Гарри Поттер и загробная жизнь

Гарри стоял перед возвышением, где сидел Визенгамот, члены которого уставились на него так, словно перед ними появился Мерлин во плоти. Кровная месть – это очень серьёзно. Это значит, что один род клянётся уничтожить другой. А если эта вражда коснётся ещё каких-то родов, те тоже могут сильно пострадать.
Пока Поттер направлялся в центр зала, он заметил на мантии Дамблдора кое-что интересное, а именно – герб его собственного рода в золотом обрамлении. Следовательно, прежде чем директор успеет вмешаться, необходимо это исправить.
– Мадам Боунс, прежде чем я продолжу, у меня вопрос: кто в настоящее время является моим опекуном и имеет право распоряжаться от имени моих родителей?
Та взглянула на молодого человека и ответила:
– Согласно недавно поданным документам – Сириус Блэк.
– Это правда, что опекун отпрыска рода Поттеров – регент моего рода, пока я не достигну совершеннолетия?
Глаза Дамблдора на мгновение округлились.
Он так и знал, что надо было держать Гарри от Сириуса как можно дальше. Всё покатилось как снежный ком, а с этим Пожирателем, которого обнаружили в школе, и возрождением Волдеморта Альбус был слишком занят, чтобы должным образом направить Гарри Поттера навстречу его судьбе. Каникулы в доме мисс Грейнджер не должны были способствовать слишком тесному общению с Блэком, поскольку у того сейчас масса забот. А когда Блэк будет готов уделить внимание крестнику, директор уже возьмёт ситуацию под контроль и позволит мальчику узнать только то, что нужно, и не больше.
Мадам Боунс ответила утвердительно, а затем на мгновение задумалась. Похоже, мало кто обращал внимание на многочисленные гербы, украшавшие мантию Дамблдора. Не пора ли уточнить, кто действительно имеет право голоса от имени многочисленных родов, за которые Дамблдор голосовал по доверенности?
– Я требую, чтобы голос рода Поттеров был передан от главного чародея Альбуса Дамблдора лорду Блэку из древнего и благороднейшего рода Блэков, моему опекуну.
– Как министр магии, я согласна. Да будет так!
Весь зал увидел, как герб Поттеров исчез с одежд Дамблдора и появился на мантии Сириуса.
– А теперь что касается выступления перед этим собранием. Я, Гарри Джеймс Поттер, отпрыск благороднейшего и древнейшего рода Поттеров, с полного одобрения моего регента, лорда Сириуса Ориона Блэка из древнего и благороднейшего рода Блэков, объявляю кровную месть Тому Марволо Риддлу из рода Гонтов и его прихвостням!
По залу разнёсся шорох и шушуканье, а потом все заговорили одновременно. Никто не знал, кто такой Том Марволо Риддл, а что касается рода Гонтов, считалось, что тот прекратил своё существование уже полвека назад, когда его глава умер в Азкабане. Тут поднялась Августа Лонгботтом из древнего и благородного рода Лонгботтомов.
– Отпрыск Поттер, у меня к Вам вопрос: кто такой Том Марволо Риддл и что его связывает с родом Гонтов?
Люциус Малфой напрягся: он-то как раз знал настоящее имя Волдеморта, но больше – ничего.
– Том Марволо Риддл – потомок дочери последнего главы рода Гонтов, Марволо Гонта. Он – сын Меропы Гонт, которая умерла во время родов, и Тома Риддла, сына магловского мелкопоместного лорда. Чтобы скрыть своё магловское происхождение, Том Марволо Риддл убил всю свою родню со стороны отца, а вину переложил на своего дядю, сына Марволо Гонта, которого за это преступление отправили в Азкабан. Там он и умер.
Визенгамот был потрясен: Гонты – известные чистокровные фанатики, а у женщины из их рода – сын от магла? Немыслимо! Дамблдор пребывал в полнейшей растерянности. Чтобы добыть эти сведения, даже ему пришлось изрядно попотеть, но откуда об этом узнал Гарри?
– И какова причина, что Вы объявляете кровную месть Тому Марволо Риддлу?
Юный маг достал палочку, и в воздухе повисли огненные буквы: "Том Марволо Риддл". Убедившись, что все прочли, он взмахнул палочкой, и надпись изменилась на "Я лорд Волдеморт".
– Том Марволо Риддл убил моего отца, лорда Поттера, и мою мать, его жену. За последние четырнадцать лет он неоднократно нападал на меня. Мне кажется, это достаточно веская причина, чтобы объявить кровную месть, и мой опекун со мной согласен.
В зале воцарился настоящий хаос. Никто не знал, что Волдеморт – полукровка. Пожиратели смерти чувствовали себя одураченными: желая уничтожить маглорождённых и провозгласить собственную философию, они связали себя магией, основанной на некромантии, с полукровкой. И ладно бы тот был сыном маглорождённого... Нет, он – сын МАГЛА!
Дамблдор чувствовал, что ситуация полностью вышла из-под его контроля. Шум и выкрики, заполнившие зал, ясно показывали, что его стройные логичные рассуждения станут сейчас гласом вопиющего в пустыне. И слушать его не будут не только Виземгамот, но и общественность. Чистокровные восстанут против Волдеморта, потому что тот – полукровка. Пожирателям смерти либо придётся поддержать своего хозяина (их заставит магия), либо они попрячутся от надвигающегося шторма. Маглорождённые и полукровки будут оскорблены и возмущены, потому что чистокровные избрали своим лидером сумасшедшего, у которого далеко не «голубая» кровь. И волшебный мир содрогнётся.
– Лорд Блэк, как регент древнейшего и благороднейшего рода Поттеров, подтверждаете ли Вы кровную месть? Готовы ли у Вас документы, подтверждающие кровную месть и заключённые союзы?
Сириус выступил вперёд и вручил мадам Боунс несколько пергаментов. А затем поднял свою палочку и произнес:
– Я, лорд Блэк из древнего и благороднейшего рода Блэков, опекун и регент отпрыска древнейшего и благороднейшего рода Поттеров, действительно подтверждаю кровную месть против Тома Марволо Риддла и рода Гонтов! Да будет так!
В этот миг одежды Гарри, Сириуса и Гермионы изменились (пока в зале возмущались, последняя подошла и встала рядом со своим парнем), и Визенгамот поджидало очередное потрясение. На мантии девушки появился герб Поттеров, окружённый красным, а под ним – герб Гонтов на красном фоне, а это значит – она признаёт руководство Гарри. А на его мантии большой герб Поттеров теперь был окантован золотым и красным, а под ним тоже расположился герб Гонтов на красном фоне. На мантии Сириуса вокруг герба крестника исчезло серебро, и осталась только красная отделка. Следовательно, глава рода Блэков отдаёт себя в распоряжение Гарри Поттера для исполнения кровной мести.
А тот по-прежнему стоял перед Визенгамотом. И когда едва ли не все подумали, что шоу закончилось, бросил очередную «бомбу»:
– Род Поттеров готов назвать ещё одного союзника.
Амелия кивнула Сириусу, который взмахнул палочкой и отправил патронуса. Сидевшие в зале начали переглядываться, в то время как наша троица спокойно ждала.
Двери зала распахнулись, и внутрь, в сопровождении четырёх охранников, вступил Рагнок, директор банка Гринготтс и глава нации гоблинов. Только этот гоблин имел право войти сюда, да и то – исключительно как проситель. Зал затаил дыхание.
Рагнок встал рядом с Гарри и заявил:
– Для исполнения кровной мести против Тома Марволо Риддла и рода Гонтов нация гоблинов заключает союз с родом Поттеров и просит Министерство магии засвидетельствовать это. Соглашение будет действовать до полного уничтожения Тома Марволо Риддла и будет подтверждено магической клятвой. Вы согласны?
– Я, Гарри Джеймс Поттер, отпрыск благороднейшего и древнейшего рода Поттеров, с полного согласия моего регента, лорда Сириуса Ориона Блэка, главы древнего и благороднейшего рода Блэков, принимаю это предложение. Пожалуйста, предъявите договор.
Сириус ещё раз взмахнул палочкой, и перед ними появился стол, причём с одной его стороны оказалось трио волшебников, а с другой – Рагнок со своей охраной и присоединившаяся к ним Амелия Боунс.
Капитан охраны достал пергамент (договор стороны обсудили заранее) и перо, которое пишет кровью. В последнее время такими перьями пользовались только гоблины, волшебники же считали любую магию крови тёмной. Поэтому волшебник имел право воспользоваться таким пером, а мог подписать договор обычным, дав магическую клятву.
Рагнок взял перо, поставил подпись, и все увидели кровь, которая появилась на тыльной стороне его ладони. Гарри тоже взял перо, потратил минуту, чтобы ещё раз прочесть договор, а затем подписал его. Следующим стал Сириус как опекун и регент мистера Поттера. Капитан охраны тоже расписался – в качестве свидетеля. Это была его единственная роль в совете нации гоблинов – свидетельствовать там, где другим гоблинам появляться запрещено. Вопреки ожиданиям, Амелия тоже взяла это перо и засвидетельствовала договор как министр магии.
В тот момент, когда она отложила перо, на рукаве у Гарри появился герб Гринготтса. Итак, род Поттеров признал гоблинов своими союзниками.
У тех одежды тоже теперь выглядели по-другому. Да, гоблины не соблюдают традиций волшебников, но в данном случае Рагнок решил, что об этом соглашении должны знать все.
На униформах охранников, прямо в центре груди, появился герб Поттеров, окружённый красной лентой.
Медленно проявились гербы и на одежде Рагнока. Но вместо серебряной и красной отделки, как все ожидали, малый герб Поттеров был окружён широкой красной полосой без намёка на серебро, а ниже располагался герб Гонтов на алом фоне.
Таким образом, ради кровной мести против Волдеморта и его Пожирателей смерти, нация гоблинов поступила в полное распоряжение Гарри Джеймса Поттера. И это потрясение многовековых устоев скоро почувствуют все обитатели магического мира далеко за пределами Великобритании.
***
Под конец Гарри объявил, что с любыми предложениями союза следует обращаться в Гринготтс, потому что право вести борьбу и подписывать любые соглашения с родом Поттеров в рамках кровной мести он передал Рагноку. Уж гоблины-то знают, как следует вести войну, поэтому не нуждаются в подсказках зелёного юнца.
Предварительно испросив разрешения, мистер Поттер взял мадам Боунс и её семью под персональную защиту, и теперь мантия министра это наглядно показывала. В духе нового соглашения Рагнок предложил тоже самое, и на плече у Амелии рядом с гербом Поттеров появился герб Гринготтса. А из-за того, что речь шла именно о личной защите, и обязанностей министра это никак не касалось, ни один договор нарушен не был.
Поскольку ничего подобного раньше не происходило, не было и никаких соглашений, которые могли помочь в такой ситуации. С политической точки зрения для Министра не совсем обычно, если он находится под чьей-либо персональной защитой – примерно как публично продемонстрировать союз с каким-то родом. Однако прежде всего это говорило о том, что обычаи кровной мести начали забываться. Таким образом Мальчик-Который-Выжил предупреждал всех, что любой, кто попытается навредить Амелии Боунс или её семье, станет его личным врагом, а нация гоблинов к нему присоединится.
Затем вся компания направилась в Гринготтс. Сделали они это намеренно – чтобы избежать встречи с Дамблдором.
Гермиона попыталась убедить своего парня поговорить с директором до отъезда, но с помощью Сириуса тому удалось отбиться. Хоть девушка и считала, что Дамблдор старается изо всех сил помочь Гарри, но согласилась, что именно последний должен возглавить войну против Волдеморта. В конце концов, это его имя указано в пророчестве. В предсказаниях она была несильна, но сам факт существования пророчества тоже кое-что значил.
А Поттер ничего не хотел, кроме как вернуться к Грейнджерам и готовиться к отъезду. Гоблины сами позаботятся о хоркруксах и найдут Волдеморта, а когда вся эта мерзость будет уничтожена, можно будет заняться и лордом-пауком.
А за следующие две недели все успокоятся и привыкнут к мысли, что Волдеморт вернулся, а Гарри Поттер и гоблины о нём «позаботятся». Кроме того, общественности ясно дали понять, что в ближайшее время ни волшебникам, ни прессе Надежду магического мира лучше не беспокоить.
***
Буквально в тот же день гоблины воочию убедились, к чему привёл их союз с Гарри Поттером. Как только ведьмы и колдуны заходили в банк и видели герб Поттеров на груди у сотрудников, сразу же понимали, что теперь всё будет по-другому. Слухи о беспрецедентном соглашении – это одно, а вот когда видишь последствия собственными глазами – совсем другое. Больше того – увидев известный герб на груди каждого гоблина, волшебники начинали посматривать на них даже с некоторой робостью.
А те, кто не понаслышке был знаком с обычаями гоблинов, стали ещё более вежливыми. Особенно это касалось магов, которые уже знали о союзе Гринготтса с Мальчиком-Который-Выжил. И даже без новости о возвращении Волдеморта они быстренько решили, что общаться с союзниками Гарри Поттера, не выказывая глубокого уважения – дурной тон.
Этому же весьма поспособствовал инцидент, случившийся примерно через десять минут после заключения договора. Один из последователей Волдеморта пришёл в банк и увидел на груди обслуживавшего его кассира герб Поттеров. И не нашёл ничего лучшего, как оскорбить нового союзника нации гоблинов. Не прошло и нескольких мгновений, как его скрутила стража, а затем, вместе с финансовыми документами, подтверждавшими причастность пленника к взяткам и другим преступлениям, передала ДМП прямо в атриуме Министерства. Эту картину могли наблюдать все желающие, и история стала достоянием гласности.
Пожиратели смерти и другие чистокровные, которым договор между Гринготтсом и родом Поттеров моментально стал костью в горле, тут же сообразили, что гоблины передали ДМП всю обычно конфиденциальную информацию о финансовых делах «коллеги». А если учесть, что новому министру можно даже не пытаться предлагать взятку, положение – хуже не придумаешь. Убийство Амелии Боунс проблему тоже не решит, ведь всё их золото по-прежнему находится в хранилищах Гринготтса, а если гоблины возьмут кого-то под стражу, Азкабан потом покажется ему курортом. А если выяснится, что арестованный – Пожиратель смерти, в силу вступит пресловутый договор, и этого бедолагу гоблины в буквальном смысле уничтожат.
Так что уже через пару дней вести себя в банке очень, очень вежливо стало чрезвычайно модно.
***
Несмотря на бурю, которая вот-вот разразится в волшебном мире, за столом царило хорошее настроение. Гарри и Сириус раскрутили маховик, и теперь (как утверждает Рагнок) следующие две недели можно с чистой совестью отдыхать и даже не думать о Волдеморте.
Вылетать планировали завтра. Неаполь, с его памятниками и пляжами, манил, и Гарри с нетерпением ждал своих первых настоящих каникул (причём как в этой, так и в предыдущей жизни). Тонкс, Гермиона и Эмма предвкушали, как затащат Сириуса на пляж, где женщины одеты только в бикини. Вот будет потеха! А Роберт тем временем размышлял, где найти заслуживающую доверия дуэнью для дочери и её приятеля.
Кажется, супруга не желает уделять этому вопросу должного внимания. Что касается остальных взрослых, Тонкс ещё в таком возрасте, когда в подобных отношениях юной пары не видишь ничего плохого, а крёстный отец мальчика – и сам известный ловелас. Похоже, всё придётся брать в свои руки, но есть вопрос: как далеко он позволит зайти молодому человеку?
С другой стороны, можно просто подождать и посмотреть. Гарри всегда был очень вежлив и явно придерживался твёрдых убеждений. Скорее обычно консервативная дочь, которая почти на год старше мальчика, сама захочет его спровоцировать, а уж в том, что Гарри ради неё сделает что угодно, сомневаться не приходилось. В конце концов, он всё-таки подросток, а никакой подросток не сумеет долго устоять, когда им интересуется привлекательная девочка.
В общем, есть шанс, что отпуск для Роберта Грейнджера превратится в две недели ада.
На следующее утро все были готовы отправиться в путь. «Ежедневный Пророк» уже прибыл. Само собой, новость о возвращении Волдеморта оказалась на первой полосе, а чуть дальше – другие сенсации дня вчерашнего. Касательно теперь уже знаменитого союза редактор поднял несколько вопросов, но сделал это очень аккуратно. Что ж, когда они доберутся до итальянского отделения Гринготтса, надо отправить ему письмо.
Очевидно, до Уизли тоже дошли кое-какие слухи, потому что во время завтрака на кухне появились Эррол и Свин.
Сириус и его крестник тут же подумали, что придётся поставить на дом перенаправляющие чары, и тогда послания определённых людей сюда не дойдут. А чтобы Уизли не волновались, в этот список придётся включить и их.
В своём письме к Гарри миссис Уизли беспокоилась за его безопасность. Очевидно, оно было написано сразу после Громовещателя Сириусу, где она обвиняла его в том, что он – плохой опекун, раз позволил «бедному мальчику» ввязаться в кровную месть, да ещё и против Того-Кого-Нельзя-Называть. Адресат только фыркнул.
«Будто я до сих пор маленький ребёнок, а Сириус плохо на меня влияет. Властолюбивая старая карга!»
Джинни тоже прислала ему письмо, приложив несколько кусков пирога с патокой. Поттер тут же подумал, что даже не притронется к ним. На глазах у всех он сделал вид, что явно заинтересовался, но потом о своих подозрениях рассказал Гермионе. В конце концов, они решили, что пока не стоит беспокоиться, но девушка сразу же начала составлять план, как справиться с рыжеволосой фанаткой.
Рон спрашивал, почему в этой истории с кровной местью друг обошёлся без него и остальных Уизли, а заодно интересовался, появится ли тот летом в «Норе». Не зная, что Гарри живёт в доме Гермионы, он и ей написал. Оказывается, до него дошли кое-какие слухи о жажде славы, которая явно обуяла их друга, и надо это поскорее обсудить. Неудивительно, что девушка очень рассердилась.
Артур поддержал Гарри и написал, что если тому понадобится любая помощь, он с радостью откликнется. Следующей прилетела новая сова близнецов (инвестиции Сириуса начали давать плоды). Они тоже выразили поддержку, а заодно предложили попробовать их новое изобретение – канареечные помадки.
Тут же появился Фоукс с письмом от Дамблдора. Тот просил Гарри и Сириуса о встрече – хотел обсудить вчерашнее заседание Визенгамота и кое-какую важную информацию, которая необходима «мальчику». Понимая, что верёвочек, за которые можно подёргать, у директора почти не осталось, адресаты только посмеялись.
Гарри и Гермиона ещё накануне отправили письма Невиллу и Луне (пусть узнают всё от виновников переполоха, а не из газет), а заодно предложили тридцатого июля отпраздновать дни рождения Невилла и Гарри. И ещё раз попросили Луну приглядеть за Хедвиг и Живоглотом (перед поездкой в аэропорт Сириус согласился «забросить» кота к Лавгудам). Невилл ответил с собственной совой, что на вечеринку согласен, а его бабушка очень хочет поговорить с Гарри и Сириусом. Луна написала, что с радостью придёт на праздник, и с удовольствием будет ухаживать за Хедвиг и Живоглотом. Кроме того, она упомянула, что уже на этой неделе история Волдеморта появится на первой полосе «Придиры», из-за чего на другую страницу даже пришлось перенести статью о морщерогих кизляках.
К тому времени, как все собрались, Хедвиг уже полетела обратно к Лавгудам, но сначала ей предстояло передать Амелии Боунс еженедельный отчёт Тонкс. Ответы многочисленным Уизли Гарри, Гермиона и Сириус отправили с теми же совами, что доставили сюда письма, а Фоукс унёс послание Дамблдору, в котором сообщалось, что встреча состоится после дня рождения Гарри. Вскоре Живоглота вместе с ответным письмом Луне доставили к Лавгудам, и теперь вся компания с нетерпением ждала отъезда. 

_______________________

У министра магии Амелии Боунс выдалась весьма беспокойная пятница – пришлось отвечать на массу вопросов, которые буквально посыпались со стороны членов Визенгамота, глав родов, сотрудников Министерства и прессы.
Но в целом это был хороший день. Правда, до сих пор неясно, нравится ли ей эта министерская карусель. Пока всеобщее внимание сосредоточено на памятном заседании Визенгамота, однако в магическом мире немало такого, что следует изменить. И Волдеморт – только часть проблемы. Самый важный пункт повестки дня – чистокровные, а чтобы вытащить этих ретроградов в следующее тысячелетие, придётся как следует поработать.
В своё время те одобрили слишком много законов, которые привели к коррупции и кумовству, а заодно подготовили благодатную почву к появлению Тёмных лордов. И в итоге в двадцатый век волшебный мир приходилось загонять буквально пинками.
Документы, которые прислал Гринготтс вместе с первым захваченным врагом, оказались весьма... показательными. Гоблины явно постарались воздать справедливость, но не стали лишать волшебника жизни, а использовали финансовые рычаги. Доказательства преступлений Пожирателя, которого они передали аврорам, были просто убийственными. Кроме того, род пленника лишился половины состояния, а сам он отныне может не трудиться, пытаясь посетить собственное хранилище – теперь для гоблинов он всё равно что мёртв. Четверть суммы (а это довольно серьёзные деньги) была передана ДМП в качестве штрафов и судебных издержек, вторую поделили между жертвами Пожирателя, третья оказалась в хранилище Гарри Поттера, а последняя ушла гоблинам в качестве компенсации согласно договору. Эти парни себя не обидят.
А вот в хранилище Лейстренджей теперь шаром покати. Согласно тому же соглашению, в данном случае врагом нации гоблинов провозглашена не только она, а весь род, который полностью лишился состояния. Здесь одна пятая часть была передана в казну Министерства, вторая – жертвам, а остальное золото поделили между гоблинами, Гарри Поттером и Сириусом Блэком, который сначала аннулировал брак Беллатрикс Лейстрейндж, а затем изгнал её из рода Блэков.
Похоже, к тому времени, как история с кровной местью подойдёт к концу, мистер Поттер станет гораздо богаче.
Естественно, Дамблдор попытался вмешаться, однако Амелия справедливо указала, что после провозглашения кровной мести ничего поделать уже нельзя. Больше того – нет ни одного закона, который запрещал бы нации гоблинов встать под знамёна Гарри Поттера. А любая их помощь будет расцениваться, как если бы мистер Поттер сделал это собственными руками. Пока никаких законов не нарушено, поэтому препятствовать бесполезно.
Сейчас она отправится домой, где обязательно поговорит со Сьюзен. К счастью, даже если с ней что-то случится, племяннице ничего не угрожает: когда тебя защищает Гринготтс и род Поттеров – это не шутки.
***
Дамблдор сидел в своём кабинете и посасывал лимонные дольки.
Всё, что случилось в Визенгамоте, попахивало хорошо спланированной операцией. Но этого просто не может быть! Затеяв борьбу с Волдемортом, Гарри избрал такую тактику, какая директору и в голову не пришла. Гоблины никогда не проявляли склонности к милосердию, а это значит – для Света будет потеряно огромное количество душ.
Кстати, пророчество теперь не имеет большого значения. Амелия мимоходом заметила, что даже если Волдеморта уничтожат гоблины, победителем будут считать Гарри. Однако оставались хоркруксы. Используя эти знания, он наверняка вернёт мальчика на правильную дорогу, и таким образом спасёт заблудшие души.
Ооо, а это что? Неужели с кухни прислали лимонный десерт?
***
Когда Блэк оформил их с Нарциссой развод и поместил её вместе с Драко под опеку своего рода, Люциус Малфой едва не вздохнул с облегчением. Он понимал, что с этой поттеровской кровной местью и грязными монстрами, которые ему помогают, одна ошибка может положить конец роду Малфоев.
Узнав, что его хозяин – полукровка, Люциус не слишком удивился. Он это подозревал, хоть и не знал наверняка. Да, его обманули, но исправить уже ничего нельзя.
Может, пришло время перебраться куда-нибудь в Аргентину? Тогда для начала стоит перевести своё золото в банк, которым управляют гномы. И вообще – надо быть очень осторожным.
Старший Малфой ещё не знал, что теперь его ничто не спасёт – гоблины уже о нём «позаботились».
***
После известия о том, что произошло на заседании Визенгамота, Нарцисса Блэк почувствовала, как у неё гора с плеч свалилась. Теперь-то она поняла, почему Сириус так настаивал, чтобы она срочно развелась с мужем и забрала сына.
Люциус был правой рукой Волдеморта, который на поверку оказался полукровкой. Но теперь её бывшего мужа можно уже не принимать в расчёт. А ради какого-то полукровки, отец которого – магл, нет никакого смысла подвергать опасности себя и сына. Хотя Гарри Поттер и сам полукровка, он – отпрыск одного из древнейших и благороднейших родов, поэтому для Блэков такой союз – очень умный ход. Да и род Блэков в Британии – далеко не из последних, так что её любимому сыну ничего не угрожает.
***
Драко Блэк (ещё недавно – Драко Малфой) пребывал в замешательстве. Поттер объявил кровную месть Тёмному лорду. Он всегда знал, что гриффиндорцы – глупцы, но это – чистое самоубийство.
Что ж, он-то, по крайней мере, останется в стороне. Он – по-прежнему чистокровный, а род Блэков намного влиятельнее рода Малфоев. Слизерин ещё почувствует его железную руку.
***
Молли Уизли была в ярости. С тех пор, как Сириус Блэк стал опекуном Гарри Поттера, она не могла использовать связь с Дамблдором, чтобы помочь своей дочери заманить в ловушку...эээ, заполучить Мальчика-Который-Выжил.
А теперь, с этой кровной местью, всё больше и больше похоже, что её грандиозным планам можно помахать ручкой.
Даже её сын, которого все считали лучшим другом Гарри, понятия не имел, что сегодня случится в Министерстве.
А тут ещё родители Гермионы проигнорировали её приглашение, заявив, что у них уже есть планы на лето. Ну ничего – девочка ещё молода; в конце концов, чтобы свести со своим непутёвым сыном, можно пригласить её следующим летом.
***
Джинни не знала, что и думать. Гарри поблагодарил её за пирог с патокой, написал, что тот оказался очень вкусным, а затем сообщил, что из-за кровной мести, которую он объявил Волдеморту, этим летом они не увидятся.
Всё выглядит так, словно зелье, которое она добавила при помощи матери, попросту не сработало.
Если Гарри успешно сопротивляется проклятью подвластия, может, он такой стойкий, что справляется и с контролем... эээ, любовным зельем? Значит, надо увеличить дозу – и проблема решена.
***
О том, что произошло в Министерстве, Рон узнал от отца. На следующий день все газеты только и трубили о кровной мести, которую объявил Гарри. Как – без него? Он же обязан быть рядом с лучшим другом и получить свою долю славы. В очередном письме Рон задал вопрос на эту тему и снова пригласил Гарри в «Нору». Поттер помог бы с тренировками, да и выигрывать у него в шахматы очень приятно.
Заодно он написал Гермионе. И подумал, что если подчеркнёт желание Гарри использовать свою известность, это будет гениальным ходом, чтобы привлечь на свою сторону разумную подругу. Намекни, что Гарри явно в голову ударила слава, прояви немного внимания – и она станет есть из твоих рук. А если заполучить Гермиону себе в девушки, не будет никаких проблем с домашними заданиями. А там он найдёт кого-нибудь посимпатичней. Ну, или сначала школу закончит. Между прочим, тогда останется больше времени на квиддич. А что – блестящий план! Ни один слизеринец не сумеет придумать лучше.
Так или иначе, пришло время поесть. Там внизу ждёт полная тарелка с его именем.
***
Для Долорес Амбридж наступили тяжёлые времена.
Из-за того, что она попыталась избавить мир от ничтожного урода-полукровки, её уволили и арестовали. А единственная ошибка – она связалась с этим идиотом Фаджем. Ну ничего, разнообразного компромата у неё хватает. Она ещё выпутается из этой истории и всем покажет. Эта мразь заплатит за всё!
Долорес пока не знала, какие изменения уже произошли в Министерстве и магическом мире после её ареста. В конце концов, не существует добра и зла, а есть только сила и те, кто слишком слаб, чтобы её взять.
***
Из разговоров в замке Добби узнал потрясающие новости.
Его друг и (как он надеялся) будущий хозяин Гарри Поттер сэр объявил кровную месть этому мерзкому человеку-змее. Гарри Поттер сэр – очень храбрый волшебник, а теперь и гоблины на него работают. И его Грейнджи тоже с ним.
Его Грейнджи – очень славная, хоть и говорит постоянно об освобождении эльфов. Но остальные-то не знают, что у Грейнджи Гарри Поттера сэра доброе сердце, и потому её не любят. Может, он сумеет убедить Гарри Поттера сэра сделать его своим домовым эльфом? А потом попросить, чтобы Гарри Поттер сэр убедил его Грейнджи взять к себе Винки? Тогда Винки снова станет очень счастлива, и они будут вместе, как Гарри Поттер сэр и его Грейнджи. А если не получится, может, домовой эльф нужен крёстному Гарри Поттера сэра?
Итак, у Добби есть план. Он чувствовал в Выручай-комнате плохое волшебство мерзкого человека-змеи. И если он заберёт это плохое волшебство и передаст его гоблинам, друзьям Гарри Поттера сэра, а затем попросит, чтобы они убедили Гарри Поттера сэра сделать его своим домовым эльфом... может сработать.
Да, это хороший план.
***
Рита Скитер чувствовала себя одураченной.
Самая горячая новость последних дней – Гарри Поттер объявил кровную месть – прошла мимо неё. Правда, он всё ещё должен ей два интервью. Зато заставил принести магическую клятву, что она не будет нападать на Амелию Боунс и её семью, поэтому теперь, когда та стала министром, чёртова клятва не позволяет нарыть на неё компромат, чтобы как следует облить грязью.
Но нет худа без добра: открыт сезон охоты на бывших последователей Того-Кого-Нельзя-Называть. А учитывая кровную месть, если она через гоблинов предоставит мальчику информацию об их преступлениях, с её головы не упадёт и волос.
А значит, несколько громких заголовков ей обеспечены.
***
Луна Лавгуд была очень счастлива.
С тех пор, как она подружилась с Гарри Поттером, её жизнь сделала крутой поворот. Теперь у неё появились друзья: Гарри, Гермиона Грейнджер, близнецы Уизли и Невилл Лонгботтом. Последний оказался очень милым мальчиком, и они писали друг другу чуть ли не каждый день. Письма Гарри и Гермионы были очень тёплыми, и это оставляло приятное чувство, что тебя защищают и поддерживают. А близнецы оказались очень забавными.
А вот самый младший Уизли явно нахватался мозгошмыгов. Надо бы держаться от него подальше, потому что он, похоже, не желает от них избавляться. Что ж, даже тыразырика можно загнать в воду, но попробуй заставить его пить.
Из-за того, что её отцу пришлось много писать о Томе Риддле, в этом году пришлось отложить поездку в Швецию, где они собирались искать морщерогих кизляков. Ну ничего, они поедут туда в августе – после вечеринки, на которую её пригласили.
Так здорово, когда у тебя есть друзья!
***
Невилл Лонгботтом чувствовал себя совершенно измотанным.
Это было лучшее лето в его жизни. Всё просто: в конце прошлого учебного года он обрёл, наконец, уверенность в себе, у него появилось несколько друзей и прилично улучшились оценки.
А в начале каникул бабушка приобрела ему новую палочку, и это просто фантастика! Очевидно, его новая палочка (тринадцать дюймов, вишня и шерсть единорога) подходит ему гораздо больше, чем прежняя, поэтому и заклинания стали намного сильнее. А бабушка очень им гордится.
А ещё он начал заниматься фехтованием. Это тяжёлый труд, зато держит в тонусе – он заметно похудел.
В кои-то веки Невилл радовался жизни, но буквально валился с ног.
***
Для Августы Лонгботтом Гарри Поттер стал открытием.
Её Фрэнк и родители мальчика были близкими друзьями. Они вместе противостояли Волдеморту и его Пожирателям, и какое-то время им везло. Однако уже после того как, родители Гарри погибли, на её сына и невестку напала группа сумасшедших последователей этого монстра.
Честь её рода требовала крови. И хотя от других известных семей помощи по-прежнему не было никакой, пришло время расплаты.
Пора поговорить с гоблинами о союзе в рамках кровной мести.
***
Ремус рассчитывал в Италии встретиться с Гарри и Бродягой.
Сейчас он путешествовал по континенту и пытался заручиться поддержкой кланов оборотней. Или, по крайней мере, добиться их нейтралитета.
Кстати, в последние дни чрезвычайно помогла пресса. Оборотни узнали, что Волдеморт навлёк на себя гнев гоблинов, а значит – шансы Мальчика-Который-Выжил уничтожить Тёмного лорда взлетели едва ли не до небес. Ему будет, что сообщить Дамблдору.
Наконец-то с помощью гоблинов у него появилась надежда исполнить свою клятву. Когда-то он поклялся, что увидит, как Фенрир Грейбек сдохнет. Как прихвостня Волдеморта, того напрямую касалась кровная месть, поэтому всё, что надо сделать – поставить в известность Гарри и гоблинов.
Он ДЕЙСТВИТЕЛЬНО надеялся на встречу с Бродягой и его крестником.
***
На Кингсли Шеклбота свалилась целая гора работы.
Амелия назначила его на этот пост, потому как чувствовала, что в самое ближайшее время Руфус пригодится ей в качестве главы авроров. Кроме того, она доверяла Кингсли и не сомневалась – тот будет соблюдать законы, и правосудие окажется в надёжных руках. Министр считала, что именно для этого и существовал ДМП, и именно ЭТИМ он и должен заниматься. А её преемнику такая задача будет по силам.
Кстати, несколько дел ДМП преподнесли на блюдечке с голубой каёмочкой. Гоблины изо всех сил собирали доказательства преступной деятельности Пожирателей, а его задача – убрать их с улиц, прежде чем грозные маленькие воины начнут проливать кровь. И разгребать этот беспорядок придётся ему, а не гоблинам, и уж тем более – не Гарри Поттеру.
Пора засучить рукава.
***
Рагнок чувствовал, что у него есть все основания быть довольным.
Для нации гоблинов Гарри Поттер оказался даром небес. Союз с юным волшебником уже принёс результат: влияние гоблинов существенно выросло.
Кроме того, с подачи мистера Поттера Гринготтс занялся любимым делом – уничтожением своих врагов. Вся мерзость, которую создал Волдеморт, уже собрана, и к тому времени, как молодой волшебник вернётся из поездки, все предметы будут очищены.
Гоблинов, которые добровольно принесли себя в жертву, чтобы с помощью магии крови очистить эти артефакты, будет чтить вся нация, ведь честь своего клана – весьма важная цель в жизни каждого гоблина. Мистеру Поттеру об этой детали Рагнок предпочёл не сообщать: он нисколько не сомневался – тот не согласится обменять жизнь гоблина на собственную.
Последний предмет буквально сам пришёл к ним в руки, когда домовой эльф, который назвался другом мистера Поттера, принёс диадему Рейвенкло. Домовик упорно доказывал, что Гарри Поттер – действительно его друг, и Рагнок вспомнил: это тот самый эльф, которого их союзник с риском для жизни освободил от Малфоев (эпизод был в одном из воспоминаний, которые предоставил новый союзник). Всё, чего просил этот домовик – убедить мистера Поттера взять его к себе, а заодно убедить девушку мистера Поттера взять к себе подругу этого домового эльфа.
Кстати, мисс Грейнджер тоже оказалась настоящим подарком. Маглорождённая ведьма, широко известная как самая умная ведьма своего поколения, и вдобавок – активная сторонница равных прав для всех магических существ, включая гоблинов. Чтобы она как следует изучила юриспруденцию, банк мог потратить в десять раз больше – и всё равно не остался бы внакладе. Один взгляд – и становится ясно: эта волшебница добьётся своей цели. Да и мистер Поттер заявил, что изо всех сил будет ей помогать.
Рагнок и его советники были единодушны: жизнь Гарри Поттера – слишком ценная вещь, чтобы ею рисковать, а чтобы уничтожить Волдеморта, гоблины готовы пожертвовать сотнями своих жизней. В конце концов, для их нации это был шанс снова подняться к славе и величию.
***
Тем временем Волдеморт проник в пещеру, где хранил ещё один хоркрукс.
Тёмный лорд добрался до острова и сейчас смотрел на зелёное зелье. Медальон он отчётливо не видел, однако тот явно никуда не делся. Правда, ему показалось... нет, неважно. Он не мог взять его в руку... ну ладно – в клешню, но теперь можно немного успокоиться. К сожалению, его не сопровождал какой-нибудь ненужный паразит, которым можно было пожертвовать, чтобы достать артефакт и осмотреть его повнимательней.
Похоже, ему всё-таки придётся уничтожить это тело. Тогда он сможет свободно двигаться и сумеет повторить всё заново. У него по-прежнему остались якоря в этом мире, а остальное сейчас не так важно.
И в следующий раз он не станет пользоваться помощью такого кретина как Питер Петтигрю.
***
И снова Боб и Ларри вместе потягивали пиво. Кстати, последний завтра собирался навестить клиента для краткой беседы. Боб всё пил и пил, и его глаза становились всё более и более безумными. Жнец уже заметил, что приятелю самые грандиозные планы приходят в голову, когда он как следует напьётся.
И вот Боб принялся вещать про Гарри, девчонку Грейнджер и домовых эльфов. А когда начал излагать суть очередного плана, Ларри мысленно застонал. Этот план потребует ОЧЕНЬ серьёзной беседы с Гарри.
Правда, в последнее время Лора злится гораздо меньше. Похоже, она оценила благоприятный поворот событий и сильно заинтересована, чтобы и дальше всё шло как по маслу. В конце концов, чем меньше проблем у клиента, тем реже ей придётся отчитываться перед советом директоров их корпорации.

______________________

Гермиона Грейнджер пребывала в затруднении.
За очень короткое время её самый лучший друг резко изменился. Не подумайте, что она против, но всё-таки после третьего этапа Турнира Трёх Волшебников тот стал совсем другим человеком.
Девушка очень гордилась своими знаниями (про себя, конечно) и обычно их использовала, чтобы помогать другим, особенно Гарри. И вообще: мистер Поттер – отдельный разговор. Да, он часто бывал мрачным и раздражительным, и к учебе мог бы относиться получше, но в то же время был самым храбрым и добрым человеком из всех кого она знала. И сделает всё, что в его силах, чтобы защитить любого: своих друзей, приятеля, и даже совершенно незнакомого человека. Вот именно из-за этой мании спасать всех и вся и она сейчас жива, и может и дальше впитывать знания, чтобы помогать кому-то ещё.
Вот почему она готова пойти на всё, чтобы ему помочь. Если надо его подтолкнуть – она тут как тут, если ему нужен план – она составляла список, а если кого-то пора спасать – она только лишь не ночевала в библиотеке, чтобы Гарри был во всеоружии. И даже Рона согласна терпеть: рыжий – друг Гарри, так что если у него возникали проблемы, Гермиона помогала и ему.
Однако Рон никогда не показывал, что по-настоящему ценит эту помощь. Символическое «спасибо» – и был таков. И правда: зачем тратить время, если можно поиграть в шахматы или поболтать о квиддиче?
И здесь Гарри отличался в лучшую сторону. Он замечал помощь подруги и всегда её ценил. А когда говорил "спасибо" (даже мимоходом), в его голосе звучала искренность. Правда, иногда мог забыть, но, в конце концов, чуть позже вспоминал и благодарил её.
А в последние две недели он провёл просто гигантскую работу. И создавалось ощущение – Гарри откуда-то знал, что ему делать. Например, все эта история с Гринготтсом. Вот начинается встреча с главой нации гоблинов. Проходит какой-то час, и у друга появляется сильнейший союзник в борьбе с Волдемортом. А такого, на минуточку, ещё не добивался ни один волшебник. Ни Мерлин. Ни Дамблдор. Ни один маг или ведьма, портреты которых можно было обнаружить на карточках от шоколадных лягушек. Никто.
А она ничем ему не помогла.
На самом деле, это Гарри ей помог: каким-то образом добился от Гринготтса обещания спонсировать её учёбу в Оксфорде. Причём Рагнок не сказал, что это будет стипендия. Нет, он заявил "мы покроем все расходы". И внезапно её туманные планы и мечты обрели конкретные очертания.
Казалось, он знает такое, о чём окружающие не имеют ни малейшего представления. Но откуда? Например, пророчество. Или информация о Волдеморте. Или о других людях. И такое ощущение, что всё это ему рассказывает кто-то сверху (девушка даже не подозревала, как близка к истине).
Она любила Гарри, действительно любила. Любила всем сердцем и всей душой, любила так сильно, что иногда ей становилось страшно. С тех пор, как Гарри попросил её стать его девушкой, она была полностью и абсолютно счастлива. А как ей польстило его внимание, когда он увидел её в бикини! Ещё ни один мальчик не заставлял её чувствовать себя такой привлекательной.
Но кое-что внушало беспокойство. Казалось, всё прекрасно, но что-то всё-таки исчезло. Гарри был самым бескорыстным человеком из всех, кого она знала. И если бы заметил, что она в него влюблена (неважно, как), безо всяких сомнений, потратил бы жизнь, чтобы сделать её счастливой. И неважно, нужно это ему или нет.
А Гермиона хотела быть необходимой почти так же (а может – даже больше), чем любимой. Она ДЕЙСТВИТЕЛЬНО чувствовала себя любимой. Любимой целиком и полностью. Но была ли она по-настоящему нужна?
Она чуть не начала оказывать знаки внимания своему недалёкому рыжему другу. А всё потому, что Рональда Уизли отличала одна существенная черта – он был нуждающимся.
Гермиона пребывала в очень затруднительном положении.
***
Роберт Грейнджер был довольно наблюдательным человеком. Он – хороший специалист, у него счастливая семья и удачный брак. И пусть он не сильно знаком с магическим миром, зато хорошо знал женщин вообще, и свою дочь – в частности.
Для его любящей учёбу дочери Гарри оказался прекрасной парой – уважительный, доброжелательный, готов её защищать, великодушный... Постоянно ей говорил, какая она привлекательная, и никогда не критиковал. Но Роберт знал, что если ничего не предпринять, грядут серьёзные проблемы.
Ему придётся сделать такое, чего делать совсем не хочется – научить молодого человека, как сделать его собственную дочь по-настоящему счастливой. Очевидно, у мальчика никогда не было нормального образца для подражания. По всей видимости, относительно своей так называемой семьи он решил делать всё ровно наоборот. Кстати, судя по некоторым признакам, воспитывали его самые отъявленные мерзавцы, которых только можно представить.
И хотя со стороны юноши это хороший план, он должен кое-что узнать, причём рассказать ему об этом может только отец.
Роберт Грейнджер должен помочь Гарри Поттеру заставить свою дочь любить его ещё больше. И эта мысль вызывала боль.
***
В аэропорту Гермиона, Эмма и Тонкс первым делом отправились по магазинам, чтобы купить еды и что-нибудь почитать в полёте. Гарри раньше никогда не был в аэропорту, и огромные лайнеры его просто восхитили. Сириус тоже был очарован огромными магловскими устройствами. Как любой уважающий себя чистокровный волшебник, он никогда не был в самолете.
Таким образом, сейчас они вдвоём прикипели к широким окнам, любуясь на взлетающие и приземляющиеся лайнеры (девушки пообещали приобрести всё нужное и на их долю).
Вскоре за спиной у юного мага раздался знакомый голос:
– Гарри, я могу с тобой поговорить?
Тот обернулся и увидел отца Гермионы, который задумчиво на него смотрел.
– Конечно, Роберт. Чем могу помочь?
Мужчина покачал головой: одной этой фразой молодой человек наглядно продемонстрировал свою проблему – это всегда "Чем могу помочь?" и никогда "Мне что-то нужно".
– Хочу обсудить с тобой несколько вещей. Мы можем отойти туда, где поменьше народа?
Гарри поднялся и последовал за Робертом к паре кресел, вокруг которых было пусто. Сириус, которого заинтересовал этот разговор, незаметно последовал за ними и устроился неподалёку.
– Как дела по поводу этого ненормального и его последователей?
– Всё хорошо. Теперь на нашей стороне гоблины, поэтому большинство проблем отпадают сами собой. Пост министра достался очень честному человеку, и она сумеет навести порядок. Со мной Сириус, который здорово помог... Я считаю, всё идёт успешно.
Роберт кивнул.
– Хорошо. А как тебе нравятся каникулы?
– Если быть откровенным – это самое лучшее лето в моей жизни. Теперь у меня есть опекун, который обо мне заботится, и я впервые в жизни сам решаю, чего хочу. Я замечательно проводил время в вашем доме, а теперь впервые еду за границу. Кроме того, я встречаюсь с лучшей девушкой на свете, и она счастлива. Всё просто великолепно! Честно говоря, мне почти страшно, что скоро мы с Сириусом переедем в собственный дом – сейчас всё так замечательно, и я впервые за летние каникулы не скучаю по друзьям.
– Тогда откровенность за откровенность: ты, Сириус и Тонкс – прекрасные гости, и мы нисколько не расстроимся, если вы никуда не переедете. Тем более, что Сириус позаботился о дополнительных расходах, а моей дочери не придётся проводить каникулы в одиночестве.
Гарри улыбнулся – похоже, замечательное лето продолжается.
– А какие у тебя дальнейшие планы?
Юноша немного задумался.
– Для начала хочу убедиться, что угроза Волдеморта устранена навсегда. Кроме того, хочу закончить школу. Ну, а дальше... буду изо всех сил помогать Гермионе, – Тут он немного запнулся и покраснел. – А ещё надеюсь, что мы с ней станем семьёй.
– Гарри, насколько сильно ты любишь мою дочь?
– Сэр, должен признаться, что я полностью и абсолютно в неё влюблён. И готов на всё, чтобы защитить её и сделать счастливой.
Роберт вздохнул – как же всё запущено!
– Я это ценю. Любой отец рад слышать, что поклонник твоей дочери защитит её даже ценой собственной жизни, а ты это сделаешь. Заодно приятно видеть, как он постоянно демонстрирует ей свою любовь, и здесь ты тоже преуспел. В пределах разумного, разумеется. – Молодой человек решительно кивнул, а затем вновь покраснел. – Знаешь, для отца – большое облегчение, если он знает, что парень его дочери по-настоящему ей предан, а не просто сексуально озабоченный подросток. И теперь я это вижу. Но у меня к тебе есть ещё один вопрос.
– Какой? – поинтересовался Гарри, до сих пор не понимая, куда клонит собеседник.
– Тебе нужна моя дочь?
Несколько мгновений Поттер просто таращился на Роберта. Очевидно, тот спросил именно то, что и хотел спросить. Естественно, юноша ожидал, что самым важным станет вопрос о любви, но это оказалось лишь вступлением. Тем временем Сириус делал вид, что совершенно не интересуется беседой, однако был весьма заинтригован. У него самого никогда не было возможности поговорить на эту тему со своими родителями, и теперь он гадал, к чему весь разговор.
– Сэр, отвечу честно: мне нужна ваша дочь больше любого другого человека на свете. Она во всех смыслах – моя вторая половинка. Если я потеряю любого другого важного для меня человека (и заранее прошу у них прощения), я сумею это пережить и буду жить дальше, но при одном условии – рядом со мной останется ваша дочь. А вот если я потеряю одну только Гермиону, мне больше незачем жить, – от одной лишь мысли, что он может потерять любимую, на его глаза навернулись слёзы.
– Понятно. – Роберт замолчал, затем опустил взгляд, выдержал паузу, после чего посмотрел Гарри прямо в глаза. – А ей ты сказал?
Как оказалось, тот о таком даже не думал. Весь его жизненный опыт говорил, что если ты в ком-то нуждаешься, это – признак слабости. Он жил, помогая другим, а заодно учился тому, что позволит помочь и защитить их. С самого раннего детства жизнь его учила, что от людей не стоит ждать ничего хорошего, а уж чтобы тебе был кто-то нужен... Он просто брал, что давали, и был за это благодарен. Наконец юноша ответил, и его голос дрожал:
– Нет, сэр. Никогда.
Мужчина вздохнул.
– Гарри, я давно за тобой наблюдаю, и не могу не восхищаться. Я ещё не встречал другого подростка и даже взрослого, который настолько посвятил себя окружающим. Практически любой рассказ моей дочери доказывает твою храбрость и самоотверженность. Например, в истории с этим монстром ты действовал практически безупречно. А сколько вокруг тех, кто тобою восхищается? И заметь – они тебе преданы не из-за твоей славы и известности, а потому что ты настолько отдаёшь себя другим, совершенно не задумываясь о себе, что у них просто не остаётся выбора, кроме как поддержать тебя изо всех сил, ведь поступить иначе – верх преступления и позора. Ты – воплощение идеи благородства. И как образ жизни – это неплохо. Чего бы ты ни захотел – ты этого добьёшься, и тебя будут любить и уважать. – Здесь Роберт ещё раз взглянул собеседнику прямо в глаза. – Но когда дело касается противоположного пола, это не работает.
Гарри смутился: разве на таком фундаменте не выстроить прекрасных взаимоотношений?
– Романтика – это отношения между равными. А идея, что ты должен давать своей жене всё, что она только пожелает – полная чушь. Женщина или мужчина, которые решили быть вместе, должны чувствовать себя не только любимыми, но и нужными друг другу. На прошлой неделе я видел тебя счастливым. А почему ты был счастлив? Да потому что знал, что нужен другим, знал, что у тебя появилась возможность сделать то, в чём нуждались другие, и ты это сделал. ЭТО – счастье! – Для Поттера это стало откровением. Рассмотреть ситуацию под таким углом ему и в голову не пришло. – Но во всех своих свершениях ты попытался взвалить всё на собственные плечи. И, в конце концов, это сделает окружающих несчастными. Люди должны чувствовать, что они нужны, и в таких отношениях, как брак, это особенно важно.
Здесь Роберт усмехнулся.
– Ты в курсе, что Гермиона раздумывала, не обратить ли внимание на другого вашего друга? И это глупо, потому что он полный идиот. Но если бы ты не сделал несколько шагов навстречу, она бы ушла к нему. А почему? Да потому что рядом с ним чувствовала бы себя нужной. В общем, если хочешь построить с Гермионой хорошие отношения, или с кем угодно ещё (хотя это не про тебя), ты должен не только ей сказать, что любишь её, но, что ещё более важно – сказать и показать ей, как она тебе нужна. Понимаешь?
На несколько минут Гарри задумался. Такого ему не говорил никто и никогда. И это многое объясняло. Рон всегда выглядел несчастным и ревновал, когда считал, что Гарри он не нужен. И искренне радовался, когда делал что-то полезное для других. Да и Гермиона старалась помочь всем вокруг, потому тогда ощущала себя полезной. Это заставляло её чувствовать, что она – необходима. Она была его подругой и всегда знала, что может ему помочь, Пусть он не говорил ни слова, Гермиона понимала, что ему нужна её помощь. Вот почему Молли не желала видеть, что её дети выросли – она была полезной, только пока они были маленькими. И Луна. И Невилл. И Дамблдор. И список можно продолжать.
А вот с Джинни это не сработает. И причина в том, что она всегда показывала – ей нужен исключительно Мальчик-Который-Выжил. Ей не нужен Гарри Поттер – она нуждалась в Герое. И до тех пор, пока Гарри им был, она чувствовала бы себя счастливой. А что потом? То-то и оно. Кстати, сам он собственному счастью мог помахать ручкой. Так же, как и Рон рядом с Гермионой, ведь он никогда бы не почувствовал, что нужен ей. Он бы только брал и брал, ничего не отдавая взамен.
– Спасибо, сэр. Я всё понял. И очень ценю объяснения. Никто и никогда не делал этого прежде, – юный маг улыбнулся. – Это действительно то что доктор прописал. – Роберт рассмеялся. – Сегодня вечером, когда мы приедем на виллу, я обязательно с ней поговорю. Не обещаю быть джентльменом, но объясню Гермионе, как и почему она мне нужна. И если это сделает её счастливой, считайте, что ваш урок я запомнил навсегда. А теперь у меня просьба: я прошу, чтобы вы мне доверяли.
Роберт внимательно взглянул на подростка. Ну что ж: то, что должно случиться – непременно случится. Он должен позволить своей дочери быть счастливой. А, кроме того, для Гарри это тоже самое главное. Значит, надо соглашаться.
Они встали и обнялись. И Гарри Поттер наконец-то понял, что нашёл человека, способного показать, каким должен быть настоящий отец.
***
Полёт оказался весьма интересным. Бóльшая часть компании болтала, а вот Сириус развалился в кресле и делал вид, что дремлет – в конце концов, предыдущую ночь он охранял дом. На самом деле он размышлял. Разговор Роберта и Гарри сильно на него подействовал. Блэк понял, что и он счастлив из-за того, что нужен крестнику. А когда-то был счастлив вместе с другими Мародёрами, потому что они нуждались друг в друге. Да и Хвост стал предателем, потому что чувствовал себя никому не нужным.
Наконец, Сириус просто восхищался Робертом Грейнджером. Тот преподал урок детёнышу, а заодно научил и его самого. Только теперь он понял, что в его жизни должны быть не только Гарри и Волдеморт. Пора и на этом фронте что-то делать – пришло время идти дальше.
***
Когда компания прибыла на виллу, все разложили вещи по своим комнатам, а затем встретились, чтобы перекусить. Заодно решали, чем заняться в ближайшие дни. Около девяти вечера Гарри кивнул Роберту, обнял Гермиону и повел её к себе в комнату для запланированного разговора.
Мистер Грейнджер проводил их взглядом, а следившая за ним Эмма очень удивилась. Похоже, парочка собиралась провести время вдвоём, и, по идее, супруг должен нервничать, однако тот выглядел спокойным как удав. Что происходит? Надо непременно разобраться.
Гарри привёл Гермиону в свою комнату, усадил на кровать, а затем вытащил палочку и наколдовал чары приватности. Девушка тут же забеспокоилась:
– Хм, Гарри? А ты не боишься, что могут подумать мои родители?
Тот улыбнулся и ответил:
– Нет. Твой папа знает, о чём я буду говорить, и он уверен, что я не заставлю тебя делать такое, к чему ты не готова.
Теперь собеседница чувствовала себя заинтригованной – такое поведение для её отца совершенно не характерно.
– На самом деле, у нас с ним состоялся разговор, и он указал мне на ошибку.
Сейчас Гермиона выглядела потрясённой.
– Даже не знаю. Всё, что ты делал – сработало. А что за ошибка?
– Для начала позволь рассказать одну историю. И это правда. Рассказ займёт довольно много времени, поэтому прошу – не перебивай, пока я не закончу.
Следующие полтора часа Гарри рассказывал любимой о своей предыдущей жизни. Начал с того, что произошло в следующие три года, и сколько людей погибло. Это была история о дружбе и борьбе, свершениях и раскаяниях. А затем пришла очередь корпорации «Afterlife Inc».
– Очевидно, я умирал уже семь раз. Каждый предыдущий они стирали мне память и отсылали назад, чтобы я предпринял ещё одну попытку. Но в последний раз их терпение лопнуло. Из-за моей же глупости Ларри (это мой Жнец) буквально смешал меня с грязью. И самая моя большая глупость – как я относился к тебе.
Теперь девушка была озадачена. Гарри рассказал, чему научился, потом объяснил, что произошло, прежде чем его отправили назад, включая все планы Боба, но до сих пор неясно, о какой такой ошибке идёт речь.
– Единственная причина, почему на прошлой неделе у меня всё получилось – я уже это прожил, но тогда всё испортил. А на этот раз просто делал, как мне сказали: «Вернись, придерживайся плана, не допускай ошибок, женись на своей второй половинке, живи с ней до глубокой старости и будь счастлив».
Сказать, что Гермиона была потрясена – всё равно что утверждать, будто в океане немного воды. Категории совершенно разного масштаба.
Затем Гарри объяснил всё, что сделал, и по каким причинам. А закончил так:
– Твой папа задал мне вопрос, но такого мне никто не объяснял – никогда, ни в единой жизни, ни разу. И только когда он до меня достучался – заставил понять мою ошибку. И вот в чём она заключается: Гермиона, есть кое-что, чего я никогда тебе не говорил.
А у той моментально возник вопрос: что же это настолько важное по сравнению с тем, что она сейчас услышала, и привело к таким серьёзным последствиям?
– Гермиона, я люблю тебя. Я любил тебя много лет. Но одну вещь я не говорил тебе никогда. Так вот – ты нужна мне. Ты нужна мне больше всего на свете. Если бы я потерял всех, кроме тебя, я мог бы стать счастливым. Да, мне нравится иметь друзей, но чтобы жить и быть счастливым, мне нужна просто ты. Именно из-за тебя этот мир стоит того, чтобы в нём жить!
После этих слов Гермиона бросилась в объятия любимого и разрыдалась. И это несмотря на то, что такой счастливой она себя ещё не чувствовала. Больше того – представить, что на свете существует ТАКОЕ счастье, у неё фантазии бы не хватило. Гарри, её лучший друг, Гарри, который её любил, защищал, спасал ей жизнь и ни разу не задумался о себе, сказал, что она ему нужна. Нет, что для него без неё, и жизнь – не жизнь!
Если бы год назад кто-то спросил, что сделает её счастливой, она бы ответила: новые знания, помощь людям, и когда-нибудь потом – семья.
Если бы её спросили неделю назад, она бы сказала: любить Гарри, помогать ему, окончить школу, получить высшее образование, добиться равных прав для всех магических существ и создать с Гарри семью.
Если бы это случилось вчера – уничтожить Волдеморта и выйти замуж за Гарри.
Но теперь она понимала.
Если бы кто-то задал этот вопрос сейчас, она знала единственный верный и правильный ответ: Гарри любит её и нуждается в ней так же, как она любит и нуждается в Гарри.
Это так просто!
Гермиона перестала плакать, чуть повернула голову и так поцеловала Гарри, чтобы он почувствовал, как она его любит и как он ей нужен. Они уже целовались несколько минут, как вдруг девушка почувствовала, что к её попке что-то прикоснулось снизу (сейчас она сидела у любимого на коленях). И быстро сообразила, что это такое. И если ещё месяц назад она бы наверняка жутко смутилась, то теперь просто закрыла глаза, прислушиваясь к новым ощущениям. А потом взяла Гарри за руку и прижала её к джемперу, чтобы та накрыла её грудь. А когда любимый попытался отнять руку – удержала.
В этот момент Поттер на мгновение запаниковал, но затем решил жить сегодняшним днём.
Но прежде, чем произошло что-то ещё, из противоположного угла комнаты послышался голос:
– Ну наконец-то!
Подростки сразу же подскочили и развернулись в ту сторону, выхватывая палочки, но тут Гарри буквально простонал:
– Ребята, познакомьтесь с Гермионой Грейнджер, моей второй половинкой. Гермиона, познакомься с моим Жнецом Ларри и его другом, сотрудником отдела Ремонта Судеб, Бобом. Оба работают в загробной жизни. 

Гермиона недовольно смотрела на неожиданно возникшую парочку. Она только-только заполучила своего Гарри, героически справившись с его чрезмерным благородством, и собиралась приятно провести время, а тут такое... Честно говоря, сейчас девушка чувствовала раздражение.
Да и сам Поттер был далеко не рад. Он добился такого значительного прогресса в отношениях с Гермионой, но тут появился Ларри, да ещё и Боба с собой притащил, и всё коту под хвост! Пусть эта парочка хотела видеть его с Гермионой, но почему в такой момент?! Проклятые, надоедливые, раздражающие МЕРЗАВЦЫ!
Видимо, на его лице было написано слишком многое, потому что Ларри закатил глаза, а Боб ухмыльнулся.
– Привет, Гермиона Грейнджер. Меня зовут Ларри, а это – Боб. Всё, что говорил Гарри – правда, но ты никому и никогда об этом нет расскажешь.
Последний молча сверлил гостей тяжёлым взглядом, и Гермиона разозлилась.
– Это единственная причина, почему вы нас прервали?
– Нет. Сейчас как раз пришло время контрольного визита. Они назначаются нерегулярно, но в данном случае, поскольку он всё тебе рассказал, я захотел с тобой увидеться. Кстати, я сказал "Наконец-то", потому что уже устал воскрешать своего клиента и отсылать обратно. Но теперь, когда рядом с ним ты, буду чувствовать себя спокойней.
Гермиона немного утихомирилась. Очевидно, она действительно нужна Гарри. Вон, даже его Жнец так говорит. И как только этот контрольный визит закончится, можно будет вернуться к тому, на чём их прервали.
– Гарри, в любом случае – хорошее начало. Мне и правда понравилось, и даже Лора начинает потихоньку оттаивать.
Девушка взглянула на любимого.
– Лора?
Он посмотрел ей в глаза.
– Босс Ларри. Очевидно, мой Жнец слишком её раздражал, да и такая проблема в её отделе была ей совершенно ни к чему. Я тебе рассказывал, – он оглянулся на Ларри. – Значит, мы вас будем видеть не слишком часто?
Жнец покачал головой.
– Неа. Лора очень заинтересована, чтобы всё и дальше шло как по маслу, поэтому не стоит ничего менять. Но время от времени я всё-таки буду вас навещать. Надеюсь, вы будете ждать меня с нетерпением. Кроме того, у Боба есть планы, так что заодно он вам о них расскажет.
– Планы, Боб?
Глядя на подростков, тот ухмыльнулся.
– Теперь дела пошли на лад, поэтому мой отдел решил использовать одного клиента, с которым легко связаться, чтобы кое-что подкорректировать. И это затронет не только вашу судьбу.
Поттер застонал – вспомнил предупреждение Ларри. А Гермиона выглядела взволнованной и заинтригованной.
– Какие планы? А меня они тоже касаются?
– Ну, поскольку ваши судьбы связаны, конечно. И мне почему-то кажется, что жаловаться ты не станешь.
– Почему?
– Ты ведь хочешь помочь домовым эльфам?
– Да. Не хочу, чтобы они оставались рабами. Пусть будут свободными и счастливыми.
– Отлично. Однако есть кое-что, чего ты о домовых эльфах не знаешь. И должна у них спросить. У двух особенных эльфов. Угадайте, кто это?
После секундной паузы ребята посмотрели друг на друга и одновременно выпалили:
– Добби и Винки!
– Точно. Кстати, когда нас здесь уже не будет, называйте их имена поосторожнее. Пока мы тут, никто не узнает, что происходит в этой комнате, а вот когда мы уйдём... по крайней мере, один из домовиков постоянно ждёт, что вы его позовёте.
Гарри повернулся к Гермионе.
– Перед Добби я действительно в долгу. Помнишь, я рассказывал тебе, как на седьмом курсе он спас нас с тобой, а заодно Луну, Рона, Олливандера, Грипхука и многих других? А в результате погиб сам. Поэтому я сделаю всё, чего бы он ни попросил. И если он захочет связать себя со мной – пусть будет так. А Винки очень несчастна, и если ничего не изменить, так и останется несчастной до самой своей смерти. В общем, её это тоже это касается.
Теперь девушка выглядела обиженной. Боб взглянул на неё и покачал головой.
– Послушай меня: я точно знаю, что в конце концов ты добьёшься цели, и домовые эльфы станут ГОРАЗДО счастливей, чем в последние несколько веков. Но сейчас ты действительно должна прислушаться к Гарри. Доверься мне. Вот увидишь – вам обоим это здорово поможет. И ещё: Гарри, я думаю, ты захочешь расспросить своего друга о его встрече с гоблинами.
Наконец Гермиона кивнула.
– Хорошо. Но я всё равно буду добиваться для них равных прав с другими волшебными существами. Не хочу видеть, как над ними издеваются.
Гости рассмеялись.
– А ты можешь представить, как Гарри над кем-то издевается? Особенно над своим другом?
Девушка смущённо покачала головой.
– Нет – Гарри слишком хороший.
Тот улыбнулся любимой.
– Обещаю, что стану тебе помогать изо всех сил. Но сначала не худо бы спросить, чего они сами хотят.
Ларри и Боб поднялись.
– Что ж, это было забавно. Дела идут хорошо, так что продолжайте в том же духе.
И исчезли.
– Ну что, позовём их? – поинтересовалась волшебница.
Гарри на мгновение задумался.
– Давай-ка выйдем отсюда и посмотрим, остался ли кто-нибудь в гостиной. Ведь пока только десять, и может, все ещё там. Тогда мы с ними поговорим и послушаем, что они скажут. Кстати, про Ларри и Боба – ни слова. А ещё я не хочу, чтобы твой папа подумал, будто я попытался тобой воспользоваться.
Что касается Гермионы, она-то как раз была не против. И у неё уже есть план, как повернуть ситуацию в нужную сторону.
***
Парочка покинула комнату и спустилась в гостиную. Как оказалось, взрослые ещё не разошлись и по-прежнему беседовали. Первым ребят увидел Сириус.
– Гарри! Гермиона! А мы уж начали волноваться: что это вы там делаете? – и рассмеялся.
Тонкс бросила на вновь прибывших хитрый испытующий взгляд, Эмма явно заинтересовалась, а Роберт слегка позеленел. Возможно, он и выдал индульгенцию, но это не значит, что ему всё нравится.
– Если вам ТАК интересно, Мы поговорили о том о сём и обсудили планы на будущее, – раздражённо заметила Гермиона, а затем взяла декоративную подушку и запустила в Блэка. Лицо её отца просветлело, а вот Тонкс и Эмма выглядели почти разочарованными. А Бродяга продолжал хохотать.
Тем временем Гарри подхватил:
– Так или иначе, мы побеседовали, – в этот момент он слегка кивнул Роберту, который совсем успокоился. – А к вам у нас есть разговор.
Взрослые заинтересовались.
– Первое, что мы хотим обсудить – домовые эльфы, – продолжал юный маг. – Есть два домовика, за которых мы сильно переживаем. Один из них – мой друг, а другая очень несчастна. Мы думаем их позвать, поговорить и кое-что выяснить – в будущем нам это явно пригодится. Понимаю, что мы на каникулах, но это действительно важно.
Сириус и Тонкс не возражали, а старшим Грейнджерам стало любопытно. Дочь несколько раз писала о домовых эльфах, и здорово посмотреть хотя бы на одного. Интересно, на что они похожи?
– Пусть вы и на каникулах, – начал Блэк, – дело стоять не должно. За эти две недели гоблины много чего наворотят, и это – ваша заслуга. Так что я не против.
Все с ним согласились.
– Хорошо, тогда продолжим, – сказал Гарри, а затем позвал: – Добби!
Раздался хлопок, и перед ними появился домовик – в наволочке с гербом Хогвартса и двух разных носках.
– Мистер Гарри Поттер, сэр! Вы позвали Добби! Добби так счастлив! Чем Добби может помочь? – его аж трясло от волнения. Грейнджеров восторженный гость моментально очаровал, а остальные чуть не рассмеялись. Но потом Гермиона вздохнула – это сражение она уже проиграла. Что ж, по крайней мере, домовик будет счастлив.
– Привет, Добби. Как у тебя дела?
Тот едва не разрыдался.
– Мистер Гарри Поттер, сэр – великий волшебник! Ни один волшебник не спрашивал Добби про его дела. Добби так счастлив, что его позвали! – и с этими словами эльф обнял молодого человека за ногу.
Чтобы удобнее было разговаривать, последний опустился на колени.
– Тебе нравится в Хогвартсе? Как там Винки?
– Добби много работает, и ему нравится. Ему платят галлеон в неделю, и у него есть один выходной в месяц. Очень хорошая работа, – после этих слов уши Добби опустились. – А Винки всё ещё пьёт. Добби о ней заботится, но Винки снова хочет семью. И Добби тоже. Добби нравится быть свободным, но он тоже хочет семью.
В этот момент Гарри взглянул на Гермиону. Та кивнула, и Поттер повернулся обратно.
– Я хочу, чтобы ты и Винки вошли в мою семью.
Уши домовика встали торчком.
– Вы хотите сделать Добби своим эльфом? И Добби будет хранить ваши тайны? А может, Грейнджи Гарри Поттера, сэра возьмёт к себе Винки?
Увидев, каким счастливым стал дововик, когда узнал, что у него снова будет семья, девушка даже спорить не стала. А когда она в последний раз видела Винки, эльфийка действительно выглядела очень несчастной. К тому же Ларри с Бобом сказали, что в будущем ей это поможет. В общем, остаётся только кивнуть в знак согласия.
– Добби приведёт сюда Винки.
Сириуса и Тонкс очевидное расположение домовика к Гарри весьма удивило. Привязанность к своим хозяевам для эльфа – обычное дело, но Добби был свободен. Тем не менее, Гарри для него явно свет в окошке. Старшие Грейнджеры тоже чувствовали себя заинтригованными, но по-другому поводу.
– Гермиона, ты правда хочешь взять себе слугу? – поинтересовалась Эмма.
Гарри вмешался ещё до того, как девушка успела открыть рот:
– Домовые эльфы не считают себя слугами. С их точки зрения они – часть семьи. Даже в Хогвартсе: пусть эльфы и связаны непосредственно с замком, они считают студентов и преподавателей своей семьёй и изо всех сил стараются им угодить, – он сделал паузу, взглянул на любимую, и только потом закончил: – Это заставляет их чувствовать себя нужными.
После этих слов Гермиона покраснела. Похоже, ей придётся пересмотреть приоритеты.
Внезапно появился Добби, тащивший за руку Винки. На той было простое платье – всё в пятнах от сливочного пива.
– Здравствуй, Винки, – поздоровалась девушка. – Как у тебя дела? – мягко спросила она.
Эльфийка ответила не слишком трезвым голосом:
– Винки в печали. У Винки нет хозяина и нет семьи.
– А ты хочешь стать частью моей семьи?
Глаза домовика загорелись надеждой.
– Мисс хочет Винки?
– Да. Мне нужен домовой эльф, который станет хранить мои тайны, а заодно расскажет, как мне помочь другим домовым эльфам.
Винки внимательно посмотрела на девушку. Среди её хогвартских «коллег» мисс Грейнджер слыла знаменитостью, но, к сожалению, её славой была недоброй.
– А вы не будете пытаться освободить домовых эльфов, которые не хотят быть свободными? – с небольшой укоризной в голосе спросила Винки.
Гермиона покраснела.
– Для этого мне и нужен эльф. Я должна узнать, что им нужно, чтобы стать счастливыми. – Эльфийка моментально разволновалась. – Если я сделаю тебя своим эльфом, ты согласна получать вознаграждение, носить форму и никогда себя не наказывать? А ещё у тебя будут выходные.
Винки ненадолго задумалась, а затем выпалила:
– Винки не возьмёт плату и не станет носить одежду. Винки – порядочный домовой эльф, пусть её и опозорили! И домовые эльфы не должны бездельничать! – Домовик смотрел так, словно собирался сбежать.
– Нет-нет, это НЕ плата – просто немного золота, чтобы ты могла себе что-нибудь купить. Если не хочешь, можешь его даже тратить. Оно просто у тебя будет, а что с ним делать, придумаешь сама. А форма – это ведь не одежда. Это знак, что ты – мой домовой эльф. И бездельничать ты не будешь. Просто у тебя появится время и на себя.
Примерно минуту Винки искала подвох, но всё-таки решила, что если станет частью семьи, сумеет привыкнуть к причудам хозяйки.
– Винки согласна.
Тогда Гарри спросил у Добби:
– Ты согласен на тех же условиях?
На этот раз ответ оказался куда более восторженным. Добби будет домовым эльфом Гарри Поттера, сэра! Он закивал с таким энтузиазмом, что его уши захлопали.
– А что нужно сделать, чтобы вы стали нашими домовыми эльфами?
– Надо только сказать: "Добби, я беру тебя своим эльфом", и мы будем связаны.
Гермиона тут же произнесла:
– Винки, я беру тебя своим эльфом.
Вспыхнул свет, и теперь эльфийка выглядела гораздо лучше.
Эстафету подхватил Гарри:
– Добби, я беру тебя своим эльфом.
На этот раз вспышка окружила Добби. Домовики щёлкнули пальцами, и оказались одеты в маленькие туники, причём на груди у Винки красовался герб Грейнджеров, а у Добби – герб рода Поттеров.
– Сейчас я живу у Грейнджеров, а их дом защищён. Если позову, ты сможешь там появиться?
Добби снова закивал.
– Домовой эльф всегда найдёт свою семью, мистер Гарри Поттер, сэр!
– Хорошо. Извините, но нам нужно переговорить с Добби и Винки без свидетелей. – Взрослые кивнули: похоже, их эта сценка весьма позабавила. – А потом сразу ляжем спать, так что увидимся утром.
Гарри и Гермиона снова направились в знакомую комнату, а домовики посеменили следом.
Как только эти четверо ушли, Эмма, Сириус и Тонкс расхохотались. А вот Роберт (несмотря на улыбку) снова забеспокоился – его дочь со своим парнем возвращаются в ту же самую комнату. Всё-таки иногда быть отцом чрезвычайно сложно!
***
Когда за компанией закрылась дверь, Гарри начал:
– Так, у нас с Гермионой к вам несколько вопросов, но нас никто не должен услышать.
Добби тут же щёлкнул пальцами, а затем пояснил:
– Теперь никто не узнает, что здесь происходит. Добби наколдовал такие чары, что снаружи никто ничего не услышит, а тут будет слышно всё. А ещё они защищают от магических кристаллов. – В этот момент глаза девушки блеснули. Похоже, у неё только что возникли определённые планы на эту защиту.
– Спасибо, Добби. А теперь вопрос: я слышал, ты помог гоблинам?
Домовик энергично кивнул.
– Когда Добби услышал, что мистер Гарри Поттер, сэр, объявил кровную месть противному человеку-змее, и гоблины ему помогают, Добби вспомнил плохую магию, которую почувствовал в Хогвартсе, в комнате Так-и-Сяк. И тогда Добби принёс плохую магию гоблинам, чтобы её уничтожить. Начальник гоблинов сказал, что это было последнее плохое волшебство, которое они должны были найти.
Гарри, который после слов «плохая магия» затаил дыхание, с облегчением выдохнул.
– ЗАМЕЧАТЕЛЬНО! Добби, это просто великолепно!
Глаза домовика засияли от счастья. Мистер Гарри Поттер, сэр – великий волшебник, и всегда поблагодарит Добби, если тот ему поможет. Тем временем юный маг ненадолго задумался.
– Послушай, Добби, а ты можешь передавать мои сообщения гоблинам? Это сильно поможет бороться с Волдемортом.
Тот пришёл в восторг.
– Добби может. Если вы прикажете, Добби доставит сообщение в Гринготтс. И скажет гоблинам, что они могут позвать Добби, чтобы передать сообщение Гарри Поттеру, сэру.
– А как же защита банка?
– Ради своей семьи домовые эльфы пройдут любую защиту.
Тут в голову собеседнику пришла ещё одна мысль.
– А если кто-то захочет на меня напасть, он сможет приказать домовому эльфу меня найти?
На этот раз домовик затряс головой.
– О, нет, сэр! Домовые эльфы не могут причинить вред другому волшебнику своим волшебством, если на них не нападут. Но теперь, когда вы связаны с Добби, ни один домовой эльф не сможет вам навредить! Волшебники и ведьмы редко вспоминают про домовых эльфов и считают их низшими существами.
Гарри вздохнул с облегчением: значит, и любимой, которая теперь связана с Винки, с этой стороны ничего не угрожает.
– Запомни, Добби: я НЕ считаю вас низшими существами, да и Гермиона тоже. Наоборот – вы просто изумительные! Вы ведь можете переносить людей, если они попросят? – Добби снова кивнул. – Отлично. Отныне буду считать тебя своим йоменом, или йоэльфом. С твоей помощью я буду держать связь со своими союзниками, но сразу мне сообщай, если им понадобится моя помощь. Справишься?
Эльф в очередной раз с энтузиазмом закивал. Он обязательно поможет мистеру Гарри Поттеру, сэру, бороться против мерзкого человека-змеи. А Винки, которая теперь связана со второй половинкой мистера Гарри Поттера, сэра, позаботится и о своей хозяйке, и о его хозяине. И тогда Добби будет сражаться!
– Хорошо. Гермиона?
Та взглянула на собственного домовика и спросила:
– Винки, можешь рассказать мне всё о домовых эльфах, чтобы я помогла им стать счастливыми?
Эльфийка закивала с такой же радостью. Ведь теперь, когда Винки связана со своей Грейнджи, она будет ей помогать. А её Грейнджи нравится учиться. Значит, она обязательно научит свою Грейнджи!
– Винки может это сделать, мисс Грейнджи. Винки будет рада помочь!
Девушка улыбнулась и обняла домовика.
– Спасибо, Винки. В ближайшие две недели я обязательно тебя позову, мы сядем, и ты мне всё расскажешь. А сейчас можешь идти. Завтра я тебя позову и скажу, когда мы сможем поговорить.
Эльфы почувствовали, что мисс Грейнджи хочет остаться наедине с мистером Гарри Поттером, сэром. Оба щёлкнули пальцами и исчезли. Добби отправился к союзникам мистера Гарри Поттера, сэра, чтобы передать, что они могут его позвать, если им понадобится помощь в борьбе против мерзкого человека-змеи. А Винки позаботится о Грейнджи и её семье, включая мистера Гарри Поттера, сэра.
На спинке стула рядом с кроватью появилась чистая пижама. А Гермиона отметила, что любимый сразу же понял, чем Добби может помочь. Похоже, личный домовой эльф – это здорово, поэтому в ближайшее время её собственные планы явно неплохо продвинутся.