глава 16:незваный гость
Совсем незаметно наступила весна. На стадионе прошёл матч Гриффиндор — Когтевран, где победу с отрывом одержали гриффиндорцы. Праздник в честь победы развернулся с такой силой, будто они выиграли сам Кубок. Пиршество и веселье длились до глубокой ночи.
Фред и Джордж Уизли исчезли часа на два, а вернулись нагруженные бутылочками сливочного пива, шипучего тыквенного сока и пакетами, полными сладостей из «Сладкого королевства».
— Как вы всё это достали? — изумилась Анджелина Джонсон.
Близнецы лишь равнодушно пожали плечами, загадочно улыбаясь.
Только одна Гермиона не участвовала в общем веселье. Невероятно, но она сидела в углу с толстой книгой «Быт и нравы британских маглов» и пыталась читать.
Гарри вышел из-за стола, где Фред с Джорджем начали жонглировать бутылочками, и подошёл к ней.
— Ты хоть на матче-то была? — спросил он.
— Конечно, — ответила Гермиона странным тоненьким голосом, не отрывая взгляда от книги. — Я очень рада, что мы выиграли. Ты играл прекрасно, но мне надо к понедельнику прочитать всю эту книгу.
— Иди к нам, Гермиона, поешь чего-нибудь, — позвала её Селена, сидевшая рядом с Джинни.
— Я правда не могу, Селена, мне ещё читать четыреста двадцать две страницы. — В голосе её теперь явно звучали слёзы. — И вообще... Рон не хочет сидеть со мной за одном столом.
На это нечего было возразить. Рон как раз в эту минуту высказался:
— Бедная Короста! Если бы её не съели, она бы сейчас полакомилась «пёстрыми пчёлками», она так их любила.
Гермиона разрыдалась. Не успел Гарри сказать ни слова, как она захлопнула книгу, прижала её к груди и, всхлипывая, выбежала из гостиной, поднялась по лестнице в спальню девочек и скрылась из виду.
— Не пора ли утихомириться, Рон? — не повышая голоса, сказала Джинни.
— Нет, — твёрдо ответил Рон. — Она хоть бы немножко раскаялась! Но Гермиона никогда не признает себя неправой. Ведёт себя, как будто с Коростой ничего не случилось, — гуляет где-то, или уехала на каникулы.
— Я сейчас. Пойду, посмотрю, как она, — сказала Селена, вставая.
Она быстро поднялась в спальню девочек и тихо вошла, прикрыв за собой дверь. Гермиона лежала на кровати, свернувшись в комочек, и крепко обнимала Живоглота.
— Эй, Гермиона... — Селена подошла ближе и села на корточки рядом.
— Почему он такой грубый?.. Я же не виновата, что Глотик убил Коросту, — прошептала Гермиона сквозь слёзы.
— Конечно не виновата,просто Рон...Рон очень расстроен. А Глотик вообще очень милый, — Селена погладила Живоглота и ухмыльнулась. — Лучше пойдем,покушаешь чего-нибудь. Там Фред и Джордж кучу всего принесли, идёшь?
Гермиона слабо улыбнулась, села, вытерла глаза. Они вместе вернулись в общую гостиную.
Праздник закончился в час ночи, когда появилась профессор МакГонагалл, в домашнем халате в клетку и с сеточкой на голове. Она строго велела всем немедленно отправляться спать.
Селена, Джинни и Гермиона поднялись в спальню, но сна не было ни в одном глазу. В спальне гриффиндорок было тепло и уютно. На прикроватной тумбочке горела лампа, отбрасывая мягкий свет на покрывала и подушки. Снаружи где-то ухнул филин, а в комнате раздавался только тихий смех и мурлыканье Живоглота, который лежал на спине, раскинув лапы, на одеяле.
Селена сидела на своей кровати, на ней была футболка и мягкие шорты. Она жевала ириску из «Сладкого королевства» и периодически отбирала у Живоглота лапу, чтобы поиграть с ней.
— И ты видела, как Лаванда уставилась на Дина? — хихикнула Джинни, лежа поперёк кровати. — Как будто он был шоколадной лягушкой.
— Не то слово, — откликнулась Селена. — А он такой... с важным видом пьёт тыквенный сок, будто не замечает. Хотя уши у него были красные до самой шеи.
Гермиона, закутавшись в плед, уже смеялась в голос.
— А помните, как Фред сказал, что хочет завести филина, чтобы тот приносил ему только конфеты и домашку?
— И чтоб убирал за ним, — добавила Джинни, захлёбываясь от смеха. — Филин-домашний эльф, только с перьями!
— А потом Джордж сказал, что филин будет делать за него свидания! — подхватила Селена. — Представляешь, филин с букетом роз, сидит у окна и сипло каркает: «Ты мне нравишься, пойдёшь со мной в Хогсмид?»
Они все трое покатились со смеху. Гермиона даже чуть-чуть всплакнула, но на этот раз — от смеха.
— Ох, давно я так не смеялась, — сказала она, вытирая глаза. — Спасибо вам... правда. Сегодня было ужасно. Но вы... вы как будто выключили весь этот хаос.
— Конечно, — сказала Селена, взъерошив ей волосы. — Ты ж наша. Глупо было бы бросить тебя одну из-за какого-то рыжего олуха.
— Мой брат, между прочим, — фыркнула Джинни. — Но да, олух.
— А вот интересно, — сказала Гермиона, приподнявшись на локтях, — вы замечали, что Перси подозрительно часто заговаривает с Пенелопой Кристал? Причём каждый раз он такой вежливый. Слишком вежливый.
— Да брось! — Селена заговорщически прищурилась. — Думаешь, у них... что-то есть?
— Думаю, да, — кивнула Гермиона. — Она же староста из Когтеврана. Они на собраниях всё время рядом.
— Представляю, как у них проходят свидания, — Джинни состроила серьёзную морду. — «Ты сделал расписание на следующий месяц? О да. И проверил успеваемость в прошлом семестре. Ах, ты такой умный!»
— «Ты лучше всех произносишь слово экзаменационный», — добавила Селена и захохотала.
И снова раздался смех. Девочки переглянулись, уютно устроились рядом, Живоглот ворочался, запутываясь в пледе, лапой легонько задевая пальцы Селены.
— Это... самый нормальный вечер за долгое время, — вздохнула Гермиона.
— Ну, давай не сглазим, — сказала Селена, потянувшись. — Обычно, как только всё спокойно, — тут же начинается что-то...
И тут —
— ОН БЫЛ ЗДЕСЬ! СТОЯЛ НАДО МНОЙ С НОЖОМ!
Они замерли.
— ...вот как это, — прошептала Джинни.
Селена уже стояла.
— Это был Рон. Быстро!
Гермиона вскочила, Живоглот с мяуканьем соскочил на пол.
Селена первой распахнула дверь и, не дожидаясь остальных, рванула вниз по лестнице, перескакивая через ступени. За ней бежали Джинни и Гермиона, в пижамах, с растрёпанными волосами и ещё не до конца осознав, что происходит.
Внизу, в общей гостиной, уже начиналась паника. Рон сидел на полу, бледный как простыня, волосы торчали во все стороны, а глаза были полны ужаса. Гарри стоял рядом, держа его за плечи, а навстречу им со всех сторон стекались ученики — кто в халатах, кто с подушкой в руках.
— Он был здесь! Я проснулся — и он стоял прямо надо мной! С ножом! — выкрикивал Рон. — Это был Сириус Блэк!
— Что?! — Джинни резко остановилась, едва не врезавшись в Селену.
— Ты уверен? — выдохнула Гермиона, глядя на Рона с округлившимися глазами.
— Конечно, я уверен! Я же не спал! Он смотрел на меня, как... как будто... — Рон судорожно сглотнул. — Я думал, он убьёт меня!
— Ты уверен, Рон, что тебе это не приснилось? — говорил Гарри.
— Говорю вам, я его видел!
— Почему такой шум? — в комнату вошёл Перси, сонно потирая глаза. — Профессор МакГонагалл велела всем спать!
— Прекрасно! Значит, продолжаем праздновать! — не растерялся Фред.
— Все по спальням! — гаркнул Перси, нацепляя значок старосты на пижаму.
— Перси, он... он был у нас в спальне. Сириус Блэк. С ножом. Он стоял прямо надо мной. Разбудил меня.
Наступила звенящая тишина.
Селена побледнела, отступила на шаг назад, словно земля качнулась под ногами.
— Что?.. — выдохнула она, еле слышно.
— Глупости! — сказал Перси, но было видно, что он потрясён. — Ты переел, и тебе приснился кошмар.
— Говорю тебе...
— Ладно, замолчи. Хватит!
В гостиную вернулась профессор МакГонагалл. Захлопнула за собой портрет с сэром Кэдоганом и обрушила на гостиную гневную тираду:
— Я, разумеется, счастлива, что Гриффиндор выиграл. Но всему есть предел! Перси, я от вас такого не ожидала!
— Я здесь ни при чём, профессор. Я только что приказал всем вернуться в спальни. Моему брату Рону приснился кошмар...
— Неправда, это был не кошмар! — обиделся Рон. — Я проснулся, профессор, а Сириус Блэк стоит надо мной с ножом в руке!
МакГонагалл повернулась к Рону.
— Это смешно, — сказала она. — Как он мог пройти в гостиную мимо нашего стража?
— А вы у него спросите. — Рон указал пальцем на изнанку портрета сэра Кэдогана. — Спросите, не видел ли он...
Глянув на Рона с подозрением, МакГонагалл толкнула портрет и вышла. Вся гостиная затаила дыхание.
— Сэр Кэдоган, вы вот только что никого не впускали в башню?
— Как же, добрая леди, впустил.
— Вы... впустили? А... а пароль?!
— А у него они были! — гордо сказал сэр Кэдоган. — На всю неделю, миледи. Целый список на кусочке пергамента. Он их мне прочитал!
Профессор МакГонагалл вернулась сквозь узкий проём в гостиную. Гриффиндорцы оторопело молчали, профессор была бледна как мел.
— Какой, — дрожащим голосом начала она, — какой неописуемый глупец написал на клочке пергамента все пароли недели и потом потерял его?
Гробовое молчание в гриффиндорской гостиной было нарушено слабым, испуганным всхлипом. Невилл Долгопупс, дрожа от макушки до носков пушистых комнатных тапочек, медленно поднял руку.
В ту ночь Селена, как и весь Гриффиндор, не сомкнула глаз. После того, как в гостиной разнеслась новость, что Сириус Блэк был в спальне третьекурсников, в замке начался настоящий переполох. Общая гостиная была полна встревоженных учеников, кто-то перешёптывался, кто-то напряжённо молчал, вглядываясь в пламя камина. Селена сидела рядом с Джинни и Гермионой, но едва слышала, что они говорят — в её голове всё ещё звучал голос Рона: "Он был у нас в спальне. С ножом." Её сердце стучало глухо и гулко, как если бы пыталось выбраться наружу.
На рассвете, когда первые серые лучи света заполнили башню, в гостиную вошла профессор МакГонагалл. Лицо её было утомлённым, но собранным. Она сообщила, что Блэк вновь ускользнул. Селена почувствовала, как по её спине пробежал холодок. Как? Как он мог исчезнуть из Хогвартса, где охрана, казалось, стала почти непробиваемой?
Утро принесло с собой усиленные меры безопасности. Профессор Флитвик наложил на двери чары опознавания, Филч бегал, как безумный, заколачивая любые возможные лазейки. Даже Полную Даму вернули — правда, теперь она принимала гостей под охраной огромных троллей с дубинками, которых Селена инстинктивно старалась обходить подальше.
Тем временем Рон, к удивлению Селены, наслаждался неожиданным вниманием. Впервые его слушали не из вежливости, а с открытым ртом. Он рассказывал одну и ту же историю раз за разом — и каждый раз прибавлял в ней деталей. Селена, слушая в очередной раз про «огромный нож» и «волосы, как колтун», не удержалась и закатила глаза.
Но больше всего её беспокоило другое: зачем Сириус Блэк вообще пришёл в спальню мальчиков? Почему не напал? Почему ушёл, не причинив вреда? Селена смотрела на Гарри, на его хмурый, сосредоточенный взгляд, и понимала — он тоже чувствует, что что-то в этой истории не сходится. Но пока ни у кого не было ответов.
И это беспокоило её больше всего.