Игра в жизнь|| 18+

Четырнадцать лет назад.

– Лика, солнышко, собирайся. – в мою комнату заглядывает мой дядя – родной брат моего отца.

– Дядя Эд, а куда мы поедем? – семилетняя я спрыгиваю с кровати и спешу подойти к шкафу с вещами.

– Это пока секрет, но я уверен, что тебе понравится. Будем считать это подарком от меня на твой день рождения.

– Но, ведь, до моего дня рождения еще целая неделя.

– Правда? Ну не страшно, давай бегом, время идет.

Наспех накинув на себя малиновую кофточку и джинсовые шорты, я завязываю сандалии и спешу выйти из дома вслед за дядей. Мы садимся в его машину и направляемся в неизвестную мне сторону.

Дядя Эдуард был из тех людей, кто несмотря на свой возраст всегда оставался ребенком. Этим он и отличался от своего брата. Если мой папа всегда был серьезен и приземлен, и имел более реалистичный взгляд на жизнь, то Эд в свою очередь всегда добавлял красок.

Его мир частенько отличался от нашего, но это не мешало быть ему заботливым и добрым дядей. Своих детей у него не было: его жена разлюбила его и ушла к другому, потому что ей надоели вечные «воздушные обещания». Эдуард частенько много чего выдумывал, особенно его истории обещали роскошную, полную разных прихотей, жизнь, но почти никогда это не становилось реальностью.

Дорога не занимает длительного времени. Буквально, через пятнадцать минут мы уже на месте. Из окна авто я вижу, что это огромный парк аттракционов. Я невольно ахаю от удивления.

Как по мне, сколько себя помню, дядя безумно меня любил. Мне так казалось. По крайне мере, он не обделял меня вниманием и постоянно делал какие – то невероятные сюрпризы. Это было в его репертуаре. Папа всегда возмущался, когда я проводила с ним время, но мне так это нравилось. Ведь пока мой отец был занят работой, в это время дядя учил меня всему: начиная от простого писания и заканчивая самообороной.

Билеты в кино, причем иногда мы проходили на те фильмы, которые вообще семилетнему ребенку запрещены, катание на лошадках, опасные аттракционы. Дяде не раз влетало и его ловили на мелких кражах, которые как раз – таки покрывал мой папа.

Но признаюсь честно – детство, проведенное с дядей Эдом, было самым лучшим, ведь оно было наполнено крутыми воспоминаниями.

– Дядя Эд, неужели это парк аттракционов Гол Холмс?! Он же еще не открылся, откуда ты достал билеты? – не могу поверить я. Мне улыбнулась удача, интересно, надолго ли?

– Сколько раз я просил не называть меня дядей? – его лицо вмиг становится серьезным: подбородок напрягается, сжимаются скулы. Свои тоненькие губы он поджимает, а в его коньячно – карих глазах вмиг просыпается холод.

Отец часто говорил, что, когда я злюсь мой взгляд в точности подчеркивает характер дяди Эда. Мы похожи и это факт.

Дядя всегда строит эти гримасы, когда злился. Только во время злости он может быть серьезным. А злит его всего две вещи: когда ослушиваются его приказов, и не слышат то, о чем он пытается сказать.

***

Я принимаю горячий душ. Вода, обжигающая кожу, постепенно стекает по моему телу. Назойливые капли сползают с ресниц и бровей и норовят попасть в глаза.

Перехватывает дыхание от нахлынувших воспоминаний. Я глубоко вдыхаю и шумно выдыхаю. Проведя руками по мокрым волосам, я выжимаю из них воду и собираю в пучок. Плохая идея. Они станут пушистыми, и я не смогу их уложить.

Выйдя из душа, я накидываю полотенце на оголённое распаренное тело и выхожу из ванной комнаты. Босиком, шагая к спальне я оставляю по белому паркету мокрые следы. Зайдя в свою спальню, я захлопываю дверь. Открыв шкаф, ищу, что же можно надеть на учебу. Как вдруг стук в дверь.

– Принцесса, ты уже собралась? – слышу я папин голос. – Если ты готова, я могу тебя подвезти.

Я моментально сбрасываю полотенце и накидываю халат. Открываю ему дверь. Облокотившись о дверной проем, я внимательно смотрю на своего отца.

– Ты заберешь минивэн?

– Да, принцесса, он мне нужен, надо съездить по работе, такси не вариант. – он осматривает меня с ног до головы. – Вижу, ты еще не готова, минут пятнадцать тебе хватит?

– Да ладно тебе, пап, я зака...– застываю с открытым ртом, так как он перебивает меня.

– Я подвезу тебя. И это не обсуждается. Давай собирайся, жду во дворе. – папа разворачивается на пятках и идет прочь.

– ...жу такси. – закатив глаза, я возвращаюсь в комнату, захлопнув за собой дверь.

***

Папа греет машину, когда спустя двадцать минут я выхожу к нему. Он открывает переднюю дверь, приглашая меня запрыгнуть. Я шмыгаю носом и молча заваливаюсь в тачку. Он садится следом.

– Ты куда так натопил? – выпаливаю я, убавляя температуру. – Тут вообще дышать нечем. На улице так – то осень.

В ответ мой отец лишь смеется. Его смех такой спокойный и приятный.

– До куда тебя подбросить? – сменяет он тему.

– До сквера Гол Холмс. – отрезаю я, устремляя свой взгляд на дорогу. – Хочу прогуляться. – это крайние слова, которые я произношу, прежде чем окунуться в мир своих воспоминаний.

Пять лет назад.

– Да не получается у меня Эд! – громко ругаюсь я, уже в сотый раз бросая оружие.

– Ты плохо стараешься. – произносит он и я слышу нотки агрессии в его таком странном голосе. Голосе, наполненным безумия, но меня это закаляет.

Он выхватывает пистолет из моих рук и одним рывком стреляет во все впереди стоящие банки, ни разу не промахнувшись. Точно. В цель.

– Почему в свои шестнадцать лет, я должна заниматься этой ерундой?

– Это не ерунда! – выкрикивает дядя Эд, не сдержав свои эмоции в узде, как он делает это обычно. – Ты живешь в современном мире, и ты просто обязана уметь за себя постоять!

По моим щекам предательски текут слезы. Я слабая. Я сдаюсь. Эдуард сначала не обращает внимания, но затем подлетев и упав рядом со мной на колени повторяет медленно и тихо:

– Лика, Лучик, ты должна собраться, спрятать свои эмоции и попытаться перенаправить их во что – то другое. – от его шепота бегут мурашки по телу. Он протягивает мне пистолет. – К примеру, вот на это. – подняв свой взгляд, я заглянула в его глаза. В них промелькнула искра. Но что это было? Искра безумия, сумасшествия? Правильно ли он поступает? Законно ли вообще шестнадцатилетнюю девочку учить пользоваться огнестрельным? Или он прав. В нашем мире действительно опасно не быть застрахованным.

Неожиданно подъехавшая тойота заставила моего дядю отойти в сторону и отбросить пистолет. Приказав охранникам немедленно все убрать, дядя Эд хватает меня за руку и хочет повести в дом, как неожиданно дорогу ему преграждает мой отец.

– Эдуард, ты совсем ненормальный? Ты чем здесь занимаешься? Я оставил тебе ребенка не для того, чтобы ты его угробил! – мой отец никогда еще не повышал свой голос настолько сильно. Видимо, лопнуло терпение.

– Успокойся Эванс. – бросает дядя, пряча меня за своей спиной, но все также сильно сжимая мою руку. – Я уверен ей это необходимо.

– А ты не слишком ли охренел Эд?

Мой отец ругается? Что – то новенькое.

– Она подросток, причем девочка. Какое ей сейчас оружие? И не надо придумывать гениальные оправдания. Я прекрасно знаю, чем вы тут занимаетесь.

– Ты губишь ее детство. Эти навыки нужны всем, как и мальчикам, так и девочкам. Ты сам знаешь, что ситуации в жизни бывают разные.

– Это ты губишь ее детство, ломаешь девочке психику.

– Я готовлю ее к худшему и...

– Эдуард, она моя дочь, а я ее отец и здесь я буду решать, как ее воспитывать. – манера перебивать у моего отца несомненна любимая. – Поэтому будь добр отпусти ее. Это была последняя капля моего терпения. Отныне ты ее не увидишь. – отрезает мой отец. Он настроен серьезно.

Дядя лишь кривит зубы и недовольно хмыкает, грубо толкнув меня вперед. Но...

Я не хочу идти. Отец – человек слово. Он всегда держит свои обещания и слова на ветер не бросает, в отличии от дяди.

Если сейчас Эд готов вот так просто отказаться от меня, то буквально через неделю он будет умолять моего папу на коленях, дабы тот разрешил ему меня увидеть.

Я боюсь. Боюсь, что больше не увижу его. Да, я люблю и уважаю отца, но и любовь Эда для меня не лишняя. А даже наоборот. Она прибавляет мне сил, уверенности.

– Анжелика, – по спине пробегает холодок. Полным именем отец называл меня всего пару раз и честно признаюсь эти «пару раз» были не самыми лучшими отрывками моей жизни. – Немедленно идем со мной. Я долго мусолить не буду. Ты меня знаешь. – такой холодный, такой чужой. Это не мой отец.

Он не может быть так жесток. Лишить меня такой возможности общаться с родным дядей...но жизнь безжалостна. Она, словно жестокая игра с массивными соперниками, которые ни в коем случае тебе не уступят и не отдадут победу. Ни за что.

Я со слезами смотрю на Эдуарда. Он, увидев мои слезы, отворачивается. Мне никто не поможет. Все уже давно всё за меня решили. Так и быть. Сыграю по вашим правилам.

***

– Ты все еще туда ходишь? – отец только сильнее сжимает кожаный руль своего минивэна.

– Да, а что не так? – я вызывающе смотрю ему в глаза. Человеку, что просто перечеркнул мое будущее прислушиваясь к личным принципам. А ведь я даже не успела с ним попрощаться...

– Тебе не следует туда ходить. – старается быть суровым, но его страх мне навредить, вызывает дрожь в голосе.

– Это почему же? Послушай, ты итак лишил меня возможности видеться с человеком, что кажется был единственным дарящим мне свою искреннюю любовь. Поэтому не пудри мне мозги и просто высади меня в указанном месте. – Я отворачиваюсь, накидываю капюшон куртки и уставляюсь в зеркало заднего вида.

Мелькают аллеи. Осень. Такое прекрасное время года, но я так его ненавижу, ведь скоро мой день рождения.

– Лучик, – обращается ко мне отец.

– Не называй меня так! – бубню я.

– Прости, принцесса, я наоборот старался уберечь тебя от такого человека, как твой дядя, ведь он просто эгоист, который никогда и никого не любил. Он пользовался людьми, и ты тоже была нужна ему для корыстных целей. Я до сих пор не знаю каких именно, но я в этом уверен.

– Интересно, для каких это целей ему пригодилась бы шестнадцатилетняя родная по крови племянница? – язвлю я, все также не переводя взгляд с вида за окном.

– Одному Богу это известно. Но тем не менее у него не получилось тобой воспользоваться. – отец резко зажимает тормоз. – Мы приехали.

Я привстаю и оглядываю местность. Несмотря на все упреки, он все равно привез меня туда, куда я и просила. Кинув ему напоследок два заветных слова: «спасибо, пока», я выхожу из салона, прикрываю дверь и направляюсь прямо, снова утопая в своих мыслях.

Ощущаю всем телом отцовский взгляд, что смотрит мне в спину, следя за тем, как я постепенно удаляюсь. Звук мотора дает знак, что теперь я окончательно могу расслабиться и медленно, без лишней спешки продолжить свой путь.

Неожиданно на телефон приходит смс. Вынув телефон из кармана куртки, я снимаю блокировку экрана и вижу три сообщения и один пропущенный вызов от Амелии. Неужели что – то случилось?

Моментально набрав номер, я слышу взволнованный голос Ами:

– Подруга ты где?

– Я в парке нахожусь, а что? Пары ведь еще не начались, ты чего шубутная такая?

– Да тут собрание в главном холе, объявляют студентов по обмену, а также мистер Эллингтон решает все по поводу осеннего бала, в честь нового учебного года. Так что давай, долго не разгуливай, а подтягивайся сюда. Иначе все интересное пропустишь!

– Окей, – отвечаю я и спешу сбросить звонок.

Приземляюсь на ближайшую скамейку, я прикрываю глаза. Прохладный осенний ветерок раздувает мои и без того волнистые темные волосы, что выбиваются из – под шапки. Я закидываю сумку себе на колени и утыкаюсь носом в шарф, что полностью пропитан моими духами.

Три года назад.

– С днем рождения, милая! – шепчет мама, пихая в мои руки огромную ярко – зеленую коробку. Она дарит мне свой нежный поцелуй в лоб, затем отстраняется.

Ее сменяет папа, только что вошедший в комнату с огромным букетом орхидей. Ванильные орхидеи. Мои любимые цветы.

– С твоим днем, принцесса. – произносит он, протягивая мне свой подарок. Затем он отходит в сторону, и я вижу огромную белую коробку, стоящую посреди комнаты. – Открывай. Тебе понравится. – отец наигранно улыбается, и я это замечаю.

Боже, неужели там то, о чем я думаю. Точнее тот.

Я переползаю через кровать и бегу смотреть, что же там такое, предвкушая самое лучшее. Развязав огромный бант, коробка открывается и из нее вылетает большая связка шаров. Заглянув внутрь, я вижу маленькую бумажку. Беру в руки и внимательно читаю.

Это билет. В летний лагерь, что находится в Калифорнии у подножия гор Санта – Моники под названием «Malibu Kings College Summer» *.

Меня неожиданно накрывает волна эмоций. Негативных.

Прошло два года с тех пор, как я прервала связь с дядей Эдом. Вот уже два года я встречаю свой день рождения без него. Мой отец совершил фатальную ошибку отгородив меня от него. Он лишил меня всех возможностей.

И даже сейчас, он до сих пор пытается отправить меня подальше лишь бы Эд не смог связаться со мной. Путевка в лагерь здесь не спроста.

– Что это? – прикидываюсь дурочкой.

– Волшебный билет в одно очень удивительное место. – папа подходит ближе и кладет руку мне на плечо.

Я вздергиваю им и резко поворачиваюсь, тыча эту злосчастную бумажку ему прямо в лицо.

– Я прекрасно вижу, что это путевка в лагерь, но пап, кого ты пытаешься обмануть? Я уже не маленькая девочка и все прекрасно вижу. Ты специально ее купил? Чтобы избавиться от меня? Надеешься, что, отправив подальше, ты сможешь уберечь меня от напора дяди Эда? – я рву билет на две неравные части и швыряю его на пол

– Милая, – опешивает мама и делает уверенный шаг навстречу мне.

Я вытягиваю руку вперед, не подпуская их ближе.

– Мне надоело жить по вашему желанию. Вы даже не представляете насколько сильно вы поломали мой мир, заставив меня оставить дядю и беспричинно порвать с ним любые контакты. – я обхожу родителей, предварительно толкнув их плечом, и оставляю наедине со своими мыслями.

***

Поднявшись со скамьи, я жадно глотаю воздух и громко кашляю. Судорожно схватив сумку, тянусь в карман за мобильным, дабы посмотреть время. На часах показывает восемь часов и десять минут. Через двадцать минут начинается первая пара. Пора идти.

Я выхожу на тротуар и бреду прямо в сторону академии. Проходя мимо Гол Холмс что – то внутри предательски колит. Но я не останавливаюсь и продолжаю свой путь.

До дверей академии я добираюсь заметно быстро. Войдя внутрь, скидываю шапку и куртку и держа все в руках иду прямо на поиски нужного мне кабинета.

Собрание, о котором говорила Амелия уже закончилось, и сидящие там студенты начали один за другим выходить из «позолоченных» дверей холла.

Я втыкаюсь лицом в экран и собираюсь зайти в аудиторию, где с минуты на минуту должна начаться пара. Ами на горизонте не наблюдается. И куда она могла исчезнуть?

В проеме я сталкиваюсь с молодым человеком, что вылетает из кабинета со скоростью света, буквально сметая все на своем пути. В том числе и меня. Я роняю телефон и все свои вещи собственно тоже.

– Уйди с дороги. – рычит он мне, демонстративно толкнув локтем в бок.

Недоумеваю, как можно быть таким несусветным нахалом? Быстро сообразив, я собираю вещи и швыряю их на скамью. Затем тороплюсь вслед за парнем, что так стремительно удаляется. Схватив его за рукав кофты, я спешу преградить ему дорогу.

– Очередная поклонница? Автографы не даю. – выпаливает он, отодвигая меня в сторону.

Я опешившая, слегка теряюсь. Какой самодовольный и влюбленный кретин!

– Эй, болван, тебя манерам случаем не учили? Ты, как бы, в элитной академии находишься, а не в Арканзасе** – кричу я вслед его удаляющейся фигуре.

Парень тормозит и развернувшись, стремительно приближается ко мне на три больших шага.

– Спасибо, что открыла Америку. – ухмыляется. – А то я совсем уже потерял ориентир. – он демонстративно разводит руками.

– Все что ты потерял – это свои мозги. – язвлю я, и быстро иду в противоположную от него сторону. Идиот.

____________________________________________________________________________

*Malibu Kings College Summer – солнечный лагерь, входящий в список 3 популярных школ для русских детей и иностранцев, находится в студенческом городке при университете Pepperdine. Особое внимание заслуживает расположение летнего лагеря в невероятно красивом месте у подножия гор Санта-Моника, откуда ученикам открывается живописный вид на побережье Тихого океана.

**Арканзас – один из бедных штатов в США. Несмотря на трехмиллионное население, штат остается одним из неблагополучных. (Уровень ежемесячного дохода составляет 190 – 205 тыс. руб).