Безумная любовь бандита 18+

«Новая глава жизни»

Имран ошеломленно уставился на тест, не в силах осознать свои новые чувства.            

Алиф однако недоумевала про себя, пытаясь понять реакцию мужа: «Неужели так выражается безграничная радость? Или это страх делить меня с ребенком? Что-то я не наблюдаю безумного восторга...».

— Имран, пожалуйста, не молчи, — тихо сказала Алиф, возвращая мужчину к реальности.

Он повернул голову и уставился на возлюбленную, будто увидел ее впервые в жизни. Его густые ресницы волнительно затрепетали.

— Неужели я стану отцом? — едва отойдя от шока, проговорил Имран.

— Ты счастлив? — спросила Алифанэт, затаив дыхание.

Имран пристально смотрел на нее, потом снова перевел взгляд на тест, и его губы распылились в счастливой улыбке.

— Моя Махбиби, конечно, я счастлив! Очень счастлив! — воскликнул он, сияя от радости, и у Алиф отлегло от сердца.
         
Мужчина аккуратно уложил Алиф на спину на диван, заключил ее лицо в свои ладони и нежно покрыл его поцелуями, а затем скользнул губами к ее животу и нежно поцеловал его.

— Я зацелую своего ребенка, я зацелую его маму! — Имран продолжал осыпать жену поцелуями. — Этой новостью ты сделала меня самым счастливым человеком на свете! — радостно воскликнул он, а глаза его искрились новым блеском.

Афганец встал с дивана, посмотрел на небо, поднял руки и закричал во весь голос:
— Я стану отцом! Аллах мой, я стану отцом!

Алиф наблюдала за мужем с сияющей улыбкой, и чувство безграничной эйфории переполняло их обоих. Когда Имран снова сел на диван, гречанка обхватила его лицо ладонями и серьезно посмотрела в его глаза, которые искрились счастьем.

— Спасибо, что ты есть в моей жизни, — прошептала Алиф, нежно целуя лицо возлюбленного.

— Жизнь моя, так вот почему ты так много ешь в последнее время! — догадался Имран, подмигивая жене.

— Прости за мое поведение, я не думала, что беременность так сильно повлияет на меня, — Алиф опустила глаза от неловкости.

— Принцесса моя, проси у меня все, что только пожелает твоя душа! — Имран поднял голову любимой за подбородок и ласково заглянул ей в глаза.

— Просто не переставай любить меня так же сильно, этого будет достаточно, — Алиф улыбнулась, но внезапно у нее снова закружилась голова, и, тяжело вздохнув, она прошептала: — Имран, мне плохо... Мне снова стало тяжело дышать...

Имран переполошился, подхватил жену на руки и понес ее в дом. Он положил девушку на кровать, подставив под ее голову плотную подушку.

— Меня кажется... Тошнит от тропиков... — еле пробормотала Алиф.

Тяжелое состояние девушки заставило Имрана сильно испугаться. Он немедленно дозвонился домой и вызвал Ассута в сопровождении врача. Алиф с трудом поднялась с кровати, и Имран помог ей добраться до ванной. Он умыл ей лицо холодной водой, что немного привело ее в чувство. 

— Имран... Я чувствую себя так паршиво, что, кажется, умираю, — простонала Алифанэт.

— Что тебя беспокоит больше всего? — встревоженно спросил мужчина.

— Голова... Я чувствую головокружение и сильную тошноту. У меня внутри все словно закипает. Я очень боюсь за ребенка, Имран! — запаниковала гречанка.

— Всевышний с нами, не думай о плохом! — Имран успокаивал жену, но сам в глубине души переживал ни чуть не меньше.

«Аллах мой, пожалуйста, защити Алиф и ребенка в ее утробе от всего плохого!» — мысленно обращался Имран за помощью.

Весь день и всю ночь состояние девушки не улучшалось. Алиф лежала на лоджии, обмахиваясь веером, и часто дышала, чтобы не пропускать через себя запах океана, от которого ее все больше мутило.

— Имран, мне очень плохо... — прошептала Алиф, закатывая глаза. — Я не могу дышать, будто задыхаюсь. У меня дрожат руки...

— Милая, ближайший город отсюда очень далеко. Я сейчас позвоню маме Шарифе, она подскажет, что нужно делать в такой ситуации.

Женщина действительно дала ценные советы, как справиться с токсикозом. По ее рекомендации Имран выдавил сок из лимона и лайма, растолок его в ступке со свежими листьями мяты, добавил немного молотого имбиря, залил все это холодной водой, перемешал и преподнес своей жене. Алиф выпила приготовленную смесь мелкими глоточками, но сразу же почувствовала, как тошнота отступает. Эффект, правда, продержался всего лишь несколько часов, а к ночи состояние снова усугубилось, к тому же поднялась температура. Девушка чувствовала себя все хуже и хуже, отчего Имран не на шутку взволновался.

На следующее утро Ассут прибыл на остров и привез собой лучшую в своем деле подругу Шарифы — женского врача по имени Марьям.

Женщина проследовала в комнату к ослабевшей Алифанэт и осмотрела ее. Затем Марьям  засуетилась, решительно смешивая какие-то лекарства и ставя гречанке капельницу. Как только напряженная атмосфера немного утихла, врач оставила Алиф немного поспать, а сама вышла к мужчинам и объяснила Имрану, что его жена была на грани выкидыша. Кроме того, женщина сказала, что перелеты Алифанэт в таком состоянии крайне противопоказаны. Необходимо, чтобы организм восстановился и окреп хотя бы в течение трех дней.

По просьбе Шарифы Марьям не спускала глаз с Алифанэт, спала с ней в одной комнате, водила ее в ванную, лично готовила необходимую для гречанки еду и приносила ей пищу в комнату. Марьям заботилась о девушке, как о родной дочери, и, ощущая это искреннее тепло, Алифанэт быстро встала на ноги.

Ассут и Имран подготовили самолет для обратного перелета.

Имран помог жене забраться на борт, уложил ее на мягкий кожаный диванчик и присел рядом. Женщина измерила Алифанэт пульс и артериальное давление, чтобы убедиться, что они могут отправляться в путь.

— Сейчас ребенку уже ничего не угрожает? — обеспокоенно спросила гречанка.

— После приема необходимых лекарств все будет хорошо! — заверила Марьям. — Не волнуйтесь!

Перелет прошел удачно, и наконец они вернулись домой. Шарифа уже встречала их во дворе. За время полета Алифанэт действительно почувствовала себя значительно лучше.

— Доченька! О, Аллах мой! — вскричала Шарифа, бросаясь к невестке и заключая ее в теплые материнские объятия. — Поздравляю! Какое счастье! Я так долго ждала этого момента! Будь здорова, моя девочка, — дрожащим голосом произнесла Шарифа, смахивая слезы радости с ресниц.

Фарих невольно уловил разговор Шарифы и Алифанэт, когда шел навстречу брату.

— Я стану дядей? — подмигнул он Имрану, улыбаясь до ушей.

Шарифа и Алиф резко обернулись и посмотрели на него.

— Да, сынок, ты станешь дядей! — с улыбкой ответила Шарифа.

  Фарих тут же подхватил свою мать на руки и закружил ее, крича от восторга:

— Я стану дядей! Я стану дядей!!!

  Алиф застенчиво улыбнулась и закрыла покрасневшее лицо руками.

«Ах, мой сумасшедший братец! Что же ты творишь?» — мысленно ухмыльнулся Имран.

Он посмотрел на Фариха и не смог удержаться от смеха, затем перевел взгляд на Алиф, и они засмеялись еще громче, наблюдая за тем, как Фарих танцует со своей матерью, а она пытается выбраться из его объятий и осыпает его бранью.

— Бесстыдник! Отпусти меня сейчас же! — сопротивлялась Шарифа.

В итоге Фарих поставил женщину на землю и ринулся к Алиф.
— Невестка, позволь мне поцеловать твои руки! — восторженно прокричал молодой человек. — Поздравляю, сестра!

— Спасибо, Фарих! — застенчиво ответила гречанка, багровея от смущения.

— Клянусь, сегодня я принесу в жертву аж десятерых барашков! — гоношился воодушевленный Фарих.

Алиф лишь улыбнулась, а Имран сделал серьезное лицо, поправил рубашку и присоединился к ним.

— Поздравляю тебя, брат мой! — Фарих пожал ему руки и крепко обнял, похлопав по спине.

— Тише, парень... То, что ты творишь, — постыдно, — шепнул Имран на ухо брату.

— Значит, ты все-таки послушал меня? — ехидно заметил Фарих.

— Послушать тебя? — переспросил Имран, округлив глаза.

Фарих снова наклонился к его уху и прошептал:

— Но ты же ведь сделал мне племянника!

Имран сурово посмотрел на брата, который потешался над его реакцией.

Вся семья Шахнэд сидела за столом и отмечала это грандиозное событие. Фарих устроил настоящий пир, заколол жертвенных ягнят, а в конце вечера запустил большой разноцветный фейерверк.

Алиф лечилась еще на протяжении месяца, в особняке за состоянием гречанки наблюдал семейный лекарь Халид, однако и Марьям не теряла связи с гречанкой. В один из дней Халид пришел проведать свою подопечную и поставить ей капельницу. Имран не оставлял лекаря наедине со свей женой, и всегда присутствовал рядом, не сводя глаз с явно очарованного врача.

Имран уложил Алифанэт на кровать и присел рядом. Халид бережно взял Алиф за руку и начал измерять пульс и давление. Имрану было невыносимо видеть, как другой мужчина прикасается к рукам его возлюбленной.

— Парень, ты можешь быть поаккуратнее?! — не сдержался Имран. — Ты вцепился в ее руку слишком сильно, ты делаешь ей больно!

— Имран, мне вовсе не больно. Не волнуйся, — тихо сказала Алиф, пытаясь усмирить мужа.

Халид, не в силах отвести взгляд от Алифанэт, откровенно разглядывал ее красивое лицо, словно зачарованный. А Имран тем временем впивался в парня глазами, словно в свою жертву.

«Держи себя в руках Имран!», — уговаривал себя мысленно афганец.

— Имран, пожалуйста, выйди, я должен как следует осмотреть ее, — попросил Халид.

— Халид, что значит «выйди»? — процедил Имран. — Это моя жена, и я имею полное право присутствовать с ней на осмотре.

— Имран, пойми, я — медик, это моя работа. Я гораздо лучше выполню свое дело, если смогу сконцентрироваться и расслабиться, а ты своим грозным видом только нагнетаешь напряжение. Я прошу тебя выйти всего лишь на несколько минут, — мягким и спокойным тоном проговорил Халид.

— Имран, пожалуйста, выйди и дай доктору осмотреть меня, — вступилась Алифанэт. — Тебе не о чем переживать.

— Хорошо, — скрепя зубами, согласился Имран и бросил зловещий взгляд в сторону Халида.

Так, от чуткого присмотра Халида и Марьям, которые сменяли друг друга и навещали Алифанэт, состояние девушки стабилизировалось, она окрепла, и беременности больше ничего не угрожало. Однако ожидание материнства сделало гречанку похожей на капризного ребенка.

Спустя четыре месяца у Алиф уже заметно округлился животик, она немного прибавила в весе, что лишь подчеркивало ее природное очарование. Лицо гречанки расцвело и налилось здоровым румянцем, а кожа стала еще более нежной и бархатистой. Беременность привнесла в облик девушки еще больше женственности и привлекательности.

Одним солнечным утром Алиф нарядилась в изысканное шифоновое греческое платье цвета пудры, которое изящно струилось от ее груди, и причесала свои густые каштановые локоны, заколов их маленькой заколочкой. Волосы за время беременности сильно отросли и достигали уровня пояса, символизируя силу женской природы и плодородие. Нежный макияж в розовых тонах придал лицу Алифанэт изысканную женственность и свежесть.

Девушка попросила слуг подать ей завтрак в саду, чтобы насладиться утренней красотой природы и зарядиться энергией перед новым днем.

Имран вышел из просторной роскошной гардеробной, и при виде жены его глаза сверкнули ярким блеском восхищения.

— О, какая красота! — воскликнул он, не отрывая взгляда от своей изумительной супруги. — Ты словно ангел, — восторженно произнес мужчина, медленно застегивая свою рубашку. — Моя Алиф, почему ты встала так рано?

— Мне не спится, — раздраженно ответила она. — Ночью мне приснился ужасный кошмар, в котором ты мне изменял. Было так реалистично, словно все происходило наяву.

— Дорогая, это всего лишь сон, — стараясь успокоить возлюбленную, сказал Имран, подходя к большому позолоченному зеркалу и щедро распыляя на себя ароматные духи.

Но Алиф словно была настроена на конфликт.

— Если сон повторяется более трех ночей подряд, это может быть предзнаменованием того, что скоро он сбудется, либо это уже происходит в действительности, — воинственно произнесла девушка. 

— У меня нет слов, — с улыбкой откликнулся Имран, вглядываясь в свое отражение.

Однако Алиф была настроена продолжать этот разговор. Она приблизилась к Имрану вплотную, впилась своим решительным взглядом в его черные глаза и выпалила:

— Возможно, я уже перестала тебя интересовать, особенно с учетом того, что мой живот с каждым днем становится все больше? Вдруг ты из-за ребенка в животе перестанешь прикасаться ко мне и пойдешь к другой?

Имран стоял перед ней в шоковом состоянии, не зная, что ответить на этот выпад.

— Как же разыгралось твое воображение! Не сглазить бы тебя, милая, — улыбнулся он.

— Мне вовсе не смешно. Интуиция подсказывает мне, что ты каждую ночь, которую не бываешь дома, развлекаешься с какими-то шлюхами. Я чувствую, что за моей спиной ты проворачиваешь какие-то темные дела. А может ты и вовсе связался с той... Как там ее зовут, ах да, Джамиля? Верно? Ты же ничего ей не сделал, она так и разгуливает у тебя под носом! — Алиф несло в словесном потоке, она даже не отдавала себе отчета в том, что слетает у нее с языка.

— Довольно! — взорвался Имран, взбешенный наглостью девушки. — Беременность больше всего повлияла на твои мозги. Алиф, хватит нести бред!

— Это не бред! Последнее время ты все чаще не бываешь дома, каждое утро прихорашиваешься, не прикасаешься ко мне, будто избегаешь, — волнение нарастало в груди гречанки. 

— Алиф, у тебя началась паранойя на фоне гормонального сбоя! — отмахивался Имран.

— Где ты пропадаешь все эти дни и ночи? — продолжала напирать девушка.

— Не в моем характере отчитываться перед кем бы то ни было, — закатил глаза Имран и продолжил, понизив голос: — Но ты и сама знаешь, что вместе с Ассутом я ездил в Кабул, чтобы решать важные дела, — мужчина изо всех сил старался сохранить самообладание.

— Знаю я твои важные дела. Фу, и как же я ненавижу этот твой ужасный парфюм! — Алиф скорчила гримасу.

— Странно... Раньше этот аромат сводил тебя с ума, — произнес Имран, подходя к жене и нежно прикасаясь к ее плечам в попытках успокоить ее, словно маленького капризного ребенка.

Алиф отстранилась от него.

— Не прикасайся ко мне! Меня тошнит от тебя! — демонстративно поморщилась она.

— Ты сейчас на полном серьезе это говоришь мне прямо в лицо? — спросил Имран, вмиг сменив улыбку на грозный взгляд. — Или это твоя неудачная шутка?

— Я говорю серьезно! — стояла Алиф на своем.

— Тебя тошнит от меня? — уже с неприкрытой яростью в глазах спросил Имран.

— Очень сильно! — поддакивала девушка.

— Я понимаю, что у тебя под сердцем сейчас растет и развивается мой ребенок, но твои выходки очень сильно действуют мне на нервы! Одумайся! Как ты себя ведешь?! Кем ты себя возомнила?! — вышел из себя Имран.

— Меня тошнит даже от твоего голоса! — продолжала провоцировать Алиф.

— Пошла вон из комнаты! — процедил Имран сквозь зубы, указывая на дверь.

— Я никуда не уйду! — скрестила руки на груди гречанка.

— Клянусь, если ты сейчас же не исчезнешь с моих глаз, я не посмотрю на твое положение, и...

— И? И что ты мне сделаешь? — перебила Алиф. — Посмеешь ударить? Ну, давай, ударь меня! Еще этого не хватало! Значит, точно у тебя появилась другая!

— Убирайся! — отрезал Имран. — Я больше не хочу слушать твой бред! С этого дня ты спишь в гостевой комнате, и впредь показывай свои гребаные выходки стенам.

— Хорошо, я уйду, — с яростью сказала Алиф, беря в руки свой телефон. — Я позвоню папе, пусть заберет меня отсюда!

— Никому ты не позвонишь, — зарычал Имран, выхватывая телефон из рук жены и разбивая его о стену вдребезги. — И телефон больше не получишь. Теперь за свое поведение ты лишена всех привилегий.

— Чудовище! Я тебя ненавижу! — прошипела гречанка, испепеляя Имрана гневным взглядом.

По приказу Имрана слуги перенесли вещи Алифанэт в гостевую комнату, а затем отвели туда и саму девушку, накрыв для нее завтрак в комнате, отдельно от всех.

Из-за беременности у Алифанэт развилась жуткая депрессия, и больше всего она срывалась на Имрана. Она отпаивалась травяными чаями, пыталась успокоить нервы с помощью горячих ванн с аромамаслами, выходила вместе с Фарихом на прогулки с лошадьми. Любыми способами Алиф старалась прийти в гармоничное состояние и наладить душевный покой.

Целую неделю Имран категорически не подпускал Алиф к себе. Девушка находилась в другой части особняка, и таким образом муж и жена не пересекались. Они не виделись даже на завтраках и ужинах. В наказание Алиф принимала пищу в своей комнате. За это время она осознала свою вину и то, что она перешла все границы дозволенного в отношении мужа. Тогда Алиф решила искупить свою вину. Поздно ночью, когда уже все спали, гречанка попросила одну из служанок открыть дверь и провести ее в восточное крыло. Алиф тихо открыла дверь в спальню Имрана запасным ключом и неслышно вошла. На цыпочках она подошла к кровати, в которой мирно спал Имран.

Алиф, как мышка, присела на большую кровать и легонько погладила мужа по лицу, отчего Имран вздрогнул, открыл глаза и резко вскочил.

— Что ты здесь делаешь? Кто тебя впустил? — спросонья прокричал он.

— У меня был запасной ключ. Имран, прости меня, пожалуйста... — прошептала Алиф. — Мне страшно одной, на улице началась гроза...

— Убирайся, — холодно бросил Имран.

— Умоляю, прости! Я была не в себе! Сама не знаю, что на меня нашло... Я вела себя просто отвратительно, — извиняющимся тоном проговорила Алифанэт.

Имран молча лег обратно в постель, отвернулся и притворился спящим. Алиф посидела на краю кровати еще минуту, а затем забралась под одеяло к мужу, придвинулась к нему поближе и крепко обняла его.

— Я не могу без тебя жить, — шепнула она ему на ухо. — Я очень соскучилась по тебе, — она нежно кончиками пальцев провела по его спине. — Каждая ночь без тебя — это пытка. Я так соскучилась по твоим губам, — страстно шепнула она, возбуждая Имрана. — Прости...

Имран резко повернулся лицом к жене, приподнялся и навис над ней, создавая ловушку одной рукой. Алиф вжалась спиной в подушку, чувствуя его мощное тело. Он изучал ее невинное лицо в лунном свете, ее пышные волосы, рассыпающиеся по подушке. От девушки исходил такой манящий возбуждающий аромат, отчего Имран уже позабыл о ее капризах и своем наказании.

— Ты знаешь, как подкупить меня, — шепнул он ей на ухо, касаясь губами ее мочки.

— Имран, я хочу тебя, — тяжело дыша, промолвила Алиф.

Имран одарил страстными поцелуями ее шею и грудь, раздразнил ее, довел до тихих стонов, а затем внезапно остановился и лег обратно на подушку.

— Почему ты остановился? — в недоумении спросила девушка.

Но Имран не ответил.

Тогда Алиф чуть приподнялась, окутывая мужчину своими волосами, погладила его по груди, подушечками пальцев прошлась по его лицу и начала сперва нежно, а потом все более жадно целовать его.

— Имран, пожалуйста, продолжи... — умоляющим тоном прошептала она.  — Я очень хочу тебя...

Он грубо схватил ее за руку и строго спросил:

— Ты пришла ко мне, потому что тебе просто захотелось сек...

— Нет, — оборвала Алиф на полуслове, проводя кончиком носа по его шее. — Ты — мой воздух, без тебя я задыхаюсь...

Имран победно улыбнулся, затем обвел руками бедра возлюбленной, приподнимая красную шелковую сорочку. Он крепко обнял ее обеими руками, покрыл поцелуями ее шею, а затем нежно провел рукой по правому плечу и медленно спустил тонкую бретель, оставляя девушку обнаженной.

— Любимая, я прощаю тебя, — с восхищенной улыбкой шепнул Имран, обжигая поцелуями плечи гречанки.

Мужчина спустился ниже и припал к пышной груди с набухшими сосками. От его ласк комнату оглушили удовлетворенные стоны Алифанэт. Муж и жена помирились и провели яркую незабываемую ночь любви.

Иногда Имран все-таки выполнял прихоти беременной жены, но он по-прежнему оставался строгим афганским мужчиной, который не терпел противных выходок от своей женщины и временами взрывался, указывая капризной девушке свое место.

— Женщина должна знать границы дозволенного перед своим мужчиной! — нравоучал Имран.

Фарих был гораздо лояльнее своего старшего брата, он заступался за невестку и не давал ее в обиду. Молодой человек, окрыленный предвкушением появления на свет племянника, напротив, беспрекословно выполнял все прихоти Алифанэт.

Время родов подходило все ближе. На улице уже смеркалось, шел проливной дождь. Алиф и Имран лежали на своем огромном балконе, наслаждаясь дождливой погодой.

— Имран, мне страшно! — вдруг сказала Алиф.

— Всевышний дарует тебе терпение, не бойся, любимая, — произнес мужчина, пытаясь успокоить жену.

— Я очень боюсь! Женщины говорят, что это адская боль! — запаниковала гречанка.

— Как же хорошо эти женщины тебя подготовили, — засмеялся Имран. — Напугали мою бедняжечку, — сказал он целуя ее руку.

— Ну Имран!

— Не волнуйся, у тебя все будет хорошо! — Имран прижался щекой к большому животу Алифанэт и улыбнулся, почувствовав, как сильно пинается их ребенок. — Мой лев, пожалуйста, не пугай так сильно свою маму, ты должен родиться быстро и легко.

Алиф мило улыбнулась, погладив Имрана по волосам.

— Как будто он тебя послушает, — подразнила она.

— Будь уверена, что он все услышал, и с позволения Аллаха мой сын родится легко. Да, малыш? — ребенок в животе запинался активнее при звуке голоса Имрана.

— Он тебя слышал! — радостно воскликнула Алиф.

— Конечно, моя фея, и сделает так, как я ему сказал! — уверенно произнес Имран.

— Дай Бог! Но почему ты думаешь, что родится именно мальчик? — спросила девушка.

— Я чувствую это всем сердцем, — тихо ответил афганец.

Роды начались на следующий день в обеденное время. Накануне Алиф наотрез отказалась ложиться на сохранение в клинику Халида и до наступления схваток находилась в особняке.  Девушка почувствовала резкую боль, когда прилегла отдохнуть в своей комнате.

— Имран, кажется, начинается! — испуганно вскрикнула она. — Мамочка, мне очень страшно!

За окном шел сильный дождь, перерастающий в град, и буря, казалось, хотела разрушить все вокруг. Имран в панике выглянул в окно и понял, что в такую погоду они не успеют вовремя добраться до больницы.

«Вот черт! Что же теперь делать?» — судорожно соображал он.

— Клянусь, Алиф, твое упрямство приносит нам слишком много проблем! — засуетился Имран. — Будь я проклят, если еще раз пойду у тебя на поводу!

— Пожалуйста, прости, что не послушала тебя и осталась дома... Умоляю, скорее придумай что-нибудь! — задрожала от страха и волнения Алиф.

Имран велел слугам немедленно предупредить Шарифу, а сам нервно метался по комнате из угла в угол, словно тигр в клетке.

— Имран, не оставляй меня сейчас, — тихо произнесла Алифанэт, хватая мужа за руку. — Я... Мне... мне очень страшно!

Алиф трепетала от нервного напряжения и боли, которая уже начинала нарастать. Имран сел рядом с ней и обхватил ее лицо своими теплыми ладонями.

— Моя Алиф, посмотри на меня... — она взглянула на него покрасневшими от слез глазами. — Все будет хорошо! Ты слышишь меня? — спросил Имран, и Алиф послушно кивнула. — Сейчас придет мама Шарифа и примет все необходимые меры. Главное — не бойся! — Имран поцеловал жену в лоб. — Моя принцесса, не бойся, я с тобой, я рядом, — произнося эти слова, афганец нежно гладил возлюбленную по волосам.

Алифанэт вцепилась в руку Имрана, всхлипывая от боли.

— Знай, что я люблю тебя, — с трудом произнесла она.

— Я тебя больше!

В этот момент в комнату ворвались Шарифа и ее слуги. Женщина заранее пригласила повитух.

— Имран, оставь нас, тебе сейчас уже ни к чему здесь оставаться! Не переживай, все будет хорошо! — командовала Шарифа.

Мужчина встал и поцеловал жену в макушку.

— Жизнь моя, я вверяю тебя Всевышнему! — ласково произнес он, а затем с тяжелым ощущением вышел из комнаты, сердце его было не на месте.

Как думаете кто у них родиться? И будет ли все хорошо? Вам понравилось? Жмите ваши звездочки 🫶❤️ всех люблю! Мои феички