Как стать героем? Повелитель нечисти и дочь берегини. [РЕДАКТИРУЕТСЯ]

◑ ━━━━━ ▣ ━━━━━ ◐

Болотное чудище предстало пред Адрианом и Василисой быстро. Его тёмное чешуйчатое тело по-прежнему покрывала гадкая чёрно-зелёная слизь. Из выколотого глаза сочился тёмный кровавый сгусток, а раненая лапа криво изогнулась. Похоже, тварь совсем не могла на неё наступать.

Чудище ранено, а значит, в разы слабее прежнего. Однако и у Адриана с Василисой ранений ни меньше. Можно считать, что они почти равны. Почти...

Всё равно, громадное чудище остаётся сильным творением Злобыни, которое не отступит от приказа хозяина даже при самом своём последнем вздохе.

Чудище зарычало, то ли от злобы, то ли от боли.

Синие кристаллы осветили его чёрную слизь на спине, придав ей голубоватый оттенок.

Целыми тремя лапами чудище побежало по воде прямо в сторону Адриана и Василисы.

Василиса, будто нарочно, отогнала от себя все мысли о переломах и ранах, с которыми она никак не сможет драться. Адриану даже послышалось на мгновение, что девица зарычала, как самый настоящий рыкарь.

Её розовые очи загорелись магическим светом. Такое же белое свечение охватило всё её тело. За спиной показался крупный полупрозрачный чёрный орёл с такими же розовыми горящими глазами. Дух-покровитель казался их последней надеждой на спасение.

Дочь воеводы схватила один из тех острых камней, на которые они натыкали рыбу пару мгновений назад, и метко вонзила его во второй, ещё целый глаз чудища. Орёл за спиной ринулся вслед за хозяйкой, поглотив магическим свечением тело болотной твари и заставив её бездвижно замереть на тот миг, пока Василиса прокалывает глаз.

Чудище истошно завопило. Его отчаянный рык эхо разнесло по всей пещере. Единственный фиолетовый глаз перестал гореть. Кровь из глаза этого резко хлынула Василисе в лицо. Чудище замотало головой в разные стороны, пытаясь отбросить от себя девицу, что так отчаянно вцепилась в чешуйчатую голову.

Василиса пыталась пробить шею чудища своим острым камнем, но тщетно. Даже лучшее оружие не могло этого сделать, что уж говорить о каком-то камне, на котором только рыбу жарить и можно.

Совсем разозлил камень сей бесполезный Василису. Дочь воеводу отбросила его в сторону, не забыв выругаться. В дело пошли её мощные перста и когти. Как бы ни было это неразумно, Василиса пыталась придушить чудище собственными руками, как тогда придушила рыкаря в Благограде.

Как-никак, она сама теперь рыкарь, а настоящему рыкарю не нужно оружие, чтобы одержать верх над ворогом в бою. У рыкаря есть его руки, ноги и дух-покровитель, что придаёт сил, и этого вполне себе достаточно.

Полностью ослепшее чудище, будто бы, совсем не хотело тратить своё время на битву с Василисой. Не она ему была нужна. Не её хозяин схватить приказал.

Совсем уж резко тварь головою мотнула в сторону, Василису о каменную стену спиной ударяя. Девица почувствовала лишь, как второе плечо что-то острое пронзает, да как изо рта у неё густая кровь хлещет. Дальше всё в один короткий миг сделалось во взоре таким мутным, что не разобрать уже происходящего. А потом и вовсе потемнело всё и не запомнила Василиса ничего, ведь сознание потеряла.

Чудище вдруг бездумно врезалось израненной головой в стену, где недавно сидели Адриан с Василисой. Казалось, оно пыталось схватить кого-то зубами, да вот только кого, само уже не видело из-за слепоты. Адриан сидел почти там же, куда врезалось чудище, но успел отползти от удара.

Адриан уже давно уяснил себе все сильные и слабые стороны этого чудища. Хороший, очень хороший слух, судя по тому, что чудище, наверняка, пришло на бездумные крики Василисы. Плохое обоняние, исходя из того, что долго чудище не могло их учуять. Зрение тоже было неплохим, но сейчас его уже нет.

Также чудище хорошо прыгает и ударяет головой. Но самое главное его оружие - мощные челюсти и зубы. Именно они схватили Елену. Именно они теперь норовят схватить и Адриана тоже.

Как бы ни было Болотное чудище ослаблено, Адриан долго не протянет. Вечно уворачиваться смысла нет, да и с открытым переломом ноги долго делать это не получится. Магия тоже недоступна. Даже меча у молодца нету. Ничего.

Правда, кое-что у него всё же осталось - его ум.

Пускай Василиса и намного сильнее его, она всегда безрассудна в бою, что никак не свойственно Адриану. Повелитель нечисти ещё может что-то придумывать, пока уворачивается, растягивая время.

Чудище расслышало движения Адриана подле себя, ринулось на него с разинутой пастью.

Молодец отскочил назад, упав в пещерную реку и распугав всю рыбу. Чудище опять повернуло голову в его сторону. Казалось, его выколотые глаза смотрят на Адриана, но на самом деле чудище лишь слышало, но уже не видело.

Адриану повезло лишь в том, что в воде было мелко, и он не мог утонуть.

Слегка привстав на колени, молодец почувствовал, как мокрая рубаха прилипла к телу. Нога с переломом уже не позволяла ему встать полностью. Казалось, он уже не чувствует её.

Чудище опять набросилось на него.

На сей раз Адриан едва успел опомниться, отскочив вправо и упав с головой в воду.

В воде он снова мельком увидел уплывающих от него рыбок с серебряной чешуёй, и тогда-то его и осенило. Повелитель нечисти наконец понял, как, возможно, победит чудище.

Рыбы, камни, костёр... Огонь! Всего-то нужно поджечь камни и забросить их в глотку окаянной твари. Они станут единственным оружием. Единственной надеждой. Единственным спасением.

Адриан поспешно вылез на тот самый каменный островок, где они с Василисой отдыхали. Не подумав, он случайно встал на повреждённую ногу. Неистовая боль резко кольнула, заставив скривиться и закричать. Конечно, чудище бросилось на крик. Но и Адриан не терялся. Не взирая на боль, он собрал в себе последние силы и, схватив два камня, опять прыгнул в воду.

Пока чудище бросилось к воде, Адриан снова вылез на сушу, стараясь быть как можно тише. Затем он ударил камень о камень, развёл на прежнем месте костёр.

- Я здесь! Иди сюда! - нарочно сказал он чудищу как можно громче, чтобы то обернулось и разинуло пасть.

Послушная тварь и вправду повернулась и даже пасть свою разинуть не поленилась, когда на Адриана вновь налететь желала.

Молодец взял из-под костра раскалённые и горящие камни голыми руками, сразу почувствовав, как они прожигают его длани до костей. Он понимал, что, возможно, даже тёмные пещерные эльфы не сумеют залечить его ожоги, но деваться было некуда.

Повелитель нечисти метко забросил два камня чудищу в самую глотку. Когда он поднял третий камень для броска, уже промахнулся - то ли из-за слишком сильных ожогов, не дающих боле держать в руках ничего, то ли из-за того, что чудище резко закрыло пасть и отвернуло голову в сторону.

Непонятливое создание, похоже, проглотило раскалённые камни, и они попали ему в самый желудок, начав прожигать изнутри.

Но даже это его не останавливало. Возможно, те два камня уже поджарили ящеру внутренности, но приказ хозяина никуда не девался. Приказ этот стоит совсем рядом с обожжёнными руками и опирается на стену, едва удерживая себя на одной ноге.

Именно поэтому чудище снова набросилось на Адриана, на сей раз уже пуще прежнего хромая и идя всё также на трёх лапах. Оно шаталось, скулило, подобно дворовому псу, ничего уже не видело пред собой и вряд ли выжило бы. Но всё равно шло на нескрываемое шипение от боли и ожогов и на прерывистое тяжёлое дыхание Повелителя нечисти.

Адриан уже было опять потянулся за раскалённым камнем, но не успел. Пасть раскрылась прямо перед его лицом. Молодец едва успел упасть на левый бок, дабы не угодить внутрь неё. Он упал, но встать ему уже было не под силу.

Казалось, чудище уже почти проглотило его, как вдруг в его чешуйчатую чёрную склизкую голову вонзилась стрела.

Много-много маленьких стрел, совсем не похожих на стрелы царской дружины, летели в сторону чудища, стараясь не задевать лежащего на каменном полу Адриана. Какие-то из них попадали в тварь окаянную, а какие-то пролетали мимо, врезаясь в стены или голубые кристаллы наверху.

Чудище в отчаянии зарычало, придавило своей громадной лягушачьей лапой Адриана на какое-то мгновение, но сделало это скорее случайно, нежели нарочно.

Адриан едва не задохнулся под склизкой лапой, но вскоре тварь убрала её, зашаталась и повалилась на бок без чувств.

Адриан заметил лишь, что стрелы, летящие в чудище, были подожжены на концах, а где-то вдали виднелись невысокие силуэты пещерных эльфов.

┬┴┬┴┤┈┈┈┈┈┈┈┈├┬┴┬┴

Повелитель нечисти очнулся в совсем незнакомом доме. Комната на первый взгляд показалась слишком маленькой, да и, на самом деле, так оно и было. Довольно не бедной была изба, или даже терем, но потолок казался уж слишком низким, а стены были слишком близки друг к другу.

Из единственного оконца в комнату почти не заходил свет, и, кажется, снаружи было вовсе не небо, а пещерные каменные стены. Значит, он ещё в пещере эльфов, что не удивляет.

Сам Адриан лежал на довольно просторной лавке. Всё тело было перевязано. Ноги, к счастью, были на месте. Наверняка, тёмные пещерные эльфы их исцелили.

Рядом, на такой же лавке лежала Василиса. Пока что она совсем не двигалась, но, коли уж лежала здесь вместе с Адрианом, тоже была жива и спасена пещерными эльфами.

Шевелиться было тяжело, но магия исцеления сделала своё дело. Хоть и с трудом, Адриан привстал.

Будь он чуть повыше ростом, упёрся бы сейчас теменем в низкий потолок, но ростом большим Адриан никогда не отличался.

- «Не так уж и плохо иногда быть ерпылём!» - подумал молодец, припомнив любимое прозвище Василисы.

Дверь за спиной вдруг внезапно отворилась, и к Адриану вошла тёмная эльфийка. Поначалу подумалось молодцу, что то была Ева, но нет. Эта эльфийка была в разы старше его целительницы, судя по небольшим морщинкам на лице.

Вслед за ней вошли ещё две молодые тёмные эльфийки с подносами, от которых исходил приятный запах.

- Ой да гой еси, господин Адриан! Гляжу, вы очнулись. Как себя чувствуете? - поинтересовалась старшая эльфийка.

- Кто вы и где мы сейчас? - первым делом спросил Адриан настороженно, будто не расслышав вопроса эльфийки.

- Меня зовут Добронрава, я одна из лекарей тёмных эльфов, а это мои юные ученицы. Понимаю, все мы владеем магией исцеления, но есть среди нас и те, кто особенно посвятил свою жизнь лекарству, - представилась женщина. - Нас попросил о помощи государь белых эльфов Тихомир и ваш воевода. Мы с трудом отыскали вас близ истока нашей пещерной реки полуживыми... Вы были словно между Явью и Навью, но нам удалось спасти вас магией исцеления.

- Ясно. Спасибо, - коротко ответил ей Адриан. Всем пещерным эльфам он мог смело доверять, а значит, сейчас бояться нечего.

Младые эльфийки поставили на небольшой столик возле лавок два подноса. Только сейчас Адриан разглядел блины, мёд, уваренные в меду вишни и жаворонков*.

- Все мы, пещерные эльфы, когда разузнали, как досталось вашей дружине, и особенно вам и госпоже Василисе, решили сделать вам побольше хорошего, - продолжала Добронрава. - Вы почти всю Масленицу провели в пещерных глубинах и битвах, а днесе как раз Жаворонки*. Вот мы и со всего государства собрали для вас остатки блинов и свежих жаворонков. Так что угощайтесь!

- Спасибо, - ещё раз поблагодарил Адриан. Стоило только эльфийке на угощения указать, как запах свежей выпечки будто бы усилился, но молодец пока сдержался, ведь стоило спросить ещё кое-что. - То есть, остальные все живы? Где они?

Эльфийка смутилась слегка, ведь далеко не всем удалось спастись, но всё же ответила:
- Увы, спасли не всех раненых. Некоторые ушли в Навь на месте сражения. Но рыкари почти все уцелели.

- А моя мать... То есть, госпожа Велена Переславовна? - решил уточнить Адриан.

- Госпожа Велена Переславовна жива, не переживайте, - успокоила его Добронрава. - Все выжившие сейчас во Царствии Белых эльфов, отдыхают в лекарских домах. Мы уже послали туда тёмных эльфов, дабы доложить, что вас нашли и спасли.

После слов этих Адриан спокойно выдохнул.

Вдруг Василиса резко вскочила со своей лавки, выпучив большие розовые очи, схватила Добронраву за ворот и, притянув её к своему лицу, как закричит:
- Нас что спасли!? Где мама, папа и три дурня!? Где они!? Отвечай!

Адриан сразу осмыслил, что ей намного лучше.

У Добронравы от такого поступка дочери воеводы поначалу в горле ком встал, не дающий и слово вымолвить, но затем она всё же ответила:
- Г-господин Бажен Святозарович и госпожа Мирина живы, но никаких таких «дурней» я не знаю... О ком идёт речь, госпожа Василиса? В вашей дружине все славные, дурней нету!

Василиса наконец отпустила Добронраву, отвернулась, стиснув зубы, да призналась:
- Как это так-то, дурней нету!? То братья мои! Станислав, Белослав и Ростислав.

- Ежели вы о сыновьях воеводы, то они в порядке, - сказала Добронрава. - Ладно, я, пожалуй, оставлю вас. Ешьте, отдыхайте и ждите, ведь, возможно, сейчас вас придут навестить родные. Зовите, коли понадобимся!

- Ну вот, теперь их ещё ждать... - возмутилась Василиса, обращаясь то ли к Адриану, то ли говоря сама с собой. - Ещё и всю Масленицу пропустили из-за твари этой окаянной из болота...

Адриан поначалу почти не слышал Василису. Он долго разглядывал блины и другие угощения, пытаясь разглядеть в них хоть что-то подозрительное и указывающее на яд. Несмотря на доверие к пещерным эльфам, Повелитель нечисти всё равно был осторожен.

Да, нельзя было заметить некоторые яды наглядно, но иные из них могли быть заметны, ежели хорошо присмотреться.

В стоящей на столе еде Повелитель нечисти ничего не заметил и, спустя пару мгновений, всё же решил отбросить сомнения и попробовать.

- Эй, ты оглох там, ерпыль желтоглазый!? - обратилась к нему Василиса второй раз.

- Просто думал, отравлено или нет.

- Чего?

- Перед тем как что-то есть, нужно проверить на яд хотя бы наглядно. Жаль, некоторые яды незаметны.

- Ты божевольный что ли? Какие ещё яды...

Василиса осеклась, когда узрела, что Повелитель нечисти уже ест блины и жаворонков, которые она только что заприметила на столе.

- Ты дурень!? Сам про яды мне тут заливаешь, а сам жрёшь без меня! Не смей! Ты ничего мне не оставишь! - закричала Василиса.

В дверь неожиданно постучали.

- Заходите! - не раздумывая крикнула Василиса, пускай и знать не знала, кто пожаловал.

Дверь отворилась. Вошли к ним Бажен, Мирина и Велена.

- Мама! Папа! Госпожа Велена! - обрадовалась Василиса. Глас её вмиг перестал быть грубым и недовольным. Она искренне радовалась, будто дитя малое.

- Рад, что вы в порядке. Как нам сказали, что вас спасли, я сразу бросился во Царствие Тёмных эльфов! - сказал Бажен.

Мирина усмехнулась слегка, обсмотрев мужа, и говорит:
- Позволь напомнить, бросился ты, не зная дороги! Ещё чуть-чуть, и искать пришлось бы не только Адриана и Василису, но и тебя, Бажен.

Бажен смутился, опустив взгляд вниз.

Василиса обняла мать с отцом одновременно.

Велена тоже приобняла сына, успев осмотреть все его перевязки. Лекари тёмных эльфов перевязали всё, как подобает.

- Как вы себя чувствуете? - поинтересовалась Велена у Василисы и Адриана. - Гляжу, раны у вас были страшные... Похоже, даже магия исцеления справилась с ними не до конца...

- Мне уже лучше, но ещё не... - Адриан не успел договорить, ведь Василиса резко перебила его:

- А я, в отличии от ерпыля желтоглазого, чувствую себя прекрасно! Хочу прям сейчас с мечом поупражняться!

Мирина округлила глаза испуганно, начав останавливать дочь:
- Какой меч, Василиса!? У тебя был открытый перелом обеих ног! Не вздумай и с лавки вставать!

- Твоя мама права, - подтвердила Велена. - Седмицу хотя бы воздержишь от битв, иначе раны откроются!

- Седмицу!? - вскрикнула в ужасе дочь воеводы так, будто её приговаривают к казни.

Бажен ей и говорит:
- Василиса, госпожа Велена - вятиградский лекарь. Тебе стоит к ней прислушаться!

Василиса закатила глаза, но всё же смолчала.

- Тёмным эльфам удалось поразить Болотное чудище лишь подожжёнными стрелами, однако те стрелы ничего бы ему не сделали, коли бы не ваша смелость, ум и сила. Осмотрев тело чудища, пещерные эльфы обнаружили обгоревшие камни у него в глотке, ну и, конечно, порез на лапе и отсутствие обоих глаз. Кто из вас додумался забросить ему в рот горящие камни? - поинтересовался вдруг Бажен.

- Я, - ответил ему Адриан, после чего Василиса недовольно отвернулась, ведь сейчас её родители, наверняка, похвалят желтоглазого, а не её. - У нас не было иного оружия, да и магию нечто подавляло. Да и чудище, кажется, боялось больше всего именно огня.

- Ты молодец, Адриан! Ты очень сообразителен в бою! - неожиданно похвалил его Бажен. Давненько воевода не говорил Адриану добрых слов.

- Но папа! Я выколола чудищу второй глаз и почти придушила его голыми руками! Ежели бы не раны эти окаянные, прикончила бы его в одиночку, без ерпыля даже! - вмешалась Василиса.

- Знаю, Василиса, ты тоже молодец! Правильно сделала, что одолела рыкаря тогда, в Благограде. Теперь ты в разы сильнее, и твой дух-покровитель спас вам с Адрианом жизнь! - похвалил дочь Бажен, от чего та сразу засияла от счастья.

- А где три королобых дурня? - вдруг поинтересовалась Василиса, имея в виду братьев.

Бажен, Мирина и Велена переглянулись, не сдержав смех.

- Белослав и Станислав так обрадовались, когда пещерные эльфы их блинами да жаворонками угостили, что решили в теремах лекарских остаться и ещё немного поесть! - смеясь, проговорила Мирина. - Ну а Ростислав решил прогуляться по Царству Белых эльфов. С ним стражи, так что никуда не денется!

Василиса звонко расхохоталась, обсыпая братьев всей бранью, которую только могла припомнить. Адриан же тем временем вспомнил, что Ростислав не раз мог улизнуть и от зоркого ока стражи, так что родители, похоже, зря за него не переживали. Хотя не такой он уж маленький уже, и в основном в последние дни знает, что делает.

Бажен, Мирина и Велена вскоре распрощались с Адрианом и Василисой, покинув их.

Дочь воеводы вновь осталась наедине с Повелителем нечисти. Она снова попыталась состроить недовольное лицо, якобы из-за того, что с Адрианом ей слишком скучно, но вдруг заметила, что угощения на подносах почти исчезли.

- Я не поняла, а где?... - выпучив розовые очи, вопросила дочь воеводы.

- Что? - сделал вид, что не понимает молодец.

- Всё! - вскипела Василиса. - Ты когда успел!?

- Тогда, когда ты с родителями говорила.

- Королобый...

Василиса вновь недовольно отвернулась, но долго притворяться обиженной не вышло, ведь в дверь снова постучали.

- Нельзя! Не входите! Я обижена! - закричала Василиса, хоть и снова не знала, кто за дверью.

Но гость её слушать совсем не собирался.

Дверь отворилась и в комнату зашёл Ростислав с корзиной жаворонков, какой-то большой сумой и... Мечом Адриана?

- Адриан, Василиса, вы уже очнулись!? Я так рад! - обрадовался мальчишка. - Пещерные эльфы в развалинах отыскали меч Адриана, совсем целый, представляете! Жаль, меч Василисы уже не починить... От него остались одни осколки... Но зато я принёс вам чистую одежду и ещё жаворонков немного насобирал.

Василиса поначалу даже на лицо брата не взглянула. Её розовые очи так и вцепились в корзину с жаворонками. Перевязанная и дрожащая рука уже было потянулась к обрядовому печенью, но Ростислав вдруг поставил корзинку на стол возле Адриана и крепко обнял своего любимого Повелителя нечисти. Василиса так и застыла с протянутой к печенью рукой и выпученными глазами.

- Я... Я... Я не поняла, тебе, дурню длинноухому мелкому и ерпылю королобому с лицом изрезанным, совсем ум последний отшибло камнями во время обвала того!? - вскрикнула девица. Будь её воля, вскочила бы сейчас с лавки и оттаскала бы брата за его чёрные волосы, а куда лучше - за заострённые уши. - Ты почему первым дурня желтоглазого лободырного обнимаешь, а не сестру родную, а!? И почему жаворонков возле него ставишь!? Он итак всё, что у нас на столе стояло, сожрал уже, хотя там на двоих было! Куда ему ещё!? И как посмел зайти без разрешения! Дурень! Маракуша*! Божедурье! Баламошка!

Ростислав тем временем показывал Адриану его меч, который был почти невредим. Лишь когда Василиса умолкла, покончив с бранью, он обернулся на сестру со словами:
- Ты меня сама впускать не хотела, вот я и подошёл сначала к Адриану. Вы же далеко друг от друга, да и встать, наверняка, не сможете с лавок. Не могу же я вас одновременно обнять! И после всего, что ты мне сейчас наговорила про меня, мои уши и шрамы на лице, что-то не хочется мне тебя угощать! Хотя поначалу я хотел угостить вас обоих...

Ростислав улыбнулся, над сестрой будто бы издеваясь.

- Поделись с сестрой жаворонками, иначе, вместо обрядового печенья, она тебя самого сейчас проглотит со злости, - сказал младшему сыну воеводы Адриан.

- Сам ты кого хочешь прогло... - Василиса запнулась, ведь младший брат внезапно заключил её в своих объятиях.

- Как же я волновался за свою королобую сестрицу... - промолвил он тихо.

- Сам такой! - прошептала ему на ухо Василиса, уж слишком нежно для этих слов.

- Господин Бажен и госпожа Мирина сказали, что за тобой присматривает стража. Как ты от них сбежал? - поинтересовался Адриан.

- Ну... Неважно! - отмахнулся младший сын воеводы. Он вытащил несколько жаворонков из корзины и протянул довольной сестре.

━━━━━━ ◦ ❖ ◦ ━━━━━━

Елена не могла себе уяснить уже давно, как долго она лежит на лавке этой окаянной, цепями скованная. Так умело Злобыня её приковал, что сколько ни старайся - не разбить цепи.

Больше никто ни разу не навестил её. Ни Милан, ни Невзгод с Невзором. Должно быть, все её уже в Навь ушедшей считают.

Один раз так напряглась девица старательно, что одна из цепей надломилась слегка, треснула, а потом и вовсе разделилась на две части.

Обрадовалась поначалу Елена. В очах её только-только надежда на спасение мелькнула, но рано было радоваться. Цепей таких ещё десяток, а то и больше. Слишком задача нелёгкая. Да и коли сломает девица цепи, впереди ещё прутья, наверняка, колдовские какие-нибудь.

Другой узник бы на её месте или отчаялся, или на помощь других понадеялся, но не про Елену Зданимировну то было. Никогда она не отчаивалась и на помощь других, уж тем более, не надеялась. Слишком это низко для неё.

Именно поэтому она хотя бы попытается спастись сама, ведь иного выхода нет.

Адриан с остальными сейчас тоже вряд ли спасать кого-то готовы.

Пускай Елена и не знала, что в конце концов с тем чудищем сделалось - одолела ли его дружина или оно дружину одолело, - она понимала, что просто так с ним не сладить. Вряд ли после битвы с тварью кто-то сразу побежит на подмогу той девице, что угрожала царю недавно, а ещё месяцами ранее охотилась за его головой.

Нет смысла сейчас в размышлениях бесполезных.

Спустя несколько мгновений Елена сломала ещё одну цепь, затем ещё и ещё. Казалось, что на ней осталось совсем мало цепей. С трудом верилось, что у неё это удалось. Кто знает, может, и прутья она как-нибудь сломает, если сумеет встать?

Но было уже поздно.

Из темноты послышались тихие шаги. Кто-то приближался к ней.

За переливающимися серебром прутьями показался знакомый силуэт, затем такое же знакомое лицо, которое давно уже Елене видеть не приходилось.

Злобыня поначалу удивлённым и озадаченный показался.

- Очнулась-таки раньше должного... - проговорил он сам себе под нос. Не желал он этого, но что поделать, главное, цепи не доломала все до конца.

Колдун отворил клеть ключом, начав приближаться к Елене. Только сейчас девица разглядела в одной его руке нож, а на поясе заполненную чем-то вроде маленьких кувшином с зельями суму.

Колдун не желал долго пытать Елену или говорить с ней о чём-либо, но девица первая обратилась к нему:
- Ты хочешь выпустить дракона, да? Ты ведь знаешь, что кристалл сейчас не у тебя, или позабыл слегка?

Но Злобыня промолчал, будто и вовсе слов её не услышав.

Колдун достал из сумы зелёное склизкое зелье и поднёс его ко рту девицы, пытаясь влить. Елена склонила голову на бок.

- Вымесок! Не надейся, что я это выпью! - выпалила она. Двигаться стало в разы легче благодаря сломанным цепям.

Сразу заприметил их Злобыня и пришёл в ярость, но виду не показал. Пока он тут злиться будет, Елена ещё цепи сломает последние, и тогда несдобровать полуупырю.

Злобыня осмыслил, что зельем подчинения напоить дракона через Елену не получиться. Что ж, придётся тогда сперва убить окаянную Зданимирову дочь, а поить уже самого дракона. Злобыня надеялся, что сперва его создание будет не слишком большим и опасным, но только надеялся...

- Вот же ты, тварь! Очнулась, преодолев мощное заклинание, да ещё и цепи сломала. Хотя какая разница, всё равно ты сейчас умрёшь! - Злобыня наконец не выдержал и всё же заговорил, готовя нож.

Елена зашевелилась, пытаясь отчаянно сломать последние цепи, но тщетно. Слишком мало времени.

- Я не позволю тебе разрушить Явь! Ты не понимаешь, что делаешь! Ты ничего этим не добьёшься! Ничего! - кричала девица, надеясь хоть переубедить бывшего хозяина. - Я тебя убью и...

Она не договорила, ведь колдун уже провёл по её горлу серебряным лезвием, окропив его алой кровью и приговаривая:
- Явись ко мне, мой тёмный защитник и слуга, Дракон ночи, что создан быть оружием колдуна великого и к кристаллу Лунному прикованный! Явись из тела омертвлённого, к хозяину явись, ко владыке...

Колдун заметил, что раскрытые фиолетовые глаза Зданимировой дочери словно потускнели, став карими, как у отца. Казалось, пред ним на лавке сейчас лежит его лучший друг, только в женском теле.

Багровая полоса на шее между тем напоминала о Желане Зданимировиче. Его Злобыня тоже убил, перерезав горло.

Впрочем, всё это было совсем неважно. Елена не дышит, а значит, она наконец-то мертва.

Над её телом возникло светло-фиолетовое свечение. То Дракон ночи выходит на свободу...

Свечение то всё больше и больше становилось. Наконец, таким большим сделалось, что ослепило полуупыря. Свет так резко ударил в глаза, что Злобыня ничего не успел ни разглядеть, ни осмыслить.

Некая сила отбросила его куда-то в сторону. Колдун лишь почувствовал, что пол под ногами разрушился.

Разрушен был не только пол. Неистовая мощь разнесла всю недавно построенную новую темницу.

Злобыня едва отряхнул от себя каменные обломки и выбрался.

Повезло, его с Карной изба была цела, да и недостроенный слугами дворец тоже.

У колдуна случившееся в голове никак не укладывалось. Ясное дело, кристалл сейчас у Дмитрия окаянного во дворце, но того мало. Дабы Дракона ночи подчинить себе, надобно заклинаний много зачитать, тех, что в проклятых книгах во дворце того же Дмитрия хранятся. Только вот никто, кроме Злобыни, книги те читать не может - помрёт сразу, как раскроет. Дракон же, пока не подчиняет его никто себе, смирно должен сидеть да приказа ждать. Именно таким создал его Злобыня, что тогда с ним может быть не так?

Сейчас же создание парило в небе прямо у колдуна над головой. Громадный был дракон, с две-три косые сажени, а то и больше. Коли пожелает колдун, может величину свою и увеличить.

Высоко-высоко Дракон Ночи парил, так что трудно было его разглядеть. Видно лишь было чешую светло-фиолетовые, крылья широкие и большие фиолетовые глаза, горящие магической мощью.

Сколько не кликал его Злобыня - не откликался. И не парил уже, а метался быстро, встревоженно. Метался, будто выбраться из измерения хозяина норовил.

На шум прибежали Карна, Невзгод и Невзор.

- Ты уже выпустил его, соколик мой!? - удивилась ведьма, заметив в небе дракона. - А Елена...

- Мертва, - облегчённо выдохнул Злобыня, отчего Невзгод и Невзор вздрогнули. - Но с ним что-то не так.

Десницей колдун указал на дракона в небе.

Создание тем временем стрелою налетело на хозяина и всех, кто стоял рядом.

Невзгод и Невзор вскрикнули от боли и страха, Карна выругалась, а Злобыня гневно прорычал. Всех завалило каменными обломками некогда темницы.

Дракон тем временем пробил в небе измерения границу, открыв фиолетовый портал, и рванул в просторы обычной Яви.

❖ ── ✦ ──『▣』── ✦ ── ❖