экспириенс.
– Выйди вон отсюда. – проговаривает Глеб, потирая место удара, – Быстро, блять! – рявкает он, отчего Алиса резко вздрагивает.
Глаза наливаются слезами, и взглянув на разъяренного парня, Соколовская спешно выбегает из уборной, надеясь больше никогда не видеть этого идиота.
Внутри теплится обида вперемешку с болью и непринятием ситауции. За что он с ней так? Что она сделала? Почему она к человеку с добром, а он вытирает об нее ноги?
На улице, смахивая слезы с влажных щек, девушка плетется на автобусную остановку, крепче сжимая мобильный телефон в кулаке.
Он не имел права так с ней поступить. Разве она заслуживает такого отношения, после безусловной помощи, которую она ему оказывала все эти дни?
Сев на скамейку в ожидании автобуса, Алиса нервно перебирает пальцами цепочку от сумки. К сожалению, все мысли лишь о том, что она зависима от кудрявого – она и её семья буквально живут у него дома. Он дал им шанс на хорошую жизнь и сказать бабушке «слушай, он меня обидел, мы должны уехать» – это невозможный вариант. Куда они поедут? Им некуда.
– Еле догнал. – слышится рядом, когда кудрявый догнав девушку приземляется рядом на скамейку. – Ещё быстрее нельзя было?
Повернув голову в сторону татуированного, Алиса сразу же отсаживается подальше, но Глеба это нисколько не смущает – он делает пару движений и тут же оказывается почти в притык.
– Отвали от меня! – рявкает кудрявая вновь отсаживаясь подальше от парня. Какого черта он вообще поперся сзади?
– Харе цирк устраивать. Я вспылил, извини. – прикуривая произносит Глеб, и садится рядом, касаясь меня своим плечом.
Слышу какой-то звук характерный щелчку, и не сразу понимаю, что происходит – пытаюсь встать и отойти от татуированного, но оказываюсь притянутой обратно к Глебу, и не им самим. Опускаю взгляд на свое запястье.
– Блять, это что наручники? – рявкаю я, пока на нас смотрит какая-то бабуля, пришедшая недавно и выжидающая своего автобуса.
– Ага, спиздил у стрипухи, – смеется Глеб, выдыхая никотиновый дым в сторону, – Ты же убегаешь, как ошпаренная. Так не убежишь.
Алиса дергает рукой, отчего рука Викторова дергается вместе с ней. Черт, как же прекрасно. Этот придурок невыносим, и как теперь от него отвязаться?
– Быстро сними это! – командует Соколовская, садясь рядом и как можно сильнее пряча железные наручники за собой.
– У меня нет ключей. Я присвоил только наручники. – как ни в чем не бывало проговаривает кареглазый и выкидывает окурок.
Глеб и сам не знает зачем это сделал. Хотелось все ей объяснить, поговорить, но зная, что она не даст сделать это без побега – это первое, что пришло в голову. Тем более рядом крутилась стриптизерша с наручниками на бюстгальтере. Дико гудела голова, а сообразить нужно было сию же секунду, пока эта девчонка не убежала слишком далеко.
– Ты полный придурок. Мало того, что руки свои распускаешь, грубишь, так ещё и насильно пристегнул меня...этим! – шипит сквозь зубы Алиса, дергая рукой, отчего раздается характерный звук от железа.
– Не знаю, мне нравится. Не любишь эксперименты? – смеется Глеб, оголяя белоснежные клыки. Кажется, ему вообще побоку вся эта ситуация и обида кудрявой.
Кинув раздраженный взгляд в сторону абсолютно спокойного Глеба, Алиса решает промолчать и больше не вести с ним разговоров до приезда домой. И было бы славно, если б бабушка не проснулась по их прибытию – объяснять данный экспириенс не очень хотелось.
Вспомнив про машину, что стоит у клуба, девушка хочет спросить о том, как он её потом заберет, но потом отпускает ситуацию – вообще плевать как он это сделает.
Заходя в автобус, скрыть пристегнутые руки не удалось и каждый, кому не лень, оглядел «парочку» с ног до головы. Глеба такая атмосфера, судя по всему, забавляла. Ему нравилось внимание, которое ему уделяют и фантазии тех, кто на них смотрит. Он лишь распластался по креслу, заглядывая в глаза каждому, кто оборачивал на них свои головы.
Алиса же максимально смущалась, и пыталась закрыть телом дурацкий «аксессуар».
По приезду домой, Алиса тихо заходит в дом, стараясь не шуметь, но тут же резко вскрикивает, когда кудрявый как ни в чем не бывало садится на корточки , снимая с себя кроссовки, напрочь забывая о том, что тело Алисы последует за ним.
– Бляять. – смеется Викторов, когда Соколовская чуть ли не валится на него всем телом.
– Сними ты уже с меня эту херь! – недовольно фыркает девушка, принималась снимать обувь.
– Я обещаю че нибудь придумать, если мы поговорим. – хрипло произносит Глеб, поднимаясь с пола и выпрямляя спину.
– О чем нам разговаривать? О том, что ты редкостный мудак? Это я и так знаю. – говорит кудрявая, и тут же идёт в ванную комнату, ведя за собой Глеба. У него просто нет выбора. Как и у нее.
Зайдя в ванную комнату, девушка принимается обдавать лицо холодной водой, пока парень стоит у умывальника согнувшись в три погибели без возможности возврата своей руки в прежнее положение.
– Я может и мудак, но я это признаю. Я просто вспылил. Плюс алкашка на лекарства, че то немного не в то русло всё пошло. Я согласен, что переборщил. – говорит кудрявый, пока девушка вспенивает умывалку на своем лице. Делать это в присутствии Глеба супер некомфортно, а ещё и пристегнутой к нему наручниками – супер не удобно.
Смыв пену водой, Соколовская хватает полотенце, вытирая им мокрое лицо.
– Давай так: ты снимаешь это ублюдство, а я с тобой поговорю. – серьезно выпаливает девушка, вешая полотенце на место.
Глеб с минуту разглядывает выражение лица девушки, считывая её эмоции, её намерения и её мысли.
– Ты врешь. – делает вывод брюнет, облокачиваясь о умывальник.
– Дело твое. Не хочешь – не надо. – пожимает плечами девушка, и собирается выйти из ванной комнаты, но Глеб хватает ту за запястье, притягивая обратно.
– Блять, схуяли ты такая вредная? Слова ей не скажи, – закатив глаза, Викторов пару секунд смотрит в окно, – Заколка есть какая нибудь?
Тихо ведя кудрявого в гостиную, девушка подходит к комоду и достает косметичку, роясь в ней одной рукой в поиске невидимок или шпилек.
– На, – протягивая шпильку, говорит кудрявая.
Татуированными пальцами Викторов хватает аксессуар и принимается за дело. Две минуты ловких движений парня, и замочек открывается характерным щелчком.
Бегло выпутавшись из наручников, Алиса делает круговые движения запястьем, что слегка затекло.
Взглянув на Алису, Глеб проделывает тоже самое, и спешно плетется за девушкой, когда та выходит из гостиной.
Зайдя в спальню, Соколовская резко разворачивается в дверном проеме, смотря на кудрявого.
– Не смей. – предупреждает она, не пропуская татуированного в комнату. – Ты думал я так просто забуду, что ты сделал? Я не хочу тебя видеть.
Захлопнув дверь перед удивленным лицом кареглазого, девушка прикрывает глаза, глубоко выдыхая.
– Блять! – рявкает Глеб, ударив кулаком по двери в комнату девушки.
Он мог бы выломать эту дверь и даже глазом не моргнуть. Заставить её выслушать, и понять. Но, в доме не только они, да ещё и ребенок.
Всё, что остается – сжать кулаки, челюсти и недовольно идти в гостиную, потому-что спать он вынужден теперь там.
мой тгк: набери в поиске lanamukka. там вся информация о выходе новых глав и немного меня :)