Глава 22. «Любовь Зла»
Преисподняя никогда не была средоточием порока, а небеса оплотом добродетели; и те и другие — лишь игроки в великой космической шахматной партии. И только в глубине человеческой души можно обнаружить нечто неподдельное: истинную благодать и настоящее убийственное зло.
Терри Пратчетт, Нил Гейман
Благие знамения
Пока «Чистка» сжимала сеть, а Тамирис готовилась к возвращению, в тёмных комнатах Диляра и Алихан обсуждали цену новой партии.
Они встретились в нейтральном лофте — кирпичная стена, светильник с одной лампочкой, стол и двое, усталых от проигрышей. Диляра выглядела усталой и недовольной: её план сработал наполовину, но всегда в половине есть отверстие. Алихан — крышка со льдом, спокойный, профессиональный.
— Ты недооценила Халиму, — сказал он. — Она не просто пришла — она делает ставку. Её игра теперь — не чистая инъекция. Она лепит образ, который сможет запутать Керимова.
— Я не недооценила, — ответила Ясмин, — я просто думала, что она сыграет роль до конца. А она сыграла роль спасительницы. Это ломает сценарий.
— Можно подстроиться, — ничуть не смутившись, ответил Алихан. — Ты получила доступ к нему: раненый — становится слабее, начинает думать быстрее и грубее. Это время уязвимости. Мы должны его поймать в этот перелом.
Диляра усмехнулась.
— Так что насчет «лебедя»?
— Лебедь — это код. Он уводит людей в безопасную гавань. Мы перекроем гавань, но оставим одну дверь — ту, что ведёт в ловушку. Ты будешь тем голосом, который скажет ему «Я нашла её. Приезжай. Только ты». А когда он приедет — всё случится так, как нужно.
Диляра задумалась: подставить себя — это риск. Но искусство манипуляции всегда требует жертв, и она готова платить.
— Хорошо. — Она сделала глубокий вдох. — Но если кто-то встанет у меня на пути — я сожгу его дотла.
— Тогда договорились, — тихо сказал Алихан, — но помни: у людей, которые вещают в больших амплитудах, часто рушится то, что им дорого. Мы действуем дальше.
Их разговорам не было конца. Обсуждали кодовые слова, подставных персонажей, новый «лебедь», фальшивые координаты, которые приведут к ангару несуществующих самолётов. Но в глубине — в самом центре — было понимание: игра стала большой и безжалостной. И ставки — выше, чем любой из них себе представлял.
***
В ту самую ночь, когда Дамир отдавал приказы по зачистке, и Тамирис верила, что завтра она сделает шаг, Диляра отправила короткое сообщение в секретный канал:
«Он уязвлён. Он придёт. Приготовьте две лодки. Один путь — ложный. Другой — та сеть, что уже ждёт. И помните: когда начнёт гореть, пусть горит всё.»
Её слова, как искра, упали на сухую траву. И где-то тихо, в небе над морем, птицы улетали в сторону нового рассвета, не ведая, что он будет пропитан огнём.
***
Утро над Анкарой было серым и чужим. Небо будто знало, что день начнётся не с рассвета — а с расправы. В отеле "Moven" на 14-м этаже стоял Сулейман у окна, держа телефон у уха. Лицо — спокойное, руки — стальные.
— Начали, — сказал он в трубку.
— Есть, господин, — ответил Дамир. — Все команды на местах.
На юге Турции, в Измире и Бурсе, почти одновременно загудели сирены. Не те, что кричат громко, — а короткие, еле слышные в рации. Сигналы шли без шума. В порту арестовали водителя, который вёз поддельные паспорта. На складе в Кушадасы нашли ящики с оружием и фальшивые документы на имя "Сулейман К." — чёткий намёк, что его хотят подставить.
Дамир наблюдал за всем из фургона, сжимая рацию:
— У нас тут кино, брат, — пробормотал он. — Они хотели свалить всё на тебя.
— Пусть теперь валят друг друга, — ответил Сулейман. — Действуем по плану "Родос-1".
***
Первым взяли посредника Алихана — его бухгалтера. Тот пытался уничтожить документы, но не успел: Дамир лично перехватил флешку. На ней — переводы, схемы, счета на Кипре и в Москве.
Всё сходилось на одном имени: Ясмин Гюль. Даже не смотря на то, что она была поймана, её люди продолжали работу за нее. Сулейман знал, что теперь место Ясмин заняла Диляра.
Сулейман посмотрел на экран, где горели цифры и маршруты.
— Вот она, — произнёс он, словно узнал призрак. — Всегда играет через третьи руки.
— Что будем делать, господин?
— Отрезать ей кислород. Перекрой все счета, все поставки, всё, где она держится за бизнес. Пусть почувствует, что значит потерять воздух.
***
Тем временем в Стамбуле, в своём пентхаусе, Диляра уже знала: сеть Ясмин горит.
Она смотрела в окно на пролив, пила красное вино и спокойно улыбалась.
— Он думает, что выиграл нас, — сказала она стоящей рядом служанке. — Он снес половину наших людей...
— Чем это всё закончится, госпожа?
— Тем, что он сам придёт ко мне. С криком, с болью, с отчаянием. А я предложу ему сделку.
Она поставила бокал и прошептала:
— Мы же все знаем, где его слабое место. Тамирис.
Служанка побледнела.
— Вы же не собирались трогать её снова?
— Я не трогаю, я веду игру. Пусть думает, что нашёл её. Пусть приедет на встречу. А там... всё закончится так, как должно.
Диляра достала телефон, набрала короткое сообщение:
«Я знаю, где она. Приезжай один. Родос. Причал №7».
И отправила — Сулейману.
— В этот раз все должно закончиться...
***
Измир — Стамбул.
Поезд шёл вдоль моря, и пейзаж казался бесконечным. Тамирис сидела у окна, сжимая в ладонях тот самый кулон — память о нём.
Её пальцы дрожали. В ушах звучали его слова: «Я найду тебя, что бы мне этого ни стоило».
Но теперь она шла сама. Может Ясмин была права, что Сулейману было на руку её побег, может таким образом он просто избавился от нее?
Ведь, если бы он хотел, то наверное давно бы её нашел...
Тамирис еле сдерживала слезы. Она смогла сбежать из дома, куда привезла её Диляра. Смогла сбежать, пока служанки ушли за продуктами, да и честно, её как будто никто там не держал. Ее пичкали не пойми чем, она сходила с ума, служанки не приходили к ней, так как мысленно её ненавидели.
Она знала, что никому не была нужна.
— Девушка, вам плохо? — спросила пожилая турчанка напротив.
— Нет, просто еду домой, — слабо улыбнулась Тамирис, хотя её вид говорил об обратном. Она выглядела очень плохо.
Она не знала, куда именно. Только знала — к нему.
Каждая станция приближала её к судьбе.
Вечером она вышла на вокзале Стамбула. Толпа, такси, гул, мокрый воздух Босфора. Всё пахло жизнью, от которой она давно отреклась.
Она надела капюшон и направилась в старый район — туда, где когда-то стоял дом Сулеймана. Сердце билось невыносимо быстро.
У ворот — охрана. Лица новые, глаза настороженные. Она спряталась за стеной и наблюдала. И вдруг из машины вышла женщина, сначала Тамирис не поняла, кто она, но после того, как охранник назвал её по имени, она вспомнила эту женщину — Халима, та самая бывшая любовница Сулеймана.
Тонкая, красивая, уверенная. В дорогом платье, с ключами от дома. Тамирис застыла.
«Он... снова с ней?»— сердце пронзило болью.
Халима подошла к охране и коротко сказала:
— Господин просил никого не впускать. Особенно женщин.
Один из охранников что-то ответил, Халима рассмеялась и прошла внутрь.
Дверь закрылась.
Тамирис стояла на холодном ветру, сжимая пальцы до боли.
— Значит... всё, — прошептала она. — Значит, это конец. Ясмин была права. Тамирис считала, что Ясмин её враг, но как оказалось, женщина была права, она все знала.
Конечно, внутри что-то шептало обратное. Будто она хотела верить, что все изменится.
Она знала: если он жив — это не конец. Это начало.
***
Поздно ночью Диляра вошла в частный ангар у моря. Там ждал Алихан. На столе — карта Родоса и три телефона.
— Всё готово, — сказал он. — Один ложный причал, второй настоящий. Если он поедет не туда — погибнет. Если выберет правильный — попадёт к нам.
— А девушка?
— Её перевезли в старый особняк на побережье. Служанки под охраной, наши люди всё контролирует.
Ясмин кивнула.
— Отлично. Теперь жди.
Она посмотрела на экран, где мигала точка — сигнал телефона Сулеймана.
— Он поедет, — прошептала она. — Он всегда едет, когда речь о ней.
***
Тем временем, в номере своего отеля в Анкаре, Сулейман стоял перед зеркалом.
В руке — телефон с сообщением.
Он перечитал его дважды.
«Я знаю, где она. Приезжай один. Родос. Причал №7».
Он улыбнулся — холодно, без тени сомнения.
Повернулся к Дамиру:
— Готовь яхту.
— Сулейман, это ловушка! Тебе напомнить, чем закончилось всё в прошлый раз? Тебя уже два раза ранили? Дай нам время, мы все сделаем, найдем её, я обещаю!
— Конечно, ловушка, Дамир. — Он накинул пиджак. — Но в ловушку я пойду сам. В этот раз у нас состоится личный разыгран с Дилярой, теперь она вместо Ясмин, я думаю ей есть что мне сказать. Пойми, если мы будем продолжать атаку, мы можем сами пострадать, возможно, я смогу с ней договорится.
Он вышел, и дверь за ним закрылась мягко, как последняя страница главы.
***
На закате, у Родоса, море было мертвенно-тихим.
Сулейман стоял на носу яхты, ветер трепал рубашку, глаза устремлены к линии берега.
Вдалеке — тот самый причал №7.
На нём — силуэт женщины. Он не знал — это Диляра или Тамирис. Но сердце билось, как перед выстрелом.
Ночь застыла над бухтой Родоса. Слабый свет маяка отражался в воде, превращаясь в тонкие осколки серебра.
Сулейман стоял на палубе своей яхты, глядя на берег. Причал №7. Тот самый.
Тень женщины всё ещё там. Не шевелится.
Он прижал к уху рацию:
— Дамир, доклад.
— Всё чисто, господин. Ни движения. Но что-то не так... радары ловят слабый сигнал с берега.
— Слежка?
— Возможно.
Сулейман взял пистолет, засунул за пояс.
— Готовь шлюпку. Я иду один.
***
Берег встретил его запахом соли и железа.
Он ступал осторожно, чувствуя каждый звук — шорох, ветер, скрип старых досок.
Тень на пирсе обернулась.
— Тамирис?..
Но это была не она.
Из тьмы вышла Диляра. На ней — длинное платье, тёмно-зелёное, с глубоким вырезом. В руке — бокал вина, на губах — улыбка, будто всё происходящее было театром, который она давно спланировала.
— Добрый вечер, Сулейман, — произнесла она спокойно.
— Где она?
— Где-то рядом. Но, может, ты сначала выпьешь со мной? Будто, мы давно не виделись.
Он молчал. Его глаза резали её, как нож.
— Зачем всё это? — наконец произнёс он. — Сначала порты, потом подставы, перестрелки, ложные сообщения и теперь снова ты. Хочешь занять место Ясмин? Ты же прекрасно понимаешь, что не получится.
— Я здесь, потому что ты отнял у нас всё. — Диляра шагнула ближе. — Деньги, власть, женщин. Даже её. Девочку, которую Ясмин сама нашла. Ты же знаешь, мы с Ясмин были как сестры, она делилась со мной всем, что происходило в её жизни. Я знала о каждой девушке, которую она находила, знала каждого покупателя. Когда она назвала твое имя, я сразу предупредила её, что эта история плохо кончится.
— Она продала её, — резко сказал он. — Продала, как товар.
— А ты купил. — Её голос зазвенел от ярости. — Не притворяйся святым, Сулейман. Ты Дьявол.
На миг между ними повисло молчание.
Где-то вдали пронёсся тихий мотор — шлюпка.
— Ты не одна, — сказал он. — Кто с тобой?
— Те, кто тебя давно ждали. Ты же знаешь, многие хотят свести с тобой счета.
Из-за склада вышли люди. Пятеро.
Впереди — Эмин Туран.
— Вот и встретились мы снова, как видишь, я все еще жив, — ухмыльнулся он.
— Ты забрал мой порт, мой рынок, мою честь. Пора вернуть долги. Мой старший брат пострадал, сколько ему пришлось пройти, чтобы вернуть себе хоть какой-то имя, ты уничтожил нашу фамилию.
Сулейман вытащил пистолет.
— Если хочешь стрелять — стреляй сам, Эмин. Не прячься за женщин.
— Я не прячусь, — ответил тот. — Я просто закрываю старые счёты. Ты же сам говорил, что рано или поздно каждый будет платить по счетам.
От автора:
Всем приветик мои хорошие ❤️ Как вам глава?
Что думаете по поводу всего происходящего?
Неужели Сулеймана на этот раз могут убить?
Как вам приход Тамирис?
Пишите скорее свое мнение в комментариях
❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️