Лгунья

POV: Рэй

Я проснулся в холодном поту, тяжело дыша и хватаясь за сердце. В последнее время я стал часто спать днём. Да и вообще в состоянии бодрствования провожу максимум часов десять. Сгоревшие нервные клетки требуют передышки. Во мне пропало всякое желание есть, взращивать растения, хоть как-то развлекаться. Что несвойственно для детей моего возраста. Все мысли полностью занимала Нэо. Как она там? Жива ли вообще? Касаются ли эти грязные руки её? Я не знал ответа, и это чертовски мучило. Сколько ни пытался напрячься и применить свою способность — не выходило. И я не знал почему, строя самые разные теории. И одна из них была самой крепкой, на которую стоит уповать, чтобы совсем не загнать себя в депрессию. Это то, что я могу видеть лишь обстоятельства, опасные для жизни. Может, это стало обусловлено расстоянием, я не уверен. Но мне стали сниться сны, в которых девушка в опасности. О чём я сразу же доложил в это чёртово агентство, которое вроде и пыталось что-то делать, но недостаточно.

Было чувство, будто они только и искали повод, чтобы не помогать моему другу. Эти дурацкие очки. Я заметил, что на парня все странно покосились, когда он твёрдо заявил о том, что не может ничего сделать без них. Значит, он лгал. Просто не хотел прилагать усилия, чтобы спасать человека, который не имеет ни малейшего отношения к агентству. Точнее имеет, но слишком небольшое. Сколько она у них проработала? Месяц? Довольно маленький срок. Я понимал, что у них нет твёрдой уверенности в том, что я не лгу. И это раздражало и вводило в отчаяние. Понимание того, что есть лишь один человек, который может меня понять, ложилось тяжёлым грузом на плечи. И этого человека сейчас нет рядом, чтобы я мог его защищать. Нэо всё-таки девушка, и я как мужчина и хороший друг должен быть рядом с ней. Я, а не этот чёртов ублюдок, который посмел посягнуть на любые личные границы Нэо. Это отвратительно и неправильно.

Вот и в один из таких дней, когда меня резко озарил сон о том, что мой друг сейчас совсем один в тёмном лесу, я поспешил поделиться этим с детективами. Но, как и ожидалось, они всего лишь пожали плечами, предположив, что это просто сон, не воспринимая слова ребёнка всерьёз. Как же бесит. Неужели мне придётся делать всё одному? Но чем больше не было Дазая, тем беспокойнее становилось в агентстве. Мои слова уже не были таким уж пустым звуком, когда минуло несколько недель. Судя по рассказам детективов, Осаму и раньше мог пропасть на два-три дня, отлынивая от работы. Но его телефон молчал, и минуло уже на тот момент больше недели. Все были на взводе, ведь до последнего не хотелось верить, что человек, которого они знают так долго, способен на подобное. И лишь Куникида мне верил. Что удивительно, ведь парень явно был скептиком. Просто в какой-то момент он отвёл меня в сторону и попросил всё рассказать ещё раз. На вопрос о том, верит ли он мне, тот кивнул и ответил: «У меня очень нехорошее предчувствие». Были идеи связаться с мафией и выведать, знают ли они что-то о пропаже Осаму. Но ответ поразил детективов чуть меньше, чем мой рассказ о Дазае. Но тоже сильно. Эти портовые крысы не обвиняли агентство в том, что один из членов исполнительного комитета был застрелен, что странно. Но работники и так это знали из моих слов. Только один факт их заставил вздрогнуть: мафия понятия не имеет, где сейчас Осаму. Я был озлоблен на весь этот чёртов мир. Всё было так нечестно по отношению ко мне и к Нэо. Сложившаяся ситуация до ужаса раздражала. Ну, разумеется, они не знают, где он! Эта тварь не тупая, в отличии от детективов, которые только спустя очень большое количество времени дошли до того, что нужно действительно прилагать усилия. Вот и сейчас я снова заснул посреди дня за столом офиса. Всё своё время я проводил в самом агентстве, не желая возвращаться в детдом. Да и детективы были не против, ибо я особо не шумел. Разве что нагнетал атмосферу своими гневными взглядами в их сторону. Один раз чуть не устроил драку. Слова Рампо тогда меня вывели из себя: «Рэй, давай начистоту, Нэо не является сотрудником агентства, она проработала тут всего месяц. Мало того, что это бывшая преступница, которая убила многих людей, так нам ещё и пришлось её от тюрьмы выгораживать. У нас очень много других дел, с которым связаны жизни не одного человека, а гораздо больше. Мы просто расставляем приоритеты. Может, тебе стоит смириться, что девушка могла сбежать без тебя?»

***

— Кацу… — повторил я имя представившегося мне парня. — Я Рэй.

— Какое у тебя красивое имя! — Игараси расплылся в тёплой улыбке. — Будем знакомы! Сколько тебе лет? — Парень упёрся руками в колени, дабы быть со мной одного роста.

— Мне двенадцать, а тебе? — спросил я, полный любопытства к новой личности. В моём маленьком социуме каждый новый человек в жизни приносил неимоверную радость и интерес. Кацу казался очень милым парнем, но что-то было в нём… странное. Теплота плескалась в глазах, но под ними виднелись большие синяки от недосыпа. Волосы растрёпаны, а руки и ноги… ну очень худые. Будто мой новый знакомый не ел несколько дней. Всё предплечье было замотано бинтами.

— Восемнадцать. — Кацу неловко почесал затылок, взъерошив волосы. — Я буду тут частым гостем, так что, если позволишь, могу ли я стать твоим другом? — В глазах мелькнуло лёгкое отчаяние.

— Тебе со мной будет неинтересно… я сильно младше тебя. Ты, наверное, общаешься с ровесниками… — пробубнил я, глядя в пол.

— Ну… Скажем так, у меня… не особо есть друзья, так что я буду рад абсолютно любой компании. Тем более… — Его рука легла на мои волосы. — Ты милашка!

Одежда парня была нежных цветов, и от него приятно пахло. Он казался намного младше своего возраста, да и выглядел слегка болезненно. Кацу улыбался, но как-то грустно, устало. Будто всю жизнь из него высосали. И только эти глаза отдавали теплом. В груди возникло приятное чувство радости от такой искренности со стороны моего нового друга. С того момента, как только приходил парень, я лип к нему, постоянно пытаясь завоевать внимание. Мне нравилось общаться с ним. Да и Кацу получал от этого удовольствие, что читалось в его взгляде. В моих мечтах всегда было выйти в открытый мир, увидеть как можно больше. Вместе с другом, который, если что, может поддержать. Некоторые дети уходили навсегда вместе с родителями. Меня будто никто не видел, ведь я слишком большой для того, чтобы воспитываться с нуля. Тяжело вздыхал, когда взор взрослых не касался меня, будто такого, как я, вообще никогда не возьмут к себе. Проливал много слёз, но не при нашей воспитательнице, а перед Кацу, который нежно обнимал меня и утирал влагу с моих щёк.

— Неужели я не заслуживаю любви?! — восклицал я, крепко прижимаясь к своему другу. — Это так нечестно…

— Не беспокойся о том, что останешься один. — Парень потрепал мои волосы. — Ведь я люблю тебя. Ты мой самый лучший друг, я никогда не брошу.

— Кацу… — я не знал, как выразить свою благодарность. — Что тебе нравится?

— Ты. — Снова тёплая улыбка. — Нет… в другом смысле… — пробубнил я.

— Хм… — парень задумался. — Я люблю ромашки, лаванду, одуванчики… мне нравятся растения. А ещё я просто обожаю тёплое молоко. Оно такое вкусное, особенно с мёдом. Люблю… люблю запах книг. Жалко, что нет таких духов, хех…

— Но от тебя и так пахнет страницами книг… — сказал я, вновь уткнувшись в плечо, вдыхая приятный запах. — Мне нравится. Знаешь что, — я ухмыльнулся, — я выращу для тебя целый сад, куда ты сможешь приходить и любоваться цветами.

— Только… не срывай их, пожалуйста… Я хочу, чтобы они жили. — Лёгкий прищур даровал приятное чувство в груди. Время быстро текло, мы становились всё ближе. Некоторые дети ревновали, мол, стоит прийти Кацу, как он тут же спешит ко мне. Я делился с ним фотографиями роста растений, болтая о том, какие красивые они будут, когда расцветут. А он всё слушал и слушал, улыбаясь. Мне постоянно хотелось его подбодрить так, как он подбадривал меня. Ведь мой друг… просто бесконечно одинок вне этого детского дома. Я спрашивал его о родителях, но он лишь печально что-то прошептал. Я не хотел давить и решил перевести тему на своё прошлом.

Меня забрали из семьи из-за жестокого обращения со стороны родителей. Мать и отец были наркоманами и алкоголиками, в результате чего не имелось совсем денег на еду и на какое-либо хорошее образование. Они продавали мебель, стиральная машина отсутствовала, и мне приходилось ходить в грязных вещах в школу. Это отталкивало остальных, я казался неряхой. Не знал, как просить помощи, ведь меня этому никто не учил. В конце концов, на моё смертельно худое тело обратила внимание классная руководительница и вызвала службу опеки на дом. Меня забрали. И с одиннадцати лет я жил в этом доме. Я мечтал иметь такого брата, как Кацу. Нет сомнений, что с ним я никогда не пропаду. Мне так хотелось его поблагодарить, но всё, что я мог сделать, — это однажды схватить его за руку и привести на задний двор. По правде говоря, я долго расспрашивал у девчонок, как правильно плести венки. Это были одуванчики. Я вырастил их настолько много, что они заполонили всю территорию. И однажды я попросил своего друга закрыть глаза и надел венок на голову. Глаза парня расширились в удивлении, после чего… я уж точно этого не ожидал. По щекам Кацу потекли слёзы.

— Спасибо… — Его руки сомкнулись за моей спиной.

***

Рампо говорил это с некими скукой и безразличием, будто такое в порядке вещей, что является для него очевидной истиной. Внутри меня словно что-то надломилось. Настолько было обидно. Как он смеет говорить так о ней?! Раз знает этого человека всего месяц, уж точно не имеет права вешать на неё такие ужасные ярлыки! Преступница?! Убийца?! Это самый светлый и добрый человек, которого я когда-либо встречал! Преступники как раз вы, кто даже по закону не имеет права не оказывать помощь! Что за бред?! В глазах встали слёзы обиды и гнева. Я не мог больше сдерживаться и, резко ринувшись в сторону детектива, со всей силы ударил его по лицу звонкой пощёчиной. Из-за неожиданности парень не успел среагировать и в лёгком шоке уставился на меня. Будто не понял то, что сам сейчас сказал!

— Ты что, совсем идиот? — низким голосом, полным гнева, прошептал я. — Ты ни черта о ней не знаешь. Признай, что ты просто безразличная скотина, которой плевать на жизнь человека, который тебя не касается. Вы все просто сборище клоунов, которые только изображают из себя хороших. Вы готовы встать на сторону преступника только потому, что он ваш «друг». Вам плевать на чувства остальных. Вы просто… — Я стиснул зубы. — Просто жалкий бесчеловечный мусор.

С того момента я предпочел молчать. Единственный, с кем мог поговорить, — это Куникида. Но и его я чаще всего успешно игнорировал. Ненавижу их всех. Верните мне моего друга, и мы свалим как можно дальше от вас, поганые детективы. Но сейчас всё иначе. Я резко подорвался с места после очередного сна, что заставило обратить на себя внимание детективов.

— Пожар… — прошептал я, ещё не отойдя от шока. — Пожар за городом! Там Нэо! Она вскрыла себе вены! — кричал я, зарываясь руками в волосы. — Это точно не сон! Я знаю!

— Я проверю поступали ли вызовы о дыме в лесу… — Куникида нахмурился, восприняв мои слова всерьёз.

— Рэй, успокойся… возможно, это просто очередной плохой сон… — нежным голосом в попытке привести меня в чувства сказал Накаджима, кладя мне руки на плечи.

— Стой… Ацуши, тихо. — Куникида нахмурил брови. — Мы сейчас прослушаем вызов.

Воцарилось молчание и все в нетерпении прислушались.

***

POV: Дазай Осаму

Было чувство, будто моё сердце просто остановилось, когда я увидел поднимающийся дым. Я превышал все лимиты скорости, изо всех сил давя на педаль газа. Господи… дверь же заперта, она не сможет выбраться. Как давно начался пожар? Сколько времени я потерял?! Что произошло?! Там нет ни одной вещи, которая бы позволила этому случиться. А всё, что есть, — хорошо заперто от глаз Нэо. Я прикусил нижнюю губу, надеясь отрезвить себя болью. Но не выходило. Я чувствовал, как всё моё тело дрожало в панике, а голова разворачивала наихудшие варианты развития событий. Перед глазами мелькала девушка, что вновь ощутила этот страх смерти и панику. По моей вине. Видимо, я был недостаточно осторожен. Должен был предвидеть абсолютно все возможности. Должен, но не смог. Боже, она же меня поцеловала. Она призналась мне в любви. Ещё никогда прежде не было так хорошо на душе. Но всё снова рушится. За что?! Неужели я заслужил постоянно находиться в борьбе и напряжении?! Я и она просто достойны совместного счастья… Может, я и нет, но Нэо точно да. Мне страшно. Действительно страшно. Я выбежал из машины и, стоило увидеть масштаб бедствия, упал на колени, ибо ноги были не в силах меня держать. Но через секунду я образумился и поспешил к двери, но, коснувшись ручки, я резко одёрнул руку. Она была горячая. Первый этаж был полностью охвачен огнём. Пробраться на второй не представляется возможным. Проход закрыт. Окна сверху плотно заперты, без подручных средств их не выбить. Я же специально позаботился об этом…

— Нэо! НЭО! — кричал я, барабаня по двери. — Твою мать! — Я осел на колени в траву, зарываясь руками в волосы и крепко их сжимая, оттягивая. Что мне делать?! Что мне, чёрт его дери, делать?! Рука потянулась в карман, и я достал оттуда телефон. Нельзя было терять ни секунды, но я медлил. Часть сознания понимала, что девушку просто заберут у меня навсегда. Я больше никогда не смогу её увидеть, обнять, поцеловать, прижать к себе. Это просто будет невозможно. Боже… Дрожащими пальцами я набрал единый номер, позволяющий вызвать и пожарную, и скорою. Насколько я видел, в том городе есть пожарная часть на случай горения леса в разгар лета. Но сколько они будут сюда ехать?! Дорога занимает сорок минут, но если брать в расчёт полную скорость, то это займёт… минимум двадцать. Все вызовы записываются, меня и Нэо найдут, и я не в силах это предотвратить. Чёрт… Я просто беспомощен сейчас. Голова вообще не соображает.

— Это служба спасения, что у вас случилось? — прозвучал спокойный женский голос на том конце трубки.

— Горит дом в западе от посёлка Кофука, — я быстро протараторил адрес. — Внутри девушка… она заперта. Первый этаж охвачен огнём! — Я чувствовал, как в словах проскакивает дрожь и истерика. Я не узнавал собственный тон.

— Спокойно, мужчина, помощь уже выехала, назовите ваше имя, — голос был всё такой же спокойный, видимо, уже привыкший к таким ситуациям.

— Я… — замялся, стиснув зубы, понимая, что другого выхода просто нет. — Я Дазай. Дазай Осаму. — Ощутил, как по щекам потекли слёзы от понимания: я потерял самое ценное, что у меня есть. — Пожалуйста… скорее.

— Оставайтесь на линии, — старалась успокоить меня девушка. — Кем вам приходится человек в доме?

— Она… — Я поднял взор на огонь и тут же отвёл его, не в силах это видеть. — Она моя возлюбленная.

— Всё хорошо, помощь уже в пути.

Я не хотел слушать эти грёбаные попытки привести меня в чувства и просто положил трубку. Каждая секунда тянулась будто жизнь, а всё, что я мог сделать, — это лишь в отчаянии ощущать, как скатываются слёзы. Это конец. Это точно конец. Её опознают в больнице и найдут в списках пропавших без вести. И тогда уж точно мне до неё не добраться.

— Ненавижу… — процедил я сквозь зубы. — Ненавижу всё это…

В голове всплывала её улыбка, её глаза, её смех. Всё, чего я лишился в тот момент, когда запер дверь. Главное сейчас — чтобы её вытащили из этого дома. Я не прощу себе её смерть. Отправлюсь вслед за ней. Больше не перенесу потерю столь близкого человека. Нэо моё всё. За что?! За что её жизнь так мучает… Или… это всё сделал я? Я убил её. Я сам выбрал лишиться самого дорогого. Во всём виноват лишь я. Ненавижу… ненавижу себя! Моя способность бесполезна сейчас. Ничего не могу сделать. Просто… отвратителен сам себе. Если и погибнуть, то погибнуть рядом с ней. Я вновь ринулся к двери. В моих ушах стоял звон, я не слышал и треска костра, и приехавшие машины. Лишь когда меня схватили за руки, заводя их за спину, осознал, что так называемая «помощь» уже прибыла. Я инстинктивно пытался выбраться, что почти получилось, но меня стал держать третий человек. Чёрт… Я вновь осел на траву, уставившись в землю. Внутри образовалась всепоглощающая пустота, что жгла изнутри. Сердце будто действительно больше не бьётся. Слёзы стекают со щёк. Я больше ничего не слышал да и не считал нужным. Видимо, так моя жизнь и закончится. Так… жалко придёт финал…
Боже, Нэо, моя любимая Нэо, прошу, выживи и живи счастливо. Без меня. Гниль разъедала изнутри, заставляя схватиться за рубашку на месте сердца и крепко её сжать. Мои руки больше не держали, так как я перестал вырываться. Может… когда Нэо вынесут из здания… убить их всех? И сбежать. Но куда? Да и… девушка не должна видеть трупы. Больше никогда. Она слишком чистая, слишком нежная. Господи… что мне делать?! Если бы можно было отмотать время назад… Я бы всё сделал, чтобы оставить её рядом с собой. Буквально всё. Даже если бы потребовалось уничтожить весь мир — я бы сделал это.

— Дазай! — Перед моим лицом возник… Куникида?! — Какого чёрта?!

Я поднял глаза на своего коллегу и утратил всякую надежду окончательно. Как они так быстро добрались? Детективы прослушали вызов. Они здесь. Мне не сбежать. Всё кончено. Подняв взор чуть выше, я увидел то, что заставило меня затаить дыхание. Нэо выносили из дома. Её руки безвольно свисали вниз, а по запястьям… стекала кровь. Много крови. Очень. Её кожа была бледной, а вся одежда промокла. Она не в сознании. Или вообще мертва. Боже…
Я уже было хотел ринуться к ней, но руки снова завел за спину в очень крепкой хватке Доппо. Было больно, но я едва это чувствовал, ведь единственное, что меня сейчас интересовало, — это любимая мною девушка.

— Ты больше не приблизишься к ней. Ни на шаг, — голос напарника был максимально холоден и полон раздражения. — Дазай, ты арестован за подозрения в изнасиловании и похищении человека. Тебе светит минимум три года тюрьмы, а в случае её смерти и доведения до самоубийства — десять.

Я был уничтожен. Меня накрыла крайняя степень отчаяния. Я смотрел, как бренное тело Нэо уносят в машину скорой помощи. Мелькнул силуэт Йосано и мальчика. Второй уделил мне миг полного ненависти взгляда. Я вижу свою возлюбленную последний раз. Стиснув зубы, стал изо всех сил вырываться, стремясь продлить момент созерцания Нэо. Не мог её отпустить. Но в этот раз меня держал действительно сильный человек с опытом, который только усилил хватку. Я чувствовал, как начинаю задыхаться от частых всхлипов, мне хотелось кричать. Что я и сделал.

— Сейчас же отпусти меня! — буквально прорычал я, полный гнева и разочарования. — Ты пожалеешь, если не сделаешь это… — Я оглянулся через плечо и посмотрел прямо в глаза нахмурившемуся Куникиде, будучи уверенным, что прежде никогда ни на кого так не смотрел. Разве что на Аки. Снова у меня забирают самое дорогое! Это нечестно! Хватит этого в моей жизни! Я не должен позволить этому случиться! Я обязательно выберусь — любыми способами. Я ни за что не оставлю её!

— Угомонись, Дазай, — процедил сквозь зубы Доппо. — Ты просто жалок. Опустился до такого низшего уровня. Ты заслуживаешь наказания — и ты его получишь в полной мере.

***

POV: Нэо Жид

Пробуждение было… странным. Оно принесло мне разочарование и ещё большую усталость. Боже… как же надоело это всё. Вновь спасают, а мне это просто не нужно. Где вы все были раньше, когда мне было это действительно необходимо? Сейчас внутри лишь пустота. Я не хочу продолжать эту жизнь. С меня хватит. Я открыла глаза и помутнённым взором огляделась. Больничная палата. Взгляд зацепился за Рэя, который мирно спал, облокотившись на койку. Это вызвало слабую, вымученную, но улыбку. Как же я давно его не видела… Такие тёплые чувства. Оглядев свои руки, я слегка удивилась абсолютному отсутствию бинтов и каких-либо порезов. Да, старые шрамы остались. Но новые благополучно испарились.

«Йосано», — пронеслось у меня в голове. Но… если я «в порядке», если это так можно назвать, почему нахожусь в больнице? Снова решётки на окнах. Ясно, я в психиатрии. Забавно наблюдать очередную преграду к свободе, но… я уже привыкла. Чёрт… когда же это всё закончится.

— Раскрошите мне голову арматурой, пожалуйста… — прошептала я, горько усмехнувшись. Стоп… А где Дазай? Что случилось с ним? Боже… если учитывать все обстоятельства и то, что меня нашло агентство, то он, вероятнее всего, сейчас под стражей. Если Рэй им всё рассказал… чёрт. Что же делать? Внутренности начало рвать на части оттого, что из-за меня жизнь парня может просто окончиться на ближайшие годы. Как же так? Что делать? Если сдать его под стражу закона, то я навсегда смогу забыть те трудности в заточении. Нет, конечно, такое забыть нельзя, но я могу быть хоть сколько-нибудь спокойна. Ведь… меня больше никто не тронет. Но в то же время я вспоминала это чувство защищённости рядом с парнем. Его прикосновения, его голос, его глаза… Всё это отдавалось тупой болью в сердце. Боже… я влюбилась, как дура, в своего похитителя. Ну что за ужас? И что же мне сейчас делать? Я ещё раз взглянула на Рэя. Синяки под глазами, он похудел… и это всё из-за меня. Стоило умереть тогда и больше не мучить людей своим жалким существованием. Какая же я отвратительная подруга, возлюбленная, коллега да и человек в принципе. Оставлю ли я попытки уйти из жизни? Если по моей вине Дазай её лишится, то без сомнений да. За окном был рассвет. Сколько же я проспала? И мальчик всё это время сидел тут? Мне не хотелось его беспокоить, но острое желание обнять дало о себе знать.

— Рэй… — Я легонько коснулась плеча спящего друга. — Я здесь… — прошептала, улыбнувшись. Он с трудом разлепил глаза, после чего сонным взглядом уставился на меня. Проходит несколько секунд, после чего он налетает с объятиями, и я чувствую, как моя больничная рубашка промокает от его слёз. Душу начинает терзать чувство вины. Ну как я могла оставить Рэя? Нэо… бесчеловечная ты сволочь…

— Прости… прости, пожалуйста! — почему-то извинялся мальчик. — Я должен был быть рядом… так старался тебя найти, но ты пропала…

— Всё хорошо… — Меня прошибла дрожь от этой фразы. «Осаму». — А где…

— Агентство? — Нет, но я слабо кивнула и решила пока не спрашивать о парне. — Они просили сообщить, как только ты проснёшься. Сейчас они в отделении полиции.

— Полиции? — Я нахмурилась, после чего увидела яркую улыбку Рэя.

— Забудь об этом. Теперь тебя уж точно никто не сможет тронуть. Этот ублюдок под стражей, и ему грозит большой срок! — воодушевлённо говорил мой друг. — Мы обязательно уедем… и начнём новую жизнь.

«Новую жизнь»? Без… Дазая? Мне должно быть хорошо на душе от этого. Я должна быть счастлива, но почему-то в этот момент почувствовала, как ком встал в горле. Мне не хотелось в это верить. Было чувство, что детективы обязательно отмажут своего коллегу, который и в прошлом творил… не очень хорошие вещи. Но, судя по всему, я ошибаюсь. Рэй говорит с такой твёрдой уверенностью, что просто не могу ему не верить. Что же мне делать? Как поступить? Нужно забыть и жить дальше… но… я просто не могу.

— Мы подождём тут, пока они приедут. Я сейчас напишу детективам о том, что ты в сознании. — На эти слова мне оставалось лишь кивнуть. Если что-то случится с Осаму — при первой возможности прыгну с крыши. Чтоб в этот раз наверняка. Единственное, что вызывает сомнения, — это Рэй. Но… я просто смогу оставить ему письмо. Если бы я только не родилась, ничего бы не было. Дазай и дальше жил бы своей жизнью, а мальчик нашёл себе новых друзей. Аки и Аика, возможно, не занимались бы этим. Ну а я… не чувствовала то, что испытываю сейчас. Мне оставалось только уставиться в пустоту и держать за руку друга, пытаться согреться хотя бы от этого тепла. Мне было очень холодно, но не физически. Стоило пропасть Осаму из моей жизни, как вся эта забота, от которой я завишу, просто пропала. Теперь со мной останется лишь мальчик. Да и останется ли? Он через столько прошёл из-за меня, но до сих пор рядом. Но и парень был со мной несмотря ни на что. Даже на мои слова и предательство. Может ли быть так, что после моего поступка все его чувства пропали? В любом случае я ему благодарна. За те моменты, за ту заботу, за то, что дал почувствовать эмоции, которых прежде не чувствовала. Если бы я только могла с ним увидеться… услышать его голос. На этих мыслях свет в палате потускнел, и я перевела взгляд на окно. Небо заволокли тучи, подул сильный ветер. Рэй встал и открыл створку, в комнату вошёл запах сырости во время дождя. Я глубоко вдохнула его, чувствуя, что на душе точно такая же погода. Укрой меня от этого дождя, Осаму. Спрячь меня как можно дальше от этой погоды, верни солнце. Мне это сейчас так нужно… просто необходимо, чтобы ты был рядом. Раздался тихий стук, после чего дверь в палату приоткрылась и вошёл Куникида. На его лице читалась усталость и разочарование. Возможно, в собственном коллеге, а возможно, от всей этой ситуации в целом. Или и от того, и от другого. Парень взглянул на меня и стиснул зубы, чуть прищурившись. За ним вошли Рампо и Йосано, брови первого были сведены к переносице, ну а в глазах мелькнула вина. Из-за игры света на их лица ложилась тень, создавая ещё более мрачную атмосферу. Было чувство, будто я действительно умерла, и они пришли в этом убедиться. Но я могу их понять. В тот день близкого человека потеряла не только я, но и детективы. Теперь Осаму совсем один и нет людей, готовых встать на его сторону. Я перевела на своих бывших коллег усталый взгляд, понимая, какая отвратительная пустота сейчас в них. Я не испытываю никаких положительных чувств. Лишь Рэй — маленький светлячок, который продолжает сжимать мою холодную бледную руку. И что же будет дальше?

— Здравствуй, — с глубоким вздохом произнёс Доппо. Остальные детективы в палате предпочти промолчать, продолжая изучать меня взглядом. — Как ты себя чувствуешь?

Не могу определиться, к какому типу дефекта дерева я сейчас отношусь. Сучковые дыры или всё-таки гниль. Просто отвратительно, Куникида. Меня спасли тогда, когда было это уже не нужно. Я потеряла всякую волю к жизни. Мне больше это неинтересно.

— Если честно… — Я взглянула в глаза парню. — Будто просто гнилой кусок мяса. — Мою руку сжали чуть сильнее, и я почувствовала, как мальчик ластится о неё, словно кот. Это заставило меня второй ладонью коснуться его волос.

— Прости, что тебе пришлось ждать так долго, — тихо сказал Доппо. — Ты не заслуживаешь всего этого. — Согласна, я не заслуживаю той заботы, что мне оказывали. — Но сейчас мы просто вынуждены тебя расспросить. Если тебе тяжело, то мы можем отложить этот разговор ненадолго.

Я промолчала. Ко мне подошла Йосано и коснулась рукой лба, проверяя температуру, после чего тщательно осмотрела руки. Рампо же стоял, облокотившись спиной о стену и уставившись в пол. Не давал нашим взглядам встретиться.

— Что вы хотите знать? — безразличным голосом спросила я, выдавая беспокойство лишь тем, что сжала руку своего друга в ответ.

— Всё с момента твоего похищения.

У меня в голове появилась просто безумная, сумасшедшая и неразумная идея. Они ведь… ничего не смогут сделать без моих показаний. Если я совру, что сама согласилась на это? Если скажу, что ничего этого не было? После взгляда на Рэя, моё сердце болезненно сжалось оттого, с каким ожиданием и надеждой он смотрел на меня. Все ждали слов, а меня просто разрывало на части.

И я приняла решение.

-----------------------------------------------------------

Следующие две части последние.
Это две разные концовки.