренироваться усерднее!

— Что?! — недоверчиво воскликнул молодой человек, в то время как Хонг Кхонг Чуай погрузился в серьезные размышления.

— Заставлю тебя таскать грузовик на буксире и буду откармливать устрицами для укрепления тела. Ты только посмотри на себя — чуть крови для инсценировки взяли, и уже бледный как полотно. Пара свинцовых «подарков» – и рёбра переломаны. Никуда не годится.

Лу И Пэну очень хотелось возразить, что литр с лишним крови — это явно не «чуть взяли», а свинцовые «подарки», вообще-то, были пулями, а не камешками. Но, поразмыслив, он решил, что, даже если начнёт спорить, Хонг Кхонг Чуай всё равно найдёт к чему придраться, и просто промолчал. Заметив это, Хонг Кхонг Чуай смягчил тон:

— Пэн Пэн, ты что, дуешься? Не стоит. Информация о твоей смерти уже разлетелась по всему Гонконгу, и у меня есть для тебя хорошая новость.

— Какая? — Лу И Пэн не удержался от вопроса. Хонг Кхонг Чуай взглянул на него с лёгкой улыбкой.

— Я придумал тебе новое имя взамен старого.

Бывший полицейский нахмурился и попытался ответить как можно вежливее:

— Не стоит, думаю, я лучше сам придумаю. Не хочу, чтобы ты напрягал мозг впустую.

— Что ты, придумать имя для мужа – это совсем не «впустую», — промурлыкал Хонг Кхонг Чуай таким тоном, от которого по коже побежали мурашки. Лу И Пэн через силу поинтересовался:

— И какое же имя ты мне придумал?

Хонг Кхонг Чуай посмотрел на него с улыбкой:

— Гарантирую, когда услышишь – тебе точно понравится.

Лу И Пэн попытался успокоиться, убеждая себя не вскакивать, что бы ни произнёс Хонг Кхонг Чуай, иначе его действия могли потревожить сломанные рёбра.

— Говори уже?

Собеседник расплылся в улыбке:

— Раз я Красный Павлин (Хонг Кхонг Чуай — 红孔雀), то ты, как моя пара, должен быть Белым Тигром (Бай Лао Ху — 白老虎).

— Что?! — вырвалось у Лу И Пэна, заставив собеседника нахмуриться.

— Что такое? Пэн Пэн, тебе не нравится?

— А... нет, — покачал головой бывший полицейский. — Просто не ожидал, что оно окажется настолько крутым.

— Ну и язва же ты, — фыркнул Хонг Кхонг Чуай, потянувшись ущипнуть Лу И Пэна за щёку. — Это же имя для моего мужа, конечно я должен был придумать самое лучшее. А ты что думал?

— Даже не знаю, — Лу И Пэн улыбнулся, — наверное, что ты придумаешь что-нибудь более... эксцентричное.

Хонг Кхонг Чуай презрительно хмыкнул:

— Хм. В любом случае имя, которое я тебе дал, будет лучше того, что ты сам придумаешь.

— А ты знаешь, какое имя я хотел использовать?

— Уверен, Сяо Пэн Пэн, что ты ещё даже не думал об этом.

Лу И Пэн с улыбкой посмотрел на собеседника:

— Вообще-то, мне уже кое-что пришло в голову.

— Да?

— Но лучше всё-таки использовать имя, которое придумал ты.

Хонг Кхонг Чуай повернулся к нему с любопытством:

— Ну-ка, расскажи, какое имя ты себе придумал?

— Оно не такое красивое, как то, что предложил ты.

— Ну же, скажи, — настаивал собеседник. Лу И Пэн снова улыбнулся и тихо произнёс:

— Наклонись ближе. Я хочу, чтобы услышал только ты.

Хонг Кхонг Чуай закатил глаза, но всё же послушно наклонился. Лу И Пэн прошептал ему на ухо:

— Я хотел взять имя Е Ин (Лунная Тень — 月影), чтобы когда ты смотришь на луну, тебе больше не было одиноко, потому что я буду твоей тенью.

Хонг Кхонг Чуай на мгновение замер, потом снова фыркнул:

— Слишком сопливое имя, как у девчонки. Мне больше нравится Бай Лао Ху.

— Я же говорил: не сравнится с тем, что придумал ты, — кивнул Лу И Пэн.

Хонг Кхонг Чуай кивнул, потом приблизился к щеке Лу И Пэна, легко поцеловал её и прошептал:

— Но сегодня полнолуние, и я буду звать тебя Е Ин. Ты – моя тень.

Лу И Пэн слегка улыбнулся, затем поднял руку, бережно обхватил голову Хонг Кхонг Чуай и накрыл его губы своими.