Селена Блэк и её нелёгкая судьба

Миссис Уизли протянула чашку девушке.

— На, Селена, выпей. Это тебе сейчас нужнее, чем мне слова.

Селена взяла чашку, едва касаясь её пальцами, и сделала осторожный глоток. Напиток оказался сладковатым, согревающим, и каким-то... домашним. В этот момент вся тяжесть, накопленная за долгие недели бегства и скрытности, как-то мгновенно растаяла.

— Спасибо, — прошептала она, чувствуя, как в её груди что-то зашевелилось. Редко ей приходилось чувствовать себя такой хрупкой.

Тишина в доме была необычной. Молли продолжала молчать, но её добрые глаза говорили больше, чем тысячи слов. Селена, наконец, почувствовала, как её плечи расслабляются, а в груди появляется нечто, что можно было бы назвать безопасностью. Она сжала чашку и позволила себе расслабиться на мгновение.

Но вдруг сверху раздался топот, словно кто-то падал с лестницы. Это была Джинни, которая влетела в кухню, растрепанная, с явным следом от подушки на лице, но с таким блеском в глазах, что Селена даже не успела вовремя понять, что происходит. Джинни не останавливаясь, бросила вопрос, влетев в кухню, как торнадо:

— Кто сказал "Селена"?

Её взгляд метнулся по комнате и тут же нашел нужное лицо. В этот момент Джинни буквально взорвалась от радости. Она подскочила к Селене и обняла её так крепко, что та едва не пролила чай. Селена от неожиданности замерла, но вскоре в её душе зазвучал отклик. Она тоже улыбнулась. Это была искренняя, настоящая улыбка, которой не было уже так давно.

— Мерлин, ты не представляешь, как ты мне нужна была, — прошептала Джинни, стиснув её в своих объятиях.

Селена почувствовала, как её сердце вдруг сжалось. Казалось, в эти несколько секунд вся тяжесть её одиночества растворилась, и в мире больше не было ни скрытых угроз, ни тайных страхов. Здесь, в Норе, с Джинни, она была в безопасности.

Но на этом удивительные события не закончились. Через секунду в кухню ввалились Рон и Джордж. Один из них зевал, другой, напротив, был полон надежды.

— Селена здесь? — одновременно спросили они, уставившись на неё с блеском в глазах.

Селена, не выдержав, фыркнула.

С того вечера началась её новая жизнь в Норе — убежище, где не нужно было носить маски, где можно было просто быть собой, не скрывая ни радости, ни боли. Это место дышало жизнью, и Селена поняла, что уже не захочет его покидать.

Джинни сразу же забрала Селену в свою комнату. Как только девушка чуть согрелась, они принялись болтать до самой ночи. С каждым словом старые тревоги, усталость и разочарования уходили, как дым. Они говорили о школьных сплетнях, о том, как Джинни встречала людей, какие приключения их ждут в новом учебном году. Девушки были неразлучны. И с каждым днём их связь становилась крепче.

На следующее утро они снова были вместе, как будто никогда не расставались. Они выбрались в сад, проскользнули через забор, и побежали в ближайшую рощу, где скрытые под тенью деревьев прокачивали свои навыки полета на мётлах. Взлетать было, конечно, не идеально — в первый раз Джинни чуть не врезалась в дерево, но смех был громче. Вскоре они катались, как безумные, с ветром в волосах, искали новые маршруты и прыгали через кусты. Этот день стал одним из самых ярких в их жизни.

— Если я врежусь в дерево, ты меня спасёшь? — спрашивала Джинни, на мгновение застыв в воздухе.

— Конечно! — смеясь, отвечала Селена. — Но только если ты не разобьешь мётлу Джорджа! 

Но это было не всё. Они вскоре начали брать старые книги из библиотеки Артура. Иногда эти книги казались совершенно безобидными, но, как оказалось, некоторые заклинания можно было использовать весьма необычно. Например, они наткнулись на старую тетрадь с заклинаниями для опытных волшебников. Вскоре Джинни и Селена нашли одну, которая должна была превращать воду в лед. Но когда они случайно прочитали её неправильно, на курицу в Норе «случайно» наслали хохочущий чих. И эта курица три дня не переставала чихать, причем каждый её чих звучал как будто она захватывает весь двор. Все, кто проходил мимо, смеялись до слез, а сама Молли просто качала головой, смеясь:

— Да, Джинни, ты и Селена — настоящие химики. Только без формул.

— Это всё ты! — смеялась Джинни, показывая на Селену. — Ты же сказала: «Да ладно, попробуем! Что может пойти не так?» А теперь смотри, курица, как чихает!

С Джинни ей было легко. Джинни могла молчать тогда, когда нужно было молчать, а в другие моменты смеяться до слез, когда это было единственным спасением от тоски. Вместе они искали приключения, как будто это было их любимое хобби. Впрочем, эти приключения редко обходились без новых царапин, грязных коленок и очередного выговора от Молли.

Один раз всё семейство Уизли отправилось в деревню, Селена осталась одна. Это был первый раз, когда она оставалась в доме без всех. Она бродила по комнатам, касалась старых фотографий. В этот момент она поняла, что здесь, в Норе, ей по-настоящему хорошо. Не просто уютно, не просто безопасно. А так, как она не чувствовала себя нигде: ни в доме Блэков, ни в Хогвартсе, ни даже в себе самой.

Она принялась готовить что-то простое, но очень вкусное. Блины с вареньем, которые она сделала по рецепту, который нашла в доме. Когда все вернулись, она встретила их с улыбкой на лице и с запахом свежих блинов, которые заполнили кухню.

— Я приготовила. Кухню не спалила — это уже достижение, — сказала она с озорной улыбкой.

Молли вздохнула, но тоже улыбнулась, Джинни хлопнула в ладоши, а Фред и Джордж едва не рыдали от счастья. В доме раздался гогот.

—  Мы, кажется, нашли себе повара! — закричал Джордж.

— И сотрудника месяца! — подхватил Фред.

Селена рассмеялась. Это было, как никогда, настоящее счастье.

***

Солнце уже давно село за холмы, и в Норе наступил уютный вечер. Комната Джинни была тихой, только за окном лениво посвистывал ветер, играя с ветками деревьев. Селена лежала на полу, опершись спиной на кровать, листая старую пыльную книгу с потёртой кожаной обложкой.

— «Тайны светящейся магии. Третье издание», — вслух прочитала она, щурясь. — Это точно из коллекции Артура. Он сам говорил, что у него завалялось пару «экспериментальных» экземпляров.

— Мы с ним как-то нашли в ней заклинание, которое заставляет лягушек петь как канарейки, — фыркнула Джинни, сидя на кровати с подогнутыми ногами. — Мама потом три дня пыталась их поймать.

— А это? — Селена ткнула пальцем в страницу. — «Люмос Флорис». Магия света, активирующая фотолюминесценцию у растений. Хм... должно заставить их светиться в темноте. Идеально для романтики.

— Или для того, чтобы Фред и Джордж свалили с огорода после заката, — ухмыльнулась Джинни. — Пошли?

Селена встала, вытянулась, потёрла шею и кивнула. Обе украдкой прокрались мимо кухни, где Молли что-то бурчала над котлом, и выскользнули в сад. Воздух был тёплым и влажным, пахло травой, мятой и далёким дымком от костра.

— Ну давай, профессор Блэк, удиви меня, — прошептала Джинни, когда они остановились у грядок с ромашками.

Селена достала палочку, медленно взмахнула ею, и с выражением почти наигранной серьёзности произнесла:

— Люмос Флорис..

Сначала ничего не произошло. Потом листья зашуршали, будто подул лёгкий ветер, и вдруг — слабое мерцание пробежало по лепесткам. Сначала робкое, затем ярче. Белые головки ромашек вспыхнули зелёным, синим и даже розовым светом, как волшебные фонарики.

— Ого! — Джинни засмеялась и захлопала в ладоши. — Это потрясающе!

— Я знаю, — самодовольно ответила Селена, но тут её глаза расширились. — Джин... ты... твои волосы.

— Что?

— Они... светятся. Рыжее сияние, прям как... как жар-птица!

Джинни уставилась на Селену и замерла.

— А ты! Ты похожа на призрачного феникса, только... с неоновыми кончиками волос!

— Что за... — Селена подбежала к ведру с водой и посмотрела на своё отражение. — О, Мерлин.

Её волосы действительно начали светиться рыжевато-красным, словно кончики были подожжены. Глаза тоже отливали странным светом.

— Это что, побочный эффект? — спросила Джинни, стараясь не засмеяться.

— Если да, то эксперимент явно пошёл не по плану. Мы сейчас обе светимся как рождественские ёлки. Нас видно будет с Хогвартса!

— Подожди, у меня идея! — Джинни с хохотом схватила палочку и начала танцевать между грядок, раскидывая руки. — Мы — богини света! Спасительницы огорода! Мстительницы трав!

Селена не выдержала и засмеялась. Настоящий, звонкий смех, не сдержанный, не ироничный. Просто... тёплый.

— Ну и дура ты, — сказала она, смахивая слезу. — Спасибо, что умеешь делать всё легче.

— А ты — серьёзная снаружи, но внутри тоже дура, только скрытая. — Джинни ткнула её в плечо. — Пошли, может, найдём способ это снять. Мама нас убьёт, если увидит такими.

— Ладно. Но если нас выгонят, мы уйдём красиво. Светящимися.

Обе снова захихикали и направились к дому. Они не заметили, как у окна стояли близнецы, молча наблюдая.

— А я говорил, что она крутая, — прошептал Фред, ухмыляясь. — Даже магия у неё — с огоньком.

***

Мастерская близнецов в очередной раз напоминала пыльный склад алхимика-неудачника. Полки завалены странными банками с этикетками типа «Потерпевшие от страха куклуки» и «Магия вечной усталости», а в воздухе плавала смесь химических запахов с нотками жареного сахара. Каждый угол был заполнен чем-то странным, но Селена в этом разбиралась. Она не просто смотрела на это как на хаос, она знала, как использовать его.

— О, у нас тут новые идеи, — с ухмылкой сказала Селена, покачивая головой, пока прилаживала чертёж к стене. — И что это? Опять шоколадки с феромонами?

— Ну, — смущённо отозвался Джордж, поглядывая на свои записи, — они не работают как мы хотели. Запах исчезает слишком быстро, а их эффект... ну, скажем так, он слишком слабый.

— Мы всё сделали, как ты сказала, — сказал Фред, подтягивая ремень на сундучке с ингредиентами. — Но этого недостаточно. Если бы ты с нами сидела в лаборатории, мы бы точно пошли в другом направлении.

Селена медленно развернула лист бумаги и начала рисовать — быстро, уверенно, словно давно решив, что делать.

— Если мы добавим немного заварки из «поглощения внимания» и пудры из драконьей чешуи, феромоны будут сохраняться дольше. Это даст больший эффект и усилит желание «делиться секретами».

Близнецы переглянулись. Увидев её уверенность, они одновременно подошли к столу.

— Да, да, да! Это то, что нам нужно, — сказал Джордж, тут же доставая бутылочку с неизвестным содержимым. — Мы думали, что это можно использовать, но ты только что открыла нам новый уровень.

— А что ты думаешь насчёт «Болтушек»? — поинтересовалась Селена, не отрывая глаз от чертежа. — Мы всё же сделаем так, чтобы человеку не хотелось молчать, пока он не попадёт в ловушку. Но добавим немного горькой малины — пусть язык будет «щипать», и он сам не захочет молчать. Люди очень не любят, когда им что-то неудобно.

Фред подскочил:

— Как всегда, просто прекрасно! Почему ты не участвовала с нами в создании всей этой чепухи с самого начала?

Селена усмехнулась, а затем присела, поудобнее устроившись на стуле. Это был не просто момент обсуждения идеи — для неё это была игра.

— Потому что у меня нет времени заниматься неудачниками вроде вас, — ответила она с улыбкой, и оба близнеца захохотали.

Но она знала, что ей не нужно объяснять. Они привыкли к её манере говорить и не думали, что она серьёзно. Селена приподняла один уголок губ — её внутренний мир всегда был немного другой, чем у остальных.

— А что насчёт Лаванды? — вдруг произнёс Джордж, поднимая брови. — Ты не хочешь сделать для неё какой-нибудь «личный подарок»?

Селена ухмыльнулась.

— Я вообще не вижу смысла делать для Лаванды что-то специальное. Пусть её секреты разнесёт весь замок. Она слишком одержима своим «невинным» образом, чтобы понять, как работает реальный мир. Кстати, если мы добавим немного свежего порошка мимозы и экстракта из ягод лжегорошка, можно заставить её поведать всё на свете, как только её попросят об этом.

— Вот это я понимаю, — проговорил Фред с восторгом. — Не верю, что мы не додумались до этого раньше.

Селена покачала головой:

— Мы все тут не додумались до хороших идей. Нужно было на старте просто принимать всё на ходу. И хватит жаловаться, если не получается. Если хотите — добавим ещё немного шалфея, чтобы жертва немного почувствовала беспокойство перед тем, как начать говорить. Пусть её «честность» будет более драматичной.

Джордж и Фред переглянулись и с улыбкой стали добавлять ингредиенты по её указаниям.

— Ладно, ты снова выигрываешь, — сказал Джордж, откидываясь на спинку стула. — Давай попробуем ещё добавить какой-то «приворот» на шоколад — чтобы Лаванда не смогла отказаться от конфет, даже если сама не захочет их есть.

Селена кивнула и слегка прищурила глаза, проверяя каждый шаг.

— Только помните: эффект может быть слишком сильным. Придётся выбирать момент, когда её «дружеские» проявления будут в полном расцвете. С ней всегда можно играть. Это будет просто идеально на вечер, когда она решит исповедоваться перед всем залом.

Фред и Джордж едва могли сдержать смех, понимая, как у Селены блеск в глазах говорил о том, что она обожала эти моменты.

— Мы это сделаем. Нам точно нужно её видеоизображение с выражением «я признаю», — с улыбкой сказал Фред. — Ты — лучший соавтор.

Селена улыбнулась