Как стать героем? Повелитель нечисти и дочь берегини. [РЕДАКТИРУЕТСЯ]

▬▬ι══════════════ι▬▬

- Он сбежал! Мы не смогли отправить его в Навь! - выкрикнул Белослав вроде и что-то умное, но, вроде и без него все прекрасно знают, уж тем более боги.

Но не до выкриков его бесполезных было богам.

- Что же мы упустили?... - проговорил Перун, застыв на месте с ещё незапущенной в сторону исчезнувшего Зданимира молнией в руке.

«Что же мы упустили?» - лишь эта мысль терзала богов больше всего. Снова этот колдун окаянный, мёртвый уже, но будто и не умирал он вовсе.

И вещей у Зданимира в Яви не осталось, серьги его окаянные, ворованные у купцов заморских, вместе с ним сожгли. Разве может ещё сила какая-то душу его окаянную в Яви держать?

- Мы должны продолжить тризну! - вдруг объявил всем Сварог.

- Но сбежал же колдун! - опять влез куда не надо Белослав, за что сразу получил сильный удар по темени кулаком Василисы.

Но Сварог на наглость Белослава нисколько не гневался и даже пояснил ему спокойно:
- Да, сбежал Зданимира, но ушёл он к предкам своим в Долину колдовства. Пускай и нарушает их пребывание в Яви законы равновесия, они не приносят вреда и дальше не должны приносить. Пусть видят пир этот духи навьеградские, пусть видят, что уважают их боги, пусть радуются и сидят в долине своей тихо.

- Прав ты, свет очей моих! - согласилась, не раздумывая, Лада. - Задобрим духов и закончим уже начатую тризну!

Никто Сварогу и Ладе возражать не посмел. Разумным было их решение.

И начали люди с богами вместе пировать, бои кулачные устраивать, хорошие поступки Зданимира припомнить пытались.

Явился вскоре на тризну и Милован. Адриан сразу по взгляду его весёлому заметил, что знает он, почему Зданимир в Навь не отправился, и с самого начала знал. Вот только спросит о тайне этой навьеградской Адриан потом, когда богов рядом не будет.

Кто-то сидел за столом и угощениями наслаждался, кто-то, в первую очередь дети Баженовы, не раздумывая к кулачным боям приступили. Даже боги некоторые молодые к ним ненадолго присоединялись.

Адриан сел за стол возле Милована. По другую сторону вскоре присел Ростислав. К несчастью, напротив сидели Дмитрий и Бажен и, кажется, предстоял непростой разговор...

- Подайте кувшин браги! - закричал весело Ростислав. Подошли тут же его братья с сестрой возмущаться.

- А не маловат ли ты для хмельного!? - возмутилась первой Василиса.

- Вот-вот! Совсем уже от наглости обезумел! Королобый! - добавил Белослав.

Казалось, отвлекла эта ругань Бажена и Дмитрия. Тоже они вмешались сразу да начали Ростислава бранить. Будто бы снова нарочно Ростислав всё это устроил, чтобы государь с воеводой на Адриана не переключились. И в кого только Ростислав такой сообразительный и добрый, когда такой дурень у него отец? Видимо совсем нрав от отца к сыну может не передаваться. Далеко яблочко молодое от яблони своей упало.

Но недолго получилось избегать нежеланный разговор.
Перун, который, как оказалось, сидел возле Бажена и Дмитрия, вдруг обратился к государю:
- Дмитрий, не желаешь ли отдать кое-кому одну вещь?

Замер государь, побледнел. Кажется, осмыслил он, о чём и о ком речь. И Адриан осмыслил. Один лишь Бажен не понимающе глядел то на Перуна, то на Дмитрия.

- Но, Перуне... - вымолвил боязливо государь, после чего громовержец сразу прервал его:
- Смеешь возражать богу Прави!?

И умолк Дмитрий в один миг. Странно было видеть, как царь подчиняется, как подчиняется тот, кому обычно подчиняются другие.

Достал Дмитрий из под рубахи чёрное и знакомое всем перо. Подумать только, он набрался наглости носить его у себя на груди, будто сам себя Повелителем нечисти возомнил!

Протянул государь перо Адриану совсем молча и смиренно, будто помириться с ним пытаясь.
Адриан взял протянутое перо и снова надел на себя.

- И не скажете друг другу ничего? - не отступал всё ещё Перун. Казалось, мало громовержцу того, что Дмитрий просто отдал перо. Ещё чего-то он хочет от государя.

И так спокоен Перун был, что страх на Бажена и Дмитрия неистовый навевал. Отпил громовержец сурью из деревянной кружки и устремил снова ожидающий взор синих очей на царя с воеводой.

- Позволь, я попрошу тебя объяснить понятнее, Перуне! - вдруг вернул себе дар речи запуганный Бажен. - Что именно Дмитрий или я... Что именно мы должны сказать Повелителю нечисти?

Показалось, Перун улыбнулся слегка загадочного, а затем к Адриану обратился:
- Повелитель нечисти, прошу, напомни, для чего ты всё ещё в Яви? Для чего сразу не согласился стать бессмертным при самой первой встрече с Кощеем?

- Я хочу сперва спасти родное государство от ворога, а быть может, и нескольких ворогов. Лишь когда я буду уверен, что моей стране ничего не угрожает, я буду готов принять бессмертие, - без раздумий ответил Адриан.

Бажен и Дмитрий стыдливо переглянулись.

Перун продолжил пояснять для особо непонятливого Бажена:
- Пока Повелитель нечисти защищает ваше государство, у вас с ним одна цель, и неважно, каким вы его считаете. Он не раз выручал вас и продолжит это делать. Ради вашей страны он отказался от собственного бессмертия и становления богом, но не на совсем. Адриан - тот, кто станет одним из нас, и поэтому мой долг оберегать его до самой победы над всеми ворогами вашего государства. И оберегаю я его не как покровитель воинов, что оберегает своего смертного потомка, а как бог, который оберегает другого бога, важного для равновесия.
Хотите вы того или нет, вы обязаны объединиться с Повелителем нечисти до самого конца и принять его таким, какой он есть, так же, как принимаете вы, смертные, всех богов и почитаете их, невзирая на их добрые и злые деяния.

И после слов этих не знали Бажен и Дмитрий, как возразить, да и возражать уже не желали. Полностью прав был Перун-громовержец, и не могли они противостоять его воле.

- Всё будет по твоему, Перуне, - согласился Дмитрий. - Я снова приму Повелителя нечисти у себя в дружине и у себя во дворце, тоже буду оберегать его и не нарушу слово, данное тебе.

- И я, - добавил Бажен.

- И я сдержу своё слово, - вмешался Адриан. - Я буду защищать государство до самого конца от всех тех, кто причиняет ему вред.

Так и примирился Адриан с Баженом и Дмитрием. Может быть, по-прежнему испытывают они к Повелителю нечисти одну лишь ненависть, но волю Перунову никогда не осмелятся нарушить, а значит, и Адриану не навредят.

Долго ещё длилась тризна Зданимира.

Без устали дрались в кулачных боях Баженовы дети.

- Хватит жрать, желтоглазый ерпыль! Сразись с нами! - временами кричала Адриану Василиса, которая, кажется, уже и позабыла о сожжении Далеборска.

- Да пусть жрёт! Не хочу с ним драться! - возмущался ей в ответ Белослав.

Разговаривал о чём-то тайном и недоступном для других всё на том же пригорке Велес с Верховными. Быстро скотий Бог завоевал их доверие, заточив сына в темницу.

Болтали о каких-то целебных травах Ева с Веленой, слушала их с интересом и Карина.

Вертелся возле Перуна радостный Ратибор, не переставая восхвалять своего бога-покровителя. Только восхвалял он его уже не на капище, воздымая руки к небу, а стоя прямо напротив него, напротив великого бога и говоря все славления ему лично.

Но не до Ратибора было Перуну, ведь куда больше волновал его уж слишком печальный взгляд Мары...
Всегда была сестра серьёзна, всегда отстранённой была, находясь рядом с другими богами. Но днесе слишком она была отстранённой. Сидела на подтаявшем снегу, у самых вод Рябиновой реки, и совсем не двигалась, взирая куда-то вдаль, туда, где совсем скоро должно взойти уже не зимнее, а весеннее солнце. Только вот не взойдёт сей весной солнце это, сразу взойдёт летнее. Сразу взойдёт Даждьбог, а не Ярило.

Спросил Перун у Мары:
- Что с тобою, сестра? Что тебя тревожит?

- Ничего, братец Перун, ничего меня не тревожит, - ответила ему сестра коротко и вскоре покинула тризну, отправившись обратно во Царствие Нави. Она была первой, кто решил покинуть сей пир.

Остальные ещё очень долго отдавались веселью и разошлись лишь тогда, когда небо совсем-совсем чёрным сделалось. Так и завершилась тризна Зданимира Володарьевича.

✧༺✦✮✦༻◉༺✦✮✦༻✧

Всё снова стало по-прежнему. Адриану позволили жить во дворце, когда он наведывался в столицу. Бажен и Дмитрий, как и раньше, спокойно разговаривали с ним и делали вид, будто ничего не было.

Ростиславу лишь один раз удалось уединиться с Адрианом, дабы отблагодарить. Он высказал Повелителю нечисти всё; и то, что ему не понравились убитые стражи, вид которых вызывал сильную тошноту, и то, что он всё равно благодарен Адриану. Ростислава благодаря этим смертям и вправду не раскрыли до сих пор.

И с остальными отношения Адриана снова стали прежними.

Именно поэтому решил Повелитель нечисти, что самое время для разговора государя с Еленой. Она обещала помочь ради мести Злобыне и давно ждёт этого дня.

Привёл он девицу в царские покои. Собрались там все государевы приближённые: Бажен, Мирина, их дети, Карина, Добрана, царевны, Велена, Ева и Ратибор даже. Был, конечно, и сам Дмитрий.

Елену нисколько не страшил грядущий разговор. Она гордо зашла во царские покои вперёд Адриана с высоко поднятой головой, будто сама уже стала царицей этих покоев.

Раздобыла Елена Зданимировна неясно где одежды такие дорогие, что красой своей могли бы одежды эти с одеждами царевны Анны сравнится. Сарафан тёмно-фиолетовый, оберегами Нави расшитый, поверх рубахи чёрной с рукавами свободными и такими же оберегами, только красными. Чёрные сапоги из кожи звериной, серые волчьи шкуры на плечах, бусы красные, оберег Мары, Адрианом подаренный, и кокошник высокий с жемчугом да камнями драгоценными заморскими.
Не стала отчего-то Елена свеклой румянец на щеках себе делать, как царевны это делают и другие девицы нарядные. Той же свеклой лишь губы накрасила, а поверх свеклы - чем-то чёрным, углём, кажется. Тем же углём и возле очей намазала так, что густые чёрные ресницы ещё гуще стали. И самое главное, не потрудилась дочь колдуна мукой лицо своё припудрить, очень сильно припудрить. От этого стала она такой же бледной, как Адриан.

Не сумел никто при появлении её рты не разинуть. Красива была Елена, нельзя было так не считать. Красива, но опасна. По-прежнему опасна и сильна...
Дмитрий не стал долго тянуть и, как государь, первым начал свою речь:
- Гой еси, Елена Зданимировна. Добро пожаловать в столицу-град и во дворец рода великого Росслава!

- Ой да гой еси, великий государь! Благодарю вас за эту встречу! - ответила ему гордым своим гласом Елена, но головы склонять не стала, отчего Бажен напрягся.

Дмитрий оправдал это тем, что её не обучал подобному Злобыня, и поначалу не прогневался на девицу.

- Наслышан я, что больше не служишь ты прежнему хозяину и желаешь вступить в мою дружину. Я всегда готов принять новых дружинников, особенно с такой силой, как у тебя, поэтому мой ответ - «да». Я позволяю тебе вступить в мою дружину, - перешёл к главному Дмитрий. - Но давайте будем честны. Все, кто стоит сейчас здесь, знают, какие потери потерпела наша страна из-за твой намеренной силы. Именно поэтому я не потерплю от тебя предательства. Один неверный шаг, и я воспользуюсь Лунным кристаллом и лишу тебя воли над собственным телом навсегда.

Елена понимала, что это значит. Снова подчинение, снова отказ от собственной воли, возможно, даже куда страшнее, чем подчинение Злобыне. Пока в руках Дмитрия Лунный кристалл, Дракон Ночи в теле Елены будет подчиняться ему, стоит только захотеть, а значит, будет безвольно подчиняться и сама Елена.
Все, стоящие здесь, наверняка, затаили на бывшую поленницу ворога злобу. Вот царевны, которых чуть не разрубил надвое её громадный меч. Вот царь, за головой которого она охотилась по приказу Злобыни. Даже Адриана она в своё время пыталась убить... Конечно, никто из них не доверяет Елене, но и она не доверяет им.

Именно поэтому Елена решилась на следующие слова:
- Понимаю ваш страх, Ваше Величество. Но не стоит забывать: вы должны благодарить богов за помощь такой сильной поленницы, как я. Как раз поэтому не советую угрожать мне. Коли я так сильна, не боитесь ли вы угрожать мне какими-то «неверными шагами»? На вашем месте, я бы такую поленницу попыталась чем-нибудь задобрить...

Хотел было Дмитрий что-то сказать, как обозлившийся совсем Бажен перебил его:
- Всё, мы должны воспользоваться Лунным кристаллом! Сперва она тебе не поклонилась, а затем и запугивает! Предел должен быть её наглости!

- Царя своего перебивать тоже нагло, - подметила сразу Елена.

Кажется, хотел Адриан ей что-то сказать, но девица приставила к губам палец, призывая его пока помолчать.

- Тут она права, Бажен, - вмешалась неожиданно царица Добрана. - Пусть выговориться сперва Дмитрий, в потом уже ты свои недовольства выскажешь.

Тогда Дмитрий наконец вопросил, уже настороженно:
- И чем же мы должны тебя задобрить, Елена Зданимировна!?

Елена не спешила с ответом и делала это нарочно. Наблюдала девица за лицами собравшихся и сама не замечала, что у её на лице растянулась хитрая улыбка.
Наконец, перестала она пытать всех молчанием и произнесла:
- У меня будут свои покои во дворце, как и у всех царских приближённых. В столице нету у меня собственного дома и на улице жить я не собираюсь, а до землянки дяди даже на коне ехать слишком далеко. Разумеется, на совсем переезжать во дворец я не собираюсь. Когда я захочу, буду уходить к дяде, и никто не вправе будет меня удерживать здесь.
И ещё, как сильной поленнице, мне полагается войско из таких же сильных поленниц, как я.
На этом всё.
Взамен вы получите мою силу, равную силе почти всех войск государства. Как по мне, всё честно.

И зарычал Бажен после слов её, подобно зверю дикому. Тут уже скорее не человек-кролик, а человек медведь!
И у Дмитрия терпение всё иссякло.

- Ты находишься в покоях самого государя и родного внука Великого Росслава, Елена Зданимировна! Значит это, что не смеешь ты здесь указывать кому-либо, и уж тем более мне, как правильно поступать с тобой! Никто тебе ничего не должен! - прокричал злобно Дмитрий.

Тут внезапно встрял в разговор Адриан:
- Простите, Ваше Величество, не хотел я вам напоминать, но, увы, придётся. Как Елена уже сказала, её сила равна почти всей силе наших войск. Не обижайтесь, но она сильнее меня, сильнее господина Бажена и сильнее вас, государь. Может, куда разумнее было бы её не злить? Или хотите превратить дворец Великого Росслава и всю столицу в мёртвые руины?

Исказились сильно лица собравшихся. Разинули рты Станислав с Белославом, закатила глаза Василиса, боязливо отвернулись в сторону окна Карина и Мирина. Переглянулись непонятливо Велена с Евой и царевнами, улыбнулся как-то странно Ратибор, глядя на Дмитрия. Сам же государь с воеводою сжали кулаки и едва удерживали в кулаках этих всю свою ярость. Один лишь Ростислав продолжал взирать на Адриана с восхищением, и, кажется, уже не только на Адриана, но и на Елену тоже.

- И ты туда же, Повелитель нечисти! - выпалил Бажен. Перестал в последнее время воевода так обращаться к молодцу, как и в далёкие и мирные времена «Адрианом» его называл, по имени. Но сейчас опять, видимо, Бажен разозлился и припомнил недавние обиды. - Уж ты-то у нас города в руины превращать умеешь, мы все знаем, не переживай. Но девке твоей мы этого сделать не позволим!

Адриан всё это время обманывал себя, внушал себе, что простил его Бажен, простил Дмитрий. Но не простил его никто. Все лишь Перуна страшатся, который уважать Повелителя нечисти наказал, и то до поры до времени.

- Перунова воля, господин Бажен! Не позабыли вы её случаем? - не теряясь, напомнил Адриан.

- Вот-вот! - снова вмешалась Елена. - Сами боги на стороне Адриана! Или даже против богов вы пойдёте ради гордости собственной?

- На стороне Адриана, но не на твоей! Ты нарушила равновесие, Елена Зданимировна, и тебя ждёт участь твоего отца, коли богам на глаза попадёшься! - не выдержала царевна Анна. - А отец может призвать богов, все мы можем, ведь боги знакомы с каждым из нас!

- Довольно! - прервал дочь Дмитрий и обратился к Елене. - Сейчас ты, Елена Зданимировна, или уберёшься из столицы и засядешь со своим дядей в его гнилой лесной землянке до конца своих дней в Яви и никогда боле не покажешься в столице, или будешь простой поленицей в моей дружине без всяких дворцовых покоев и войск под твоим началом!

- Но я не согласна! - смело возразила Елена. Не страшилась она государя. Невозможно страшится того, кто проиграет тебе в силе.
Годы жизни у Злобыни отныне вспоминала Елена лишь с ужасом. Одна мысль о том, что снова придётся лишится свободы и подчиняться кому-то, приводила её в ярость. Именно поэтому она всё это затеяла. Именно поэтому дала всем понять, что стоит больше, чем простая поленица.

- Мы обязаны воспользоваться Лунным кристаллом! Я иду за ним! - решил твёрдо Бажен и уже было ринулся к двери, как Дмитрий вдруг вцепился крепко в его запястье, не давая сделать ни шагу.
Не понимал такого поступка государя человек-кролик. Взглянул на него спрашивающим взглядом, но Дмитрий молчал. Молчал и с яростью глядел на Елену и Адриана.

Повисла над покоями царскими тишина пугающая. Никто не ведал, чем закончится этот окаянный разговор.

- Я согласен, - наконец выдавил Дмитрий, смотря на Елену.

Бажен выпучил глаза так, что казалось, они вот-вот выпадут из глазниц.

- С чем ты согласен, дур... Дмитрий? - решил уточнить воевода.

- То есть у Елены покои будут во дворце!? - вопросил удивлённо Белослав.

- То есть у неё войско полениц... О боги, нет! Я же сама поленница! Не хочу ей подчиняться! - завыла горестно Василиса.

Дмитрий грозно прикрикнул на них, заставляя умолкнуть, а затем вновь обратился к Елене:
- Ты получишь всё, что просила, но, как я уже сказал, один неверный шаг и я не помедлю с Лунным кристаллом...

Елена победила. Пригрозила самому царю, запугала его и сохранила собственную свободу.

Обсуждать больше нечего. Вскоре все разошлись по своим делам, уже хорошо обдумав решение Дмитрия и нисколько ему не дивясь. Каждый боялся Елену, каждый боялся её прогневать, каждый понимал, как важна её сила для государства. Что поделать, коли сильная поленница так желает, придётся ей уступить. Войско и покои не так много для царя. Ничего у него от этого не убудет.

Но больше всех гневался Бажен. Так сильно его довела Елена, что в конце разговора он объявил всем об отъезде в Благоград к родителям вместе с женой и детьми. Воротится в столицу обещал к весеннему солнцестоянию. Не стал держать его Дмитрий: коли желает, пусть отдохнёт чуток.

┬┴┬┴┤┈┈┈┈┈┈┈┈├┬┴┬┴

Довольные своей победой, Адриан с Еленой вышли во двор царского дворца. Только сейчас Адриан заметил, что держал Елену за руку, и сразу же отпустил её, смутившись. Только вот сама Елена нисколько не смущалась; она радовалась и весело улыбалась.

- Давай прогуляемся по столице, Адриан! - сказала она вдруг молодцу.

- Зачем?

Адриан не любил гулять по городам, особенно когда не было на то нужды. Слишком шумно и людно там было.

- Хочу увидеть город! Да, я видела его раньше, но тогда всё было по другому, и мне было не до прогулок... - грустно припомнила Елена, как проникала в столицу, чтобы напасть на царя по приказу Злобыни.

- Ладно. Ежели так хочешь, прогуляемся... - нехотя согласился Адриан. Ради Елены он готов сколько угодно терпеть шум, непроходимые толпы и крики назойливых торговцев. Главное, ей это нравится!

Хотели они уже было покинуть дворцовый сад, как их вдруг остановил Ростислав:
- Адриан! Постой!

- Что такое, Ростислав? - вопросил Повелитель нечисти, остановившись.

- Я хочу сказать кое-что Елене... - взволнованно пролепетал Ростислав.

- И что же ты хочешь мне сказать? - поинтересовалась Елена.

- Ты... Ты была просто прекрасна во время разговора с царём! Теперь я тобой восхищаюсь, как и Адрианом! - воскликнул мальчишка. Таких слов от сына Бажена, который, кажется, уже ненавидит Елену, девица никак не ожидала. - Никому, кроме Адриана, ещё не удавалось так сильно довести папу, но ты смогла! Он даже уехать решил на целый месяц... Но ты правильно поступила. Понимаю, тебе больше всего нужна свобода, и тебя должны уважать!

Ростислав смело насмехался над гневом отца-воеводы и нисколько этого не стыдился. Таким милым был этот мальчишка, что Елене захотелось рассмеяться. Даже Адриан слегка улыбнулся его словам.

- Благодарю, младший сын воеводы! Не ожидала от тебя таких слов! - смеясь, проговорила Елена. - Я-то уж было подумала, вы все, как и отец ваш, на меня злитесь за мою наглость.

- Ростислав всегда уважал меня. Тебя, видимо, тоже зауважал, - сказал Адриан.

- Ха! Я и сам наглый и от отца часто получаю! Не бьёт он меня, конечно, как Адриана порой, но бранится страшно! Но не переживай, Елена, мой папа добрый, просто у него силы много, а ума не очень! Полюбит он тебя ещё! - говорил Ростислав. - Ладно, мне пора. Как я уже сказал, папа спешит в Благоград. Нужно собирать вещи... Увидимся через месяц, получается!

- Тогда удачи вам! Желаю вашему папе хорошо отдохнуть от нас с Адрианом! - усмехнулась Елена.

- До встречи, Ростислав! - добавил Адриан.

Ростислав умчался во дворец собирать вещи, а Адриан с Еленой отправились в город.

Долго гуляли они по столице-граду.

Сначала бродили вдоль торговых лавок. Торговцы, завидев такую красавицу, как Елена, то и дело пытались заставить Адриана что-то купить для неё.

- Возьмите очелье фиолетовое, как очи красавицы! - кричала одна торговка.

- Нет! Возьмите бусы красные! К её сарафану подойдут! - встревала сразу её соседка.

Адриан хотел что-то купить для Елены, но та отказывалась. Лишь рассматривала по-очереди украшения разные: кольца височные, бусы, браслеты, обереги, очелья. Трогала ткани дорогие, сарафаны цветные, рубахи расписные, шкуры звериные. И без того у Елены одежда была, не нуждалась она ни в чём. А вот поглядеть на всё было очень интересно.

Порой хватала она Адриана за руку, тянула от одной лавки к другой. Будь с молодцем кто другой, не понравилось бы ему это, но то был не кто-то другой, а сама Елена Зданимировна.

Гуляли они средь теремов знатных горожан, резьбой искусной расписанных. Дивилась этому Елена, разглядывала с интересом.

Горожане некоторые в Адриане Повелителя нечисти узнавали сразу, шептаться мерзко начинали, на них с Еленой поглядывая. Елена этого не замечала, а Адриан старался делать вид, что тоже не замечает. Ничего не должно испортить день, когда он проводит время с ней.

Порой набрасывались на них и обезумевшие от проклятия Рознега далеборцы, которых в городе становилось всё больше и больше. Адриан и Елена были воинами и легко справлялись с ними. Да и некоторые разумные горожане тоже могли подсобить. Пока Адриан гневался на окаянных далеборцев, Елену всё это даже забавляло. Любила девица драки.

Всю их долгую прогулку шёл снег. Но не сильной метелью он был. Лишь лёгкие, но крупные хлопья падали на деревянные мостовые града и на тёмные одежды Адриана и Елены.

Вдруг, заприметили они, как одна торговка продаёт медовые пряники. Большая толпа возле неё собралась, в очередь длинную люди выстроились.

- Зачем это они так все к одной торговке попасть желают!? - не поняла Елена.

- Кажется, понравились её медовые пряники. Гляди, какие эти дети все довольные, - ответил ей Адриан. - Хочешь, тоже куплю?

- Давай! А то я даже не знаю, что такое медовый пряник... У Злобыни мы такое не ели... - согласилась Елена.

Адриан решил занять очередь, а Елена осталась ждать в стороне. Уж больно большая там была толпа, и двоим туда тяжело было бы пробиться.

Стояла себе Елена, стояла, как вдруг слышит за спиной глас до боли знакомый:
- Гой еси... Елена... Гой...

Оборачивается девица и видит Милана. Стоит её «брат» названный в одеждах своих старых потрёпанных и запачканных и глазами своими глупыми на неё глядит как-то вымучено.

- Милан? - удивилась Елена. - Что ты здесь делаешь?

- Я... Знаешь ли, тоже от Злобыни решил сбежать и вот в столице теперь живу, на кузнеца одного старого работаю. Взамен он мне разрешил у него пожить, а ещё кормит иногда и даёт по несколько кун в седмицу, - рассказывает ей о себе Милан. - А ты как поживаешь?

- Как видишь, тоже сбежала. Сейчас живу с дядей и... Кажется, начинаю «ладить» с государем, - сказала правду Елена. Милан всегда был ей как брат и она не видела причин скрывать от него что-то, тем более он тоже больше не раб Злобыни.

- Это очень хорошо! - порадовался за неё Милан. - И ещё... Тебе очень идёт твоя новая одежда! Ты как всегда красива!

- А тебе совсем не идёт говорить Елене такие слова, Милан, - прозвучал за спиной у Елены знакомый недовольный глас.

Милан остолбенел, потеряв дар речи, когда к ним подошёл Адриан.

- Адриан, ты, кажется, не правильно понял. Мы с Миланом... - пыталась объяснить Елена, но Повелитель нечисти не нуждался в объяснениях и сразу прервал её:
- Елена, подержи.

Он передал ей два медовых пряника, завёрнутых в расписной красный платок.

Подошёл Повелитель нечисти к Милану так близко, что тот мог чётко разглядывать его лицо целую вечность.
Мог бы Милан себя оправдать, да вот только все слова комом встали в горле и не могли выйти наружу, когда он вновь увидел эти жёлтые глаза.

Повелитель нечисти схватил Милана за ворот рубахи, ударил раза три о заснеженную деревянную мостовую. На челе у молодца забагровели следы крови.

- Я пощадил тебя в тот день, думая, что ты и вправду ценишь её, но не думал, что ты продолжишь возле неё вертеться и мешать нам! - процедил злобно Повелитель нечисти. - Люби Елену сколько угодно, только люби издалека!

Из небольшой сумы Адриан достал нож. Серебряное лезвие пугающе блеснуло на свету, отчего Милан невольно пискнул, как самая настоящая мышь.

- Постой... Постой, Адриан, пожалуйста... Я не хотел к ней приставать, я просто увидел её совсем случайно в городе и подошёл спросить, как дела, вот и всё! Прошу, позволь мне просто уйти! Клянусь, я ни на шаг к Елене больше не подойду! - залепетал запуганный Милан. При виде ножа дар речи вернулся к нему.

Внезапно оба молодца почувствовали сильную боль в животе. Как оказалось, обоих пнула в живот Елена, отбрасывая друг от друга и при этом не роняя пряники, которые всё ещё держала в руках.

- Достаточно! - прикрикнула она на обоих. - Не знаю, что происходило между вами у меня за спиной раньше, но я не позволю вам драться посреди города! Гляньте только, толпа какая вокруг нас собралась!

И вправду, много горожан уже окружило их.

- Вот он каков, Повелитель нечисти! - вторили несколько голосов из толпы.

- И как таких из темницы могут выпускать!? - возмущалась какая-то женщина.

- Да не выпускали его, сам сбежал, поговаривают! И стражей государевых ещё погубил! - добавила другая.

Оглядел Адриан зевак этих с презрением, убрал нож обратно в суму да Милана брезгливо в сторону отбросил.

- Не хотел я при нём говорить, но так и быть, - замолвил Повелитель нечисти так, чтобы все слышали. - Не хотел я его сейчас убивать. Запугать лишь хотел, чтобы от тебя, Елена, держался он подальше. Иначе обнаглеет совсем и каждый день к тебе наведываться начнёт. Такого я не потерплю, и тогда уже точно придётся ему с Явью попрощаться...

- Ты серьёзно ревнуешь меня к Милану!? - дивилась Елена. - Мы с ним как брат и сестра, пускай и не кровные, выросли вместе! О каких чувствах может идти речь!?

Не понимала она ничего и не ведала, какие чувства к ней Милан испытывает.

- Милан думает иначе, но тебе сказать у него смелости не хватит! - проворчал недовольно Адриан, пробираясь через толпу и стремясь поскорее уйти от сюда.

- Теперь будешь каждого молодца, что словами со мною несколькими обмолвится, ножом запугивать!? - возмущалась Елена, догоняя Адриана.

- Коли потребуется, буду, - ответил ей, не раздумывая, Повелитель нечисти.

Оставшийся путь до дворца они шли молча.

Во дворце Елена вскоре решила уйти к дяде в землянку на пару дней. Адриан поначалу хотел остаться, но потом всё-таки отправился к Миловану следом за ней.

◤◢◣◥◤◢◣◥◤◢◣◥◤◢◣◥

По прибытии в Благоград семья Бажена первым делом спешила в дом оборотня Святозара. Отец Бажена был стар, но известен на весь Благоград как мастер по изготовлению оберегов.

Когда-то в Благограде было очень много мастеров оберегов, около ста и больше, но после войны с Далеборском осталось лишь около десяти. Не каждые из них закладывали в свои обереги собственную колдовскую силу, ведь у многих её и не было вовсе. Но для далеборцев всё равно колдунами были все.

Дети Бажена жили в Благограде какое-то время, и потому ничего здесь их не дивило.
Лишь Карина была здесь впервые. Бажен уговорил её поехать вместе с ними, дабы познакомиться с бабушкой и дедушкой, которых девица до этого не знала. Да, слыхала она о Святозаре и Белаве из Благограда не раз, но тогда и подумать не могла, что приходится им внучкой.
Бажен старался делать всё, чтобы стать для Карины хорошим отцом.

Дома в основном строили из светлого дерева, вокруг высаживали много деревьев и цветов. Разве что сейчас была зима, и это не особо было заметно. На улицах редко когда бывали дружинники из столицы и других городов, разбойников тоже почти не было. Оттого и в городе всегда было тихо и мирно. Большинству это нравилось, но точно не детям Бажена. Не с кем подраться, не на кого выругаться.

Ехали они верхом на конях своих, и, как всегда, тишина вечная их окружала, ни на какие приключения не намекающая. Василиса с Белославом уже было зевать начали, казалось, вот-вот на ходу в сон провалятся.

Вдруг показалась из-за угла толпа мужчин высоких, здоровых и крепких. Пускай и зима была, одежды на них почти не было. Лишь шкуры на плечах и на поясе, очелья у некоторых, да обереги покровителей на груди. Шли они толпой шумной, смеялись, голосили, всю тишину благоградскую разрушали одним своим присутствием.

Оживились сразу дети Баженовы, стали с интересом мужчин этих разглядывать.

- Отец, не рыкари это случаем? - поинтересовался Станислав.

- Именно! - подтвердил его догадку Бажен. - Поговаривают, князь Гостомысл за град свой перепугался после освобождения Зданимира Володарьевича да из самой Арконы рыкарей выкупил.

- Лучше бы ты детям, соколик мой, не говорил... - сказала Мирина, беспокоясь, что кто-то из детей на бой с рыкарём отважится. И не зря она беспокоилась.

Василиса, о рыкарях, да ещё и о рыкарях из самой Арконы услыхав, сразу только об одном задумалась. Давно девица желала духа-покровителя обрести, и вот, кажется, тот самый день настал.

Всю оставшуюся дорогу до терема Святозара и Белавы беспрестанно болтала она с братьями о рыкарях да о битве своей грядущей. Но не особо ей братья верили, лишь смеялись. Да, сами они не против были бы рыкарями стать да духов своих обрести, только вот с рыкарях из Арконы биться насмерть они бы ни за что не отважились. Слишком сильны они и слишком опасны.

Когда прибыли они в терем, сразу все начали Карину с бабушкой и дедушкой знакомить. Этим Василиса и воспользовалась, чтобы ускользнуть по тихому.

Бажен с Мириной долго ещё со Святозаром и Белавой вестями разными делились, давно они не виделись ведь, да и Карина с ними была. Потому, первыми пропажу Василисы заметили Ростислав, Белослав и Станислав.

- Да она, наверное, королобая, в столицу сбежать решила! Масленица ведь скоро, а там блинов куда больше, чем в Благограде! - как всегда шутил Белослав. Совсем не умел он за кого-либо переживать.

Станислав, который, казалось бы, до шутки этой был серьёзен, рассмеялся как дурень и тоже волноваться за сестру перестал.

Один лишь Ростислав не успокаивался:
- Но ведь не смешно это совсем! В битве с рыкарём кто-то обязательно должен покинуть Явь! Либо рыкарь, либо... Василиса...

- Ростислав, не переживай ты так! Не станет Василиса ни с кем биться! Как рассмотрит поближе руки их здоровенные, сразу обратно домой прибежит и больше о рыкарях никаких и не заикнётся! - успокаивал его Станислав.

- Нет! - стоял на своём Ростислав. - Я буду верить в Василису и надеяться, что она одолеет рыкаря, но мы должны быть рядом при битве, чтобы в случае чего прервать её и защитить сестру!

- Василиса вряд ли обрадуется, если кто-то прервёт её битву! - говорил также спокойно Белослав. - Скажет: ты дурень королобый и негораздок лободырный, чтоб Навь тебя поглотила за то, что битву мою прервал!

- Вы как хотите, а я всё равно отыщу Василису! - сказал братьям напоследок Ростислав и, покинув терем, помчался на поиски сестры.

Благоград не велик был, да и знал его улицы Ростислав хорошо. Тем более отыскать Василису не составило труда, ведь она была на главной площади. С ней был и её рыкарь...

Вокруг собралось слишком много народу. Редко когда такое можно было соглядать в Благограде. Рыкари поддерживали своего друга, который решил позабавиться с обезумевшей девицей. Остальные жители тоже решили поглядеть за сей битвой. Девица, по их домыслам, и вправду обезумела. Должно быть, последний день в Яви проживает.

- Одумайся, королобая! Поживи лучше жизнь спокойную! Не лезь к рыкарю из Великой Арконы, с самого острова Буяна! - пытался отговорить её кто-то из толпы. Но нельзя было отговорить упрямую Василису.

- Давай, нападай! - кричала она рыкарю.

Неясно когда, успела она даже переодеться, также, как и рыкари эти арконские вырядилась. Грудь тканью белой обмотала, на плечи шкуры набросила, власы очельем подвязала и в две косы заплела. На пояс тоже шкуры с тряпицами какими-то навешала. Сапоги разве что снять забыла, чтобы совсем с рыкарями босоногими слиться.

╬╬═════════════╬╬

~ "Василиса перед битвой с рыкарём"

╬╬═════════════╬╬

И напал на неё рыкарь немедля. Таковы были их законы. Коли вызвал кто на бой, нельзя отказывать, кто бы то ни был - его это выбор, даже если умрёт он в битве этой.

Ударил он безжалостно Василису кулаком по темени, закружилась у девицы голова от боли неистовой. Хотел было уже рыкарь ей шею свернуть, как вдруг во время она опомнилась и увернулась.

Горожане испуганно вскрикнули.

Ростислав растолкал толпу, выбежал вперёд, поближе к сестре, да закричал во весь глас:
- Василиса! Я верю в тебя!

Сестра лишь бросила в его сторону короткий взгляд и продолжила битву. Но внутри всё разом перевернулось от осознания, что Ростислав наблюдает.
Ростислав всегда был к Василисе добрее, чем другие братья, всегда поддерживал. Василиса тоже очень любила его, пускай и часто на него бранилась. Именно поэтому сейчас она не должна умереть у него на глазах.

Рыкарь был силён. Слишком силён. Василиса поначалу ни разу не могла его ударить; лишь уворачивалась, уворачивалась.
Зато рыкарь ударял её не раз.

Уже лилась из носа у девицы алая кровь, сливаясь в единый ручей с кровью, которая текла с разбитого чела. Уже сломал ей рыкарь некоторые перста на руках. Чувствовала всё это Василиса, но и не помышляла останавливаться.

Наконец, ей удалось зарядить врагу по темени мощным пинком. Рыкарь замер, видимо, сильный был удар у Василисы. Но чтобы убить его, мало одного лишь удара.
Рассвирепел рыкарь, как зверь дикий, зарычал даже озлобленно. Его друзья-рыкари подхватили сей неистовый вопль, а мирные жители Благограда принялись отворачиваться в ужасе. Ростислав насторожила.

Мужчина схватил Василису за плечи, перебросил через себя, повалил на спину.
Мощная длань рыкаря накрыла её лицо, вторая рука придерживала тело. Рыкарь сделал странное движение, которым почти свернул Василисе шею, но не успел.

Девица укусила его за руку, затем ударила кулаком в лицо. Это позволило ей вырваться.

Под удивлённые крики горожан Василиса перекувыркнулась в небе над рыкарём, оказавшись у него на спине.
Её перста вцепились в его широкую шею, начав душить.

Рыкарь пытался отцепить от себя её руки, но уж больно крепкой была хватка девицы. Казалось, тоже она в зверя дикого превратилась и тихо зарычала.

Начали закатываться глаза рыкаря, из разинутого рта вылетали сдавленные хрипы. Его руки медленно отпустили руки Василисы, которые долго ещё не могли отпустить мощную шею. Уже бездыханное тело рыкаря повалилось на деревянную мостовую, сбрасывая в сторону Василису. Только сейчас она почувствовала, как сильно болят сломанные перста и раны на полуразбитом лице.

Из тела рыкаря вылетело некое белое свечение, хорошо заметное всем собравшимся. Магический белый свет загорелся пуще прежнего в небе, а затем стрелою метнулся к Василисе, залетая внутрь её тела через рот.
Несмотря на сильную боль, благодаря сему свечению, Василиса сумела привстать. Её розовые очи загорелись магическим светом, а за спиной показался громадный полупрозрачный орёл с такими же розовыми, как у самой Василисы, глазами.

Она обрела духа-покровителя.

Ростислав, завидев это, подбежал к сестре и заключил её в объятиях со словами:
- Василиса! Ты справилась! Я знал, что ты сможешь!

Дрожащая и окровавленная десница сестры со сломанными перстами слегка приобняла его за спину, а горожане долго ещё не могли перестать обсуждать увиденное. Редко когда в мирном Благограде можно узреть битву арконского рыкаря с шестнадцатилетней девицей, которая оказывается сильнее его.

━━━━━━･❪ ◯ ❫ ･━━━━━━

Завидев рядом знакомую землянку, Адриан слез с коня и подошёл к двери. Рука задержалась, будто думая, стучать или нет. Хотелось, чтобы открыл Милован, а не она. Или наоборот.

Собравшись с силами, молодец всё же постучал.

Дверь отворила Елена. Милован, судя по шуму в доме, тоже был где-то там.

- Если пришёл извиниться за нападение на Милана, то я не злюсь, - первое, что произнесла Елена. Говорила она спокойно и вправду не казалась обиженной. - Я и сама порой его била, но не думала, что он в меня влюблён.

- И что бы ты сделала, если бы знала? - поинтересовался Повелитель нечисти.

- Хочешь, чтобы я сказала: отказала бы ему и помчалась со всех ног к тебе, мой Повелитель нечисти?

- Ты бы это и сказала.

Повелитель нечисти притянул её к себе, норовя поцеловать, но остановился.

- Пройдёмся до матушки-берегини? - предложила Елена.

- Я не против.

Пришли они к Берёзе, присели под её ветвями опушёнными на небольшие подтаявшие сугробы.

Берегиня сразу же явилась к ним.

- Рада вас видеть! - заговорила она. - Как у вас дела? Уже служишь государю, Елена?

- Служу, матушка... Если можно так сказать, ведь теперь, похоже он мне скорее служит! - усмехнулась Елена.

И поведала она матери о том, как царя и приближённых его всех силою своей запугала, как воеводу до отъезда временного довела и в конце концов своего добилась.

- Ты также упряма, как и твой отец! - сказала Берёза, не став ругать дочь.

Стоило ей только упомянуть отца, как рядом появился его дух.

Все трое могли теперь получше разглядеть светлое обличие успокоившегося Зданимира. Его одежды были самыми богатыми среди всех навьеградских духов, что указывало на то, что он был самым сильным в колдовстве.
Берёза впервые за долгое время снова увидела мужа и могла с ним поговорить. У Елены тоже было желание о многом расспросить отца, с которым она почти не знакома. Лишь Адриан поначалу насторожился, не зная, как к нему отнесётся дух.

Зданимир ведь может не обрадоваться новому носителю его дара, да и ведомо ему, наверняка, что между Адрианом и его дочерью...

- Упрямым меня считаешь, краса моя!? - беззаботно вопросил Зданимир. - Не заключили бы мы Любомир, ежели б не упрямство моё!

- Я влюблена в твоё упрямство, Зданимир! - широко улыбнувшись, произнесла Берёза. Её рука словно коснулась руки Зданимира. Всё проходило сквозь духа и он это знал, но на сей раз нарочно прислонил свою длань к длани жены, отчего Берёза почувствовала лишь лёгкую прохладу.

- А ты, Елена, гляжу, тоже скоро заключишь Любомир? - внезапно обратился Зданимир к дочери, после чего она неуверенно взглянула на Адриана и сказала:
- Нет, отец. Думаю, ещё рано. Я должна вас познакомить. Это Адриан, мой...

Она не знала, как стоит представить Адриана отцу, но Зданимир продолжил за неё:
- Я понял. Коли говоришь, что рано вам Любомир заключать, значит, не жених, а возлюбленный твой. Интересно, как же возлюбленному твоему живётся с моим даром?

- Всегда по-разному, господин Зданимир, - ответил ему Адриан. «Всегда по разному» звучало не совсем верно, ведь вернее было бы сказать «тяжко». Очень тяжко. Но Адриан решил не гневать Зданимира.

Дух рассмеялся беззлобно да говорит:
- Всё ясно. Не переживай, если думаешь, что я хочу передать дар кому-то другому. Я уже давно мёртв, и мой сын, как оказалось, тоже, а Елене дар Повелителя нечисти вряд ли нужен. Уж тем более, не станет же она убивать тебя ради дара, вы ведь любите друг друга! Думаю, ты достоин моей дочери, но надеюсь, ещё докажешь мне это на деле.

- Благодарю, господин Зданимир. За это можете не беспокоиться. Я сделаю всё возможное, чтобы стать Елене равным! - как можно вежливее проговорил Адриан, припомнив, что и вправду ему стоит стать сильнее. Елена куда сильнее него, и осознавать это неловко.

Зданимир ещё долго толковал с ними о разном. И продолжалась эта беззаботная и мирная жизнь не один день.

Дух не мог часто приходить к жене и остальным, дабы не попасться на глаза богам, и жил с остальными мёртвыми навьеградцами в Долине колдовства. То было единственное место, где духи для богов незримы. В остальных же краях Яви Зданимир накладывал на себя скрывающие чары, которые действуют ненадолго.

Адриан же мог сколько угодно приходить к Елене и Миловану, пока государству ничего не грозило.
Да и сама Елена часто бывала в столице. Они с Адрианом почти каждый раз гуляли по городу, отбивались от далеборцев и разглядывали торговые лавки.

Милован не раз сражался с Адрианом и Еленой в облике медведя. Елена всегда побеждала. Адриан, пускай и не мог ещё одолеть Милована-медведя, с каждым разом становился всё сильнее и был близок к своей первой победе.

Повелитель нечисти, кажется, начинал понимать, что не так уж и плохо кого-то любить.

├┬┴┬┴◇▣◇ ┬┴┬┴┤

В один день Милан, как и всегда, воротился в избу своего нового хозяина-кузнеца.

- Я дома, господин! - крикнул он куда-то в пустоту, ведь никто не откликнулся.

- Во всех трёх мирах есть только один человек, которого ты обязан звать «господином», и это я! - прозвучал знакомый пугающий глас.

Милан обернулся и увидел Злобыню.

- Г-господин Злобыня!? Что? ... Ч-что? Ч-ч-что вы здесь делаете?... Где мой хозяин?... - залепетал пугливо молодец.

Злобыня, не спеша отвечать, провёл острым когтем по шее Милана, оставляя лёгкий порез.

- Я здесь, Милан. Здесь твой хозяин. Другого хозяина у тебя нет! - проговаривал не спеша колдун, наводя ужас на трусливого Милана.

Колдун открыл прямо посреди избы портал и затащил туда Милана.

Молодец снова очутился в измерении бывшего хозяина. Только на сей раз уже не было пред взором ни дворца его величественного, ни мёртвого поля, ничего, что делало Злобыню некогда великим и богатым. Лишь развалины бесконечные и избушка небольшая вдали.

- Вовремя ты, мышонок поганый, сбежал! - начал Злобыня, ведя Милана в сторону избушки. - Именно когда Зданимир мне тут всё разрушил, тебя не было... Но не переживай, я совсем на тебя не обижаюсь и понимаю, что страха в тебе куда больше, чем ума. Ты мне ещё пригодишься. Хочешь ведь вернуть свою возлюбленную?

Милан по началу много чего желал спросить у Злобыни, но услыхав о Елене, вопросил лишь одно:
- Вы сможете вернуть Елену?

- Конечно, смогу! - ухмыльнулся колдун. - Верну её вместе с Драконом Ночи, который по праву принадлежит только мне одному...

━━━━━━ ◦ ❖ ◦ ━━━━━━