Жизнь на льду: когда любовь становится игрой (Егор Крид) [ЗАВЕРШЕН]

Я стояла посреди гримерной комнаты, ощущая, как мир вокруг меня начинает медленно распадаться. Положительный результат теста на допинг казался чем-то нереальным, но реальность неумолимо напоминала о себе. Олимпийские игры — вся моя жизнь, мой труд, мечты, всё было поставлено на карту. И вот сейчас всё висит на волоске. Нужно было срочно что-то предпринять, иначе меня могут исключить.

Вспоминая недавний разговор с журналисткой, где речь шла о Егоре и его высказываниях о допинге, я поняла, что у меня нет другого выхода. С замиранием сердца я достала телефон и набрала его номер.

— Алло, — ответил Егор после нескольких гудков. Его голос прозвучал неожиданно холодно и отстранённо.

— Егор, — начала я, стараясь скрыть своё волнение, — у меня проблемы. Очень серьёзные.

Он молчал несколько секунд, затем произнёс:

— Ну, рассказывай, что там у тебя.

— Мой допинг-тест оказался положительным, — прошептала я, едва сдерживая слёзы. — Я не знаю, что делать.

Егор вздохнул, и я почувствовала, как напряжение нарастает.

— Допинг-тест? Вот это да, — произнёс он с лёгкой иронией. — Ну что ж, поздравляю. Надеюсь, ты готова к тому, что скоро вновь станешь звездой новостей, только теперь на весь мир.

Его сарказм больно ударил по моим нервам, но я старалась сохранять спокойствие.

— Пожалуйста, Егор, помоги мне, — умоляюще попросила я. — Я не хочу, чтобы обо всём узнали.

— Конечно, конечно, — ответил он, слегка растягивая слова. — Но сначала расскажи, что именно ты приняла? Может, что-то новое?

— Витамины, — пробормотала я, чувствуя себя всё более беспомощной. — Новый комплекс, который мне посоветовали.

— Так-так, — протянул Егор. — Видимо, эти «витаминчики» оказались не такими уж безобидными. Ладно, давай проверим их состав. Найди упаковку и скажи, что там написано.

Пока я искала коробку, Егор продолжал говорить:

— Кстати, интересно, как ты вообще решилась позвонить мне? Ведь мы вроде решили все. Почему ты не позвонила Андрею?

Я проигнорировала его подколку и сосредоточилась на поиске информации.

— Нашла, — наконец выдохнула я, читая этикетку. — Здесь перечислены компоненты... кажется, ничего подозрительного.

— Ммм, — задумчиво произнёс Егор. — Может быть, это просто ошибка лаборатории? Или кто-то решил подставить тебя?

— Ошибка? — переспросила я, надеясь на лучшее.

— Вполне возможно, — ответил он, не особо уверенным тоном. — Но в любом случае, пока держи язык за зубами. Ни слова никому. А дальше посмотрим, что можно сделать.

Его слова принесли мне слабое облегчение, но ощущение тревоги никуда не делось. Казалось, что всё, ради чего я жила последние годы, может исчезнуть в одно мгновение.

— Егор, — я на секунду замолчала, а потом продолжила. — Я не нарочно. Ты же мне веришь?

— После того, как ты поступила со мной?

— Я хотела все объяснить, а ты мне даже шанса не дал!

— Ну сейчас самый нужный момент обсуждать это. Астахова, окстись, ты в шаге от исключения!

Я прикусила губу и замолчала. Эмоции то и дело разрывали меня на части, но терпела.

— Во время подготовки, я вышла из своей гримерки и на столе стояла бутылка с водой, — начала вспоминать я, будто проговаривая «Отче Наш», — Вернувшись, вкус воды стал немного другим, а в шкафу что-то шумело. Я не успела проверить, потому что меня позвали на лед.

— Опа, уже зацепка. Попробуй посмотреть по камерам. Они наверняка там есть.

— Булаткин, ты гений. Спасибо! — я тут же завершила вызов и выбежала к Марии Эдвардовне.

Сердце бешено колотилось в груди, когда я мчалась по длинному коридору Олимпийской деревни. Люди оглядывались на меня, удивлённо отступая в стороны, но я не обращала на них внимания. Время словно замедлилось, каждая секунда казалась вечностью. Я должна была добраться до Марии Эдвардовны как можно скорее.

Коридоры казались бесконечными, но наконец я увидела дверь тренировочного зала. Рванув её на себя, я ворвалась внутрь. Мария Эдвардовна стояла возле кабинета, рассматривая бумаги. Она обернулась на шум и удивлённо посмотрела на меня.

— Стефания, что случилось? — спросила она, подойдя ко мне.

Я тяжело дышала, пытаясь восстановить дыхание.

— Мария Эдвардовна, — начала я, стараясь говорить как можно спокойнее, хотя внутри меня всё кипело. — Перед выступлением я забыла закрыть дверь за собой. Когда вернулась, заметила странный привкус в воде из бутылки. Думаю, кто-то мог что-то подсыпать.

Мария Эдвардовна нахмурилась, её взгляд стал серьёзным.

— Ты уверена в этом? — спросила она.

— Да, — кивнула я. — Бутылка точно была закрыта, когда я уходила. И вкус... он был другим.

Она задумалась на мгновение, затем решительно произнесла:

— Хорошо, давай немедленно проверим камеры наблюдения. Возможно, удастся увидеть, кто заходил в гримерку.

Мы поспешили к охране, которая контролировала систему видеонаблюдения. Охранник, увидев нас, сразу понял, что дело серьёзное.

— Нам нужно просмотреть записи с камер возле гримерки Стефании Астаховой, — сказала Мария Эдвардовна. — Примерно за час до её возвращения.

Охранник кивнул и начал прокручивать запись. Мы стояли рядом, напряжённо всматриваясь в экран. Камера показывала пустой коридор, затем появилась фигура человека. Он подошёл к двери моей комнаты, посмотрел по сторонам и вошёл внутрь.

— Стойте! — воскликнула я. — Это он!

Мария Эдвардовна внимательно изучила лицо на экране.

— Кто это? — спросила она.

— Я не знаю, — призналась я. — Никогда раньше его не видела.

Мы продолжили смотреть запись. Неизвестный долгое время не выходил из гримерной, и тут появилась я, закрыв за собой дверь. По звукам было понятно, что было произнесено мое имя. Сразу после я вышла из гримерки, а мужчины все еще не было. Через несколько минут мужчина вышел из комнаты и быстро скрылся из виду.

— Запишите это видео, — приказала Мария Эдвардовна охраннику. — Нам нужно показать его руководству.

Мы вернулись в кабинет, и Мария Эдвардовна позвонила начальнику делегации. После короткого разговора она повесила трубку и повернулась ко мне.

— Они разберутся, — сказала она. — Но пока ничего не предпринимай. Пусть всё останется в тайне.

Я кивнула, чувствуя, как напряжение постепенно уходит. Впервые за весь день я позволила себе расслабиться. Возможно, всё ещё можно исправить.

Кажется, время остановилось. Мы с Марией Эдвардовной сидели в ожидании, пока руководство проверяло записи камер и связывалось с соответствующими службами. Часы тянулись бесконечно долго, и каждый раз, когда раздавался звонок телефона, я вздрагивала. Наконец, спустя несколько часов, начальник делегации пришёл к нам с новостями.

— Мы нашли зацепку, — сказал он, глядя на меня серьёзно. — На видеозаписи видно, как неизвестный человек входит в вашу комнату. На его худи был вшит маленький красный крестик.

Эти слова мгновенно вызвали у меня воспоминание. Я словно очнулась от долгого сна. Этот крестик... Где-то я его уже видела. Андрей! Внезапно всё встало на свои места. Я вспомнила, как однажды заметила этот символ на его худи, но тогда не придала этому значения. Почему я не спросила его, что это значит?

— Вы знаете этого человека? — спросил начальник делегации, видя, как я побледнела.

— Да, — тихо ответила я. — Это Андрей Смелянский. Мы недавно расстались, но... я не думала, что он способен на такое.

Мои мысли метались. Как он мог? Зачем? Зачем ему надо было идти на такие жестокие меры мести? Ответы на эти вопросы мучительно не давали мне покоя.

— Смелянский? Что?! — воскликнула Мария, на что я слабо пожала плечами от безысходности.

Начальник делегации кивнул и вышел из комнаты, оставив меня одну с Марией Эдвардовной. Она смотрела на меня с сочувствием.

— Стефания, я понимаю, как тебе сейчас тяжело, — мягко сказала она. — Я прямо сейчас же позвоню их тренеру. Ты уверена, что это он?

— Мария Эдвардовна, если бы Вы знали, как много я пережила с этими «Ночными воронами», а в особенности с этим Андреем... Сомнений не осталось бы.

Пока тренер поспешила позвонить в наш Ледовый дворец, я ледяными руками открыла переписку с Егором. Мои пальцы медленно и слабо скользили по экрану, набирая на клавиатуре сообщение. Мой разум был затуманен, я до сих пор не понимала, что это происходит со мной.

— «Это Андрей.» — сухо написала я, выложив все силы в эти два слова.

Мне хотелось раствориться прямо сейчас в его объятиях поддержки.

Ответ не заставил себя долго ждать. Мой телефон через мгновение завибрировал. В глазах двоилось, но я сумела прочитать.

— «Я его прикончу.» — говорилось в сообщении, после которого меня снова позвали на лед.