Тихий омут

*Взгляд Владислава

Полицейское управление находилось на другом конце города, так что поездка заняла некоторое время.

— Как нам найти Галахада? — поинтересовался Влад у дежурного на входе. — Это срочно, — добавил юноша твёрдо для убедительности.

— Вам назначено? — уточнил молодой офицер, не слишком дружелюбно оглядывая посетителей.

— Нет, но вы не могли бы сообщить господину начальнику полиции, что пришли Эдмон и Владислав Уилкс... это важно, — как можно более вежливо ответил Эд.

Мужчина в форме цыкнул, однако приложил к уху трубку стационарного телефона и, нажав пару кнопок, замер в ожидании. Прошло пару минут прежде чем он заговорил: — К вам посетители, — ... — Двое, фамилия Вилкс, — ... — Так точно.

Повесив трубку, офицер поднялся с места и жестом пригласил парней следовать за ним. Направившись вглубь здания по коридорам, выкрашенным в не самого приятного оттенка голубой цвет, они миновали несколько дверей, прежде чем их провожатый постучался в последний кабинет справа.

— Войдите, — раздался голос с той стороны.

— Сэр, эти двое... — проинформировал офицер начальника полиции, слегка приоткрыв серую дверь.

— Хорошо, пусти их, — тут же ответил следователь.

Открыв перед братьями Уилкс дверь, мужчина удалился.

Просторная комната поражала пустотой. Светлый ламинат, отштукатуренные белые стены, на которых не висело ни одного портрета, плаката или даже календаря. Пластиковое окно почти во всю стену было прикрыто белыми жалюзи. Из мебели имелся внушительный стол из тёмного дерева, шкаф в том же стиле и чёрный кожаный диван, расположенный вдоль стены. Зайдя, молодые люди тут же столкнулись взглядом с тем, кого искали. Гарет Галахад сидел за столом и, видимо, до появления посетителей занимался разбором каких-то бумаг.

— О-о-о, мистер Уилкс и мистер... Уилкс, чем обязан? — спросил он, уставившись на братьев. И без того пронзительный, холодный взгляд усугубляло наличие повязки, скрывавшей один глаз. — Хотите мне о чём-нибудь поведать, — предположил мужчина.

Стульев в комнате оказалось всего два, на одном восседал сам начальник, а на втором тут же устроился Эдмон, так что Владу пришлось вести беседу стоя.

— Скорее наоборот, — отрезал он. — Мы хотим, — прочистив горло, юноша поправил сам себя: — Нет, требуем, чтобы ты рассказал нам всё, что знаешь о Хее и наркотиках!

— Или? — осведомился полицейский. — Обычно, когда люди «требуют», — он спародировал интонацию Владислава, — всегда есть какое-то «или», — не дожидаясь ответа, он с некоторой издёвкой добавил: — Типа, сдавайся или мы тебя пристрелим.

— Ну что вы, — вежливо ответил Эдмон. — Мы бы не посмели угрожать начал... — он не успел закончить мысль, так как был внезапно перебит кузеном.

— Рассказывай или твоей подружке не поздоровится! — поддавшись на провокацию, выпалил тот. В этот момент у Эда было такое выражение лица, будто ему захотелось хлопнуть ладонью себе по лбу, а лучше Владу, и лучше кулаком.

— Признаться, я ожидал чего-то в этом роде, — губы Гарета растянулись в ухмылке. — Но «подружка»?! Это про Нию, что ли?

— Именно, — Владислав решил, что отнекиваться нет смысла.

— То есть, вы заявились в полицейский департамент к начальнику и пытаетесь шантажировать заложником? — с сарказмом заметил мужчина. — Вы совсем идиоты? — он подпёр подбородок рукой и сделал вид будто оценивает собеседников. — А, впрочем, я закрою на это глаза. С этой женщиной делайте, что хотите. Можете побить, изнасиловать, расчленить, да хоть суп из неё сварите, ради подобного зрелища я вам даже приплачу, —братья немного опешили, они явно надеялись на совсем другую реакцию.

— Тем не менее, — попытался реабилитироваться Принц, — Ния сама отправила нас сюда, уверяя, что вы сможете прояснить хоть что-то.

— Хм-м-м, вообще-то, информация у меня есть, однако она вызывает больше вопросов, — с этими словами полицейский извлёк из ящика папку и, аккуратно положив на стол, развернул к собеседникам.

«Тайна следствия? Не, не слышал», — пронеслось у Влада в голове.

Что имел ввиду Галахад парни поняли, едва начав просматривать содержащиеся внутри материалы. Протоколы, экспертизы, фотографии с места событий — все они относились к делу, с которым ребята были знакомы не понаслышке.

— Что это? — шокировано произнёс Владислав, пытаясь вчитаться в очередной документ. — Причём здесь девочки? Они тоже употребляли наркотик?

— Нет, насколько мне известно... по крайней мере, не этот. Неподготовленному уму разобраться здесь довольно сложно, — констатировал Гарет. — Позвольте, я вкратце поясню, — он перевернул страницу, демонстрируя фотографии с места аварии. — Случай с Кассандрой и Полиной изначально показался мне странным. Во-первых, никто из свидетелей не видел, как и в каком состоянии девушки уезжали с вечеринки: много людей, много алкоголя, мало света... Ну, допустим. Далее, проверили записи дорожных камер — ничего. На месте происшествия запись не ведётся, но как же дорога до него от клуба? — следователь посмотрел на парней, будто ожидая от них объяснения, естественно, не получив никакого ответа, продолжил: — Чертовски удивительное стечение обстоятельств! Но самое интересное мы обнаружили непосредственно на месте трагедии: там, где их машина слетела в воду, стоят бетонные столбики. Не высокие, нет, но расположенные в шахматном порядке, — он указал пальцем на несколько чёрно-белых столбов. — Что же получается? Сильно выпившие девушки, не справившись с управлением, вылетели в реку, правда за несколько метров до этого они без проблем объехали те злополучные столбы, — Галахад изобразил рукой змейку, продемонстрировав примерную траекторию. — Даже не задели ни один!

— То есть это не было несчастным случаем, — подытожил Эдмон. — Но зачем кому-то убивать их, да ещё и разыгрывать цирк?

— Ния вспомнила, что девушки звонили ей накануне, они хотели о чём-то сообщить. Возможно, причиной послужило это, возможно, нечто другое. В любом случае, если кто-то и мог пролить на историю свет, то это Хей, их самый близкий друг. Который, между прочим, был в клубе вместе с девушками, но домой с ними не поехал, — Галахад развёл руками. — Мне бы, например, очень хотелось с ним пообщаться, но, ввиду начавшейся у бедняги депрессии, — мужчина показал в воздухе кавычки, — случай так и не представился.

— Неужели вас это остановило? — с иронией поинтересовался Владислав.

— Мы же не бандиты. Не можем творить, что вздумается.

«И это говорит человек, который участвовал в краже вещественных доказательств».

— В итоге, — продолжал повествование полицейский, — я пришёл к выводу, что поговорить с Хеем должен кто-то знакомый ему, дабы не травмировать парня ещё сильнее.

— Вы это к чему?

— А про это Ния тоже, видимо, не упомянула. Она беседовала с ним буквально за день до трагедии.

— Так он сам ей рассказал... про наркотики?

Разговор оказался прерван внезапным звонком на телефон начальника полиции. Глянув на экран, мужчина поднялся и вышел из кабинета.

«Чёрт, как не вовремя», — зло подумал Владислав, недовольный, что кто-то помешал в столь важный момент.

*Сердце красавицы склонно к измене...*

— Да, кто там ещё?! — вспылил Влад.

— Мати, — констатировал Эдмон, прежде чем ответить. Произнесённое имя сразу остудило негодование его кузена. — Слушаю, — спокойным голосом начал Принц.

На том конце явно шёл какой-то монолог. Выражение лица Эда за несколько секунд поменялось с просто серьёзного до крайне взволнованного.

* Взгляд Вэртера

— Кажется, у меня вырос рог, — пожаловался Вэртер, трогая внушительную шишку на голове. Прикосновение заставило его скривиться и глухо охнуть.

От удара Марка юноша, падая, приземлился затылком на угол стула, этого оказалось достаточно, чтобы он отключился. Пришёл в сознание Вэр только после того, как Ния несколько раз ощутимо хлопнула его ладонью по щеке.

— Что-то подсказывает, мы в полной заднице, — выдал он, дёргая запертую дверь. — Блин, этот урод забрал мой телефон. А где тв...

— Там, — опередила его вопрос Ли Уортли, указывая через стекло. Снаружи на столике покоилась её сумочка: — Влади изъял его у меня.

— Ты знаешь, что Марк собирается делать? — спросил после некоторого молчания Вэр.

— Есть парочка предположений, — Ния подняла с пола стул и снова уселась, закинув ногу на ногу. — Его патологическая заинтересованность Мати и Эриком, а также тот факт, что Марк забрал наркотики — весьма подозрительное комбо.

— Мы не можем так просто тут рассиживаться, нужно же что-то делать! — Вэртер оглядывался в поисках чего-нибудь полезного, однако, так ничего и не обнаружив, принялся по привычке мерить комнату шагами.

— Попробуй побиться головой о стену, вдруг поможет, — безразлично предложила председатель.

— Я пытаюсь хотя бы что-то сделать, — обиженно возразил Вэр.

— Бесполезно, — отрезала Ли Уортли. — Я лично контролировала подготовку этой студии, она сделана именно так, чтобы то, что внутри, не выбралось наружу. Поэтому если у тебя нет, например, м-м-м базуки, — она выжидающе посмотрела на собеседника, а затем приказала: — Сядь и не мельтеши! У меня мигрень начинается!

Хотя Вэртер и понимал, что Ния права, соглашаться не хотелось, и он продолжил докучать ей своими возражениями. В конце концов он так увлёкся спором с председателем, что раздавшийся щелчок замка стал полной неожиданностью.

*Взгляд Марка

«Столько лет ни одной промашки... и тут, спалиться вот так... на ровном месте», — буквально выбегая из здания главного корпуса, Марк никак не мог прекратить ругать себя. Чувство эйфории по поводу обнаружения деток Алигьери притуплялось досадой. — «Теперь я уже не смогу жить как прежде... И шанс на то, чтобы быть с Нией... — юноша тихо посмеялся сам над собой. — А был ли он?»

Чтобы не привлекать лишнего внимания, бывший зампред пошёл медленнее. Выудив из кармана лёгкого тёмно-серого полупальто телефон Вэртера, парень провёл пальцем по экрану и с удовольствием отметил, что никаких паролей для входа не требовалось:

«Что ж, это всё упрощает!» — приближаясь к проходной, Марк убрал телефон и, как обычно попрощавшись с охранником, направился к такси.

Только расположившись на заднем сидении неприметной иномарки и сказав водителю нужный адрес, юноша снова достал мобильник. Он несколько минут изучал переписку Вэртера и Эрика, но не выискивая информацию о местонахождении наследника Алигьери, а изучая стиль общения Вэра, — ему не хотелось снова прогореть на каком-то пустяке. Наконец, после нескольких не угодивших ему формулировок, короткое сообщение было отправлено:

В: Ты где пропал? Я переживаю.

Буквально через несколько минут телефон завибрировал:

Э: Не волнуйся, мамочка. Через час уже буду на вокзале.

В: Хорошо, я тебя встречу.

Э: Это лишнее... Хотя нам есть, что обсудить.

Э: Я в 7 вагоне.

«Отлично!» — подумал Марк, взвешивая, какие действия он может предпринять. — «Следовало бы обсудить план... Но к чему в итоге привело его решение обвинить во всём Нию?» — юноша недовольно цыкнул. — «На этот раз я буду действовать сам».

Такси остановилось у знакомого дома, и Марк попросил водителя подождать несколько минут. Поднявшись на нужный этаж, он по привычке постучал в дверь. Тишина. Подождав несколько секунд, он несколько раз резко надавил на кнопку звонка, подозревая, что Матильда могла просто не услышать стука. Но прошло несколько минут — никто не ответил.

«Неужели она ушла? — зампред с силой треснул кулаком по двери. — Грёбаная сука. Эдмон ведь просил её быть дома!» — отсутствие Мати заставило его напрячься. — «Не известно, куда понесло эту девчонку, но это может стать проблемой», — перепрыгивая через две ступеньки, Марк помчался обратно в такси.

«Может, написать ей от имени Вэра? — по пути на вокзал он не переставая вертел телефон в руке. — Не будет ли это подозрительно? Да и ответит ли она ему?» — чем больше зампред обдумывал эту ситуацию, тем больше дёргался. Проанализировав своё состояние, он понял, что просто накручивает себя. — «Надо успокоиться, мне нужна светлая голова... Пока я ещё на шаг впереди... — он засунул телефон в карман джинсов. — А ведь получилось бы такое красочное шоу: свихнувшаяся сестрица, рвёт на части своего брата...» — Марк прикрыл глаза, представляя всё в деталях. — «Ну и лицо было бы у этого подонка, когда он приехал», — он злорадно ухмыльнулся, воображая, как мистер Алигьери, обезумевший от горя, падает на колени рядом с растерзанным Эриком, в то время как специальное подразделение уводит озверевшую Матильду. — «Что ж, теперь придётся действовать по ситуации...»

***

На перроне практически никого не было, и Марк расположился на одной из скамеек, установленных между опорных бетонных колонн. До прибытия оставалось ещё минут двадцать, и зампред, уставившись на электронное табло, погрузился в свои мысли. Он так и не придумал, что конкретно будет делать, когда встретит Эрика, единственное, что было ясно, — нужно сразу увезти наследника Алигьери, ведь другого шанса теперь могло не представиться.

Как только парень унял волнение и перестал перебирать возможные варианты, решив, что дальнейший план придёт сам-собой, лишь только он окажется в более спокойной обстановке, на него нахлынула тоска. За всё время, проведённое в университете, Марк не завёл настоящих друзей, девушку, не сблизился ни с кем... Просто у него были другие цели... и всё же, бывали дни, когда люди вокруг заставляли его забывать о боли и обиде... о мести. Терять эти краткие моменты счастья было действительно неприятно. Засунув руку во внутренний карман пальто, он вытащил оттуда бумажник и, открыв его, посмотрел на фотографию молодой улыбающейся женщины:

— Не волнуйся, скоро я заставлю виновных заплатить... — прошептал он, трепетно прикоснувшись к фото.

Электронный голос, неловко складывающий слова в предложения, оповестил о прибытии поезда, и зампред, вздрогнув, поспешил спрятать бумажник.

Через несколько минут к платформе практически бесшумно подошёл скоростной поезд, и Марк, тут же поднявшись, прошёл ближе к нужному вагону. Предчувствуя, что может произойти что угодно, юноша хотел побыстрее перехватить Эрика. Впиваясь взглядом в каждое лицо, он ждал... Но среди покидающих вагон пассажиров наследника Алигьери всё не было.

— Да где он? — процедил сквозь зубы зампред, когда перрон практически опустел. — «Его предупредили...» — догадка, застрявшая мерзким комом в горле, стала последней каплей.

Он сорвался с места и буквально побежал к вагону, намереваясь проверить, все ли вышли, и в этот момент в дверном проёме появился Эрик.

— Марк, — совершенно спокойно констатировал он в качестве приветствия, будто не замечая искажённого лица зампреда.

— Я уж думал, что пропустил тебя! — воскликнул тот, пытаясь привести выражение лица в порядок.

— Я просто не люблю давку, — ответил Эрик, как показалось Марку, несколько надменно.

«Почему он не спрашивает, что я здесь делаю? Не спрашивает, где Вэртер...» — его глаза предательски забегали. — Вэр не смог приехать — он с Мати и остальными... — «Значит он уже подготовился...» — зампред сунул руку в карман, проверяя, на месте ли наркотик.

— М-м-м... — протянул Эрик, пристально глядя на собеседника. — Это не важно, думаю, мы и сами со всем разберёмся...

Не успел парень закончить фразу, как раздался протяжный гудок, и грубый мужской голос отчеканил: «Внимание! Это не учебная тревога...»

— Как раз вовремя, — проговорил спокойно Эркюль, как только двери поезда закрылись, и состав двинулся в депо.

За спиной послышался шум: люди спешно покидали вокзал.

«Тц... быстро работают...»

— Такой же трусливый подонок... Яблочко от яблони, да? — усмехнулся Марк, понимая, что скоро на перроне появится вооружённое подкрепление.

— Не вижу смысла в бесполезном геройстве, — ответил Эрик, игнорируя явную провокацию.

— Ого! Какая рассудительность! — картинно удивился Марк, скрывая тревогу за саркастической усмешкой. — Только они тебе не помогут! — добавил он, заметив на платформе людей в чёрной военной форме. — «Пути назад нет...» — зампред выхватил из кармана банку с наркотиком и, одним движением свинтив пластмассовую крышку, всыпал целую пригоршню капсул прямо в рот.

С трудом пропихнув препарат в себя, Марк попытался схватить Эрика за руку, но тот тут же отпрыгнул в сторону, использовав свою звериную ловкость.

— Ничего... — зампред закашлялся и согнулся вдвое, не закончив мысль: в висках застучало, мышцы начали гореть, в глазах на секунду потемнело... — Чёрт... — прошипел он, понимая, что на эмоциях совершил непоправимую глупость.

***

За некоторое время до этого...

*Взгляд Матильды.

— Что здесь происходит? — Матильда стояла на входе в студию, удивлённо окидывая взглядом находящихся внутри Вэра и Нию.

— Мати, Слава Богу! — Вэртер чуть не прыгал от радости. — Но как ты здесь...?

— Я пришла, потому что должна лично поговорить с Нией. Я не верю, что она...

— Да, да, — не выдержал Вэр. — Мы ошиблись. Это не она, это Марк! — заметив ошарашенное выражение лица подруги, он принялся вкратце пересказывать события последней пары часов.

«Что за хрень?» — Мати с трудом осмысливала сказанное. — Но зачем ему мы? — вырвалось у девушки машинально.

— Боюсь, дело не в тебе, рыбка моя, и даже не в твоём брате, — включилась в беседу Ния. — Видишь ли, мне доподлинно известно, что твоему... папе угрожали. Естественно, у такого человека всегда много врагов, но, кажется, в этот раз всё о-о-очень серьёзно.

— Насколько далеко Марк готов зайти? — спросила Матильда нахмурившись.

— Не хотелось бы проверять, но с кое-чьим телефоном, — председатель кивком указала на Вэра. — Он, как минимум, может узнать местонахождение Эрика.

— Значит, мы должны его опередить, — отрезала Мати, уже набирая номер брата. — Эрик? Привет, ты сейчас где? — проговорила она торопливо, как только Эркюль ответил на звонок.

— Привет. Подъезжаю к вокзалу, — буднично ответил тот.

— Хорошо, никуда оттуда не уходи, мы с Вэром тебя встретим...

— Да, я понял уже... он же написал недавно... — перебил Эрик сестру и, явно почувствовав её волнение, спросил: — Что-то случилось?

— Писал тебе? — Мати бросила на друзей красноречивый взгляд и, не давая собеседнику ответить, продолжила: — Послушай, его телефон украли, я позже всё объясню, просто, что бы тебе ни приходило, делай вид, что ни о чём не подозреваешь. Я скоро перезвоню!

Сбросив звонок, Матильда тут же заказала такси до железнодорожной станции.

— Быстрее, — скомандовала она, — поезд прибывает через пятнадцать минут.

Пока друзья шли по территории университета к выходу, Ния успела сообщить о ситуации Галахаду, а Мати — Эдмону. Уже в такси она перезвонила брату и прояснила происходящее. Обсудив все за и против, они разработали некое подобие плана...

*Взгляд Эркюля

Отскочив от Марка на добрых пару метров, Эрик уставился на своего противника не в силах сдвинуться с места. Бывшего зампреда трясло: вены на его шее, руках и лбу вздулись; огромные клыки, вырастая, врезались в губы, разрывая тут же регенерирующую плоть; глаза налились кровью и стали практически чёрными; его длинные пальцы покрылись бурой шерстью, а когти... Издав нечеловеческий рык Марк, словно кинжалами, разодрал этими когтями пальто и рубашку, которые явно стесняли движения заметно увеличившихся мышц.

Эрик невольно вздрогнул, представив, как эти чёрные острые пики впиваются в его ещё не зажившее горло:

«Пока он не оклемался, надо убираться отсюда...» — Эркюль рванул в сторону зала ожидания, надеясь на свою скорость...

Но он не успел добраться даже до телохранителей — бывший зампред мгновенно оказался перед Эриком и, ударив его так, что тот отлетел на самый край платформы, тут же развернулся в сторону наибольшей угрозы.

Даже повидавшие уже немало военные инстинктивно отпрянули, тут же подняв на врага дула винтовок. Только выстрелить они не успели, в долю секунды звериный оказался позади них. Истошный вопль захлебнулся булькающим хрипом, когда когти вонзились в горло одного из мужчин... Не успело тело первого несчастного рухнуть на асфальт, как озверевший напрыгнул на следующую жертву...

Эрик в ужасе смотрел на развернувшуюся перед его глазами бойню: будто в замедленной съёмке на перрон падали изувеченные мужчины, не успев выпустить и пары пуль, которые со свистом проносились мимо слишком быстрой цели. Всё вокруг окрасилось в красный. Марк не церемонился, не знал пощады: чувствуя опасность, он нападал словно дикий зверь, вонзая клыки и когти в противников, вырывая куски плоти... Эрику стало плохо, казалось, все инстинкты уступили место сковывающему тело страху. Но, несмотря на это, юноша старался сохранить ясность мысли и придумать хоть что-то... Он знал, что ещё немного и здесь появятся все, кто ему дорог, а значит, их жизнь будет в опасности.

— Марк! — Эркюль с трудом заставил себя подняться на ноги. — Тебе, кажется, нужен был я! — закричал он что было сил.

На секунду бывший зампред замер, вцепившись в руку одного из телохранителей, а затем, швырнув истекающего кровью мужчину в толпу сослуживцев, рванул к Эрику.

«И о чём я только думал?!» — единственное, что он мог, постараться уклониться от ударов звериного и надеяться, что военные всё же придут на помощь...

Несколько пуль попали Марку в плечо, одна прошла навылет через икру, но, казалось, он не замечал их и лишь распалялся всё больше — ему не хватало всего доли секунды, чтобы вонзить когти в тело Эрика, который еле поспевал за движениями нападавшего. К тому моменту, как военные собрали остатки своего мужества и достали ловчие петли (на подобие тех, что используют для отлова бродячих собак, но гораздо мощнее), сил у Эркюля почти не осталось.

— Давайте уже! — прохрипел запыхавшийся наследник Алигьери, бросив злой взгляд на тех, кто должен был обеспечивать его безопасность.

Наконец на шее Марка плотно затянулась петля, и двое крепких мужчин со всей силы потянули механизм на себя, пытаясь оттащить озверевшего. Эрик уже вздохнул с облегчением, когда Марк сделал пару шагов назад, но силы двух телохранителей оказалось недостаточно, чтобы удержать его. Рванув со всей силы, озверевший легко вырвал удавку из рук мужчин. Всё произошло настолько быстро, что Эркюль успел лишь зажмуриться в ожидании удара.

— Не смей! — послышался громкий треск, а затем звук сильного удара.

«Мэтс?»

Открыв глаза, Эрик увидел сестру, вооружённую тем самым шокером, что недавно использовали против неё; в нескольких метрах от девушки оглушённого ударом тока Марка уже пытались скрутить Эдмон и Влад.

— Какого чёрта ты тут устроил? — прорычала Матильда, глядя на брата жёлтым глазами. — Мы же договорились, ни в коем случае не действовать в одиночку!

Эрик хотел возразить, что он и не был один, но, оценив состояние отряда, предоставленного компанией отца, и встревоженно-укоризненный взгляд Вэртера, который в нерешительности стоял в нескольких шагах, предпочёл промолчать.

— Оставьте эти препирания на потом! — прокричал Влад, отскочив от зампреда на пару метров.

Эдмон последовал его примеру.

— Похоже, ты его только разозлила! — ухмыльнулся Принц, держась за разодранное предплечье. — Выведи Эрика, мы сами попробуем разобраться! — скомандовал он, обращаясь к Матильде.

— Ты издеваешься?! — на коже Мати выступили коричневатые полосы, свидетельствующие о том, что она уже на пределе.

«Ещё немного и у нас будет пара озверевших вместо одного!» — Эркюль взял сестру за руку, пытаясь успокоить, но она тут же вырвала её.

— Я сейчас ваша главная ударная сила! — бросив напоследок эту фразу, она без страха кинулась к потерявшему контроль Марку.

Подпрыгнув на добрых пару метров, Матильда оттолкнулась от колонны и, пролетев над головой зампреда, приземлилась за ним. Медведь тут же среагировал: мгновенно развернувшись на сто восемьдесят градусов, он попытался схватить Харкер за плечи, но она ловко уклонилась от захвата и нанесла несколько сильных ударов под рёбра. Когда озверевший согнулся от боли, открывая обзор на Мати, Эрику показалось, что земля уходит у него из-под ног: глаза его сестры полыхали диким красным огнём.

— Мы должны разобраться со всем как можно быстрее, если отец увидит её такой... — он осёкся, понимая, что меры будут радикальными. — Нужно не только обезвредить Марка, но и успеть вывезти Мэтс! — крикнул Эркюль, обращаясь к сражающимся.

Объяснять подробно ему не пришлось, как только братья Уилкс увидели Матильду, они и сами поняли, что дело плохо. Не сговариваясь, парни рванули к отвлёкшемуся на Мати звериному. Ухватившись за всё ещё болтающуюся на его шее петлю, Эдмон со всей силы потянул вниз, в то время как Влад, резко присев, с размаху сделал подсечку. Марк рухнул на асфальт и, схватившись одной рукой за металлический трос, сдавливающий его шею, другой попытался достать Эдмона, который, упершись ногой в колонну, продолжал затягивать удавку.

— Да вырубайся уже! — процедил Принц, глядя на покрасневшее искажённое лицо Марка.

Владислав хотел было помочь кузену, но был тут же достаточно жёстко откинут Матильдой. Запрыгнув на лежащего на спине озверевшего, она надавила коленом ему на грудь, ещё больше затрудняя дыхание, и сомкнула ладони на его шее. Зампред попытался оттолкнуть девушку свободной рукой, но, видимо уже обессилив от недостатка кислорода, не смог её скинуть. Через несколько минут всё было кончено. Оставив несколько красных полос на ключице Матильды, рука Марка упала на асфальт.

— Хватит! — с тревогой проговорил Эд, отпустив удавку. Мати вскинула голову и, впившись в Принца взглядом, застыла, будто решая, что делать дальше. — Ты убьёшь его!

Пальцы Харкер разжались, и она, не отрывая красных глаз от Эдмона, вдруг прыгнула к нему. Сбив только успевшего подняться юношу с ног, Матильда села на него верхом и, тихо рыча, наклонилась практически к самому его лицу.

— Матильда... — проговорил Эд как можно спокойнее. — Всё закончилось... — он аккуратно поднял руку. — Заметив движение, Мати инстинктивно дёрнулась, но потом снова застыла. — Всё хорошо, — Принц медленно провёл кончиками пальцев по её щеке...

— Хорошо... — повторила Харкер практически беззвучно и, закрыв глаза, прижалась щекой к его ладони.

***

— Ну вы и натворили тут дел! — воскликнула Ния, покачивая головой, оглядев не до конца ещё ликвидированные последствия драки. — Но главное, что все целы! — добавила она, обращаясь к сидящим на одной из скамеек Мати, Эдмону, Вэру, Эрику и Владу.

— «Целы»! — с сарказмом произнёс Галахад, остановившись в нескольких шагах от Нии. Мужчина поджёг сигарету и сделал длинную затяжку.

— Все детки целы! — проговорила председатель ВСС тоном, подразумевающим, что до других ей нет дела. — Здание оцеплено, и вам придётся некоторое время подождать здесь, — Мати с тревогой посмотрела на подругу, в глазах которой, несмотря на как всегда спокойно-беззаботную манеру речи, читалось напряжение. — Я бы хотела остаться, рыбка, но я должна... очень многое уладить...

С этими словами Ли Уортли развернулась и направилась в сторону выхода. Однако, пройдя несколько шагов, она остановилась, и, наклонившись, что-то подняла из кучи разодранного тряпья.

— Ты снова это делаешь! — даже не развернувшись, окликнул её Гарет.

— Делаю что? — пропела председатель, спрятав в карман персикового пиджака подобранную фотографию и как ни в чём не бывало продолжив свой путь.

— Мешаешь следствию! — проговорил мужчина, выпуская изо рта густой дым.

***

Через несколько часов к зданию вокзала подъехал тонированный чёрный мерседес, из которого, в сопровождении нескольких телохранителей и секретаря, вышел мистер Алигьери. Мужчина сразу проследовал в зал ожидания. Как только он вошёл в помещение, Эрик, который всё это время о чём-то усиленно размышлял, глядя в панорамное окно, буквально вырос перед своим отцом, преграждая тому путь к Матильде и остальным.

— Ситуация вышла из-под контроля и вылилась... — остановившись в полуметре от сына, проговорил Алигьери.

— В этом нет вины Мэтс, если бы не она... — выпалил Эрик, но тут же был прерван.

— Речь сейчас не о ней! — мужчина бросил тяжёлый взгляд на оцепеневшую в ожидании вердикта дочь. — На экстренном совещании Попечительский совет решил, что все звериные, обучающиеся в университете, будут отстранены... до выяснения всех обстоятельств дела, — он сделал паузу, ожидая очередного выпада от сына, но Эркюль промолчал. — Так что можешь считать, что это просто незапланированные каникулы.

— И сколько продлятся эти «каникулы»? — возмутился Эдмон.

— Месяцок, — ответил мистер Алигьери снисходительно, и Влад не сдержал нервный смешок. — Решение вам пришлют по почте, так что в университете вам появляться не нужно, — он снова посмотрел на Матильду, а затем на Эрика. — Я рад, что вы оба в порядке. Жду в машине, — с этими словами мужчина покинул зал ожидания.

— Всё нормально? — спросил Эдмон, слегка сжимая пальцы Харкер.

— Ох, да, — Матильда растянула кривую улыбку. Она резко поднялась с места, пряча взгляд, и, высвободив руку из ладони Принца, направилась к брату. — Простите... нам лучше не заставлять его ждать...

*Взгляд Владислава.

«Месяцок», назначенный мистером Алигьери, растянулся на шесть недель. В течение этого времени Владислав не находил себе места. Поговорить с Мати он так и не успел — сразу после случая на вокзале она вместе с Эриком уехала. Куда конкретно, юноша не знал. Расспросить невзначай по телефону не мог — отношения между ними оставались далеки от дружеских, и, дабы наладить их, следовало объясниться, чего по телефону Влад делать категорически не хотел. Поняв, что ходит по замкнутому кругу, он решил ненадолго отпустить ситуацию, рассудив, что и ему, и тем более Матильде не помешает пара недель отдыха. Именно поэтому юноша воспользовался внеплановыми каникулами, чтобы навестить родителей кузена. Тем более что тётя (мать Эдмона) уже давно просила племянника приехать. В итоге Владислав провёл последующие полтора месяца, готовясь к весеннему кубку, играя в баскетбол с местными парнями и, конечно, читая. От общества брата он был практически избавлен: Эдмон зарылся в бумагах, балансируя между учёбой и делами клуба. И это не могло не радовать — в последнее время отношения между ними были напряжёнными. Тем не менее, в эти полтора месяца наблюдался полный штиль. Встречаясь иной раз за ужином, парни спокойно беседовали об отвлечённых вещах, по очереди играли с отцом Эда в бильярд и вели себя вполне дружелюбно. При этом тему Матильды старательно обходили стороной, кроме одного случая, когда они в полном составе собрались за семейным столом...

Просторная гостиная, залитая светом внушительной кованой люстры, была обставлена дорогой деревянной мебелью, несколько картин современных художников украшали стены... Всё в этой комнате (да и особняк в целом) говорило о весьма приличном семейном достатке, но несмотря на это, не было лишено домашнего уюта, что частенько случается в домах, где за всем смотрит прислуга... Мать Эдмона, высокая и элегантная, всегда считала главной задачей женщины быть хранительницей домашнего очага, а потому занималась всеми делами сама, кроме того, она отлично готовила и любила баловать своими кулинарными творениями домашних. И в тот вечер они ужинали, болтая о разных мелочах и, к большому удовольствию женщины, нахваливая фаршированную утку. Когда же с птицей было покончено, мама Эда убрала остатки блюда и принесла с кухни десерт — свой фирменный лимонный пирог.

— Мальчики, а вы помните миссис Миллер, — начала она как бы между прочим, раскладывая по тарелкам внушительные куски выпечки. — Их семья жила по соседству лет пять назад, — не дожидаясь ответа, она продолжила: — Встретила утром в городе. Разговорились. Её племянница сейчас заканчивает старшую школу и собирается поступать в ваш университет. Что-то связанное с управлением, кажется... Вот я и подумала, может, ты, Влад, как недавний первокурсник, сможешь провести ей экскурсию? — невзначай спросила женщина и тут же добавила: — Миссис Миллер, кстати, упоминала, что девочка подрабатывает моделью...

Владислав тут же уловил к чему клонит тётя и хотел просто отказаться, но, заметив плохо скрываемую ухмылку Эдмона, не удержался:

— Сомневаюсь, что смогу помочь ей, — сделав вид, что серьёзно раздумывает над предложением, проговорил Влад. — Слишком разные специальности... Всё-таки управление — это стезя Эда. Почему бы ему не заняться?

— Боюсь, ничего не выйдет, — тут же парировал Принц.

— Конечно, мальчики, я понимаю, — попыталась сгладить ситуацию мама Эдмона (она затеяла этот разговор исключительно из благих побуждений, однако, заметив напряжение между кузенами, уже успела пожалеть об этом). — Вы оба заняты... лекции и остальное...

— Просто, — протянул Эд, не дослушивая. — Если моя девушка об этом узнает, кому-то точно не поздоровится, — он изобразил испуг.

От этой фразы Влада аж передёрнуло.

— С характером, да? — расхохотался отец Эда, с грохотом приземляя бокал с виски на стол.

— Ещё с каким! — охотно подтвердил Принц. — Но... мне нравится, — добавил он, незаметно подмигнув Владиславу.

Его мама тут же пустилась в расспросы. Она, конечно, знала, что сын её от одиночества не страдает, однако это был первый раз, когда он упомянул о ком-то при родителях. Эдмон же, видимо посчитав, что и так сказал достаточно, сославшись на срочные дела в клубе, поспешил ретироваться.

А вот Влад остался за столом, чувствуя себя так, будто на него вылили ушат ледяной воды. Опомнился парень, только когда десертная вилка, которую он всё время держал в руке, согнулась пополам.

***

Когда пришло извещение, что звериным разрешено вернуться в университет, Владислав решил наконец поговорить с кузеном, понимая, что Эдмон — это препятствие, с которым придётся столкнуться так или иначе.

Вечером, накануне первого дня учёбы, Влад подкараулил брата на кухне и твёрдо заявил, что, что бы ни задумал Эд, он будет бороться за Мати до конца. Владислав ожидал, что после прямого объявления войны, Принц либо посмеётся над ним, либо начнёт угрожать. Но тот лишь бросил безразличное «поступай как знаешь» и удалился в свою комнату.

Пару минут Влад пребывал в прострации — не на такую реакцию он рассчитывал.

«Похоже, он не воспринимает меня всерьёз, — решил он в итоге. — Ну, это его право. Я не отступлюсь, завтра же поговорю с Матильдой!»

*Взгляд Эдмона

«Вот чёрт, одно дело понимать, что должен сделать и совсем другое — решиться. И на кой хрен я вообще это затеял?! Теперь, как ни крути, красиво не получится...» — Эдмон пропустил первую пару и теперь сидел в зимнем саду библиотеки, размышляя над тем, что ему предстоит.

В отличие от остальных Принц был, в некотором роде, рад этим каникулам, у него наконец появилось достаточно времени спокойно обдумать ситуацию на личном фронте. Эд был уверен, что, пусть это и заняло больше месяца, ему всё же удалось переосмыслить свою позицию и прийти ко взрослому взвешенному решению.

«Она, возможно, вообще не придёт сегодня. Так что придётся отложить до следующего раза...»

Но, словно в ответ на его мысли, телефон издал писк, оповещая о новом сообщении:

М: Привет, ты на паре? Я только пришла.

«И как я мог забыть, что она не может без опозданий», — усмехнувшись, Эд набрал ответ:

«Я в зимнем саду. Приходи».

Отправив сообщение, он снова погрузился в раздумья: «Отступать поздно, я всё уже решил...»

— Прогуливаешь, — знакомый голос вернул Принца к действительности, и он тут же поднялся на ноги, словно мальчишка, которого застукала учительница. — И не стыдно? — Матильда стояла у входа в беседку и, укоризненно покачивая головой, старательно делала строгий вид.

— Это меня сейчас королева опозданий упрекнула, — улыбнулся Эдмон и тут же добавил, кивнув в сторону пруда. — Красивое место, да?

— Угу, — как-то без энтузиазма подтвердила Харкер, от Принца не ускользнуло, как она при этом скривила губы. — Не верится, что мы целый месяц не виделись, я скучала... — начала было Мати, сделав несколько шагов навстречу.

— Ты сегодня видела Влада? — внезапно выпалил Эд.

— Что? — растерялась она, остановившись, — а... нет, не видела, почему спрашиваешь?

Принц пожал плечами и очаровательно улыбнулся.

— Сегодня утром мне показалось, что ему есть, что тебе сказать, — не дав собеседнице отреагировать, он продолжил: — Знаешь, может, по мне и не скажешь, но Влад меня иногда... периодически... большую часть времени жутко бесит.

— Хах, — усмехнулась Харкер, — совру, если скажу, что не понимаю почему. Он умеет выбешивать.

— И всё же, такой характер у него неспроста, — Эд неловко замялся.

— Мы месяц не виделись, — тут же перебила его Мати, которой это русло разговора было явно не по душе. — Нам обязательно обсуждать твоего брата?

— Он когда-нибудь рассказывал тебе о своей матери? — проигнорировав замечание, продолжил Принц.

Матильда удивлённо вскинула брови, и Эд понял, что та заинтригована.

— Я плохо помню дядю, — Эдмон присел на скамейку, — судя по рассказам отца, он был таким же, как мой кузен: своевольным, упрямым и... — Матильда, уступив своему любопытству, села напротив, — недальновидным. Встретив мать Влада, он влюбился без памяти. А она была, что называется, «предприимчивой», — Принц не сдержал горькую ухмылку, невольно предаваясь воспоминаниям. — Другими словами, то, что ей от него нужны только деньги, было ясно, как божий день, — он вздохнул, — всем, кроме дяди. Семья пыталась открыть ему глаза, и это привело к тому, что дядя разругался даже с моим отцом. В итоге, разорвав все связи с родственниками, он вместе с девушкой переехал куда-то на север. В том же году родился Влад, — Матильда молчала, и Эдмон продолжил: — После этого их отношения дали трещину. Открылись ли у дяди глаза или причиной послужило что-то ещё — я не в курсе. Факт в том, что Владу не было и года, когда он остался жить с отцом. Правда, длилось это недолго, — Принц отвёл взгляд, изучая потолок, воспоминания тяготили его. — Он погиб, когда Владу было около четырёх... Без понятия, чем эта женщина занималась всё это время, но после трагедии она снова нарисовалась, на этот раз в качестве опекуна и законного представителя моего малолетнего кузена, — Эд снова посмотрел на Мати, лицо которой выражало глубокое сочувствие. — Так как она и дядя в браке никогда не состояли, единственным наследником остался Влад... Пять с половиной лет — столько ей потребовалось, чтобы потратить ту часть состояния, до которой она смогла добраться. Но это было далеко не самым худшим аспектом ситуации. Тебе знаком термин «жестокое обращение»? — Харкер молча кивнула. — Это именно то, чему мой брат подвергался на протяжении этих лет.

— Какая мать может так... — начала было Мати, не выдержав.

— Не очень хорошая, очевидно, — констатировал Эд. — Из того, что мне известно, могу судить, что сын был для неё лишь источником дохода. Единственное, чего расчётливая дама не учла, так это моего отца. Когда ему стало известно о реальном положении дел, он быстро перекрыл ей доступ к чужим финансам. Это оказалось даже эффективнее, чем кто-либо мог помыслить, — Эдмон горько усмехнулся. — Буквально через месяц нам позвонили из органов опеки. Влада нашли одного, запертым в квартире. Судя по всему, его мать сбежала с новым любовником, бросив единственного сына, как бесполезный мусор. Он сам вызвал полицию, когда примерно через две недели закончилась еда. Естественно, моя семья взяла над Владом опеку. С тех самых пор он жил с нами. Поначалу даже казалось, что с ним всё в норме, насколько вообще может быть при таких обстоятельствах. Затем стало заметно, как тяжело ему общаться с женщинами. Даже с моей матерью: ему было жутко неприятно, когда его трогали, а уж прикасаться самому... С возрастом, конечно, стало намного лучше, но дальше секса без обязательств ни одни его отношения не продвинулись. Уверен, виной всему детская травма... Наверное, глубоко в душе ему всё ещё кажется, что его хотят использовать. Именно поэтому от слова «влюбиться» Влада корёжит похлеще, чем от удара током. Или вернее так было... до тебя.

Эдмон решил, что информации к размышлению вполне достаточно и выжидательно посмотрел на девушку. Матильда первые несколько секунд выглядела абсолютно потерянной и сбитой с толку, затем ей всё же удалось взять себя в руки.

— Ну... это многое объясняет, — резюмировала она неуверенным, но сравнительно спокойным тоном. — Кроме причины, по которой ты поделился этим со мной, — закончив фразу, она уставилась на Эдмона немигающим, требующим объяснений взглядом.

Подобная ремарка со стороны Харкер заставила парня напрячься. Он внезапно осознал насколько непродуманной оказалась его стратегия. Прокручивая до этого сценарий разговора в голове, Эдмон представлял, как после поведанных им событий, Матильда (заливая всё вокруг слезами), забыв обо всём, кинется на шею его остолопу-кузену. А сам он, как и подобает благородному принцу, тихо уйдёт в закат, дабы чужому счастью не мешать. Мати же, очевидно, его энтузиазма не разделяла. Вместо того, чтобы броситься на поиски Влада, она продолжала сидеть напротив, скрестив руки на груди, явно ожидая от Эда комментариев.

— Я просто подумал... что ты обязана об этом знать, чтобы лучше понимать... происходящее... — ляпнул он, ощущая себя полным идиотом.

Вероятность выйти из ситуации белым и пушистым стремилась к нулю с катастрофически быстрой скоростью.

— А теперь что? — Матильда, чьи умственные способности Принц явно недооценивал, буквально подталкивала к развязке, не давая времени на раздумья.

«Уже всё поняла, — осенило Эда. — Её выдержке можно позавидовать», — пронеслось в мозгу, когда взгляд скользнул по сцепленным рукам и напряжённой позе Матильды.

— Что ж, отпираться дальше не имеет смысла. Думаю, нам нужно расстаться. Так будет лучше для...

— Можешь не продолжать, я поняла, — перебила его Харкер, вскочив со скамейки и устремившись в сторону выхода.

— Нет, погоди... Мати, — кинулся ей вдогонку Эдмон. — Я же ради тебя...

— Перестань, — в очередной раз оборвав юношу на полуслове, воскликнула она. — Если уж решил бросить меня, так и скажи. Я понимаю, что со мной сложно и... — тут она запнулась, но вдохнув поглубже, продолжила: — Только не надо этого напускного благородства! После всего, что было, — это просто смешно! — ничего больше не говоря, Матильда ушла, а Эдмон побрёл обратно к беседке.

«Вот же сучка, — усмехнулся он про себя. — Даже под конец умудрилась удивить — выставила меня злодеем», — Принц потёр переносицу, устало завалившись с ногами на скамейку. На душе было необъяснимо паршиво.

— А твой брат, оказывается, нежный цветочек, — раздалось откуда-то сверху.

Над ним, облокотившись на спинку лавки, стояла Ния.

— Подслушивать нехорошо, — недовольно констатировал Эдмон.

— Зато весело и весьма информативно, — парировала Ли Уортли.

— Пришла поглумиться? Что, работы в ВСС не хватает?

— Не стоит вымещать недовольство на мне, ты сам решилзакончить отношения, — сказала Ния, закатив глаза. — А я, между прочим, болелаза тебя... — Эдмон картинно приподнял бровь, выражая крайнюю степень недоверия.— Что касается ВСС, — тут она в момент стала серьёзной, — то я больше непредседатель.