Познать себя

Где-то в глубине души Ноэль надеялся, что ему не придется просиживать над книгами по несколько часов в день ради того, чтобы найти ответ на вопрос или написать эссе. Говоря откровенно, после того, как он помог Снейпу сварить противоядие для «Марионетки» и тот с первого дня осени отправился в школу, Байрон был уверен, что мужчина не сможет обучать и студентов Хогвартса, и их с Мартином. Оказалось, может. И, Ноэль был уверен, у студентов магической школы не было столь сложной программы, как у них. Снейп определенно хорошо разбирался и в других школьных предметах, кроме зельеварения, так что подростку пришлось добавить к списку «Это что-то новое» еще один пункт. Вообще-то, Ноэль был уверен, что мужчине нравятся только зелья и окклюменция. Возможно, еще история. Но Северус Снейп, как всегда, подкинул ему сюрприз.

И не только он. Тот разговор с отцом, произошедший после увиденного в пыточной и объяснений в лаборатории, парень часто прокручивал в голове. Ведь с самого начала Том Риддл огорошил его новостью, что оба пророчества не настоящие. Ноэль был изумлен и счастлив. А теперь его мучил вопрос «Зачем?». Для чего роду Эванс понадобилось фальшивое пророчество? И зачем второе? Для чего оно нужно? Ответов у него не было, только одни домыслы. Но верны ли они? Ноэль признавался себе честно, что не видел в пророчествах смысла. Так зачем они? Записи в кабинете мало в чем помогали. Точнее совсем не помогали. Он их разложил по нескольким стопкам. И самая большая была та, которую нужно уничтожить. Парня тошнило, когда он читал заметки из той стопки. Ему пришлось познакомиться с жуткой стороной своего рода, но лучше знать, чем не осознавать, кто ты есть. И что представляет собой твоя семья.

«Мама с папой чего стоят!» – захихикал голосок внутри Ноэля, но он отмахнулся от него. Хотя нужно признать – его родители весьма необычны.

Второй причиной возвращения к разговору оказалось удивление. На уроках истории им об этом не рассказывали. В книгах, которые читал Ноэль, упоминания о подобном не встречались. Хотя мама упоминала о традиции, что магглорожденных и полукровок брали в магические семьи. Правда, она сошла на нет еще в пятнадцатом веке. А вместо нее расцвела буйная ненависть к нечистокровным магам. Хорошая у них пропаганда. Или глупые люди. Кстати, о традиции. Она началась незадолго до построения Хогвартса и дала начало не только роду Эванс. Но не это было причиной удивления Ноэля. Он был поражен, узнав, почему Салазар Слизерин недолюбливал магглорожденных. Маги в то время почти все были обучены чтению и письму, а вот нечистокровные большей частью были выходцами из простых семей. То есть у них не было или средств, или возможности для обучения. Они редко умели читать и писать, но, в отличие от детей из магических семей, среди них почти все с легкостью обращались к своей интуитивной реакции – стихийной магии, что была им мечом и щитом. Ею магглорожденные действовали намного быстрее мага с палочкой – и это часто заканчивалось катастрофой. Эта первая причина. Именно из-за нее, традиция брать в магическую семью нечистокровного и воспитывать его, укрепилась. Намного легче обучить их с раннего возраста вербальной магии, чем потом переучивать. Последнее сопровождалось такой кучей проблем, что магглорожденных магов пытались забрать от родных, как можно раньше. Дабы они не успели привыкнуть использовать магию своей стихии. Второй причиной искренней ненависти Слизерина были манеры магглорожденных, то есть абсолютное отсутствие таковых. Ему, выросшему в совершенно другом обществе, было абсолютно не понятно, как можно так отвратительно себя вести. И если первая причина Ноэлю была понятна и немного напугала (он хорошо запомнил, что творилось с тетей), то вторая – повеселила. А чего великий маг от них ожидал? Прямых спин и четкого, правильного выговора? Умение пользоваться ножом, вилкой и еще кучей других столовых приборов? Откуда бы у них взялись подобные навыки?

Но было еще одно, что заставляло постоянно теребить воспоминания о том разговоре. Снейп и Беллатриса. Трудно было не заметить их странные отношения. И Ноэль не удержался, он спросил у отца, какие у тех двоих отношения, совершенно не обратив внимания на странный взгляд Лорда, который тот бросил на сына.

– Это трудно объяснить, не раскрывая некоторых секретов, – сказал ему тогда Том. – Из отношения Беллы к Северусу, кажется, что она в него влюблена, а он не отвечает ей взаимностью, но и не отвергает. Это не так. – Риддл тяжело вздохнул и внимательно посмотрел на сына. – Иногда проклятия начинают действовать не сразу. Белла была нормальной девочкой, не считая небольшой нелюбви к Люциусу. Причина их немного напряженных отношений – Северус. Для них он тогда был неординарным и за его внимание эти двое постоянно сражались. К тому же, Сев стал для них другом, так что отцепить их от бедного мальчика не получалось. Однажды вышло так, что Люциус куда-то уехал, а Беллатриса осталась в Хогвартсе и Северус тоже. Что там произошло мне не известно. Северус мало что знает, он подоспел уже к развязке. Что-то или кто-то спровоцировал пробуждение спящего до того времени проклятия. На Беллу нахлынуло безумие. Повезло, что больше там никого не было, иначе бы она его или их растерзала бы. Северус ее искал. Кажется, хотел что-то показать, а когда обнаружил свою подругу, ему пришлось провести невероятно сложный обряд без какой-либо подготовки. Он хранитель безумия Беллы. Ее здравый рассудок. Громоотвод. Большую часть времени именно Северус помогает ей быть собой и только во время боев или пыток он позволяет безумию завладеть ею.

– Разве это не опасно? – спросил тогда перепуганный Ноэль.

– Для них обоих это не проходит бесследно. Северус не может постоянно держать Беллу под контролем. Это вредит и ей, и ему. Но безумие для твоей крестной намного разрушительнее.

Байрон боялся. И волновался, и тревожился. Он полюбил свою крестную. Немного капризную, веселую и потерять ее будет равно тому, что кто-то вырвет ему часть сердца. Пусть этот кусок ничего не изменит в груди с физической точки зрения, но болеть будет нестерпимо. А представить, что не будет Снейпа – харизматичного, саркастичного и иногда ведущего себя невероятно нежно по отношению к нему, Ноэлю, – было пугающе. К своему величайшему отчаянью, парень осознал, что он еще больше влюбился в декана факультета Слизерин. И каждый раз с нетерпением ждал встречи на выходных, когда немного хмурый мужчина приходил к ним с Мартином, чтобы проверить их знания. Объяснить то, что они не поняли. Дать новые задания. И повеселить их рассказами о хаосе, что устраивают ученики, преподаватели, директор и Министерство.

И все бы хорошо, да только Мартин заметил повышенный интерес Ноэля к их наставнику. Кузен старательно выспрашивал Байрона, тот терпел и молчал достаточно долго, а когда объяснил, весьма сильно взъярился, после того как светловолосый Эванс заявил, что не будь Ноэль ему братом, он бы такого шанса не упустил.

– Какого шанса? – не хуже змеи шипел тогда на сына Петунии глава рода.

Мартин не ответил, но улыбался так, что подростки едва не подрались. Молодому сотруднику гоблинского банка пришлось сильно потрудиться, чтобы уверить Байрона: он ничего такого предпринимать по отношению к Снейпу не будет. Зельевар, даже если подмечал какие-то изменения в их отношениях, ничего не говорил.

Наконец, закончив с эссе, Ноэль обратил внимание на письма, которые принес ему профессор Снейп. К мужчине подошли Драко и Луна. Восторга Северус явно не проявил, но сообщения от друзей передал. Байрон почувствовал себя смущенным. Немного. Хотя, если говорить правду, он был весьма удручен тем, что забыл о друзьях, которые, кстати, попеняли ему на это в письмах. И парень не представлял, что писать в ответ.

***

Мысль о проклятии казалась профессору Снейпу все привлекательней. Несколько Авад прекратили бы этот разговор, который раздражал мужчину с каждой секундой все сильнее. Но он ничего не делал, просто мрачно следил за ходом разговора и морщился.

Зельевар не пожалел ни ингредиентов, ни сил – сварил универсальное проверяющее зелье и ежегодная проверка преподавателей дала удивительный результат. Конечно, уговорить мадам Помфри оказалось трудно, но она позволила ему взять образцы крови. И Северус Снейп оценил труды неизвестного зельевара – половина преподавательского состава была напоена зельем «Марионетки». Правда, они получили дозу зелья незадолго до гибели семьи Поттер, и его действие уже прошло, однако следы остались. Но смущало не это, а то, что повторно никого не поили. Странно? Еще бы. Разве что зельевар, сумевший сварить зелье, погиб... или внезапно забыл рецепт.

Декан Слизерина, немного разобравшись с делами, наконец, заметил, что в поведении директора есть странности. Конечно, можно было все списать на прошедшие годы, но... Северус был под воздействием заклинания и не помнил большую часть информации, то есть он был совершенно беззащитен перед Альбусом Дамблдором и остальными. Чтобы великий светлый маг и не заметил подобного? И не воспользовался?! Либо у него проснулась совесть, либо кто-то использовал заклинания дальнего действия, когда присутствие цели перед глазами заклинателя не нужно. Большинство чар так, конечно, наложить невозможно, но вот те, что связаны с разумом и памятью, будут действовать. Они будут слабее. Намного. И в этом случае кое-что смущало зельевара. Как Лили удалось наложить заклинание? Она была в положении. И ей никто не помогал. Откуда взялись силы? И был еще один вопрос. На какое количество магов она наложила чары? Ведь чем их больше, тем воздействие слабее.

***

Беллатриса следила за своей группой. Задание было несложным – им нужно немного попугать жителей нескольких магических поселений и привлечь к себе как можно больше внимания. Люди леди Лестрейндж пока не нуждались в помощи капитана, и ведьма оставалась в стороне.

Раздались громкие хлопки, и Белла ухмыльнулась под маской: а вот и долгожданные гости! Женщина не потянулась за палочкой, она чувствовала, как Северус постепенно ослабляет поводок. Безумие затопило ее изнутри, и, прежде чем ведьма бросилась в бой, Лестрейндж отдала приказ уйти с дороги.

Пожиратели моментально подались в стороны и назад, отхлынув, словно волна от берега. Авроры настороженно переглянулись: их противники всегда преподносили сюрпризы. Совершенно неприятные сюрпризы.

Огонь пополз по земле тонкими ручейками. Сначала медленно, набирая мощь, чтобы наброситься на дома, а затем потечь широкой рекой к врагам, сметая все на своем пути: живое и не живое.

– Стихийник! – закричал главный среди авроров, жестами приказывая отступать. – Аппарируйте!

Но сбежать никто не успел – огонь Беллатрисы Лестрейндж сожрал всех.

***

У Люциуса было другое задание. Его группа, пока Белла отвлекала внимание, навестила дома когда-то принадлежавшие роду Эванс. Часть из них была разрушена, часть кому-то принадлежала, но они наведались во все здания, которые наметили на эту неделю. И сейчас Малфой должен рассказать Тому, что он и его люди смогли узнать.

– И? – Лорд внимательно посмотрел на друга.

– Ничего. – Мрачно произнес блондин, покачав головой. – Все обнаруженные тайники пусты. Никакой зацепки.

Волдеморт хмыкнул и аккуратно чиркнул пером на бумаге несколько слов.

– Какие-нибудь слухи?

Люциус несколько секунд молчал, но затем мрачно ответил:

– Нет. Я поищу в нашей библиотеке сведенья, но не могу гарантировать, что будет хоть что-то.

Лорд только кивнул.

***

Мартин не часто гулял по магическому кварталу. Их наставник – Снейп – требовал, чтобы парень не светился в Магическом мире. И Эванс старался, чтобы его видели как можно меньше волшебников. Да и при своей работе, он редко виделся с клиентами. Только если им нужно было снять проклятие с сейфа. И если они желали наблюдать за процессом.

Сегодня маг закончил рано, никаких срочных дел не было, потому Мартин решил прогуляться по Косому переулку.

Людей было мало. И парень смог насладиться видами. На первый взгляд, опрятная улица с кучей магазинов. Все выглядит так, словно сошло с картинки. Мило и славно. Некоторые витрины бросались в глаза яркими красками, но большая часть представляла собой сочетания практичности и пастельных цветов. И здесь были маги. Только маги.

Мартин сделал вид, что рассматривает товары за стеклом книжного магазинчика. На самом же деле боевой маг изучал людей. Витрина, конечно, не зеркало, но лучшего варианта пока нет. Да и пялиться на людей неприлично.

Ни оборотней, ни вампиров, ни обычных людей. С последними все было более-менее ясно. В магических кварталах Америки они тоже были редкими гостями. А вот остальные...

Оборотни и вампиры весьма распространенные существа за океаном. Не сказать что с ними все тихо и мирно, однако они еще не пытались устроить тотальное уничтожение человечества (локальные проявления агрессии не в счет). Но за все проведенное здесь время он встретил всего лишь несколько магических существ и то только потому, что отец его кузена имеет обширный круг общения. Такая ситуация сильно смущала Мартина. В школе им постоянно твердили, что пустое место редко остается свободным. А это значит, что вместо вполне привычных и знакомых умерено-опасных тварей, могут показаться незнакомые и оттого очень разрушительные монстры.

– И ведь сами себе могилу роют, – тихо пробормотал парень. – Знают они что-то, да только все не то.

Мартин еще раз обвел толпу и впился взглядом в девушку. Знакомые все лица! В последние дни она ему примелькалась. Невысокая шатенка с выразительными голубыми глазами, обладательница хорошей фигуры, но весьма неуклюжая. Что барышня и подтвердила. Она споткнулась, умудрилась толкнуть мужчину – и растянулась на земле, возмущенно что-то фырча. Эванс хмыкнул и, заметив, что у девушки назревают проблемы, обернулся, решительно направившись к магу, который гневно закричал на жертву невезения.

– Прошу прощения, – небрежно произнес парень, отодвигая мужчину в сторону и помогая, девушке подняться. – Как Вы себя чувствуете, леди?

Когда Мартин хотел, он вел себя как истинный джентльмен, отчего девушки млели. Красивый и обходительный, почти мечта. О своих возможностях Эванс знал, и умело ими пользовался.

– Все нормально, – смущенно ответила барышня.

– Ты что себе позволяешь, недомерок?! – гневно спросил рослый мужчина, который привык, что его вид вызывает трепет.

– Помогаю девушке, – спокойно ответил Мартин, равнодушным взглядом изучая оппонента. Ни гневная гримаса, ни высокий рост последнего не вызвали в нем и малейший капли страха. Он встречал и более опасных противников.

Мужчина напрягся. Маг никогда не встречал сопротивления. С ним мало кто решал связываться и сейчас он растерялся. Любитель легких побед, когда противник предпочитает сразу отступить, а не ввязываться в бой, мужчина не знал, что делать.

Мартин, несмотря на обучение боевой магии, терпением не отличался в таких ситуациях. Парень хотел определенности и потому привлек к себе внимание:

– Долго звезды считать будете?

– Проваливайте, недоноски, – раздраженно произнес мужчина и, словно в противовес своим словам, поторопился уйти.

– Благодарю, – улыбнулась девушка. Некоторая наигранность не ускользнула от внимания Мартина. Но он сделал вид, что ничего не заметил. – Вы меня спасли.

– Это не заняло много времени, – хмыкнул Эванс.

– Меня зовут Катарина. Катарина Вуд.

– Мартин Эванс.

– Приятно познакомиться.

Зеленоглазый блондин задержался с ответом, рассматривая новую знакомую. Симпатичная. А у него не было возможности найти подружку. Хотя она тоже не совсем подходит, но, кажется, будет весело.

– Взаимно. Вы точно в порядке? – спросил Мартин, заметив, как поморщилась девушка, когда попыталась стать немного по-другому. – Может мне стоит Вас проводить?

– О, это было бы очень мило с Вашей стороны.

В голосе девушки проскользнули нотки фальши, и это еще больше заинтересовало Эванса. Зачем же она так старается?

– Тогда нам нужно в больницу.

– Ох, нет-нет, только не туда.

Он любит загадки. А девушка явно собралась подкинуть ему не одну.

– Ну, тогда в аптеку. Идемте, – и, не слушая возражений, аккуратно повел девушку за собой.

Пристальный взгляд в спину Мартин предпочел не заметить.

***

– Твое довольное лицо меня раздражает. – Том гневно посмотрел на Долохова, что стоял перед его столом и довольно улыбался, изучая Лорда.

– Один Ваш приказ, о мой господин, и оно не будет довольным. – Весьма странным голосом произнес Антонин и Марволо заподозрил, что над ним издеваются. Только он не знал кто больше: Долохов или леди Лестрейндж? – Одно Ваше слово...

– Заткнись! – это было весело раз или два. Но каждый день одно и то же, словно кто-то повторял одну и ту же песню до бесконечности и, какой бы замечательной она ни была, уже начинает надоедать. – Займись делом.

– Я всегда к Вашим услугам, о мой...

– ЗАТКНИСЬ! – Том уже ненавидел эти три слова. Стоило ему их только услышать, как его передергивало. – Просто уйди.

– Да, – Долохов поклонился и предпочел быстро покинуть кабинет: сила Лорда начала давить на мужчину даже без желания хозяина.

Том тяжело вздохнул. И ведь умудряется этот дурак вечно довести его до такого – взять магию под контроль после нервотрепки сложно. Но было кое-что, чего Лорд не понимал. Беллатриса уже сказала Долохову, что она довольна и мужчина может прекращать доставать повелителя, но тот почему-то не перестал.

***

Снейп моментально заметил странности в поведении Мартина. Да и как не заметить широкую улыбку и сияющее лицо. А на фоне раздраженного Ноэля, такая разница эмоций сильно настораживала. К тому же, на своего наставника парень попросту не обратил внимания, отчего тот даже немного обиделся.

– Добрый день, Ноэль. – Поприветствовал младшего брюнета Северус, проводив взглядом веселого Мартина. – Зелья готовили?

– Нет, – мрачно ответил парень, проигнорировал приветствие мужчины.

– Тогда почему Ваш кузен столь счастлив?

– Влюбился.

– Ревнуете? – заинтересовался зельевар, устраиваясь в кресле: с таким настроением обучение для кого-то станет головной болью. А Снейп ее очень не любил.

– Нет, – покачал головой Ноэль. – Он меня просто достал. Все говорит и говорит. Какая она замечательная, и красивая, и добрая, и понимающая. Ну, просто ангел!

В эту секунду Северус невольно вспомнил себя и Люциуса. Малфой точно так же говорил о Нарциссе Блэк, когда увидел девушку и влюбился. Снейп наложил на друга заклинание, что делало его безголосым, как только блондину взбредало в голову поговорить о прекрасной леди с зельеваром. Он речей о красоте Нарциссы наслушался на сто лет вперед.

– Каждую секунду, – недовольно пробурчал Байрон. – О чем бы ни шел разговор, он начинает рассказывать о Катарине.

– Она маг? – заинтересовался Снейп.

– Естественно. Он встретил ее в Косом переулке.

А вот на этих словах старший маг насторожился и спросил:

– Полным именем назвался?

– Почти.

– Нехорошо, – пробормотал Снейп, напряженно думая.

Байрон внимательно следил за сменой эмоций на лице мужчины. Как он и думал, тот стал очень мрачным. Ноэль сдержал желание вздохнуть и задумался. Мартин засветился. И ведь нашел место, где говорить о себе. Если бы в банке кто-то заинтересовался фамилией сотрудника, им бы сказали, что парень прибыл из Американского филиала. Или просто перевели бы тему. Но Мартин сказал о том, кто он, посреди улицы. Да, людей было немного, но они слышали. И все это произошло при героическом поступке, а его точно будут обсуждать. А еще внешность у брата примечательная, так что поводов для беспокойства море.

– Сколько раз они виделись? – хмуро уточнил мужчина.

– Почти каждый день с начала недели, не считая субботы.

– Она интересовалась родней?

– Нет.

– Интересно, – Снейп поднялся на ноги. – Я поговорю с Мартином, а ты приготовься к занятию.

– Хорошо.

Вечером, вернувшись в школу, зельевар хмурился, потому что столько вранья он еще не слышал. Самое забавное он не мог понять, кто лгал больше: Мартин или Ноэль?

– Что эти мальчишки затеяли? – тихо спросил он у самого себя, заходя в спальню.

***

Байрон смотрел на брата. Долго смотрел, не отрываясь, пока кузену, наконец, не надоело. Мартин повернулся к Ноэлю и напоролся на внимательный и отнюдь не дружелюбный взгляд. Конечно, они не знали друг друга с детства, но им это и не было нужно, чтобы хорошо понимать мысли блуждающие в черноволосой и светловолосой головах.

– Да не волнуйся ты! Будет весело.

– Кому? – мрачно спросил Байрон.

– Мне, – беспечно пожал плечами Мартин.

– Как бы потом тебе не плакать.

– Ой-ой, прямо дрожу от страха. – Засмеялся Эванс, но умолк – на лице Ноэля не возникло и тени улыбки. – Она интересная девушка.

– У тебя ни одного ее портрета.

Мартин на секунду замер, а затем широко улыбнулся:

– Зачем они мне, я вижу оригинал почти каждый день!

Ноэль задумчиво рассматривал его. Несколько секунд прошло в полном молчании, после чего подросток поднялся и направился к двери, но замер, когда открыл дверь и обернулся к брату:

– Будь осторожным.

И растворился в темноте коридора. Мартин моргнул и удивленно посмотрел на дверь. Ноэль изменился. Кажется, кузен сам того не осознавал, да и Эванс мало что подмечал, увлеченный игрой. Но сейчас блондин заметил. Неужели у Байрона начала пробуждаться стихия? Тоже тьма?

– Ну как же так, – простонал Мартин. – Я же старше.

Утро воскресения началось весело, Эванс проспал, хотя ему нужно было появиться возле книжного магазина в десять – они с Катариной собирались прогуляться. Часы показывали половину одиннадцатого, и Мартин носился по комнате, быстро приводя себя в порядок.

– Черт, черт, – ворчал парень, крепя на руке ножны для палочки, – хоть бы не ушла.

Закончив, он посмотрел в зеркало и, довольный результатом, аппарировал. Девушка его ждала. Зеленоглазый облегченно вздохнул и, натянув на губы извиняющую улыбку, подошел к Катарине. Шатенка весело защебетала, увидев парня. Мартин мало слушал ее, а тщательно прислушивался к окружающим. Нет, никого. Сегодня не следят. Почему? На миг Эванс утерял контроль над лицом и вежливая улыбка исчезла.

– Что-то случилось? – забеспокоилась девушка.

– Нет, все хорошо. Прогуляемся?

– Конечно. – Счастливо улыбнулась Катарина.

Первым пунктом стало кафе. Они поели, обсудили интересные темы и только после этого решили выйти в маггловский Лондон. Катарина повела парня к хорошо знакомому ей парку. Мартин не сопротивлялся.

«Какие нетерпеливые», – про себя улыбнулся боевой маг. В крови начал бурлить адреналин, он предвкушал схватку.

Осень покрасила парк в желтый цвет. Людей было немного, но девушка не останавливалась, продолжая тянуть светловолосого за собой. Наконец-то она нашла нужное место. Спокойное и тихое, оно было скрыто от остального мира густым кустарником. Мартин криво улыбнулся, когда Катарина начала рассказывать какую-то глупость об укромном местечке, где их никто не найдет. Она стояла к нему спиной и не видела его лица. Он слышал, что к ним идет как минимум три человека. Эванс быстро вытащил палочку и одним шагом приблизился к Катарине, чтобы вырубить ее. Подхватив девушку, дабы шум падения не привлек противников, парень опустил тело на землю и прислушался: не заметили. Тихо отступил в сторону, боевой маг использовал невербальное заклинание, сделавшись невидимым.

Трое мужчин тенями появились рядом с небольшой полянкой. Они сразу заметили бессознательную девушку. Один из них медленно приблизился к ней и проверил, жива ли та. Сделав знак, что с барышней все в порядке, он выпрямился и собирался использовать поисковое заклинание, когда получил режущее проклятие. Захлебнувшись криком, мужчина рухнул на землю.

Мартин молниеносно отпрыгнул в сторону, не давая заклинаниям противников коснуться себя. Невидимость исчезла, стоило ему только использовать проклятие. Взрослые маги оказались опытными бойцами, но они явно никогда не проходили ту подготовку, что была у Эванса. К тому же, мужчины пользовались вербальными, благодаря чему парень с легкостью отбивал или парировал атаки. Его же беззвучные нападения редко не попадали в цель. Блондин увлекся. Он видел цель и желал победить, совершенно забыв о девушке. А этого не стоило делать.

Она атаковала его, как только оклемалась и смогла вытащить волшебную палочку. И вот этого Мартин никак не ожидал. Отвлекшись всего на секунду, парень получил парочку опасных заклинаний и отключился.

***

Родовое гнездо Блэка было терпимым, если в нем не было лишних людей. Но сегодня их было много. Тьма неистовствовала. Снейп слышал ее гнев и радовался, что он был направлен не на него. Однако это не меняло того, что его контроль над силой слабел. Тьма желала уничтожить лишних, и зельевар должен стать ее оружием. Она жаждала крови. Северус не понимал, что происходит и поспешил к гостиной, где должна пройти встреча Ордена.

Маги шептались. И этот шум раздражал зельевара. Но он угас, когда в комнату вошел Дамблдор. Старик улыбнулся присутствующим и заговорил:

– У нас радостная новость. Тонкс смогла захватить сына Волдеморта и Петунии Эванс – Мартина. – Директор махнул рукой в сторону Нимфадоры. Молодая женщина поклонилась. – Мы получили козырь, который поможет нам уничтожить монстра. – И Дамблдор величественно отступил в сторону, чтобы маги могли рассмотреть измученного Мартина Эванса.

Снейп, внутренне оцепенев, на лице не проявил и капли тех эмоций, что обуревали его. Мужчину испугало не то, что парень оказался в руках Ордена и не ошибка, по которой Альбус Дамблдор назвал мальчишку сыном Волдеморта. Он ужаснулся тому, что племянник Лорда оказался светлым, и они этого не рассмотрели: у парня никакой защиты против «живой» тьмы. А она желала его уничтожить. Медленно и мучительно.