Другая жизнь - Different life

Итан разорвал платье, оставив меня в одном нижнем белье. Его тёмный взгляд скользнул по моему телу.
Я вспомнила Джоша, его улыбку — и разрыдалась ещё сильнее. Он найдёт меня изнасилованной и мёртвой.
А родители, которые столько всего пережили за последние полгода?..
Я осознала: если рука прикрывает рот — значит, она свободна!
Я протянула руку под сиденье и достала пистолет. Бесшумно сняв его с предохранителя, направила на Итана — и без промедления нажала на курок.
Прогремел выстрел!

Кровь брызнула повсюду, окатив меня с головы до ног.
Я услышала, как его тело рухнуло на асфальт, и наступила тишина. Жуткая, звенящая тишина в моей жизни.

Я больше не видела этих мерзких глаз, не слышала грубых слов, не чувствовала его хватки.
Я была свободна.

Выскочив из машины, я босыми ногами ощутила ледяной асфальт. Зажала рот рукой, увидев его тело.
Я его убила!

Руд-младший лежал в неестественной позе на дороге. Я ясно видела, как на его рубашке расползается алое пятно — я попала прямо в сердце.
Тёплая лужица крови стремительно превращалась в океан, ползущий к моим ногам.

И вдруг — голос:
— Ты в порядке? — испуганно спросил он.

Услышав Джоша, я разрыдалась. Еще пять минут назад я была уверена, что умру... и больше никогда его не услышу.

— Я убила человека, — прошептала сквозь слёзы.

— Доча, не бойся, — послышался второй голос, отца. — Оставайся на месте. Ничего не трогай. Он точно мёртв?

Я выскочила из машины и посмотрела на тело. Прикасаться к нему не хотелось, но я всё же ответила:

— Я... не знаю. Кажется, я попала в сердце.

— Любимая, мы уже едем, — сказал Джош.

Я задержала дыхание, изо всех сил стараясь сдержать новый поток слёз.

Сигнал оборвался. Я снова осталась одна.
С пистолетом в руке и телом Итана Руда на дороге.

Я медленно опустилась к машине Брайса, стирая с лица слёзы. И только теперь заметила: моё платье порвано.
Сжав ткань на груди, я попыталась прикрыть обнажённое тело.

До сих пор не веря в происходящее, я снова и снова бросала взгляд то на дорогу, то на тело.

Как я выжила?

Казалось, это невозможно. Но Итан сам напросился. Если бы я не застрелила его — он бы застрелил меня.
Выживает сильнейший.
Мне помог пистолет. И желание жить.

Казалось, прошла целая вечность. Я сидела, прижавшись к машине, босые ноги немели от холода, а кровь Итана, попавшая на них, начала засыхать, превращаясь в корку.

И вдруг — шум мотора. Я подняла взгляд и увидела яркие фары приближающейся машины.
В груди сдавило, дыхание сбилось... но слёз больше не было.
Первым выскочил Джош, за ним — отец. Следом выбежали Брайс, Эдди и Коул Лонг, помощник шерифа.

— С ней всё в порядке, — произнёс Брайс, уже оглядывая меня.

— Эйда! — крикнул Джош и побежал ко мне.
Я сжала в руках обрывки платья, попыталась сделать шаг, пойти ему навстречу... но ноги не слушались.
Пистолет выпал из моих пальцев и с глухим звуком упал на асфальт.

— Я убила его... — прошептала я.

Мне стало страшно. Настолько, что захотелось исчезнуть.
Джош, заметив это, тут же обнял меня.

— Дочка! — подбежал отец. И вот я уже в его объятиях.
За ними спешили Брайс с Эдди.

— Он ничего с тобой не сделал? — отец взглянул на меня, потом перевёл взгляд на тело Итана.

— Не успел, — прошептала я. — Я убила его.

Я видела, как потемнели глаза отца.

— Господи... — выдохнул Коул.

Отец отпустил меня и вместе с Коулом подошёл к телу. Они стояли, молча глядя на него.

Я снова оказалась в объятиях Джоша. Он накинул на мои голые плечи свой пиджак — тёплый, пахнущий им.

Я не могла дышать. Глаза не отрывались от мужчин возле тела.
Они говорили об отце Итана.

— Руд-старший нам этого никогда не простит, — сказал Коул.

Кто-то холодной рукой взял меня за ладонь. Эддисон. Я вырвалась из объятий Джоша и обняла её крепко, всем телом.
Она дрожала. Эдди плакала.

Отец подошёл к нам и, наконец, отдал приказ:

— У нас мало времени. Сейчас тут будет весь патруль. — Он поднял пистолет. — Ты трогала его машину?

— Нет, — ответила я.

— Джош, забирай всех. Уезжайте немедленно. Потом отгоните машину Брайса и почистите её, — строго сказал он.

— Уезжать? А как же показания? — спросила я.

И в этот момент небо разверзлось — начался ливень.

— Детка, послушай. Ты была в машине чужого человека, с моим пистолетом. Мне — ничего не будет. Мы пять лет пытались их прижать. Итану и так грозило пожизненное. Ты бы знала, сколько людей они убили... что они сделали с твоей сестрой.
В полиции только спасибо скажут, — отец поцеловал меня в макушку.

— Но ты же не собираешься брать вину на себя?

— Руд-старший не должен узнать, что он умер от твоей руки. Ты сделала всё правильно. И я горжусь тобой. Теперь — уезжайте.

— Поехали, — сказал Брайс.

Мы подбежали к машине. К той самой, где совсем недавно Итан пытался изнасиловать меня.

Джош открыл заднюю дверь, помог мне сесть и сел рядом. Брайс с Эдди заняли передние места.
Там всё ещё были следы крови. Но никого это не смущало.
Они просто хотели как можно скорее увезти меня из этого ада.

Брайс вцепился в руль. Он не ехал — он летел.

— Ко мне, — коротко бросил Джош.

— Хорошо, — хрипло отозвался Брайс.

Джош взглянул на меня. Мы встретились глазами. В его взгляде читались горечь и жалость.

— Всё будет хорошо, — прошептал он, будто самому себе.

Больше никто не произнёс ни слова.

Брайс мчал машину с такой скоростью, будто хотел убежать от произошедшего. Руки его сжимали руль так крепко, что костяшки побелели. Эдди всё время оборачивалась, словно каждый раз проверяя, на месте ли я.

Я опустила взгляд на свои ноги — на них запеклась кровь. Захотелось немедленно смыть её. Тело отозвалось приступом отвращения, когда память подсунула запах Итана, его тяжёлое дыхание и мерзкие руки, причиняющие боль.

— Он убил бы меня, — прошептала я. — Он хотел мести...

Джош повернулся ко мне, Эдди снова бросила взгляд через плечо. Даже Брайс посмотрел на меня в зеркало заднего вида. Я отвернулась к окну.

Я говорила это, чтобы оправдаться — не перед ними. Перед собой.

— Мы знаем, Эйда, — тихо сказал Джош.

— Ты молодец... Что бы мы делали, если бы всё пошло иначе? — всхлипнула Эдди. — Я не хочу даже думать...

Брайс молчал. Его злость чувствовалась даже в тишине — в том, как дрожали его руки на руле.

Джош взял меня за ладони. Только тогда я поняла, как сильно дрожу.

У дома он первым выскочил из машины и распахнул дверь. Я ступила босыми ногами на холодную землю и, как вспышкой, вспомнила, как Итан сдёрнул с меня туфли, раздвигая мои ноги...

Мир качнулся. Я пошатнулась и схватилась за голову. Джош подхватил меня прежде, чем я успела упасть. Он поднял меня на руки и понёс в дом.

— Мне нужно в душ, — прошептала я. — Смить всё это...

Желательно — и память.
Жаль, что так нельзя.

Джош, понимая моё желание, молча кивнул.

Брайс внимательно посмотрел на меня:

— Только без глупостей. Не закрывай дверь в ванной.

Он, наверное, боялся, что я могу навредить себе. Но я не собиралась причинять себе боль. Я ещё помнила, зачем выжила.

— Я поеду в химчистку. Эдди со мной — хочет заехать домой, взять тебе пару вещей. Нужно что-нибудь купить? — спросил Брайс, смотря то на меня, то на Джоша.

Джош покачал головой в знак отказа.

Я прошла в ванную и взглянула в зеркало. В уголке губ засохла кровь — я совсем забыла, что Итан ударил меня по лицу. В тот момент я уже почти ничего не чувствовала... Но воспоминания нахлынули вновь, причиняя новую боль.

Я стояла неподвижно, погружённая в мысли.

— Тебе помочь? — тихо спросил Ричардс, возвращая меня в реальность.

Я включила воду и начала снимать с себя остатки одежды.

— Нет, спасибо.

Под струями душа я тщательно терла кожу, словно хотела смыть не только кровь, но и память о тех страшных руках. Сколько я так простояла — не знаю. Но, услышав знакомый голос, выключила воду, обернулась полотенцем и вышла.

Джош смотрел на меня с ужасом в глазах. Мои ноги и плечи были покрыты синяками — отпечатками пальцев Итана.

— Сукин сын, — прошептал он. — Хорошо, что ты убила его. Ему повезло, что это сделал не я.

Он, наверное, думал, что Итан меня изнасиловал.

Я видела это по его взгляду, по ужасу на лице.

— Он не успел, — тихо сказала я. — Я убила его раньше.

Джош вздохнул с облегчением. Он достал аптечку, выдавил немного мази на палец и посмотрел на меня:

— Позволишь?

Я молча сняла полотенце, обнажая тело. Он смотрел на меня с горечью, но очень аккуратно начал наносить мазь, его прикосновения были нежными и заботливыми.

В этот момент в комнату вошла Эдди с моими вещами и тяжело вздохнула, увидев меня.

— Всё в порядке, Эдди, — сказал Джош, не оборачиваясь. — Он её не изнасиловал.

Эдди облегчённо вздохнула.

— Что ты там увидела? — спросил Брайс, заглянув в комнату. Я успела накрыться полотенцем.

— Стриптиз окончен? — улыбнулся он, но улыбка была неискренней.

Я улыбнулась в ответ.

— Вот этого я и добивался. Ты наконец улыбнулась.

Похоже, Брайс всё ещё думал, что Итан успел.

— Брайс, он меня не изнасиловал.

Слышался третий облегчённый вздох.

— Может, в больницу? — спросила Эдди.

— Нет, я в порядке. Пожалуйста, выйдите, — сказала я и взяла свои вещи.

Ребята вышли. Джош остался, помогая мне одеться.

Ребята вышли из комнаты, а Джош остался, помогая мне одеться. Нижнее чёрное бельё без швов, бордовый свитер и чёрные лосины — я была благодарна Эдди, что она взяла для меня закрытую одежду.

Мы с Джошем вышли на задний двор. Там, в прохладной ночи и напряжённой тишине, горел костёр. Возле огня сидели Эдди и Брайс. Пламя пожирало одежду, в которой мы были тем вечером. Всё, что ассоциировалось с ужасом, болью и страхом, превращалось в пепел. Очищение. Или, по крайней мере, попытка.

Я заметила своё порванное платье — оно медленно сгорало, словно сама память сопротивлялась забвению. Рядом в огне тлели другие вещи. И Эдди, и Брайс уже сменили одежду — это казалось логичным. В той машине, испачканной кровью и страхом, невозможно было остаться прежними.

В голове снова и снова прокручивался один и тот же кадр — всё, что случилось. Казалось, разум застрял на этом фрагменте, не в силах переключиться.

— С машиной всё, — хрипло вздохнул Брайс.

Мы сидели молча, каждый погружённый в свои мысли. Слова казались слишком слабыми, чтобы описать наши чувства. Мы были истощены, но сон не приходил — словно подсознание боялось закрыть глаза, чтобы не вернуться туда, в ту ночь.

Вернувшись в дом, мальчики разложили диван в гостиной. Мы легли рядом, тесно, почти в обнимку — как дети, ищущие хоть каплю безопасности. Включили первую попавшуюся комедию — просто чтобы был звук, чтобы не оставаться в тишине, напоминающей о том, через что мы прошли.

Бадди устроилась у наших ног, тихо посапывая.

Мы заснули так — под мерцающий свет экрана, под несмешные шутки и собственные страхи.

Но ночь не пощадила. Кошмары пришли быстро. Мне снилось, как Итан, несмотря на выстрел, подскакивает, весь в крови, и снова тянется ко мне... Его руки, его глаза... Я кричала во сне — снова и снова.

Утро началось с того же кошмара. Я вскрикнула, вырвавшись из его оскаленной пасти, и села на диване, тяжело дыша. Из кухни тут же прибежали Джош, Эдди и Брайс — испуганные и настороженные.

— Всё в порядке, — выдавила я, прежде чем они успели спросить. — Просто... кошмар.

Они молча смотрели на меня, не совсем веря.

Через пятнадцать минут приехал отец. Он не спал всю ночь — было видно по его усталым, покрасневшим глазам. Но в них ещё теплел живой огонёк. Я бросилась к нему в объятия.

— Как ты, малыш? — спросил он, крепко прижимая меня к себе.

— Нормально. А ты? Что решили насчёт... его?

— Он угрожал полиции. Пришлось выстрелить. Дело замяли, — спокойно ответил он, словно пытаясь дистанцироваться от происходящего.

Он снова обнял меня. На этот раз дольше.

После завтрака мы вернулись в гостиную. Все чувствовали себя выжатыми, как тряпки. Но разговор всё равно состоялся — молчать больше было нельзя.

Оказалось, отец прилетел ещё вчера утром. Он знал, что Итан что-то задумал. Джош рассказал ему всё несколько месяцев назад, и с тех пор они работали вместе с Ричардсом, который, как выяснилось, всё это время помогал полиции.

Когда люди Итана отключили Эдди и вырвали у неё телефон, они действовали быстро. Слишком быстро.

— Никогда больше так не делай, — сказал Брайс, глядя на меня с упрёком. Он был зол — я обманула его. Я грустно кивнула, не в силах оправдаться.

— Эйду можно понять, — неожиданно вмешался отец. — Она хотела защитить брата и не хотела, чтобы ты пострадал.

Мы с Эдди одновременно повернулись к нему с раскрытыми ртами. Джош лишь опустил взгляд — он тоже всё знал.

— Что за чушь? — пробормотал Брайс, нахмурившись.

— Мы с Лиззи были слишком молоды, когда ты родился, — спокойно продолжил отец.

— Стоп, — Брайс поднял руку, прерывая его, и повернулся к нам. — Это что, пранк? Шутка?

Мы молчали. Он рассмеялся, но тут же замолчал, увидев, что никто не смеётся.

— Допустим, это правда... — начал он медленно, — где ты был всё это время?

— Твои бабушка и дедушка увезли вас с Лиззи в Мэриленд. Я приезжал часто. Но однажды, когда тебе исполнился год, мне сказали, что ты умер. Лиззи исчезла, просила её не искать.

— И ты просто поверил?

— Они показали твою могилу, Брайс.

Отец достал бумажник и вынул три старые фотографии.

— Это Сандра, — он указал на рыжеволосую девочку. — Это Эйда. А вот — ты. Мне было двадцать, когда я последний раз тебя видел...

— Хватит! — резко встал Брайс, глаза его горели. Джош напрягся — он чувствовал, что сейчас может произойти что угодно. Но Брайс только повернулся к нам.

— И давно вы знаете?

— Два месяца назад, — тихо сказал Джош. — Я помог Майклу тебя найти. Не знал, что ты — это ты.

Брайс смотрел внимательно, но не с доверием — скорее с подозрением, будто ожидал, что мы вот-вот засмеёмся и скажем: «Расслабься, это розыгрыш».

Он повернулся к Эдди. В её глазах стояли слёзы.

— Я узнала две недели назад. В Вегасе. Когда мы приехали к твоей маме... и встретили Эйду. Я хотела сказать тебе. Но понимала — ты должен услышать это от своей семьи.

— А я думал, ты и есть моя семья, — глухо сказал он.

— Прости, — прошептала Эдди, опустив взгляд.

— Это я попросил... — начал отец.

— Эйда... ты? — Брайс не смотрел на меня. Говорил в никуда. — Ты знала с самого начала?

— Нет. Помнишь, ты помог мне взломать полку по видеосвязи? — Он едва заметно кивнул. — Там была информация о моём брате. Последний след — Вегас. Я полетела туда и не знала, что окажусь в твоём доме. Что встречу твою маму. Когда вы с Эдди вошли... я всё поняла. Попросила их пока ничего тебе не говорить. Я хотела, чтобы ты услышал это от отца.

— Я бы сказал раньше, — вмешался отец. — Но хотел уберечь тебя. Семья Руд охотится за мной. За теми, кто рядом со мной. Я не хотел, чтобы и ты попал в эту яму...

— Почему рассказал именно сейчас? — Брайс повернулся к нему, и в голосе впервые зазвенела злость.

— Потому что они уже знают. Нет смысла скрывать. Ты мой сын, Брайс. Мой первенец.

— Замолчи!

— Не говори с ним так! — выкрикнула я, вставая между ними.

Но Брайс уже не слышал. Он прошёл мимо нас, схватил ключи со стола и выбежал из дома. Эдди уже поднялась, чтобы бежать за ним, но остановилась, когда за окном раздался визг шин. Мы все замерли. Синяя Ferrari Брайса уносилась прочь, растворяясь в ночи. Он уехал.