Глава 4: Тени прошлого и пламя будущего
Иккинг глубоко вдохнул, собираясь с мыслями. Как вообще объяснить такое, не звуча при этом безумцем?
— Мы нашли озеро, — начал он, — но не простое. Его вода... она может превращать драконов в людей.
Астрид замерла. Её брови поползли вверх, губы приоткрылись.
— Ты серьёзно?
— Беззубик стал человеком, — Иккинг кивнул в сторону друга, который в этот момент тыкал носом в Громгильду, явно пытаясь объяснить то же самое. — Всего на несколько минут, но... это было реально.
Астрид скрестила руки, её взгляд скользнул к Громгильде, затем обратно к Иккингу.
— Ладно. Допустим, я верю. Но мне нужно увидеть это самой.
— Мы можем полететь туда завтра, — предложил Иккинг.
В этот момент Беззубик, наконец отчаявшись объясниться рычанием, подбежал к ним и принялся кружить вокруг Иккинга, тычась мордой в его плечо. Его хвост хлестал по воздуху, а глаза горели нетерпением — будто кот, требующий угощения.
— Да-да, завтра, — засмеялся Иккинг, почесав друга за ухом. — Терпения тебе не хватает, да?
Астрид наблюдала за ними, и вдруг её лицо озарила медленная, хитрая улыбка. Она шагнула вперёд и взяла Иккинга за руку.
— Завтра — так завтра. Но сегодня у нас другие заботы.
— Какие ещё заботы? — Иккинг моргнул.
— Праздник Огненных Костров, глупец! — она ткнула его пальцем в грудь. — До него всего неделя, а ты, как всегда, всё забыл.
Праздник Огненных Костров
Это был древнейший из праздников Берка — день, когда, по легендам, сам Один послал первых драконов в мир людей, чтобы те научили их мужеству и силе.
Традиции:
- Бег с факелами— юноши и девушки соревнуются, кто дольше продержит пламя под порывами ветра.
- Танец Крыльев — всадники и драконы выполняют сложные пируэты в небе под барабанный бой.
- Сжигание Чучела Зимы — огромная фигура из соломы и веток, символизирующая уходящие холода (да, даже если до зимы ещё далеко).
Астрид потянула Иккинга за собой, её глаза сверкали азартом.
— Ты же помнишь, что мы с тобой в этом году ведём Танец Крыльев? Громгильда и Беззубик должны отработать синхронные виражи!
Беззубик, услышав своё имя, издал вопросительный писк.
— Видишь? — Астрид ухмыльнулась. — Даже он согласен.
Иккинг вздохнул, но улыбка выдавала его.
— Ладно. Озеро подождёт. Но завтра...
— Завтра — тайны, — Астрид подмигнула. — А сегодня — огонь.
И под её взглядом Иккинг вдруг осознал: каким бы важным ни было озеро, это — его мир. Драконы. Друзья. Праздник, который ждали все.
Беззубик ткнул его в спину, торопя.
— Да-да, летим тренироваться!
И они отправились к взлётной площадке, где уже собирались другие всадники, а в небе сверкали крылья и смех.
(от лица Беззубика)
Я шёл рядом с Громгильдой, стараясь не наступать ей на хвост (она этого терпеть не могла), но мои лапы так и норовили подпрыгнуть от нетерпения. Как же объяснить?!
— Рррхх-кх! — я ткнул носом в сторону леса, где было озеро, затем развернулся перед ней, демонстративно показывая свою спину, будто говорил: "Смотри, никакого обмана! Всё честно!"
Громгильда фыркнула. Её золотистые глаза сузились с таким скептицизмом, будто я только что заявил, что Сморкала — тайный гений.
— Грр-хрумм, — проворчала она, махнув крылом. "Чепуха. Вода не может менять натуру. Мы — драконы. Ты, видимо, перегрелся на солнце."
Я зашипел от возмущения.
— Кх-кх-ссс! "Да я был человеком! У меня были... эти... пальцы!" Я отчаянно потряс перед её мордой лапой, растопырив когти, будто это могло как-то передать утраченное великолепие пальцев.
Громгильда села, устало прикрыв глаза.
— Мрр-хуу. "Беззубик, ты либо съел что-то странное, либо Иккинг наконец заразил тебя своей бредовой изобретательностью."
Я чуть не задохнулся от несправедливости. "Бредовая изобретательность" — это когда предлагаешь дракону надеть штаны, а не когда ты лично превращаешься в человека!
В отчаянии я схватил с земли палку (ха! пальцы бы пригодились!) и попытался нарисовать на песке себя-человека. Получилось... ну, как минимум, понятно.
Громгильда посмотрела на "шедевр", затем на меня, и вдруг... заурчала. Но не угрожающе, а так, будто ей смешно.
— Хрум-ффф. *"Хорошая попытка. Но это похоже на то, как выглядит Рыбьеног после удара по голове."*
Я швырнул палку и плюхнулся на землю, выпустив клубы дыма из ноздрей. *"Ну почему никто не верит?!"*
И тут я заметил Иккинга и Астрид. Они о чём-то спорили, но потом она взяла его за руку, и он вдруг перестал выглядеть озабоченным.
Громгильда проследила за моим взглядом и хмыкнула.
— Грр-хуу. "Ладно, допустим, я поверю. Но только если завтра сама увижу, как ты превращаешься в это... ходячее недоразумение."
Я тут же вскочил, виляя хвостом. "Да! Именно! Вот увидишь!"
А потом Астрид сказала что-то про "праздник" и "тренировку", и Иккинг вдруг посмотрел на меня так, будто я должен был *срочно* куда-то лететь.
Я вздохнул. "Ладно... Озеро подождёт. Но завтра, Громгильда... Завтра ты всё увидишь!"
И, фыркнув в последний раз, я побежал за Иккингом, уже предвкушая, как завтра снова почувствую эти странные, но такие забавные пальцы.
Крыша дома Иккинга была тёплой от дневного солнца, даже сейчас, когда ночь уже раскинула над Берком свой звёздный плащ. Беззубик устроился на самом коньке, обхватив его когтистыми лапами, как драконья версия кота, устроившегося на заборе. Лунный свет струился по его чёрной чешуе, превращая её в жидкое серебро, а зелёные глаза, суженные в задумчивости, отражали далёкие звёзды.
Он сидел совершенно неподвижно - что было необычно для всегда энергичного дракона. Только кончик хвоста время от времени подрагивал, будто продолжая в воздухе незавершённые движения их сегодняшнего танца.
Внизу, у двери, Иккинг остановился, задрал голову и улыбнулся:
— Опять философствуешь? Или просто ждёшь, пока я принесу вяленую рыбу?
Беззубик не ответил. Вместо этого он медленно развернул одно крыло, поймав лунный луч, и заставил свет заиграть по его перепонкам, как это делал во время их танца у костров. Только сейчас движения были плавными, почти невесомыми - не для зрителей, а только для луны и звёзд.
Иккинг перестал улыбаться. Он знал этот язык тела - его друг действительно о чём-то размышлял. О чём-то важном.
— Завтра, — просто сказал Иккинг, поднимая руку, будто хотел дотронуться до лунного света, отделявшего их. — Завтра мы снова отправимся к озеру.
Беззубик издал тихий, мелодичный звук - не рык и не писк, а что-то среднее. Словно драконья колыбельная для ночи. Затем аккуратно сложил крылья и опустил голову, продолжая наблюдать за луной, но теперь уже явно ожидая, когда Иккинг присоединится к нему с обещанной рыбой.
А вдалеке, за горами, там где пряталось загадочное озеро, вдруг вспыхнул и погас странный бирюзовый огонёк. Будто кто-то ответил на драконьи размышления...