18
Редакторы: Айрин, Санни
В особняке-лабиринте все были прекрасно осведомлены о любви Хонг Кхонг Чуай к выращиванию птиц. Страсть эта была настолько огромной, что он купил заброшенный остров специально, чтобы содержать там птиц. Среди всех его питомцев самым любимым был белый какаду по имени Бэ Чик Чик. Казалось, что Хонг Кхонг Чуай не смог бы находиться вдалеке от него и пары дней.
Однако...
— Пэн Пэн.
Войдя в дверь, Лу И Пэн нахмурился, как только услышал голос. Он посмотрел прямо на стол перед собой, где увидел белую птицу, сидящую на насесте. Вокруг, вытянувшись, стояли несколько слуг. Но кроваво-красное кожаное кресло в центре было пустым.
— И что это такое? — поинтересовался молодой полицейский после того, как пару раз огляделся вокруг и убедился, что в комнате нет господина, по чьей вине он пришёл. Ли Кун — пожилой дворецкий Хонг Кхонг Чуай, медленно подошёл и передал полицейскому телефон.
— Пэн Пэн, ты приехал? — раздался из трубки знакомый жизнерадостный голос. Лу И Пэн нахмурился ещё сильнее и понизил голос.
— Что за игры ты устроил? Я уже приехал, так почему ты звонишь?
Незадолго до этого, вечером, ему позвонил Хонг Кхонг Чуай с коротким сообщением: «Когда закончишь работу, поторопись и сразу приезжай в особняк. Иначе может случиться кое-что неожиданное».
Не желая разбираться с обещанными неожиданностями, Лу И Пэн отпросился с работы и поспешил в особняк на своей машине. Где, как оказалось, его и поджидали те самые неожиданности.
— Ах да... совсем забыл тебе рассказать. Я уже почти в самолёте — собираюсь в Америку. И на всякий случай мне пришлось взять Сяо Чжи с собой. Боюсь, что Сяо Чик загрустит и начнёт выдёргивать себе перья. Так что, Пэн Пэн, тебе придётся приходить играть с ним.
Лу И Пэн поднял глаза на белую птицу, которая рассматривала его, склонив голову набок, и почти раздавил телефон в руке.
«Я так торопился, что чуть не спалил движок, чтобы поиграть с какаду, да?!»
— Пэн Пэн, пожалуйста, пообщайся с Сяо Чиком для меня, — продолжил Хонг Кхонг Чуай, а рука Лу И Пэна, держащая телефон, продолжала дрожать. Молодой полицейский довольно долго стоял, сцепив зубы, пока не смог придумать ответ.
— Слушай, это твоя птица, и у тебя здесь полно слуг. Так пускай они этим и занимаются. Я пошёл! — прокричал он в телефон, нервно подумав, что, даже не будучи рядом, сумасшедший Павлин умудрялся раздражать его.
Полицейский даже не успел договорить или повернуться, как двое крупных мужчин подошли к нему с боков, грозясь раздавить между собой. Из трубки послышался голос Хонг Кхонг Чуай.
— Пэн Пэн, не будь таким злюкой. Я всего лишь прошу приходить и приглядывать за Сяо Чиком. Не говори мне, что выпускник с отличием, вроде тебя, может быть таким бессердечным, и бросит птичку в одиночестве сидеть на насесте и выдирать перья из хвоста.
Лу И Пэн хотел было сказать, что его это всё не касается, и он не будет приходить играть с птицей. Но, прежде чем он успел открыть рот, какаду захлопал крыльями и проговорил:
— Мой Пэн Пэн, приходи и поиграй!
Человек, которого позвали, застыл с открытым ртом. Какаду наклонил голову, внимательно разглядывая полицейского, а затем подёргал головой, как будто приглашая поиграть вместе.
Пока его хозяин был рядом, птица подлетала, чтобы поприветствовать полицейского. Но стоило хозяину уехать, как какаду начал вести себя как владелец особняка.
Пока Лу И Пэн пытался придумать, как ему выкарабкаться из этой дурацкой ситуации, голос Хонг Кхонг Чуай продолжил:
— Так, мне уже пора на самолёт. Хорошо заботься о Сяо Чике, Пэн Пэн. Если я вернусь, а мой дорогой Сяо Чик будет грустить, или в его хвосте будет меньше хоть на одно перо, я возьму горячий утюг и начну гладить твои пальцы один за другим, — он сделал вдруг паузу, как будто что-то вспомнил. — И да, если ты только посмеешь научить Сяо Чика говорить что-нибудь странное, я проколю тебе язык, вставлю туда цепочку и привяжу к машине. Посмотрим, что порвётся первым — твой язык или цепочка.
Лу И Пэн поспешно закрыл рот, нервно сглотнул и подумал: «И как только мозг Хонг Кхонг Чуай придумывает такие пытки?»
Голос мафиози меж тем радостно продолжал:
— Но я же знаю, что Пэн Пэн совсем не злюка. Я вернусь через пять дней, оставляю Сяо Чика на тебя.
Он закончил говорить и повесил трубку, оставив Лу И Пэна стоять в приёмной и в оцепенении глазеть на какаду. Ли Кун подошёл и молча забрал телефон. Полицейский не удержался и спросил:
— Дворецкий Ли, мне и правда нужно играть с этой птицей?
— Как и сказал господин Павлин, — ответил Ли Кун. Лицо Лу И Пэна скривилось, как будто он понюхал тухлых яиц. В нерешительности он простоял ещё некоторое время, и наконец снова заговорил:
— Но я никогда раньше не ухаживал за птицами.
Ли Кун ничего не ответил, улыбнулся и вышел. Лу И Пэн почувствовал себя так, как будто его оставили на необитаемом острове. Он снова поднял взгляд на какаду по имени Бэ Чик Чик. Белая птица расхаживала по насесту, будто ожидая, что полицейский подойдёт.
— Пэн Пэн, давай играть! Давай играть!
В конце концов, Лу И Пэн нехотя подошёл к птице вместо её хозяина. Молодой полицейский с тревогой подумал, а не придётся ли ему справляться с изменениями настроения птицы так же, как он это делал для её владельца.
«И что за судьба у меня такая?!»
Подойдя ближе, Лу И Пэн увидел рядом с красным креслом, где обычно сидел Хонг Кхонг Чуай, ещё одно. Бэ Чик Чик захлопал крыльями, обрадованный тем, что полицейский, наконец, подошёл.
— Пэн Пэн! Пэн Пэн! — громко выкрикнул его имя Бэ Чик Чик, расхаживая по насесту, напоминая своего хозяина. Какаду кивнул на кресло, как будто указывая полицейскому сесть. Этот жест сложно было бы понять как-то по-другому. Посомневавшись мгновение, Лу И Пэн сел.
— Очень хорошо! Очень хорошо! — птица продолжила бить крыльями. Мрачно глянув на какаду, Лу И Пэн притворился, что собирается встать.
— Плохо! Плохо! — громко вскрикнув, Бэ Чик Чик, взлетел, приземлился на голову полицейскому и нежно клюнул.
Лу И Пэну пришлось поднять руку, чтобы смахнуть с себя птицу. Это помогло, и Бэ Чик Чик перелетел обратно на свой насест. Склонив голову набок, какаду посмотрел на полицейского:
— Давай поиграем! Давай поиграем!
Однажды Хонг Кхонг Чуай увёз Лу И Пэна на остров, где заставил заботиться о птицах целых три дня. Но в то время всё, что он делал — раскладывал корм в разные места, или раскидывал его на пол. Полицейскому никогда раньше не приходилось заботиться о птицах. Поэтому он сидел и наблюдал за какаду, не зная, что ему стоит делать дальше.
Закончив разглядывать человека перед собой, Бэ Чик Чик соскочил со своего насеста прямо на стол и направился к стоящей там закрытой стеклянной банке. Какаду схватил крышку клювом и попытался открутить. Лу И Пэн с удивлением наблюдал за происходящим.
«Это что же, я сейчас увижу, как какаду откручивает крышку у банки?!»
Бэ Чик Чик некоторое время пытался открыть ёмкость, но крышка не поддавалась. Белая птица подняла голову, склонила её набок и посмотрела на полицейского. Затем она постучала клювом по крышке:
— Открой. Открой.
Глядя на птицу, Лу И Пэн внезапно подумал, что, если он откроет банку, это можно расценить, как будто его контролирует животное. Пока полицейский сомневался, стоит ему подчиняться или нет, Бэ Чик Чик снова захлопал крыльями:
— Злой. Злой.
Лу И Пэн не знал, что ему лучше сделать: открыть банку или схватить птицу и свернуть ей шею. Но, в конце концов, он решил, что не хочет обменивать свою жизнь на жизнь болтливого какаду.
Как только полицейский открыл банку, Бэ Чик Чик начал взбудоражено хлопать крыльями и переступать лапками. Затем он перелетел на насест в отдалении. В этот момент Лу И Пэн вспомнил, что часто видел, как Хонг Кхонг Чуай бросал кешью какаду. Молодой полицейский заглянул в банку и обнаружил, что она заполнена кешью.
Какаду вытягивал и опускал шею, как будто ожидая, что ему бросят орех. Когда Лу И Пэн попробовал бросить один орех, Бэ Чик Чик с привычной ловкостью поймал его, перехватил, и вот орех уже пропал у него в клюве. Второй орех Лу И Пэн попробовал бросить, слегка изменив направление. Бэ Чик Чик всё равно успел добежать и поймать орех, подпрыгнув над насестом.
Лу И Пэн обнаружил, что бросать орехи птице может быть довольно весёлым занятием. Когда баночка опустела, птица громко зачирикала и перелетела на насест у стола. Какаду склонил голову и смотрел, казалось, прося похвалы. Лу И Пэн протянул руку и осторожно погладил птицу пальцем, говоря с улыбкой:
— Очень хорошо.
— Очень хорошо! Очень хорошо, — прочирикал какаду в ответ и захлопал крыльями. — Люблю Пэн Пэна. Люблю Пэн Пэна.
Договорив, птица склонила голову и нежно схватила полицейского за палец.
Лу И Пэн позволил птице подержать его за палец, а сам в это время гладил её. Через некоторое время в комнату вошёл Ли Кун. Заметив его, Бэ Чик Чик поспешил перелететь на насест и оттуда принялся разглядывать Лу И Пэна.
— На сегодня хватит. На сегодня хватит.
Молодой полицейский поднял голову и посмотрел на дворецкого. Улыбаясь, Ли Кун обратился к нему:
— Можете идти, инспектор. Завтра ждём вас снова.
— Да... хорошо, — ответил Лу И Пэн и кивнул, всё ещё озадаченный. Значит, ему придётся всего лишь чуть-чуть играть с птицей. Молодой полицейский вновь поглядел на белого какаду, который продолжал смотреть на него. Затем птица открыла клюв и громко сказала:
— Увидимся завтра. Увидимся завтра.
— Инспектор, что ты всё на часы смотришь? Ты должен быть где-то в другом месте? — спросил Дуань Фэн. Они с инспектором ужинали в небольшом ресторанчике рядом с работой. Лу И Пэн поднял взгляд на подчинённого и рассмеялся:
— Ничего такого. Просто кое-кто попросил меня присмотреть за его птицей.
— За птицей? — переспросил собеседник, а молодой инспектор продолжил:
— Угу. Так вышло, что владельца не будет несколько дней, вот меня и попросили.
— Ого... владелец-то, наверное — красотка. Хм... Даже смогла заставить инспектора ездить кормить птицу. Если есть время, познакомь меня.
Лу И Пэн чуть не поперхнулся:
— Э-э-э.... Вовсе нет, это не девушка. Это один из моих старших родственников.
— А-а... — воскликнул Дуань Фэн. — А что за птица?
— Какаду, — ответил Лу И Пэн. Увидев на лице Дуань Фэна непонимающее выражение, молодой инспектор попробовал объяснить, как выглядит какаду.
— Не могу представить, у меня в голове — это просто попугай, — в конце концов, сознался Дуань Фэн. — Ладно, потом в интернете найду картинку. А когда тебе надо ехать присматривать за ней?
— Закончим есть и, наверное, поеду, — ответил Лу И Пэн, а Дуань Фэн кивнул:
— Тогда надо быстренько доедать, а то твой подопечный уже заждался.
Договорив, капитан рассмеялся, не зная, как ему следует понимать эту «птицу». Лу И Пэн мог только покивать и улыбнуться, потом он опустил голову и продолжил есть.
Сегодня обстановка изменилась — вместо того чтобы кидать кешью Бэ Чик Чику в приёмной Хонг Кхонг Чуай, полицейский наблюдал, как какаду играет со своими игрушками в комнате, которая называлась «Комната Сяо Чика». И комната эта была больше, чем спальня Лу И Пэна.
Бэ Чик Чик сидел на деревянном насесте, который свисал с большого дерева, посаженного в углу комнаты. Часть стен и половина потолка были из стекла и мелкой металлической сетки, позволяя сажать деревья прямо в комнате. Половина помещения была превращена в небольшой лес. По комнате тут и там были развешаны деревянные насесты, соединённые между собой разными способами: маленький тоннель, подходящий размером для птицы; крошечный велосипед, прикреплённый к тросу, вокруг которого была закреплена пара колец; деревянная жёрдочка, заканчивающаяся у трубы, в которую было вставлено несколько дощечек.
Завидев молодого полицейского, какаду немедленно поприветствовал его:
— Пэн Пэн!
Лу И Пэн только улыбнулся птице, не зная, что лучше сказать. Бэ Чик Чик поводил головой из стороны в сторону, перелетел на плечо полицейского и потёрся о щёку так, что молодому человеку стало щекотно.
— Поиграем. Поиграем, — прочирикал какаду и захлопал крыльями, подвергнув нешуточным испытаниям барабанные перепонки Лу И Пэна. Затем птица перелетела на деревянный насест и склонила голову набок, разглядывая полицейского. Проведя два дня с какаду, Лу И Пэн уже знал, что ему надо делать.
Отойдя в другую часть комнаты, молодой полицейский взял банку с орехами и открыл её. Хлопая крыльями, птица громко зачирикала, затем какаду прыгнул на насест и пробежал сквозь тоннель. Дальше он поехал на маленьком велосипеде по тросу сквозь кольца, вытащив защёлку, высвободил металлический шар и попрыгал следом, толкая его, пока тот не упал в трубу. Затем какаду вытащил деревянные дощечки, мешающие шарику катиться.
Лу И Пэн с восхищением наблюдал, как какаду избавляется от препятствий на своём пути. Бэ Чик Чик вытаскивал дощечки, пока шарик, докатившись, не остановился перед полицейским. После этого какаду запрыгнул на насест и склонил голову, ожидая похвалы.
— Очень хорошо, — сказал молодой человек и выдал орех в награду. Бэ Чик Чик взял орех в твёрдой скорлупе, а затем при помощи лапок и клюва бережно его очистил.
Накормив какаду, полицейский гладил его, пока тот не разомлел от удовольствия. Лу И Пэн уже собрался уходить, когда Бэ Чик Чик посмотрел на него, перелетев на насест.
— Завтра приходи поиграть ещё, — сказала птица и захлопала крыльями. Полицейский, открывший уже было дверь, повернулся с улыбкой:
— Угу.
На следующий день так получилось, что Лу И Пэн был вынужден остаться на работе из-за крупного дела, которое свалилось на их отдел совсем недавно. Полицейскому пришлось позвонить дворецкому Хонг Кхонг Чуай и объяснить, что он не сможет приехать и поиграть с птицей сегодня. Уже совсем поздно вечером его вызвали к проходной внизу.
— Пэн Пэн! — завидев лицо полицейского, воскликнул очень знакомый белый какаду, который сидел в элегантной металлической клетке. Сглотнув, Лу И Пэн посмотрел на дежурного.
— Кто-то оставил его для вас, инспектор, — объяснил тот. Лу И Пэн стоял и в остолбенении смотрел на птицу, размышляя о том, достаточно ли было у людей Хонг Кхонг Чуай знаний, чтобы заботиться о какаду. Полицейский очнулся только тогда, когда Бэ Чик Чик захлопал крыльями. Молодой человек подхватил клетку и отнёс в отдел.
— Ого... Инспектор, только не говори мне, что это птица, которую тебе доверили, — поспешил уточнить Дуань Фэн, как только увидел Лу И Пэна с клеткой в руках. Тот кивнул, а его подчинённый продолжил. — Кажется, инспектор, ему нравится на тебя смотреть. У тебя есть кто-то, кто принёс его из дома?
Не зная, как лучше ответить Лу И Пэн кивнул:
— Что-то вроде того.
— А как зовут птицу, инспектор? — поинтересовался Дуань Фэн, пока Лу И Пэн ставил клетку на стол. Но прежде чем инспектор успел ответить, птица громко прочирикала:
— Сяо Чик. Сяо Чик.
— Ого, да ты, похоже, умный, — Дуань Фэн отложил бумаги и подошёл, чтобы рассмотреть птицу поближе. — Так это и есть какаду, да? Очень милый.
— Угу, — кивнул Лу И Пэн, прикидывая, удастся ли ему сегодня поработать или нет, будет ли птица снова трепать ему нервы.
Дуань Фэн, похоже, особенно заинтересовался птицей. Он подошёл поближе и повторил:
— Сяо Чик.
— Да, — кокетливо ответила птица, а затем склонила голову набок, разглядывая незнакомого человека перед собой. — Кто? Кто?
— Ого... спрашиваешь, как меня зовут? — удивился Дуань Фэн и представился.
— Дуань Фэн. Дуань Фэн, — прочирикала птица и захлопала крыльями. Дуань Фэн посмотрел на какаду с восхищением:
— Такой умница.
— Умница! Умница! — сказал Бэ Чик Чик. Капитан был поражён и решил спросить:
— Тогда скажи, кто симпатичнее — я или инспектор Лу?
— Пэн Пэн! — немедленно отозвался какаду. Дуань Фэн застыл, затем повернулся и рассмеялся:
— Инспектор, у тебя очень милая кличка.
— Угу, — невнятно промычал Лу И Пэн. Он решил не поддерживать разговор, опасаясь, что, если Дуань Фэн спросит, сумасшедшая птица может выдать имя Хонг Кхонг Чуай.
— Капитан, давай работать. А то опять засидимся допоздна.
— Эх... а я, похоже, домой сегодня не поеду, — Дуань Фэн выглядел раздосадованным, — Начальник завалил работой. Дело такое большое, а нужно побыстрее с ним разобраться.
Лу И Пэн ещё не успел открыть рот, как Бэ Чик Чик снова подал голос:
— Завалил. Завалил.
Дуань Фэн посмотрел на птицу и расхохотался:
— Сяо Чик такой милый. Поедем ко мне в гости?
— Не поеду! Не поеду, — ответила птица, и, открыв рот, принялась грызть прутья клетки. Лу И Пэну пришлось сделать жест, чтобы подчинённый снова занялся делом. Инспектор сел в кресло и ощутил, как от работы начинает болеть голова. На него навалилось сразу очень много, и вишенкой на торте был раздражающий какаду.
— Пэн Пэн, — весь вид птицы говорил, что ей хочется играть — она громко чирикала и расхаживала по насесту в клетке. Лу И Пэн старался сосредоточиться на документах и не обращать внимания на белого какаду, который звал его и размахивал крыльями. Но птица без конца повторяла:
— Пэн Пэн. Пэн Пэн. Давай играть. Давай играть.
Наконец, Лу И Пэн раздражённо хлопнул стопку документов на стол и бросил какаду в приказном тоне:
— Ты можешь помолчать, или я сверну тебе шею, зажарю тебя и съем?!
Договорив, он бросил на птицу очень серьёзный взгляд. Бэ Чик Чик склонил голову набок, поглядел на молодого полицейского и опустил голову. Глядя на птицу сейчас, её никто бы не перепутал с хозяином. Из-за спины раздался голос Дуань Фэна:
— Инспектор, ну что ты такой злой. Что птица вообще может понимать. Поиграй с ним немного.
— Нет у меня сейчас времени на это, — отрезал Лу И Пэн и снова погрузился в изучение бумаг. Какаду, похоже, прекрасно всё понял, и когда его отругали, замолчал в страхе, что ему сломают шею. Про себя полицейский подумал, что закончит работать пораньше, то остаток дня посвятит общению с какаду. Может быть, тогда птица привяжется к нему сильнее, чем к хозяину.
В деле были представлены записи о двух допросах свидетелей. Следственная группа обнаружила в показаниях множество нестыковок и вернула дело на доработку с заключением о том, какую дополнительную работу стоит провести. Молодой полицейский сходил себе за чашкой кофе и погрузился в изучение бумаг. Он так увлёкся, что не заметил, как пролетело время. Очнулся Лу И Пэн, почувствовав прикосновение к своей голове. Он поднял глаза и встретился с пристальным взглядом чёрных глаз-бусинок.
Полицейский оторвал голову от стола, с ужасом осознав, что задремал. Посмотрев обратно, он понял, что птица сидит на столе. Лу И Пэн поднял руки и потёр глаза, потом он перевёл взгляд на клетку — дверца её была открыта.
— Ты сам выбрался из клетки, да? — мягко спросил молодой полицейский. Птица внимательно посмотрела на него и кивнула, потом она подошла ближе и осторожно клювом провела по волосам молодого человека. Лу И Пэн рассмеялся.
— Да проснулся я уже. Спасибо.
Бросив взгляд на полицейского, какаду склонился, поднял со стола документ и вложил ему в руку. Не удержавшись, Лу И Пэн нежно погладил птицу пальцем по голове. Бэ Чик Чик прижался к ладони полицейского и потёрся.
В тот момент, когда Лу И Пэн гладил птицу по голове, из-за спины раздался голос Дуань Фэна:
— Похоже, он очень привязан к тебе, инспектор.
Повернувшись к подчинённому, Лу И Пэн смущённо засмеялся:
— Ну не знаю.
Дуань Фэн протянул инспектору документы:
— Я закончил с проверкой. Мне кажется, нам нужно снова допросить Цинь Сюй. Что думаешь, инспектор?
— Угу... Тоже об этом подумал. Но я ещё читать не закончил, — честно признался Лу И Пэн, глядя на кипу документов у себя на столе. Дуань Фэн бросил на него понимающий взгляд:
— Я заметил твой завал. И даже хотел тебя разбудить, но увидел, как птица довольно перебирает тебе волосы, и не стал вас беспокоить, — он на секунду замолк. — Кстати, эта птица, кажется, очень умная. Открыла дверцу клетки сама, но улетать никуда не стала. Похоже, совсем ручная.
— Угу... а может, привязался к кому-то, — покивал, соглашаясь, Лу И Пэн. Он снова уткнулся в документы. Дуань Фэн сидел рядом и время от времени подкидывал в клетку Бэ Чик Чик семечки. Иногда Лу И Пэн отрывался от чтения, чтобы уточнить детали или спросить мнения по делу. Порой капитан и какаду отвечали одновременно, что вызывало смех и позволяло снять напряжение от поздней работы.
К тому моменту, как молодой инспектор закончил отчёт, было уже почти три часа утра. Оглядевшись, он увидел, что Дуань Фэн и Бэ Чик Чик давно спят. Какаду спал, сидя на жёрдочке в клетке, а капитан спал рядом, опершись на стол и уронив голову на руки.
Дуань Фэн пришёл в себя, когда Лу И Пэн встал. Подняв глаза, тот увидел улыбающегося начальника:
— Ты в порядке, капитан? Тебя подвезти домой?
Даже в полусне Дуань Фэн помнил, что каждый раз, когда он оказывался пассажиром инспектора, с ними что-то случалось. Так что он быстро помотал головой:
— Всё нормально, я себе лучше такси вызову.
Договорив, капитан повернул голову и посмотрел на клетку. Белый какаду, похоже, тоже проснулся. Он сидел на своём насесте и, подняв голову, смотрел на человека, стоящего рядом.
— Инспектор, по дороге домой веди, пожалуйста, аккуратно, а то так напугаешь птичку, что у неё все перья выпадут, — посоветовал Дуань Фэн, когда увидел, как Лу И Пэн поднял клетку со стола. Инспектор посмотрел на него и кивнул:
— Ага. Капитан, ты сам, давай, лучше домой.
Собеседник кивнул. Разошлись они, выйдя из лифта. Лу И Пэн отправился к своей машине. На самом деле, он думал, что ему следовало отвезти какаду обратно, но утро уже почти наступило, а дорога до особняка заняла бы много времени. Молодой полицейский поставил клетку на сиденье, а сам сел за руль. Он повернул ключ в замке зажигания и обратился к птице:
— Сяо Чик, сегодня поедешь переночевать ко мне домой.
Выглядевший секунду назад сонным, какаду немедленно вскинулся:
— Ехать домой к Пэн Пэну. Ехать домой к Пэн Пэну.
Лу И Пэн улыбнулся какаду и выехал с парковки.
Добравшись домой, полицейский поставил клетку на стуле в небольшой гостиной, а затем собирался подняться, чтобы принять душ и лечь спать. Видя, как Лу И Пэн уходит, птица позвала:
— Пэн Пэн. Пэн Пэн.
Лу И Пэну пришлось вернуться к клетке. Подойдя, он тихонько спросил:
— Хочешь спать вместе со мной?
Бэ Чик Чик посмотрел ему в лицо и прочирикал:
— Спать с Пэн Пэном. Спать с Пэн Пэном.
Тяжело вздохнув, Лу И Пэн взял клетку с собой наверх и разместил на стуле рядом с кроватью. Когда он закончил принимать душ, то заметил, что маленькая птица уже уснула, сидя на жёрдочке. Полицейский некоторое время понаблюдал за ней, а потом лёг в кровать.
— Пэн Пэн, меня не было несколько дней. Ты же скучал по мне?
Глаза Лу И Пэна приоткрылись. Он посмотрел на фигуру перед собой и смог ответить только:
— Ты такой жестокий. Бросил меня на несколько дней с этой птицей.
Хонг Кхонг Чуай подошёл и сел на край кровати. Он поднял руку и, улыбаясь, погладил полицейского по голове:
— Расстроился, господин полицейский? Я уже тут. Скучал по мне?
— Птицу свою спроси, — огрызнулся Лу И Пэн и отвернулся. Хонг Кхонг Чуай улыбнулся одним уголком рта и наклонился ближе:
— Сяо Чик скучал по мне. А ты, инспектор?
Лу И Пэн молча повернулся обратно и увидел острое лицо в сантиметрах от своего. Молодой полицейский обхватил рукой чужое тело, притянул к себе и прошептал:
— Кхонг Чуай.
Губы собеседника слегка приоткрылись и медленно приблизились.
«Твёрдые!»
Губы Хонг Кхонг Чуай никогда не были мягкими, как у девушки, но и настолько твёрдыми они быть не могли. Открыв, наконец, глаза, Лу и Пэн увидел две чёрные бусины, смотрящие на него.
— Проснулся! Проснулся! — было непонятно, как давно белый какаду выбрался из клетки, но, увидев, что полицейский проснулся, он мягко ткнулся клювом ему в рот. Лу И Пэн поднял руку и потёр губы.
«Минуту назад, я что?.. Собирался поцеловаться с птицей?!»
Молодой полицейский немедленно выскочил из постели. Птица тем временем перелетела на железную спинку стула, склонила голову набок и продолжила:
— Уже поздно. Уже поздно!
Подняв взгляд на часы, Лу И Пэн обнаружил, что уже больше 10 часов утра. После вчерашней ночи на работе он мог бы взять сегодня отгул, однако с этой птицей на руках...
— Поехали домой. Поехали домой, — прокричал Бэ Чик Чик и захлопал крыльями. — Кхонг Чуай! Кхонг Чуай!
Лу И Пэн отвёз какаду обратно в особняк мафиози. Открыв дверь, молодой полицейский нахмурился, так как увидел Хонг Кхонг Чуай на привычном месте.
— Ты же говорил, что уехал на пять дней, — не удержался полицейский, убедившись, что человек, сидящий в кресле — это, без сомнений, господин Павлин. Хонг Кхонг Чуай посмотрел на него и ответил с улыбкой:
— Просто соскучился по Сяо Чику и вернулся побыстрее. Не думал, что ты заберёшь его к себе домой на ночь.
— Кто-то из твоих людей привёз его ко мне, — возразил Лу И Пэн. Бэ Чик Чик разволновался, когда увидел своего хозяина, и громко закричал:
— Кхонг Чуай! Кхонг Чуай!
Прежде чем Лу И Пэн успел что-то сказать, птица клювом открыла дверцу клетки, перелетела на насест рядом с Хонг Кхонг Чуай и прочирикала:
— Вернулся. Вернулся.
— Конечно, я уже вернулся, — мафиози нежно погладил птицу. Поглядев на это, Лу И Пэн сказал:
— Ну, я, пожалуй, пойду.
— Подожди, ты же только пришёл и уже уходишь? — запротестовал Хонг Кхонг Чуай, на что полицейский спокойно ответил:
— Я думаю, тебе нужно провести время с твоим питомцем. А мне надо выспаться.
Губы Хонг Кхонг Чуай сложились в загадочную улыбку:
— Пэн Пэн, ты что, дуешься на меня?
— Вовсе нет, — Лу И Пэну и правда хотелось вернуться домой и выспаться. Хонг Кхонг Чуай продолжил:
— Так ты скучал по мне?
— Нет, я по тебе не скучал.
В мыслях Лу И Пэна всплыл сегодняшний сон.
«И откуда только у меня такие дурные сны. Кто вообще будет скучать по сумасшедшему Павлину?!»
— Правда, не скучал? — не сдавался Хонг Кхонг Чуай. Увидев, что молодой полицейский молчит, он снова заговорил: — Но я скучал по Пэн Пэну.
Лу И Пэн тут же поднял голову и посмотрел на Хонг Кхонг Чуай, а потом ощутил, как кровь прилила к щекам.
— Подойди, — приказал собеседник. Полицейский не мог понять, что за сила заставила его ноги повиноваться этому указанию. Хонг Кхонг Чуай поднял руку и нежно прикоснулся к его щеке: — Совсем не скучал?
Лу И Пэн надолго поджал губы и, наконец, выдавил:
— Из-за твоей птицы у меня была куча проблем.
Хонг Кхонг Чуай пристально рассматривал Лу И Пэна некоторое время, а потом рассмеялся:
— Я думал, ты влюбишься в моего Сяо Чика. Ну и отлично, мне бы не хотелось, чтобы кто-то украл его любовь, — после чего мафиози снова повернулся к какаду.
Глядя на затылок Хонг Кхонг Чуай, Лу И Пэн ощутил в груди невыразимое волнение. Мафиози погладил какаду и спросил:
— Сяо Чик, Пэн Пэн хороший?
Бэ Чик Чик бросил взгляд на Лу И Пэна и громко прочирикал:
— Сломать шею! Сломать шею!
Испуганный Лу И Пэн приготовился броситься в сторону, как только Хонг Кхонг Чуай к нему повернулся. Но остановился, увидев взмах руки собеседника:
— Что ещё за «сломать шею», инспектор Лу?
В этот самый момент Лу И Пэну действительно хотелось сломать Бэ Чик Чику шею. Но из-за Хонг Кхонг Чуай молодой полицейский мог только изобразить честное лицо и объясниться:
— Я просто пошутил.
— Ага-а-а... — протянул Хонг Кхонг Чуай и снова повернулся к птице. — А как тебе было с Пэн Пэном? Весело?
— Весело. Весело, — прочирикала птица, — Пэн Пэн красивый. Пэн Пэн красивый.
Лу И Пэн совсем растерялся и не знал, что ему делать, и когда Хонг Кхонг Чуай снова на него посмотрел, он поспешно ответил:
— Не учил я его говорить такое.
— Хм... Я знаю, — Хонг Кхонг Чуай опять поднял руку и прикоснулся к лицу полицейского. — У Сяо Чика всё в порядке с глазами. Его не надо было учить.
Лу И Пэн с трудом сглотнул, глядя на человека перед собой. Хонг Кхонг Чуай долго его разглядывал, а потом снова улыбнулся:
— Пэн Пэн, тебе не нужно возвращаться домой. Я только приехал и тоже ещё не ложился. Кровать достаточно широкая и прохладная.
Рука мафиози скользнула вниз по рубашке молодого человека:
— Останься сегодня рядом. Я хочу полежать у тебя на груди.
Ло Сун Чжи унёс Бэ Чик Чика обратно в его комнату. Полицейский остался один на один с Хонг Кхонг Чуай в его спальне. Лу И Пэн наблюдал за тем, как мафиози переодевается, тот снял халат, под которым оказалась шёлковая рубашка. Возможно, он раньше уже собирался ложиться спать, но вышел встретиться с гостем.
Повесив халат, мафиози подошёл и зарылся лицом в грудь молодого полицейского.
— Пэн Пэн, ты и правда, не скучал по мне?
Лу И Пэн не ответил, он просто поднял лицо Хонг Кхонг Чуай и поцеловал. Тепло и мягкость губ друг друга мгновенно захватила их обоих. Они самозабвенно целовались, пока не упали на кровать.
— Пэн Пэн, — позвал Хонг Кхонг Чуай, когда полицейский уже уткнулся лицом в изгиб его шеи, — давай сегодня просто отдохнём, у меня был долгий перелёт, и я очень устал.
Лу И Пэн внимательно посмотрел ему в лицо и опять поцеловал. Хонг Кхонг Чуай позволил целовать себя ещё немного, а потом снова заговорил:
— Пэн Пэн, я знаю, как сильно ты по мне соскучился.
Молодой полицейский сжал губы и обнял мафиози:
— Кхонг Чуай.
Хонг Кхонг Чуай кивнул и пристроился на широкой груди молодого человека:
— Сяо Чик — хороший мальчик?
— Угу...
— Он тебе нравится?
— Угу...
— Смотри не влюбись случайно.
— Я человек, и не собираюсь влюбляться в птицу.
— Хм...
— Кхонг Чуай.
— Ась?
— Кого ты любишь больше, птиц или людей?
Хонг Кхонг Чуай посмотрел на него и ответил с улыбкой:
— Давай отдыхать уже, я спать хочу.
Договорив, он снова примостился на груди у полицейского. Лу И Пэн сжал на мгновение губы, но снова заговорил:
— Кхонг Чуай, если я влюблюсь, то в человека.
— Угу... я знаю...
— Кхонг Чуай...
— Если бы я мог, я бы тоже хотел любить человека.
— А?! — Лу И Пэн посмотрел вниз. Он увидел, что собеседник уже закрыл глаза. Некоторое время полицейский рассматривал его длинные ресницы, а потом крепко прижал к себе.
Грохот его сердца, казалось, заполнил всю комнату.
Хонг Кхонг Чуай...