21
Редакторы: &Ray, Aforside, Айрин, Санни
— Инспектор Лу, как ты относишься к тому, чтобы поучаствовать в фотосъёмке?
На задавшего вопрос начальника Лу И Пэн посмотрел с выражением крайнего изумления:
— Вы собираетесь поручить мне какое-то дело о запрещённых журналах?
Шень Цинь от души расхохотался и замахал руками:
— Да ничего подобного. Со мной кое-кто связался, чтобы я предложил тебе сняться для журнала.
— ?! — Лу И Пэн поднял взгляд и внимательно посмотрел на начальника, думая, что расслышал что-то неправильно. Не могло такого быть, чтобы его вызвали к заместителю начальника управления только из-за фотосессии.
— В каком смысле «сняться для журнала»? — всё ещё недоумевая, повторил вопрос молодой полицейский. Собеседник кивнул:
— Господин Лю, владелец журнала A, был здесь вчера. Он сказал, что хотел бы сделать серию фотографий полицейских для своего модного журнала. А ты в последнее время часто мелькал в выпусках новостей на ТВ, вот, наверное, он тебя и заметил. Инспектор Лу, ты же у нас просто красавчик.
Лу И Пэн нахмурился, не сильно довольный подобным комплиментом:
— Когда это я появлялся на ТВ? — уточнил молодой полицейский, на что получил немедленный ответ:
— Да каждый раз, когда ты устраиваешь аварии в погоне за преступниками. Я слышал, что ты постоянно пытаешься избегать репортёров, но всё равно умудряешься попадать в объективы камер. Только не говори мне, что ты новости не смотришь.
Брови Лу И Пэна нахмурились ещё сильнее, когда он подумал о своих фото в новостях, которые делали или украдкой со спины, или когда он выходил из больницы. А иногда, если не удавалось сфотографировать, то брали его снимки с удостоверения личности.
— Мне бы хотелось, чтобы репортёры перестали меня снимать. Это вторжение в мою личную жизнь, — заявил молодой полицейский, а собеседник кивнул и улыбнулся:
— Да ладно тебе... Так что насчёт фотосессии, ты согласен?
— Что?! — удивлённо воскликнул Лу И Пэн и покачал головой. — Нет, я полицейский, а не модель. Если и хотят сделать статью о полиции, то стоит писать о тех, кто получает ранения при выполнении своих обязанностей. Так будет интереснее.
— Такое часто пишут, — сказал Шень Цинь, серьёзно глядя на подчинённого. — Я подумал, если мы изменим стиль или подачу, может, больше людей заинтересует пойти работать в полицию. Особенно подростков, выбирающих, куда пойти учиться дальше. Понимаешь, инспектор, журнал господина Лю очень популярен среди подростков. Может ты всё-таки поучаствуешь? Это поможет привлечь молодёжь пойти учиться на полицейских.
Лицо Лу И Пэна выражало явную тревогу:
— А если это не сработает?..
— Если не сработает, то ничего страшного. Ну, будет у тебя хорошая фотосессия. Я уже обсудил это с начальником, и он тоже думает, что это отличная идея.
Лу И Пэн с трудом сглотнул, пока его собеседник с улыбкой продолжал говорить:
— Ну вот и договорились, инспектор. Я подпишу направление на задание.
— Что?! — снова воскликнул Лу И Пэн. Шень Цин протянул ему документ, украшенный символом Полицейского Управления Гонконга.
— Вот, инспектор. И не надо переживать, что тратишь ценное рабочее время. Это будет рассматриваться как работа по связям с общественностью от имени управления.
В итоге Лу И Пэну предстояло отправиться в студию для съёмки, несмотря на то, что ему это совершенно не нравилось. А ещё пришлось запомнить имена и лица разных девушек-моделей, чьи автографы попросил собрать Дуань Фэн.
Одноэтажное современное здание студии располагалась за городом почти у самого моря. Рядом располагалась просторная парковка. Когда Лу И Пэн вышел из машины, к нему немедленно подошли два молодых человека.
— Инспектор Лу, правильно? Господин Лю уже ждёт. Пойдёмте.
Молодой полицейский последовал за ними. Внутри здание было выкрашено белой краской и разделялось на несколько просторных помещений. У каждого помещения имелся номер, а также табличка с названием компании или именем человека, которые пользовались студией.
Пока Лу И Пэн был занят высматриванием молодых актрис, чьи автографы попросил взять Дуань Фэн, кто-то подошёл и начал говорить:
— Инспектор Лу, а я уже боялся, что вы не придёте, — обратился к нему невысокий мужчина в возрасте около сорока лет. Он был аккуратно причёсан и одет в яркую модную одежду, смысл которой Лу И Пэн, казалось, никогда не поймёт. Мужчина улыбнулся и бесцеремонно схватил его за руку.
— Я — Лю Гоу Сы. Думаю, заместитель начальника управления Шень уже упоминал моё имя, инспектор.
Лу И Пэн был вынужден ответить на рукопожатие, после чего постарался как можно вежливее высвободить руку и ответил:
— Да, заместитель начальника Шень уже рассказал мне о вас.
Лю Гоу Сы, прищурившись, посмотрел на молодого полицейского и снова улыбнулся:
— Вживую, инспектор, вы выглядите намного лучше, чем то фото с вашего удостоверения. Если бы не уворачивались от камер, то могли стать настоящей звездой.
Не испытав особого восторга по поводу комплимента, Лу И Пэн совершенно спокойно ответил:
— Я здесь по распоряжению руководства, чтобы дать интервью.
— Понятно, — радостно улыбнулся Лю Гоу Сы. — Пойдёмте, инспектор.
Он зашагал в сторону, показывая дорогу в студию. Владелец журнала открыл дверь, а молодой полицейский замер, когда к нему подошли несколько сотрудников и окружили его.
— О-о-о... Так это и есть инспектор Лу? В действительности выглядит намного лучше, — раздался чей-то голос, а затем Лу И Пэн почувствовал, как кто-то прикоснулся к его груди.
— Помереть не встать, какое тело подтянутое. И в форме выглядит совершенно восхитительно.
Молодой полицейский решил слегка отодвинуть от себя окруживших его людей, иначе они могли начать хватать его за какие-нибудь другие места. И в этот момент услышал, как голос Лю Гоу Сы произнёс:
— Держите себя в руках, а то инспектор вас всех арестует.
— Ох... господин Лю, он такой красивый, что я бы позволил ему задержать меня на целую ночь, — молодой человек, явно кокетничая, подмигнул Лу И Пэну. Молодой полицейский нахмурился и повернулся к Лю Гоу Сы.
— Господин Лю, вы собираетесь брать у меня интервью прямо здесь?
— Э-э-э, да, — Лю Гоу Сы улыбнулся. — Идите вон к тому дивану. Мне стоит извиниться за своих людей.
Схватив Лу И Пэна за руку, он отвёл его к тёмно-коричневому кожаному дивану в глубине комнаты.
— Не стоит так нервничать, расслабьтесь, — посоветовал Лю Гоу Сы, усадив Лу И Пэна. Молодой полицейский поёрзал, устраиваясь поудобнее. К ним подошла девушка с мальчишеской причёской, с собой она принесла стул. Девушка села напротив, положив рядом диктофон.
Лю Го Сы достал из кармана небольшую записную книжку, открыл и протянул молодому полицейскому.
— Я набросал план для интервью. Если вы посчитаете, что какие-то вопросы не походят — отметьте, пожалуйста.
Лу И Пэн взял записную книжку и некоторое время внимательно изучал, а затем покачал головой:
— Всё в порядке, никаких проблем, — подтвердил он и вернул записи.
— Тогда, пожалуй, начнём, инспектор, — Лю Гоу Сы снова улыбнулся. — С тех пор как инспектор Лу попал в сводки новостей, читатели засыпали нас письмами с просьбами, чтобы мы взяли у вас интервью. Я принёс некоторые письма с собой, чтобы вы взглянули.
Сидящая рядом девушка передала письмо. Прочитав его, Лу И Пэн заморгал.
— Я — полицейский, — с серьёзным лицом ответил молодой человек. Собеседник кивнул и широко улыбнулся:
— Да, в этом всё дело. Обычно в таких журналах, как мой, публикуются фото либо молодых звёзд, либо знаменитостей. Но никто не додумался публиковать фотографии государственных служащих, — помолчав несколько секунд, Лю Гоу Сы продолжил:
— Конечно, когда речь заходит о государственной службе, особенно о полиции, мы обычно представляем себе солидных пожилых мужчин, которые дают интервью, когда рассказывают о каком-либо громком деле. Да кто из подростков таким заинтересуется?
Лу И Пэн посмотрел в лицо собеседника и спокойно ответил:
— Конечно, это так. Эти люди так много работают, что у них нет времени позаботиться о себе.
— Хм... инспектор, вы действительно отвечаете как настоящий полицейский. Я слышал, что вы с отличием выпустились из Королевской Полицейской Академии, и ваше имя было в списке выдающихся студентов на протяжении всего времени обучения. Можете ли вы поделиться секретами своего успеха?
— Я просто усердно учился, как и все, — Лу И Пэн повернулся к Лю Гоу Сы. — Вы записываете нашу беседу?
Человек, которому был задан вопрос, громко засмеялся:
— Да, но, инспектор, вам не нужно напрягаться. Я потом дам ребятам расшифровать запись. Представьте, что разговариваете со знакомым, или что-то в этом роде. Расслабьтесь, я хочу, чтобы интервью было как можно более непринуждённым.
— Угу, — Лу И Пэн кивнул, пытаясь вообразить, что он знаком с Лю Гоу Сы уже много лет. Но... это оказалось сложнее, чем он себе представлял.
— Под «усердным обучением» вы подразумеваете постоянные зубрёжку и чтение учебников? — уточнил Лю Гоу Сы.
— Нет, я распределял своё время. Нам не обязательно было весь день сидеть за учебниками. К тому же в полицейской академии больше внимания уделяется практике, чем теории.
— Ага... А во время учёбы у вас случались моменты, когда вы сбегали поразвлечься или что-то в этом роде?
— Случались, — ответил Лу И Пэн, погружаясь в воспоминания. — У каждого человека должно быть время для отдыха. Никто не может постоянно находиться в строгих рамках. Просто нужно уметь ограничивать себя.
— Ага, понятно, — кивнул Лю Гоу Сы. — Слышал от многих ваших преподавателей и тренеров, что во время учёбы вы были настоящим хулиганом. Это правда?
— А у кого это вы спрашивали? — задал встречный вопрос Лу И Пэн. Лю Гоу Сы покачал головой:
— Они просили сохранить их имена в тайне, но сказали, что вы были драчуном и задирой, всегда в первых рядах. А однажды даже были зачинщиком драки в столовой, верно?
— Э-э-э... Я не был зачинщиком, я пытался их разнять.
— Так разнимали, что уложили семерых или восьмерых однокурсников, да? — продолжил собеседник. Лу И Пэн выглядел озадаченным:
— Если вы хотите разнять драку и остаться на ногах, вам придётся сначала их вырубить, — пояснил он, а затем снова повернулся к Лю Гоу Сы. — Господин Лю, спрашивайте что-нибудь более интересное.
Тот радостно засмеялся:
— Да ладно, это тоже интересно. Инспектор, вы были хулиганом, но всё равно закончили с отличием, и ваши успехи отметили все преподаватели. Это говорит о том, что вы не совсем обычный человек, верно?
— Нет, я самый обычный. Просто важно то, насколько серьёзно человек относится к своему делу.
— Понятно, — кивнул собеседник и продолжил спрашивать. — А поступить в полицейскую академию сложно?
— Нет, несложно, но я готовился к поступлению ещё с младшей школы.
— Ага... Слышал, что стать полицейским вас вдохновил отец?
— Угу. Но не совсем вдохновил. Мой покойный отец очень хотел, чтобы я стал полицейским. Говорил, что это профессия, которой можно гордиться.
— Из вашего досье следует, что мать умерла сразу после вашего рождения, и вы жили с отцом до пятнадцати лет, когда и он скончался. Чувствуете ли вы, что у вас были проблемы в семье, такие как нехватка тепла или что-то подобное?
— Нет, — ответил Лу И Пэн, покачав головой. — Мой отец долгое время страдал хроническим заболеванием лёгких. Кроме того, он говорил, что не женился снова, потому что сильно любил мою мать. Поэтому я уверен, что моя мама была замечательной женщиной, и не испытываю ни обиды, ни печали.
— Похоже, что вы, инспектор — очень сильный человек, — произнес Лю Гоу Сы с серьёзным видом. — А теперь лучше перейдём к важной части нашего интервью. Две недели назад я открыл колонку, куда наши читателей присылали свои вопросы для вас. Знаете ли вы, что у вас есть фанаты?
Лу И Пэн сделал удивлённое лицо:
— Но мне они не нужны.
Лю Гоу Сы снова рассмеялся:
— Начнём с этого вопроса. Обычно полицейские либо в плохой форме, либо слишком худые, либо слишком полные, и внешность у них неважная. Почему же инспектор Лу в такой хорошей физической форме и отлично выглядит?
— Э-э-эм... Это кто это такое спросил? — поинтересовался Лу И Пэн. Лю Гоу Сы улыбнулся:
— Ваши поклонники, инспектор.
Молодой полицейский посмотрел на него с недоверием, но всё же ответил:
— Моя внешность такая от природы, а форму я поддерживаю регулярными тренировками.
— Продолжим... И у вас есть какие-нибудь особые хобби, кроме тренировок и преследования преступников?
Молодой полицейский нахмурился:
— То, что вы перечислили — моя работа. А хобби... выращивание растений.
— Каких именно растений?
— У меня есть непентес.
— Ого... — глаза собеседника широко распахнулись. — Это же хищное растение, которое питается насекомыми? Вы его купили в интернете или конфисковали у преступников?
Лу И Пэн снова нахмурился:
— Один из старших родственников подарил.
— Ага... — кивнул собеседник. — А какая еда вам нравится?
Молодой полицейский на мгновение задумался:
— Даже не знаю, может быть, чёрная треска. Но на самом деле я не особо привередлив и могу есть что угодно. Если говорить о том, что я ем обычно, то, наверное, жареный рис с тофу.
— Значит, самая простая еда. А что пьёте?
— Воду.
— А когда у вас есть свободное время, то куда вы предпочитаете ездить, чтобы отдохнуть?
— На море.
— А в какой месяц и день вы родились, инспектор?
— Двадцать пятое число восьмого месяца. Вы так спрашиваете, как будто пишете мою биографию.
Собеседник снова рассмеялся:
— Следующий вопрос тоже от фанатов — его нам задавали чаще всего. Инспектор, у такого красивого и талантливого человека уже есть любимый человек?
— Нет, — ответил Лу И Пэн, а собеседник сделал преувеличенно удивлённое лицо:
— Ого... Не могу поверить. Может быть, это потому, что у вас есть какие-то отношения с Хонг Кхонг Чуай?
Лицо Лу И Пэна тут же посерьёзнело:
— Почему вы о нём спрашиваете?
— Ну, это вопрос от аудитории. Инспектор, если вам неудобно, то не отвечайте.
— Хм, мы с ним никак не связаны.
— Понятно. Тогда, может, есть какой-то тип девушек, которые вам нравятся? Или ваши стандарты слишком высоки, и вы не смогли никого найти?
— Возможно, и так.
— ... — Лю Гоу Сы на некоторое время замолчал, а затем продолжил: — Тогда какой же должна быть женщина вашей мечты?
В этот раз Лу И Пэн немного помолчал и после раздумий ответил:
— Наверное, похожей на мою маму.
— Ага, понятно, — Лю Гоу Сы кивнул и подвёл итог. — Большое спасибо, инспектор, за то, что дали возможность взять у вас интервью для нашего журнала. Хотели бы вы что-нибудь сказать нашим читателям?
— Хм... Я думаю, что профессия полицейского — это хороший выбор. Сейчас в полицейском управлении требуются новые молодые сотрудники. Если заинтересуетесь — попробуйте подать заявку.
— Если бы инспектор вызвался проводить индивидуальные занятия, я уверен, что от желающих отбоя бы не было.
Лу И Пэн сразу же отстранился, поэтому собеседник поспешил продолжить:
— Давайте на этом закончим с интервью.
Молодой полицейский глубоко вздохнул и встал:
— Так я уже могу идти?
— Подождите, — сказал Лю Гоу Сы и встал следом. — Мы ещё не сделали фотографии. Инспектор, присядьте вон там, выпейте воды и расслабьтесь. Потом обсудим концепцию съёмки.
— Что?! — Лу И Пэн выглядел озадаченным. Двое худощавых мужчин подошли, взяли его под руки и отвели к стулу в другом конце комнаты. Затем ему принесли воды.
— Хм... Глядя на инспектора, мне тоже захотелось стать полицейским, — произнес один из двух молодых людей. Лу И Пэн посмотрел на него:
— А сколько вам лет?
— Восемнадцать.
— Думаю, вы всё ещё можете подать заявку, — сказал Лу И Пэн. Тот посмотрел на него и слегка улыбнулся:
— Если я подам заявку, буду ли я видеть инспектора каждый день?
Не успел Лу И Пэн ответить, как другой парень протянул руку и погладил его по руке:
— Инспектор, у вас такая хорошая фигура. И это в форме. А если бы инспектор снял рубашку...
— Эй, вы, проявите немного уважения к инспектору, — шикнул на молодых людей вошедший следом Лю Гоу Сы. Юноши переглянулись и рассмеялись:
— Господин Лю, вы и сами хотели бы посмотреть на инспектора обнажённым, не так ли? Ох... мужчину с такой прекрасной фигурой найти, ой как непросто.
— А ну-ка вон отсюда, — выгнал их объект подтрунивания. Юноши, хихикая, удалились. Лу И Пэн неловко поёрзал:
— Это... господин Лю, я не собираюсь сниматься голым.
— Конечно, — кивнул Лю Гоу Сы. — Я и не собирался делать подобных фото, клянусь.
Лу И Пэн посмотрел на человека перед собой с крайним недоверием. С тех пор как вошёл в эту студию, он чувствовал, что попал в какую-то запретную зону. Каждый раз, когда инспектор терял бдительность, к нему пытались прикоснуться разные мужчины.
Одного Хонг Кхонг Чуай он ещё мог вытерпеть, но такую толпу вряд ли выдержит.
Лу И Пэн снова посмотрел на Лю Гоу Сы, думая, что, если он сам или его подчинённые попробуют сделать что-нибудь непристойное или нарушат его личные границы, то незамедлительно подаст на них жалобу, чтобы закрыть это издательство.
— Эм... Я думаю, что больше всего вам подходит быть в полицейской форме, — сказал Лю Гоу Сы, внимательно разглядывая Лу И Пэна. — Когда у вас такое суровое лицо — выглядите ещё лучше. Попробуйте встать вон там, и сделаем пару снимков. Думаю, этого будет достаточно.
Он, снова взяв Лу И Пэна за руку и потянул его вперёд.
Лу И Пэна поставили перед чёрным фоном. Напротив находились два прожектора для фотосъёмки и фотограф, позади которого расположился Лю Гоу Сы.
— Отступите немного назад, инспектор, и попробуйте немного походить. Не смотрите в камеру, просто ходите естественно. Да, вот так.
Послышались звуки затвора и вспышки фотоаппарата. Лу И Пэн задумался о том, зачем они фотографируют его во время ходьбы.
— Инспектор, вы можете снять этот галстук? Мне кажется, он будет выглядеть немного странно на фотографиях, — попросил Лю Гоу Сы, и Лу И Пэн посмотрел на него.
— Можете ослабить его совсем чуть-чуть?
Лу И Пэн поднял руку, собираясь ослабить галстук, но Лю Гоу Сы сразу же воскликнул:
— Так, подождите, инспектор, я сейчас попрошу ребят помочь вам с одеждой.
Лу И Пэн не успел ничего ответить, как двое мужчин подбежали к нему, начали промокать его лицо и старательно ослаблять галстук. Лу И Пэн был вынужден оттолкнуть их:
— Так моя форма выглядит неподобающе.
Сказав это, молодой полицейский застегнул верхнюю пуговицу, которую успели расстегнуть, снова затянул галстук, после чего вышел из кадра.
— Погодите, инспектор, мы ещё ни одного снимка не успели сделать, — вскрикнул Лю Гоу Сы. Лу И Пэн обернулся к нему:
— Разве чуть ранее вы ничего не сфотографировали?
— Это была всего лишь проверка света и позы. Инспектор, пожалуйста, сядьте туда на минутку, нужно немного припудрить вам лицо, чтобы оно не блестело от вспышек.
Лу И Пэн открыл было рот, но его тут же усадили на стул. Женщина лет тридцати подошла к нему и улыбнулась:
— Можно я слегка припудрю вас, инспектор?
Молодой полицейский нахмурился, как только губка с пудрой коснулась его лица. Женщина продолжила:
— Инспектор, не хмурьтесь так, иначе морщины появятся. Это всего лишь пудра, просто чтобы лицо не блестело.
Молодой полицейский вынужден был сидеть спокойно, потому что отмахиваться от дамы было бы невежливо. После того как она нанесла тонкий слой пудры, женщина взяла его за подбородок и улыбнулась:
— Вот теперь вы красавчик. Давайте я помогу вам с одеждой.
Поскольку это была женщина, и она не вела себя фамильярно, как те двое парней, Лу И Пэн позволил ей поправить свою форму. Пока она поправляла лямки подтяжек у него на плечах, мобильный телефон молодого полицейского зазвонил.
— Пэн Пэн, — голос, раздавшийся из телефона, заставил Лу И Пэна резко поднять руку, прося прощения. Он быстро отошёл в угол студии и ответил:
— Что случилось?
— Я только что вернулся из Вьетнама. Купил тебе подарок. Приезжай в особняк.
— У меня дела, я не могу сейчас приехать.
— Какие ещё дела? — голос на другом конце линии стал резким. Лу И Пэн оглянулся на суетившихся вокруг людей и ответил:
— Я на фотосессии.
— Что?! — немедленно отреагировал голос на другом конце. — Фотосессия? С кем это?
— С господином Лю Гоу Сы.
— Гоу Сы? — повторил Хонг Кхонг Чуай. — Так теперь, Пэн Пэн, ты начал продавать себя газетам?
— Что за бред! — выпалил Лу И Пэн. — Я здесь по приказу заместителя начальника управления.
— Что за глупость придумал Шень Цинь, отправив тебя на фотосессию к этому человеку? Ты где сейчас?
— В студии T. Только не говори, что ты... — договорить он не успел — на другом конце повесили трубку. Лу И Пэн почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он повернулся к подходящему Лю Гоу Сы, который сказал:
— Инспектор, пожалуйста, пройдите обратно к месту съёмки, чтобы мы могли начать.
Лу И Пэн некоторое время стоял в замешательстве и, наконец, спросил:
— Господин Лю, вы знаете Хонг Кхонг Чуай?
Лю Гоу Сы посмотрел на него и кивнул:
— Конечно, знаю. Все знают это имя, не только полицейские. Но почему вы спрашиваете?
— А... Вы его боитесь?
Лю Гоу Сы усмехнулся:
— Инспектор, вы, похоже, его не боитесь, так почему я должен? Я думаю, он, наверное, просто добродушный старик, разве нет? Вряд ли он такой жестокий, как о нём говорят.
Лу И Пэн сглотнул:
— Я думаю, вам лучше быть осторожнее.
— Да бросьте, инспектор. Во время интервью вы, казалось, не хотели даже упоминать о нём. С чего вдруг такие разговоры? Давайте уже начнём съёмку, а то закончим слишком поздно.
Лу И Пэн вынужден был вернуться на место съёмки, молясь, чтобы не случилось ничего безумного.
Фотосессия оказалась проще и менее страшной, чем Лу И Пэн представлял сначала. По крайней мере, он был в форме и только стоял, сидел и ходил туда-сюда. Через некоторое время молодой полицейский начал чувствовать себя более расслабленно и даже несколько раз улыбнулся. Увидев это, Лю Гоу Сы быстро поднял большой палец и велел фотографу обязательно сохранить эти снимки.
Во время съёмки подбежал один из молодых людей:
— Инспектор Лу, к вам пришёл старший родственник.
— ?.. — все повернулись к говорящему. Посмотрев дальше, они увидели кого-то в тёмно-красном костюме, входящего в студию.
— Ну как, Пэн Пэн, нравится фотосессия?
— !.. — Лу И Пэн чуть не прикусил себе язык, так как у него почти вырвалось имя вошедшего. Лю Гоу Сы посмотрел на подошедшего мужчину и с улыбкой спросил:
— Простите, вы...
— Я старший кузен со стороны матери прадедушки его отца, — ответил новоприбывший и быстро направился к съёмочной площадке, не обращая внимания на то, что происходит вокруг, пока не остановился прямо перед молодым полицейским.
— Пэн Пэн, тебе уже пора домой.
Лу И Пэн открывал и закрывал рот, как рыба, Лю Гоу Сы и остальные присутствующие выглядели не менее ошеломлёнными.
— Эм... Вы действительно его старший кузен? Мне кажется... вы примерно одного возраста.
Человек в красном улыбнулся уголком рта:
— Могу гарантировать, что я могу стать его старшим родственником, если захочу.
Сказав это, он повернулся к Лу И Пэну:
— Пэн Пэн, ты пойдёшь сам, или мне придётся тащить тебя силой?
Лу И Пэн сглотнул, прежде чем, наконец, смог сказать:
— Послушай... успокойся, пожалуйста. Я здесь просто на фотосессии.
— Я не разрешаю, — твёрдо заявил мафиози, прежде чем уставиться на него. — Не помню, чтобы разрешал кому-то ещё смотреть на твоё тело.
Лу И Пэн открыл и закрыл рот, не успев ничего сказать, когда этот господин повернулся и оглядел окружающих:
— Кто фотограф?
Человек, стоявший за камерой, заморгал. Мужчина в красном повернулся к нему и спокойно спросил:
— И много вы успели сделать фотографий?
— Да.
— Тогда я хочу купить и эту камеру, и карту памяти внутри.
— Погодите-ка! — воскликнул Лю Гоу Сы, который до этого стоял молча. — А вы кто собственно такой на самом деле? Насколько мне известно, у инспектора Лу нет такого молодого кузена. Вы что, шантажист?
Тот, кому предъявили обвинения, повернулся к говорящему и улыбнулся одним уголком рта:
— А если я скажу «да», что ты сделаешь? Напишешь об этом новость? Наверное, хорошо заработаешь.
— Уж будьте уверены. А также попрошу кого-нибудь сфотографировать вас. Получится и новость, и обвинение в нарушении неприкосновенности частной жизни.
— Гоу Сы... — голос собеседника стал резким. — Похоже, твои дела идут хорошо. Это неудивительно, учитывая, что твой отец не постеснялся занять у меня деньги, чтобы вложить их в такого непутёвого сына, как ты.
У Лю Гоу Сы отвисла челюсть. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но смог вымолвить только:
— Кто вы? И как вы узнали о деньгах?
— А ты позвони своему отцу и спроси его. Но будь осторожен, не дай ему понять, что ты меня разозлил. А то вдруг у него случится сердечный приступ или инсульт, и ты будешь винить меня.
Лю Гоу Сы посмотрел на собеседника, затем быстро набрал номер. После нескольких минут разговора лицо Лю Гоу Сы побледнело. Он то и дело бросал взгляды на человека в красном костюме. Как только он повесил трубку, то тут же низко поклонился.
— Извините, я не знал, что это вы.
— Хорошо... Ничего страшного. Так вот, я хотел бы купить эту камеру вместе с картой памяти. Сколько вы за неё хотите?
— Не беспокойтесь, — голос Лю Гоу Сы дрожал. — Если вам нужны только фотографии инспектора Лу, забирайте карту памяти.
— Хорошо, пожалуй, так и сделаем, — человек в красном кивнул и взял карту памяти у фотографа. Затем он повернулся к Лю Гоу Сы и с улыбкой сказал: — Сегодняшний инцидент останется втайне. Из уважения к инспектору Лу я тебя прощаю. Но если хоть что-то из этого просочится в прессу, ты знаешь, что будет.
— Я всё понял, — ответил Лю Гоу Сы с явным страхом в голосе. Его собеседник вздохнул и повернулся к молодому полицейскому.
— Ну что ж, пойдём, — сказал он и, схватив Лу И Пэна за руку, потащил его из студии.
Как только они вышли на улицу, Лу И Пэн замер от удивления, увидев длинный лимузин с эмблемой красного павлина. Ло Сун Чжи, стоявший у машины, открыл заднюю дверь. Молодого полицейского буквально запихнули внутрь, прежде чем дверь закрылась.
— Кхонг Чуай, поступив так, не усложнил ли ты всё больше, чем следовало? — спросил молодой полицейский, когда его собеседник устроился поудобнее. Это был первый раз, когда инспектор оказался внутри знаменитого бронированного лимузина. Хонг Кхонг Чуай посмотрел на него, а затем с размаху ударил по лицу.
Лу И Пэн поражённо застыл. Когда он поднял взгляд, его ударили снова.
— Как ты посмел позировать для фотографий! — прорычал Хонг Кхонг Чуай, схватив полицейского за галстук. — Даже если это был приказ Шень Циня или кого-то ещё, ты должен был сначала сказать мне. Я не разрешаю тебе позировать для кого-либо! Ты — мой, запомни это!
Глаза Лу И Пэна широко распахнулись, это был первый раз, когда он видел Хонг Кхонг Чуай в такой ярости. Его лицо побагровело, глаза сверкали гневом, а галстук на шее полицейского сжимался всё сильнее. Лу И Пэн с трудом произнёс:
— Кхонг Чуай, ты что, ревнуешь?
Зрачки Хонг Кхонг Чуай сузились, и он ещё сильнее потянул за галстук Лу И Пэна:
— Да ты, похоже, пьян, Лу И Пэн! Сам понимаешь, что несёшь?!
Лу И Пэн закашлялся и попытался ухватиться за руки, затягивающие галстук на его шее:
— Но ты выглядишь так, будто ревнуешь меня.
— Чёрт! Ты что, смеёшься надо мной? Я вовсе не... — Хонг Кхонг Чуай не успел договорить, как Лу И Пэн резко поднялся и прижал его к сиденью.
— Если ты не ревнуешь, почему твои руки так трясутся? Обычно у тебя железная хватка, и ты никогда не позволяешь мне говорить, когда держишь меня за горло, — молодой человек смотрел прямо в глаза Хонг Кхонг Чуай.
— Ха! — Хонг Кхонг Чуай фыркнул, и Лу И Пэн тут же почувствовал, как хватка на его горле усилилась. Он быстро попытался перехватить руки мафиози и поспешно произнёс:
— Извини, я больше не сделаю ничего подобного.
— ...
Когда собеседник замолчал, Лу И Пэн быстро продолжил:
— Я говорю серьёзно. Я не думал, что ты... — он замолчал на мгновение, а затем улыбнулся. — ревнуешь меня так сильно.
Мафиози хмыкнул, но прежде чем он успел сжать руку сильнее, молодой полицейский перехватил её и прижал к сиденью.
— Кхонг Чуай, перестань упрямиться. Обычно ты дышишь спокойно и ритмично, поэтому я никогда не мог тебя победить. Но сегодня ты явно взволнован, даже дыхание сбилось. Ты действительно зол на меня, да?
— Хм... — Хонг Кхонг Чуай фыркнул, глядя на него так пристально, будто собирался прожечь взглядом.
— Когда рядом есть один глупый ребёнок, который не смотрит, куда идёт, это действительно напрягает. Вот так оставишь ненадолго без присмотра, и он уже вовсю флиртует.
Лу И Пэн слегка улыбнулся и наклонился ближе:
— А ты что, не очаровываешь всех подряд?
Прижатая к сидению рука Хонг Кхонг Чуай внезапно вырвалась и ударила молодого полицейского по лицу с такой силой, что у Лу И Пэна перед глазами заплясали звёзды.
— Если ты этого не видел, то не смей меня обвинять! — рявкнул Хонг Кхонг Чуай, переполненный яростью. — Мелкий засранец, и язык у тебя без костей!
— Кхонг Чуай, — выпалил Лу И Пэн и тут же подался вперёд, снова прижав руку мафиози, — Прости.
Сжав губы, Хонг Кхонг Чуай с гневом уставился на него:
— Оставь свои пустые извинения при себе! Отпусти!
Лу И Пэн смотрел на него, не зная, что сказать, но, в конце концов, просто улыбнулся.
— Чего улыбаешься?
— Доволен.
— ?!
— Ты так ревнуешь, что даже сил не осталось.
— !
— Кхонг Чуай...
— ...
— Так и собираешься молчать?
— ...
— Ты и я... похоже, чувствуем одно и то же.
— Это что же?
— ...
Хонг Кхонг Чуай посмотрел на Лу И Пэна и тоже слегка улыбнулся:
— Ты же полицейский, думай, прежде чем говорить.
Лу И Пэн сжал губы и, в конце концов, вздохнул:
— Кхонг Чуай, знаешь, иногда я хочу, чтобы ты не был Хонг Кхонг Чуай.
Его собеседник приподнял брови:
— По-моему, ты слишком много говоришь. Я вот ни разу не хотел, чтобы ты не был Лу И Пэном.
— А ты никогда не думал, что мне не стоило быть полицейским?
— Ни разу!
— ?!
— Это так странно? Если бы ты не был полицейским и не был таким упрямым, думаешь, мы бы встретились? Я не жалею, что ты полицейский. Но боюсь, что ты можешь пожалеть об этом.
— Я не жалею, — Лу И Пэн поджал губы. — Жалею только, что тебя встретил.
— Ну и острый же у тебя язык. Интересно, смогу ли я заставить тебя взять свои слова обратно?
Лу И Пэн не ответил на этот вопрос. Он опустил руки, снял свой галстук, затем ремень и подтяжки, расстегнул форменную рубашку, а затем наклонился, чтобы прошептать на ухо собеседнику:
— Знаешь, ты первый человек, который заставил меня снять форму, даже не приказывая и не говоря ничего.
Хонг Кхонг Чуай усмехнулся.
—Ха... Как будто я этого не знал.
Лу И Пэн слегка улыбнулся, затем взял руку Хонг Кхонг Чуай и обхватил её своей. Он медленно расстёгивал пуговицы своей рубашки, одну за другой. Под рубашкой показалась мускулистая грудь. Хонг Кхонг Чуай глубоко вздохнул, когда его рука коснулась горячей кожи. Лу И Пэн провёл рукой мафиози по своей груди.
— Ты такой жестокий, — прошипел Хонг Кхонг Чуай сквозь зубы, прежде чем схватить его и притянуть ближе. — Не боишься пожалеть потом?
Молодой полицейский поджал губы:
— Не знаю. А ты? Ты когда-нибудь думал, что можешь пожалеть?
— Никогда.
— Что бы ни случилось или как бы это ни закончилось?
— Угу.
Лу И Пэн посмотрел ему в лицо, потом вздохнул:
— Ты и вправду сильный.
— Если не в состоянии с этим справиться — отступай, а то испортишь свою репутацию отличника, — сказал Хонг Кхонг Чуай и мягко оттолкнул его. Лу И Пэн быстро схватил его за руку.
— Я потерпел неудачу в тот самый момент, как встретил тебя, — признался молодой полицейский и поцеловал его руку. — Кхонг Чуай, я, вероятно, всегда буду тебе проигрывать. Честно говоря, я никогда и не думал, что смогу справиться, но я всё равно...
— ...
— Я глупый, да?
— Да... — Хонг Кхонг Чуай кивнул и поднял руку, чтобы погладить его по щекам, которые всё ещё были красными. — Ты действительно упрямый и глупый, инспектор.
— Так что... тебе это нравится?
— ...
— ...
Наконец, Хонг Кхонг Чуай вздохнул.
— И ты ещё спрашиваешь? Я же всё это время терпел твои глупые выходки, и ты говоришь, что не знаешь?
Лу И Пэн покачал головой:
— Не знаю. Я никогда не могу угадать, о чём ты думаешь, Кхонг Чуай. Когда ты собираешься закончить всё это?
— А почему ты спрашиваешь меня? — вопросом на вопрос ответил мафиози. Молодой полицейский надолго замолчал, глядя на него. Наконец, Хонг Кхонг Чуай заговорил сам:
— Спроси себя сам, господин полицейский: когда ты хочешь закончить всё это?
— Я... — Лу И Пэн прикусил нижнюю губу, а потом обнял Хонг Кхонг Чуай. — Кхонг Чуай, но однажды это всё должно будет закончиться?
— Угу...
— Когда это случится, ты забудешь обо мне?
— Нет, я не забуду. А ты, Пэн Пэн, забудешь меня?
— И как ты думаешь, смогу я тебя забыть? — переспросил Лу И Пэн, на что Хонг Кхонг Чуай фыркнул.
— Откуда мне знать. Ты ещё молод, в жизни много всего впереди. Может, когда состаришься и забудешь.
— Я, может, и не доживу до старости.
— ?!
— Кхонг Чуай, — Лу И Пэн снова произнёс это имя, наклонился и поцеловал мафиози в щёку. — Сегодня полнолуние. Позволь мне остаться с тобой ещё одну ночь.
Хонг Кхонг Чуай ничего не сказал, просто притянул лицо полицейского ближе и поцеловал.
Серебристый лунный свет, льющийся с ночного неба, проникал через маленькое окно в каюту небольшого судна, плывущего вдаль от берега.
Свет ложился на половину лица, покрытого морщинами, оставленными временем. На лбу виднелся длинный треугольный шрам, а глубокие борозды у уголков губ становились ещё заметнее, когда этот человек поднимал лицо к луне и ухмылялся.
Серебряный диск луны постепенно скрылся за чёрными тучами, и полил дождь, отбивая чечётку на крыше лодки. За шумом дождя слышался безумный смех и громкий голос, выкрикивающий имя:
— Хонг Кхонг Чуай!