шанс
Я отложила телефон в сторону, пытаясь понять, что ответить Владу.
И сама не заметила, как заснула, да еще и с мокрой головой.
Мне снилась Малышенко.
Мы снова были на выпуском — стояли на балконе и целовались, растворяясь друг в друге без остатка.
А потом пол под нашими ногами стал рушиться. Вита успела отскочить, а вот я стала падать в бездну. Но в последний момент она схватила меня за руку и удерживала изо всех сил.
Наверное, я бы спаслась, если бы не голос мамы:
— Викуш, вставай! Ты же проспала!
Я вскочила, словно чумная.
— Как проспала? — хрипло спросила я и схватила телефон: он, оказывается, сел, поэтому и не звонил.
— Я думала, ты давно встала, — посетовала мама, — красишься, волосы распрямляешь. А ты спишь. Ну-ка, давай поднимайся, тебе через десять минут выходить уже!
Меня просто снесло с кровати.
Первой парой снова поставили языкознание, а препод, как назло, отмечала всех присутствующих, пообещав, что на экзамене пропуски будут сурово караться. Да и опаздывать я ненавидела, потому и носилась по дому со скоростью ракеты, сшибая все углы.
Папа, как назло, уехал раньше обычного, и я поняла, что придется заказывать такси, чтобы успеть.
С такси, однако, все оказалось не так уж и просто. Как это часто бывает утром в час пик, все машины оказались заняты. То и дело обновляя приложение такси, я на всех парах выбежала из дома.
Сегодня я не накрасилась, волосы собрала в тугой пучок, а вместо новенького платья надела джинсы и футболку.
Вид, наверное, у меня был дикий.
Я застыла около подъезда, уже в который раз пытаясь вызвать другое такси, но тщетно. Заказов в это жаркое утро было много. Слишком много, чтобы один из них оказался моим.
А тут еще и Влад активизировался.
«Доброе утро, солнце! — писал он. — Ты не ответила вчера».
От солнца стало слегка не по себе. Хотя... так ведь многие парни и девушки друг к другу обращаются? Это романтично и мило.
«Прости, я заснула».
«Кажется, ты первая девушка, которая засыпает в тот момент, когда я зову ее на свидание», - ответил Влад. «Приятно хоть в чем-то быть первой», — настрочила я спешно.
Где такси?!
«Тогда сегодня после четвертой пары встречаемся в холле. Я отведу тебя в одно место. Уже забронировал столик».
«Хорошо», — не подумав, автоматически написала я.
И только потом задумалась — о чем
Влад говорит?
«Какое место?» — путая буквы местами, написала я.
«Сюрприз, Вика».
Сюрприз так сюрприз.
Отвечать Владу я больше не стала — вновь полезла в приложение такси. Однако машину так и не назначили! Я просто катастрофически опаздывала.
Помощь пришла с неожиданной стороны.
Из подъезда вдруг вышла Малышенко. То ли она вышла беззвучно, то ли я была слишком поглощена ненавистью к службе такси, но я не услышала этого и, раздраженно махнув рукой, попала ей по плечу.
— И тебе доброе утро, — укоризненно сказала она. Но зеленые глаза ее при этом были веселыми.
Я мигом забыла, что опаздываю, и уставилась на Виолетту.
Стало как-то неловко.
— Привет, — хрипло ответила я, отметив, что она, как и я, одета в синие джинсы и простую белую футболку, а еще в кеды.
— Кого ждешь? — полюбопытствовала она ровным тоном, будто вчера между нами ничего не было.
— Такси, — призналась я.
— В универ?
Я кивнула.
— Зачем просто так тратить деньги? Поехали вместе.
— С тобой? — с каким-то священным ужасом спросила я.
— Со мной, — подтвердила Вита. — Тебе не нравится моя компания?
Я вспомнила в красках, как она обнимала меня вчера.
И что в этих объятиях было больше чувств, чем в поцелуе с Владом.
— Поехали!
Зачем мне упускать такой шанс?
Да и... интересно. Интересно снова побыть с этим человеком наедине.
— Отлично. — Клоунша явно обрадовалась. — Сядешь где?
— Впереди! — Я решительно уселась на переднее место и вдруг подумала, что было бы круто, если бы Виолетта пристегнула мой ремень, как Влад.
Я просто хотела ее прикосновений.
Однако Малышенко делать этого не стала. Она завела авто и косо на меня глянула.
— Я за тебя штраф платить не хочу.
Пристегнись!
Машина плавно выехала из двора. Водила Виолетта аккуратно, но уверенно, и я почему-то точно знала, что ей это нравится — скорость, драйв, а еще — ощущение контроля над ними.
Пока я украдкой осматривала салон, к слову сказать, чистый и пахнувший яблочным ароматизатором, Вита включила радио, и из колонок полилась приятная бодрая мелодия.
Мы мягко ехали по дороге, и мне вдруг показалось необычайно привлекательным то, как Малышенко держит руль — одной рукой, мягко, но все с той же самой присущей ей уверенностью.
Когда мы останавливались на светофорах или стояли в заторах, она клала руку сверху — запястьем на руль — и расслабляла кисть.
— У меня что-то не так с рукой? — в какой-то момент спросила Малышенко, перехватив мой взгляд.
О да, я хочу схватить ее и прижать к щеке.
Но вместо этого я ответила, делая вид, что рассматриваю тату с гордой львиной мордой:
— Просто думаю, больно ли делать татуировки.
— Терпимо, — ответила Виолетта.
— Зачем ты ее сделала? — Я вдруг не смогла совладать с собой и дотронулась до ее предплечья.
От такого простого прикосновения сразу же захотелось улыбаться.
— Как напоминание, что все смогу, — призналась Малышенко.
— Лев — царь зверей. Хочешь быть царем? — усмехнулась я. — Может быть, тебе сразу в политику? Или ты хочешь построить свое государство?
— Я хочу добиться всех поставленных целей, — четко ответила Виолетта. — Лев — символ смелости.
— А ты трусиха? — удивилась я.
— Как знать. Ты вообще привыкла видеть меня в роли агрессивного животного. — Она усмехнулась.
И вдруг резко перевела тему:
— А я ждала тебя сегодня на балконе.
— Зачем? — не поняла я.
Вместо ответа Виолетта двумя пальцами взялась за футболку и слегка оттянула ткань.
Я поняла, на что она намекает. Грудь.
— Так понравилось? — сердито спросила я. — Может быть, еще раз показать?
— Я сама увижу.
— В смысле?!
— В прямом. Пойдем на свидание? — вдруг сказал будничным тоном Малышенко.
Я закашлялась.
— Опять шуточки?
— Нет. Сегодня. После пар. У тебя сколько? У меня три.
— А у меня четыре, и я... — попыталась сказать я о том, что Влад назначил мне свидание.
— Тогда идем после четвертой. Я подожду, — решила Малышенко.
— Как великодушно! Но я договорилась с Владом и...
Она снова меня перебила — не словами, а красноречивым взглядом, полным не злости, а какой-то сердитой обиды. И я сама замолчала.
— Он меня бесит, — процедила сквозь зубы Малышенко.
— Чем же? Тем, что я ему нравлюсь?
— Тем, что он явно разводит тебя на что-то, — ответила Клоунша. — Но и это тоже.
— Хватит!
— Что хватит?
— Хватит делать вид, что между нами ничего не было вчера, — сердито сказала я.
Черт, она мастерша доводить меня до эмоций. Гуру моей ненависти.
— А что было вчера? — ухмыльнулась Малышенко.
— Ты сказала, что запала на меня.
Малышенко посмотрела мне в глаза.
— И что? — спокойно спросила она.
— Зачем ты мне это сказала?
— Потому что больше не могла держать в себе, — просто ответила Вита.
— То есть ты не шутишь?
Она покачала головой, глядя на дорогу и обгоняя какую-то другую машину.
А я звонко рассмеялась.
— Я же сказала, что не шучу, а ты смеешься, — заметила Малышенко.
— У тебя лихорадка? — хмыкнула я.
— У меня — ты.
— И что?!
— Ты ставишь меня в неловкое положение, — объявила Клоунша. — С одной стороны, я сказала тебе, что не хочу выглядеть в твоих глазах наглой засранкой, которая не дает тебе встречаться с мажориком. С другой —меня бесит, что ты с ним куда-то пойдешь и он вновь вопьется тебе в губы так, будто мечтает высосать из тебя все внутренности. И я опять не знаю, что делать.
— Лаять, — из вредности заявила я. — Это у тебя хорошо получается.
— Значит, ты идешь с ним? — с каким-то странным спокойствием уточнила Малышенко.
И я снова из чувства противоречия ответила:
— С ним. Вообще-то, я договорилась уже, — добавила я спешно, видя, как Виолетта хмурится.
И сама же себя обругала за выбор. Дура ведь? Дура.
Но как я могу сказать Владу:
«Знаешь, мне больше хочется пойти с Виолеттой. Пока-пока»?
— Вот оно что. Договорились. Нехорошо нарушать договор, — заметила Малышенко.
Какое-то время мы обе ехали молча.
Она тихо злилась и сжимала руль сильнее. А я вообще перестала понимать, что происходит.
В какой-то момент я попыталась вновь завязать разговор, но вышло как-то коряво.
— О, классная кофейня, может, кофе купим? — спросила я.
Поесть утром, разумеется, не удалось — не то что выпить любимый кофе.
— Не купим, — отозвалась Вита.
— Почему? Мы с Владом покупали.
Ее взгляд обжег меня.
— Какие молодцы. Но останавливаться здесь, чтобы еще больше застрять в пробке, я не собираюсь. Тогда мы точно опоздаем. — И в салоне автомобиля снова воцарилось молчание.
Уже около универа, когда мы припарковались, Виолетта вдруг тихо сказала:
— Хорошо.
— Что хорошего? — спросила удивленно я, застыв на месте.
— Иди с ним. А потом пойдешь со мной, — решила она. — Конечно, я бы могла надрать ему задницу, и ваше свидание отменилось бы автоматически. Но я помню, насколько важно тебе всегда было держать слово. Иди с ним, Вика. — И Виолетта мне улыбнулась.
И в ее улыбке пряталась такая нежность, что я, кажется, пропустила удар сердца.
— Ты серьезно? — спросила я осторожно, снова осознавая, как сильно манят ее губы.
— Совершенно, — подтвердила она.
— Давай еще раз: мы поссорились на выпускном, не общались три года, а теперь ты говоришь, что запала на меня, и зовешь на свидание? — уточнила я, в глубине души боясь услышать, что это новая шутка.
— Верно, — глядя мне в глаза, сказала Виолетта.
— Не понимаю, — честно ответила я, сцепив на коленях руки и не сразу поняв это. — Я тебя совершенно не понимаю, Малышенко.
— Я же сказала: я сама себя не понимаю, — ответила она с некоторой запинкой. — Но я много думала. И кое-что я поняла точно: хочу показать тебе настоящую себя. Чтобы ты думала обо мне не только как о тупой горилле, которая живет инстинктами. И хочу доказать себе, что смогу.
— Что сможешь? — прошептала я.
А она коснулась своего льва на предплечье и подмигнула мне, а после первой покинула салон машины.
Сможет... быть смелой?
Не понимая, что происходит между нами, но почему-то улыбаясь уголками губ, я вышла из автомобиля следом за ней.
Происходило что-то странное, слишком личное и... волшебное.
Что-то, что заставляло меня верить в чудо.
Наверное, именно в тот момент я поняла, что чудо случается.
Просто мы не всегда понимаем, что оно случается именно с нами.
Правда, это ощущение почти сразу пропало, лопнуло — как мыльный пузырь.
Мне казалось, что после таких слов Виолетка пойдет к зданию университета со мной, однако она куда-то пропала.
И по дороге, залитой солнцем, я гордо шагала одна, ругая эту идиотку на чем свет стоит. И даже в общий чат написала, что Малышенко — дура и ужасно раздражает.