Глава 40
— Ну, доброе утро, звезды скандальных заголовков, — усмехнулась Скай, листая свежий глянцевый журнал с нашей с Кейном физиономией на обложке.
Я, всё ещё в халате и с небрежным пучком на голове, поставила перед ней чашку кофе.
— Не преувеличивай, — пробурчала я и поднесла к губам кружку.
— Преувеличиваю? — Скай повернула обложку к Кейнy, сидящему напротив и спокойно намазывающему масло на тост. — «Горячая пара Харрис и Райнер: страсть, бизнес и скандалы. Что происходит на самом деле?» — процитировала она, подняв брови. — Ну, что происходит, Кейни?
Кейн только усмехнулся, откинувшись на спинку стула:
— Судя по фото — явно что-то достойное продолжения.
Я фыркнула. Фото действительно было эпичное — его рука на моей талии, мой взгляд в камеру, поцелуй в висок. Рядом — слова о партнёрстве, любви, драме. Идеальная картинка, как бы мы ни ворчали.
— Не знаю, как вы, а я в восторге, — Скай отложила журнал. — Утро, кофе, вы двое сияете как Голливуд, и у нас грандиозные планы.
— Какие ещё планы? — спросила я, откусив круассан.
Сегодня мы едем за свадебным платьем. Всё, без обсуждений. — Она вскинула руку как дирижёр. — У меня через месяц свадьба, а точнее через 21 день . А у меня список салонов, бутонов, тканей и даже рекомендации от трёх стилистов.
— Это... официальное заявление? — я подняла брови.
— Абсолютно. Так что освободи день.
— Даже не знаю, чего мне бояться больше — платья или твоих методов.
— Бояться стоит только одного, — Кейн посмотрел на меня через чашку. — Что тебе Скай подберут платье, которое Деклан не сможет разорвать в первую брачную ночь.
— Романтично, — усмехнулась я, но внутри потеплело.
В этот момент зазвонил телефон Кейна. Он бросил взгляд на экран — и вдруг замер. Лицо посуровело, пальцы чуть напряглись. Он молча встал и вышел из кухни.
Я удивлённо посмотрела на Скай, но та только пожала плечами.
Прошло несколько минут, прежде чем он вернулся. Глаза чуть темнее, голос ровный, почти отстранённый:
— Это была мама.
— ...мама? — я нахмурилась. — Ты ведь говорил, что она...
— Не звонила мне ни разу. Ни с тех пор, как отец умер, ни когда я ушёл из дома. А сегодня вдруг...
Она просила встречи. Со мной.
И с тобой, Лив.
Молчание было плотным, как туман.
— Ты хочешь... поехать? — спросила я осторожно.
— Не знаю, — ответил он. — Но думаю, нам стоит услышать, что она скажет.
Салон был почти пустой. Мягкое освещение, зеркала в полный рост, лёгкий аромат пионов и шампанское в бокалах. Скай вертелась передо мной в уже третьем платье — атласном, с открытыми плечами и длинным шлейфом.
— Ну? — Она выгнула бровь и повернулась на каблуке. — Слишком "взрослая тётка" или "вышла замуж за миллионера за мерин"?
Я хмыкнула, отпивая игристое.
— Скорее "та, кто выйдет замуж и унесёт с собой всё внимание". Очень сексуально. Но, может, примеришь то, с фатином? — я кивнула на платье в углу.
Скай закатила глаза, но пошла переодеваться. Я осталась одна, сидя на плюшевом диване, окружённая слоями тюля и шелеста тканей.
И вдруг — тишина. Та, что даёт возможность услышать себя.
Я закрыла глаза на секунду.
Скай — выходит замуж. У неё счастье, планы, дата, приглашения, цветы... А я?
Моя любовь — почти скандал. Страсть — почти зависимость. И предложение... было ли оно вообще?
Я знала, что Кейн любит меня. Он говорил это, доказывал телом, поступками, взглядом.
Но я не могла не думать: почему он не спросил меня официально? Почему мы просто... любим друг друга без даты и кольца?
— Эй, — Скай вышла в новом платье, белоснежном, воздушном, как облако. И вдруг застыла. — Почему ты такая... тихая?
— Просто думаю, — ответила я с улыбкой. — Ты прекрасна. Правда. Как из рекламы свадебного каталога, но с душой.
— Лив... — она подошла ближе и села рядом. — Я знаю, ты сильная. Но ты ведь тоже хочешь этого, да? Свадьбу. Кольцо. Официальность.
— Не знаю. — Я пожала плечами. — Я просто хочу быть с ним. А всё остальное... может, и не важно.
Но внутри защемило. Потому что это всё же было важно.
⸻
Вечером я надела красное платье по фигуре, волосы — в пучок, серьги — минимализм. Кейн подъехал ко мне, как всегда, на тёмной машине, и когда я села внутрь, он посмотрел на меня немного дольше обычного.
— Ты... великолепна, Лив.
— А ты нервничаешь.
Он усмехнулся, завёл мотор.
— Это моя мать. Ты бы тоже нервничала.
— Я уже.
Ресторан был безупречным. Белые скатерти, приглушённый свет, хрусталь, расставленный с хирургической точностью. Но даже эта идеальная обстановка не могла скрыть холода, который повис в воздухе, как только мы подошли к столику.
Мать Кейна уже сидела. Строгая, высокая, с пронзительным взглядом, в сером платье и жемчужных серёжках. Ни одной эмоции на лице. Ни одной морщинки. Ни одного намёка на тепло.
— Кейн, — короткий кивок. — Оливия, — взгляд скользнул по мне сдержанно. Оценочно. Словно я — пункт в повестке.
— Добрый вечер, — ответила я, стараясь сохранить уверенность. Хотя внутри всё сжималось.
Мы сели. Кейн взял меню. Я молча сделала глоток воды, пытаясь справиться с внутренней дрожью.
— Я хотела увидеть тебя лично, — произнесла она, не глядя на меня. — Чтобы убедиться, что мои опасения не напрасны.
— Какие именно? — Кейн напрягся. Я положила ладонь на его руку под столом, но сама продолжала смотреть в глаза его матери.
— Что вы с Оливией — ошибка, Кейн. И у ваших отношений нет будущего. Ни в личном, ни тем более в профессиональном смысле.
Тишина была такой плотной, что, казалось, даже воздух перестал двигаться.
— Простите, но вы совсем меня не знаете, — спокойно сказала я. — И уж точно не имеете права решать, что нам с Кейном стоит или не стоит.
— Ты умна, — её губы изогнулись в почти-улыбке. — И я вижу, что ты борешься за своё место. Но, поверь, я умею видеть дальше эмоций. Я видела таких, как ты.
— Таких, как я? — я нахмурилась.
— Амбициозных. Ярких. Небезопасных. Девочек, которые кажутся любовью всей жизни, а потом рушат всё. — Она перевела взгляд на Кейна. — Ты не такой, каким был. Ты теряешь контроль. Теряешь уважение. И это всё — из-за неё.
Кейн сжал кулаки. Его голос был тихим, но опасным:
— Достаточно.
— Нет, Кейн. Это ты должен услышать. Я не вмешивалась в твою жизнь. Никогда. Даже когда ты ушёл. Даже когда ты игнорировал семью. Но теперь ты тащишь в свою судьбу женщину, которая... — она на мгновение замолчала — ...по иронии судьбы, является дочерью мужчины, который когда-то разрушил мою.
Я застыла. Что?
— О чём вы говорите?
Она посмотрела на меня прямо. Впервые — по-настоящему.
— Твоего отца. Старшего Харриса. Я любила его. Мы были вместе. Он обещал мне жизнь, семью, будущее. А потом он исчез. Знаешь, почему? — она усмехнулась. — Потому что он встретил твою мать. И всё, что было у нас, стало пылью. А я... осталась с пустыми руками. И с сердцем, которое он выбросил, как ненужную вещь.
— Это было... — я сглотнула. — Это было до...
— До тебя, да. Но теперь ты — напоминание. Боль в облике девушки с красивыми глазами. И, поверь, я не позволю, чтобы ты повторила путь своей матери. Ты разрушила свою семью, Лив. И ты разрушишь моего сына.
— Ты ошибаетесь, — сказала я тихо. — Я не она. Я не разрушаю. Я люблю.
— Любовь — не всегда спасение. Иногда — это проклятие. — Она встала. — Я сказала всё, что хотела. Теперь выбор — за тобой, Кейн.
И ушла, оставив после себя не пустоту — нет. Что-то острое, горькое, будто вкус красного вина, которое вдруг стало уксусом.
Кейн не сказал ни слова. Его руки были сжаты в кулаки. Его взгляд — опущен. Только я знала, как внутри у него бушует буря.
— Кейн... — я коснулась его плеча.
— Я не знал, Лив. Клянусь, не знал, — прошептал он. — Но я знаю одно: ты — это не её прошлое. Ты — моё будущее.
Я кивнула. Со слезами на глазах. Потому что только сейчас поняла, насколько всё сложнее, чем казалось.