глава 29
Монитор показывал страшные картины. Опустошенный город, в котором нет живой души, лишь страшные мутации, прячущиеся в разрушенных зданиях. Все напоминало те миссии, в которых Клэр уже когда-то бывала. Она не видела ни Криса, никого. Трупы лежали просто так на улицах, убитые до изуродованных тел.
К сожалению, запасную команду уже убили. Они вышли на поиски основного спецназа ещё вчера вечером, но не справились из-за сильного давления со стороны чужого скопления существ, окруживших их через пару часов. К сожалению, ребята не смогли выбраться оттуда и умерли на месте из-за сильных ранений либо же потери крови.
Все напоминало какой-то фильм ужасов. Только этим ужасом была жизнь Клэр. Она бы хотела поспать, но тревога за тех, кто отдает жизни ради спасения человечества, заставляет ее мозг работать на износ. Конечно же, в ущерб самой же себе. Она не знает, сколько выпила уже кофе, но уж явно по пустым стаканчикам в ее мусорном ведре можно понять, что много.
Крис, Джилл, даже Леон больше не отвечали. Все пропали без вести. Можно было сказать, что они уже мертвы, но от этой мысли у Клэр начинала кружиться голова. Девушка старалась не думать об этом, а лишь надеяться, что там просто пропала связь, и сейчас, очень скоро, они все вернутся по местам, живые, может быть раненые, но хотя бы выжили в этом страшном сне.
— Кошмар какой… — сказала Клэр, сидя в своем кабинете. В руке у нее вновь было кофе. Она стояла у стола и осматривала дрон B.S.A.A., который им дало начальство.
Девушка сделала глоток напитка. Это единственное, что сейчас помогало ей не рухнуть на пол. Клэр поставила стаканчик и взяла резинку со стола, навязывая волосы, но не отводя своих глаз от датчиков движения. Он всегда был красным. Ни на секунду она не видела, чтобы на нем не было движения.
Клэр поправила челку и облокотилась об стол, закрывая глаза. Веки тяжело опустились, чувствуя сильную усталость после трёх дней без сна. От операции прошло всего ничего, для такой раны нужно было время. Ее живот все ещё болел.
Ране не давали зажить. Ребекка ругалась на нее за то, что ей нужен постельный режим, а она работает, когда ей четко дали понять, что нельзя. Клэр не может сидеть на месте тогда, когда ее группа пропала. Швы постоянно кровоточили. Может, выглядит нереалистично, но когда ты почти не сидишь, а ходишь почти на следующий день после операции, к сожалению, это наша такова реальность.
Ее часто тошнило, и она не могла сосредоточиться на документах. Иногда писала такой бред, что приходилось переписывать. Шерри тоже переживала за нее. Ее дочь видела, как мать пытается выставлять себя сильной, хотя явно уже была на исходе последних сил. Она знала, что та почти каждый день ходит на перевязки к доктору Чемберс, но это разве помогает?
На часах было 16:18.
Было, конечно, темновато, но под ярким светом лампы Клэр не прекращала работать. В кабинет вошла Ребекка. Она тоже устала… каждый день то помогать, то перевязка, свои документы, там и исследования с изобретениями противовирусного препарата тоже явно давало о себе знать.
Девушка прошла в ее кабинет и прикрыла за собой двери. Ее плечи уже не были так напряжены, а руки сняли белый халат со своих плеч.
— Ты вновь на ногах, Клэр, — сказала Ребекка встревоженно.
Как бы она на нее эти все дни ни кричала, что ей нельзя напрягать живот, она все равно переживала. Все делала из-за переживания, потому что даже после того, как она просила операцию против своей воли, она не могла не заботиться о ней, хоть и была младше.
Ребекка подошла к ней и чуть потрясла за плечо, чтобы та оторвалась наконец-то от мониторов. Второй рукой она подставила ей стул, чтобы она села, и только после этого убрала ее кожанку с живота, чтобы посмотреть, как швы.
— Ты же знаешь, что тебе нужен отдых… Я скоро заставлю парней перетащить тебе сюда уже кровать или же к кровати эти компьютеры, чтобы ты хотя бы не напрягала тело.
— Я не могу, — лишь сказала Клэр, закрывая глаза, пока Ребекка своим профессиональным взглядом продолжала ее смотреть.
— От них так и нет никаких вестей? — спросила Ребекка, посмотрев на подругу спустя пару минут. Клэр тяжело качнула головой.
— Ни одного звука… А я говорила, что им нужно было датчики местоположения поставить. Безопаснее было бы.
— Леон не дался бы такого сделать. Упрямый же, как пробка. «Я сам справился бы», «да зачем», «лучше на Криса оденьте». И все в духе леоновского сарказма в следующие пятнадцать минут возмущения.
— Ты права… — тяжело выдохнула Клэр, берясь вновь за кофе. Она почувствовала, как теплая рука ложится поверх ее холодной, останавливая привычное действие в последние пару дней. — Какая чашка по счету?
Девушка не ответила на этот глупый вопрос. Лишь кивнула в сторону мусорного ведра и не двигалась, зная, что сейчас получит ещё один выговор от медика, который отрубит ей голову, если она ещё раз сделает глоток кофе. Потому что не кровь уже на девяносто процентов состояла из кофеина.
Ребекка тоже не стала отвечать, просто забрала кофе и отставила его в сторону взглядом, оценивая Клэр, что так нельзя. Телефон девушки зазвонил, решая, что ей пора возвращаться к работе. Ребекка подняла трубку и стала с кем-то говорить, она подобрала свой халат и вышла из кабинета, так даже не попрощавшись с Клэр, оставляя ее одну.
Она в первую очередь против не была. Она в основном одна проводит время. Работает, ест, потому что тяжело ходить куда-то далеко, да и, как-то после таких новостей даже с кем-то видеться не хочется. Клэр поставила стул ближе, смотря вновь на мониторы. Скоро будет темнеть, а вестей нет. Значит, нужно работать по-иному.
Несмотря на отвратительное чувство усталости и боли, которое смешивается воедино, Клэр встала со стула и вышла из своего кабинета, даже не придерживаясь за рану, как делала это обычно. Она ступала полупустым коридором, пока на нее не слишком обращали внимания. Она не думала с кем-то прощаться, а просто решила работать самостоятельно, ведь брать в дополнительную руку некого.
Девушка вошла в подсобное помещение с оружием и без спроса своего начальства, ведь она сама себе начальство, взяла все нужное и надела на себя немного тяжеловатый ремень. Он повис на ней, закреплённый к джинсам. В него она поместила оружие, патроны, рацию на всякий случай, оставив лишь только небольшую записку с тем, под каким номером была эта самая рация. Не переживайте, перед этим она выпила таблетки обезболивающего, хотя само собой они, во-первых, не успели сработать, а во-вторых, рано или поздно перестанут работать.
Это точно был самый тупой поступок, который она делала на свою больную голову. Идти в красную зону, когда там уже никого нет, но тебе нужно сделать то, что нужно. Найти или хотя бы принести тела. Ну, и образец желательно. В первую очередь она думала только о них. О ребятах, не о работе… Может, так не поступает настоящий друг, но по крайней мере так поступает неразумный человек, если говорить откровенно.
Она вышла на улицу, сразу же чувствуя, как холодный воздух пробивает в ней чувство беззащитности. Клэр одна идёт туда, где умерло столько людей, сколько она бы даже пересчитать не смогла бы сейчас. Она же просто тупо умрет одна. Если бы все так было легко.
Клэр ступала маленькими шагами, проверяя изредка свою рацию, включена ли она. Рана разболелась ещё больше, но это было чистой психологией. Из-за того что ей сейчас страшно и она идёт туда, куда ей не нужно, она боится. Правда. Как бы комично ни было, человек может бояться того, где ждет ее лишь одна смерть. Клэр держала наготове оружие, каждый раз оборачиваясь, когда слышала какой-то шорох.
В какой-то момент она уже оказалась в начале большого Дейтон-Бич, который нужно было обойти полностью и наоборот. Ей предстояла очень долгая и тяжёлая дорога, но ещё больше она будет казаться сложной, когда вы кое-что увидите.
Шагая по неровной дороге, Клэр опустила голову, слушая, нет ли рядом кого-то. Резко из кустов послышался какой-то шорох. Клэр навела в то место оружие, подсвечивая и смотря на то, что это могло быть. Сто процентов мутация и ни одного попадания. Из кустов выпадает светлая макушка девушки, которую вы прекрасно знаете в этой истории.
Шерри лежит лицом в асфальт, медленно поднимаясь и стыдно смотря на свою опекуншу, не зная что и сказать… Лицо Клэр в этот момент нужно было просто видеть, а то и слышать, как она тяжело вздохнула. В ней начинала медленно кипеть злость.
Девушка подошла к ней и отвела взгляд, готовясь слушать новый выговор от того, что она не должна здесь и сейчас быть, но кого это волнует? Правильно, Клэр.
— Шерри… — лишь сказала тихо Клэр. — Господи, как бы тебя плохим словам не научить… какого ты здесь делаешь?
— Ты думала, я оставлю тебя тут одну?
— Шерри, это опасно, ты помнишь, что тебе Леон говорил? — сказала Клэр в ответ уже чуть громче.
— Леона сейчас здесь нет… где нет Леона, больше нет выговора. Ты еле на ногах стоишь, тебя тут просто могут убить, я буду стоять в стороне и ждать, когда это произойдет? Нет, конечно.
— Господи, Шерри, я пытаюсь защитить тебя, а не наступить на грабли и отдать вновь на какие-то эксперименты или смерть. Ну почему ты не можешь меня послушать? Пожалуйста, иди в штаб.
— Не пойду, — твердо сказала девочка. — Если я сказала, что буду за тобой следить, значит, буду.
— Комично… — прошептала Клэр на ее слова.
Следить за взрослым человеком, когда она следит за шестнадцатилетней девочкой, которая никогда ее не слушает. Что она себе кажет, если она умрет? Да пиздец будет, что сказать… Клэр повернула голову в сторону шума, который раздался в сторону от начала улицы.
На том конце, где почти ничего не было видно, бежала какая-то большая фигура. Даже если бы они хотели убежать, уже бы не успели. Шерри стала впереди матери и приготовила оружие, выставляя его вперед. Но Клэр была быстрее и толкнула ее за себя, прикрывая собой и стреляя в монстра, которому это явно не понравилось.
Шерри лишь накрыла голову рукой, то держала Клэр, чтобы та не упала от волны пистолетом, что не получилось вообще. В последний раз перед тем, как монстр был побежден, Клэр перезарядила калибр пуль на другой, и не откинуло назад из-за слабости в теле. Они обе упали на пол, слава богу, Клэр не упала на Шерри.
Раздался громкий грохот того, как побежденный монстр упал на землю, больше не двигаясь, лишь делая последний жест своим хвостом. Клэр тяжело дышала и взяла Шерри за руку, чтобы та не боялась. Она всегда так делала, как жест того, чтобы ее успокоить. Даже сейчас Шерри бы не пошла домой.
— Клэр… Кровь, — сказала растерянно Шерри, подсвечивая своим фонариком на ее рубашку, которая начинала пропитываться красной жидкостью.
— Тихо, все хорошо… всего лишь кровь, а ты кровь уже видела, — сказала женщина на выдохе, прикрыв глаза.
— Нужно… нужно чем-то обработать, может пойти инфекция. Так Ребекка рассказывала, — говорила Шерри.
Но Клэр просто прижала ее к себе, проводя рукой по спине. Она хотела, чтобы Шерри успокоилась. То что будет потом, будет потом. Да, скорее всего, может пойти заражение, но даже если так. Это безответственно, но и понятно одновременно.
Клэр не важно было, выживет она или нет, но последним, что она только что прошептала под тихие вздохи дочери, лежащей рядом, было:
— Держись рядом, если уж решила идть за мной. Пожалуйста.
Все, дальше не было слов, лишь тихая договоренность о том, что Шерри не отходит от нее ни на шаг, и даже если Клэр истекает кровью как сейчас, не паникует, чтобы не создавать вновь этот момент, в котором она обнимает ее и прижимает к себе.