Глава 41
Я захлопнула за собой дверь и прислонилась к ней спиной, зарывая пальцы в волосы. Всё тело сотрясалось от злости, обиды, непонимания. Откуда в ней столько ненависти? Почему её слова всё ещё звенят в ушах, как хлыст по коже?
"Вы — временное увлечение. Вы никогда не станете частью нашей семьи. Мой сын заслуживает большего. Ваш отец однажды забрал у меня всё. Я не позволю, чтобы и вы забрали моего сына."
Она смотрела на меня, как на грязь под ногтями. Как на ошибку прошлого, которую пора вычеркнуть.
Я медленно опустилась на пол, прижав колени к груди.
— Дура, — прошептала я себе. — Ты знала, что всё будет непросто. Ты знала, с кем связалась.
Но знать — не значит быть готовой.
Слёзы выжигали щёки, но я не вытирала их. Просто сидела на полу, в старом халате, в той самой комнате, в которой когда-то жила с родителями. В доме, где всегда было тепло... пока реальность не ударила по сердцу.
За дверью послышались шаги. Я замерла. Это был он. Я чувствовала. Тяжёлые, уверенные — он не шёл, он искал.
— Лив? — голос Кейна был тихим, почти шёпотом. — Ты здесь?
Я молчала.
— Сестрёнка? — уже голос Деклана. — Ужин готов. Мы с Скай переживаем. Он тоже.
Я зажмурила глаза. Не сейчас. Я не могу сейчас быть сильной.
— Пожалуйста, Лив, — раздался снова голос Кейна. — Просто дай мне знать, что ты в порядке.
Я слышала, как он сел прямо у двери. Прижался спиной. Он всегда так делал — сидел, ждал. Пока я не впущу.
— Мне жаль, — сказал он. — Жаль, что я не остановил её. Что позволил ей говорить всё это.
Молчание.
— Но ты должна знать: всё, что она сказала, — не имеет значения. Всё это... это её мёртвое прошлое. А ты — моё настоящее. Моё будущее. И пусть она ненавидит меня за это, но я выберу тебя снова и снова.
Сердце сжалось.
Я подошла к двери. Положила ладонь на дерево. С внутренней стороны. Он тоже положил свою. Через сантиметр — мы соприкасались. Молча.
— Я не хочу быть её местью, Кейн, — прошептала я. — Не хочу быть напоминанием.
— Ты — не напоминание, — резко сказал он. — Ты моя любовь. Моя женщина. Моя будущая жена, если ты захочешь. И я не позволю ей разрушить то, что между нами.
Он встал.
— Я пойду. Но ты знай: когда ты будешь готова — я рядом. И всегда буду.
Когда шаги отдалились, я соскользнула обратно на пол. Сердце дрожало.
Я знала, что люблю его.
Но впервые мне стало страшно, что любви может быть недостаточно, чтобы победить прошлое.
проснулась рано, ещё до рассвета. Глаза будто не закрывались — но слёз уже не было. Просто тяжесть в груди, которую не убрать ни кофе, ни макияжем, ни красивым платьем.
Рядом — пусто.
Он действительно уехал.
Всё внутри сжалось. Не потому что я его виню. А потому что... знала: он не мог остаться. Ему было больно так же, как и мне. Он просто не хотел ломаться на моих глазах. И в какой-то момент, в этой тишине, я поняла: это не конец. Это просто пауза.
Я медленно спустилась вниз — босиком,
в его старой футболке.
Скай уже была на кухне, как всегда бодра и сосредоточена. Она повернулась, едва услышав мои шаги, и сразу подошла:
— Ты выглядишь как... боец перед боем. Уставшая, но опасная.
Я усмехнулась.
— Спасибо. Это лучший комплимент на запуск моего проекта.
Скай протянула мне чашку кофе.
— Он уехал около трёх ночи. Не хотел будить. Но поверь, Лив... он ушёл не потому, что всё кончено. Он ушёл, потому что не знал, как тебя удержать и не разрушить.
Я кивнула.
— Я знаю.
Мы пили кофе молча, но в этой тишине было больше поддержки, чем в тысячах слов.
⸻
К девяти утра в доме началась суета. Стилист, визажист, платья — всё слилось в один длинный процесс подготовки к официальному вечеру: запуск моего первого проекта как креативного директора.
Команда из офиса писала в чат с сердечками, напутствиями, фразами «сегодня ты засияешь» — а я смотрела на экран и думала только об одном: увидит ли это он? Придёт ли?
Платье — чёрное, длинное, с вырезом на спине. Макияж — безупречный. Волосы — высокая причёска. Я стояла перед зеркалом, и впервые за долгое время чувствовала, что выгляжу как женщина, которая способна покорить мир. Но внутри... всё ещё трещина.
Скай обняла меня перед выходом:
— Твоя история не заканчивается отказом одной женщины. Ты Лив Харрис. Ты имя, ты бренд. И да, ты — любовь всей жизни одного очень упрямого и очень влюблённого мужчины.
Я слабо улыбнулась.
— Пошли сиять, принцесса, — добавила она. — А потом, если захочешь, мы купим бутылку вина, десять чизкейков и будем обсуждать, насколько его мать была... скажем так, драматична.
Я рассмеялась. Впервые искренне за сутки.
⸻
Когда мы приехали на мероприятие, меня встречали вспышки камер, аплодисменты, журналисты, партнёры.
Я говорила уверенно. Позировала. Дарила интервью. Была в своей силе.
Но всё внутри замерло, когда я обернулась — и увидела Кейна.
Он стоял у входа. В чёрном костюме. Красиво, строго. Его глаза искали меня. И когда нашли — он слабо кивнул.
Сердце сжалось... но сжалось от облегчения.
Он пришёл.
И я поняла: какой бы ни была буря — мы оба держим этот якорь.
Весь вечер прошёл как в дымке.
Я улыбалась, кивала, позировала, жала руки, отвечала на вопросы... но сердце било в одном ритме: где он?
Кейн пришёл — я это знала точно. Я видела его. У входа. С бокалом в руке, в строгом чёрном костюме. Его взгляд на миг поймал мой — и опустился. Он не подходил. Не сказал ни слова. Не дал даже тени улыбки. И от этого внутри жгло сильнее, чем от любых обид.
Он смотрел издалека. Всегда с края. Будто боялся разрушить мой момент. Будто считал, что уже потерял право на шаг вперёд.
Но я знала: он здесь.
И этого уже было достаточно, чтобы не дрогнуть, когда меня пригласили на сцену.
Я вышла.
Зал встретил аплодисментами. Вспышки. Свет. Все взгляды были на мне.
— Добрый вечер, — начала я, голос прозвучал удивительно уверенно. — Сегодня мы запускаем не просто проект. Мы запускаем новую главу. Для меня, моей команды, и — да, не побоюсь сказать — для всей компании. Этот путь был долгим, местами жестоким, но... таким настоящим. И если бы мне дали шанс начать сначала — я бы всё повторила. С теми же людьми, с теми же ошибками. Потому что именно они сделали меня сильнее. Настоящей.
Пауза. Аплодисменты. Но я не закончила.
— Спасибо каждому, кто стоял рядом. Кто верил. Кто... боролся за меня, даже когда я сама опускала руки.
И тут...
Шум за спиной.
Движение.
Я повернулась. И сердце выскочило из груди.
Кейн.
На сцене.
Вышел медленно, уверенно. В зале замерли. Кто-то ахнул.
Он остановился передо мной.
Поставил микрофон рядом.
И... опустился на одно колено.
— Ты сказала сегодня, что начала бы всё сначала с теми же ошибками.
Но если позволишь... я бы хотел стать твоим самым правильным выбором, Лив.
Зал затаил дыхание.
— Я знаю, что жизнь бывает несправедливой. Я знаю, что иногда мы раним сильнее, чем намерены. Но ты... ты — моя реальность. Моё «здесь и сейчас». Моё «навсегда». И если ты позволишь мне... я хочу каждый день, каждую минуту доказывать тебе, что ты достойна только лучшего. Что ты — моя единственная.
Он достал кольцо. И его руки дрожали. Впервые.
Настоящее золото. Один бриллиант. Ничего лишнего. Только смысл.
— Оливия Харрис. Ты выйдешь за меня?
Я не успела ответить. Слёзы текли по щекам.
Громко, честно, по-настоящему.
— Да, — прошептала я. — Да, чёрт побери, да.
Зал взорвался аплодисментами. А он встал, притянул меня к себе и поцеловал.
Долго. Жадно. Со всей этой болью, любовью и нежностью, которые копились месяцами.
В этот момент не существовало камер.
Не было будущей свекрови.
Не было страха, боли, прошлого.
Был только он.
И я.
На этой сцене.
В месте, которое стало началом всего.