глава 25:новый учебный год
Большой зал, как обычно, гудел голосами и звоном посуды. Над головами плавали свечи, отражаясь в мокром полу. Селена села рядом с Джинни, скинув мокрую мантию, а Фред и Джордж устроились напротив.
— Ну что, начнём год с простуды? — хмыкнула Джинни.
— Скорее всего с огромной домашки по зельеварению. — сказала Селена,а возле неё уселся Гарри,с таким видом,словно он только что искупался в озере.
Селена посмотрел на преподавательский стол. Кажется, там было намного больше пустых мест, чем обычно. Хагрид, ясное дело, вместе с первокурсниками сейчас боролся со штормом на пути через озеро; профессор МакГонагалл, по всей вероятности, руководила уборкой в холле — но ещё одно свободное кресло указывало на отсутствие кого-то неизвестного.
— А где новый преподаватель защиты от тёмных искусств? — спросила Гермиона, тоже смотревшая на профессоров.
— Без понятие, может опаздывает?
***
После ужина, распределения и объявлений о важном событии этого учебного года — Турнире Трех Волшебников и его правилах — все направились в гостиные своих факультетов. Селена и Джинни шли рядом с Фредом и Джорджем, слушая их возмущенные речи и планы, как попасть в турнир.
— Это вообще нечестно! — заявил Джордж, проходя в гостиную Гриффиндора. — Семнадцать нам исполняется в апреле, а почему нас лишают шанса
— Они не помешают мне участвовать, — упрямо сказал Фред. — Чемпионам позволяют такие вещи, о которых остальные только мечтают. И тысяча галлеонов награды!
— Фред, Джордж, успокойтесь, — вмешалась Джинни.
— Послушайте, вы всё равно не сможете участвовать, турнир начинается в октябре, а вам семнадцать только в апреле, — с ухмылкой ответила Селена.
— Мы найдём способ, — начал было Фред.
— Хорошо, хорошо, делайте, что хотите, а мы пошли в комнату, — перебила его Селена, и вместе с Джинни они направились к лестнице, ведущей в комнату девочек.
Когда они вошли, на кровати уже сидела Гермиона.
— Ты когда успела прийти, Гермиона? — удивилась Джинни.
— Только что, — ответила та, доставая блокнот из своей сумки. Открыв его, она начала что-то записывать.
— Гермиона, ты в курсе, что сегодня первое сентября, и нам ещё не задали домашку? — спросила Селена.
— Это не домашние задания, — продолжала Гермиона, сосредоточенно записывая что-то в блокнот.
— Не знаю, как вы, но я очень устала и хочу спать, — пробормотала Селена, устраиваясь на кровати.
***
Селена сидела за столом в Большом зале, когда в зал влетели совы с утренней почтой. Она, как и все остальные, не обратила особого внимания на это, пока одна из сов не направилась прямо к ней. Она была крупной и с темными перьями, явно не домашней, а дикой. Сова приземлилась на её стол и с грацией положила перед ней запечатанный конверт.
Селена не сразу взяла письмо. Она почувствовала, как в груди сжалось, как будто интуитивно зная, что это что-то важное. Она подняла письмо и посмотрела на его запечатанный край. Почерк на конверте был незнакомым.
Она медленно развернула письмо, чувствуя, как её сердце ускоряется, как только она увидела подпись снизу "Сириус".
"Селена,
Моя девочка, я горжусь тобой. Ты стала невероятно сильной, и я не могу не восхищаться тем, какой ты выросла. Когда я видел тебя в визжащей хижине, тебе было всего 13 лет, и я почти не мог поверить, насколько ты изменилась. В этот момент я почувствовал, как сильно я скучал по тебе, как ждал того момента, когда смогу быть рядом с своей дочерью.
Я помню, как ты была совсем маленькой — едва тебе исполнился годик, когда меня забрали. И вот теперь ты уже такая взрослая, красивая, умная и храбрая. Ты стала настоящей Блэк, с этим гордым взглядом, и я вижу, что у тебя есть сила воли, которая приведёт тебя к большому будущему.
Мне больно быть так далеко, но поверь мне, я всегда с тобой, везде, где бы ты ни была. Даже если ты не видишь меня рядом, я всегда тебя поддерживаю, и горжусь тем, какой ты стала.
Береги себя. Сириус."
Селена застыла, сжимая письмо в руках. Её глаза немного заполнились слезами. Она не могла поверить, что её отец помнил её такой маленькой.
Он был прав — она была почти ребёнком, когда его забрали. И всё это время она надеялась, что он нив чесим, знала, что он где-то рядом, хоть и скрывался, надеясь на лучший момент для того, чтобы вернуться.
Она аккуратно сложила письмо, пряча его в сумке, и, стараясь скрыть свою эмоцию, посмотрела на своих друзей. Джинни, сидя рядом, заметила её выражение, но не стала расспрашивать, понимая, что Селена, скорее всего, не захочет делиться этим.
— Всё хорошо? — спросила Джинни, слегка наклонившись к ней.
Селена кивнула, пытаясь сдержать свою улыбку, которая, как ни странно, теперь была полна гордости. Она подумала, что, возможно, теперь, даже будучи на расстоянии, она действительно чувствовала поддержку своего отца.
— Да, всё хорошо, — сказала она тихо, немного улыбнувшись, но это была улыбка, полная силы.
После завтрака друзья пошли на первый урок травологии, где изучали бубонтюберы. Дело было не из приятных — нужно было выжимать их гной. Следующий урок был с Хагридом, но он тоже не был особенно приятным. На нём они проходили соплохвостов. Эти существа были уродливыми, лишёнными панциря омарами, омерзительно бледными и скользкими на вид, с ногами, торчащими из самых странных мест, а голова была совершенно неразличима. После урока проницания Джинни и Селена вошли в холл, где народ толпился у дверей в Большой зал. В центре стоял Малфой, а возле него Гарри с Роном, который явно уже хотел врезать Малфою.
— ...они даже его имя правильно написать не могли, как будто он полное ничтожество, а, Уизли?
Малфой эффектно расправил газету и стал читать:
«Арнольд Уизли, два года назад оштрафованный за незаконное владение летающим автомобилем, вчера ввязался в драку с магловскими блюстителями закона (т. н. „полицейскими") из-за нескольких весьма агрессивно настроенных мусорных баков. М-р Уизли, судя по всему, примчался на выручку Грозному Глазу Грюму, престарелому экс-мракоборцу, уволившемуся из Министерства, когда он окончательно перестал видеть разницу между рукопожатием и нападением убийцы. Поэтому нет ничего удивительного в том, что, явившись к м-ру Грюму в его строго охраняемый дом, м-р Уизли обнаружил, что м-р Грюм в который раз поднял ложную тревогу. В ходе дальнейших событий м-ру Уизли пришлось несколько раз прибегнуть к преобразованию памяти, прежде чем ему удалось скрыться от полицейских. При этом м-р Уизли отказался отвечать на вопросы „Ежедневного Пророка" о том, зачем ему потребовалось вовлекать Министерство в эту недостойную и чреватую скандалом историю»
— Тут и картинка есть, Уизли! — ликовал Малфой, развернув и подняв перед собой газету. — Фотография твоих родителей перед домом — если это можно назвать домом. Твоей мамаше не помешало бы немного сбросить вес, как считаешь?
Селена не выдержала оскорблений в сторону своих друзей и подошла к ним.
— Тебе лучше молчать, Малфой. Или ты хочешь, чтобы я напомнила тебе, кто был твоим отцом? Тот самый трус, который, вместо того чтобы поддержать свою семью, просто сидел на заднице и ждал, когда другие сделают всю грязную работу. Ты так любишь смотреть на всех свысока, но не забывай, что твой папочка так же часто стоит на коленях, когда перед ним появляется тот, кто может просто щелкнуть пальцами и уничтожить его.
Малфой густо покраснел, но продолжал сохранять высокомерие.
— А где твои родители, Блэк? А? Кажется, твоя мамаша умерла, а отец в вечных бегах...
Селена была готова выплеснуть на него всю свою ярость, но кто-то схватил её за локоть и отвёл подальше от Малфоя. Повернув голову, Селена увидела Фреда.
— Что ты делаешь?
— Спасаю твои нервы
Она вырвалась из его хватки и стремительно зашагала прочь, едва не сбив кого-то плечом. Сердце грохотало в ушах, пальцы дрожали. Злость была почти физичной — как будто могла прожечь воздух вокруг.
— Эй, Сел! — окликнул кто-то позади, но она не обернулась.
Шаги догнали её. Фред. Конечно, Фред. Он появился так, будто почувствовал, что она вот-вот сорвётся.
— Отстань, — бросила она, не глядя.
— Не умею, — спокойно ответил он, вставая рядом. Не слишком близко, но и не в стороне
Они шли молча. Несколько секунд. Десять. Пятнадцать. Селена чуть замедлила шаг. Её злость не утихала, но вдруг стало... легче. Просто от того, что кто-то рядом. Не задаёт вопросов. Не осуждает.
— Что, теперь будешь ходить за мной, как тень? — спросила она, краем губ дёрнув в усмешке.
— Может быть, — пожал плечами Фред. — Ты умеешь делать шоу. Я просто фанат.
Она фыркнула, но не язвительно — почти по-дружески. Взгляд скользнул по нему мельком, и она заметила, как он на неё смотрит — не так, как остальные. Будто пытается понять. Не разоблачить, а увидеть.
— Я просто... — она запнулась. — Он вечно лезет, где не просят.
Фред кивнул. Спокойно, не перебивая.
— Ты с ним справилась. Сильно. — Он замолчал, потом добавил с полуулыбкой: — Меня бы после такого тоже заткнуло.
Селена опустила взгляд, и вдруг сама не поняла — почему ей не хочется, чтобы он сейчас уходил.
Они остановились у стены. Она облокотилась о холодный камень, чуть прикрыв глаза. Фред прислонился рядом.
Молчание между ними не было неловким. В нём было... что-то странно спокойное. Как будто они оба не до конца понимали, что происходит, но ни один не хотел уходить.
Он не сказал ни слова лишнего. Но всё равно остался.