Глава 39
Эмма Уилс
Вечер тянулся бесконечно. Я улыбалась, кивала, делала вид, что мне всё равно на десятки взглядов, впившихся в нас после того поцелуя но внутри всё кипело.
Лиам держался так, будто ничего не произошло. Его холодность резала сильнее ножа. Я знала что это маска. Знала, что он боится показать лишнее, особенно перед своими людьми но это всё равно больно.
Когда он произнёс своё
- Godetevi la serata, я едва не рассмеялась сквозь злость. Он будто отгородился от меня этим льдом. Но я же видела его руки дрожали, пусть на долю секунды.
Я чувствовала на себе взгляды. Зависть, восхищение, недоумение. Для всех я теперь была женщиной Лиама Касано и только я знала, что всё это игра. И одновременно... больше, чем игра.
Когда мы сели в машину после вечера, тишина давила. Он смотрел вперёд, ни разу не повернув головы. А я смотрела на него и думала
- Сколько ещё я смогу выдержать эту войну? И хочу ли я её заканчивать...
Я не выдержала и сорвалась
- Ты всегда будешь так делать? - спросила я тихо.
- Играть холодного перед всеми, а потом...
Он резко повернул голову, его глаза сверкнули.
- А что ты ожидала, Эмма? Что я забуду? Что поцелуй перечеркнёт всё остальное?
Я сглотнула, но не отвела взгляда.
- Может, хотя бы на секунду...
- Нет, - перебил он жёстко.
- Одного я точно не забуду. Твой брат, Оливер. Он пытался убить меня и я не пощажу его. Даже после того, что произошло между нами.
Я на секунды замолчала, но почему то к Оливеру я чувствовала теперь только отвращение и злость. Я повернулась к Лиаму и...
- А что если мне плевать на него? - выпалила я, не в силах больше держать в себе.
- Что если я выбираю тебя... ты всё ещё будешь держаться подальше от меня?
В салоне стало ещё тише, только звук мотора под нами и моё собственное дыхание, которое вдруг казалось слишком громким. Лиам повернул ко мне лицо медленно, будто взвешивая каждое слово. В его взгляде читалась смесь удивления и чего-то, что я уже начала бояться называть... интерес.
- Ты серьёзно? - его голос был тихим, но в нём прозвучала жесткость, которую я знала с детства.
- Ты понимаешь, о чём говоришь?
- Понимаю, - ответила я.
- Я знаю, что он сделал, я знаю, что ты думаешь о нём. Но это мой выбор и я выбираю тебя.
Он замолчал. Его лицо было каменным, но в учтах играла тень, которую я раньше видела лишь в его самых редких срывках... колебание. Он будто искал лазейку, оправдание, предлог, который мог бы освободить его и от меня, и от того, кем он должен быть.
- Если ты выбираешь меня, - сказал он наконец,
- Ты выбираешь и то, что со мной связано. Это не только я, Эмма. Это мой мир, мои правила, мои враги.
Я чувствовала, как по спине прошёл холод, но голос мой не дрогнул
- Я знаю. И всё равно выбираю... тебя Лиам
Он молча посмотрел на меня ещё секунду, потом отшатнулся так, будто от горячего прикосновения. В его глазах мелькнуло то, что я не умела прочесть. Предупреждение или просьба... теперь они были неразличимы.
- Ты не понимаешь, - прошептал он, почти внутренне.
- Если ты со мной ты не просто рядом. Ты становишься целью и я не позволю, чтобы ты платилa за мою войну.
Его слова были ровными, но в них дрогнул рожок боли. И впервые за весь этот путь мне показалось, что он не только угрожает он пытается защитить.
Я сжала кулаки в кармане платья и, не отводя взгляда, сказала тихо
- Тогда защищай.
Я едва успела выдохнуть всего одно слово, а между нами что-то взорвалось.
Он смотрел на меня так, будто пытался решить, пустить ли меня дальше или затолкнуть обратно в ту холодную клетку, от которой я бежала.
Вдруг он резко свернул. Машина притормозила так, что я чуть не ударилась о приборную панель... окна отразили мимолётный всполох фар. Я не успела ничего понять, как он резко открыл дверь, выхватил меня из сиденья и потянул за собой на дорогу прямо на асфальт под звёздным небом.
Холодный ночной воздух резанул по коже, но это было ничто по сравнению с тем, что случилось. Он поймал меня за талию, и его губы накрыли мои так жадно, что внутри всё вспыхнуло и от желания, и от боли. Поцелуй был острым, как укол. Он держал меня крепко, так, что дыхание перехватило, так, что на губах осталась едва заметная синяковатая боль.
Я почувствовала боль но не оттолкнулась. Я не могла, ведь я уже выбрала.
Он оторвался на мгновение, тяжело дыша, глаза полны смеси гнева и чего-то глубже. Его голос был почти рыком
- Ты сама выбрала меня, но я не могу подпустить тебя к себе. Я не могу довериться.
Слова прозвучали как приговор и как правда. Он хотел отстраниться, вернуться к роли хозяина, сесть в машину и снова закрыть нас обоих за стеной его правил.
Я не дала ему уйти. В одно мгновение я оказалась перед ним, схватила за пиджак, так, что пальцы впились в ткань. Мой голос был тихим, но твердым, как железный клинок:
- Хочешь доверять мне или нет это твоё решение. Но мое решение быть рядом с тобой каждую минуту и каждую секунду.
Он смотрел на меня и в нём боролись тысяча причин отпустить и одна неотвратимая чтобы остаться. Я чувствовала, как его руки дрожат, как он сжимает кулаки, чтобы не ответить навстречу.
И затем, без слов, мы снова соединились. Поцелуй был требовательным, страстным, таким же жадным, как тот, что был первым... но теперь в нём было ещё и признание, и вызов. Я отвечала ему с той же силой, потому что выбора больше не было. Я уже стояла на стороне, где он и не собиралась отступать.
Когда наконец мы отстранились, он держал меня за талию, и в его взгляде мелькнуло что-то почти человеческое. Не холодный расчёт, а страх и страх за меня. Ночь вокруг казалась чужой, но между нами возник новый, хрупкий договор. Я рядом, и он уже не может просто притворяться, что это ничего не значит.
Он всё ещё держал меня, дыхание его было тяжёлым, словно он боролся с самим собой. Его пальцы впивались в мою талию, но я чувствовала он не отпускает не потому, что хочет удержать, а потому что боится потерять.
- Ты понятия не имеешь, во что ввязываешься, - выдохнул он, глядя прямо в мои глаза.
- Может быть, - ответила я, не дрогнув, - Но я знаю, во что ввязываюсь, если оставлю тебя одного.
Его губы дрогнули, будто он хотел усмехнуться, но вместо этого он сжал челюсть, и в глазах снова вспыхнула та тьма, что всегда скрывалась под его маской.
Вдруг фары проехавшей мимо машины вырвали нас из этого мгновения. Лиам резко обернулся, будто вспомнил, где мы. Его рука соскользнула с моей талии, и он рвано вздохнул, будто возвращал себе контроль.
- В машину, - сказал он коротко, но голос его уже не звучал так уверенно, как всегда... в нём был оттенок срыва.
Я подчинилась, но не потому, что он приказал. Я знала он сам едва держится. Когда он захлопнул дверь за мной и сел рядом, в салоне снова воцарилась тишина, но она уже была другой.
Тишина не чужих людей. Тишина двух, кто только что сорвал друг с друга маски.
Он повёл машину дальше, но его руки на руле были напряжены, а взгляд вперёд. Слишком прямой, будто только так он мог не сорваться снова.
Я сидела рядом и впервые чувствовала, что трещина в его броне уже необратима.
Мы ехали молча. Фары резали темноту, мотор гудел ровно, но воздух в машине был слишком густым, слишком горячим от того, что случилось на дороге.
Я смотрела на его руки, сжатые на руле так, будто он мог раздавить металл. Вены проступали, пальцы были напряжены, как струны. Он не смотрел на меня, но я чувствовала он всё ещё держит внутри ту бурю, которую мы оба не смогли остановить.
Моё сердце колотилось в груди. Я боролась с собой стоит ли? Остановит ли он меня, если я сделаю шаг? Но я уже знала... я выбрала.
Медленно, почти нерешительно, я потянулась к его руке. Мои пальцы коснулись его ладони. Он дёрнулся едва заметно, но я почувствовала. Он мог отдёрнуть руку, мог снова оттолкнуть меня холодом. Но не сделал этого.
Мои пальцы крепко обвили его ладонь, и я чуть сжала её, будто боялась, что он всё же вырвется. Он молчал, взгляд был устремлён только на дорогу.
Я наклонилась чуть ближе, позволив голосу зазвучать мягко, но дерзко, словно я дразнила его
- Я не отпущу твою руку. Хочешь этого или нет.
Я видела, как челюсть Лиама напряглась. Он не обернулся, не подарил мне взгляда, но его голос разрезал воздух, низкий и сухой
- Ты приказываешь?
Я усмехнулась, не убирая пальцев.
- Нет. Это моё решение.
Он крепче сжал мою ладонь, будто сам не заметил этого, и снова уставился вперёд, будто только дорога могла удержать его от нового взрыва.
А я улыбнулась про себя впервые за долгое время.
Я не отпускала его руку. Пальцы Лиама были тёплыми, сильными, и я словно боялась, что если разожму ладонь хоть на секунду он снова станет холодным и недосягаемым. Сердце бешенно колотилось, но я решилась спросить
- Если я сделаю что-то... ты оттолкнёшь меня или примешь?
Он чуть заметно сжал мою ладонь, но даже не посмотрел на меня. Его голос был низким, хриплым
- Ты играешь с огнём, Эмма. За это можно дорого заплатить.
Я не стала слушать его угрозу. Просто медленно склонилась к нему ближе и положила голову на его плечо. Его запах окутал меня, и я закрыла глаза, чувствуя, как сердце бьётся быстрее. Я опустила взгляд на наши переплетённые пальцы и улыбнулась сама себе.
- Знаешь, Лиам... каждый миг, проведённый с тобой, для меня как наслаждение, - прошептала я и коснулась губами его руки.
Он резко вдохнул, его плечи напряглись.
- Эмма, - сказал он глухо.
- Ты и в правду играешь огнем, ты можешь заплатишь за это
Я не удержалась и тихо рассмеялась.
- Пусть, - ответила я.
- Главное, что рядом ты.
Наконец он повернул голову, и наши взгляды встретились. Его глаза были как шторм. Тёмные, опасные, но я видела, как он борется сам с собой и всё равно его рука притянула меня ближе, почти к себе на грудь.
- Ты даже не представляешь, во что ввязываешься, прошептал он, его голос звучал угрожающе, но в нём дрожала какая-то иная, живая сила.
- Зато я знаю, ради кого, - ответила я, не отводя глаз.
И прежде чем я успела осознать, его губы коснулись моих. Это был поцелуй совсем не похожий на прошлые. Он не ломал меня, не заставлял подчиняться, он будто жадно крал моё дыхание, даря взамен своё. Я утонула в нём, забыв обо всём, кроме одного... я рядом с ним, и другого мне не нужно.