Школа
Прошло шесть месяцев. Шесть относительно спокойных, по меркам Мстителей, месяцев. Башня в Манхэттене снова сияла как символ надежды, а её самые верхние этажи стали настоящим домом. Воздух в просторной гостиной на личной территории Тони Старка пах дорогим кофе, свежей выпечкой и... относительным миром.
Одри, уже давно не носившая защитный костюм, сидела за завтраком в удобных пижамных штанах с принтом из Звёздных войн и просторном худи. Она внимательно изучала данные на своем планшете, попивая чай, когда Тони, неприлично бодрый для утра, бросил в её сторону «бомбу».
— Так, насчёт твоего образования. Завтра в десять утра у тебя встреча с директором. Придётся потерпеть.
Одри поперхнулась чаем, едва не выплеснув его на планшет. Она смотрела на Тони с абсолютно недоумевающим выражением лица, словно он только что предложил ей добровольно отправиться на Луну без скафандра.
— Ты хочешь... отдать меня в школу? — её голос прозвучал хрипло от чая и изумления.
Тони, невозмутимо наливая себе кофе, сделал глоток.
— Понятия не имею, почему это стало сюрпризом. Тебе пятнадцать. Тебе нужно образование. И, что, возможно, даже важнее, — социум. Обычная жизнь, сверстники, дурацкие школьные проекты... Всё это держит на плаву.
Одри нахмурилась, отодвинув тарелку с недоеденной яичницей. В её глазах загорелись знакомые Тони искры упрямства.
— Но я и так достаточно умная. Я читаю научные журналы на уровне докторантов, взламываю пентагоновские сервера для разминки и помогаю тебе модернизировать квантовые процессоры. Какая школа может мне что-то дать? Курс по основам квантовой физики для начинающих?
— «Достаточно» — это не про тебя, звёздочка, — Тони подошёл к столу и сел напротив, его взгляд стал серьёзным. — Ты не просто «умная». Ты — один из самых ярких умов на этой планете, которых я знаю. Но мир состоит не только из формул и кода. И он точно не вращается вокруг Башни Мстителей. Школа — это не про то, чтобы чему-то тебя научить. Это про то, чтобы научиться быть... человеком. Частью чего-то большего.
Одри ещё немного поворчала, скрестив руки на груди, но в её протесте уже не было прежней оглушительной уверенности. Где-то в глубине души она понимала, что он прав. Последние полгода жизни в относительной безопасности, с Тони и Пеппер в роли её причудливой, но любящей семьи, размягчили её броню. Она начала скучать по чему-то, чего у неё никогда не было — по нормальности.
— Что за школа тогда? — с поражённым видом выдохнула она, наконец сдаваясь и снова принявшись за яичницу.
— Мидтаунская школа науки и технологий, — объявил Тони с лёгкой театральной подачей. — Одна из лучших в городе. И да, ты будешь числиться под фамилией Старк.
Одри закатила глаза с такой силой, что, казалось, они вот-вот выкатятся на пол.
— А кто бы сомневался? — она с сарказмом покачала головой. — Меня только в Сибири не знают. Моё лицо было в каждом новостном выпуске после Заковии, я давала интервью, меня окрестили «Астрой». Говорила же тебе, что в моём костюме нужна была маска с самого начала! Теперь весь мир будет пялиться на приёмную дочь Тони Старка, которая ещё и супергерой! Я стану ходячим цирком!
— Скромность, Астра, — ухмыльнулся Тони. — Принимай свою звездную болезнь с достоинством.
— Не смешно, — буркнула она, но уголки её губ дрогнули. Она сделала глоток чая, пытаясь унять внезапно нахлынувшую тревогу. — Ладно. И... когда сие великое событие должно свершиться? Когда начинается учёба?
Тони развёл руками, делая вид, что вспоминает.
— А, да... На следующей неделе. В понедельник.
Тишина в комнате стала оглушительной. Затем Одри медленно, очень медленно поставила чашку на стол. Звук показался невероятно громким.
— На... следующей неделе? — её голос сорвался на высокую, почти истерическую ноту. Она вскочила с места, словно её ужалили. — ТОНИ! На следующей неделе?! У меня же... у меня же приличных вещей даже нет!
Она с отчаянием окинула взглядом свою повседневную одежду — худи, пижамные штаны. Её гардероб состоял из боевых костюмов, спортивной формы и нескольких комплектов простой, удобной одежды, купленных Пеппер. Никаких «нормальных» вещей для школы.
— Я стану изгоем! — с драматизмом, достойным Бродвея, воскликнула она, запуская пальцы в свои каштановые волосы и бегая по кухне. — Мне нужен шоппинг. Срочно! Массовый! И с тебя деньги! — она остановилась перед ним, ткнув пальцем в его грудь. — Сам виноват в этом! Сам решил, что мне нужна «обычная жизнь»! Значит, обеспечивай её по полной программе!
Тони смотрел на её панику с смесью развлечения и нежности.
— Звёздочка! Успокойся! У тебя и так безлимитная кредитка на всё, от космических кораблей до жвачки! Ты что, ни разу ей не воспользовалась?
— Я знаю! — крикнула Одри уже из коридора, её голос становился всё дальше. — Но теперь есть повод! И я его использую!
Дверь в её комнату с грохотом захлопнулась, оставив Тони одного на кухне. Он тяжело вздохнул, потирая переносицу, но на его лице расплылась широкая, почти отеческая улыбка. Его проект «Нормальное детство для Одри» официально перешёл в самую сложную и непредсказуемую фазу. И, чёрт возьми, он с нетерпением ждал каждого её момента.
***
Вечер опустился на Манхэттен, превращая окна Башни Мстителей в гигантские зеркала, отражающие огни города. За панорамным стеклом кипела жизнь мегаполиса, а внутри царила сосредоточенная тишина, нарушаемая лишь мягким гулом мощных компьютеров и периодическим шипением сварочного аппарата.
Тони Старк, в промасленной футболке и с защитными очками на лбу, возился с разобранным на части прототипом новой реактивной установки. Воздух в его мастерской пах озоном, горячим металлом и кофе, который он пил литрами, несмотря на поздний час.
Внезапно дверь в мастерскую с лёгким шипом раздвинулась, и в проёме появилась Одри. Она стояла босиком на холодном металлическом полу, закутавшись в большой, тёплый кардиган, явно взятый из гардероба Пеппер. Её волосы были собраны в небрежный пучок, а лицо выражало смесь задумчивости и лёгкой тревоги.
— Тони? — тихо начала она, чтобы не спугнуть его концентрацию.
Он не обернулся, продолжая водить лазерным паяльником над сложной микросхемой.
— Говори, звёздочка. Я на 87% своего внимания слушаю.
— А кто будет отвозить меня в школу, кстати? — спросила она, медленно спускаясь по лестнице в основное помещение мастерской и с любопытством разглядывая разбросанные повсюду детали. — Я имею в виду, на постоянной основе.
Тони на секунду отвлёкся, снял очки и повернулся к ней, уставившись с преувеличенным непониманием.
— У тебя же есть силы, связанные с пространством. Ты можешь создавать порталы. Зачем тебе водитель? Просто телепортируйся из своей комнаты прямиком в школьный туалет. Экономия времени, бензина и нервов. Идеальный логистический ход.
Одри закатила глаза с такой силой, что, казалось, они вот-вот застрянут в её черепе.
— Тони! — её голос прозвучал возмущённо. — Я не хочу так сильно светиться своими силами! Я же говорила! Я хочу, чтобы в школе меня считали... ну, почти обычной. Представь, если я буду каждый день появляться из сине-фиолетовой дыры в воздухе? Меня либо начнут бояться, как фрекин-пришельца, либо замучают просьбами «телепортируй мою училку далеко и надолго». Нет уж. Я хочу обычную, скучную, человеческую подростковую жизнь.
Тони тяжко вздохнул, как будто она только что попросила его отказаться от всех своих технологий и перейти на гужевой транспорт. Он потёр переносицу, оставляя на ней пятно машинного масла.
— Ладно, ладно. Угомонись. Тогда найму тебе водителя. Персонального. С бронированной машиной, кондиционером и встроенным мини-баром с соком.
— А Хэппи не может? — Одри сделала большие, почти щенячьи глаза, в которых читалась наигранная, но от этого не менее трогательная, надежда. — Мне с ним комфортно.
— Не может, малышка, — Тони покачал головой, возвращаясь к своей схеме. — Хэппи теперь не просто мой водитель с бейсбольной битой. Он — глава отдела безопасности всего Старк Индастриз. У него своя армия, свои миссии и свои заботы. Возить школьницу, даже супергеройского ранга, в его должностные инструкции больше не входит.
— Блин, — разочарованно выдохнула Одри, плюхнувшись на свободный вращающийся стул и катаясь по мастерской, отталкиваясь носком ноги от пола. — Ну ладно тогда. Найми кого-нибудь... не слишком скучного.
— Обязательно подберу кандидатуру с профпригодностью «не скучный», — пообещал Тони, набирая что-то на плавающем голографическом интерфейсе. — Внёс в список дел: «Найти для Одри водителя с чувством юмора и правом не разговаривать, если не хочется».
Одри покрутилась ещё немного на стуле, глядя на его спину. Её беспокойство, заглушённое на время шоппингом, снова начало поднимать голову.
— Тони?
— М-м? — он снова отвлёкся, на этот раз настраивая симуляцию напряжённости энергополя.
— А зачем мне вообще идти завтра на встречу с директором? Разве нельзя всё решить по почте? Или ты всё уже устроил своим... особым способом? — она имела в виду его привычку решать проблемы с помощью денег, харизмы и иногда угроз.
Тони наконец полностью оторвался от работы и развернулся к ней, облокотившись на стол.
— Во-первых, это называется «протокол». Во-вторых, нет, я не всё устроил. Я лишь обеспечил тебе место. Всё остальное — твоя зона ответственности. Директору нужно посмотреть тебе в глаза, оценить, не собираешься ли ты сворачивать пространство в классе, если тебе поставят двойку. Ну, и обсудить учебный план. У тебя же, прости за выражение, «особая ситуация».
— А ты... — Одри замолчала, вертя в руках гаечный ключ, который подобрала со стола. — Ты пойдёшь со мной?
В её голосе прозвучала та самая, тщательно скрываемая неуверенность, которую Тони научился распознавать с первого дня. За всей её дерзостью и силой всё ещё пряталась девочка, которая боялась идти одной в неизвестность.
Тони смотрел на неё несколько секунд, его взгляд стал мягче.
— Звёздочка, я бы с радостью. Но завтра у меня совещание в Пентагоне по поводу нового контракта на броню для ВВС. Оно назначено на три месяца вперёд, и перенести его — значит признать, что у Старка есть что-то важнее, чем оружие и деньги. А мы не можем раскрывать карты, верно?
Одри опустила голову, пытаясь скрыть разочарование. Она понимала. Она всегда понимала, что он — Тони Старк, и у него есть обязанности, выходящие далеко за рамки опекунства. Но от этого не становилось легче.
— Пеппер поедет с тобой, — добавил он, видя её выражение. — Она в таких вещах разбирается лучше. Она не даст тебя запугать и заключит все необходимые договоры о неразглашении, если понадобится.
Услышав, что с ней будет Пеппер, Одри немного расслабилась. Пеппер Поттс была воплощением компетентности и спокойствия. С ней было... безопасно.
— Ладно, — согласилась она. — С Пеппер так с Пеппер.
Она посидела ещё мгновение в тишине, наблюдая, как Тони возвращается к своей голограмме. Он вновь погрузился в расчёты, строя сложные трёхмерные модели. Одри, всё ещё катаясь на стуле, бросила беглый взгляд на мелькающие формулы и диаграммы.
— Кстати, — сказала она, подкатываясь к выходу и уже собираясь уходить. — Твои вычисления для стабилизации плазменного ядра на субпространственном уровне... они неправильные. Ты не учитываешь квантовый декогерентный резонанс при переходе через барьер Эйнштейна-Подольского-Розена. Там погрешность в семь процентов накапливается. С таким раскладом твой прототип не взлетит, а красиво сколлапсирует в сингулярность размером с бейсбольный мяч.
С этими словами она выскользнула из мастерской, оставив дверь открытой.
Тони замер с пальцем, занесённым над интерфейсом. Он медленно повернулся и уставился на пустой дверной проём. Затем его взгляд вернулся к голограмме. Он пролистал несколько страниц сложнейших уравнений, которые его команда физиков проверяла неделю. Он мысленно подставил переменную, которую только что озвучила Одри, наскоро, между разговором о школе и водителях.
Чёрт возьми. Она была права. Семь процентов. Ровно.
Он медленно выдохнул, снял очки и провёл рукой по лицу.
— Найму самого скучного водителя в Нью-Йорке, — пробормотал он себе под нос, но в его глазах светилась неподдельная, отеческая гордость. — Иначе эта малышка сведёт с ума всех на своём пути. И начнёт, скорее всего, с меня.
***
Солнце ещё только начинало подниматься над горизонтом, окрашивая небо над Манхэттеном в нежные персиковые тона, когда Одри открыла глаза. Бессонная ночь, полная тревожных мыслей и навязчивых сценариев первого школьного дня, осталась позади. Сегодня был день её первой официальной миссии в мире «нормальной жизни» — встреча с директором.
Она приняла душ, дольше обычного стоя под почти обжигающе горячей водой, пытаясь смыть с себя остатки нервного напряжения. Затем, стоя перед зеркалом, с необычной для себя тщательностью, она нанесла немного туши на ресницы и прозрачный блеск на губы. Это были подарки от Пеппер из их недавнего шоппинг-марафона. Процесс казался ей странным и немного бесполезным, но в нём была какая-то успокаивающая ритуальность.
Одежда тоже была выбрана с непривычным трепетом. Никаких худи или пижамных штанов. Она надела тёмные, узкие джинсы, мягкую белую футболку из дорогого хлопка и просторную замшевую куртку песочного цвета — ещё одно приобретение, одобренное Пеппер. Осмотрев себя в зеркало, она с сомнением покрутилась. Выглядела... нормально? Обычно? Она сама не была уверена.
Тихо выйдя из комнаты, она спустилась на кухню. Воздух пах свежесваренным кофе и чем-то сладким. За столом, с планшетом в руках и чашкой эспрессо перед собой, сидела Пеппер Поттс. Она была уже полностью готова к рабочему дню в безупречном деловом костюме, но её улыбка была тёплой и непринуждённой.
— Доброе утро, дорогая, — сказала она, отложив планшет.
— Доброе, — немного сонно ответила Одри, плюхнувшись на стул напротив. — Что на завтрак?
— Овсянка с ягодами и мёдом. Садись, — Пеппер жестом указала на место, а сама подошла к плите, чтобы наложить ей в тарелку.
Одри скривилась, увидев густую, дымящуюся кашу. Её гастрономические предпочтения, сформированные в основном фастфудом и армейскими пайками в Гидре, не очень-то ладили со здоровым питанием от Пеппер.
— Опять эта белая жижа... — пробормотала она, но всё же взяла ложку, которую Пеппер поставила перед ней.
Она принялась вяло ковыряться в тарелке, размазывая ягоды по краям.
— А где Тони? — спросила она, оглядываясь, как будто он мог внезапно выскочить из-под стола.
— Спит, — с лёгким вздохом ответила Пеппер. — Вчера опять допоздна засиделся в мастерской. Говорит, ты указала ему на ошибку в расчётах, и он перелопатил половину проекта.
На губах Одри дрогнула едва заметная улыбка удовлетворения, но она тут же её спрятала, сделав вид, что очень сосредоточена на процессе поедания овсянки.
— Ясно, — выдохнула она и, сделав над собой усилие, зачерпнула полную ложку каши и проглотила её, почти не жуя. — Ладно, я всё. Поехали. Чем быстрее сделаем это, тем быстрее выдохнем с облегчением.
Пеппер с улыбкой покачала головой, но не стала её останавливать. Она понимала, что для Одри эта встреча была страшнее любой битвы с роботами Альтрона.
Они спустились на лифте в подземный гараж, где их уже ждал неприметный, но явно бронированный седан с новым водителем — молчаливым мужчиной с невозмутимым лицом, которого Тони представил накануне вечером как мистера Доу. Машина бесшумно тронулась с места и вынырнула из недр Башни в утренний поток машин.
Одри прижалась лбом к прохладному стеклу, наблюдая, как мелькают огни и здания. Её пальцы нервно барабанили по колену.
— Волнуешься? — мягко спросила Пеппер, разрывая затянувшееся молчание.
Одри фыркнула, не отрываясь от окна.
— Конечно, волнуюсь. Я училась в школе последний раз лет так пять назад, и то это были не уроки, а... лекции по выживанию и идеологии между пытками. С врагами легче сражаться, чем идти в школу. Враги хотя бы понятны. Их можно ударить. А тут... — она с сомнением посмотрела на свои руки, — тут всё по каким-то другим правилам.
Вскоре машина свернула на тихую, уютную улицу и остановилась у внушительного кирпичного здания с вывеской «Мидтаунская школа науки и технологий». Школа уже начинала жить своей жизнью: по территории сновали ученики, кто-то группами стоял на лужайке, кто-то спешил к входу.
Как только Одри и Пеппер вышли из машины, на них обрушился шквал взглядов. Шёпот пробежал по толпе. Одри, чьё лицо после Заковии стало узнаваемым, почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Она инстинктивно втянула голову в плечи, как черепаха.
— Я передумала, — тихо, но отчаянно прошептала она Пеппер, хватая её за рукав. — Поехали обратно. Скажем, что я заболела. Или меня срочно вызвали спасать планету. Что угодно!
Пеппер лишь мягко улыбнулась, положив свою руку поверх её дрожащих пальцев.
— Ничего, пройдёт. Все сначала волнуются. Дыши глубже.
Опираясь на её спокойствие, как на якорь, Одри сжала зубы и заставила себя сделать шаг вперёт, а затем ещё один. Они миновали поток учеников и вошли в здание. Внутри пахло старыми книгами, чистящими средствами и чем-то неуловимо школьным — смесью тревоги, пота и надежды.
Секретарь в приёмной, едва взглянув на них, тут же подняла трубку и что-то тихо проговорила. Через мгновение дверь в кабинет директора распахнулась.
Кабинет был просторным, залитым утренним светом. За массивным деревянным столом сидел мужчина лет пятидесяти с седеющими висками и умными, внимательными глазами за очками. Когда они вошли, он поднял на них взгляд и... замер. Его лицо выразило шок, который он тут же попытался скрыть, резко вставая из-за стола.
— Миссис Поттс! — произнёс он, и его голос дрогнул. — Это... неожиданная честь.
— Доброе утро, директор Дэвис, — Пеппер протянула ему руку для рукопожатия с безупречной деловой улыбкой. — У нас с вами встреча по поводу зачисления Одри Старк.
Директор Дэвис перевёл взгляд на Одри, и она увидела в его глазах целую бурю эмоций: узнавание, легкий страх, огромное любопытство и попытку сохранить профессиональное достоинство.
Одри, чувствуя, как под этим взглядом её снова охватывает желание сбежать, заставила себя выпрямиться. Она встретила его взгляд и чётко, чуть вызывающе произнесла:
— Я Одри. Теперь Старк.
Директор медленно кивнул, словно проглатывая эту информацию.
— Да, — выдохнул он. — Я знаю. Пожалуйста, присаживайтесь.
Он жестом указал на два кожаных кресла перед своим столом. Одри опустилась в одно из них, чувствуя, как мягкая кожа принимает её форму. Пеппер села рядом, положив сумочку на колени. Миссия «Школа» официально началась.
Директор Дэвис, немного оправившись от первоначального шока, уселся обратно в своё кресло, создавая видимость деловой обстановки. Он переложил несколько бумаг на столе, взял в руки планшет и посмотрел на Одри уже более собранным взглядом, хотя лёгкая тревога в его глазах никуда не делась.
— Итак, мисс Старк, — начал он, произнося её новую фамилию с некоторой осторожностью, — мы получили от мистера Старка ваши... предыдущие академические записи. Довольно... уникальные. Я понимаю, что стандартная программа за средние классы для вас будет неинтересна. Поэтому мы предлагаем составить индивидуальный учебный план с упором на дисциплины, которые соответствуют вашему уровню.
Он провёл пальцем по экрану планшета, и голограмма расписания появилась в воздухе между ними. Одри, чьи нервы начали понемногу утихать при виде знакомых технологий, внимательно изучила список.
— Основные предметы обязательны для всех, — продолжил директор. — Математика, литература, история, естественные науки. Но мы можем определить вас в группы для продвинутых студентов.
— С математикой и естественными науками всё ясно, — тут же отозвалась Одри, — Мне нужен самый сложный курс по математике, который у вас есть. Математический анализ, линейная алгебра, теория вероятностей. И по физике — углублённая программа, с акцентом на квантовую механику и теорию относительности.
Директор Дэвис медленно моргнул, переваривая её слова. Пеппер, сидевшая рядом, лишь мягко улыбнулась, поднося к губам чашку с водой, которую предложил секретарь.
— Э... конечно, — проговорил директор, делая пометки на планшете. — У нас есть группа под руководством доктора Эриксона, как раз работающая на университетском уровне. Думаю, это... подойдет. По литературе и истории?
Одри слегка поморщилась.
— Можно что-нибудь... с аналитическим уклоном? Анализ исторических источников, критика литературных произведений с точки зрения структуры и психологии персонажей, а не просто «что хотел сказать автор»?
— Полагаю, мы сможем подобрать соответствующий курс, — кивнул директор, делая ещё одну пометку. Он начинал понимать, что имеет дело не с капризным ребёнком знаменитости, а с исключительно одарённым и требовательным умом.
— Теперь что касается дополнительных предметов, — он пролистал список. — Программирование, робототехника, инженерия...
— Всё, — без раздумий заявила Одри. — Запишите меня на всё, что связано с технологиями, инженерией и программированием. От архитектуры компьютеров до нейросетей и бионики.
Директор Дэвис снова замер, глядя на неё поверх очков.
— Мисс Старк, это... шесть разных курсов высокого уровня. В дополнение к основной программе. Вы уверены, что справитесь с такой нагрузкой?
— Она справится, — спокойно и уверенно сказала Пеппер, прежде чем Одри успела что-то ответить. — Мы обсудили это с Тони. Если потребуется, у неё будет доступ к ресурсам Старк Индастриз для проектов.
Одри бросила на Пеппер благодарный взгляд. Было приятно, что кто-то верил в её силы без тени сомнения.
— Хорошо, — директор с обречённым видом внёл пометки. — Остаётся вопрос с языками. Школа требует изучения как минимум одного иностранного языка помимо английского. Судя по документам, вы свободно говорите на русском и немецком.
Одри кивнула, её взгляд на мгновение стал отстранённым. Эти языки были вбиты в её сознание в стенах Гидры наравне с навыками убивать. Русский — для общения с некоторыми надзирателями и учёными, немецкий — потому что это был язык места, где её пытали. Они были частью её клейма.
— Да, — коротко ответила она, не желая углубляться в детали. — Но я ничего, кроме английского, русского и немецкого, не знаю.
Она сказала это с некоторым вызовом, как будто ожидая, что директор начнёт оспаривать её слова или предлагать сдать экзамены и забыть о языке.
Директор Дэвис, однако, лишь кивнул, изучая список.
— В таком случае, вам нужно выбрать новый язык для изучения. Испанский, французский, китайский или японский.
Одри задумалась, впервые за весь разговор проявив неуверенность. Она смотрела на голографический список, её пальцы бессознательно барабанили по подлокотнику кресла. Это был странный выбор. Не между жизнью и смертью, не между побегом и пыткой, а между испанским и французским. Такой обыденный, человеческий выбор.
Внезапно в её памяти всплыл обрывок чего-то приятного. Ещё до Гидры, в их старом доме. Мама, Оливия, иногда напевала какую-то старую, красивую песню. Одри не помнила слов, но помнила мелодию — томную, текучую. Как потом выяснилось, это была французская баллада.
— Давайте тогда французский, — наконец сказала она, и её голос прозвучал тише. — Всегда... он мне всегда нравился. Звучит красиво.
Это была маленькая ложь во спасение. У неё не было «всегда». Но сейчас, в этой безопасной комнате, ей захотелось, чтобы у неё было что-то, что могло бы стать её собственным «всегда». Что-то изящное и не связанное с болью. Французский казался подходящим кандидатом.
— Отлично, — директор сделал последнюю пометку, и голограмма расписания заполнилась разноцветными блоками. Он выглядел почти измотанным. — Французский язык, группа для начинающих. Хотя, учитывая ваши лингвистические способности, полагаю, вы быстро её покинете.
— Возможно, — Одри позволила себе лёгкую улыбку.
— Что ж, мисс Старк, миссис Поттс, — директор отложил планшет. — Я думаю, мы составили очень... интенсивный, но подходящий учебный план. Все необходимые документы будут подготовлены. Ознакомьтесь с расписанием, оно будет доступно в вашем личном кабинете. Занятия начинаются в понедельник. Будете ли вы питаться в школьной столовой?
Одри и Пеппер переглянулись.
— Пока нет, — ответила за обеих Пеппер. — Мы решим этот вопрос позже.
Через несколько минут они уже выходили из кабинета директора. Одри чувствовала странную смесь облегчения и нового напряжения. Битва с расписанием была выиграна, но впереди была сама школа.
— Ну что? — спросила Пеппер, когда они вышли на улицу и снова попали под пристальные взгляды учеников. — Как ощущения?
Одри глубоко вдохнула прохладный утренний воздух.
— Как будто составила тактический план для штурма особо охраняемой лаборатории, — призналась она. — Только вместо взрывчатки — учебники по французской грамматике.
Пеппер рассмеялась, и этот звук казался Одри самым нормальным и обнадёживающим за весь день.
— Ты справишься, Астра. Со всем справишься.
***
Выйдя из кабинета директора, Одри почувствовала, как камень волнения немного свалился с души, но на его место тут же легла новая тяжесть — предвкушение грядущих испытаний. Она машинально шла за Пеппер по коридору, её взгляд скользил по стенам, увешанным школьными грамотами и постером с расписанием кружков. Всё это было таким чужим, таким нормальным, что казалось почти сюрреалистичным после лет, проведённых среди стали лабораторий и рёва битв.
Она была так поглощена своими мыслями, что, поворачивая за угол в сторону главного выхода, не заметила другого ученика, выскакивавшего из соседнего класса. Они столкнулись плечом с ощутимым стуком.
— Ой! — воскликнула Одри, отшатнувшись и инстинктивно переходя в оборонительную стойку, которую ей привили в Гидре. Её тело напряглось, но она тут же осознала, где находится, и расслабилась, чувствуя жар на щеках. — Извините!
Из рук парня, с которым она столкнулась, выпал толстый учебник в твёрдой обложке. Он с грохотом ударился о линолеум, подпрыгнул и раскрылся на странице, испещрённой сложными формулами.
Парень, среднего роста и худощавый, в простой футболке и с рюкзаком за спиной, казался таким же растерянным, как и она. Он поправил очки, съехавшие на кончик носа, и его глаза, широко распахнутые за стёклами, смотрели на неё с смесью извинения и лёгкого панического восхищения.
— Н-ничего страшного! — заикнулся он, его голос дрогнул. — Это я... я не смотрел куда бегу.
Одри, не говоря ни слова, быстро наклонилась и подняла тяжёлый том. Её взгляд машинально скользнул по заголовку: «Продвинутая квантовая механика и её приложения». Уголок её рта дрогнул. Похоже, она столкнулась не с кем-нибудь, а с одним из тех «продвинутых» студентов.
— Вот, — сказала она, протягивая ему книгу. Их пальцы на секунду соприкоснулись, и Одри почувствовала, как по её руке пробежали мурашки. Не от страха, а от чего-то другого — незнакомого и немного тревожащего.
— Спасибо, — пробормотал парень, крепче прижимая учебник к груди, словно это был щит.
В этот момент Одри услышала, как Пеппер, остановившаяся в нескольких шагах, мягко зовёт её:
— Одри, идём?
— Ещё раз извините, — быстро бросила она парню и, чувствуя, как её щёки горят, рванула догонять Пеппер, не оглядываясь.
Как только она скрылась за поворотом, к очкастому парню подбежал его друг, пухлый и жизнерадостный паренёк в клетчатой рубашке.
— Чууваак! — выдохнул он, хватая Питера за плечо и с восторгом глядя в сторону, где исчезла Одри. — Ты только что врезался в Астру! В самую настоящую Мстительницу! Ты видел её глаза? Они прямо светились! Ну, или это свет так упал... Неважно! Ты с ней разговаривал!
Питер Паркер, всё ещё сжимавший учебник так, что его костяшки побелели, медленно кивнул, не в силах оторвать взгляд от пустого коридора.
— Я... я знаю, Нед.
— Это же Астра! — продолжал распаляться его друг, понизив голос до драматического шёпота. — Та самая, которая порталы открывает и роботов в клочья разрывает силой мысли! И она тут! В нашей школе! И ты, Питер Паркер, умудрился с ней столкнуться! Это же уровень встречи супергероев! Может, она тебя запомнила? Может, вы теперь будете вместе на продвинутую физику ходить?
— Ага, — сдавленно выдохнул Питер, наконец поворачиваясь к другу. Его лицо было залито краской. — Просто идеально. Я врезался в неё, как неуклюжий слон, чуть не уронил свой учебник и пробормотал что-то невразумительное. Очень героически. Она наверняка теперь думает, что я полный идиот.
— Да брось, — отмахнулся Нед. — Она же тоже извинилась. Выглядела мило. Немного растерянной.
— Растерянной? — Питер фыркнул. — Нед, это живое оружие, созданное на основе технологий, которые мы с тобой даже не можем представить. Она вряд ли вообще заметила моё существование.
Тем временем Одри и Пеппер уже сидели в машине. Седан плавно тронулся и начал выезжать со школьной территории. Одри снова уткнулась лбом в прохладное стекло, пытаясь разобраться в водовороте новых ощущений.
— Симпатичный парень, — негромко, с лёгкой, почти незаметной улыбкой произнесла Пеппер, нарушая тишину в салоне.
Одри вздрогнула и оторвалась от окна, повернув к ней раскрасневшееся лицо.
— Пеппер! — воскликнула она, и в её голосе прозвучало неподдельное смущение, которого не было даже при разговоре с директором. — Что ты такое говоришь!
— Ничего такого не сказала, — Пеппер сделала вид, что внимательно изучает что-то на своём телефоне. — Просто констатирую факт. Красивый, умный, судя по учебнику. И, кажется, ты произвела на него впечатление.
— Да, симпатичный, — отмахнулась Одри, снова поворачиваясь к окну, но теперь её отражение в стекле улыбалось — смущённой, растерянной, но настоящей улыбкой. — Я его даже не рассмотрела. Столкновение было, извинения, и всё.
Она солгала, и сама это знала. Она рассмотрела его. Рассмотрела его карие глаза за очками, взгляд, поленный не страха, а какого-то ошеломлённого любопытства. Рассмотрела его тонкие, нервные пальцы, схватившие учебник. И этот мимолётный контакт их рук...
Она сжала ладони в кулаки, чувствуя, как по ним снова пробегают те самые мурашки. Это было странно. За все эти годы её касались только с болью — уколы, удары, холодные инструменты. А это... это было другое. Быстрое, случайное, но совершенно иное.
— В понедельник начинается твоё первое занятие по физике, да? — словно ни о чём не догадываясь, спросила Пеппер. — В группе доктора Эриксона.
— А? Да... — Одри вышла из своего ступора. — Да, продвинутая квантовая механика.
В её голове снова всплыла обложка учебника, который она подняла. И лицо того самого парня. Случайность? Или... возможно, он тоже будет в той же группе?
Мысль была одновременно пугающей и волнующей. Она снова посмотрела на своё отражение в окне. Она была Астрой, Мстителем, живым орудием. Но сейчас, в этой машине, с горящими щеками из-за случайной встречи с очкастым парнем, она чувствовала себя... просто девочкой-подростком. И, к своему удивлению, это ощущение было ей не противно. Возможно, Тони был прав. Возможно, в этой «нормальной жизни» было что-то, за что стоило бороться. Даже если эта борьба заключалась в том, чтобы не краснеть при виде симпатичного одноклассника.
***
Лифт плавно поднимался к пентхаусу, и Одри чувствовала, как с каждой сменой цифры на табло её школьная тревога постепенно сменялась привычным чувством дома. Шипение открывающихся дверей лифта стало для неё звуком возвращения в крепость.
Они вошли в просторную гостиную, залитую полуденным солнцем. И тут её нос уловил знакомый запах — свежемолотого кофе и чего-то сладкого, возможно, круассанов, которые Пеппер иногда приносила из её любимой пекарни. А ещё... лёгкий запах моторного масла и озона. Тони был дома.
Он сидел за кухонным островом с огромной чашкой эспрессо в руке и голографическим интерфейсом, проецирующим какие-то схемы, прямо перед тарелкой с крошками. Увидев их, он отложил планшет и с театральным видом поднял бровь.
— Доброе утро, — фыркнула Одри, сбрасывая с плеч новую куртку и бросая её на спинку дивана. Она попыталась придать своему голосу максимально небрежные, повседневные нотки, как будто только что вернулась с обычной прогулки, а не с миссии по инфильтрации в систему среднего образования.
— О, вы уже приехали, — Тони вытянул руку ладонью вверх, не вставая с места, его взгляд скользнул с Одри на Пеппер и обратно, пытаясь считать с их лиц результаты.
Одри, поколебавшись секунду, с некоторой неохотой сунула руку в рюкзак, достала папку с расписанием и с глухим стуком положила её на его ожидающую ладонь.
— Держи. Всё официально, с подписью и печатью.
Тони раскрыл папку, и его глаза быстро забегали по строчкам. Он молча пролистал несколько страниц, и на его лице появилось выражение, среднее между гордостью и ужасом.
— Продвинутый математический анализ... Квантовая механика... Инженерия... Нейросети... Французский... — он насвистывал, качая головой. — Звёздочка, ты взяла предметов на три академических года вперёд. Ты уверена, что хочешь школу, а не докторскую диссертацию защитить?
Одри, тем временем, налила себе стакан апельсинового сока и прислонилась к кухонной стойке, стараясь выглядеть невозмутимой.
— Если уж и учиться в школе, то хоть с пользой, — парировала она, делая глоток. — Иначе это была бы простая трата времени. А время, как ты сам любишь говорить, — самый ценный ресурс. Лучше уж пусть это будет интенсивный, но осмысленный учебный план.
Пеппер, сняв пиджак и повесив его на стул, подошла к Тони и села рядом с ним, положив руку ему на плечо. На её лице играла лёгкая, почти хитрая улыбка.
— Да, план получился очень... насыщенным, — согласилась она, обменявшись с Тони многозначительным взглядом. — И, думаю, Одри особенно понравится один предмет. Тот, что связан с квантовой механикой.
— Пеппер! — воскликнула Одри так резко, что чуть не пролила сок. Её щёки, которые только-только начали приходить в нормальное состояние, снова залились ярким румянцем. Она посмотрела на Пеппер с немым укором, словно её предали.
Тони мгновенно уловил напряжение в воздухе. Он медленно закрыл папку с расписанием и отложил её в сторону, его взгляд стал пристальным и заинтересованным. Он перевёл взгляд с покрасневшей Одри на улыбающуюся Пеппер и обратно.
— Так, — протянул он, делая паузу для драматического эффекта. — Что случилось? Что это за таинственный намёк на квантовую механику, от которого нашу юное дорование бросает в жар? Что-то, что не вошло в официальный отчёт?
Пеппер, наслаждаясь моментом, чуть склонила голову.
— Ну, знаешь... ничего особенного. Просто Одри на выходе из школы столкнулась с одним... симпатичным молодым человеком в очках. Очень мило застеснялся, когда она ему учебник подняла. А потом в машине она сидела вся красная и смотрела в окно с таким отречённым видом, будто решала проблему термоядерного синтеза, а не вспоминала случайную встречу.
— ПЕППЕР! — это был уже почти вопль. Одри схватилась за стойку, как будто её физически ранило от этой информации. — Это неправда! И вовсе я не была красной! Просто... в машине было душно! И солнце светило прямо в лицо! И... и вообще в школе было ужасное освещение, всё искажало!
Она металась, пытаясь найти хоть какое-то правдоподобное объяснение, но под пристальными взглядами Тони и Пеппер её слова звучали всё более нелепо.
Тони слушал её тираду с каменным лицом, но в его глазах бушевала настоящая буря. Гордость за то, что его дочь ведёт себя как нормальный подросток, боролась с внезапно нахлынувшим, чисто отцовским, первобытным ужасом. Он медленно поднялся с табурета, его движение было неестественно плавным.
— Да-да, конечно, — сказал он голосом, в котором металл внезапно победил привычную иронию. — Плохое освещение. Понятно. И этот... мальчик. — Он произнёс слово «мальчик» с такой интонацией, будто это было ругательство. — Он тоже был частью этого... «освещения»?
Одри замерла, понимая, что попалась. Она скрестила руки на груди, пытаясь сохранить остатки достоинства.
— Я даже не рассмотрела его. Мы столкнулись, я извинилась, он извинился, всё.
— И что уже за мальчики в четырнадцать? — Тони хмуро посмотрел на Пеппер, словно ища у неё поддержки в этом новом, ужасающем кризисе. — Она ещё ребёнок! Она должна думать о квантовой запутанности и нестабильности пространственно-временного континуума, а не о каких-то... очкастых подростках с учебниками!
— Ей скоро пятнадцать Тони, — мягко поправила его Пеппер, с трудом сдерживая смех. — И, кажется, она как раз прекрасно совмещает и то, и другое. Это называется «быть нормальным подростком».
— Нормальным? — Тони провёл рукой по лицу. — Она может силой мысли согнуть пространство! Её «нормальное» — это немного другое! Я... я, кажется, предпочту, чтобы она снова сражалась с Альтроном. Это было проще.
Одри, видя его панику, невольно рассмеялась. Её смущение начало рассеиваться, уступая место привычному удовольствию от того, что она может вывести Тони Старка из равновесия.
— Успокойся, папочка. Никто не собирается похищать твою приёмную дочь. Это был просто... неловкий момент.
— «Неловкий момент» — это когда проливаешь кофе на новый прототип, — мрачно проворчал Тони, снова плюхнувшись на табурет и с подозрением глядя на папку с расписанием, словно в ней таилась новая, ещё более страшная угроза. — А не когда незнакомые мальчики заставляют тебя краснеть. Ладно. С этого момента мистер Доу будет снабжён скрытым микрофоном, камерой и протоколом ежесекундного отслеживания. И, возможно, функцией усыпления на расстоянии.
— ТОНИ! — это был уже хор из двух голосов — Одри и Пеппер.
Пеппер покачала головой, глядя на своего мужа с нежностью и лёгким раздражением.
— Поздравляю, дорогой. Ты только что прошёл обряд посвящения в отцы подростка. Добро пожаловать в клуб.
Одри, отойдя к холодильнику, чтобы скрыть новую волну смущения, поймала себя на мысли, что, несмотря на весь этот хаос и панику Тони, она чувствовала себя... защищённой. По-настоящему. Это была странная, немного удушающая, но тёплая защита. И впервые за долгое время мысль о понедельнике и новой школе вызвала в ней не только страх, но и крошечное, робкое любопытство. Возможно, даже предвкушение.