Перекрёсток.3
00:15
Гермиона ополоснула лицо холодной водой ещё раз. Посмотрела в зеркало и нашла себя бледной, с чахоточным румянцем на щеках, с прилипшими на лоб волосами, с горящими, словно от атропина, глазами. Зрачки были расширены, взгляд рассредоточен, бегал, как от нистагма. Гермиона включила воду и ополоснула лицо ещё раз.
Она ему позволила трогать себя? Да, позволила. И не только позволила, но и кончила от этого. Гермиона встряхнула головой. Какого черта это было?!
Нет-нет-нет. Она была зла не из-за того, что он за время их расставания позволял себе спать с кем-то. Нет, и это было ожидаемо не из-за того, что “он бабник” и что “все мужики - козлы”. Нет, это физиология, и Гермиона даже была благодарна отчасти, что он честно признался в этом, ведь любой другой, менее искренний, мог бы просто соврать, сказать “нет, ты у меня единственная,” поэтому два года я дружил со своим кулаком. Ещё раз нет, к этой части дела она относилась нормально. Ну как нормально, ей было неприятно и за грудиной жгло неимоверно, но умом она понимала, что, черт возьми, это нормально! И с ней бы были согласны все мужчины на Земле, без исключений.
Было бы гораздо больнее, если бы за эти два года их расставания он влюбился в кого-либо. Образовал семью, завёл детей... Вот это был бы удар ниже пояса...
Нет, она была зла не из-за того, что он не хотел от неё детей. Уже нет. Да, признавать это сложно, но он был прав. И она, скорее, злилась теперь от того, что он именно вот прав.
Она была зла и не из-за того, что он не дал ей ничего объяснить, потому что он давал ей это сделать. Причём все выслушал. И ведь уехал он не из-за поцелуя конкретно, а досконально объяснил из-за чего - его аудиозапись на диктофоне она, наверно, прослушала раз эдак миллион и выучила каждое произнесенное им слово.
Она БЫЛА ЗЛА, потому что он исчез на два года. Сраных два года. Даже не на год, не на полгода, а на ДВА ДОЛБАНЫХ ГОДА! Этого она понять никак не могла.
Ведь Гермиона ждала его, ждала его возвращения. Даже сегодня, когда ее переаттестация оказалась назначена на завтра, ей по чистой случайности пришлось вылетать в Лондон именно сегодня. И она сто-пятьсот раз раздумывала о том, пойти в ту квартиру или нет. Ведь эти два поганых года не притупили их. Не притупили чувств. И за эти два года она все равно не смогла посмотреть на другого мужчину, как на потенциального возлюбленного. Ее бесил именно сам срок. Два года...
В дверь отрывисто, но негромко постучали.
- Грейнджер, - позвал Драко с той стороны. - Все в порядке?
Она устало оправила волосы, прилипшие к лицу, рассматривая его, словно оно было не ее. А какое-то странное. Она не могла выглядеть настолько подавленной и потерянной.
- Гермиона? Ты там не уснула? - беспокойно, но с долей добродушной шутливости спрашивал он. - Мне начать волноваться?
Гермиона закатила глаза, услышав очередные ненавязчивые стуки. Она вытерла руки и обернулась.
Девушка открыла дверь, но остановилась на пороге - Полумна позвала ее с места Гермионы за письменным столом:
- Хей-хей, притормози-ка. Это что такое интересное на тебе?
Гермиона смущённо улыбнулась и, оторвав ладонь от ручки двери, покрутилась перед подругой, все ещё придерживая в руках папку.
- Сегодня купила. Нормально?
- Ты ещё спрашиваешь? - усмехнулась блондинка. - Ты выглядишь сногсшибательно! Куда идёшь?
- Дела сегодня, - промямлила Гермиона, ступая обратно на выход, словно сбегая от разговора. - Ладно, увидимся.
Но Полумна, пришедшая к ней на работу совсем не вовремя и теперь заинтригованная таким поворотом событий, пошла за ней. Гермиона водрузила папку на стойку регистрации и принялась вынимать из неё документы, что нужно было сдать в архив, а остальную половину забрать домой и изучить.
- Ты не отстанешь, верно? - рассмеялась Гермиона, сортируя бумаги.
- Ага, - Полумна облокотились о стойку, рассматривая подругу. - Не зря же пришла. Что за дела? Свидание?
Ее прервал голос Рона, высунувшего голову из конференц-зала:
- Гермиона, не подойдёшь?
Девушка как раз в этот момент разобрала документы, и, сложив нужные в ту же папку, взяла ее в охапку. Ещё успела заметить, как Полумна улыбнулась краем губ.
- Прости, Рон, - протянула Гермиона, проходя мимо него на выход. - Я очень-очень спешу. Пока, - улыбаясь, махнула она рукой ему, потом и Полумне, и заметила, как у блондинки теперь в изумлении приподнялась и бровь.
Даже не задумавшись о том, что хотел от неё Рон в заброшенном конференц-зале, она засеменила на улицу, чтобы скрыться в ближайшем переулке и скорее трансгрессировать домой. В голове крутились мысли об их романтическом ужине - ее сюрпризе ему. Ведь у них никогда не было свиданий...
Гермиона затормозила у обочины, заметив знакомую машину, которая только сейчас парканулась недалеко от неё. Из авто вышел Малфой, но ее не увидел, поэтому Гермиона, удивленная, двинулась в его сторону. Что он тут забыл? Он ведь сказал, что будет отсыпаться весь день после тридцати шести часового дежурства.
- Драко? - позвала она,подойдя к машине, наблюдая, как он зачем-то копошится внутри Мерседеса через заднюю дверь. Но он испуганно распрямился во весь рост, и взгляду Гермионы попался огромный букет белых роз. От неожиданности она часто заморгала, приоткрыв рот. - Драко?..
Но Драко был удивлен не меньше ее.
- Гермиона, ты куда идёшь? Ты разве не на учебе?
- О, - встрепенулась она внезапно, образуя свою логическую цепочку. - Так это не мне? - последние слова она промямлила еле слышно, потупив взгляд.
Ещё больше сбивая ее с толку, Драко рассмеялся.
- Конечно, это тебе, дурёха. Просто я хотел сделать сюрприз.
Озарившись улыбкой, она приняла букет и зарыла в него нос, вдыхая сладкий аромат, что кружил голову и окрылял ещё больше...
- Спасибо, - прошептала она, сильно раскрасневшись от смущения. - Они очень красивые.
- А ты куда собралась такая красивая? - спросил он, криво улыбаясь, и у Гермионы екнуло сердце оттого, что он впервые назвал ее красивой. - Надеюсь, шла ко мне?
- К тебе, - кивнула она и закусила нижнюю губу. - И я хотела сделать сюрприз.
- Какой? - радостно спросил Малфой, а глаза его загорелись любопытством.
- Но это же сюрприз, - возразила Гермиона.
- Ты “испортила” мой сюрприз, но от этого он не стал менее приятным, ведь так? Расскажи, Грейнджер.
- Ну, - протянула Гермиона смущённо, - ничего такого выдающегося... Хотела приготовить ужин к твоему пробуждению.
Малфой расплылся в улыбке, явно польщенный ее вниманием, и сначала даже слов не мог найти, чтобы ответить. Переведя дыхание от волнения, он все же произнёс:
- Приготовим вместе? Ты не против?
Гермиона вскинула на него озадаченный взгляд, но вскоре недоверчиво спросила, приподняв одну бровь:
- Ты умеешь готовить?
- Конечно, - приобнял он ее, подводя к машине и приоткрывая дверцу пассажирского сиденья. - Нам ещё многое предстоит узнать друг о друге.
...
Драко сидел за письменным столом, и источником света для него в этой темноте служила лишь настольная люминесцентная лампа, озаряющая светом все его разбросанные в хаотичном порядке бумаги. Но, ко всякому удивлению Гермионы, в своем беспорядке он разбирался всегда безупречно - он за секунду мог найти то, что ему было нужно.
Часы перевалили за два, а Малфой продолжал работать над своей уникальной формулой, которая бы позволила рассосаться бляшкам, образующимся вокруг нервных стволов. Казалось, это была простая задача, но в последнее время он подумывал включить в работу и генетика. Правда, для встречи с ним у него постоянно не хватало времени.
Глаза устали работать в таком напряжении без всякого периодического отдыха, и Драко время от времени закапывал в них увлажняющие капли, но разминаться постоянно забывал, а поэтому вставал из-за своего стола полуокоченевший, что в итоге у него все хрустело, как у пенсионера.
Теплые руки нежно обвили его вокруг шеи, и Гермиона поцеловала мужчину в щеку.
- Ты себя изводишь, милый, - шептала она. - Вовремя отдыхать тоже важно.
- Сейчас-сейчас, - отмахивался Малфой, рассматривая свои расчёты. - Я как будто уже близко... надо только немного поднажать...
- Если ты не будешь правильно отдыхать, то голова совсем перестанет работать. Подумаешь об этом завтра, любимый. Такими темпами ты подорвёшь своё здоровье...
Малфой хотел снова возразить, но почувствовал, как проворные пальчики начали стягивать с него футболку.
- Гермиона, каждый день одно и то же... - простонал он, прикрывая глаза то ли от усталости, то ли от удовольствия.
- Я просто люблю тебя и хочу, чтобы ты берег себя... И, - протянула-промурлыкала она, потираясь носом о его скулу, - я хочу тебя...
Футболка оказалась на полу, а ее пальцы охватили переднюю поверхность его туловища, массируя и возбуждая.
- Сколько можно трахаться? - игривым тоном возмутился Драко, уже поднимаясь с кресла и подхватывая девушку под ягодицы.
- Мы не трахались уже... очень долго, - пожаловалась она, пока Драко шествовал в сторону уютной компактной спальни в их небольшом коттедже.
Драко сдавленно рассмеялся.
- Очень долго? - переспросил он, смеясь. - Прошло всего полдня.
Наклонившись, он уложил девушку на кровать, а сам навис сверху, чтобы помочь ей стянуть ее пижаму.
- Для меня долго, - простонала она, когда Малфой стащил с неё майку и сжал чувствительную грудь, грубо и сильно, так, как ей всегда нравилось.
- Вот как..? - выдохнул Драко, снимая с неё и шортики вместе с трусиками, и, раздвинув ее ноги, шлёпнул текущую киску. - В таком случае, тебя нужно трахать чаще, родная. Ты же этого хочешь? Чтобы я имел тебя как можно чаще.
Его ладонь шлепнула ее центр ещё раз, только сильнее, заставляя дернуться всем телом и издавать невнятные звуки. При свете приглушённых ламп ее щёлочка блестела от обилия соков.
- Чем чаще, тем лучше, - прошептала она игриво, но замычала, когда увидела, что Малфой вытащил из штанов свой член. Один только вид его идеальных гениталий заставлял течь и ерзать на простынях. Она потянулась пальцами к своему клитору, чтобы скорее удовлетворить себя, но Драко отмахнул ее руку, становясь между ее ног и приставляя огромную розовую головку к ее входу.
- Никаких рук, милая. Никаких стимуляций клитора. Сегодня ты кончишь только от моего члена, ясно?
- Пожалуйста, - умоляла она, и Малфой с радостью выполнил ее просьбу, раздвигая своим стояком ее половые губы и вставляя его в вагину на всю длину. Медленно, но полностью, до самых яиц, срывая с губ девушки стоны счастья. - Спасибо... - простонала она, когда Драко замер в ней, наслаждаясь тем, как она сжимает внутренние мышцы вокруг всей его длины, словно проверяя его твердость.
- Не за что, солнце, - горячо прошептал он в ее ухо. - Обращайся - я всегда рад тебя выебать.
С этими словами он так же медленно вышел из неё, но чтобы внезапно и с рывком погрузиться в нее опять. Когда яйца шлепнулись о ее промежность, Гермиона начала в нетерпении вертеть задницей, подталкивая Малфоя к движению. И он ей не стал отказывать, наращивая темп и врываясь в ее сочную дырочку все быстрее и быстрее, сильнее и сильнее, а хлопки от соприкосновения их тел становились все громче и громче. И стоны тоже становились громче, переходя на крики, и пальцы мяли ее сиськи тоже сильнее, оставляя на нежной коже отпечатки пальцев. Чтобы прочувствовать каждый ее стон, знак того, что он делает ей очень приятно, он впился в ее губы мокрым поцелуем, вталкивая свой язык в нее чуть ли не по самые гланды и орудуя им в ее сладком ротике совсем по хозяйски, властно, беря все, что ему причитается по праву.
Он и брал ее, брал во всех смыслах этого слова, вгонял в ее тугую киску свой каменный член так, словно это был их первый и последний секс, со вкусом и фанатизмом, со всей страстностью и желанием. И ей нравилось, когда он брал, брал ее целиком, всю, ее тело, эмоции, сердце... и когда он сам посвящал ей всего себя: и тело, и эмоции, и сердце.
...
Гермиона волновалась. Она знала, что что-то не так. Она чувствовала себя как-то не так. Особенно после их диких потрахушек без защиты в последние два месяца. Гермиона не пила таблеток, Драко был в курсе, но оба солидарно молчали, не упоминая в разговорах тему с контрацепцией. И сейчас у неё тряслись поджилки, пока она ждала результата тест-полоски.
Навороченная современная полоска выдавала лишь одно слово:
“Pregnant”
Гермиона бросилась в кабинет мужа, чувствуя своё громко бьющееся сердце чуть ли не у себя в ушах. Руки так же тряслись от волнения. Не из-за страха быть непонятой, а от предвкушения совместного счастья. Она думала, что объявить такую новость окажется сложно, что она проглотит язык при встрече с его внимательным взглядом, но только Гермиона ворвалась к нему, из ее рта слова полились сами собой, без ее контроля:
- У нас будет ребёнок! Я беременна!
Драко, изучающий очередной геном на компьютерной программе, оторвался от экрана и шокировано уставился на неё, сначала не поняв сказанного. Гермиона тяжело дышала, держа ручку двери, но когда Малфой начал растягивать губы в улыбке, она бросилась к нему и чуть не повалила его с вращающегося кресла спиной назад.
- Ты беременна... - выдохнул он, прижимая девушку к себе и вдыхая с ее шеи родной запах.
- Ты станешь папой... - всхлипнула она, плача от счастья. Слезы радости облили ее щеки.
- Я буду папой... - эхом повторял Малфой, не до конца пришедший в себя. - А ты... ты - мамой... тебе нельзя работать, - вдруг осенило его совершенно внезапно. - Тебе опасно быть полицейским, надо взять отпуск.
В его голове сразу встали картинки с ее вчерашнего задания, когда двое умников хотели ограбить супермаркет средь бела дня. Гермиона со своим напарником как раз в этот момент патрулировали этот район на машине и вовремя среагировали. Была даже перестрелка, но воров быстро повязали и арестовали.
Он и так каждый раз со страхом в душе выслушивал ее истории, а теперь и вовсе душа ушла в пятки, только он представил ее с кем-то перестреливающейся в таком положении.
- Ты будешь работать один, что ли? - возмутилась она, прижимаясь к нему сильнее.
- А что такого? Нам вполне хватает на всё. И ещё... - он прочистил горло. - Ты хочешь всю жизнь быть полицейским?
- Я ценный работник, - пожала Гермиона плечами. - Я разбираюсь во всех статьях и кодексах лучше всякого другого копа.
- Имею в виду, ты бы была отличным адвокатом или прокурором. Не стала бы каждый день подвергать свою жизнь опасности, да и я был бы спокоен за тебя. Ты ведь любишь все эти дела с законом, так займись тем, что ты любишь.
Гермиона рассмеялась.
- Я занимаюсь тем, что я умею лучше всего. Да я уже и привыкла к своей работе, не могу представить себя в другой области...
- Гермиона...
- Поедем на медовый месяц? - сказала она, меняя тему, обнимая его крепче и целуя в щеку. - У нас ведь его так и не было...
Драко улыбнулся, поняв намёк, прижимая жену к себе и покрывая поцелуями нежную кожу шеи. Гермиона нетерпеливо начала елозить на нем.
- Поедем, - выдохнул Драко сдавленно, когда она задела его особо чувствительное место в паху. - Поедем, милая. Как я могу отказать?..
- Только я, ты и наш малыш? - уточнила Гермиона, уже окрылённая идеей, начав строить в голове тысячу планов. - Я ни разу не была в Испании. Говорят, там самый красочный колорит...
- Все, что ты захочешь, - шептал Драко, снимая через ее голову платье. - Я весь твой, солнышко. Весь и на всю жизнь.
...
Улыбаясь, Драко вышел из дома, оставив внутри уснувшую после очередного жаркого секса Гермиону. Подпевая себе под нос выдуманную мелодию, он, как обычно, пошёл забирать почту из ящика, чтобы захватить свою часть к себе на работу и там все пересмотреть. В основном это были медицинские журналы, газеты и брошюры. Взяв кипу в руку и оставив в ящике бумаги своей жены, он пошёл к машине, листая в руке почту.
В глаза попалось приглашение с Колумбийского университета на ежегодную медицинскую конференцию, посвящённую новейшим открытиям. Это была одна из тех конференций, где присутствовали не только врачи, но и крупные акулы бизнеса, готовые спонсировать наиболее интересные и выдающиеся исследования.
Драко остановился, уставившись на своё имя, выбитое золотыми буквами на куске картонки. Посмотрел вниз на числа и понял, что поездка совпадает со временем их медового месяца. В голове пошёл интенсивный мыслительный процесс.
Он ведь обещал... и у них никогда не было медового месяца... а конференция ведь ежегодная... Он ещё успеет...
Подумав пару минут, особо не напрягаясь, Драко пошёл к урне и без всяких зазрений совести выкинул приглашение, уверенный, что сделал правильное решение.
Таким же уверенным шагом он пошёл к гаражу, чтобы выехать оттуда на своём серебристом Мерсе.
- Что ж, Мария, придётся тебя оставить на месяц, - усмехнулся он, заводя машину. - Но ты меня поздравь - я самый счастливый человек на свете.
Гермиона видела через окно на втором этаже, как он выезжает, и гладила свой ещё плоский живот, и добрая улыбка вместе с Солнцем озаряли ее лицо, пока она с закрытыми глазами представляла прибавление в их только-только зародившейся семье.
- Вот как бы это было, - произнёс Малфой.
Гермиона открыла глаза, и перед ней снова начали вырисовываться, словно из акварели, узкий проход самолета, серыми тонами окрасились стены, за которыми температура была минус триста; специфический шум двигателей мерно начал вливаться в уши; в поле зрения выросла стюардесса, словно из красок гуаши, едва кивнув им с добрейшей улыбкой на губах. Слева по одному появлялись из воздуха, как краски на панно, каждый из пассажиров, их лица, их позы...
- Разве мы бы не были счастливы? - прошептала она, глядя в его погрустневшие глаза. - Была бы красивая история...
- Да... - согласился Малфой, мрачно кивнув. - Мы бы были счастливы...
Он не договорил. Его слова Гермиона додумала сама, и, откинув голову к закрытой двери уборной, она тяжело выдохнула, когда непрошеная слеза скатилась с ее глаза.
- Мы бы были счастливы, - всхлипнула она. - Но... но наши мечты не осуществились бы... мы бы не дали друг друг стать теми, кто мы есть сейчас.
- Это время нам было необходимо, милая... - подавленно произнёс Малфой. - Необходимо, чтобы встретиться вновь уже будучи другими людьми...