Глава 30
Глава 30
Анастасия
Тело болело и выкручивало. Веревка, что связывала мои руки вместе, натерла кисти. Горло пересохло, а губы потрескались от того, насколько сильно хотелось пить. Голова болела так, словно вот-вот расколется на две части, словно орех.
За время, проведенное в этой комнате, я научилась контролировать свои эмоции и больше не поддавалась панике. Казалось, будто я провела здесь вечность. Надежда на то, что Фабио найдет меня, угасала с каждым часом, который я проводила в сыром помещении. Уже больше суток я сидела здесь одна. Наедине со своими мыслями и страхами.
Дверь медленно открылась. Я подняла голову и встретилась с леденяще-голубыми глазами.
— Как ты тут, принцесса? Соскучилась?
Я молча наблюдала за его действиями, пока он подходил ближе ко мне.
— Даже не поздороваешься? Что за манеры, Ана? — спросил он.
— Нет желания тратить силы на разговоры с тобой.
— Я принес тебе воды и вот она, твоя благодарность?
— Я думала, что нужна вам живой, — сказала я, подняв подбородок.
— Все так и есть, — улыбнулся он.
— Тогда в ваших интересах сделать так, чтобы я не умерла от обезвоживания.
— Твоя правда, — он подошел еще ближе и протянул мне бутылку с водой.
Я неотрывно смотрела на него.
— Ах, точно. У тебя же связаны руки.
— Но ты можешь их развязать.
— Открой рот, принцесса.
Он открыл бутылку и поднес ее к моим губам. Я тяжело сглотнула, но не пошевелилась.
— Если не хочешь умереть, открой рот. Руки тебе никто развязывать не будет.
Я еще несколько секунд смотрела на него и затем приоткрыла губы. Чтобы не видеть его довольного лица, я отвела взгляд. Как только первая капля воды попала на мои губы, я начал жадно глотать.
— Какая же ты послушная иногда. Можешь ведь, — ухмыльнулся он.
Как только я напилась воды, я отпрянула от него и прижалась спиной к холодной стене.
— А где же благодарность? — спросил он, наклоняя голову влево.
Мое молчание стало самым красноречивым ответом и тогда он оказался настолько близко ко мне, что я могла почувствовать его дыхание на своей коже. Нас разделяло буквально пару сантиметров. Меня переполняло отвращение и злость.
Его рука оказалась у меня на щеке и тогда он повернул мою голову так, чтобы мы встретились взглядом.
— Тогда придется самому взять свое "спасибо".
Я попыталась вырваться из его хватки, но Альберт был сильнее, а мои руки были связаны за спиной. Через мгновение он жадно накрыл мои губы своими. Он целовал меня так, будто это было самым большим желанием в его жизни. Наконец-то удалось вырваться из его хватки и с жутким желанием вытереть губы, я отвернулась.
— Что же выходит, когда тебя так целовал Фабио, ты не сопротивлялась, а сейчас делаешь из себя святошу? А ведь я мог бы помочь тебе. Принести еды, развязать руки, отвести в более подлежащее для жизни место.
— Я лучше умру, чем буду ложиться под тебя, — прыснула ему в ответ я, на что Альберт только улыбнулся.
— Как хочешь. Вот только после встречи с моим папулей, предложение уже будет не актуально.
Но я продолжала молчать, храня последние крупицы гордости и надежды.
— Кстати говоря, он ждет тебя.
По телу пробежали мурашки. И меня резко кинуло в жар.
— Так уж и быть, я попрошу, чтобы он был менее жесток к тебе, но я не могу обещать, что он меня послушает.
— Что вам нужно от меня? — собрав все силы, спросила я.
— Информация. А еще, ты – отличная приманка для Фабио.
— Я ничего не знаю, что могло бы помочь вам. А если бы и знала, никогда бы не рассказала.
— Посмотрим, как ты заговоришь через пару часов.
На моем лице застыл неописуемый страх. Я знала, что когда-то это случиться, что рано или поздно Ричард Янковский захочет увидеть меня, но я не ожидала, что это случиться так скоро.
— Вставай, принцесса. Пора отправляться на встречу с королем.
***
Фабио
Прошло два дня с момента, как Ана пропала. Двое суток, сорок восемь часов, две тысячи восемьсот восемьдесят минут, сто семьдесят две тысячи восемьсот секунд я не видел ее улыбки. За это время я ни разу не сомкнул глаз. Каждый из "Della Magliana" делал все возможное, чтобы найти ее. Я был готов сровнять весь Нью-Йорк с землей. Мне хотелось верить, что девушку не тронули, что ей не причиняли боль. Ана не должна страдать из-за меня.
— У нас есть четыре потенциальных места, где может быть Ана, — ворвался в кабинет Питер. — Это те места, где чаще всего был замечен Янковский младший за последние двое суток.
Я поднял на него взгляд и внутри все перевернулось.
— У нас нет времени, чтобы проверять каждое. Нас везде встретят, будь уверен.
Питер кивнул и разложил карту на стол.
— Красным обведены все предполагаемые места, — указал он на карту.
— А теперь нам нужны абсолютно все идеи и догадки. Нужно найти Ану. Как можно скорее.
Мы нависли над картой и через пару минут Джеймс присоединился к нам.
— Есть идеи? — спросил Джеймс.
— Анализируем местность и расположение каждого из объектов, — твердым и уверенным голосом сказал я.
— Это, — Питер указал на первую отметку. — Один из складов Янковского. Отшиб города, полно охраны. Об этом месте знают лишь люди из внутреннего круга.
— И мы, — заметил Джеймс.
— Учитывая то, что они знают, где находится наш склад, мы квиты, — сказал Питер.
— Хороший вариант для того, чтобы спрятать заложника, но я уверен. что они прячут Ану там, где мы сможем ее найти. Анастасия лишь приманка, — объяснил блондин и я смерил его взглядом. — Ничего личного, Фабио.
— Если рассматривать это место, — Джеймс указал на вторую отметку на карте. — Ресторан Ричарда Янковского. Там Альберт и Анастасия впервые встретились один на один. Есть складские помещения, но много людей. Думаю, этот вариант отпадает сразу.
Я кивнул и посмотрел на карту. Оставалось два варианта. И оба они отлично подходили для того, чтобы держать там заложника.
— Заброшенный завод, — произнес я.
— Или стройка.
— Предлагаю голосовать, — сказал Джеймс.
— Мы взвесим все аргументы, Джеймс, а не просто проголосуем за понравившиеся варианты.
— Я это и имел в виду, приятель. Я понимаю, что ты на нервах, что ты переживаешь за Ану, но мы сделаем все, чтобы найти ее. Мы с тобой, Фабио. Сейчас нам всем нужен холодный ум для рациональных решений.
Я смерил его взглядом, а затем кивнул. Нужно было собраться.
— Янковский в любом случае знает, что мы следили за ними, именно поэтому нас и вели по данным следам. По следам, которые люди Янковского нарочно расставили. Янковский знает, что мы ищем Ану и он знает, что мы ее найдем. Он лишь тянет время, — выдал я.
Он тянет время, чтобы успеть допросить Ану...
Через десять минут был отдан приказ, чтобы все готовились к штурму. Несколько снайперов будут стоять на позициях по периметру здания, чтобы в случае побега кого-то из людей Янковского, оборвать их планы. Почти вся служба безопасности также отправится с нами. Кроме них будут Джеймс и Питер. Больше я никому не доверял.
Уже утром мы вернемся домой. Уже утром Ана будет спать в теплой и чистой постели, в моих объятиях.
***
Анастасия
Двое мужчины вели меня сквозь длинный коридор. Стены вокруг были серыми, под потолком можно было увидеть труды, которые местами протекали.
— Шевелись, красавица, — подтолкнул меня один из тех, кого прислали за мной.
Даже забавно было осознавать, что за одной девушкой, которая не ела нормально двое суток и была без сил, прислали двух мужчин, что больше меня в два раза минимум. Неужели бояться того, что я могу сбежать или дать отпор?
Мы вошли в большое помещение без дверей. Единственным источником света были небольшие окна, что располагались практически около потолка. Меня посадили на стул, что стоял посередине. Руки по-прежнему были связаны.
— Анастасия Тернер, марионетка Фабио Моретти, — услышала я противный мужской голос и кровь застыла в жилах.
Я слышала его шаги, что с каждой секундой приближались. И вот передо мной стоял он, человек, из-за которого разрушилась не одна жизнь, человек, который стал причиной моих ночных кошмаров.
— Рад наконец-то познакомиться с тобой лично, — сказал он, внимательно оглядывая меня. — В каком-то смысле я даже понимаю Моретти, красавица, как не крути.
— Что вам нужно?
Я внимательно оглядела его. На первый взгляд, ему была чуть больше пятидесяти. Острые черты лица, щетина, такие же леденяще-голубые глаза, как и у Альберта. Он был не очень высоким. Серый костюм сидел на нем, словно родной. Ричард Янковский был настоящим воплощением жестокости и страха.
— Давай договоримся не врать друг-другу.
— Это сэкономит нам время, — сказала я ти увидела одобрительную улыбку.
— От тебя мне нужна откровенная правда. Если расскажешь все, что знаешь о "Della Magliana" и слабых местах Фабио, обещаю, больно тебе не сделают.
— Ничем не могу помочь только по той причине, что ничего не знаю, — вру я.
— Ложь!
От неожиданной и столь резкой смены его эмоций, все тело напряглось. Все внутри, будто задрожало.
— Скажи мне, как долго вы спите вместе?
Я смотрела на него с гордо поднятой головой и молчала.
— Что же такого Фабио тебе дал, что ты закрыла глаза на тот факт, что это он разрушил твою жизнь? Ведь из-за него твоя жизнь рухнула. Или подожди, — он прикрыл рот руками. — Он тебе не рассказал об этом? Конечно, он не рассказал тебе о том, как собственноручно пристрелил твоего отца. А ведь он знал, что у него есть маленькая дочь и жена.
Я пыталась отключить свой мозг, пыталась не слушать то, что он говорит, но внутри меня что-то опять разбилось. Вот только теперь еще сильнее. Я молчала, но хотелось кричать. Кричать так, чтобы весь мир услышал меня, почувствовал мою боль. Я была опустошена и уничтожена внутри, но снаружи я все так же была непоколебима. Я все так же продолжала цепляться за свою гордость.
— Что ж, раз ты не хочешь говорить, придется тебя заставить, — сказал он и слегка поднял правую руку вверх, тем самым давая сигнал одному из своих приспешников.
Один из них подошел сзади и положил свои ладони на мои плечи, чтобы я не дергалась. Второй же встал прямо напротив и через минуту моя челюсть садила от жуткой боли. Я почувствовала металлический привкус во рту. Губа явно была разбита, а на лице останется синяк.
— Не очень хочется портить твою уникальную красоту, так что в твоих же интересах, Анастасия, рассказать нам то, что ты знаешь.
Все, что я помню далее – боль, привкус крови во рту вперемешку с моими слезами, а затем мир погрузился в темноту.
Я шла по полю, что было усыпано снегом. Мои босые ноги касались морозной земли, но холода я не чувствовала. Я смотрела на то, как падает снег и шла к прекрасному дому, что находился прямо на моем пути. Лужайка вокруг дома была зеленой, а снег вовсе не падал там. Зима и холод будто миновали этот дом. Из окон лился свет. Можно было заметить, что внутри были люди.
Я подходила все ближе, а ветер, что дул мне в лицо, становился все сильнее и холоднее. Теперь холод пробивал каждую клеточку и каждую косточку моего тела. Щеки горели от холода, пальцы рук я уже не чувствовала, но продолжала идти. Падая, поднимаясь и вновь падая, я шла прямо к дому, что казался для меня райским уголком в этом жестоком мире.
Подойдя к нему, я ступила на мягкую траву и мое тело накрыла волна облегчения. Я упала коленями на теплую землю и подняла взгляд к небу, что было чистым и невероятно голубым. Услышав смех в доме, я поднялась и подошла ближе, чтобы оказаться около окон.
Внутри царила такая же приятная атмосфера, как и около дома. Аромат свежей выпечки и кофе донесся до меня. Живот начал предательски урчать. Я смотрела на двоих влюбленных, что вместе готовили обед. Они стояли ко мне спиной, но можно было понять, что они молоды. Вдруг на кухню забежала маленькая светловолосая девочка с веснушками на щеках. Она подбежала к маме и та взяла ее на руки. Теперь я могла отчетливо рассмотреть внешность человека, за которым наблюдала. Пшенично-золотого цвета волосы были убраны в хвост, карие глаза были обрамлены густыми ресницами. На меня смотрела я. Счастливая я. А рядом стоял никто другой, как Фабио. Он поворачивается к ребенку и нежно целует девочку в нос, а она начинает смеяться.
Снежная буря, что бушевала за границами участка этого дома, начала набирать оборотов. Теперь снег накрыл и лужайку, которая минуту назад была залита солнцем. Я упала на траву и не могла пошевелиться. Снег начал падать сверху. Вскоре он усыпал все мое тело.
Я не чувствовала ничего, кроме холода и пустоты внутри.
Очнулась я на том же месте, где и потеряла сознание. Руки все так же были привязана к стулу, но теперь в помещение не было никого, кроме меня. Только тишина, что разрушала меня изнутри.
***
Из сна меня выдернули звуки выстрелов. Первая эмоция – страх, вторая – надежда. Я начала оглядываться, но по-прежнему не наблюдала никого в помещение, где находилась.
Звуки выстрелов стали отчетливее и через минуту мое одиночество прервали двое, что несколько часов назад не жалели сил на то, чтобы выудить из меня любую информацию.
— Это на случай, если решишь покричать, — сказал тот, что повыше и засунул в мой рот что-то наподобие тряпки.
Я начала дергаться, но увидя оружие в их руках, остепенилась. Сейчас я могла сделать этим хуже только себе.
Выстрелы продолжались, несложно было догадаться, что снаружи велась перестрелка и мысль о том, что это мог быть Фабио, который пришел меня вызволять, давала надежды.
Через несколько минут звуки затихли и двое, что охраняли меня, переглянулись.
— Перебили скотин, — сказал один из них.
— Походу, твоему дружку пустили пулю в лоб, красотка.
Я лишь промычала в ответ, а они рассмеялись.
Неожиданно, спустя несколько секунд в помещение ворвалось еще несколько мужчин и раздались звуки выстрелов. От испуга я перевела вес тела вправо и вместе со стулом упала на пол. Меня сковал страх, так близко я еще никогда не слышала выстрелы, настоящие выстрелы.
Когда звуки утихли, меня резко подняли и я встретилась взглядом с голубыми глазами. Он вытянул мне тряпку изо рта и навис надо мной.
— Ну привет, красотка. Соскучилась?
— Питер! — вскрикнула я, а затем осеклась, ведь не знала, если ли рядом кто-то.
— Тише, красотка, сейчас тебя развяжем.
— Где Фабио? — спросила я.
— Мы разделились, чтобы найти тебя. Не переживай, вы скоро встретитесь, — ответил мне блондин.
Он освободил мои руки и я наконец-то почувствовала такое долгожданное облегчение. Потирая кисти, я осмотрела Питера. С первого взгляда, он был в полном порядке.
— Ты как? — он осмотрел меня, во взгляде читалось сожаление. — Идти сможешь? Как только выберемся, сразу покажем тебя врачу.
— Смогу. Ноги целы, значит смогу.
— Тогда надо спешить, — сказал он мне и я кивнула. — Джеймс, она в порядке.
Только сейчас я увидела, что в нескольких метрах от нас стоял Джеймс и следил за тем, чтобы никто не ворвался к нам. Двое, что недавно избивали меня, лежали на полу.
— Они мертвы? — спросила я.
— Мертвее мертвых.
— Тебе тоже досталось, — заметил Джемс. — Ты как?
— Сейчас надо думать о том, чтобы поскорее выбраться отсюда.
Питер подошел к одному из трупов и вынул пистолет из его рук.
— Держи, — протянул его мне. — Теперь нужно применить все знания на практике.
Я взяла оружие из его рук.
Мы бежали по коридорам, периодически было слышно звуки выстрелов. Сама того не понимала, откуда взялось столько сил, учитывая тот факт, что я не ела и не спала несколько дней. Желание жить было сильнее, чем усталость. Периодически мы натыкались на тела уже мертвых людей. Успокаивало то, что среди них я не узнавала никого из "Della Magliana".
Вдруг что-то в груди защемило с новой, незнакомой мне ранее силой. Я немного замедлилась. Спустя секунду кто-то обхватил мое тело сзади и я почувствовала чужое дыхание на своей шее.
— Куда спешишь, принцесса?
— Отпусти ее, — Питер направил на него пистолет, но Альберт лишь рассмеялся.
— Не рекомендую делать глупостей, — сказал он и холодная сталь встретилась с моим виском. — Если не хотите, чтобы я вынес ей мозги.
— Отпусти ее, она тебе ничем не поможет, — произнес Питер.
— Какая выгода будет для меня?
— Анастасия не знает ничего о "Della Magliana". В отличие от меня. Я ведь буду полезнее, не так ли?
— Ты предлагаешь что? Чтобы я отпустил ее и взял тебя?
— Да.
— Питер, — прошептала я и получила от него пронзительный взгляд.
— Дай им уйти и я расскажу все, что знаю.
— Заманчиво. Хочу посмотреть на то, как Фабио убьет тебя за предательство, а затем умрет сам. Зрелище впечатляющее.
— Отпусти Ану.
— Хорошо.
Меня поверг шок. Он не мог так просто и быстро согласиться. Альберт играет свою игру. И мы не знаем ее правил.
— Хорошо, — произнес Питер и начал приближаться к нам.
Хватка Альберта ослабла, блондин протянул мне свою руку. Я медленно начала отходить от мужчины, что минутой ранее сжимал меня в мертвой хватке. Все произошло слишком быстро. Сперва крик, затем выстрел, мое тело падает на пол, чье-то обмякшее тело нависает надо мной, звучит второй выстрел.
Я глубоко дышу. Удар пришелся на руку, что сейчас болела, но все, что меня интересовало – Питер, что лежал на мне. Точнее было сказать, его тело. Я быстро перевернула его так, чтобы он лег на пол и встретилась с его голубыми глазами.
— Он хотел выстрелить в тебя, — сказал Питер, тяжело дыша.
— Тихо, тихо.
Я осматривала его тело и мой взгляд приковался к мокрому пятну крови, что растеклось по полу. Я расстегнула несколько верхних пуговиц его черной рубашки и увидела пулевое ранение.
— Что там? Все плохо? — спросил он, ловя мой взгляд.
— Нет, все нормально, — я прикрыла рану тканью и посмотрела на него.
Его лицо было бледным, дыхание стало прерывистым и не частым.
— Зачем ты это сделал?
— Кто-то должен быть счастлив. Умереть за друга – честь. Ты хороший человек, Ана, и ты заслуживаешь счастливой долгой жизни. Больше, чем кто-либо.
— Питер...
По моим щекам начали скатываться слезы. Я пыталась натянуть улыбку на лицо, чтобы хоть как-то успокоить друга, но вместе с Питером внутри умирала часть меня.
— Спасибо тебе за все.
— Не говори так, будто прощаешься со мной, Питер.
Он улыбнулся и сжал мою ладонь.
— Пообещай, что будешь счастливой.
— Питер...
— Прошу.
— Обещаю, — кивнула я и слезы полились новый ручьем.
Его хватка ослабла, а взгляд устремился наверх.
Питера больше нет.
— Нет!
Я уже не могла понять, чьи крики слышала. Возможно даже свои собственные. Пустота внутри меня разгоралась все сильнее с каждым мгновением, пока я наблюдала за бездыханным, ещё тёплым телом в своих руках,
— Ана, нам нужно уходить! — сказал Джеймс, как будто вытащив меня из комы.
Я сидела на коленях около своего друга, когда все совместные моменты проносились в моей памяти.
— Ты меня слышишь? — его просьбы собраться стали походить на приказы к действию.
Время будто замерло, я не понимала, сколько сижу здесь, на бетонном полу, вдоль и поперёк испачканном густой кровью, с уже остывающим телом когда-то дорогого человека на руках. Я потеряла счет времени и казалось, что мгновения длились вечность.
Я не могла перестать трясти его тело и надеятся на то, что он откроет глаза. Такие красивые и когда-то светившиеся от счастья. Слёзы продолжали катиться по щекам, а крики и звуки перестрелки стали одним целым. В тот момент я вновь потеряла себя и сознание тоже стало покидать моё тело, как вдруг сильные руки Джеймса оторвали меня от земли.
— Прости, но я не хочу, чтобы сегодня ты лежала вместе с остальными трупами.
Я уже не сопротивлялась, просто не могла, тело обмякло в сильных руках, мокрые дорожки слез без остановки стекали по лицу. Единственное, что я понимала – жизнь НИКОГДА не будет такой, как прежде...