Другая жизнь - Different life

Череп получил наказание в виде лишения свободы на пятнадцать лет. Слушания по делу Итана еще не начались, но до этого момента он будет находиться под арестом.

Джош снова отвечал на звонки, но виделись мы редко. А я приехала в Хьюстон на неделю, чтобы побыть с родными. Каждый раз, когда я думала о Сандре или Джоше, меня охватывала новая волна боли. Каждую ночь мне снились кошмары, в которых были не только они, но и Череп с Итаном.

Я вышла из своей комнаты и зашла в старую комнату Сандры, где тихо спала Лекси. Мама стояла у ее кроватки и смотрела на внучку. Иногда мама оставалась в комнате Сандры, а Лекси, пока я была здесь, спала в моей комнате, обнимая меня. Муж Сандры, Гарри, утолял свою боль алкоголем.

– Мам?

– Она так сладко спит, – ответила мама, глядя на Лекси.

Я подошла к маме сзади и обняла ее, уронив подбородок на плечо.

– Она очень спокойный ребёнок, ты была такой же, – немного помолчав, мама продолжила: – Сандра была совсем другой, она просыпалась чуть ли не каждый час. Помнишь, как в детстве она боялась темноты, и мы всю ночь не выключали свет?

– Как такое можно забыть.

Послышались мамины всхлипы. Внутри снова разгорелась боль.

– Когда же вернётся наша Сандра? Я жду, а она не возвращается, – сказала мама. – Мне кажется, я слышу голос за спиной, который зовет меня. Я оборачиваюсь — никого нет. В телефоне записан её номер, я звоню, но никто не отвечает. Три месяца прошло. Три. А она не просыпается. Наступает утро, вечер, проходят дни, а её нет. Если она уйдёт, земля для меня остановится, Эйда.

– Нет, мама. Нужно верить в лучшее, не опускать руки.

– Мне очень без неё тоскливо.

– Мне тоже, мам.

Я вышла из дома и села на крыльцо. Достала телефон, чтобы ответить Эддисон.

Эдди: Когда приедешь?

Думаю, послезавтра. Билет ещё не купила. – Ответила я ей и открыла диалог с Сандрой.

Последнее сообщение Сандры: Спишь? Это срочно!

И я вспоминала тот день:

ЧЕТЫРЕ МЕСЯЦА НАЗАД.

Мой телефон звонит. Ищу его и нахожу под подушкой — «Сандра». Смотрю на время — пять часов утра.

– Алло? – отвечаю я. – Кто вообще звонит в такую рань? – спрашиваю сестру.

– У меня семь часов, – говорит Сандра.

Ах да, в Техасе время на два часа вперед.

– Тут такое, Эйда, я кое-что узнала, – говорит она. Я подняла голову с подушки и, опираясь на руку, села, чтобы лучше слышать. – Ты будешь в шоке.

– Что случилось?

– Помнишь, папа рассказывал, что у него был сын, который погиб в три года? Так вот — он жив! Ты представляешь?

– Как? Как ты узнала?

– Я слышала, как папа говорил по телефону об этом.

После этого сон пропал совсем.

– И что он собирается делать?

– Он нашёл его, но в последний момент передумал ехать, представляешь?

– А не сказал, где он? – спросила я.

– Нет, ничего не сказал. Он очень упорно искал его, но после того, как нашёл, что-то изменилось.

– Что именно?

– Он передумал. Может, узнал что-то ужасное. Может, наш брат — преступник, и папа решил нас с ним не знакомить.

– Я не знаю, Сандра.

– Ладно, с этим ещё надо разобраться.

– О, отлично, у меня есть союзник. Мы должны найти брата! Лекси проснулась, надо завтрак готовить. Люблю тебя, пока.

– И я тебя, поцелуй племянницу от меня.

СЕЙЧАС

Я совсем забыла об этом разговоре. Хотелось бы найти брата.

За ужином отец рассказал, как новый работник на работе долго не мог найти клинику, где находился один из преступников. Когда он замолчал, я решилась спросить.

– Я хочу найти его адрес, – пробормотала я, не зная, как начать.

– Зачем тебе адрес клиники?

– Не адрес клиники, а адрес... твоего сына. Сандра пару месяцев назад сказала, что он жив.

– Прости, дочка, но нет. Не нужно ворошить прошлое.

– Неужели ты не хочешь узнать, кто твой ребёнок? Как он живёт? Увидеть его?

– Он ненавидит меня. Забудь.

Чёрт, что же теперь делать?

В это время мама спустилась с Лекси к нам.

– Кто это у нас проснулся? – заговорил отец, когда Лекси с заплаканными глазами подошла к нему. Он взял её на руки и посадил к себе на колени.

– Дедушка, когда мама проснётся? – спросила она, глядя на него.

– Скоро, милая, – сказал отец, поцеловав её в макушку.

– Я хочу, чтобы она вернулась, – заплакала Лекси.

– Хочешь почувствовать её присутствие? – предложила я.

– Как это? – спросила малышка.

– Иди ко мне.

Лекси побежала ко мне. Я взяла её за руки.

– Закрой глаза, – начала я. – Представь, что мама сейчас сидит с нами за столом. Не открывай глаза. Просто представь, как она сидит, как её волосы собраны, как она пахнет. Представь, как она гладит тебя по волосам.

Я открыла глаза. Лекси молча держала меня за руки с закрытыми глазами.

– Мамочка... – Лекси начала улыбаться.

– Чувствуешь? – спросила я.

– Да, – ответила она.

– Даже если мама физически не может быть с нами сейчас, она всегда здесь, – я указала пальцем на её грудь. – Она всегда с нами.

– Спасибо, тётя, – Лекси открыла глаза и обвила меня руками.

Через пару часов мама ушла к себе домой, а я уложила Лекси спать в своей комнате.

Размышляя, как уговорить отца, я вышла из комнаты и остановилась у его кабинета.

Потянула за ручку — дверь заперта. Чёрт.

С этим ещё придётся разобраться.

Я вернулась в свою комнату, легла на кровать, обняла Лекси и погрузилась в сон.

Утром, проходя мимо кабинета отца, заметила, что дверь приоткрыта.

– Лекси, – позвала я.

– Да? – ответила она, выходя из комнаты.

– Можешь постоять на лестнице? Если дедушка или бабушка будут подниматься, дай мне знать. Хорошо?

– Хорошо, тётя Эйда.

Я быстро зашла в кабинет, убедившись, что там никого нет. В центре комнаты стоял стол, на котором обычно отец решал свои дела. Открыла шкафчики слева — бумаги навалены просто кучей.

Я тут проведу целый день!

И что мне делать?

Вряд ли нужная информация будет здесь. Тогда начала открывать маленькие ящики на столе. Первый, второй, третий — пусто. Четвёртый был заперт.

Чёрт. Где искать ключ?

Я не сдавалась. Искала ключи по всему кабинету, но безуспешно.

Вспомнила, как месяц назад Брайс открыл нашу дверь с помощью обычной заколки. Я принесла заколку и начала ковырять замок. Ничего не вышло.

Как же он это сделал?

Взяла телефон и набрала Брайса.

– Привет, Козявка, – ответил он.

– Мне нужна помощь.

– Какая?

– Нужно открыть замок от ящика без ключа. Я попробовала твою схему с заколкой, но не получилось.

– Включи камеру, – сказал он. Мы переключились на видеозвонок.

– Что с твоим лицом? – спросила я, увидев царапину на его щеке.

– Упал с лестницы.

– О, господи! Всё в порядке?

– Да, обошлось царапиной.

Я показала ему замок.

– Какая заколка?

Показала.

– Теперь согни её в руках. Не волнуйся, я куплю новую.

– Не хватало ещё из-за заколки беспокоиться.

Брайс засмеялся.

– Теперь пробуй тонкой стороной.

Минуты мучений — и ящик открылся.

– Получилось!

– Умница! Быстро для новичка.

– Спасибо, Брайс.

– Обращайся. Когда приедешь обратно?

– Ещё не решила.

– Предупреди. Вдруг мы с Эдди будем заниматься непристойностями.

– Придурок, – сказала я и отключила звонок под его смех.

Я открыла ящик. Сверху лежал пистолет, а под ним — бумаги и папка. Открыла папку, оттуда выпала фотография маленького годовалого мальчика. Присмотрелась и поняла: это наш брат.

Я открыла ящик. Сверху лежал пистолет, а под ним — бумаги и папка. Открыла папку, и оттуда сразу выпала фотография маленького годовалого мальчика. Присмотревшись, я не заметила сходства с отцом, разве что нос — но в таком возрасте сложно понять, похож ли малыш на кого-то. Среди документов я нашла ещё одну фотографию — на ней был отец с кучерявой девушкой. На обратной стороне был указан адрес в штате Мэриленд.

На остальных бумагах я обнаружила и другие адреса.

Последняя регистрация — Лас-Вегас, Невада.

Вот это то, что нужно! Я сфотографировала адрес, аккуратно сложила всё обратно и направилась к двери.

В этот момент моё внимание привлёк шкаф, которого я раньше не замечала. Открыла дверцы и сразу увидела фотографию Итана и Черепа — незнакомых мне людей. Рядом лежали множество записей. Отец никогда не разрешал говорить об Итане и Черепе и не отвечал на вопросы, касающиеся их.

Не теряя времени, я собрала вещи и купила билет Хьюстон — Лас-Вегас. Билет был только на утро. Вечером я сообщила родителям, что возвращаюсь в Лос-Анджелес. Рано утром отец привёз меня в аэропорт.

По мере приближения к нужному адресу моё сердце стало биться сильнее, ладони вспотели, дыхание учащалось. Моя решительность куда-то исчезла. У меня ещё был выбор — развернуться и уехать в Лос-Анджелес. Можно было уйти и забыть обо всём, жить прежней жизнью. Я стояла словно на перепутье, и пора было сделать выбор.

Найдя в себе силы, я нажала на звонок у высоких дверей. Никого не было. Я уже хотела уйти, когда дверь открылась. На пороге появилась женщина лет сорока пяти — пятидесяти.

— Здравствуйте, — сказала я.

— Здравствуйте, — ответила улыбаясь женщина. Она была среднего телосложения и небольшого роста, с такими же кудрявыми волосами, как на фотографии, только уже гораздо старше. Но её красота никуда не делась.

— Извините, что тревожу. Не знаете... Эм... я ищу... — Женщина внимательно наблюдала, как я тревожно перебираю пальцы. Я спрятала руки за спину.

— Как тебя зовут? — спросила она, улыбаясь, и открыла забор, пропуская меня во двор.

— Я... я — Эйда.

— Красивое имя. Пойдём в дом, я как раз поставила чай.

Мы зашли в большой серый дом. Внутри было очень уютно, в белом стиле.

— Присаживайся, пожалуйста, — женщина указала на диван в центре зала с видом на бассейн. Я села. В доме было тихо, женщина была одна.

Боже мой, что я ей скажу? Я дочь бывшего вашего возлюбленного или сестра вашего сына? Выставит ли она меня за дверь после этих слов? Меня всю трясло. Я закрыла глаза, пытаясь прийти в себя от волнения и сильного сердцебиения.

— Ты так волнуешься, — я не заметила, как женщина оказалась рядом, ставя чашку чая на стол.

— Извините.

— Не спеши, сначала успокойся, попей чаек.

Я отпила пару маленьких глотков и немного пришла в себя.

— Я Эйда, Эйда Маргарет Даллас. Дочь Майкла Далласа. — Женщина улыбнулась. На её лице не было ни капли удивления, лишь понимающая улыбка.

— Вы сразу узнали, кто я?

— С первой минуты, как ты вошла. Ты показалась мне такой родной, близкой. Есть что-то от моего сына, но лицо у тебя от отца. Только нос мамин.

— Да... — я и не ожидала таких слов.

Женщина продолжила:

— Я бы не пустила незнакомку за порог, особенно когда многие знают этот адрес.

Я не стала спрашивать о чём она, меня интересовало совсем другое.

— Спроси прямо. Что тебе нужно, детка? Деньги?

— С чего вы взяли, что мне нужны деньги? Мой отец только недавно узнал, что его сын жив. Много лет назад, когда он приехал навестить вас, его не пустили за порог, сказав, что мальчик погиб.

Лицо женщины изменилось — удивление с долей недоверия.

— Почему он не зашёл внутрь?

— У вас дома был траур, и ваша мать сказала, что он умер. На следующий день отец пришёл к вам, но ему сказали, что вы уехали, и попросили никогда не искать вас. Он не послушал, всегда искал и нашёл ваш адрес пару месяцев назад, узнав, что сын жив.

Теперь женщина выглядела встревоженной, её глаза нервно бегали по столу.

— Моя мать была противной женщиной, но до такой степени...

Я продолжила:

— Он не знает, что я здесь. Не горжусь своими действиями, но я пробралась в его кабинет, взломала замок ящика и нашла этот адрес. Вы мне верите?

— Не думаю, что ты врёшь. Твой отец всегда говорил правду. Правда, иногда утаивал плохие вести, но никогда не врал.

— Да, он такой... Полгода мне не говорили, что родители разводятся. Плохое всегда утаивают.

Наступила минута тишины. Я хотела спросить о брате, но она опередила меня.

— Он поступил в академию?

— Папа? Да, он работает в полиции.

— Добился своей цели — какой молодец, — улыбнулась женщина.

— Эм... что насчёт... моего, вашего сына?

— Твой брат не живёт здесь, но часто приезжает.

— А где он живёт? Как его зовут?

В дверь позвонили.

— Подожди, — женщина встала и скрылась за дверью.

— Сюрприз!

По дому раздался звонкий смех — звонкий смех, который я узнала из миллиона. Это был смех Эддисон. В дверь вошли Эддисон со своей очаровательной улыбкой, за ней — Брайс. Они были удивлены меня увидеть, как и я их.

— Эйда, что ты здесь делаешь? — спросил Брайс.

— А вы? — Я встала с дивана.

— Я приехал к маме, — сказал Брайс, не отрывая взгляда.

Лизи переводила взгляд с Брайса на меня. Моё сердце ушло в пятки, глаза начали темнеть, дыхание затруднилось, а ноги стали ватными. Я с трудом держалась на ногах. Перед тем, как всё померкло, я увидела лица друзей и потолок. Почувствовала крепкие руки на талии, схватившие меня, когда я начала падать в обморок.

— Может, скорую? — спросил знакомый голос.

— Не надо, — я сглотнула и открыла глаза. На меня смотрели три пары карих глаз. — Я в порядке.

Я села на диван. Их пристальный взгляд заставил меня нервничать ещё сильнее.

— Ты чуть головой об стол не ударилась, если бы Брайс не подхватил тебя вовремя, — взволнованно сказала Эддисон.

— Сынок, принеси стакан воды, — сказала Лизи, обращаясь к Брайсу.

Брайс ушёл на кухню. Эддисон взяла меня за руку.

— У тебя руки ледяные, будто призрака увидела.

— Эддисон, — я взглянула на неё. Она терпеливо ждала, пока я соберу мысли. — Это он! Он мой брат.

Эддисон переваривала информацию.

— Не говори ему, — я посмотрела на Эддисон и Лизи. — Прошу вас, не так. Не так он должен узнать правду.

Брайс вернулся и протянул мне стакан воды.

Наши взгляды встретились — мои испуганные, его — непонимающие.

Я уже увидела сходство с отцом, нос... У них был одинаковый нос. Я взяла стакан дрожащими руками и отпила. Эддисон помогла мне отпить ещё немного, всё время держа за руку.

Множество эмоций смешалось внутри меня. Как такое возможно? Из всех парней Америки именно Брайс оказался моим братом. А может, у него есть старший брат, о котором я не знаю? Но Брайс говорил, что он единственный ребёнок...

— Так как ты здесь оказалась? — спросил Брайс.