Часть 5
***
Сумерки опускались на крыши домов, заставляя фонари зажечься, освещая тонко проложенную каменную дорожку. Застывшая тишина прерывалась вороньими вскриками, эхом отдаваясь вдалеке. До поместья звуки не доходили, но и там их было достаточно – треск камина, шорох перелистывания страниц, металлический звон небольшой суеты на кухне.
Ноа не отвлекался, ровно скользя пальцами по строчкам, переписывая интересующие его детали в свой блокнот. Сегодня парень находился в отдельном кабинете, Ламия выделила его специально для юриста, чтобы тот был полностью сконцентрирован на работе, на что тот был приятно удивлён – личное пространство благоприятно влияло на его состояние.
Прежде Ноа не находился так долго в такой глуши, но даже не заметил тот момент, как успел свыкнуться с этим местом. Хозяйка поместья тихо прошла в кабинет, принеся с собой ещё пару очередных бесполезных документов.
Ландау не удостоил её своим взглядом, присутствие девушки выбивало его из равновесия, может, во всём были виноваты тревожные сновидения. Она тихо села рядом, свесив голову с высокой спинки стула, положив свою ладонь рядом с его.
- Вас кто-то ждёт дома, мистер Ландау?
Ноа сглотнул, не удивляясь тому, как Ламия вновь изменила тон их общения. Его озадачил внезапный вопрос, прежде они не говорили о его жизни.
- Нет, - отмахнулся юноша, поправляя очки. – Я живу один.
Девушка склонила голову, с прищуром оглядывая сидящего перед ней парня. Мускулы на предплечья были напряжены, закатанные рукава рубашки позволяли детальнее рассмотреть его мышцы. Пару пуговиц от воротника расстегнуты, было видно, как Ноа нервничает, от сглатывания слюны дергался кадык. Аккуратная оправа очков, без единой царапины, отблескивала от света стоящих рядом свечей, подчеркивая строгость и органичность мистера Ландау в некогда научном кабинете кого-то из предков Ламии.
- Вам так подходит это место, - тихо произнесла она, не стесняясь разглядывая Ноа, подмечая каждую деталь. – Тот, кто здесь работал раньше, явно был учёным.
- Родители хотели, чтобы я стал врачом, - юноша удивился тому, как решился на неожиданное откровение. – Как мой отец. Но я отказался, пошёл своей дорогой.
- Вы не близки с семьей?
- Нет, мы не общаемся с того момента как я поступил в колледж.
Ламия заинтересовалась ещё больше, всем видом пытаясь обратить на себя внимания. Тонкая бретель обтягивающей майки как бы невзначай соскользнула вниз, девушка поджала ноги к груди, опустив на них подбородок. Ноа бегло оглядел её силуэт, на секунду остановил свой взгляд на глазах, что в мало освещённом пространстве ярко выделялись светлым пятном.
- Мне кажется, из вас бы вышел хороший врач. Ваше внимание к деталям меня поражает. Взгляд истинного хирурга.
- Это также может пригодиться в распутывании разных дел, Ламия, - интонация голоса Ноа немного изменилась, скрывая интригу. – Без подобного внимания к деталям не обходится ни один юрист.
- Так интересно разгадывать загадки, мистер Ландау?
- Не назвал бы это загадками. Скорее поиск потерянной нити, рушащей последовательность.
- В этих местах тяжело мыслить здраво, - Ламия пожала плечами, не сводя взгляда с Ноа. – Городок очень религиозен, и я не имею в виду вероисповедание.
- Я скептик, Ламия.
- Не сомневаюсь, - мягко улыбнулась девушка. – Хорошо, когда рациональность спасает и успокаивает.
Ландау кивнул сам себе, вставая с места, подойдя к небольшому календарю, висящему о стены с еле горящим камином. Он был актуальный, но весь исписанный какими-то метками, пару дней были обведены в кружок, а что-то, наоборот, зачеркнуто. Ноа нахмурился, найдя взглядом сегодняшнюю дату, что выделялась сильнее всех.
- Что это?
- А, это пометки Ника, - Ламия подошла ближе, слегка прижимаясь к парню со спины. – Сегодня у местных праздник, я отпустила его пораньше.
- Какой? Тут написано на ирландском.
- День летнего солнцестояния, - девушка прошептала эти слова практически в ухо, мигом вызывая лёгкую дрожь по телу. – Я не в курсе всех традиций, но сегодня особенно важно находиться на природе, или, скажем, в воде.
- Я ещё ни разу не видел, как ты выходишь из дома, - Ноа держал спокойный вид. – Нет желания приобщиться к местным?
- Праздновать можно по-разному, мистер Ландау.
Ламия продолжала шептать, мягко спускаясь губами по шее парня, ладонями скользя вдоль его груди. Ноа сжал зубы, стараясь не видать никакой реакции и элементарно не зная, как правильно поступить в этой ситуации. Когда губы девушки особенно крепко прошлись дорожкой влажных поцелуев вдоль сгиба плеча, парень не сдержался и издал лёгкий стон, а сама Ламия довольно улыбнулась, усиливая ласки и перемещаясь кончиками пальцев вдоль застегнутых пуговиц.
- Не профессионально смешивать рабочие отношения с личными, - на выдохе произнес Ноа, пытаясь отстранится. – Простите, Ламия, но я приехал сюда не за этим.
Девушка лишь сильнее улыбнулась, возвращая губы на шею, аккуратно покусывая кожу, она явно не собиралась сдаваться. Грудью уперлась в мужскую спину, ладонями прижимаясь ближе. Рука медленно проскользила вдоль рубашки, мягко опускаясь на чужое горло, заставив откинуть голову назад.
- Разве ради праздника нельзя сделать исключение?
Ноа нахмурился, чувствуя, как нежные прикосновения губ девушки пробегали по его шее. Он старался не показать реакции, не позволяя себе поддаться этому искушению. Шёпот Ламии эхом звучал в его ушах, заполняя комнату почти осязаемым напряжением. Сжимая зубы, он почувствовал, как не смог удержать стон, когда губы коснулись чувствительного места за ухом.
Сознание вновь помутнело, Ландау вновь боялся спутать реальность и плоды его тревожных снов. Он сдержанно выдохнул, разворачиваясь лицом к девушке, что не сводила с него взгляд. Хитрая искра блеснула в её глазах, словно приманивая, не давая отвести от себя внимание. Ламия потянулась к его лицу, приставая на носочки, но Ноа вовремя остановил её, прижимая большой палец к чужим губам.
Кажется, ещё секунда, рассудок вновь его предаст, и перед ним вновь будет обнаженное тело девушки, а с уголков губ будет стекать кровь, тёплыми линиями скользя по его пальцу. Но этого не произошло, вернее, совсем ничего не произошло, Ламия лишь хитро улыбнулась, мягко отстраняя его руку от себя.
- С днём летнего солнцестояния, мистер Ландау.
Девушка тихо покинула кабинет, на ходу поправляя упавшую ранее бретель. Как только дверь хлопнула, Ноа позволил себе глубоко вдохнуть и выдохнуть, опираясь ладонью на каменную стену. Языки пламени от горящего камина отражались на пыльных химических колбах и на паре стеклянных предметов, расположенных в кабинете, а, так же, в очках самого Ноа.
Он не в первый раз сталкивается с подобной ситуацией, но впервые настолько сильно растерялся, ведь ещё бы пару мгновений, и парень бы точно не смог устоять. Должно быть, он слишком давно был один, из-за чего ему сложнее не вестись на подобное поведение.
Мысленно выругавшись на самого себя, Ландау сел за стол, в попытках ещё немного поработать. Перед ним открывалась занимательная картина, которой не доставала ещё пару кусочков паззла, но сейчас все мысли были сбиты в кучу, мозг отказывался сконцентрироваться на работе, вновь и вновь возвращаясь к тому, что произошло несколько минут назад.
***
- Ты уверен, что хочешь пойти?
Каин кивнул, придирчиво оглядывая вещи, что лежали на его кровати. Их принесла Лэйн, что и сидела рядом, покачивая головой.
- Ян, конечно, на пару размеров больше тебя, но, надеюсь, что-то подойдёт.
К такому празднику следовало одеться особенно. Во-первых, вещей не должно быть жаль, так как они, скорее всего, опаляться, намокнут и запачкаются. Во-вторых, привычный стиль студента Оксфорда не подходил под тематику события. И, в-третьих, по поверьям старые боги обращают внимания лишь на тех, кто похож на их предков.
Не сказать, что Каин жаждал примкнуть к той культуре, которая оказалась ему родной. Он был готов делать всё, что угодно, только бы кошмары отпустили его и сознание хоть как-то пришло в норму, даже если для этого потребуется участвовать в местном праздновании.
Льняная рубашка песочного оттенка, лёгкие штаны из той же ткани, но темнее. Кажется, это вещи Яна с подростковых времен, шнуровка на воротнике разболталась, а резинка на брюках еле держалась на бедрах Каина, отчего пришлось их перевязать плотной бечевкой.
- Теперь я похож на крестьянина?
- Почти, тебе не хватает вил в руках и поношенной шляпы.
Каин тихо засмеялся, пока Лэйн полупрозрачными тенями подкрашивала ему брови, чтобы они хоть как-то были заметны на бледном лице. Неожиданно, но парню это достаточно сильно пошло – девушка закусила губу от усердия, пока сам Каин воспользовался возможностью разглядеть Лэйн.
На неё было тонкое платье из натуральной ткани цвета скошенной травы. На подоле какие-то узоры в виде цветов, кажется, это подсолнухи. Крепкая шнуровка на груди подчеркивала её, отчего невольно приходилось отвести взгляд. Толстые лямки завязаны на плечах, широкими бантами украшая их. Этот образ придавал ей и без того привычной естественности, но в этот раз девушка выглядела как настоящая ирландка. Густые светлые локоны рассыпались по плечам, доставая до поясницы, а на тонких стопах была совсем лёгкая обувь, похожая на деревенские пуанты оливкового цвета.
- У тебя ещё есть возможность передумать.
Каин дернул губой, отвлекаясь от осмотра одежды Лэйн. Он еле видимо покачал головой, выражая настрой пойти на празднование.
- Ты так меня предупреждаешь, словно там что-то опасное. Опять те двое стариков будут меня донимать?
- Они? Да, вполне, так что будь готов, - девушка приподняла уголки губ, повторно очерчивая тенями контур бровей. – Просто не рекомендую задерживаться. Сам знаешь настрой жителей. Мы даже Давида предупредили не выходить из дома, и, насколько знаю, Ламия то же самое сказала и вашей жертве солярия.
- Удивительно, что ты и мне никакого прозвища не придумала из-за внешности.
- Вообще-то придумала, наследничек.
Пара спустилась на первый этаж, где их встретили собранные Ник и Ян. На них была похожая одежда, что и на Каине, разве что отличалась оттенками, но всё же были схожи с цветами, которые встречаются в природе. Они вышли из поместья, тихо проходя вдоль узких улочек, подальше, к старым деревянным домам, что находились у опушки густого леса.
Прохладная трава приятно щекотала оголённые участки ног, и чем ближе они подходили к месту празднования, тем отчетливее могли разглядеть большое кострище, дым от которого скрывался в тёмном небе. Ян постоянно опускался к земле, срывая тонкие стебельки белых тысячелистников, одуванчиков и фиалковой неперстянки. И, к удивлению Каина, он передал букет не своей сестре, а Нику, отчего тот слегка смутился, но кивнул в знак благодарности, принимая его. Лэйн хитро ухмыльнулась, и блондин сделал то же в ответ, а сам Ник мягко перебирал стебли, пытаясь создать что-то наподобие венка.
Вокруг костра столпились множество жителей, кто-то из мужчин перетаскивали столы, а кто-то катил бочки с хмелем из паба семьи Лэйн и Яна. Даже сами их родители стояли неподалёку, обсуждая что-то с другими людьми, всё же, семейство Делани имело большую значимость в их городке.
- Ты проверил пиво?
- Да, ещё утром с Давидом попробовали каждый сорт. – Ян кивнул, оглядывая собравшихся людей.
- Вы просто пьёте, прыгаете через костёр, пляшите и поете песни?
- И отдаём честь старым богам, - кивнул Ник, заканчивая плетение из цветов. – Но, на самом деле, это лишь формальность, а по правде, это лишь праздник, который сплочает народ.
Жар от кострища распространялся по открытому пространству и теплом обволакивал тела, даже если стоять от него на несколько метров. Невысокая ярко-рыжая девушка стояла около него, звонко хлопая ладошкой по небольшому бубену, протяжно напевая мелодию, которую тут же подхватывали другие жители.
Каин напрягся, жалея о том, что ему нечем было покрыть голову, спрятав волосы. Лэйн мягко сжала его ладонь, подходя ближе, успокаивая. Белокурые здесь не слишком редки, волосы самой Лэйн светлые, но они, скорее, напоминали солнце или поле колосьев пшеницы. Каин мягко выдохнул, сжимая её ладонь в ответ, пытаясь улыбнуться – он не хотел жалеть о том, что пришёл сюда, а поддержка девушки ощущалась так ценно, что в ней хотелось раствориться полностью.
- Держи.
Ян обернулся, удивлённо захлопав ресницами. Ник протянул ему венок, плетение которого он только что закончил. Он неуверенно покачал головой, расстроившись, что Ник, похоже, по-иному растолковал его подарок.
- Тогда я сделаю тебе другой.
Ян мягко улыбнулся и сам Ник улыбнулся в ответ, проходя дальше, собирая полевые цветы. Лэйн отошла к брату, тот захотел проведать родителей, на что девушка кивнула, отдаляясь от Каина. Он с пониманием отпустил её, приближаясь к юноше, что создавал очередной венок.
- Научишь? – блондин закусил губу, глядя на то, как Ник ловко перебирает пальцы.
- Это не сложно, - он кивнул, указывая на поле. – Только сами цветы нужно подобрать по смыслу. Сорви тысячелистник и шпорник, они символизируют смелость и здоровье.
Каин молча делал то, что ему объяснили. Затем они подошли к небольшому лавандовому кусту, и блондин аккуратно подцепил небольшой стебель, укладывая соцветие к остальным. Лаванда обозначала счастье, и когда Каин об этом узнал, с ухмылкой сорвал ещё парочку.
Парни прогулялись вдоль домов у опушки, и Мэллори, пока никто не видит, осторожно надломил пару ветвей кустовых роз, отламывая мягкие шипы. Роза, конечно же, символизирует любовь, и особенно ярко выделяется в букете, так что Каин не пожалел и сломал ещё пару ветвей, чтобы букет получился по-настоящему выразительный.
- Это для Лэйн?
- А для кого же ещё.
- Может, для сестры. - с лёгкой улыбкой произнес Ник, пройдя вдоль поля.
- А, ну, да, думаю, ей тоже нужно собрать. – Каин неловко почесал затылок.
- В вашем саду будут куда ценные цветы, чем полевые, - с твёрдой уверенностью в голосе отчеканил Ник. – А что касается Лэйн...
Он осторожно опустился на колени и сорвал несколько жёлтых лютиков, что даже в полутьме светились так ярко, словно маленькие лучики солнца. В довесок к ним добавил несколько клеверов и вручил Каину собранное.
- Лютики символизируют нежность и скромность.
- А клевер, очевидно, удача?
Ник кивнул, хитро поклонившись. Праздник, оказывается, был уже в самом разгаре, когда они вернулись к костру – несколько молодых девушек задорно танцевали, вскидывая руки вверх, увидел Каин и мужчину с гитарой, которого встречал в прошлый раз, он перебирал струны, наигрывая что-то этническое. Около него взрослая женщина била в бубен, пока кто-то из толпы аккомпанировал ей ударами о небольшой узорчатый кельтскими символами барабан.
Каин стоял в отдалении, приковав взгляд к кострищу, треск от которого глушила музыка. Горячие искры разлетались по сторонам, причудливые тени танцовщиц падали на траву, придавая атмосфере таинственности.
- Это костёр девяти священных деревьев, – Ник встал рядом, не сводя взгляда с пламени. – Мы не успели застать, но перед этим Ян проводил вокруг него животных, это ритуал, что излечивает их от болезней.
- Разве сейчас какая-то эпидемия?
- Нет, это лишь очередная традиция.
Лэйн подошла костру, подкидывая небольшое полено. Она сглотнула, поклонившись перед ним, отошла в сторону, где её встретил Каин, достав из-за спины пышный, разноцветный и вкусно пахнущих букет полевых цветов.
Девушка охнула, приложив руку ко рту. Она пробежалась взглядом по каждому растению, хитро улыбнувшись, приняла его в свои руки. Каин смутился, но виду не подал, зато сама Лэйн тихо рассмеялась, поглаживая нежные лепестки.
- Ник помогал?
- Как ты узнала?
- Это свадебный букет, - девушка продолжала улыбаться. – Старая традиция, не знала, что о ней кто-то ещё помнит.
- Он много знает, - Каин неловко улыбнулся, скрывая смущение. – Нам бы самим с сестрой у него подучиться, может, хотя бы местные перестанут на нас коситься так, как на восьмое чудо света.
- Кстати, об этом, - мягко шепнула Лэйн, привставая на носочки. – Жители относятся к тебе спокойно, сам посмотри.
Парень обернулся, оглядывая людей. И правда, на Каина толком не обращали внимания. Должно быть хмель, звуки музыки, танцы и атмосфера праздника отвлекли их от причитаний над приезжими.
Лэйн вернулась к родителям, мягко сжимая в руках букет, пока юноша, оставшийся в одиночестве, тихо проходил вдоль толпы, рассматривая. Он чувствовал и вёл себя спокойно и непринуждённо, даже заговорив не на ирландском языке с парой человек, поддерживая фразы о том, что праздник проходит на славу. Кто-то даже вручил ему кружку с пенным пивом, стекающим вдоль ручки, а кто-то преподнёс ломоть ржаного хлеба и мягкого сыра с фермы семьи Делани.
Каин ощутил себя настоящим членом кельтской маленькой деревни, словно их город откатился на несколько десятков лет назад. Пусть и само место не отличалось особо развитой цивилизацией, к удивлению парня, он почувствовал себя на своём месте.
- Brе́ige.
Каин сразу же узнал слышимые ему ранее слова, тело охладило мурашками. Он обернулся и увидел перед собой ту самую одноглазую старуху, что в прошлый раз гналась за ним, раскидывая руками. Она не успела сделать и шаг в сторону, как парень отшатнулся. Ник, стоявший рядом, хотел бы вмешаться, но плечо Мэллори мягко обивала чужая женская рука.
- Níl. – женщина отрицательно покачала головой, Каину показалось, что она успокаивает его. – Níl brе́ige.
Старуха удивлённо замотала головой, но в её жестах не было той агрессии, которая встречалась в прошлый раз. Парень непонимающе смотрел то на одну, то на вторую женщину, пока она продолжала мягко оглаживала его плечо. Её яркие рыжие волосы напомнили Каину ту танцовщицу, возможно, это её мать.
- Leanbh naofa. Is leanbh naofa é.
Ник тактично отвёл Мэллори в сторону, мягко поклонившись на прощание. Блондин с недоумением оглядывался по сторонам, сглотнув, пытаясь унять лёгкую панику.
- Что это было? Что они говорили?
- Старуха назвала тебя подкидышем, - Ник пожал плечами, не удивляясь, словно это всего лишь детская легенда. – А мать Таты назвала тебя святым дитя, и та успокоилась.
- Святым? – Каин не сдержал нервный смешок. – Я святой?
- Думаю, из-за внешности, - мягко ответил Ник, поглядывая на кострище. – Ты похож на лебедя.
Парень лишь покачал головой, закатывая глаза, удивляясь причудам местных. Позже Ник объяснил, что лебеди это какие-то дети морского Бога, но Каин уже не вслушивался в это так сильно, чтобы ненароком не поверить в эти слова.
Празднование было в разгаре – пляски молодых девушек изменились, на смену плавным движениям пришли отрывистые, резкие. Музыка тоже поменяла свой ритм, нечастые удары о барабан вперемешку с протяжными напевами нескольких женских голосов. Хмель лился рекой, даже характер людей поменялся, послышались возня и громкие споры на ирландском языке, как и любое торжество, настроение может измениться в любой момент.
- Contúirteach! (опасность!) - взвизгнула одна из женщин, глядя на то, как заискрило кострище, когда она бросила в него тонкое полено. - Tá contúirt tagtha chugainn! (опасность пришла к нам!)
- Нам пора, - шепнул Ник, найдя Каина в толпе. – Уже конец.
- Разве?
- Идём, - кивнул он, утягивая блондина в сторону.
- А Лэйн? Я её не вижу!
Ник сжал зубы, возмущенно замотал головой. Протяжные вопли и улюлюканье провожало их вслед, а сам Каин не понимал, что происходит. Скорее всего, настала та часть праздника, в которой ему будет опасно находится.