Потерянное дитя Тьмы

- Стоит позвать Ролана, – тихо говорит Лассен, забирая блокнот из моих ослабленных рук.

– Я схо...

– Нет, я сама, – прерываю я Демьяна, нехотя убирая его руки с моих плеч и разворачиваясь ко входу, направляясь в комнату брата.

По пути я успокаиваюсь и стараюсь не думать о матери, что получается с большим трудом. Я захожу в его комнату без стука, из-за чего успеваю пожалеть тысячу раз.

В эту ночь он не запер дверь в ванную.

В эту ночь я не заметила этого.

В эту ночь мой баланс разрушился окончательно.

Я толкаю дверь, как торнадо, и резко застываю на пороге: он обнажен по пояс и стоит спиной ко мне. Я вижу то, что он, несомненно, никому никогда не показывал и, конечно, хотел бы скрывать и дальше.

Вся его спина – от корней волос до изгиба поясницы – истерзана. Шрамы оплетают измученные мускулы, страшно пересекаются на каждом квадратном сантиметре кожи. Несколько зеленоватых синяков застыли на его плечах. Старая вздувшаяся рана протянулась вертикально от плеча до левого бедра, повторяя изгиб его торса, всего исполосованного белым и красным. Другие раны меньше и перетекают из молочно-белого в фиолетовый – обыкновенный цвет ещё свежих рубцов, испещрявших кожу, кромсающих тело моего брата.

На глаза наворачиваются слёзы, и они начинают скатываться по моим щекам. Я смаргиваю их и делаю шаг назад, но пол предательски скрипит. Ролан замирает с рубашкой в руках и оборачивается. По моей реакции он сразу понимает, что я увидела, и безмолвно открывает рот, но не находит что сказать. Брат быстро накидывает рубашку и делает шаги в мою сторону, пока я стою на месте, не в силах пошевелится.

– Сестрёнка, прошу, выслушай меня, – я всхлипываю, поднимая веки, но не даю ему ничего сказать:

– Почему? Почему, Ролан? Почему ты ничего не говорил? Я ведь... – я с ужасом вспоминаю, сколько раз запрыгивала на спину Ролана, чтобы покататься на брате, как в детстве, но он ни разу не протестовал, хотя с такими шрамами и синяками, я уверена, это было невыносимо больно.

Теперь мне понятны телодвижения Дария и Лассена в его сторону, когда Ролан ловил меня на спине. Они знали, волновались за него и пытались подстраховать.

– Тебе ведь было больно, когда ты носил меня на спине. Зачем ты это делал? Откуда эти ужасные шрамы, Ролан? Кто с тобой это сделал?

Ролан выдыхает, начиная говорить:

– Ты знаешь, что существа однажды меня чуть не убили. Старые шрамы это их рук дело...

– А новые? – снова перебиваю я. Ролан отводит взгляд, нехотя отвечая:

– Результат твоей неудачной попытки в детстве использовать магию, – я задерживаю дыхание.

– Что? – глупо переспрашиваю я. – Это ведь было так давно, почему шрамы до сих пор новые?

– Думаю, это, как выяснилось, из-за Кассандры, которая всё это время подпитывала тебя магией. И, соответственно, тех, кто стал жертвой магии, тоже.

– Это я сделала с тобой... – шепчу я, снова ощущая, как щиплет глаза от слез. Ролан спешно обхватывает моё лицо ладонями, заставляя посмотреть на себя. Он нежно улыбается:

– Что ты такое говоришь, сестра? Ты не можешь навредить мне. Пойми, милая, ты не Кассандра. Ты отдельный человек со своими чувствами, эмоциями и страхами.

Ролан обнимает меня, гладя по волосам, и я машинально хочу положить руки на его спину, обняв за торс, но осекаюсь и кладу их на плечи.

– Что-то случилось? – спрашивает Ролан. – Обычно ты не приходишь так поздно, – я заглядываю ему в глаза и отвечаю:

– Я нашла дневник нашей матери.

Ролан замирает, так и не опустив руку до конца, которой проводил по моим волосам.

– Она знала о том, что на нас нападут. Знала, но ничего не могла сделать, даже кому-то рассказать и попросить о помощи, – голова вдруг начинает идти кругом, и я прикрываю глаза, оступаясь. Ролан крепко обхватывает меня за талию, удерживая на месте в вертикальном положении.

– Ты устала, – говорит он очевидное, на что я мотаю головой, пытаясь отрицать это. – Глупышка, пойдём, я отведу тебя в комнату, – я протестую, не двигаясь с места, когда брат хочет повести меня за собой. – Мы разберёмся с дневником завтра, когда ты отдохнешь и выспишься, стойкий солдатик, – говорит Ролан, называя меня старым детским прозвищем, из-за чего на моём лице появляется улыбка. – Не заставляй меня будить Анортада, чтобы и он тебе лекции читал, – он обхватывает меня за плечи и ведёт по коридору в сторону моей комнаты, пока я говорю о том, что братья и Лассен будут ждать его в зале переговоров.

Ролан не уходит даже когда мы доходим до моей комнаты. Он ведёт меня вплотную до кровати, укладывает на неё и укрывает одеялом, целуя в лоб, как делал в детстве, когда приезжал домой из академии. Глаза сами по себе закрываются от усталости, но я до последнего чувствую руку брата на себе, пока не проваливаюсь в сон.

– Почему королева не могла написать, что скрывает Фергус? – недоумевает Лассен, в сотый раз перечитывая записи, когда мы все собираемся в зале переговоров на следующий день после завтрака.

Никасия не отходит от меня, постоянно находясь рядом, боясь и прекрасно зная, что я могу надумать себе много лишнего после вчерашних новостей. Она волнуется за меня, но я, попытавшись обратить это всё в шутку, приказала ей не переживать, так как это вредно для ребёнка, иначе её прекрасные длинные волосы одной ночью чудным образом обратятся в короткие.

Демьян прочитал записи нашей матери вслух, чтобы Лука тоже знал о них, а затем последовало обсуждение, что такого скрывает Фергус, из-за чего смог пойти на убийство королевы и нашей матери.

– Нужно найти что-то ещё, чтобы у Фергуса не было и шанса опровергнуть наши обвинения, – говорит Анортад, пока я сижу рядом с ним, переплетя пальцы.

Анортад, как Никасия и остальные, не хотят отходить от меня, а уж тем более оставлять одной, боясь, что я могу совершить непростительный поступок и избавиться от Кассандры. Я пытаюсь сделать вид, что я всё та же прежняя Элиана Агилар, Элли, но внутри себя понимаю, что это далеко не так. Каждую минуту я нахожусь в напряжении и начеку, так как никто из нас не знает, когда Кассандра решит исполнить свой план и убить меня.

– Кому Энрика могла рассказать правду? – вслух раздумывает Джейсон, и Ролан отвечает:

– Возможно, нашему отцу, – мы все одновременно выдыхаем.

– А кому-то, кто сейчас жив, она могла рассказать? – меняет свой вопрос Джей, на что мы лишь пожимаем плечами. В зал заходит Дарий, уведомляя нас о том, что Марта изготовила для меня эликсир памяти. На моё удивление бабушка согласилась сразу же, нам даже не пришлось её уговаривать, стоило лишь объяснить зачем. Она с укором смотрела на меня, когда узнала, что в Ксафии, после нашего разговора, я украла у неё этот эликсир, но всё равно согласилась помочь.

Я, Анортад, Ролан, Дарий и Дреян идём к Марте в её комнату, но там оказывается настолько чисто и аккуратно всё прибрано, что я на мгновение успеваю подумать, что мы ошиблись дверью, однако Марта выходит из второй, маленькой и совсем небольшой комнатки, находящейся здесь же. Там всё оборудовано под мини лабораторию, похоже на дом Марты в Ксафии, где везде стоят различные баночки и шкатулки, а также стоит невыносимый запах от зелья, от которого мы все морщимся, прикрывая нос. Удивительно, что по дворцу ещё не распространился этот запах.

Марта сажает меня на стул и протягивает бокал с эликсиром. Всё та же розовая жидкость, только теперь противно пахнущая. Видимо, та, которую я выкрала в Ксафии, была приготовлена не в тот же день, поэтому запах выветрился. Я залпом выпиваю эликсир и проходит минуты две, прежде чем он начинает действовать, но я не успеваю расстроиться, так как уже знаю, что нужно немного времени.

Я снова переживаю тот страшный момент, но теперь вспоминаю и другие мелочи. Я отчётливо вижу рушащийся дворец, лицо своей матери, лошадь и вижу лица нападавших. Я пытаюсь запомнить каждого, каждые отличительные черты во внешности, а в особенности их имена, когда они переговариваются между собой. Я отлично запоминаю, как выглядит мужчина, ранящий меня и выбросивший в воду, и понимаю, что уже видела его. Это тот страж Флеада, который вёз меня с Дреяном во дворец и порол на площади.

Я прихожу в себя, слегка подскакивая на стуле и замечаю, что всё это время рядом со мной сидел Анортад, держа за руку, а Ролан стоял сзади, гладя меня по плечам.

Замечаю, что Дреян выпивает что-то, налитое в кружку, которую ему даёт Марта. Она не говорит, что это, но настоятельно рекомендует выпить.

Я чувствую, как одна слеза стекает по моей щеке, но не успеваю убрать её самой, как это делает Анортад и говорит:

– Ты кричала, – мне действительно было тяжело пережить это ещё раз, вспомнить снова, но я не думала, что эмоции выйдут наружу.

– Удалось что-то вспомнить? – спрашивает Ролан, обнимая, когда я поднимаюсь на ноги и подхожу к брату. Я киваю.

– Да, я вспомнила их лица и знаю их имена. Смогу распознать среди стражи Флеада.

– Значит, мы можем поехать в Флеад и покончить с Фергусом? – спрашивает Дарий, но Анортад отводит взгляд и мотает головой.

– Я боюсь, что этого по-прежнему мало. Даже если Лука сможет передать флеадцам твои воспоминания. Фергус непредсказуем.

– Пойдёмте к остальным, нужно обговорить это вместе, – говорю я, и мы выходим в основную комнату, а затем и в коридор, сопровождаемые Мартой. Я останавливаюсь и поворачиваюсь к ней лицом, чтобы поблагодарить, но она захлопывает дверь прямо перед моим носом, лишая возможности сказать хоть что-то. Раздражённо фыркнув, я разворачиваюсь на пятках и догоняю ребят.

– Мы не можем поехать в Флеад сейчас! – восклицает Анортад, ведя спор с Лассеном.

– Почему?! – калами всплескивает руками. – Нам хватит и воспоминаний Элианы, чтобы доказать его причастность к покушению!

– Фергус виноват в чём-то ещё, – упрямится Анортад. – Энрика явно узнала что-то действительно серьёзное, что Фергус скрывает до сих пор. Возможно, он кого-то убил, возможно что-то ещё хуже.

– С этим можно будет разобраться позже, когда мы его схватим!

– Лассен, – неожиданно подаёт голос Эрнест, всё это время стоящий у стены, однако я его замечаю только сейчас, вздрагивая. – Я согласен с Анортадом. А ещё вам нужно подготовиться перед поездкой в Флеад. Вряд-ли Фергус окажется благосклонен и не схватит вас при первой же возможности. Стоит перестраховаться, Демьян, – переводит он взгляд, обращаясь уже к моему брату. – Вам нельзя туда ехать одним. Фергус безумен, раз до сих пор хочет заполучить вашу территорию. Он так просто избавился от королевы Энрики, что избавиться от вас всех ему не составит труда. С нами, со мной и Диксом, он не должен так поступить, так как заключил договор с нашим отцом о неприкосновенности. А убить вас на наших глазах он не сможет.

– Нет, Эрнест, я не хочу, чтобы вы пострадали в случае чего, – отказывается от помощи Демьян.

– Но и ждать слишком долго мы не можем, – подаёт голос Лука. – У нас три врага и в первую очередь нужно сделать так, чтобы они не смогли объединится. С Фергусом нужно покончить раньше, нежели он успеет узнать о Давиде, а тем более о Кассандре!

После слов Лука следует недолгая пауза, и Демьян уже открывает рот, чтобы что-то сказать, но прерывается, так как рядом стоящий со мной Дреян резко исчезает. Я кручусь вокруг себя, пытаясь найти его, что делают и остальные, как вдруг мы слышим грохот на этаже выше. Шум утихает, но Дреян снова появляется рядом с нами в зале, только уже у окна. Он шатается, сам не понимая, что происходит. Джейсон зовёт его по имени, как друг снова исчезает, и грохот раздаётся уже в соседней комнате. Затем в коридоре, на этаже ниже и на лестнице. Мы слышим вскрики слуг, когда Дреян, по всей видимости, появляется перед ними из ниоткуда. Я даже замечаю друга на улице, смотря в окно, но он и оттуда исчезает почти сразу, не успев встать твёрдо на ноги.

– Что происходит?!

Анортад первее, чем Демьян, прикрывает глаза и, когда шум снова раздаётся сверху, испаряется, совершая перенос. Он появляется обратно через несколько секунд, но уже с Дреяном. Они оба, не рассчитав силы и расстояния, валятся на пол, появившись из воздуха. Дреян весь покрыт пылью и откашливается, сипя благодарность Анортаду за то, что смог помочь. Мы помогаем им подняться, а затем Фили повторяет свой вопрос:

– Что с тобой, чёрт возьми, было?!

– Ты ведь не можешь телепортироваться! Как сейчас смог перемещаться?

Дреян лишь растеряно пожимает плечами.

– Кажется, я знаю, – говорит Дарий. – Миссис Марта ведь дала тебе что-то выпить, единственному из нас. Может она знала, что ты лишился своих сил и помогла их вернуть?

– Я не контролировал свои переносы, – рассказывает Дреян. – Такое чувство, что все эти переносы были моими попытками телепортироваться раньше, кода я только потерял эту способность.

– А сможешь телепортироваться сейчас? – неуверенно спрашивает Джейсон. – Например, к дверям, – Дреян стоит у окна и кивает, исчезая и в следующую секунду появляясь у дверей.

Значит Марта действительно помогла ему. Я успокаиваюсь от волнения за друга и вижу, как облегчённо вздыхает Лассен, когда Дреян начинает управлять своей телепортацией. А не он ли рассказал Марте о Дреяне и попросил изготовить противоядие? Я знаю, как калами винит себя за то, что отравил Дреяна в лагере Киллиана и, возможно, он решил тем самым загладить вину, в первую очередь, перед самим собой.

Мы слышим шаги в коридоре, а затем в проёме появляется Майкл.

– Ты где был? – друг не успевает войти, как Лассен начинает засыпать его вопросами. – Стража сказала, что ты уехал вечером и с тех пор не возвращался. Где ты был всю ночь? – Майкл не обижается на то, что калами проверяет его на верность, так как все мы прекрасно понимаем, что Давид может с помощью колдовства заставить кого-то из нас помочь ему.

– Я нашёл свидетелей, которые видели покушение и нападающих, – его слова приводят всех нас в удивление, а также появляется заинтересованность.

– И кто это? – спрашиваю я.

– Вам не понравится, но я подумал, что несмотря на это, их всё равно стоит позвать.

– Мы терпели Фергуса на коронации, уж пару дней вытерпим и свидетелей, хотя я не уверен, что нам действительно они не понравятся, – говорит Лассен.

– Это вампиры, – я округляю глаза, шокированная словами Майкла, как и все остальные.

– Они существуют?! – восклицает Джульетта.

– В нашем мире существуют все, – начинает объяснять Майкл. – И вампиры, и оборотни, и русалки, и сирены, маги, ведьмаки и другие существа. Просто все мы живём в разных местах.

– Ты пригласил вампиров сюда?! – неожиданно восклицает Анортад.

– Они не знают о тебе, – пытается успокоить его друг, пока я переглядываюсь с братьями и друзьями, так как мы все не понимаем, почему Анортад так встревожен.

– Они откажутся нам помогать, когда узнают, кто я!

– Почему? – интересуюсь я.

– Вампиры – древние существа, живущие под покровом ночи и тьмы. Кто-то из них застал Кассандру, когда та наложила вечную ночь, а её убил мой предок. Не думаю, что они будут рады встретиться с потомком мага Света. – объясняет Анортад, и в это мгновение я всем телом ощущаю вторжение в наше личное пространство. Каждая мышца напрягается, давая понять, что нужно быть начеку и приготовиться к защите.

Дуновение ветра, я поворачиваю голову и вижу, как на подоконнике вальяжно расположился высокий, темноволосый вампир. У него острые черты лица и бледное лицо, как и свойственно настоящим вампирам. Одну ногу он поставил на горизонтальную поверхность, а другую свесил вниз, болтая ей в воздухе.

– Думаю, Майкл предупредил вас о нашем приходе, – раздаётся голос, но говорит не тот вампир, сидящий на подоконнике, так как он не открывает рта. Я резко оборачиваюсь, слыша вскрик Джульетты, так как прямо позади неё, опершись спиной о стену и сложив руки на груди стоит второй вампир. Он полная противоположность первого. Тоже высокий, но его кожа не такая бледная, а волосы длиннее и светлого оттенка. Они немного кудрявые и доходят ему до шеи. Его черты лица более грубые. Они оба одеты в чёрную, но свободную одежду.

– Я думаю, что вы будете гостеприимны и скроете свет, – говорит тот, кто сидит на подоконнике, и я поворачиваю голову в сторону Демьяна, так как меня Анортад попросил не использовать магию в ближайшее время, чтобы Кассандра не имела шанса ослабить меня. Брат стягивает к себе тени, и оба вампира подходят ближе, пока я пячусь от них назад и встаю рядом с Дарием в конце стола.

– Крошка, неужели ты боишься нас? – я хмурюсь от того, как темноволосый вампир называет меня, при этом хищно глядя и не сводя глаз.

– Вы могущественные вампиры, которым мы, теплокровные существа, нужны только для поддержания жизни. Я не могу быть уверенна в ваших намерениях, – светловолосый вампир иронично вскидывает брови, приподнимая уголок губ после моего ответа.

– И откуда в этой светлой головке такие мысли? Можешь не волноваться, дорогая принцесса, мы давно отказались от того, в чём ты нас обвиняешь и нашли этому замену. Если, конечно, вы не настолько глупы, чтобы провоцировать нас.

Он говорит мягко и монотонно. Сразу становится ясна его мудрость за счёт возраста, но при этом в его голосе легко заметна издёвка. Майкл неловко кашляет и говорит, представляя нас друг другу:

– Познакомьтесь, это Джаспер, – он указывает ладонью на светловолосого вампира. – А это Дэмиан, – второй вампир делает недопоклон, словно издеваясь над нашими титулами короля, принцев и принцессы. Майкл представляет следом нас всех, а затем Джаспер спрашивает:

– Майкл сказал, что вам нужна помощь. Чем же мы обязаны королевской семье?

– Он сказал, что вы свидетели покушения на нашу семью, которое произошло восемь лет назад, – говорит Демьян.

– Он прав, – Джаспер кивает. – В ту ночь мы почуяли кровь. Много крови. Мы отправились на запах и...

– Погоди, Джаспер, – останавливает его Дэмиан и переводит взгляд на нас. – Что мы получим взамен за важную информацию для вас?

– Конечно, как же без этого, – ворчит Лассен, а по взгляду Джаспера на Дэмиана я понимаю, что он не сильно одобряет действия своего товарища.

– Мы в долгу у Майкла, Дэмиан. Нам ничего не нужно.

– Мы в долгу у Майкла, но не у остальных, – Дэмиан кивком головы указывает на нас, на что Джаспер отводит взгляд в мою сторону и встречается с моим. Я мигом отворачиваюсь, но от глаз вампира это не скрывается, так как я слышу его усмешку. – Так что? – продолжает допытываться Дэмиан. Он явно младше Джаспера.

– Мне раньше не доводилось иметь дело с вампирами, поэтому я не знаю, что вам нужно, – спокойно говорит Демьян, как к нему начинает подходить Дэмиан, а Лассен приближается к моему брату, готовый защитить его в случае нападения.

– Разрешите нам время от времени законно охотиться в ваших краях, – вампир облизывает нижнюю губу. – Устал прятаться и делать это втихую.

– О-охотиться? – голос Джульетты дрожит, а когда Дэмиан переводит на неё свой взгляд красных глаз, то подруга и вовсе начинает дрожать, но Кили, стоящий ближе всех к ней, кладёт руку на плечо, безмолвно давая понять, что нас здесь много, и вампир ничего ей не сделает. – Н-на л-людей? – Дэмиан громко хохочет, хватаясь за живот, пока Джулия хмурится, не считая, что её вопрос такой смешной, что можно смеяться.

– Нет, конечно. Безусловно, ваша кровь вкусная, но нам приходится обходиться малым, – отвечает ей Джаспер, пока Дэмиан всё не может успокоиться. Джасперу это надоедает, поэтому он бьёт коленом по столу, из-за чего из тарелки с фруктами по поверхности начинает катиться яблоко, которое с лёгкостью ловит вампир и метко кидает в Дэмиана. Но он его ловит, сразу переставая смеяться и одаривая Джаспера взглядом а-ля: «Серьёзно вздумал бросаться в меня яблоками?»

– Хорошо, мы согласны на ваши условия, – говорит Демьян, переглянувшись с Роланом. – Что вы видели во время покушения?

– Нападавших. Мы хорошо запомнили их лица, сможем опознать при надобности, – отвечает Дэмиан, то и дело подкидывая в руке яблоко и чуть ли не жонглируя им. – Также мы выследили, куда они пошли, когда закончили своё дело. Под покровом ночи они нас не заметили.

– И куда же?

– В соседнюю страну. Кажется... Флеад?

– У нас теперь нет ни малейших сомнений, что это дело рук Фергуса, – моментально говорит Лассен, обращаясь к Демьяну.

Они начинают обсуждать, когда и как лучше отправиться в Флеад, чтобы разоблачить Фергуса, как я внезапно чувствую, что тонкие волны спокойствия достигают меня. Ощущение странное, но очень приятное.

– Ты что-то делаешь со мной, – родные затихают, когда я оборачиваюсь к Джасперу, оказавшегося прямо позади меня, сразу догадавшись, что это его рук дело.

– Я чувствую, что от тебя исходит огромное количество страданий. У меня есть способность ощущать то, что чувствуют другие, так и влиять на их эмоции. Я посылал тебе успокаивающие чувства.

– Прекрати. Я не хочу, чтобы на меня влияли, – меня злит, что у него есть возможность доминировать надо мной. Хорошо, что эта сила есть хотя бы у Джаспера, а не у Дэмиана. Последний мне не внушает доверия.

– Я лишь хотел помочь, – говорит Джаспер, но прекращает отправлять успокаивающие волны.

– Откуда у вампиров способности? – спрашивает Лука.

– У Дэмиана их нет, так как он чистокровный вампир. Я же сын вампира и ведьмы. Возможно, вы заметили, что мы отличаемся. Моя кожа не такая бледная, и на кровь я реагирую не так остро, как он.

Из открытого окна вдруг дует ветер по направлению Дэмиана. Он вдыхает воздух, а я вздрагиваю, когда вампир резко поворачивает голову в сторону Анортада, который всё это время стоял у дальней стены, скрытый под тенями Демьяна, но ветер перенёс его запах. Дэмиан скалится, становятся видны клыки, и он произносит, рыча:

– Отродье света, – он не успевает сдвинуться с места, как Джаспер с молниеносной скоростью оказывается прямо перед ним и хватает за грудки.

– Я говорил, что это отвратительная идея, – говорит Анортад, выходя из тени и обращаясь к Майклу.

Дэмиан рычит больше при виде него и пытается выбраться, но Джаспер тоже вампир и имеет такую же силу, поэтому спокойно удерживает его на месте. Когда Дэмиан смотрит в глаза Джаспера, то совершает ошибку для самого себя, так как спокойствие, которое навивает ему товарищ, имеет большую эффективность, когда смотрят в глаза. Дэмиан успокаивается только через пару минут. Только тогда Джаспер отпускает его, но далеко не отходит, при этом смотря на Майкла:

– С ума сошёл?! Зачем позвал нас сюда, если знаешь, как Дэмиан относится к ним?! – Джаспер яростно кивает головой в сторону Анортада. Кажется, он тоже недоволен, но по крайней мере отлично держится, в отличие от другого.

Я тихо прошу близнецов увести Джульетту с Никасией, которые до ужаса напуганы, и вместе с ними уходит ещё и Дарий.

– Он не представляет угрозы!

– Он убил нашу владычицу, под покровительством которой мы спокойно жили несколько лет и вернул солнце! – шипит Дэмиан.

– Ты не жил в эти времена, Дэмиан! – отвечает Майкл.

– Но Джаспер жил! – восклицает Дэмиан, а я удивляюсь, сколько лет этим вампирам, если по рассказу Анортада Кассандра жила тысячи лет назад.

– Анортад лишь потомок мага! Он не убивал Кассандру!

– Это ничего не меняет!

– Как забавно, что мой предок, а если быть точнее – мой дедушка, после убийства Кассандры не бросил всех, а помогал развивать страны и города, помогал людям, в том числе и вам! Он нашёл место, где солнце не является для вас опасностью, так что имей хоть какую-то каплю уважения! – говорит Анортад, и Дэмиан хочет ему ответить, как я несмело прерываю их, пытаясь перевести тему в немного другое русло:

– Если солнце так опасно для вас, то как вы добрались до нас? – Дэмиан раздражённо шипит, когда его прерывают, но поняв, что вопрос задаю я, неожиданно успокаивается, хоть Джаспер предусмотрительно подходит к товарищу ближе.

– Крошка, ты многого не знаешь о нас. Мы можем находиться на солнце, но совсем немного и то, если сыты. Сил, чтобы добраться до вас нам хватило, однако, чтобы вернуться обратно до того, как вы решитесь направиться в Флеад, нам нужно время.

– Вы принесли? – спрашивает, непонятно о чём для нас, Майкл, и Джаспер кивает, доставая из кармана брюк маленький бутылек, размером с мизинец, в котором налита на вид обычная вода. Он подмигивает мне, прежде чем кинуть этот бутылек, чтобы я его поймала.

– Что это? – спрашиваю, рассматривая его со всех сторон.

– Можете посчитать это благодарностью за разрешение охотиться, – говорит Джаспер. – Воскресная вода. Если налить её на могилу, то вы сможете поговорить в течении нескольких часов с духом погибшего. Думаю, вы найдёте этому применение.

– Можно поговорить с Энрикой? – предлагает Джейсон, а у меня перехватывает дыхание от того, что возможно мы сможем поговорить с мамой. – Есть же её могила?

– Да, конечно есть, – отвечает Ролан, но тут Джаспер уточняет:

– Хочу вас предупредить, что если могила без тела погибшего, то есть всего лишь камень с надписью имени, то ничего не выйдет. Под землёй должно быть тело, хоть и разложившееся, или даже скелет, но оно должно там быть. Только так у вас получится пообщаться с духом человека.

Я вижу, как братья меняются в лице, расстраиваясь.

– В чём дело? – спрашиваю я.

– Тело матери мы сожгли. Она всегда просила, чтобы её прах рассеяли по пустыне. Под её могилой нет тела. – объясняет Ролан.

– Погодите, – говорит Лассен, привлекая к себе внимание. – Но мы можем поговорить с королём Аланом, вашим отцом. Возможно он что-то знает. Да и, думаю, вы будете не против пообщаться с отцом. Его тело находится в храме, до него доехать всего ничего. Можем даже сегодня, – братья поддерживают идею Лассена, а затем Демьян поворачивается к вампирам и говорит:

– Вы можете остаться у нас на этаже выше, в самой дальней комнате, пока на улице не стемнеет. Только прошу, – он выставляет руки в примирительном жесте и смотрит на Дэмиана. – Не пугайте слуг. Тихо сидите в комнате. Окна там можно закрыть шторами, – Джаспер сдержанно кивает, благодаря моего брата, пока Дэмиан не сводит глаз с Анортада, неподвижно стоящего неподалёку от меня, но на значительном расстоянии от вампира.

– Я провожу, – говорит Ролан и уходит вместе с вампирами и Майклом, оставляя нас.

Когда Джаспер и Дэмиан уходят, я шумно выдыхаю, расслабляясь и быстро подходя к Анортаду, крепко обнимая мужчину.

– Ты чего? – тихо спрашивает он, но всё равно обнимает меня в ответ.

– Когда Дэмиан учуял тебя, я так испугалась, – Анортад хмыкает, приподнимая мою голову за подбородок.

– Не волнуйся, он бы не тронул меня. Лишь выпендривался.

– Выглядело это устрашающе.

– Сестра, – я поворачиваюсь к Демьяну, когда брат зовёт меня, отпуская Анортада из объятий. – Ты поедешь с нами в храм?

Я прекрасно понимаю тревожность Демьяна и этот вопрос. Братья знают, что мне будет тяжелее увидеть отца и говорить с ним, так как два года он считал меня мёртвой, а я его не видела намного дольше. Но несмотря на это, я твёрдо киваю, соглашаясь поехать.

– Тогда встретимся через пятнадцать минут, – говорит Лассен.

Лука нежелательно ехать на лошадях, поэтому Демьян легко сможет перенести нас в храм. Калами уходит к Ролану, чтобы предупредить его, но, когда он выходит в коридор, я опоминаюсь и бегу следом за ним.

– Лассен, постой! – я догоняю мужчину, не успевшего уйти, и беру его за локоть. Он резко тормозит и поворачивает голову, от чего рыжие пряди волос падают ему на лицо, но он быстро сдувает их с глаз.

– Что такое, принцесса? – я оглядываю по сторонам, убеждаясь, что в коридоре мы одни.

– Откуда у Ролана столько свежих царапин, рубцов и синяков на спине? – мой вопрос вводит Лассена в ступор. Да, Ролан сказал, что это из-за моей магии, но он не вдавался в подробности, которые мне так нужны.

– Откуда ты знаешь? Он рассказал вам? И Демьян знает? – задаёт вопросы Лассен, не отвечая на мой.

– Я случайно увидела вчера, когда зашла в его комнату без стука. Демьян не знает, – Лассен выдыхает и тоже осматривается по сторонам.

– В детстве, когда мы ещё не знали о твоих силах, вы с Роланом гуляли на заднем дворе. Тебя что-то напугало. Что-то, что было за спиной Ролана. Тогда ты впервые использовала магию, но не рассчитала расстояния и вместо того, чего испугалась, ты атаковала Ролана, – я прикрываю глаза, впиваясь ногтями в ладонь. – Ты не умела тогда управлять магией, ведь тебе было всего четыре года, а мы не знали, что твоя сила – тьма, поэтому не смогли помочь Ролану вовремя. Мы думали, что это пройдёт спустя время, но каждый месяц на протяжении всех лет появлялись новые шрамы вместо старых. Лука пытался излечить брата, но, как ты понимаешь, ничего не вышло.

– Ему очень больно? – тихо спрашиваю я и вижу, что Лассен не хочет отвечать, но противиться не может.

– Да.

Я обнимаю себя за плечи и разворачиваюсь, чтобы уйти, как калами останавливает меня.

– Принцесса, ты не виновата в этом. Это была нелепая случайность, – я киваю, соглашаясь с Лассеном для вида, после чего тот уходит, а я направляюсь в свою комнату, раздумывая о его словах.

Из-за меня пострадали оба брата. Я лишила Лука зрения и обрекла Ролана на страдания. То, что я презираю и ненавижу себя за это слишком мягкие слова, чтобы описать, что я чувствую на самом деле.

Я замираю посреди коридора на другом этаже, где находятся комнаты, так как начинаю чувствовать, что за мной кто-то следит. Прохожу ещё дальше и специально поднимаюсь на этаж выше, не там, где находится моя комната, но от чувства слежки не избавляюсь. Снова останавливаюсь и кручусь вокруг себя, глядя по сторонам, но никого увидеть не удаётся. Выдохнув, я догадываюсь, кто такой остроумный, и произношу:

– Дэмиан, можешь не прятаться!

Дуновение ветра, и передо мной резко появляется Дэмиан. Я ахаю, когда он толкает меня и больно впечатывает в стену, а затем замираю, почти не дыша, когда вампир наклоняет голову и находится в опасной близости от моей шеи.

– Твой запах... – он ведёт носом по щеке и ниже, пока я трясусь от страха, хотя и понимаю, что делаю хуже. Вампиры легко чуют страх. – Такой сладкий... – я вздрагиваю, когда чувствую его клыки на своей шее. Дергаюсь, пытаясь выбраться, но Дэмиан больно хватает мои руки, заводя их за спину.

Я могу крикнуть, привлечь внимание стражи, которая этажом ниже, но страх сковывает всё тело. Они не смогут спасти меня от вампира, так как вряд ли Дэмиану страшна кучка людей, но у меня будет хотя бы шанс выбраться и уговорить его. Убежать не выйдет, он вампир и догонит меня в любом случае. Я даже магию использовать не могу!

– Дэмиан, – раздаётся грубый голос со стороны, и я мигом поворачиваю голову, выдыхая, когда вижу Джаспера. Дэмиан рычит, будто у него забирают жертву или еду. От этой мысли мне становится не по себе, особенно, когда Дэмиан не спешит отходить от меня. – Оставь её, Дэмиан.

– Её запах, Джаспер, – я издаю писк, когда вампир сильнее сжимает меня в руках. Ещё чуть-чуть и он может мне что-нибудь сломать.

– Дэмиан, – снова зовёт его Джаспер, пока я молящим взглядом смотрю на него. – Принцесса занята. Отпусти её немедленно, Дэмиан.

Он зло шипит, но всё же отпускает меня и отходит на несколько шагов. Джаспер за секунду оказывается рядом со мной на тот случай, если Дэмиан снова решит навредить мне. Страх сменяется на злобу, и я сама подхожу к Дэмиану, замахиваясь и собираясь влепить ему хлесткую пощёчину, но Джаспер ловит мою руку раньше, чем я успеваю совершить задуманное. Вижу, что Дэмиан тоже сделал движение рукой, хотел остановить, но Джаспер опередил его. Я вопросительно и возмущённо смотрю на него, на что вампир мотает головой.

– Не стоит. Он и так зол, – я одариваю Дэмиана злобным взглядом и опускаю руку, складывая их на груди.

– Как ты понял, что я занята? – спрашиваю у Джаспера, так как только сейчас понимаю, что значат его слова. Он каким-то образом понял, что я и Анортад вместе.

– Твой запах. Если почуять только основной, что и сделал Дэмиан, – он направляет на него укоризненный взгляд. – То сразу не понять. Однако у меня более чуткий нюх и чужой запах перебивает, – Джаспер хмыкает. – Запах Анортада.

Дэмиан, услышав имя мужчины, снова зло шипит и обнажает клыки, а я дергаюсь от него в сторону, однако Джаспер хватает товарища одной рукой за грудки, посылая ему какие-то чувства. Глаза Джаспера краснеют больше, когда он так делает.

– Раз уж вы здесь, – говорю я, переводя тему, когда Дэмиан успокаивается под напором Джаспера. – Я хотела уточнить про воскресную воду.

– Переместимся в более удобное место для разговора? – предлагает Джаспер, и Дэмиан хватает меня за руку. Они совершают перенос, который слишком быстро обрывается, и мы оказываемся в комнате. Я с вскриком падаю на колени, не удержав равновесия. Зло сдуваю пряди волос из растрепавшейся причёски и направляю на вампиров, возвышающихся надо мной, злобный взгляд.

– Никогда так больше не делайте, – я поднимаюсь на ноги, поправляя подол платья. Они оставляют меня без ответа, занимая места в комнате, которую мы им выделили. Я понимаю это по мраку, стоящему в комнате из-за занавешенных штор.

– Так что ты хотела узнать, крошка? – спрашивает Дэмиан, разваливаясь на кровати, пока Джаспер садится в кресло и вальяжно закидывает ногу на ногу. Я поворачиваюсь именно к нему.

– Вода точно подействует? Это не ваша дурацкая шутка?

– Просто вылей эту воду на камень, подожди несколько минут и всё произойдёт. Я не стану врать, – отвечает мне Джаспер, а затем я спрашиваю:

– Вы говорили, что в долгу у Майкла. Что он сделал для вас?

– Мы не любим это вспоминать, – кратко отвечает Дэмиан, но Джаспер дополняет его ответ:

– Когда-то Майкл спас нас.

Я киваю и уже собираюсь уйти, но останавливаюсь, когда в голову вдруг приходит мысль. Я думала ещё с утра о том, что этой ночью можно пробраться во дворец Флеада и поискать в их библиотеке какие-либо сведения. Возможно нам удастся найти что-то нужное. Но рассказав об этом близким, как и ожидалось, я получила отрицательный ответ. Даже не дав до конца договорить, они запретили мне и думать об этом, так как шанс быть пойманными слишком велик. Но я не я, если оставлю свою затею не выполненной.

Я оборачиваюсь, замечая, что оба вампира всё это время следили за мной.

– Вы умеете перемещаться в пространстве, – утверждаю я, нежели чем спрашиваю. – Но можете ли вы перемещаться в места, которые ни разу не видели?

– Крошка хочет сбежать из своего уютного домика? – лукаво спрашивает Дэмиан, приподнимая уголок губ и обнажая клыки, а я снова поворачиваюсь к Джасперу, ожидая разумный ответ только от него.

– Могу. Стоит только сказать точное название места, и я перенесу тебя туда, – я понимаю, что это опасно, особенно, когда не собираюсь предупреждать друзей и родных, но несмотря на это, говорю:

– Встретимся сегодня в полночь у главного входа во дворец. В это время стража сменяется и у нас будет время уйти незамеченными.

– И куда же мы отправимся?

– Узнаете ночью, – с этими словами я выхожу из их комнаты и спускаюсь в свою, чтобы собраться.

Я, братья и Лассен собираемся на заднем дворе, чтобы совершить перенос, который займёт гораздо меньше времени, чем езда на лошадях. Мы берёмся за руки, и Демьян телепортирует нас вместе с собой к храму. Я вижу его впервые, не считая смутных воспоминаний из детства. Храм выполнен из белого камня, купол на вершине переливается серебром в солнечных лучах, а на маленьких оконцах можно увидеть мозаичные узоры. Зайдя в храм, повисает оглушительная тишина. Каждый шаг отдаётся эхом от стен, а внутри никого нет. Четыре стражника стоят у входа с двух сторон и больше никого. Мы проходим в самую глубь храма, не проронив ни слова. Я иду вслед за братьями, пока Лассен сопровождает нас сзади. Когда впереди я вижу просторный зал и два больших камня по центру, то сразу понимаю, что мы пришли. Родные отходят в сторону, пропуская меня, пока я несмелым шагом подхожу ближе к могилам и смотрю на надписи, выгравированные на камнях.

Король и королева Мескари – Алан и Энрика Агилар. Любящие родители и правители.

Лассен оставляет нас вчетвером одних, уходя на улице ко входу. Я достаю бутылек, который дал мне Джаспер, и ближе подхожу к камню с именем моего отца. Внизу есть углубление, в котором, как я понимаю, и находится гроб с телом нашего отца. Дрожащей ладонью я достаю маленькую пробку из горлышка бутылька и разливаю жидкость. Выливаю всё до последней капли и принимаюсь ждать вместе с остальными. Мы ждём сначала несколько минут, как и говорил Джаспер, но когда время затягивается до пятнадцати минут, то одновременно разочарованно выдыхаем.

– Ничего не вышло, – грустно шепчу я и роняю бутылек на пол, уже раздумывая в мыслях, как собственными руками придушу Джаспера за такую шутку и ложную надежду. Кто-то из братьев кладёт руку мне на плечо, и я накрываю его ладонь своей, собираясь уже развернуться и уйти к Лассену, но вдруг и я, и братья слышим голос, раздающийся за нашими спинами.

– Дети? – я округляю глаза, встречаясь с таким же удивлённым взглядом Демьяна.

Мы одновременно резко оборачиваемся, видя, как перед нами в нескольких шагах стоит наш отец. Словно живой, словно он никогда не умирал и не покидал нас, лишь только... Его тело. Оно, как у призрака. Прозрачное и просвечивающее через предметы. Я издаю странный звук, похожий на всхлип, но счастливо улыбаюсь, когда вижу отца спустя столько времени. Мне больно, что мы не можем обнять друг друга, так как отец просто пройдёт сквозь нас, но даже так я рада, что мы можем просто смотреть на него и разговаривать. Отец смотрит сначала на моих братьев и только потом переводит взгляд на меня. Я вижу его замешательство и уже успеваю испугаться, что он забыл меня, но он расплывается в родной и нежной улыбке.

– Элли, девочка моя... – я не выдерживаю. Знаю, что ничего не получится, но несмотря на это, срываюсь с места и подбегаю к отцу. Не даю ему договорить, быстро приближаясь и крепко обнимая, утыкаясь лицом ему в грудь. На наше всеобщее удивление, отец не приходит сквозь меня, как дух, а наоборот: обнимает в ответ, и я чувствую его прикосновение, как если бы он был обычным человеком. Только от объятий веет могильным холодом, а не отцовским теплом, но я стараюсь не думать об этом.

Я чувствую, как он гладит меня по волосам и не выдерживаю, начиная громко плакать. Братья обнимают нас, вставая рядом и образуя круг.

Не знаю, сколько времени мы стоим так, пока не отпускаем друг друга, отходя на несколько шагов. Я не могу и слова проронить, пока братья говорят с отцом, а я глупо стою рядом с ними и молчу. Прихожу в себя только когда Ролан мягко подталкивает меня в сторону, а отец берёт за руку. Я смотрю на наше соприкосновение и на глаза вновь наворачиваются слёзы, так как ладонь отца неестественная, по сравнению со мной. Прозрачная и с бледно-синим оттенком.

Мы выходим из храма, намереваясь попробовать вернуться вместе с отцом во дворец. Поверить не могу, что это сделала всего лишь воскресная вода. Джаспер сказал, что у нас будет несколько часов, поэтому мы не спешим задать отцу кучу вопросов про покушение и нашу мать, желая за такой короткий срок рассказать ему о более радостных вещах и событиях.

Лассен поворачивается лицом ко входу, когда слышит наши шаги, да так и замирает с очень удивлённым взглядом, направленным на нашего отца. Слегка встряхивает головой и делает низкий поклон, на что отец приструнивает его, как делал при жизни, когда калами кланялся ему. Он ни раз говорил, что Лассен ему как четвёртый сын. Пока он и отец обмениваются несколькими словами, я замечаю, что стража и вовсе дар речи потеряла, когда увидела дух короля. Планирую им объяснить всё позже и присоединяюсь к семье.

Демьян совершает перенос во дворец. Мы не были уверены, что у нас получится перенестись вместе с отцом, но во дворце мы всё же оказываемся все вместе в зале переговоров. За столом в этот момент сидят Дарий с Дреяном и Джейсоном, которые вздрагивают от резкого хлопка после переноса и оборачиваются. Дарий замирает, не моргая смотря на дух короля, пока Деккеры лишь переглядываются между собой.

Мы вкратце рассказываем отцу о том, что произошло после его смерти, больше уделяя внимание тому, как братья нашли меня. Точнее, я нашла их. Когда он узнаёт, что Дреян не бросил меня умирать на берегу, а его семья приютила меня и вырастила, то не перестаёт благодарить его, от чего вскоре другу становится неловко, так как он считает, что в его поступке нет ничего особенного.

Отец просит меня познакомить его с остальными друзьями, что я и делаю. Он благодарит их всех за то, что они всегда помогали мне и не бросали в трудную минуту. С отцом также встречаются Андреас и Эрнест с Диксом. Второй чуть ли в обморок не падает, бледнее ещё пуще, когда отец начинает говорить. Он не переставал хвалить Демьяна, на что брат каждый раз пытался увести разговор в другое русло, но мы не давали, рассказывая отцу всё больше историй о том, что хорошего сделал наш брат в качестве короля. Отец видится и с Джульеттой. Подруга пускает слезу, разговаривая с ним. Их разговор длится недолго, так как Джульетта покидает нас, не в силах совладать с эмоциями и говоря, что была безумно счастлива поговорить с нашим отцом.

Мы сидим за круглым столом, как я поворачиваю голову на звук открывшейся двери и вижу Марту. Я удивлена её приходу, так как раньше она, при жизни отца и до того момента, как я пропала, почти не общалась с нашими родителями, особенно с отцом. Его выражение лица меняется. Былая улыбка после рассказа Лука меняется на хмурый и напряжённый взгляд.

– Здравствуй, – здоровается он, и следующие слова Марты повергают всех нас в нечто большее, чем шок:

– Здравствуй, сын.

– Сын?! – моментально переспрашиваем мы с братьями и удивлёнными взглядами смотрим то на бабушку, которую до этого считали по маминой линии, то на отца. – Я посчитала, что дети должны знать, раз судьба сложилась так. – говорит она, подходя к нам и садясь за стол напротив отца. Он же обводит нас всех взглядом и начинает объяснять:

– Ваша бабушка попросила нас солгать, что на самом деле является моей матерью, а не Энрики, – отец говорит имя нашей матери с нежностью и теплотой, от чего у меня замирает сердце. – Она не была в восторге нашего брака.

– Конечно не была. Меня не радует быть твоей матерью, да и Энрики тоже, но она была меньшим звеном, – прерывает его Марта. – Хоть она и потомок владычицы тьмы, а ваш ребёнок и вовсе её перерождение, – меня начинает смущать, что Марта говорит обо мне в третьем лице, но я не успеваю возмутиться, как за меня это делает отец:

– Её зовут Элиана, мама. То, что она перерождение некой владычицы не меняет того, что она моя дочь и твоя кровная внучка, – мы с братьями обмениваемся взглядами и решаем, что не стоит рассказывать отцу, что Марта отдаляла меня от семьи. Между ними и так плохие отношения. Теперь становится ещё яснее, почему бабушка никогда не пылала к нам нежными чувствами и уехала из Мескари. – Зачем ты пришла? Увидеть меня?

– Да, – соглашается Марта. – И рассказать правду. Хотела, чтобы они узнали это из твоих уст, – Марта уходит также неожиданно, как и появилась, а затем на лицо отца снова возвращается улыбка и он смотрит в нашу с Лука сторону.

– Давайте вернёмся к более приятным вещам. Демьян совсем скоро женится на прекрасной Джульетте, Ролан близко общается с принцессой Ринатой, но, а вы, дети мои? Неужели никто не околдовал вас? – шутит он, чем вызывает смех. Я прослушиваю ответ Лука, раздумывая над тем, как лучше рассказать отцу об Анортаде, однако от ответа меня спасает сам Анортад, заходящий в комнату вместе с Майклом. Отец прищуривается, но затем улыбается, и я делаю вывод, что он узнаёт Анортада.

– Король Алан...

– Брось эти формальности, Анортад, – с недовольством говорит отец, прерывая мужчину и пожимая ему руку, пока Анортад с удивлением во взгляде ощущает прикосновение от духа. Отец здоровается и с Майклом, и в мою голову прокрадываются сомнения, когда я вижу, что отец и друг ведут себя, словно старые знакомые. Между ними нет неловкости, но определённое напряжение присутствует, а переглядывание отца с Демьяном и с последующим отрицательным мотанием головы брата смущают меня ещё больше. Я решаю отложить эти выяснения на потом, как вдруг отец наклоняется ко мне и шепчет:

– Анортад прекрасная кандидатура для тебя, дочка. Я уверен, что на него можно положиться, – я удивляюсь, как он смог понять, что мы вместе, если за всё время никто и словом не обмолвился. Отец лишь подмигивает на моё недопонимание.

– Отец, тебе, наверное, интересно, почему мы воскресили тебя, – начинает говорить Демьян, пытаясь аккуратно подойти к сути. – Определённо одна из причин – это ты сам. Нам тяжело принять, что тебя, как и матери, нет с нами, однако... Отец, мы знаем, кто причастен к покушению, которое перевернуло нашу жизнь. У нас есть доказательства, но их довольно мало. Возможно, ты что-то знаешь? Может наша мама что-то говорила тебе в дни перед тем, как они с Элианой уехали в летний дворец? – отец недолго думает, а затем отвечает:

– Всё, что знал, я рассказал тебе, сын, так как ещё тогда понимал, что это дело закончите вы, мои дети. Энрика была скрытной и напряжённой в последние перед смертью, но я не мог и слова о её состоянии узнать. Она ссылала всё на усталость, говорила, что всё хорошо и не стоит волноваться. Я знаю совсем немного, меньше вашего и ничего нового рассказать не могу.

Я до сих пор не могу понять, почему наша мама не доверилась нам. Возможно мы бы смогли ей помочь и уберечь от нападавших, но она и шанса не дала нам.

– Однако, – отец вдруг что-то вспоминает. – В нашей библиотеке должна быть книга, в которой изложены подробности того покушения, а также мои записи, которые я вам не показывал. Но не знаю, найдёте ли вы что-то новое там.

– Какая книга? – спрашивает Ролан. – Мы исследовали старую библиотеку вдоль и поперёк, но ничего не нашли, – отец хмыкает.

– Она надёжно спрятана. Книга лежит в потайном отсеке в стене, вы не прогадаете, – мы резко подскакиваем, намереваясь туда отправиться, но вовремя осекаемся и виновато смотрим на отца, на что он нежно смеётся. – Выглядите так, как и в детстве, когда что-то натворили, но боялись признаться, – мы смеёмся вместе с ним. – Идите. Как я понимаю, моё время с вами ограничено и совсем скоро оно закончится, поэтому не медлите. Идите в библиотеку.

– Идите, – говорит Анортад. – Мы с Лассеном побудем с Аланом, он не будет здесь в одиночестве, – мы прощаемся с отцом, так как понимаем, что по возвращению он может исчезнуть, ведь уже прошло несколько часов. Я подхожу к отцу самая последняя и обнимаю его так крепко, что отец хрипло смеётся и говорит:

– Задушишь ведь, – я понимаю, что он шутит, так как вряд ли может чувствовать что-то, но всё равно отпускаю его и беру за руки. – Я не успел сказать тебе этого при жизни, – неожиданно говорит он, а я начинаю внимательно слушать. – Прости, что в какой-то момент отгородился от тебя, когда впервые узнал о тьме в твоём сердце. Мы с твоей мамой догадывались о перерождении Кассандры в тебе, но думали, что получится что-то исправить, – я понимающе киваю.

– Я не держу на тебя зла, отец. Ты подарил мне прекрасное детство, – отвечаю я с дрожью в голосе и закусываю внутреннюю сторону щеки, чтобы не разреветься.

– Я хочу, чтобы ты знала. Истинной любовью для меня всегда будешь ты – моя дочь. – говорит он слова, которые вызывает у меня слезы. Я всхлипываю.

– Я люблю тебя, папа, – я снова крепко обнимаю его, но отец не позволяет этому продлиться долго и торопит меня присоединиться к братьям. В последний раз я смотрю на дух отца и ухожу, оставляя его.

Мы быстро находим в библиотеке нужную книгу, но там нет ничего нового. Доказательств виновности Фергуса не прибавляется, поэтому мы принимаем решение отправиться в Флеад через несколько дней, чтобы успеть подготовиться, а затем спешим к отцу, но в комнате оказываются только Анортад с Лассеном. Калами при виде нас говорит:

– Он исчез за пару минут до вашего прихода.

После того, как отец исчез, мы поведали наш с братьями план всем остальным и начали подготовку к посещению Флеада.

Когда на землю опускается ночь, и большинство ребят ложится спать, я выжидаю несколько минут, прежде чем незамеченной выскочить на улицу, где меня должны ждать Джаспер с Дэмианом. Я не отказываюсь от своей безумной идеи, хоть и понимаю, что даже не знаю, что именно нужно искать в библиотеке. Анортад вместе с Демьяном и Лассеном сейчас обсуждают строение дворца Флеада и как лучше проникнуть в него, чтобы сделать Фергусу так называемый сюрприз, поэтому ровно в полночь я выглядываю из комнаты в пустующий коридор и бесшумно плетусь в сторону лестницы.

Я сняла платье и надела более подходящую одежду для проникновения: брюки, рубашка и плащ с капюшоном в чёрных цветах. Выйдя на улицу, я осматриваюсь и резко вздрагиваю, сдерживаясь от вскрика, чтобы не привлечь внимание, так как передо мной неожиданно появляются вампиры. Они бодрее, чем были днём, и на губах Дэмиана я замечаю каплю крови, от чего зажмуриваюсь и отвожу взгляд, не желая даже думать о том, откуда он её взял.

– Так куда отправляемся? – спрашивает Джаспер. Я снова осматриваюсь, чтобы убедиться, что поблизости нет стражников, сменяющие места патруля. Никого не увидев, я поворачиваюсь обратно к Джасперу и Дэмиану.

– В библиотеку Флеада, – только я успеваю произнести последнее слово, как Джаспер хватает меня за руку и переносит в пространстве.

Мы, на удивление, бесшумно приземляемся на ноги в нужном помещении. Я осматриваюсь и понимаю, что мы действительно в библиотеке, а вид из окна даёт понять, что это Флеад.

– Сколько времени тебе потребуется? – шепчет Джаспер, и я на пальцах показываю десять. Вампир кивает. – Мы постоим у дверей на случай незваных гостей.

Они вмиг оказываются у дверей, а я накидываю на голову капюшон и беру со стола одну из зажжённых свечей. Подняв её над головой, я ещё раз осматриваю библиотеку. Сжав рукоять кинжала, – так спокойнее, – я начинаю поиски заветной информации. Прохожу несколько стеллажей с книгами, рассматриваю каждую, где можно что-то найти, но у меня ничего не выходит. Остаётся лишь пять минут, и я уже обречённо выдыхаю, собираясь ни с чем вернуться в Агранту, однако на самой верхней полке замечаю очень старую и потрёпанную книгу, которую кто-то явно хотел спрятать, чтобы её не нашли, но край обложки остался на виду.

Я стараюсь бесшумно подвинуть стул и встаю на него, доставая пыльную книгу. Крепко зажимаю нос, чтобы не чихнуть, и у меня получается. Я открываю книгу на первой странице и читаю название с потёртыми от времени буквами. В этой книге хранится информация о всех королях и членах королевской семьи, опасных преступников, магов, с которыми сотрудничают правители, и служащих во дворце. Я пролистываю пару страниц тяжёлой и толстой книги и останавливаюсь на портрете последнего нынешнего короля – Фергуса.

Странно. Хоть портрет и сделан в его молодости, он не имеет ничего схожего с тем, как сейчас выглядит Фергус. Из-за моего неаккуратного движения из книги выпадает вырванная страница, помятая и сложенная несколько раз. Я успеваю схватить её на лету и разворачиваю, не сдерживая удивлённый вздох. На этом портрете, судя по подписи снизу, изображён опасный преступник – Джордж Витингел, сбежавший из тюрьмы Флеада. И он так сильно похож на Фергуса, словно его брат близнец!

Я хмурюсь. Преступник сбежал из тюрьмы в день коронации Фергуса. Коронация была закрытой. Нам рассказывал отец, что они увидели короля только на следующий день. Что, если Фергус на самом деле лишь претворяется королём Флеада? Что, если на самом деле он – преступник Джордж, захотевший власти и величия? Они ведь как две капли воды на фото похожи!

Этим и объясняется, почему книгу было так сложно найти и почему портрет с Джорджем так сильно смят. Ему бы не составило труда убить настоящего короля Фергуса и выдать себя за него, так как все при дворе Флеада рассказывали, что никто, кроме некоторых советников, не видели коронацию и короля до следующего дня. Он мог убить короля и подговорить советников. А моя мама случайно подслушала его разговор с кем-то и узнала об этом, поэтому Фергус, а точнее – Джордж, убил её, чтобы об этом не узнал кто-то другой!

Я слышу, как меня окликает Джаспер, так как десять минут уже прошли. Схватив эту книгу под подмышку, я всовываю в неё вырванную страницу и слезаю со стула, подбегая к Джасперу с Дэмианом. Мы совершаем перенос и благополучно оказываемся в коридоре нашего дворца. Но не всё так хорошо, как я думала.

– И где вы были? – я прикрываю глаза, слыша голос Демьяна почти сразу же после перемещения. Я оборачиваюсь и вижу, что помимо Демьяна перед нами стоят Анортад, Лассен и Ролан. Дэмиан и Джаспер уходят, когда я прошу их об этом, ведь вампиры сделали это по моей просьбе. Я придумала это и я буду объясняться перед семьёй.

– Давайте хотя бы не здесь, – говорю я и не дожидаясь ответа иду в зал, где ребята были до того, как я ушла. Поворачиваюсь к ним лицом и показываю книгу, начиная объяснять. – Мы были в Флеаде. В библиотеке, как и я хотела. Я в порядке.

– Конечно, ты в порядке! – восклицает Анортад, опережая Лассена, который только собирался что-то сказать. – А если бы вас заметили и поймали?! Стража Флеада никогда не медлит и сразу бы убила тебя! Тем более им уже давали приказы так поступить с тобой! Зачем ты вообще... – я хватаю Анортада за ворот рубашки и притягиваю его к себе, затыкая поцелуем и наплевав на то, что мы в комнате находимся не одни.

– Успокоился? – шепчу я, когда мы отрываемся друг от друга, на что Анортад лишь безмолвно хватает ртом воздух. Я поворачиваюсь к остальным, стараясь игнорировать их удивлённые взгляды, а также довольную ухмылку Демьяна. – Со мной правда всё хорошо, мы были осторожны. Не думаю, что нас кто-то заметил.

– В следующий раз хотя бы предупреди нас, – говорит Ролан, на что я киваю.

– Мы собирались спать, поэтому давайте обсудим всё завтра, мы все устали, – говорит Демьян и отправляет нас всех по своим комнатам.

Я виновато смотрю на Анортада, поджимая губы, на что он дожидается, когда все уйдут и берёт меня за руку, в молчании ведя в мою комнату.
Он пропускает меня первой, а затем заходит следом, подпирая спиной дверь. Мы стоим некоторое время в молчании, и я уже хочу снова извиниться, что подвергла себя опасности, как мужчина хмыкает:

– Мой храбрый кролик опять полез решать проблемы вперёд меня, – иронично вскидывает он брови, а я облегчённо выдыхаю и улыбаюсь.

Я хочу подойти к нему, чтобы обнять, как вдруг мы оба слышим грохот над нами. Он повторяется ещё несколько раз, а затем мы слышим крики. Я порываюсь побежать туда, но Анортад хватает меня за руку прежде, чем я успеваю коснуться двери.

– Оставайся здесь, – приказывает он и уходит сам, оставляя меня одну, но он ошибается, если думает, что я действительно останусь здесь, если даже в Флеад отправилась после их отказа.

Проходит минут пять после того, как ушёл Анортад, но шум не прекращается, и я не выдерживаю. Выхожу в коридор и направляюсь к лестнице. Стоит мне подняться на этаж выше и завернуть в длинный коридор, как в меня сразу врезается шар магии и впечатывает в стену. Я, ошеломленная и не ожидавшая этого, несколько секунд сижу у стены на коленях, пытаясь прийти в себя и помочь остальным, которые сражаются с... Я напрягаю зрение и вижу пятерых неизвестных мужчин, а на их плечах эмблема Флеада. Это шпионы. Неужели они узнали, что я прокралась к ним во дворец и пришли сюда за мной?

Я хочу подняться на ноги, но меня ослепляет яркий свет, а затем чей-то меч с влажным звуком входит в моё тело. Я не успеваю ощутить это, как кто-то резко вынимает меч и с шумом исчезает. Свет исчезает только через несколько минут, пока я пытаюсь стоять на слабых ногах и остановить кровь, но выходит очень плохо. Свет пропадает, и я могу нормально оглядеться, но силы быстро покидают меня. В коридоре никого нет, кроме Анортада, Лассена, Демьяна, Ролана, Дария и Дреяна.

– Элли! – Анортад первым замечает меня, сползающей по стене. Я падаю на бок, но меня резко переворачивают на спину и помогают зажать рану.

Благодаря яркому свету шпионы Флеада смогли улизнуть.

Я истекаю кровью и теряю сознание, пока меня окружают родные и пытаются помочь. Кто-то убегает за лекарем, а кто-то, я не в силах понять кто, шепчет успокаивающие слова на ухо и крепко держит меня. Они не могут помочь. Никто из них, а моей силы исцеления слишком мало для полного заживления.

Я ошиблась. Шпионы Флеада пришли не за мной, я им не нужна. Они забрали моего брата. Они похитили Лука.