20
Редакторы: Aforside, Айрин, Санни
Работа полиции заключается не только в подготовке отчётов и поимке преступников. Существует и другая, не менее важная задача — защищать важных людей на различных мероприятиях.
Сделав глоток апельсинового сока, принесённого официанткой, Лу И Пэн тяжело вздохнул. Молодой инспектор в составе команды безопасности занимался обеспечением порядка на правительственном ужине, где присутствовало множество важных гостей.
— Хм... С какой стороны ни посмотрю на тебя — с любой отлично выглядишь, — сказал Дуань Фэн, в очередной раз окидывая взглядом начальника в чёрном смокинге. Лу И Пэн ответил ему со странным выражением на лице:
— Кажется, ты слишком много выпил, господин Цзян.
Дуань Фэн довольно рассмеялся:
— Ничего я не пил, господин Вон. Просто только что встретился с очаровательной девушкой вон в том углу.
— А-а-а... — протянул Лу И Пэн, глядя на подчинённого в аналогичном чёрном смокинге. — А чего сюда пришёл? Мог бы там и остаться.
— Оказалось, что она жена посла Хорватии, — пояснил Дуань Фэн, на что собеседник усмехнулся.
— Кажется, меткий глаз потерял остроту, — поддразнил Лу И Пэн и снова рассмеялся. Подчинённый обиженно нахмурился:
— Да ну, тебя же там не было.
Лу И Пэн пожал плечами и, наконец, перестал смеяться.
Разговор не мешал двум полицейским внимательно следить за залом, чтобы не упустить любую мелочь, которая могла произойти во время ужина.
— Господин Цзян, кажется, в той стороне новые посетители. Мне стоит их проверить, — сказал Лу И Пэн, глядя на новую группу гостей, которая только что вошла в двери. Дуань Фэн пожал плечами:
— Вперёд. Только смотри — не наткнись на жену военного атташе.
Усмехнувшись, Лу И Пэн пошёл в сторону двери.
Вошедших было пять или шесть человек. Судя по расписанию мероприятия — это была группа консультантов Вэнь Го Шэня — магната в сфере недвижимости на острове. Лу И Пэн постарался подойти поближе, чтобы свериться со списком и удостовериться, что всё в порядке. Однако молодой полицейский опешил, увидев спину человека во главе группы. Мгновенно напрягшись, он поспешил навстречу.
— Э-э-э... Простите. Вы господин Ли Цин Юй, главный советник господина Вэнь Го Шэня? — уточнил Лу И Пэн у человека, также одетого в чёрный смокинг. Тот с улыбкой ответил:
— Да, что-то не так?
Посмотрев мужчине прямо в лицо, Лу И Пэн продолжил:
— Тогда, можем мы поговорить лично пару минут?
Человек покачал головой:
— Пока нет. Мне сначала нужно повидаться с послом Португалии. Если у вас ко мне есть какое-то дело, придётся отложить на потом, — закончив говорить, мужчина отошёл в сторону. Лу И Пэн последовал за ним на некотором расстоянии, одновременно связываясь с центром по рации.
— Я хочу запросить информацию о господине Ли Цин Юе. У вас есть его фотографии?
— Нет, у нас нет о нём никакой информации, — немедленно ответила сотрудница центра, — Вэнь Го Шэнь решил сохранить данные о нём в секрете, даже фото не прислал.
— Хм, и как тогда мы должны понять, что это на самом деле он? — уточнил Лу И Пэн. На другом конце ненадолго замолчали:
— У него есть письмо от Вэнь Го Шэня. К тому же господин Вэнь прислал одного из своих ближайших сотрудников, который подтвердил, что это и в самом деле господин Ли Цин Юй.
Раздражённо фыркнув, Лу И Пэн повернулся, чтобы снова посмотреть на мужчину, который назвался Ли Цин Юем. Однако это оказалось не такой простой задачей: почти все мужчины были одеты в чёрные смокинги.
Даже получив информацию из центра, Лу И Пэн сомневался по поводу этого человека. Молодой полицейский попробовал поискать его среди гостей, но, несмотря на все попытки, поиски успехом не увенчались. Пока он переживал из-за возможных неприятностей, послышались испуганные крики.
Лу И Пэн мгновенно поспешил в сторону происшествия. Подойдя, он увидел людей, сгрудившихся вокруг чего-то, и начал проталкиваться сквозь толпу. В центре на полу билась в судорожном припадке женщина в длинном белом платье. Рядом несколько женщин в страхе кричали:
— Помогите! Помогите! У госпожи судороги!
Быстро передав в центр запрос прислать медиков, Лу И Пэн поспешил вперёд, однако его опередили.
Какой-то человек опустился рядом с женщиной, охваченной припадком. Он нажал на несколько точек на её теле, и судорожные спазмы ослабли.
— Пожалуйста, разойдитесь. Ей нужен свежий воздух, — попросил он окружающих. Голос мужчины, не громкий и не тихий, оказался удивительно мощным: столпившиеся люди быстро расступились. После чего он осторожно уложил голову женщины себе на колени и принялся массировать.
Когда медицинская помощь прибыла, женщина уже пришла в себя. Она и её спутницы рассыпались перед мужчиной в благодарностях.
— Если бы не Вы, я бы могла серьёзно пострадать.
— Всё нормально, — ответил мужчина. Женщина посмотрела на него, а затем повернулась к прибывшим медикам: — Я уже в порядке. Большое спасибо этому человеку, — она вытянула руку, указывая на своего спасителя, который стоял и улыбался.
— Не стоит благодарности. Простите, мне уже пора.
— Подождите, я даже не знаю Вашего имени!
— Ли Цин Юй, — быстро бросил мужчина и поспешил туда, где стоял Лу И Пэн:
— Вы недавно говорили, что у вас ко мне какое-то дело, так? Где мы можем пообщаться?
Лу И Пэн пристально посмотрел на него, а затем развернулся и пошёл.
— Кхонг Чуай, что ты ещё задумал?! — отключив рацию, прошипел Лу И Пэн, когда они нашли безлюдный уголок снаружи зала. Хонг Кхонг Чуай пожал плечами и улыбнулся.
— Пэн Пэн, ты так хорошо выглядишь в смокинге. Потанцуешь со мной?
Лу И Пэн пробуравил его мрачным взглядом и продолжил:
— Кхонг Чуай, я серьёзно! Ты что, притворяешься Ли Цин Юем?
— М-да... И почему выпускники с отличием позволяют себе какие-то необоснованные обвинения? — пожаловался собеседник. — И чем же я отличаюсь от Ли Цин Юя?
— Тем, что ты — это ты! — мгновенно возразил молодой полицейский. — Признайся, что ты задумал, явившись сюда под прикрытием?
— Ну, хорошо, инспектор Лу, — Хонг Кхонг Чуай скривился, вытаскивая конверт из кармана, — давай откроем это и посмотрим, а потом позвоним твоему начальнику. Да вообще любому, кому ты веришь больше меня. Или лучше встретимся с Вэнь Го Шэнем прямо сейчас? И ты точно узнаешь, настоящий я Ли Цин Юй или нет.
Лу И Пэн открыл конверт и начал изучать содержимое. Внутри было приглашение с реальным номером, а также сопроводительное письмо от Вэнь Го Шэня. Молодой полицейский настороженно нахмурился:
— Ты и в самом деле Ли Цин Юй?
— Если тебе так интересно, можешь спросить посла Португалии, — Хонг Кхонг Чуай выглядел озадаченным. Лу И Пэн посмотрел на него и с сомнением переспросил:
— Так это твоё настоящее имя? Ты — Ли Цин Юй?
Хонг Кхонг Чуай расхохотался:
— Ох, Пэн Пэн, так вот о чём ты подумал. Хм... ну, я могу попробовать сменить имя на Ли Цин Юй, оно не так уж и плохо.
Лицо молодого полицейского напряглось:
— Да хватит ржать уже! А как тогда тебя зовут?
— Ну, скажем так, моё настоящее имя не Ли Цин Юй... И всё-таки это действительно забавно.
Лу И Пэну было ни капли не смешно. Он, не мигая, уставился на Хонг Кхонг Чуай и хмуро продолжил:
— Ну, так это значит, что ты и в самом деле только притворяешься Ли Цин Юем?
Во взгляде собеседника сквозило разочарование:
— И почему отличники такие тупенькие нынче? Использую ли я имя Хонг Кхонг Чуай или Ли Цин Юй — неважно, в конечном счёте я — это всегда я. Или ты думаешь, что Вэнь Го Шэнь мог указать своим советником Хонг Кхонг Чуай? И тогда правительству пришлось бы пригласить Хонг Кхонг Чуай прийти на этот ужин?
Лу И Пэн открыл рот, но не смог выдавить ни слова. Когда он наконец пришёл в себя, то спросил:
— Тогда почему он пригласил тебя сегодня?
— На этот вопрос я тебе ответить не могу. Это уже коммерческие секреты Вэнь Го Шэня. Давай так, я не собираюсь делать ничего противозаконного, — пояснил Хонг Кхонг Чуай и смерил Лу И Пэна взглядом с головы до пят. — Но всё равно, Пэн Пэн, раз ты так одет, давай потанцуем?
— Ты с ума сошёл? — выпалил Лу И Пэн. — Да и где ты тут видел мужчин, танцующих вместе?
Тот, кого отчитали, счастливо улыбнулся:
— Тогда разрешаю тебе надеть юбку, но не очень длинную, а то ты можешь споткнуться, Пэн Пэн.
Бросив мрачный взгляд на собеседника, Лу И Пэн попытался уйти, но мафиози удержал его:
— Пэн Пэн, когда закончишь с работой, давай поедем домой вместе?..
— ...
— Тебе не придётся надевать юбку. Поедем и потанцуем у меня в особняке? Всего пару песен.
Молодой полицейский поджал губы, а потом ответил:
— Я поздно закончу.
Ужин закончился около 22:00, но только ближе к полуночи Лу И Пэн закончил свой отчёт для руководства. Подойдя к машине, он обнаружил, что его кое-кто ждёт.
— Всё ещё тут? — молодой полицейский окинул взглядом человека, опершегося на автомобиль.
— Жду своего принца на белом мерседесе, чтобы он отвёз меня обратно в замок, — с улыбкой ответил Хонг Кхонг Чуай, слегка отодвинувшись от машины. Лу И Пэн посмотрел ему в лицо:
— А я подумал, что тут дракон, ждущий храбреца, который придёт и победит его.
— Никакого уважения. Драконы — священные животные, — Хонг Кхонг Чуай открыл дверь машины и забрался внутрь, как только Лу И Пэн отпер замок.
— Поехали, инспектор.
К счастью, в этот день никто не присоединился к поездке, где Лу И Пэн был водителем, а Хонг Кхонг Чуай — пассажиром. Поездка до особняка заняла всего десять минут. Большинство слуг уже разошлись по своим делам, и только Ли Кун и Ло Сун Чжи ждали своего хозяина.
Возвратясь в особняк, Хонг Кхонг Чуай не стал переодеваться, вместо этого он повёл Лу И Пэна через лабиринт коридоров, лестниц к одной из дверей. За ней была просторная комната, совмещённая с балконом, вглубь которой проникал слабый лунный свет. Он отражался от книжных шкафов, занимающих две оставшиеся стены. В углу комнаты стоял старинный граммофон. Его золотистый рупор отражал свет луны, рассеивая тени в комнате. Хонг Кхонг Чуай подошёл к граммофону, открыл ящик под ним и достал виниловую пластинку.
— Выпускники с отличием вальс танцевать умеют?
— Умеют! — мгновенно ответил Лу И Пэн. Хонг Кхонг Чуай повернулся и посмотрел на него с лёгкой улыбкой:
— Хм... Если не умеешь, я заставлю тебя танцевать танго.
— Может, мне сразу степ начать танцевать? — парировал собеседник. Мафиози нахмурился:
— Тогда это будут первобытные пляски, а не танец.
Договорив, он положил пластинку на граммофон, установил иглу и покрутил ручку, запускающую устройство.
Из рупора сразу полилась нежная, медленная мелодия, исполненная на пианино. Музыка отражалась от стен и уносилась наружу через балкон. Хонг Кхонг Чуай повернул голову и улыбнулся молодому полицейскому.
— Ты мне поклонишься?
Лу И Пэн приподнял брови и с явным удивлением посмотрел на человека перед собой, а затем поклонился и взял руку, протянутую ему собеседником.
— Не наступи мне на ногу, — проворчал молодой полицейский. Хонг Кхонг Чуай положил руку ему на плечо и ответил:
— За собой следи. Не вздумай оттоптать мне ноги.
Лу И Пэн положил ладонь на талию собеседника и начал двигаться в такт с мелодией, глядя тому в лицо.
Через некоторое время молодой полицейский поинтересовался:
— Кхонг Чуай, ты раньше когда-нибудь танцевал с кем-то?
— Почему ты спрашиваешь? — вопросом на вопрос ответил партнёр. Лу И Пэн снова взглянул на него и продолжил:
— Ну... Ты выглядишь очень опытным. Хотя обычно мужчины не танцуют женскую партию.
— Танец — как кунг-фу, нет разницы между мужской и женской партией.
Лу И Пэн нахмурился:
— Как это, нет разницы?
Хонг Кхонг Чуай улыбнулся одним уголком рта. Полицейский почувствовал, как на его ногу сильно наступили.
— Ой, Кхонг Чуай, зачем ты наступил мне на ногу?
— Пэн Пэн, это просто ты так стоишь, чтобы тебе на ногу наступали. Если смогу наступить ещё раз, раздавлю тебе пальцы, — Хонг Кхонг Чуай сделал ещё шаг, и Лу И Пэн был вынужден отступить. Однако мафиози отлично находил угол, чтобы поставить ногу, и просто отступать в сторону было недостаточно. Полицейскому приходилось двигаться вправо и влево, а иногда крутиться на месте, чтобы увернуться.
— Ха-ха, Пэн Пэн, ты тоже отлично танцуешь, — весело прокомментировал Хонг Кхонг Чуай. Лу И Пэн сжал зубы и попытался наступить на ногу мафиози, но тот, как обычно, ловко избежал нападения. Они «танцевали» всего несколько минут, а молодой полицейский уже успел вспотеть.
— Ладно, я верю, что танец — это кунг-фу, — выпалил Лу И Пэн, уловив момент, когда Хонг Кхонг Чуай переводил дыхание. Едва успев договорить, молодой полицейский снова был вынужден «танцевать» в странной позе, а мафиози довольно рассмеялся. Затем он остановился:
— У нас ещё осталась половина песни, Пэн Пэн.
— Но я бы предпочёл обычный танец, — Лу И Пэн притянул собеседника за талию ближе к себе. — Ты так и не ответил мне. Танцевал ли ты с кем-то ещё?
Хонг Кхонг Чуай посмотрел ему в лицо и лёгкой улыбкой ответил:
— Почему ты хочешь знать?
— ...
— Ревнуешь?
— Ни капельки.
— Хм-м-м... — протянул Хонг Кхонг Чуай и улыбнулся, — если я тебе скажу, что ты первый, с кем я захотел потанцевать, ты мне поверишь?
Лу И Пэн на некоторое время затих, а потом спросил:
— Значит ли это, что раньше тебе просто не хотелось танцевать?
— Нет... Я никогда раньше не танцевал с кем-то другим.
— ... ?! — молодой полицейский посмотрел на человека перед собой. Чёрные глаза Хонг Кхонг Чуай опустились и спрятались за длинными ресницами. В призрачном свете, отбрасываемом половинкой луны, Лу И Пэну казалось, что он во сне.
— Кхонг Чуай, почему ты помог той женщине?
Тёмные глаза вновь посмотрели прямо на него. Собеседник снова улыбнулся:
— А что, я не могу помочь женщине?
— Обычно такие жестокие и бессердечные люди, как ты, никому не помогают.
Мафиози быстро ответил:
— Помойка вместо рта. Когда это я был жестоким и бессердечным? Я и тебя спасал много раз.
— Ты помогал мне не просто так. Но чем тебе может отплатить та женщина?
Глядя ему в лицо, Хонг Кхонг Чуай поднял руку и ударил Лу И Пэна в плечо:
— Когда я ждал от тебя чего-то взамен?
Лу И Пэн поджал губы, а потом продолжил:
— Кхонг Чуай, ты всегда добр к другим людям, да?
— Так теперь ты думаешь, что я добрый? — огрызнулся Хонг Кхонг Чуай. Лу И Пэн покачал головой, на его лице отчётливо проступило волнение.
— Я просто думаю... ты... почему не так добр... со мной?
— !..
— Ладно, неважно, — сказал Лу И Пэн, делая шаг в сторону, когда песня закончилась, но Хонг Кхонг Чуай удержал его за плечо:
— Пэн Пэн, так ты хочешь, чтобы я был с тобой добрее?
Закусив нижнюю губу, Лу И Пэн уклончиво ответил:
— Все хотят, чтобы к ним относились хорошо.
Хонг Кхонг Чуай внимательно посмотрел в лицо молодому полицейском и улыбнулся:
— Сяо Пэн Пэн.
Лу И Пэн слегка вздрогнул, когда к его лицу нежно прикоснулась рука:
— А ты будешь ко мне добрее?
Молодой полицейский не ответил. Накрыв ладонью руку собеседника, он легко её поцеловал и посмотрел тому прямо в глаза:
— Кхонг Чуай...
Уголок рта Хонг Кхонг Чуай приподнялся, когда Лу И Пэн прижался к его губам своими и прижал мафиози к себе. Они обхватили друг друга руками, а поцелуй стал ещё глубже.
Граммофон давно затих и остановился. В комнате, освещаемой светом полумесяца, лишь звуки прерывистых вдохов нарушали тишину ночи.
Кончики языков и губы, которые сливались друг с другом, были горячими, как и дыхание, становившееся всё более и более частым. Руки Лу И Пэна скользили по спине мафиози, а затем спустились ниже, поглаживая упругие ягодицы, скрытые полами длинного смокинга.
Хонг Кхонг Чуай задрожал всем телом — лёгкие прикосновения ладоней и кончиков пальцев вызвали у него странное возбуждение. Лу И Пэн поднял взгляд, посмотрел ему в глаза и снова поцеловал. После чего, потянув, развязал бабочку и начал расстёгивать пуговицы его белой рубашки.
Хонг Кхонг Чуай с шумом вдохнул, когда тёплые губы прикоснулись к его шее. Продолжая расстёгивать рубашку мафиози, Лу И Пэн медленно целовал открывающиеся участки. Он прижал податливое тело к стене и начал торопливо расстёгивать собственную рубашку.
Не в силах сдерживаться, Хонг Кхонг Чуай сначала сжал губы, а затем принялся целовать представшую перед ним мускулистую грудь. Лу И Пэн толкнул Хонг Кхонг Чуай к стене и принялся снимать с него оставшуюся одежду.
Мафиози поднял руки и погладил лицо полицейского, его руки скользнули ниже, избавляясь от рубашки партнёра. Затем он начал стягивать штаны Лу И Пэна, пока они не скользнули вниз к щиколоткам.
В призрачном свете луны Лу И Пэн ласкал и целовал тело мафиози, прижатое к стене. Кожа Хонг Кхонг Чуай была гладкой и упругой, неважно на груди или животе. Целуя грудь, полицейский внезапно понял, что может слышать, как колотится сердце Хонг Кхонг Чуай.
«А что его сердце чувствует ко мне?»
— Моё сердце ещё полно сил, — сказал Хонг Кхонг Чуай, глядя на человека, чьё ухо прильнуло к его груди. Лу И Пэн немедленно поднял голову, а затем кивнул:
— Угу... бьётся так сильно, что я удивился.
Мафиози ничего не ответил, только издал короткий смешок. Полицейский поджал губы, а потом снова начал осыпать поцелуями его тело. Спустился ниже, к животу, потом поцеловал тыльную сторону руки, прикрывающую очень важную часть тела, которой он ещё никогда не касался.
Лу И Пэн уже раньше видел эту часть тела Хонг Кхонг Чуай. И помнил, что она не была уродливой или слишком маленькой. Он не знал, почему мафиози не давал ему прикасаться к ней. Может, он боялся, что полицейский ухватится за возможность и ударит по такой уязвимой точке?
— Кхонг Чуай.
— М-м?
— Если я скажу, что хочу использовать свой рот. Ты дашь мне это сделать?
— Ничего страшного. Я не хочу, чтобы ты заставлял себя, Пэн Пэн.
— Я вовсе не заставляю себя. Так ты позволишь?
Хонг Кхонг Чуай ненадолго замолчал, а потом вздохнул:
— Не думаю, что смогу.
— До сих пор не доверяешь мне?
— Угу.
Лу И Пэн мгновенно выпрямился:
— Кхонг Чуай, что случилось с тобой в прошлом, а?
Чёрные глаза Хонг Кхонг Чуай посмотрели прямо на него. Мафиози улыбнулся:
— Пэн Пэн, даже если ты узнаешь, это не поможет.
Прикусив губу, молодой полицейский долго смотрел на него:
— Кхонг Чуай, я и твоё прошлое — это разные вещи и разные люди.
— Да... я знаю.
— Если я ничем не смогу помочь, даже узнав об этом, то тебе не следует думать о прошлом, когда ты со мной.
Хонг Кхонг Чуай снова поднял на него взгляд и рассмеялся:
— Пэн Пэн разговорился, — договорив, он тяжело вздохнул. — Ох, Пэн Пэн, даже если и не хочешь думать и вспоминать о некоторых вещах — мы не можем прекратить этого. Даже если мозг не помнит, то тело помнит. Или ты будешь спорить с этим? — мафиози вытянул руку и схватил Лу И Пэна за бедро. Молодой полицейский вздрогнул и посмотрел на Хонг Кхонг Чуай, прежде чем продолжить:
— Если так... в прошлом, со мной... имело ли для тебя хоть какое-то значение? — челюсти его напряжённо сжались. — Кто я для тебя?
— Ты лучшее воспоминание в моей жизни.
Лу И Пэн посмотрел на человека перед собой. Хонг Кхонг Чуай слабо улыбнулся и поднял руку, что прикоснуться к его лицу:
— Этой ночью будь со мной нежен... Я хочу запомнить твою нежность.
Молодой полицейский сначала поджал губы, но потом снова поцеловал мафиози.
В слабом лунном свете Лу И Пэн нежно целовал тело человека, который продолжал опираться на стену. Дыхание Хонг Кхонг Чуай снова стало тяжёлым, когда кончик языка молодого полицейского задержался между его ягодиц.
— Эй, не забудь надеть резинку, — напомнил мафиози, часто дыша. Лу И Пэн поднялся, схватил чужую руку и положил на свой горячий член. Затем притянул Хонг Кхонг Чуай к себе и медленно вошёл в него.
Тот опёрся руками о стену, хватая ртом воздух. Он чувствовал обжигающее дыхание на своей шее. Две ладони легли поверх его рук, а горячие губы прижимались к спине, пока вторжение продолжалось. Брови Хонг Кхонг Чуай нахмурились, и он низко застонал.
— Кхонг Чуай, — пробормотал Лу И Пэн. Он повернул к себе лицо мафиози и поцеловал его в дрожащие губы. Они продолжали целоваться, а затем молодой полицейский развернул партнёра к себе лицом. Хонг Кхонг Чуай сдавлено застонал.
— Пэн Пэн.
Крепкие руки вцепились в широкие плечи молодого человека, в то время как тот начал ритмично двигаться наружу и внутрь. Чувствуя, как жар охватывает его тело, Лу И Пэн прижимал мафиози к стене, двигая бёдрами всё быстрее и быстрее, пока тот не начал задыхаться.
Ненадолго задержавшись у стены, они переместились на балкон. В лунном свете стало видно, как их тела раскраснелись от возбуждения. Хонг Кхонг Чуай упёрся руками в перила балкона, пока Лу И Пэн крепко держал его за бёдра и ритмично прижимался. Затем полицейский обнял его за талию одной рукой, а другой приподнял ногу, чтобы проникать глубже.
Под аккомпанемент счастливых стонов они переместились с балкона к книжным шкафам, а закончили на кожаном диванчике внутри комнаты.
Пика они достигли одновременно. Лу И Пэн сжимал Хонг Кхонг Чуай в объятьях, осыпая его лицо поцелуями снова и снова, а затем прошептал тому прямо в ухо:
— Кхонг Чуай, я...
Остаток фразы был полностью поглощён поцелуем Хонг Кхонг Чуай. Потом он прижался лицом к плечу и прошептал пересохшими губами:
— Пэн Пэн... спасибо.