глава 28
— А знаете что... — вдруг заговорил Повелитель старцу, когда тот отвернулся для того, чтобы поправить что-то в своём кабинете, — у меня появилась некая идея, чем можно было бы использовать тело женщины в живом виде... Можно ли найти противоядие для данного эксперимента?
Старец медленно повернулся, чтобы посмотреть в глаза тому, кого знал уже не в первый год. Он тихо кивнул и подошёл к стеллажам и долго стал переставлять флакончики с места на место, что-то ища. Может, это было сделано для того, чтобы потянуть время, кто знает. Ведь старец точно знал, что это не похоже на обычное поведение Синноса в своём лице, но если он сказал, нужно сделать.
Мужчина ожидал у стола. Роза в теле Синноса всё больше и больше теряла бдительность. Препарат, который она себе вколола, скорее всего, начинал медленно убирать свои силы с её тела, ведь у неё начинала сильно болеть голова. Старец наконец-то нашёл то, что искал, и поставил один небольшой флакончик с размером в палец перед ним.
— Это должно помочь... но помните, жертва может вести себя непредсказуемо. Лучше закрепить её, нежели отпускать, — проговорил он ему, проводя рукой по своей бороде.
Его взгляд устремился на глаза Синноса, будто бы он уже знал, что это не он, а какая-то другая девочка, решила оживить свою мать. Он же не мог её видеть, да? После пристального наблюдения за действиями правителя, старец вернулся на своё место и постукал пальцами по столу, вызывая подчинённых.
Они появились как пыль из неоткуда. Дым медленно гулял по каменному полу, показывая пыльными очертаниями лица подчинённых старца.
Он отдал им наказ, чтобы те делали инъекцию обратного воздействия на тело женщины... Конечно, кому понравится выполнять такую работу? Они сейчас были на другом конце поместья, а теперь нужно было идти вновь сюда.
— Зачем нам это делать? Разве она не нужна была вам мёртвой? — проговорил один мужчина, который был точно так же с бородой и закрытым глазом повязкой. Рядом с ним, кажись, стоял его брат.
Так Розмари подумала, потому что они выглядели почти одинаково, просто повязки были на разных глазах, и шрамы из-под них выходили тоже по разные стороны.
— Мы ведь вам говорили, что сейчас идём на другой случай, — оказал другой. Они оба не видели Синноса и не могли знать, что правитель был рядом с ними.
Двое молодых подчинённых возмущались тому, что не хотели выполнять наказ. Но когда один из них повернул голову в правую сторону, то сразу же замолк, потянув брата за руку, чтобы тот тоже закрыл свой рот. Ибо голову с плеч могут снести за такие высказывания.
Это они так Синноса увидели, стоящим с серьёзным лицом и выслушивающим их бесконечные недовольства, только вот у самой Розы сил уже не было. Она просто поблагодарила старца за понимание и вышла из кабинета. Она забежала в первую попавшуюся комнату следом, где почти сразу же упала на пол от бессилия.
Действие препарата закончилось, только теперь придётся помучиться от сильных судорог отходного действия, про которые никто не знал. Её тело дрожало то от холода, то от жара. Её кидало в пот даже тогда, когда ей становилось до ужаса холодно.
Девушка находилась в подсобном помещении, если сюда сейчас могут явиться люди за такими-то припасами, ей точно не жить. Но голова Розы была настолько невменяемой на данный момент, что она даже не осознавала всех рисков этого поступка.
Но даже если и осознавала, она двигаться нормально не может, потому что дрожит. Она бы точно так же могла упасть посреди коридора, где те два парня увидели бы её первым делом. Поэтому это лучше, чем там.
Руки девушки почему-то были влажными, не сказать что это пот, но и не точно что вода. Они просто стали скользкими и липкими одновременно. Если Синнос каждый день такое колет на постоянной основе, то для чего? Для того результата? Или он не успевает отходить от этого?
Может быть, это просто слишком большая дозировка, как для маленького тела подростка в свои шестнадцать лет. Синнос, как никак, скорее всего, делает это не первый день, если просит большие граммы. Вы ведь помните тот разговор между ним и старцем, который говорил о том летальном исходе, который может произойти из-за слишком большого объёма?
Главное, чтобы теперь это не случилось и у Розы.
— Господи, как же плохо... Как холодно... — шептала девушка сама себе.
Она сжала слабо свои кулаки и попыталась приподняться, но вместо этого в глазах потемнело, и она легла обратно. Нет, она не потеряла сознание, просто потемнело в глазах и вновь всё чётко, лишь иногда плывёт, когда делает резкие движения.
Спустя неопределённое количество времени, девушка наконец-то смогла тяжело, но полно вдохнуть. Вдох получился нормальным, но с большим усилием, что было уже победой. Розмари, держась за стену, поднялась, смахивая капли пота на своей коже, уж точно это было не самым приятным видением, которое она видела.
Девушка открыла двери и медленно вышла из подсобной комнаты, сразу же обращая внимание на то, не идёт ли кто-то... По её мыслям, матери уже должны были сделать препарат. Но подействует ли он? Хромая на одну ногу, она дошла до помещения, в котором она должна быть, и услышала громкие разговоры.
Вновь те мужчины говорили о том, что их заставляют работать. Теперь понятно, что инъекция ещё не была поставлена. Роза заскочила в комнату к матери, смотря за тем, как она лежит в той же позе, как и тогда. На спине, сложив руки с закрытыми глазами. Несмотря на то, как она хотела сесть рядом, девушка напомнила себе, что важно сейчас не попасться на глаза.
Сколько раз она уже это себе говорила? Десять раз? Сто? Тысяча? Да она всё это время, как никак, старается не попадаться на глаза тем людям, которые могут причинить ей вред... даже сейчас, сидя в шкафу с приоткрытой дверью, она смотрела, как ей вкалывают инъекцию, держа крепко за плечи.
Яд начал действовать почти моментально. Мия немного дёрнулась от резкой смены температуры в своём теле. Тот парень, который был с повязкой на правом глазу, держал её за плечи до тех пор, пока эта странная дрожь, если её так можно назвать, не перестала быть в её теле.
— Чёрт, может, оставим её так лежать? — предложил один своим хриплым голосом.
— Да... Так будет лучше, вроде как она не будет слишком опасной, а тратить ещё одно заклинание впустую не хочется... Пойдём.
Парни ушли, оставив её лежать одну в этой комнате. Это тоже было тупо, ведь если они говорили, что человек может быть непредсказуемым в это время, то зачем оставлять его одного? Не важно. Главное, что Мие должно стать намного лучше. Роза вышла из шкафа и подошла к своей матери, садясь рядом и держа её за руку.
На глазах кожа на женщине становилась природного оттенка, точнее того оттенка, которого она обычно и была. Мия сама по себе была точно так же, как и Роза, бледной, но когда эта бледность переходит в мёртвую бледность, становится неприятно.
Грудная клетка заметно начинала приходить в тонус и выравнивать дыхание. Может быть, если бы она нащупала пульс, он тоже был бы в норме. Она просто не умела этого делать нормально. Знаете, когда хочешь найти, но не получается. Уходит то место, которое ищешь.
— Всё будет хорошо... Правда, мы найдём отца... и вернёмся домой, — прошептала Роза, смотря на дрожащие веки матери.
Она вот-вот придёт в себя, и всё будет правда хорошо. Одного родителя она уже нашла, смогла найти, найдут и второго, ведь так? У них вновь будет большая семья, к которой они долго шли. Хорошие отношения и разговоры по вечерам.
Мия пришла в себя спустя ещё пару минут... Её взгляд был полностью затуманенный, как будто она вспомнила всё, что с ней случилось... Картинки менялись в глазах, напоминая, что они не дома. Ну, потребовалось чуть больше времени, чем самой Розе, чтобы понять, что она больше не спит.
Действие яда почти полностью закончилось в её теле. Мама сжала руку Розы, чувствуя какое-то родное тепло, которое не понимала, откуда происходит. Когда Мия полностью была с ней, она повернула голову в сторону дочери, не веря своим глазам от того, что видит. Она сидела перед ней, живая, да, конечно, потрёпанная до ужаса, но главное что живая.
— Господи... Роза, — прошептала рано женщина, прижимая к себе.
Роза помогла ей сесть на кровать, чувствуя, как мать начинала крепко обнимать её и цепляться так, как будто она была последним, что она видела в этой жизни. Роза сделала точно так же и в ответ. Она не могла оставаться без чувств, когда правда была рада видеть свою мать живой и почти целой.
Да, конечно, может быть, что-то было не так, но сейчас, когда они крепко обнимали друг друга после долгой разлуки, Роза понимала, что семья стала для неё самым родным в её жизни. Мия подняла её голову и аккуратно поцеловала в лоб, как делала все эти годы.
Розмари тихо засмеялась от этого, отпуская наконец-то мать из своих рук. Женщина первым делом встала с кровати, она была нестабильна, но кажись, это не слишком сейчас волновало.
— Нам нужно быстрее найти выход, давай... бегом, вставай, — судорожно проговорила Мия.
— Мамочка, где папа? Где он?
— Нам нужно найти выход, вставай, — не унималась женщина.
— Я без папы не уйду.
— Так говорил Итан, он обязательно найдёт выход, всё будет хорошо. Слышишь? Мама найдёт выход, и всё будет хорошо. Мы ему поможем, только сейчас нужно найти выход.
— Но...
— Никаких но, вставай.