Глава 23. «Выстрел»
— Жизнь — штука суровая, — прошептал он. — Иногда надо уметь стрелять первым.
Тахира Мафи
Разрушь меня
Всё произошло мгновенно. Морская волна шлёпнула о берег, Диляра обернулась — и в этот момент выстрелил кто-то из тьмы. Сулейман успел толкнуть её в сторону. Пуля прошла рядом, срезав пуговицу на его рукаве.
Он упал за ящик, выстрелил в ответ.
Пули рассекали воздух.
Эмин закричал своим людям:
— Взять его!
Но в этот момент из-за пирса, с другого конца бухты, ударил огонь — Дамир. С яхты открыл ответный огонь. Паника. Крики. Кто-то упал в воду.
Сулейман поднялся, схватил Диляру за руку:
— Где Тамирис?!
— Поздно! — закричала она. — Её уже увезли! Тебе её не найти!
Он рванул её к себе, глядя прямо в глаза.
— Куда?!
— Думаешь, что найдешь её? — Она усмехнулась
— Говори! Где она? Или я засажу в твою голову патроны!
— В особняке Кемаля Турана... — прошептала она. — Он... хочет использовать её как приманку, там они собираются тебя убить.
Сулейман отпустил её руку и выстрелил в воздух — три раза. Это был сигнал Дамиру.
— Уходим! — крикнул он.
Всё пылало. Море вспыхивало отражениями огня.
Диляра лежала на пирсе, тяжело дыша.
— Ты всё равно проиграешь... — прошептала она. — Любовь делает тебя слабым, Сулейман.
Он посмотрел на неё холодно:
— А тебя — мёртвой.
Развернулся и ушёл в темноту.
***
От лица Тамирис:
Я вернулась обратно. Да, я знаю, что я труслива, знаю, что должна была бежать, но, после того, когда я увидела Халиму, я поняла, что никогда не была нужна Сулейману и Ясмин была во всем права...
Я шла по пустым улицам, лил дождь. Я намокла. Я достала телефон, включила его, в нем была сим-карта, которую отдала мне Ясмин. Когда мобильный включился туда сразу начали поступать звонки от служанок и от охранников Ясмин. Приходили сообщения с угрозами.
«Если не объявишься — вся твоя семья умрет»
Следом отправляла фотографии моей матери и сестры, где они выходили из дома или были замечены в магазине.
Я заплакала. Села на бордюр и просто зарыдала во весь голос. Я ненавидела себя. Потому что именно я стала причиной того, что испортила себе жизнь и своим близким.
А я всего лишь хотела стать известной танцовщицей. Теперь я понимаю, что этот танец был для меня настоящим проклятием. Мама была права, когда говорила мне взяться за ум, пойти учится, а не жить мечтами о том, что обо мне будет говорить весь мир.
— Возможно, суицид будет моим спасением... — сказала я себе под нос, пока передо мной резко не остановился тонированная машина, оттуда вышел мужчина, это был один из охранников Ясмин.
— Чокнутая, девчонка! — Схватил он меня грубо за руку и поднял на ноги. — Ты что решила нас всех в могилу утащить? Совсем не дружишь головой? Не понимаешь, что от тебя зависит наша жизнь?
— Значит надо хорошо сторожить, а не совать свой член в киску одной из служанок! — Прошипела я, пытаясь пристыдить этого подонка, на что он дал мне громкую пощечину и я упала на мокрый асфальт.
— Закрой свой рот, или я его заткну тебе. Я вижу язык развязался у тебя. Кому ты нужна? Посмотри вокруг? Ты для всех выращенная шавка. И где же твой Султан? Не спас тебя? — Он громко рассмеялся, — да потому что, вы малолетки всего лишь расходный материал для богатых, ты просто была часть его коллекции, никогда не думай, что ты будешь кому-то нужна! Ты уродлива! — Он схватил меня за волосы и толкнул на заднее сидение машины, сел за руль и мы уехали...
— Захочешь что-то сделать с собой или снова сбежать, Тамирис, я тебе даю клятву, на твоих глазах отрублю голову твоей семье! — Он посмотрел на меня через лобовое зеркало. — Ты знаешь, что я сделаю это, а значит, ты обязана слушаться нас. Раз попала в это дерь*мо, значит сама и выкручивайся.
— Куда ты везешь меня?
— Скоро узнаешь...
***
Я проснулась от звука шагов. Помню, как меня привезли обратно в дом, там встретила служанка, она оскорбила меня, после чего повела в ванную, очень грубо со мной обращалась, а следом вернулся тот охранник, в руках у него был шприц, я пыталась вырваться, но, он уколол меня и я потеряла сознание... кажется, больше я ничего не помню.
Но, я точно находилась в другом доме, не там, откуда сбежала. Комната — пустая, стены каменные, за окном виднелось море.
Дверь заперта.
Я подошла к зеркалу. Лицо бледное, глаза покрасневшие, я выглядела как живой труп.
Вдруг — тихий шорох за дверью.
Я подбежала, приложила ухо.
— Госпожа, вам принесли еду, — сказала служанка, но голос её был другой, совсем не тот дрожащий или покорный, наоборот грубый и гордый.
Кажется, я узнала её — Диляра, та самая помощница Ясмин.
— Где я?
— На Родосе... в доме Кемаля. Он ждёт Сулеймана.
Я отступила от двери, чувствуя, как в груди поднимается паника. Но вместе с ней — решимость.
«Родос? Я так долго была без сознания?» - мурашки пробежали по телу.
Я посмотрела на море — и тут пришло осознание, то самое, где когда-то танцевала под его взглядом в своих снах, что если мой сон был вещим? Что если я видела свою судьбу?
Я прошептала:
— Он придёт за мной. Я знаю.
***
На рассвете Родос был окутан дымом и страхом.
На побережье горели три лодки, и в воздухе стоял запах нефти.
Сулейман стоял у причала, рядом — Дамир, весь в крови.
— Мы потеряли двух людей, господин... но нашли след. Её увезли к вилле Турана.
— Тогда едем туда, — произнёс Сулейман, глядя в огонь. — Сегодня всё закончится. Если мы не закончим это, то считай — мы проиграли эту войну.
— Это может быть очень опасно. Вы уверены?
— Мне нечего терять, Дамир. Когда вокруг меня столько лжи и обмана, когда близкие вонзают тебе нож в спину, когда тех кого ты любишь сбегают и даже твоя собственная тень покидает тебя. Я должен довести дело до конца. Я должен закончить эту историю с врагами и с любовью. — Сказал он уверенно.
— Что бы не произошло, Сулейман, — Дамир подошел к нему ближе и положил руку на его плечо, — я даю клятву, что пойду за вами в огонь и в воду. И если я умру за вас — то таково было мое предназначение Всевышним...
— Да сохранит нас Всевышний.
Они сели в катер, двигатель взревел. На горизонте уже вырисовывалась тень старого особняка Кемаля. Там — где плачет море и прячется любовь.
Там — где всё решится.
***
Ночь на Родосе стояла душная, пропитанная солью и ожиданием. На небе не было звёзд — только низкие, чёрные тучи, тяжёлые, как мысли Сулеймана. Он все время думал, пытался предположить какой будет исход, встретит ли он её или все таки навсегда потерял?
Катер мягко ударился о пирс.
Он поднялся, перезарядил оружие и бросил короткий взгляд на Дамира:
— Ты остаёшься у выхода. Никого не впускай.
— А если она там?
— Тогда я сам приведу её.
— Это очень опасно. Я не могу оставить вас.
— Ты же сам сказал, что готов за меня умереть.
— Да, господин, я готов.
— Тогда жди меня здесь, потому что это мой приказ и если я не вернусь уезжай обратно, дальше ты знаешь что делать.
Дамир промолчал, провел господина взглядом, он никогда ранее не видел его таким — значит Сулейман по настоящему полюбил.
Сулейман шагнул в темноту, к дому, освещённому слабым светом из окна второго этажа.
Где-то наверху — музыка. Греческий мотив, старый, похожий на плач.
Тем временем Тамирис стояла у окна.
Шёл дождь. Мокрые стекла отражали её лицо, искажая черты — будто это была не она, а её тень.
Дверь скрипнула. Она обернулась.
— Не бойся, — сказал Кемаль, входя.
— Отпусти меня, прошу.
— Отпустить? — Он усмехнулся. — Знаешь, Тамирис, мой брат теряет голову из-за тебя. Ради тебя он готов убить всех нас.
Он подошёл ближе, его глаза блестели в тусклом свете.
— А ты хоть понимаешь, кто он? Что он сделал ради тебя?
Она молчала.
Кемаль провёл пальцем по её щеке.
— Если бы ты знала, сколько крови на его руках...
— Отпусти меня, умоляю...
— Эмин завтра утром заберет тебя и вы покинете Грецию. Ты станешь его музой. Забудь этого старика Сулеймана, для тебя откроется новая жизнь.
— Мне никто не нужен! — Тамирис рыдала, на что Кемаль дал ей грубую пощечину.
— Хватит реветь! Приди в себя и запомни: Сулейман никогда за тобой не придёт! Ты ему не нужна.
Внезапно за дверью — выстрел.
Потом второй. Кемаль выругался, оттолкнул её и вытащил пистолет.
— Что происходит?!
— Он здесь, — сказала Тамирис, чувствуя, как внутри всё замирает. — Он пришёл за мной.
Дверь распахнулась — и в комнату вошёл Сулейман. Мокрый, с каплями дождя на лице, глаза — как лёд.
Пистолет в его руке был направлен прямо в грудь Кемалю.
— Уйди от неё.
Кемаль поднял оружие в ответ.
— Опоздал, брат. Всё, что тебе дорого, давно тебе не принадлежит. Эта игра закончена.
— Я не твой брат, — холодно сказал Сулейман. — Братья не предают.
Тамирис стояла между ними, дрожа.
— Пожалуйста, не надо...
— Отойди, Тамирис! — одновременно крикнули оба.
Мир сузился до трёх тел, трёх дыханий.
Между ними — тишина и стук дождя по стеклу.
Кемаль сделал шаг вперёд.
— Думаешь, что я один? Думаешь, что сможешь меня убить, Сулейман-бей? — Он начал смеяться, — однажды мы уже так стояли с тобой и ты не смог выстрелить в меня. А сейчас что-то изменится? Нет! Ты трус! Ты не убьешь меня, потому что я выгоден тебе.
— Значит ты плохо меня знаешь, Кемаль.
— Ты убьешь меня ради этой девчонки? Ты только вдумайся сколько всего ты можешь получить, какие обороты денег если вернешься к нам.
— Я никогда не был частью вашей семьи, Кемаль.
Кемаль прицелился.
Но Сулейман оказался быстрее.
Прозвучал выстрел. Тамирис закричала от страха и паники.
Пуля пробила плечо Кемаля, тот отлетел к стене, пистолет выскользнул из руки. Сулейман нажал снова на курок попадая ему в колено, тот кричал от боли, еще один выстрел и пуля попала в область живота.
— Смерть всегда приходит неожиданно, Кемаль Туран. — Сулейман взял свою рацию и дал указания Дамиру, чтобы его люди оккупировали дома Турана старшего и забрали его.
Когда он убрал рацию его взгляд упал на Тамирис, она плакала, а внутри него горел огонь.
Он подхватил её, прижал к себе.
Она дрожала, не веря, что он настоящий.
— Тише... тише, я здесь, — шептал он, чувствуя, как сердце гремит под ребрами. — Ты в безопасности.
Она всхлипнула, прильнув к его груди, мокрой от дождя и крови.
— Я думала, ты умер... я думала, что никогда не увижу тебя больше.
— Даже смерть не посмеет забрать меня от тебя.
Он поднял её лицо ладонями, взглядом прожигая до самого сердца. Мир за окнами исчез.
Остались только они — двое, выживших в хаосе.
Он поцеловал её — сначала осторожно, потом с жадностью, с яростью, как будто хотел доказать миру, что она — его жизнь. Тамирис застонала в этот поцелуй, её пальцы вцепились в его рубашку, ощущая кровь, силу, дыхание.
— Не отпускай, — шептала она сквозь поцелуй. — Прошу... я больше не вынесу сна без тебя.
— Я не отпущу, — прошептал он в ответ. — Никогда.
Его руки сжали её талию, она откинула голову, и дождь, стекавший по стеклу, будто смешался с их дыханием. С каждой секундой страсть разрывала их, как пламя — всё, что можно сжечь.
Они целовались, будто пытались воскресить друг друга. Её губы дрожали, дыхание сбивалось, а в глазах — страх и любовь, до боли, до безумия.
— Если бы ты знала, как я сходил с ума без тебя... — сказал он. — Каждую ночь я видел тебя в своих снах, слышал твой голос.
— Я чувствовала тебя, — ответила она, — даже сквозь расстояние.
Он провёл рукой по её шее, по плечам — и замер, прижимая её к себе, будто боялся, что снова потеряет.
Снаружи завывал шторм.
Дом дрожал. Кемаль лежал без сознания.
Но внутри всё было иначе: тишина, тепло и дыхание двух сердец, ставших единым.
На рассвете море стихло.
Тамирис спала, прижавшись к нему, укрывшись его пиджаком.
Сулейман сидел у окна, глядя в серый горизонт.
— Всё кончено? — тихо спросила она, не открывая глаз.
— Нет, — ответил он. — Это только начало.
И в его голосе звучало что-то новое — не холод, не ярость. А обещание. Обещание войны ради любви.
«Она была для меня важнее кислорода, важнее смысла жизни.
Я пересёк все океаны — переплыл, перешёл, оббежал. Терялся в туманах, заглядывал в чужие страны, с людьми начинал воевать, чтоб лишь её и её незалеченные раны к себе прижать.
Перезаряжай, выстрели мне в спину
за то, что любил тебя лишь наполовину.
Сожги меня, пока я сплю в пустой квартире — когда в твоих глазах огонь, ты безумно красива.
Твое имя звенело в пепле, как колокол по утраченной душе. Я шёл сквозь дым и кровь, неся в груди одно желание — достичь света, который смотрел на меня твоими глазами. Ты была для меня не любовью всей моей жизни — ты была дыханием, которое я выбрал после смерти...
Да, я прошёл через Ад,
но нашёл свою Беатриче.
И понял — Рай начинается там, где ты произносишь мое имя.»
Сулейман К.
От автора:
Всем приветик мои хорошие ❤️ Как вам глава ?
Что думаете по поводу всего происходящего?
Что же, наш Султан нашел свою Хюррем😁🤭
Что думаете? Что будет дальше?
Пишите скорее свое мнение в комментариях
❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️