искры танца
Месяцы летели, словно во сне.
Мне казалось, будто кто-то отрывал с настенного календаря тонкие страницы и кидал в небо.
Один за другим дни поднимались в синюю высь, мчались наперегонки, и я мчалась вместе с ними, кружась в вихре подготовки к экзаменам.
Из запоминающихся событий было лишь одно.
Я репетировала танец прямо в школе — в маленьком спортивном зале, в котором обычно у нас проводились занятия по хореографии.
Это была не моя инициатива — танцевать меня уговорила классная.
Дело в том, что ежегодно в нашей школе проходило мероприятие, в котором участвовали все девятые, десятые и одиннадцатые классы.
И называлось оно незамысловато — «Лучший класс».
В других школах выбирали короля и королеву, а вот у нас — «Лучший класс». И в апреле проходила так называемая «творческая презентация».
Наш класс решил презентовать групповой танец.
Меня, а также еще нескольких девочек попросили придумать что-то оригинальное и яркое.
Вот мы и придумывали.
Насмотрелись видео с танцевальными коллективами, не без помощи нашего школьного хореографа придумали танец и разучивали.
Поскольку у меня была довольно большая нагрузка, хореограф разрешила мне приходить в маленький спортзал в любое время после уроков, чем я и пользовалась.
В тот день я репетировала, почти уже на автомате отрабатывая движения, и совершенно неожиданно заметила, что на меня кто-то смотрит.
Я резко повернулась и... увидела Малышенко.
— Что? — выключив музыку, хмуро спросила я, пытаясь выровнять сбитое дыхание.
Опять стало ужасно неловко из-за того, что она видит, как я танцую.
— Красиво, — задумчиво сообщила Вита.
— Правда? — озадачилась я. — Спасибо!
— Твой скилл в танцах повысился с той дискотеки, — весело сказала она.
Ее опять потянуло на воспоминания?
— Сильно? — поинтересовалась я.
— Ты больше не похожа на раскачивающуюся доску и... — Виолетта замолчала, почему-то уставившись мне куда-то ниже шеи. — Черт, Пипетка, я не в этом плане!
— Не всем быть столь одаренными, как твоя очередная подружка. — Я скрестила руки на груди, будто прячась.
— Серьезно, я имела в виду то, что ты больше не деревянная, — почему-то стала оправдываться она.
— Какой сомнительный комплимент!
— Да у тебя там все хорошо, не парься. Мне нравится.
— Что-о-о?! — выдохнула я и, забывшись, как в детстве, ткнула ее кулаком в плечо.
И тут же опустила руку.
Мы больше не дети.
Я не должна этого забывать.
Однако желание снова дотронуться до нее никуда не пропало — только усилилось.
Виолетта была слишком близко.
Преступно близко.
— Значит, я была деревянной, а ты танцевала хорошо? — спросила я у нее.
— Что-то вроде этого, — кивнула она.
— Вот как. Я приглашаю тебя. — Я улыбнулась.
— Куда? На казнь? — полюбопытствовала она.
— На танец.
— Это почти одно и то же.
— И посмотрим, танцуешь ли ты хорошо до сих пор. — И теперь уже я протянула ей правую руку.
— А музыка?
— Запевай.
— Тогда обойдемся без нее.
Она взяла мои пальцы в свои.
Всего лишь одно касание — и знакомая дрожь пробежала по коже, растаяв и оставив после себя легкое волнение.
Моя ладонь оказалась на ее плече, ее — на моей талии.
Я думала, что поведу сама, но она не позволила мне этого сделать — вела сама. Аккуратно, неспешно, уверенно. При этом глядя мне в глаза.
Медленные и плавные движения дарили чувство невесомости.
И мне казалось, что я лечу.
И Даня летит вместе со мной.
Вокруг нас — целая Вселенная.
— Ну? Я не так уж плоха? — спросила меня она.
Ее голос был негромким и чуточку хриплым. А еще я поймала себя на мысли, что ее руки очень сильные — под кожей перекатываются мышцы, хотя она и не выглядела качком.
— Надо признать, что да. — Я следовала за ней с удивлением и тщательно скрываемым удовольствием.
И поверить не могла, что вот так свободно касаюсь Виолетты.
Моя злость и обида куда-то делись, словно испарились.
Мысли превратились в облака.
Осталась лишь странная мятная легкость.
И сбившееся непонятно почему дыхание.
И участившееся сердцебиение.
Кажется, даже ресницы мои дрожали.
— Ты выросла, — вдруг сказала Вита.
— На пару сантиметров, — пошутила я.
Шутки стали моим щитом, который скрывал неловкость и страх показаться глупой.
— А, нет, показалось, — улыбнулась она и склонилась ко мне чуть ниже.
Не знаю, что произошло бы, но нам помешали.
— А что это вы тут делаете? — раздался вдруг громкий возглас.
Мы остановились — напротив стояла препод по хореографии и внимательно на нас смотрела.
Наш танец закончился.
Быстро и неожиданно.
Виолетта отпустила меня, и с неба я снова свалилась на грешную землю.
— Репетируем, — отозвалась я несколько смущенно.
Вита тоже кивнула на всякий случай.
— Вижу-вижу, — усмехнулась препод. — Неплохо получается. Слушай, а я тут искала партнера для вальса на выпускном. Малышенко — так ведь твоя фамилия? — теперь ты в деле. Приходи завтра в три. Будем репетировать. И ты, Виктория, приходи.
Я подумала, что Малышенко пошлет ее, но она вдруг согласилась.
На следующий день мы обе пришли на репетицию, однако нас поставили в разные пары.
А еще в этот день ко мне приехал Виктор. Он ждал меня на машине около школы.
Едва я сбежала с крыльца, он подошел вальяжно и сказал, что хочет меня куда-нибудь позвать.
У меня чуть волосы дыбом не встали — в это же время из школы вышла и Малышенко. Она тяжелым взглядом окинула Виктора и быстро ушла.
— Тебе что надо?! — рассерженно спросила я у актера.
— Ты мне понравилась, решил с тобой пообщаться, — улыбнулся он.
— А ты мне нет, извини, — ответила я и хотела было уйти, но тут услышала вопль Громкоговорителя, обернулась и снова увидела Юлю, обнимающую Малышенко. — Хотя довези-ка меня до дома! — решила я, разозлившись.
Раз у Виолетты есть эта его Юля, то пусть она думает, что у меня есть Виктор.
Она видела, что я села в его машину. Но не видела, что я вышла из нее, стоило нам завернуть за угол. Настроение было отвратительным.
Тот танец все-таки был глупостью.
И никакого полета...