Другая жизнь - Different life

— Эйда, надо уезжать отсюда! — закричала Мэдс.

— Ключей нет!

— Поднимите стекла! Скорее! — я бросилась к водительской двери, нажав на кнопки стеклоподъёмников, и заблокировала замки.

Мы успели. Один из парней с размаху ударил битой по окну со стороны Мэдс.

— Чёрт! — закричала она.

К счастью, стекло выдержало.

— Открывайте, сучки! — заорал один из здоровенных парней в маске. Они окружили машину и начали лупить по стеклам.

— Сейчас пустим вас по кругу, шмары! — выкрикнул второй, дёргая ручку двери. Господи, как хорошо, что я успела всё заблокировать.

Наши крики и вопли слышали только мы. Вокруг — тишина, ни души.

— Они ушли?

И тут в лобовое стекло с грохотом влетел кирпич, оставив на нём трещину.

— А вы думали, всё так просто закончится? — рассмеялся парень в маске.

— Эйда, пересядь к нам! — закричала Эддисон с заднего сиденья. Но я оцепенела. В ушах звенело, дыхание сбилось, и голоса Эдди и Мэдс казались где-то далеко.

— Назад, Эйда, назад! — Эддисон тянула меня к себе. Девочки пододвинулись, освобождая место посередине. Мы вжались друг в друга, будто это могло защитить нас.

На стеклах появлялось всё больше трещин. Мэдс начала вырываться, я пыталась её удержать, прижимала к себе, но она распахнула дверь и выбежала.

Я рванулась за ней, но не успела — меня грубо вытащили наружу.

Я успела лишь пнуть дверь ногой, и она захлопнулась. Хоть Эдди будет в безопасности.

— Отпусти её, ублюдок! — закричала Эдди, выбежав из машины.

— Не выходи! Эдди! — но было поздно. Она набросилась на парня, который держал меня.

— Беги! — крикнула я, пока её тоже не схватили.

Сзади раздался чей-то крик — Мэдс. Теперь и её держал другой мужчина.

Нас вели куда-то. Мы пытались вырваться, но их было пятеро, и они были сильнее. А нас — трое.

Мы остановились у здания и пошли вниз. Подвал напоминал заброшенный мясной склад: крюки, туши. Всё в полумраке.

Меня толкнули — я упала. Подняв взгляд, увидела Джоша, Брайса и Тэйлера. У них на висках — дуло пистолета.

Джош шагнул ко мне.

— Ещё шаг — и прострелю ей голову! — сказал один из парней. Я поднялась, и заметила Итана. Рядом с ним стоял парень с татуировкой на лице.

О, Боже... За что всё это?

Увидев моё выражение, Итан усмехнулся и подошёл, проведя стволом по моей щеке:

— Этого бы не случилось, если бы ты не ломалась, — произнёс он.

Я молча смотрела на Джоша. Так было легче.

— Конченый мудак! — закричала Эддисон.

— Молчи! — резко оборвал её Брайс.

Итан перевёл на неё взгляд. Я бросилась защищать её:

— Не трогай её!

Он не послушал. Подошёл и ударил Эддисон по лицу. Если бы не парень в маске, она упала бы.

Брайс дёрнулся, но Череп — так, похоже, звали того с тату — выстрелил в пол. Все замерли. Губа Эдди была разбита, кровь капала на кафель.

— Ещё одно движение — и вам конец, — сказал он.

— С гостями так не разговаривают, — усмехнулся Итан.

— Зато бить по лицу — это нормально? — вмешался Тейлор, но его проигнорировали.

— Отпустите девушек, — сказал Джош. — Они ни при чём. Они не знали, куда мы едем.

— Особенно Эйда, да? — подхватил Итан. — Я из-за вас ослеп на один глаз! Если бы она отдалась мне добровольно — ничего бы не случилось. А ты, урод, не разбил бы мне лицо. Вы оба виноваты!

Только сейчас, присмотревшись, я заметила — один из его глаз был не настоящим. Протез. Холодный и безжизненный, как и сам человек.

— Ты пообещал, что не тронешь её, если я выполню твою просьбу. Я всё сделал. А ты? Ты столкнул её сестру с окна, — сказал Джош, голос его дрожал от гнева.

Череп усмехнулся и заговорил, как будто всё происходящее было не более чем досадная формальность.

— У меня свои счёты с её отцом. А твою девочку мы не тронули, — ответил он, равнодушно пожав плечами.

У меня тряслись руки. Всё внутри сжималось. Я была на пределе.

— Ты столкнул беременную девушку. Ты. Из-за тебя она потеряла ребёнка. И не факт, что сама выживет. Ты просто... конченый ублюдок, — прошептала я, чувствуя, как ярость поднимается с новой силой.

Мэдс, стоявшая ближе всех к нему, не выдержала — она плюнула ему прямо в лицо.

Череп медленно вытер его тыльной стороной ладони и криво усмехнулся.

— Какая смелая... или просто тупая? — проговорил он с насмешкой.

В следующее мгновение он резко поднялся и с силой ударил Мэдс рукояткой пистолета по голове. Она рухнула, потеряв сознание.

Тэйлор дёрнулся было вперёд, но остановился, зашипев от боли — из раны на его ноге сочилась кровь. Похоже, это было огнестрельное.

— Было одно условие, — заговорил Итан, словно не замечая происходящего вокруг. — Ты держишься от неё подальше — и я держусь. А что сделал ты? Как она оказалась в твоей машине?

— Это была случайность, — тихо произнёс Джош.

Итан рассмеялся — резко, почти истерично.

— Я расторгаю наш договор.

— Какой ещё договор? — спросила я, не понимая, о чём он.

— Он тебе не рассказал? Когда ты ждала своего принца, а он так и не пришёл... Помнишь? Ты стояла на улице, всё ждала и ждала. А мы наблюдали за тобой с крыши соседнего дома. Череп тогда направил пистолет тебе в голову. Условия были просты: он держится от тебя подальше — и я тоже. — Он снова рассмеялся. — Представляешь? Это я стал причиной вашего расставания.

Словно удар. Джош не ушёл потому, что разлюбил. Он был вынужден.

— Зачем? Зачем ты это сделал? — прошептала я.

— Потому что мне так захотелось, — усмехнулся Итан.

Я посмотрела на Джоша. В его глазах было настоящее сожаление, боль и... вина. Но наш взгляд прервался — Итан снова оказался передо мной. Он подошёл так близко, что я почувствовала резкий, удушающий запах его дешёвых духов.

Не отводя глаз, он резко стянул с меня толстовку.

— Теперь ты моя, — прошипел он, схватив меня за щёки одной рукой и впиваясь в губы, пытаясь просунуть язык в мой рот. Я стиснула зубы, не давая ему этого сделать.

Я задрожала, сдерживая слёзы.

Боковым зрением я увидела, как Джош резким движением выхватил пистолет из руки, направленной на него, и сразу же навёл его на Итана.

Тот среагировал мгновенно — достал из кармана нож, прижал меня к себе и с игривым смешком приложил холодное лезвие к моей шее.

— Ещё одно движение — и этой малышке конец, — сказал он, облизывая мои губы. Его глаза были прикованы к Джошу.

— Серьёзно? — Джош склонил голову набок и сделал шаг вперёд.

— Последнее предупреждение, — прошипел Итан, и, не дрогнув, сделал надрез на моей руке у локтевого сустава.

Из раны тут же брызнула алая кровь. Я задыхалась от боли, но закричать не успела — его рука тут же закрыла мне рот.

— Не делай ей больно! — крикнул Джош, срываясь.

— Не сделаю, если ты послушаешь меня. Сейчас ты и все остальные — остаётесь на месте. А мы с девушкой медленно уходим. Никаких лишних движений, — приказал Итан, сильнее прижимая меня к себе.

Я отчаянно замотала головой, глядя на Джоша. Он понял: я против. Но выстрелить сейчас — значило рисковать мной.

— Нет. Так не пойдёт, — произнёс Джош.

— Тогда у меня просто нет другого выхода, — пожал плечами Итан и кончиком ножа приподнял мой подбородок. Я резко вдохнула, и по моим щекам покатились горячие слёзы.

Джош, даже не целясь, выстрелил. Дважды. Пули вонзились в ногу Итана, и он с криком рухнул на колени.

Не раздумывая, я выдернула пистолет из его кобуры и направила его на парня, державшего Эддисон.

В это же время Брайс тоже обезвредил одного из людей Черепа, выхватив у него оружие. Рядом без сознания лежала Мэдс, а Тэйлер, зажимая рану, пытался привести её в чувства.

— Прикажи своим парням опустить оружие, — потребовал Джош, не сводя прицела с Черепа. Брайс тоже держал его на мушке.

Парень, державший Эдди, отпустил её. Она бросилась к Брайсу, и он обнял её одной рукой, держа в другой пистолет.

— Хорошо... Опустите, — приказал Череп своим.

В этот момент с лестницы спустился отряд полицейских.

— Никому не двигаться!

— Ну, наконец-то, — выдохнул Джош. Он снял с себя майку и подошёл ко мне, аккуратно перевязав мою рану.

— Второй раз раздеваешься из-за меня. Я могу привыкнуть, — прошептала я, сквозь боль пытаясь улыбнуться.

— Ты самая необычная девушка, Эйда, — ответил он, и на его губах появилась настоящая улыбка.

Я стояла, тяжело дыша, переполненная эмоциями.

Медленно подошла ближе. Джош крепко обнял меня. Все эти месяцы без него были невыносимыми. Я уткнулась лицом в его грудь, вдыхая знакомый, родной запах. Хотелось стоять вот так хотя бы пару часов... но, боюсь, я просто истеку кровью.

Вскоре приехала скорая. Нас всех увезли. Мне наложили швы. Эдди — лёд на губу. У Мэдс оказалось лёгкое сотрясение. Тэйлеру вытащили пулю и тоже зашили рану.

Мы дали показания в участке и, наконец, вернулись домой. Мэдс и Тэйлер остались в больнице.

Домой мы ехали на машине Тэйлера. Машины Мэдс и Джоша забрала эвакуационная служба. Мы направились к дому Брайса.

Когда он открыл дверь, Бадди — его собака — с радостным лаем прыгнула на Джоша и начала носиться вокруг нас. Затем пёс остановился, посмотрел на меня и медленно подошёл. Я присела, и влажный нос Бадди коснулся моей щеки. Он начал «расцеловывать» моё лицо, а я зажмурилась, сдерживая довольный смех.

— Я тоже скучала, девочка моя, — прошептала я, обнимая его.

Как только мы вошли в дом, Эдди сказала:

— Вы должны мне всё объяснить.

— Тут и объяснять нечего, — начал Брайс. — Джош попросил помощи. Мы просто должны были понаблюдать. Но в итоге нас поймали.

Мы направились на кухню, и Бадди последовал за нами.

— Череп охотится на мою семью. Он столкнул мою сестру с окна. Итан мстит нам с Джошем. Получается, Джош расстался со мной из-за этого? Кто они вообще такие? — Я начала смеяться, почти истерично.

Все переглянулись.

— Брайс, у тебя есть успокоительное? — спросила Эдди.

— Да, сейчас принесу.

Мой смех вскоре перешёл в слёзы. В груди стало пусто и больно.

— Мне нужно сообщить отцу...

— Эйд, давай завтра. Не стоит будить его посреди ночи, — сказал Брайс, протягивая мне стакан воды и две таблетки. — Прими, пожалуйста. Нам всем не помешает. Будет хоть какой-то сон. — Он раздал таблетки каждому. Эдди достала стаканы, а Брайс налил в них воду. Я запила таблетки большими глотками.

Они действительно помогли немного успокоиться. Но сна не было ни в одном глазу.

До самого утра мы обсуждали случившееся. Итана и Черепа арестовали, но Джош сказал, что кто-то их прикрывает, и надолго в тюрьме они не задержатся.

Под утро Эдди и Брайс ушли спать. Джош остался на кухне, сидел за столом, уставившись в пол. Я подошла и села напротив него. С чего начать? Почему это так трудно?

Он был настолько погружён в свои мысли, что даже не заметил меня.

— Мы можем поговорить?

— Да, — ответил он тихо, поднимая на меня взгляд. В его глазах читалась усталость... и что-то ещё.

— Если ты расстался со мной не по своей воле... Можем ли мы начать всё заново?

— Эйда, я не могу снова подвергать тебя опасности.

Он выпрямился и посмотрел в окно.

— Но Итан расторг ваш договор. Он теперь не сможет навредить нам, — возразила я.

— Ты ошибаешься. Это не обычные люди. Даже из тюрьмы они могут причинить вред. Их не так просто посадить надолго.

— Джош, прошу тебя. Вместе мы справимся. По отдельности нам будет гораздо труднее.

— Я по уши в этом дерьме. Твои слова сладки, но если ты думаешь, что я потяну тебя за собой в эту бездну... Ты заслуживаешь другой жизни, Эйда.

Я закатила глаза.

— Другой жизни? — во мне вскипело раздражение. — Из-за этих людей я почти потеряла сестру. И тебя. А ты говоришь — «другая жизнь»?

— Нам нельзя быть вместе. Это слишком опасно, — сказал он, будто не слышал меня.

— И как долго это будет продолжаться?

— Я не знаю, — тихо ответил он.

Я ударила ладонями по столу. Джош вздрогнул. Он не привык видеть меня такой.

Боль резко прострелила в руке. Я совсем забыла о своей ране.

— Твоя рука... — Джош посмотрел на повязку, из которой сочилась кровь. Я встала и направилась в ванную. Он пошёл за мной.

Осторожно сняв бинт, я промыла рану тёплой водой.

— Дай я помогу, — сказал он и подошёл с полотенцем. Легонько промокнул швы. Я взглянула на него. Его голубые глаза были сосредоточены на моей коже.

— Швы целы. Но, пожалуйста, будь аккуратнее.

— Если бы ты заботился, ты бы не бросил меня, как ненужного котёнка. Я до сих пор не могу прийти в себя...

Он кивнул и молча наложил новую повязку. Я пожалела о своих словах.

— Больно?

— Больно будет, если ты уйдёшь, — прошептала я, сдерживая слёзы. Но они всё равно потекли.

— Прости меня, — тихо сказал он. — Мне жаль, что нам пришлось всё это пройти.

Он бережно заправил за ухо прядь моих волос, обнял меня, поглаживая по голове — нежно, почти с благоговением.

Я отстранилась, посмотрела ему в глаза. В них было только страдание.

— Слава Богу, твои волосы не пострадали, — прошептала я, коснувшись повязки на его голове.

Он слабо улыбнулся. Но глаза остались холодными, будто где-то внутри всё ещё шёл бой.

— Джош, я понимаю: пока ты не разберёшься с этой бандой, ты не сможешь быть со мной. Но давай хотя бы не исчезать друг от друга? Я не видела тебя четыре месяца.

— Я не исчезну. Надеюсь, время расставит всё по местам, — ответил он.

Мне понравилось, как это звучит. Спокойно. С верой.

Я выбросила окровавленную повязку и вымыла руки, вытерла их полотенцем и обняла его. Крепко. Словно хотела остановить время, не дать ему ускользнуть снова.

— Скажи честно... Ты скучал?

— Я выжил только потому, что скучал.

— А ты всё ещё любишь меня? — спросила я.

Он не колебался.

— Конечно. Люблю.

Моё сердце сжалось и тут же расправилось, как крылья. Казалось, оно сейчас вырвется наружу — слишком многое копилось внутри слишком долго.

— Я пожертвовал своей любовью, чтобы сохранить тебе жизнь, — тихо сказал он. — И если придётся... сделаю это снова.

Он на мгновение замолчал. Как будто собирался с силами, чтобы пройти границу, которую слишком долго боялся переступить.

— Есть кое-что, что я должен тебе рассказать. Давным-давно должен был.

Я не перебивала. Просто слушала. Потому что чувствовала: сейчас он открывает мне свою правду. Ту, которую хранил слишком долго.

— Я видел тебя тогда... у океана. Ты сидела одна. И плакала. Я был рядом, стоял в тени. Хотел подойти, обнять, сказать хоть слово... но не смог. Потому что знал: если сделаю хоть шаг — уже не уйду. А тогда... нельзя было.

Я закрыла глаза. Я помнила то утро. Помнила, как вдруг ощутила чьё-то присутствие — сильное, близкое. Я просто не знала, что это был он.

— Но... я видел тебя ещё раньше. Гораздо раньше. Пять лет назад. В Далласе. Мы с ребятами только что вышли из участка, где нас задержали. Сидели в машине, и тут ты появилась. На улице. В белом. Ветер играл твоими волосами, как будто ты вышла не из здания, а из сна. Я до сих пор в шоке, как твой отец вспомнил меня, когда я приехал к тебе... спустя столько лет.

Он едва усмехнулся. Но взгляд остался серьёзным.

— Тогда ты казалась знаком судьбы. Или иллюзией. Я не понял, что именно, но запомнил навсегда. Хотел подойти... но не успел. Ты исчезла. Растворилась.

— Да... я тогда была с отцом, — тихо сказала я. — Он взял меня с собой, пока был по работе. Сандра как раз приготовила обед для него и Гарри, и я принесла его им. Я помню тот день. Помню холодный воздух и странное чувство, будто кто-то смотрит.

— Годы шли. Я снова увидел тебя — в кафе. Ты сидела на веранде, будто сама не из этого мира. Я не успел подойти... но с тех пор возвращался туда почти каждый день. Надеясь снова тебя найти.

Он провёл рукой по лицу, будто стирал воспоминания, которые слишком долго горели внутри.

— Я искал тебя в лицах прохожих. В песнях. В пустых улицах. И каждый раз, когда судьба снова подбрасывала мне тебя — я терял дар речи. Не от страха. От чувства, что если скажу, как ты важна... снова тебя потеряю.

Он наклонился чуть ближе.

— Представь моё удивление, когда ты врезалась в меня на вечеринке у Энтони. Та самая девочка, что вечно ускользала, когда я почти дотягивался до неё. «Девочка-мечта». И это была ты.
— Ты — моё спасение, Эйда. Мой шанс. И когда всё начало рушиться... я ушёл. Чтобы ты осталась жива. Потому что ты была важнее всего.

Он не плакал. Но в голосе звучало нечто большее. Чистая, обнажённая боль. Хрупкая, как стекло. Настоящая.

— Почему ты не рассказал мне этого раньше? — прошептала я, потрясённая. — Я знала, что мой отец тогда задержал вас. Но что ты... ты видел меня. Что я осталась в твоей памяти. Дважды за пять лет. А я — ни разу.

— Я боялся. Боялся спугнуть тебя. Мечтал о тебе все эти годы... И боялся сделать что-то не так. Потерять.
— Знаешь, говорят, то, чего мы боимся — в итоге и случается. Так и вышло. Я потерял тебя. Потому что был вынужден отпустить.

Он опустил глаза. А потом снова посмотрел на меня. Честно. Без защиты.

— Но если бы пришлось выбирать снова... я бы всё равно выбрал тебя. Даже если бы ты ушла. Даже если бы никогда меня не простила.

Я сглотнула ком в горле, будто слова застряли внутри.

— Почему ты говоришь мне это сейчас?

Он не отводил взгляда.

— Потому что больше не хочу прятаться. Не хочу исчезать. Я хочу быть рядом. Пусть будет трудно. Пусть с самого начала.

— Я люблю тебя, Эйда. Всё ещё. Всегда.

И в этот момент время остановилось.

Не потому что это сказка.

А потому что — это правда.