Безумная любовь бандита 18+

Имран ушел в другую часть особняка и просидел там весь день в ожидании появления ребенка на свет. Он беспокоился за Алиф и усердно молился за нее. Алиф мучилась в течение двенадцати долгих часов. Схватки все нарастали и становились с каждым разом интенсивнее и больнее. Родовой процесс тем не менее шел очень медленно. Помощницы Шарифы растирали поясницу гречанки расслабляющим массажным маслом и подсказывали, как нужно правильно дышать. Девушка послушно выполняла все указания, и, наконец, произвела на свет младенца. В награду за свои мучения она услышала пронзительный громкий крик, словно победный клич.

Смертельно уставшая Алиф счастливо улыбнулась, услышав плач своего малыша.

— Это мальчик! Наследник! — радостно закричали женщины, принимавшие роды.

— Я хочу подержать своего сына, — тихо прошептала ослабленная Алифанэт женщине, стоявшей у кровати и выглядевшей такой же измученной, как и роженица.

— Моя дорогая, как только Фирузе вымоет его, она принесет его обратно, — заверила помощница.

Наконец, измученная родами Алиф приняла на руки своего сына, укутанного в теплые пеленки.

— Мой малыш! — с улыбкой прошептала она, вдыхая его аромат, и нежно поцеловала его в маленькую головку. — Мое солнышко! — Алиф заплакала от счастья.

— Да будет доволен вами Аллах! — сказала Шарифа с широкой улыбкой.

Женщина взяла малыша у Алиф и с гордым видом понесла его к Имрану по длинным коридорам особняка. В этот момент женщина ощущала в душе настоящий триумф, все внутри у нее ликовало.

Стояла поздняя ночь, за окном бушевала непогода. Дождь лил, не переставая, порывы ветра гнули деревья во дворе, а вспышки молний то и дело озаряли беспросветную мглу. Уставший от долгого ожидания Имран сидел в большом бархатном кресле и мысленно молился за Алиф, глядя на затянутое тучами ночное небо. Он закрыл ладонями лицо и практически задремал, как вдруг перед ним распахнулись массивные двери, и на пороге появилась Шарифа с младенцем на руках.

— У тебя родился наследник! — радостно воскликнула Шарифа, встретив изможденный взгляд племянника.

«Аллах мой, неужели я все-таки уснул, так и не дождавшись?» — подумалось Имрану.

Мужчина, не осознавая реальности происходящего, потер глаза и встал с кресла, пристально вглядываясь в маленький сверток на руках у тети.

Шарифа подошла ближе и вручила Имрану ребенка, словно бесценную награду. Ошеломленный афганец аккуратно взял новорожденного, и в этот момент его охватило совершенно новое чувство безграничной радости.

— Поздравляю тебя, сынок! — воодушевленно произнесла Шарифа, погладив Имрана по плечу.

Отец посмотрел на своего крохотного младенца: глаза у ребенка были большие, темно-карие, как у матери, а волосы густые, цвета смолы, как у отца. Малыш получился очень красивым метисом. Имран ласково улыбнулся сыну и трижды произнес священную молитву.

— Я нарекаю тебя Амираном Шахнэд. Да благословит тебя Всевышний всеми благами этого мира!

Имран посмотрел в сторону открытого балкона, где трепетали на ветру белые шифоновые занавески. В это мгновенье в небе прогремел могучий раскат грома.

— Мой наследник родился в дождливую погоду, — восхищено улыбнулся Имран.

— А дождь — это символ благополучия и процветания! Дай Аллах, новорожденный принесет нам много благодати! — радостно поддержала Шарифа.

— Аминь! — прошептал Имран.

— Что ты чувствуешь, сынок? — украдкой спросила женщина.

— Бурлящую радость внутри меня. Мои эмоции не передать словами! Мама... Как Алиф? — с ноткой волнения в голосе спросил афганец.

— Она в порядке. Дня через три ты сможешь увидеть ее, а сейчас она должна как следует восстановиться и набраться сил.

Шарифа взяла ребенка и пошла с ним обратно в Западное крыло особняка. Алиф уже спала крепким сном. Шарифа разбудила ее, чтобы покормить малыша, а затем оставила роженицу с младенцем отдыхать. Томимый столь долгим ожиданием Имран и сам погрузился в размеренный счастливый сон.

Три дня спустя вазы с белыми розами и лилиями были расставлены по всему особняку в честь рождения наследника. Семья Шахнэд сделала благотворительные пожертвования беднякам и мечети.

Раним утром, как только Алиф открыла глаза, возле ее кровати стояли огромные корзины с разными цветами. В комнату грациозно вошла Шарифа с младенцем на руках и вручила голодного малыша матери. Алиф заботливо взяла его и принялась кормить грудью. Она светилась от счастья, и от переполнявшей ее радости позабыла даже о боли во всем теле.

Имран тихо вошел в комнату с двумя огромными букетами благоухающих роз и пионов, а все слуги и сама Шарифа вышли, оставив семью насладиться обществом друг друга. Алиф улыбалась Имрану сияющей улыбкой, а глаза ее искрились невероятным блеском.

— Это от меня, а это — от нашего сына, — подмигнул Имран, аккуратно расставляя огромные букеты на полу в подготовленные для них вазы.

Он присел на край кровати рядом с любимой, вдохнул аромат младенца и нежно поцеловал ребенка в лобик, а молодая мать смотрела на своего мужа завороженным взглядом.

«Как же мой Имран прекрасен в роли отца», — подумала про себя Алиф.

— Как ты себя чувствуешь, моя Махбиби? — участливо спросил афганец, отвлекая жену от мыслей.

— Я чувствую себя самой счастливой женщиной в мире! — воскликнула она, сияя изнутри.

— Ты стала еще прекрасней в роли матери, — нежно улыбнулся Имран.

— Наш малыш такой чудесный! — восторженно произнесла Алиф.

— Амиран — точная копия тебя!

— Что означает это имя? — поинтересовалась Алиф, с любовью глядя на сына.

— Оно переводится как «властитель». Амиран будет обладать лидерскими качествами, ощущать свое превосходство над другими. Наш сильный лев будет очень уверен в себе! — с гордостью проговорил Имран.

— Конечно, наш сын будет сильным. Ведь мама — лед, а отец — огонь, — шутливо заметила Алиф.

— Но ведь огонь растопил лед, — саркастически отозвался Имран.

— А лед обратился в воду и потушил огонь! — мгновенно парировала Алиф, широко улыбаясь.

Имран с теплой улыбкой взял любимую за руку и нежно поцеловал ее.

— Моя восхитительная королева, я глубоко признателен тебе за безграничное счастье, которое ты принесла в мою жизнь, за тот огонь, который ты зажгла в моем сердце. Ты подарила мне себя саму, а затем и нашего наследника, тем самым даруя мне весь мир.

Имран и Алиф с размахом отмечали это счастливое событие. Друзья Алиф Жизель, Аббас и родители малышки Бану прислали множество подарков для ребенка. Латиф также передал ценные дары для малыша в знак примирения.

Первый месяц жизни Амирана в особняке прошел в тихой семейной обстановке и ощущении блаженства. Все обитатели огромного дома утопали в любви и нежности, каждый день радуясь новому члену семьи Шахнэд.

Алиф укладывала своего ребенка спать, напевая ему великолепные колыбельные на своем родном языке. Имран был очарован ее песнями и восхищался своей возлюбленной в роли заботливой матери. Раньше он боялся, что после рождения ребенка Алиф полностью отдаст свою любовь малышу, но он не принял в расчет тот факт, что у девушки огромное сердце, где каждому найдется место. Имран занимал там особое положение, ведь любовь Алифанэт к нему не имела границ.

Спустя пару месяцев малыш стал более капризным и начал сильно плакать по ночам. Алиф не высыпалась и очень хотела отдохнуть.

— Имран! — окликнула как-то ночью Алифанэт.

— Чего? — сонно пробормотал он.

— Пожалуйста, покачай колыбельку... — прошептала девушка в полусне. — У меня уже нет сил...

Рядом с большой кроватью стояла детская кроватка с белым восточным балдахином, свисающим с небольшого купола. Имран, все еще сонный, встал и начал раскачивать колыбель. Ребенок на мгновение успокоился, но затем заплакал еще громче. Мужчина осторожно взял малыша на руки и попытался убаюкать его, но мальчик неустанно продолжал капризничать.

— Поднимайся, Алиф, похоже, он голоден, — сказал Имран.

Алиф, также сонная, встала с кровати, взяла ребенка и начала кормить его грудью. Однако малыш продолжал плакать и отказывался от груди, настойчиво выплевывая сосок и отворачивая головку.

— Малыш мой, почему ты плачешь? — ласково спросила гречанка на родном языке, но ребенок не умолкал. — Имран, что нам делать? Амиран не перестает плакать! Боже мой, может, у него что-то болит?

— Я, конечно, в это не верю, но надо попробовать... — загадочно произнес Имран и суетливо заходил по комнате, словно что-то ища глазами.

— Что попробовать, Имран? — озадачено спросила Алиф, безрезультатно укачивая на руках плачущего малыша.

— Его нужно укутать в черную вещь отца или матери и прочитать молитву, — на одном дыхании произнес Имран.

— Что? — округлила глаза Алифанэт.

— Я помню, как мама укутывала в свои черные шали Фариха, когда он также плакал, и он мигом успокаивался.

— Это такой обычай? Как это поможет успокоить малыша? — недоумевала девушка.

— Не знаю, это вроде какой-то старинный рабочий метод, типа ритуала что ли. Давай я попробую его успокоить, — сказал Имран, снимая с себя черную шелковую пижамную рубашку.

Он укутал малыша и прижал к своей груди.

— Алиф, ты тоже дай свою какую-нибудь черную
вещь, — быстро произнес Имран.

— А обязательно черную? — замешкала Алифанэт.

— Да, обязательно. Черное поглощает негатив и убирает беспокойство ребенка.

Поразмыслив минуту, Алиф зашагала в гардеробную и взяла свою черную абаю. Девушка подошла к мужу и накрыла ребенка сверху. Имран прочитал над малышом молитву, прошелся с ним по огромной комнате из стороны в сторону, и мальчик действительно сразу же притих.

— Дай ему теплое молочко, — шепотом сказала Алиф, передавая бутылочку.

Имран напоил сына теплым молоком из бутылочки и прошел с ним в зал. Молодой отец сумел успокоить и уложить спать капризного ребенка.

— Имран, он уснул? — тихо спросила Алиф, заходя в зал.

— Да. Я укачал его на подушке, не будем его трогать, иначе проснется и разорвет нас на куски, — с улыбкой прошептал Имран, и они с женой неслышно посмеялись.

Алиф постелила белье на мягком персидском ковре, а ребенка оставила спать на большой бархатной подушке, которая тоже располагалась на полу. Уставшие родители улеглись в импровизированную постель возле камина. Глядя на своего спящего сына Имран на секунду о чем-то задумался, и его глаза в свете горящего пламени резко погрустнели.

— Что-то случилось, Имран? — ласково спросила Алифанэт, заметив резкую перемену настроения супруга.

— Нашему сыну уже три месяца. Я был таким же, когда моих родителей не стало. Как же мне жаль их, они были такими же молодыми и счастливыми, как мы с тобой... — с сожалением произнес Имран.

— У меня разрывается сердце, когда я думаю об этом, — ответила Алиф. — Ты был таким крошечным, беззащитным. Я очень сочувствую тебе, мой Имран, — сказала девушка, крепко обнимая мужа. — Пусть Бог убережет нашего малыша и нас от такой участи. Я так боюсь за наши жизни, каждый день прошу Всевышнего, чтобы он защитил нас от всех бед.

— Аминь, — промолвил Имран. — Вы — вся моя жизнь, — афганец поцеловал макушку жены, прижимая ее к своей груди.

Обессиленные, они оба провалились в глубокий сон в крепких объятиях друг друга.

Внезапно посреди ночи послышались оглушительные выстрелы. Окно в комнате с диким звоном разбилось вдребезги, во дворе началась жестокая перестрелка. Поднялись душераздирающие крики, кто-то ругался, кого-то ранили. Жалостливо завопила одна из любимых служанок Шарифы, словно испустив последний вздох.

Обстоятельства сыграли на руку Имрану и Алиф, что этой ночью они спали в другой комнате. Переполох начался как раз со стороны их спальни. Сонные, они тут же вскочили, пытаясь осознать происходящее. Ребенок сильно расплакался, и утешить его в таких обстоятельствах было невозможно. Сердце Алифанэт сжалось от паники и ужаса.

— Имран, что это? Что происходит?! — встревоженно закричала девушка, хватая малыша на руки.

— Алиф, ничего не бойся! — твердо произнес Имран, хватая жену за руку и быстро уводя ее в бронированную оружейную комнату. — Здесь будет безопасно.

— Имран, не уходи пожалуйста, я боюсь за тебя! — в истерике заплакала Алиф, судорожно укачивая на руках плачущего малыша.

— Со мной ничего не случится! Сейчас нет времени на разговоры, просто сиди с ребенком здесь, пока я не вернусь! — железным тоном произнес афганец.

— Имран, не уходи... — всхлипывая, выдавила из себя Алиф, с мольбой глядя на мужа. 

Однако мужчина без раздумий втолкнул плачущую в истерике жену с малышом на руках в комнату и запер дверь, замаскировав ее снаружи шкафом.

По всему двору были распластаны бездыханные тела с оторванными руками и ногами, растекались бардовые лужи крови. Большинство охранников Имрана были убиты, а те, кто еще оставался в живых, пытались отстоять особняк из последних сил. Пока перестрелка во дворе продолжалась, Фарих среагировал мгновенно и спрятал Шарифу в потайной подземной комнате. В коридорах особняка тоже воцарился хаос. Все окна были выбиты, полы были усыпаны осколками и обломками штукатурки. Напольные вазы с грохотом падали и разбивались, служанки в панике кричали и плакали. В попытках разбежаться по комнатам женщины поскальзывались на осколках и падали, отчего по их рукам и ногам струились алые ручейки крови. Кому-то удавалось найти укромный угол, а некоторых пронзали пули из выбитых окон, и горничные с нечеловеческими криками падали навзничь. Особняк и его территория превратились в настоящий ад: повсюду трупы, реки крови, стоны, рыдания и непрекращающиеся выстрелы.

Алиф с малышом на руках, затаив дыхание, спустилась вниз по каменной лестнице, дрожащими пальцами нащупала выключатель и включила свет. Помещение было оборудовано всем необходимым: там стояла большая кровать, деревянный стол, стулья и большой комод. Комната была просторной и теплой, а главное — там была хорошая шумоизоляция, которая не пропускала ни единого шороха. Алиф смогла немного перевести дух и успокоить сынишку.

Девушка прилегла на кровать с малышом в обнимку, и тот тихонько прикрыл глазки, готовясь уснуть, как в этот момент дверь в комнату резко открылась, и внутрь ввалилось несколько вооруженных человек в черных масках. Один из них грубо схватил Алифанэт под локоть и силой потащил к выходу. Гречанка едва удерживала Амирана у груди свободной рукой. Малыш в миг раскапризничался снова.

— Кто вы такие?! Куда вы меня ведете?! — кричала Алиф и пыталась сопротивляться, но головорез вцепился в нее мертвой хваткой. — Мой муж сейчас поубивает вас всех!

— Твой муж уже практически стоит перед нами на коленях, — ухмыльнулся один из незнакомцев.

Поднявшись по лестнице наверх, Алиф увидела связанного Имрана, у которого на голове был черный мешок. Его охранял человек с автоматом наперевес. Кровь застыла в жилах у гречанки. В одно мгновенье все померкло у нее перед глазами. У нее из рук с силой отобрали ребенка, руки связали за спиной, рот плотно заклеили скотчем, а на голову тоже набросили черный мешок.

Бандиты заставили встать Имрана и Алифанэт перед ними на колени, угрожая жизнью их малыша, который истошно плакал, заставляя сердца родителей сжиматься от боли. Незнакомцы в черных масках приставили пистолеты к головам беспомощных мужа и жены и уже готовились выстрелить...

Как думаете, что произойдет дальше? Выживут Имран и Алиф или все таки умрут?

Следующая глава будет последней, так, что пожалуйста проявите больше актива! ЖМИТЕ ваши звездочки и пишите комментарии! Всех люблю обнимаю 🤗❤️🫶