Другая жизнь. Книга судеб

***

Стояло раннее утро, когда даоцзан Сяо Синчень вышел из домика, находящегося в некотором отдалении от поселения адептов Вэнь. Его друг Сун Лань еще спал и, чтобы не беспокоить его, Сяо Синчень решил выйти наружу и спуститься к небольшой реке, чтобы там немного помедитировать.

Однако, едва отворив двери, он обнаружил подле домика заклинателя в белых одеждах. Пока тот не обернулся, даоцзан не узнавал его. Лишь встретив немного резкий, почти тяжелый взгляд черных глаз, он смог догадаться, кто перед ним.

— Славно, что порядок жизни даоцзанов походит на наш, — произнес заклинатель в белых одеждах. — Хорошего вам утра. Я, вероятно, должен извиниться за свое неожиданное присутствие здесь?

— Вовсе нет, что вы... — чуть смешавшись, проговорил Сяо Синчень и, спохватившись, приветствовал собеседника глубоким поклоном.

Поднявшись на ноги, тот ответил тем же.

Это лишь добавило даоцзану неловкости. Занимающий ответственный пост в великом ордене заклинатель вовсе не обязан был склоняться перед ним так низко.

— Примите, как знак уважения, — пояснил командующий стражей Облачных Глубин, будто разглядев смущение даоцзана. — Мы ведь на самом деле на равных. С тех пор как даоцзаны стали вхожи в совет кланов.

— Мои стремления вовсе не лежат к тому, чтобы вершить судьбы Мира. — осторожно ответил Сяо Синчень.

— Это ваше право, — кивнул заклинатель из Лань. — Долг каждого — следовать зову сердца. Позволите спросить, куда вы теперь направлялись?

— Просто к реке, — чуть пожав плечами, как есть, ответил даоцзан.

Командующий стражей жестом предложил ему следовать в означенном направлении.

Сяо Синчень кивнул и подчинился.

На душе у него шевельнулась тревога. Столько всего случилось в последние дни. Однако, на самом деле даоцзан все время присматривающий и ухаживающий за другом, почти ничего не знал.

Его движения и шаги выдавали напряжение, от того он был рад, что заклинатель из Лань шел первым. Только от чего-то казалось, что даже так он прекрасно видит Сяо Синченя. Обладатель редкой способности ощущать духовные силы на расстоянии, наверняка, ему не составляло труда разобраться и в скрытых от глаз движениях души.

Прежде Сяо Синченю не доводилось лично встречаться с командующим стражей Облачных Глубин. Точнее, он несколько раз видел его мельком у стен или подле Главы ордена Лань. Не сказать, чтобы тогда командующий стражей как-то особенно выделялся на фоне других. Сейчас же невольная настороженность заставляла даоцзана подмечать малейшие детали. Например, стоило отвести взгляд, и звука шагов командующего стражей Облачных Глубин было не различить. Скользя, длинные одежды и белоснежные сапоги почти не оставляли приникшей травы — такой след даже сразу едва можно было угадать, а спустя минуты его не будет видно и вовсе. Эти наблюдения заставили даоцзана немного позабыть о вежливости и окинуть заклинателя со спины более внимательным взглядом.

Тот выглядел благородно и возвышенно, как и все в его ордене. Очень выдержанная идеальная осанка не лишала текучей плавности и легкости его манеру двигаться. Длинные концы лобной ленты и темные волосы лишь чуть покачивались на ходу. Он будто парил, принадлежащий больше небу, чем тверди.

Неуловимо при этом ощущалось в нем не угроза, но скорее постоянная готовность принять бой, пустить в ход оружие. Это действовало немного подавляюще, но в большей мере удивляло Сяо Синченя, ведь этот заклинатель ордена Лань был более младшего поколения и совершенно точно не застал боевых действий времен Аннигиляции Солнца в возрасте, подходящем для участия в сражениях.

Однако на нем, как и на многих из тех, кто действительно побывал на передовой, лежала временами более различимая тяжесть отнятых человеческих жизней.

Конечно, Лань Дэшэн состоял в рядах личной охраны Главы ордена Лань и, вероятно, должен был быть по-настоящему готов к любой неожиданности, к любому повороту событий, в любой момент.

Когда они добрались до берега реки за поселением Вэнь, Лань Дэшэн непринужденно опустился на траву у кромки песка. Возле домика он также сидел на земле. Но почему-то для Сяо Синченя это выглядело слегка неуместно.

Он сам в свою очередь опустился на траву немного поодаль.

— Даоцзан Сяо, чем я могу загладить неуместную внезапность своего столь раннего появления? — спросил заклинатель из Лань, положив подле себя ножны с мечом.

Сяо Синчень не нашелся с ответом, лишь опустил взгляд, хотя сейчас Лань Дэшэн не смотрел на него.

— Как здоровье даоцзана Суна? — поинтересовался командующий стражей, не дождавшись ответа на свой предыдущий вопрос.

— Благодарю, все идет хорошо. Цзычень быстро восстанавливается, — смог выговорить Сяо Синчень. — Вероятно, вскоре мы снова сможем отправиться странствовать.

— Я подоспел достаточно вовремя, чтобы успеть попросить вас остаться? — прямо уточнил Лань Дэшэн.

— Мы занимаем дом сяньшэна уже довольно долго... — протянул Сяо Синчень.

— Если бы он сам предложил вам оставаться подольше, тогда?.. — Лань Дэшэн наконец поднял взгляд на даоцзана.

— Что-нибудь случилось? — немного взволнованно переспросил Сяо Синчень. — Вы говорите со мной от его имени?

— Я говорю от своего, — размеренно произнес Лань Дэшэн. — Почему вы сразу предположили что что-то произошло?

По его интонации Сяо Синчень понял, что уйти от вопроса нельзя, потому ответил, как есть:

— Сяньшэн был здесь четвертого дня. Сразу после того, как вернулся от храма Байсюэ. Как раз тогда Цзычень пришел в себя. Было довольно трудно. Между ними состоялся непростой разговор. И еще. В ночь накануне Вэнь Нин принес Фучэнь, это метелка из конского волоса.

— Она является личным оружием вашего друга? — как ни в чем не бывало спросил Лань Дэшэн, хотя и прекрасно знал это из рассказа Лань Сычжуя.

— Да. Это так, — подтвердил Сяо Синчень.

— Как она оказалась у Вэнь Нина? — продолжил командующий стражей задавать вопросы.

Слова падали размеренно, голос звучал чуть отрешенно, но взгляд его черных глаз сделался пронзительно цепким.

— Это сяньшэн передал Фучэнь через него. Он нашел ее в храме Байсюэ, — объяснил Сяо Синчень.

— Я не видел на территории храма такого оружия, — проронил Лань Дэшэн.

— Вы были там? — почему-то удивился даоцзан и увидел легкую улыбку, чуть тронувшую тонкие губы командующего стражей.

— После того, как вы пришли сюда вместе с Лань Сычжуем, и сяньшэн принес с Лань Я тело даоцзана Суна, вскоре мы получили приказ охранять храм Байсюэ от любых возможных посетителей. Я осмотрел место и выставил сигнальные поля. С тех пор прошло уже значительное время. Но можно ручаться, что за прошедшие дни храм никем не посещался, — рассказал Лань Дэшэн.

— Я сам был там только вместе с Лань Сычжуем. Особенно тщательного осмотра мы тогда не проводили, — проговорил Сяо Синчень. — Мне сложно ответить вам более точно... Я лишь говорю со слов Вэнь Нина и сяньшэна.

— Вэй Усянь не рассказывал Сун Ланю, как обнаружил его личное оружие? — спросил Лань Дэшэн.

— Нет, — покачал головой Сяо Синчень. — Я думаю, это все из-за ... После пробуждения Цзычэню и правда трудно. Первые пару дней было особенно тяжело.

— Вы сказали, он хорошо восстанавливается?— напомнил Лань Дэшэн. — Я могу надеяться на небольшой разговор с ним?

— Конечно, — подтвердил Сяо Синчень, понимая, что не смог бы дать отрицательного ответа, даже если бы состояние друга было куда хуже.

Лань Дэшэн помолчал, после чего задал другой вопрос:

— Вам случалось в последнее время видеть необычно реалистичные повторяющиеся сны о чем-то, что вас беспокоит?

— Нет, — отрицательно покачал головой Сяо Синчень. — С тех пор, как все случилось... С тех пор, как обнаружил Цзычэня в Байсюэ, я тщательно следил за тем, чтобы дисциплинировать свой дух и отдыхать в спокойном состоянии.

— У вас сильная воля, — отметил командующий стражей.

— Я не считаю, что в достаточной мере, — возразил Сяо Синчень.

— Значит, вам все еще есть, куда расти и над чем работать. — оценил его ответ Лань Дэшэн.

— Цзычэнь видел такой сон. Сяньшэн был огорчен, когда понял это, — рассказал Сяо Синчень. — Мне все же жаль, что я не смог удержать друга от резкости. Мы ведь обязаны теперь сяньшэну слишком многим.

— Что между ними произошло? — поинтересовался Лань Дэшэн.

— Цзычэнь проснувшись был уверен, что именно сяньшэн стоит за случившемся с заклинателями в храме Байсюэ, — осторожно сообщил Сяо Синчень.

— Вот как? – командующий стражей изобразил легкое чуть недоверчивое удивление.

— Перед...ранением Цзычэнь видел темную фигуру на крышах построек при храме и слышал звук, похожий на свист или флейту, — подробнее рассказал Сяо Синчень.

— Ммм. — протянул Лань Дэшэн. — Об этом я лучше спрошу его лично.

— Он помнит немногое. — осторожно проговорил Сяо Синчень.

— Разговор на эту тему может ухудшить его состояние? — прямо спросил Лань Дэшэн.

— Нет. Не думаю, что так. Прощаясь тогда сяньшэн сказал, что вскоре вернется, чтобы поговорить еще. Он бы не стал делать то, что могло бы навредить Цзычэню. Но... больше сяньшэн не приходил, — Сяо Синчень коротко вздохнул и решился наконец спросить. — Намерены ли вы в самом деле рассказать, что случилось? Ведь что-то происходит. Если просите нас остаться, то для чего?

— Это справедливый вопрос, даоцзан. Рассчитывая на вашу помощь, я не предполагал держать вас в неведении. Но мне бы также не хотелось излагать информацию несколько раз, — ответил Лань Дэшэн.

Сяо Синчень уловил легкую перемену в командующем стражей. Как будто доля его отрешенной холодности спала. Либо просто удалось немного привыкнуть к его манере держаться.

— Если это срочно, давайте лучше вернемся в дом и обстоятельно поговорим там? — предложил даоцзан.

— Боюсь, что время может быть не на нашей стороне, — согласился Лань Дэшэн.

— Тогда медлить не станем. — поднялся на ноги Сяо Синчень, соображая про себя, почему командующий стражей сразу не обозначил срочность, а предпочел позволить себе эту небольшую прогулку.

Тем временем Лань Дэшэн поднялся тоже, и они вернулись обратно к домику выше по склону.

— Мне будет нетрудно немного подождать снаружи,— произнес Лань Дэшэн, предвосхищая возможную неловкость.

— Спасибо, — кивнул Сяо Синчень, но открыв двери понял, что в этом нет необходимости.

Сун Лань проснулся и был уже одет, как положено. Возле очага настаивался сбор укрепляющих трав, который даоцзан недавно снял с огня.

У Лань Дэшэна также была возможность оценить обстановку в домике, и он шагнул ко входу, следом за Сяо Синченем, уже не дожидаясь, когда его пригласят.

Войдя, он вежливо поклонился и представился:

— Лань Дэшэн, командующий стражей Облачной Обители. Прошу простить за вторжение в столь ранний час.

Даоцзан Сун сдержанно поклонился в ответ:

— Нет нужды извиняться. Вы, наверняка, пришли сюда не просто так. Проходите. Присаживайтесь.

— Благодарю вас, — вежливо кивнул Лань Дэшэн.

Сяо Синчень тем временем отошел к очагу, чтобы укрыть отвар, который не должен был остывать слишком быстро. После он принес и поставил на стол пиалу с засахаренными фруктами. Легкая и полезная небольшая закуска. Нехорошо оставлять стол пустым, даже если гость появился без приглашения.

Сун Лань и Лань Дэшэн уже также расположились у стола, оба молчали.

Лань Дэшэн сидел, переплетя пальцы рук и склонив голову. Остальные не решались торопить его. Он же чувствовал, что человек рядом с ним недостаточно собран.

Хотя Сяо Синчень и сказал, что тема храма Байсюэ не под запретом, страдание Сун Ланя все еще было слишком живым. Зная, что сейчас и Вэй Усянь недостаточно в себе и в мире, Лань Дэшэн не мог позволить себе рисковать. Если растревоженное сердце даоцзана снова будет захвачено сном, это может усугубить общее положение. Сейчас действительно нельзя было допрашивать его.

Взгляд командующего стражей скользнул по обоим даоцзанам.

— Сяньшэн сейчас в пещере Фумо, — произнес он. — Весьма вероятно, его дух остается в пространстве снов, что еще сильнее изменило его внешность. У него несколько ран, которые сами по себе не опасны, но из-за отсутствия духа заживают плохо. За ним непрерывно наблюдают, но во многом по-прежнему приходится полагаться только на него самого. Также остается проблема возросшего уровня Темной ци вокруг горы Луаньцзан. Послезавтра здесь соберутся Главы великих кланов и орденов, чтобы провести совет. Цзэу-цзюнь рассчитывал на сяньшэна на этом совете, но теперь его участие в нем очень мало вероятно.

Повисло молчаливое напряжение. Комментировать эти слова даоцзанам было сложно. Они могли лишь ждать, что еще захочет рассказать им командующий стражей Облачных Глубин.

— Не будь совета и довольно серьезной общей ситуации, я бы все равно просил вас... — его голос прервался и после зазвучал чуть иначе. — Сяньшэн бы просил, но я могу лишь сказать, что не дам вам возможности покинуть Гусу до тех пор, пока сердце даоцзана Суна не успокоится. Иначе риск снова подвергнуться снам остается велик. А я, к сожалению, слишком хорошо знаю, сколько сил было вложено, чтобы вернуть вас к жизни и разбудить. Лань Сычжуй наверняка вскоре сделает защитные обереги для вас обоих, но это все равно лишь поддержка, а не гарантия.

— Вы в самом деле считаете себя в праве ставить подобный запрет? — проронил Сун Лань.

Он не уловил полной смысловой связи в словах Лань Дэшэна, а проявление беспокойства и заботы со стороны такого человека выглядело несколько странно.

— Совершенно верно, даоцзан Сун, — кивнул Лань Дэшэн. — Я думаю, что буду вынужден немного ограничить вашу свободу, если вы не примите доброго совета. Но я все же в большей мере рассчитываю на ваше благоразумие.

— Цзычэнь, — произнес Сяо Синчень. — Прошу тебя? Мы ведь в любом случае собирались уйти не вскоре. Многие здесь в самом деле боролись за твою жизнь. Хорошо, если нам представится возможность хотя бы немного отплатить за это.

Сун Лань согласно кивнул, вспомнив, что на самом деле именно это он и обещал сяньшэну четвертого дня.

-- Лань Сычжуй делает обереги? — переспросил тем временем Сяо Синчень.

— Вместе с Вэнь Нином. — пояснил Лань Дэшэн. — Он хочет сделать их довольно много к совету кланов.

— Можно помочь? — с надеждой спросил даоцзан Сяо.

— Думаю, это будет весьма кстати, — согласился командующий стражей.

— Вы можете рассказать больше о том, что случилось? Как сяньшэн был ранен? Почему его дух оказался захвачен... другим пространством? Что это за пространство такое вообще? — поинтересовался Сун Лань.

Командующий стражей слегка кивнул в ответ и пояснил:

— То, что видят заклинатели, попадая в плохие сны, достаточно материально, чтобы собирать Темную ци и переправлять ее к Мертвому Кургану. Из-за этого концентрация энергии там выросла настолько, что гора начала испускать дым. В Байсюэ также размещалась точка подпитки всего этого. Вероятно, это были те самые пятьдесят душ, которые страдали где-то в храме. Сяньшэну удалось прекратить это, и дым над Мертвым Курганом рассеялся. Однако уровень Темной ци там все еще очень высок.

— Могут быть другие люди, которые вовлечены, другие точки подпитки? — спросил Сун Лань.

— Все может быть, — подтвердил Лань Дэшэн.

— Вы не знаете наверняка, — с легким пренебрежением произнес Сун Лань, заставив Сяо Синченя снова взглянуть на него.

— Я не знаю, — согласился командующий стражей. — Я не попадал в сны. Мне сложно представить. Известно, что сяньшэн остается единственным из тех, что может просыпаться сам от таких снов и помогать проснуться другим.

— И все же, его дух захвачен этим пространством? — уточнил Сун Лань.

— Тот, кто сделал это, стремится лишить его возможности действовать, — предположил Лань Дэшэн. — Или хочет устранить, как помеху.

— Устранить? — переспросил с возрастающим беспокойством Сяо Синчень.

— Кто-то стрелял в него в Лань Я у подножья горы. Это был выстрел на поражение. Ханьгуан-цзюнь успел прикрыть ему спину, — вкратце рассказал Лань Дэшэн.

— Лань Ванцзи тоже ранен? — с еще большим волнением уточнил Сяо Синчень. — Это серьезно?

— Сейчас с ним уже все в порядке, не беспокойтесь. Вы сможете увидеть его в пещере Фумо, если отправитесь туда, — заверил его Лань Дэшэн.

— Спасибо, что не отказались рассказать обо всем, — поблагодарил Сун Лань.

— Об этом не следует распространяться. Даже здесь. Кроме того, я предполагаю продолжать искать того, кто устроил все это. Того, кто стрелял в Лань Я. Ханьгуан-цзюнь предположил, что это может быть заклинатель, владеющий обоими видами ци.

— Как сяньшэн? Но ведь он был первым, благодаря кому мы узнали, что подобное вообще возможно, — удивился Сяо Синчень.

— Он — первый, благодаря кому мы узнали. Но это не значит, что он самый первый и единственный, — произнес Лань Дэшэн.

— Кто-то рассчитывал скрытно использовать свое преимущество? — предположил Сун Лань.— Но не принял в расчет сяньшэна? Не знал о нем? Но ведь весь заклинательский мир не раз слышал и не перестает повторять его имя.

— О нем говорят, как об Основателе Темного Пути, — напомнил Лань Дэшэн. — Как о том, кто на довольно длительное время терял дух, но смог вернуть его. Он обратил внимание заклинателей на необходимость уделять внимание не только телу и душе. Возможно, тот другой понял, что со временем его преимущество потеряет ценность и эффективность. Кроме того, то, что говорят о сяньшэне противоречиво. Сложно выделить то, что действительно о нем. Особенно если не знать его лично.

— Справедливо, — кивнул Сун Лань. — Но еще один заклинатель с подобными навыками все-таки должен был бы быть где-то замечен.

— Я тоже думаю так. К тому же у него должна быть причина вытворять все это, — продолжил Лань Дэшэн.

— Либо он одержим и безумен, как бывали большинство связавшихся с Темной ци, — размышлял Сун Лань.

— Это в некотором роде тоже причина. В любом случае, нам нужно отыскать его. И мне нужно больше людей для этого. Пока сяньшэн пытается бороться с этим явлением изнутри, мы должны действовать здесь, в Мире, иначе мы рискуем далеко не только его здоровьем и жизнью, — проговорил Лань Дэшэн.

— Что мы можем сделать сейчас? — спросил Сун Лань.

— Мне необходимо больше информации о храме Байсюэ и о горе Баошань. И если о первом пока не стоит, то хотя бы о втором, — ответил командующий стражей.

— Я могу рассказать о храме, — возразил Сун Лань.

— Не сейчас. Мой вопрос о том, где в храме сяньшэн мог обнаружить вашу метелку Фучэнь? Когда восстановитесь лучше, если будут идеи об этом, поделитесь ими со мной? — попросил Лань Дэшэн.

— Ждать вовсе не за чем. Это было не в храме, — покачал головой Сун Лань.

— Не в храме? — переспросил командующий стражей. — Но где же тогда?

— Там всегда было темно, очень мало света. Но я помню каменные стены, которые определенно не созданы руками человека. Вероятно, пещера с высоким сводом. Звук в ней почти не имеет эха, — припомнил Сун Лань.

— Это тот самый сон, что вы видели? — осторожно спросил Лань Дэшэн.

— Да, — утвердительно кивнул Сун Лань.

— Не нужно вспоминать сейчас. Достаточно того, что вы уже рассказали, — остановил даоцзана командующий стражей.

— Но, если это важно... — проронил Сун Лань.

— Нет! — чуть резче отрезал Лань Дэшэн.

— Разве вы сами не сказали только что... — удивление оказалось сильнее уязвленной тоном заклинателя Ордена Лань гордости даоцзана Суна.

— Я спросил лишь, где сяньшэн мог обнаружить Фучэнь, — напомнил Лань Дэшэн. — Теперь я понимаю, что дело было в гроте. Следующий вопрос в том, есть ли достаточно большие пещеры неподалеку от храма и использовали ли их каким-либо образом?

-- Пещеры есть. Их периодически осматривали, ведь под землёй любит селиться всякая нечисть... — пояснил Сун Лань.

— Вы бывали там? — поинтересовался Лань Дэшэн.

— Нет, — покачал головой Сун Лань. — Но можно ведь проверить все это на месте?

— После обвала пострадала часть склона. Если там и были гроты, сейчас вход не найти, если не знать, где он должен быть, — возразил ему командующий стражей.

Пока они продолжали разговор, Сяо Синчень напомнил три пиалы укрепляющим отваром.

— Всем будет на пользу, — тихо произнес он, ставя целебный напиток перед каждым.

Лань Дэшэн посмотрел на него вопросительно.

— Ещё до того, как... Сяньшэн убедил остальных, что есть возможность вернуть Сун Ланя к жизни, он сказал, что стоит начать пить этот напиток вместо чая, — пояснил Сяо Синчень. — Это помогает восстанавливаться быстрее. Он вроде бы тогда сказал это в шутку, но все взяли за правило.

Командующий стражей кивнул:

— Спасибо.

— На здоровье, — ответил Сяо Синчень.

Оставаясь больше наблюдателем, чем участником разговора, он заметил покрасневшие уголки глаз командующего стражей и резче проступившие тени. Раз творилось такое, ему, вероятно, тоже досталось забот.

— Обвал? — переспросил Сун Лань. — В Лань Я это большая редкость.

— Он произошел не по воле природы, — ответил Лань Дэшэн. — Я пока что не знаю, что именно там случилось. Только то, что из подгорной пещеры Сяньшэн вынес очень много Темной ци. И ещё в Байсюэ фэн-шуй был очень лёгким и чистым. Когда же храма не стало, это ощущение тоже ушло.

— Не... Не стало? — ошарашенно переспросил Сун Лань.

— Да, храма Байсюэ больше нет. И я бы хотел понять, почему так случилось, — проговорил командующий стражей. — Когда заклинатель попадает в эти несуразные сны, он спит, не может проснуться, там что-то происходит, но его тело на месте. Даже с сяньшэном сейчас в общих чертах также. И это сущий кошмар для расследования. Но у храма, как я понял со слов очевидцев, Вэй Усянь полностью перемещался из одного места в другое. Это дало мне слабую надежду на то, что оба места материальны. Я предположил, что, быть может, вы знаете о них.

— Я... — проронил Сун Лань. — Отправился странствовать сразу после обучения, во внутренние дела храма я не был глубоко посвящен.

— Может быть, вам случалось заметить что-то? — предположил Лань Дэшэн. — Переберите в памяти уклад их жизни. Зацепка может лежать на поверхности. Но не слишком в этом усердствуйте. Лучше постарайтесь больше участвовать в жизни поселения. Отпустите утрату из сердца. Ведь жизнь все еще при вас. Ваш путь продолжается. Такой шанс должен стать преимуществом. А я все же хотел бы больше узнать о горе Баошань, — он посмотрел на Сяо Синченя.

— Но... что именно вы бы хотели узнать? — даоцзану стало не по себе.

— Где находится эта гора? — спросил Лань Дэшэн.

— Простите, командующий, но я не могу назвать вам места. Это запрещено, — проговорил Сяо Синчень.

— Я слышал, она в Илине. Это правда? — не отступился заклинатель из ордена Лань.

— Да, это так, — вздохнул Сяо Синчень.

— Я бы хотел увидеть ее, — упрямо проговорил Лань Дэшэн.

— Это нарушит запрет, — попытался возразить Сяо Синчень.

— Недавно вы отнесли туда одного человека, — напомнил командующий стражей.

— Он был без сознания, не мог распознать и запомнить дорогу. На самом деле так тоже нельзя, и его ждет наказание. — произнес Сяо Синчень.

— Какое? — поинтересовался Лань Дэшэн.

— Он останется в том состоянии, в каком попал на гору. Без возможности вернуться сознанием в Мир и покинуть ее пределы, — ответил даоцзан.

— Почему так жестоко? — Лань Дэшэн чуть прищурил глаза.

— Наставница всегда сама решает, кто может взойти на гору, а кто, спустившись, должен уйти безвозвратно, — рассказал Сяо Синчень.

— В таком случае вы также являетесь нарушителем, каково ваше наказание? — уточнил командующий стражей.

— Я хотел помочь ему остаться в живых. Но в итоге... Иногда я думаю, что смерть могла бы быть лучшим вариантом, — вздохнул Сяо Синчень.

— Жизнь всегда лучше. И раз она продолжается, именно так и должно быть. Вы уверены, что тот человек все еще жив? — уточнил Лань Дэшэн.

— Да. Наставница всегда держит свое слово, и у нее определенно достаточно сил. К тому же и сама гора... — Сяо Синчень осекся.

— Что делает гора? — тут же подхватил командующий стражей.

— Она... поддерживает и восстанавливает жизненные силы. Гора полна Светлой ци и благодати. Она сама по себе — неиссякаемый источник. От подножья до пика она покрыта растениями, в том числе целебными и редкими. Иные встречаются только там. Наставница говорила, в этот год растения очень сильны, им уступает даже крепкий горный камень.

— Значит, в этот год гора изменилась? — переспросил Лань Дэшэн.

— Гора живет и меняется постоянно. Наставница очень любит ее и тщательно следит. Всегда знает, что стало иначе, — пояснил Сяо Синчень.

— Вы сами не заметили разницы? Когда вы видели гору до этого в последний раз? — уточнил командующий стражей.

— Больше двенадцати лет назад. Гора удивительна. Видеть перемены в удивительном...сложно. Это кажется само собой разумеющимся. Кроме того, гора сокрыта от глаз. И у подножья всегда выглядит немного так, как ты ожидаешь. Нужно подняться выше, пройтись по ней, чтобы действительно сравнить, отличить и почувствовать. Но в этот раз... я торопился вернуться и не стал подниматься высоко, хотя наставница и приглашала меня, — вздохнул Сяо Синчень.

— Я понимаю, даоцзан, ваши мысли и сердце были далеко от той горы. Может быть, вы также сможете припомнить что-то. Или все-таки найдется вариант, как вы могли бы показать мне гору, — еще раз попросил Лань Дэшэн.

Сяо Синчень осторожно кивнул и спросил:

— Но почему вы так интересуетесь ею?

— В Гусу тоже стали появляться редкие растения и почти легендарные травы. Золотистая трава, например, — произнес Лань Дэшэн. — Но... от природы обе ци в нашем мире должны быть в непрерывном вращении и равновесии. Поэтому я хотел бы понять коснулись ли изменения только Мертвого Кургана или горы Баошань тоже? Или же увеличение Светлой ци рассредоточено по Миру в целом? Просто мне нужно наиболее точное представление о том, что теперь происходит.

— Вы полагаете, что этот процесс, то, что организовано и воздействует через сны, может влиять на природу Мира в целом? — поразился Сун Лань.

— Я знаю только, что Мертвый Курган — это самый мощный источник Темной ци в Мире. Влияние на него, его переполнение точно может сказаться на всем. Если влиянию подвергается не только это место, тогда — тем более, — пояснил Лань Дэшэн.

— Нужно, чтобы больше людей узнали о происходящем, — уверенно проговорил Сяо Синчень.

— Мы обсудим этот вопрос на совете кланов, примем решение о дальнейших шагах. Лучше, чтобы хотя бы один из вас тоже при этом присутствовал, — попросил командующий стражей.

— Мы бы хотели присутствовать вместе, — обратился со встречной просьбой даоцзан Сяо.

— Хорошо, — согласно кивнул Лань Дэшэн. — Я сообщу Главе ордена Лань об этом. Благодарю вас за беседу, — командующий поднялся и поклонился. — Если припомните что-то или просто захотите поделиться, пожалуйста, без промедления найдите меня.

— Конечно, господин командующий, — Сяо Синчень и Сун Лань тоже встали со своих мест.

Даоцзан Сяо проводил Лань Дэшэна до дверей, и они распрощались.

***

Командующий стражей Облачных Глубин отправился вверх по склону и вскоре встал на меч. Он поднялся до входа в пещеру Фумо и снова сошел на землю.

Вместе с ним то же самое сделал еще один заклинатель Ордена Лань.

— Шифу, — поклонился Лань Дэшэн. — Удачно, что мы встретились здесь. Вы не могли бы задержаться буквально на минуту?

— Я собираюсь проведать племянников, — ответил Лань Цижень. — Это срочно? Мы не можем поговорить внутри?

— Ханьгуан-цзюнь все знает, — негромко произнес Лань Дэшэн, не тратя время на пространные объяснения.

Несколько мгновений старший учитель Лань смотрел на своего ученика, после нахмурился.

— Вчера я рассказал ему, — добавил Лань Дэшэн.

— Как он принял? — с долей отеческого беспокойства в голосе спросил Лань Цижень.

— Достойно, — с кивком ответил Лань Дэшэн.

— Ванцзи... — чуть вздохнул старший учитель Лань.

— Простите, шифу, что не предупредил вас, — извинился Лань Дэшэн.

— Все в порядке, — немного отрешенно ответил Лань Цижень.

— В том, что касалось его матери, — добавил Лань Дэшэн. — Он догадывался и сам.

— Он очень внимательный и упрямый. Хоть и выглядит бесстрастным и тихим, — проговорил старший учитель Лань.

— Ханьгуан-цзюнь намерен также рассказать обо всем Главе ордена, — сообщил Лань Дэшэн.

— Это должно было случиться рано или поздно, — Лань Цижень чуть поджал губы. — Видимо, время пришло. Спасибо, что сообщил мне.

В ответ Лань Дэшэн почтительно поклонился, и они вместе вошли под своды пещеры Фумо.

Двигались медленно, привыкая к сумраку после утреннего света. Командующий стражей чуть поддерживал под руку своего учителя. Тот не возражал.

— Ханьгуан-цзюнь и сяньшэн у Кровавого пруда. Остальные дальше в зале грота, — рассказал Лань Дэшэн, сверившись с ощущениями. — Я направлюсь в зал. Глава ордена тоже там.

— Хорошо, — кивнул Лань Цижень. — Спасибо.

Неподалеку от Кровавого Пруда в костре чуть потрескивая тлели угли, совсем без дыма и едва давая свет. Лань Ванцзи сидел довольно близко к огню, не выпуская Вэй Усяня из своих рук. Обоих их можно было разглядеть, несмотря на сумрак.

Ханьгуан-цзюнь никак не отреагировал на приближение заклинателей, и Лань Дэшэн почел за лучшее просто пройти мимо с почтительным поклоном. Его и без того легкие шаги быстро скрала тишина.

Командующий стражей взглянул на пару заклинателей лишь мельком, и взор его смог различить только темные одежды на фоне более светлых.

Довольно жуткое зрелище. Волосы и кожа сяньшэна стали такими бесцветными, что никак не выделялись на фоне белых одежд Лань Ванцзи. В игре неверного света и теней почти невозможным стало угадать человека.

В общем зале грота было светлее. Однако большую часть его теперь занимало защитное поле, где сейчас сидел Вэнь Нин и еще один заклинатель из его клана.

Глава ордена Лань и Лань Сычжуй разместились в стороне слева от входа. Они держали пиалы в руках. Лань Дэшэн уловил запах того самого напитка, которым его только что угощал Сяо Синчень.

— О. Ты тоже пришел, чтобы помочь? — не сдержал радости Лань Сычжуй.

Лань Дэшэн отрицательно покачал головой, едва заметно поморщившись:

— Я — нет, но даоцзаны вскоре придут, чтобы помочь тебе. Сун Лань еще довольно слаб, но не отказывай ему, найди дело. Для него сейчас это важно.

— Случилось что-то еще? — забеспокоился Лань Сычжуй.

— Того, что уже произошло, — вставил слово Глава ордена Лань. — И без того более чем достаточно.

— Да, конечно, — согласился с ним Лань Сычжуй. — А-Шэн, ты не голоден? У нас тут есть вкусные баоцзы. Совсем свежие.

— Поешь? — кивнул Лань Сичень, поддерживая прозвучавшее предложение.

— Хорошо, — уступил Лань Дэшэн. — Благодарю вас.

Лань Сычжуй принес для него тарелку и палочки. Поставив перед ним, юноша чуть тронул шисюна по плечу. Казалось, что тот немного нервничает или чем-то недоволен.

Лань Дэшэн вскинул на него взгляд, холодный, почти осуждающий.

Лань Сычжуй убрал руку и отошел к своему месту.

Пока командующий стражей ел, все молчали.

— Глава ордена, как чувствует себя сейчас маленькая Сяомин? — решился нарушить тишину Лань Сычжуй.

— Переживает, — чуть вздохнул Лань Сичень.

— Вчера она во что бы то ни стало хотела явиться сюда, — припомнил юноша.

— Это дитя... — снова вздохнул Глава ордена. — Все же она еще слишком маленькая. К тому же Вэй Ин сам сказал ей, что оставаться рядом с ним опасно. Кто знает, если в том пространстве его самоощущение работает лучше, чем у кого бы то ни было... Я решил, к его словам стоит прислушаться.

Лань Сычжуй молча опустил взгляд и кивнул.

На самом деле он тоже переживал, что маленькое дитя может испугаться пещеры и самого вида его ганьфу сейчас. В такое время всем стоило избегать потрясений. И все же накануне маленькая Сяомин плакала так горько и боролась за свое право узнать хоть что-то так отчаянно...

Однако, и в словах Главы ордена был смысл. Если Вэй Усянь сам попросил ее держаться подальше...

Все опять выглядело слишком запутано. Лань Сычжуй подумал, что нужно будет проведать Маленькую Орхидею в ближайшее время.

Лань Дэшэн никак не поддержал обсуждаемую тему. Доев, он лишь вежливо поблагодарил и попросил у Главы ордена разрешения отправиться в Обитель. Тот, конечно же отпустил его. А Лань Сычжуй сообщил, что внезапно кое-что вспомнил и хотел бы проводить командующего стражей. Лань Дэшэн не стал возражать.

Они оба шли по коридору грота, довольно быстро и все же почти бесшумно.

«Ванцзи, но ведь столько всего навалилось на него сейчас. Ты уверен, что стоит?...» — достигли их ушей приглушенные слова.

«Медлить лишь хуже,» — веско упал ответ и голоса говоривших стихли.

Приблизившись, Лань Сычжуй разглядел старшего учителя Лань подле своего шифу. Он вежливо поклонился. Лань Дэшэн сделал также.

— Ханьгуан-цзюнь, я ненадолго отправлюсь в Облачные Глубины. Вернусь через пару часов, — отчитался Лань Сычжуй своему учителю.

— Хорошо, — согласился Лань Ванцзи. — Не задерживайся только.

— Конечно, — пообещал Лань Сычжуй.

— Ты должен оставаться здесь, — отчитал юношу командующий стражей, едва они вышли под солнечный свет. — Почему ты собрался идти со мной?

Эти слова прозвучали немного обидно, но молодой заклинатель смирил сердце:

— В цзиньши скорее всего есть то, что тебе стоит увидеть.

— Ты в этом даже не уверен, — чуть презрительно бросил Лань Дэшэн.

— Посмотрим вместе, — чуть пожал плечами Лань Сычжуй. — Если я не прав, вернусь восвояси, а ты отправишься по своим делам.

— Ладно, — сдался его уговорам командующий стражей с едва уловимым вздохом.

Вскоре они сошли с мечей в Облачных Глубинах, добрались до дверей цзиньши и вошли внутрь.

Лань Сычжуй шел первым, все-таки это был и его дом.

— Присядь?— предложил он Лань Дэшэну, тем временем обходя комнату.

— Что ты хоть ищешь? — спросил тот.

— Книгу,— ответил Лань Сычжуй.

— Книгу?.. — не очень заинтересовано переспросил Лань Дэшэн.

— Угу. Совсем небольшую. Где ж она может быть... — пробормотал Лань Сычжуй, успевший обежать обе комнаты цзиньши. — Прости...

Лань Дэшэн подумал, юноша посетует, что ошибся и нужной вещи здесь нет.

Но вместо этого тот попросил:

— Ты не мог, пожалуйста, немного подвинуться? Да, вот так. Еще капельку.

Командующий стражей пересел на другое место, а Лань Сычжуй скатал циновку и вынул одну из досок пола, открывая тайник.

— Ну, точно, — изрек юноша, запустив руку внутрь. При этом что-то отчетливо звякнуло, но наружу Лань Сычжуй вытащил именно книгу и еще пару листов с иероглифами. — Хм... — протянул он.

— Что-то не так? — уточнил Лань Дэшэн.

— Да... Эм. Странно, что шифу запамятовал вернуть эту книгу в библиотеку, — пояснил Лань Сычжуй.

— Вовсе нет. Столько всего случилось. К тому же он был ранен, — напомнил Лань Дэшэн.

— Ты прав, конечно... Но все равно шифу очень высоко ценит всякий рукописный труд. А этот, пусть и малый, во многом важен. Во-первых, это одна из самых старых книг библиотеки. Во-вторых, она оказалась с занятным секретом. И в-третьих, я не вижу копию, которую сделал с нее ганьфу... — со вздохом признался юноша.

— Может быть, Ханьгуан-цзюнь забрал ее с собой? Если сяньшэн в самом деле переписал целую книгу, это действительно дорогого стоит, — заметил командующий стражей.

— Хм. Почему это? — поинтересовался Лань Сычжуй.

— Не могу представить его за хоть сколько-нибудь рутинной работой. Видимо, рукопись весьма интересна? — предположил Лань Дэшэн.

— Взгляни сам? — юноша протянул книгу старшему брату по ордену, вдруг ощутив желание немного подшутить над ним.

Осторожно взяв в руки, командующий стражей раскрыл рукопись, пробежал глазами страницу, потом еще раз.

На миг Лань Сычжую показалось, что на лице Лань Дэшэна появилась тень явного страдания.

— Прости, — тут же извинился юноша. — Не читай, если трудно и не можешь понять.

Лань Дэшэн тяжело перевел дыхание.

— Эта рукопись в состоянии убить способность связно мыслить. Книга точно не из запрещенных?

— Нет. Она из общего зала. Просто, глядя на страницы, мы видим не все иероглифы, как выяснилось. Вот здесь — Лань Сычжуй показал Лань Дэшэну две отдельные страницы. — Мы с шифу по очереди переписали начало. Оказывается, учитель все же смог прочесть этот труд и разобрать его более или менее связно. Я испытывал те же чувства, что и ты — как будто никак не могу понять общее, какие-то сплошные обрывки перед глазами. А ганьфу... он просто прочел. Для него содержание рукописи было полностью открыто. И он сделал именно полную копию. Только, кажется, она теперь не здесь. К сожалению.

— Ничего, — ободрил его Лань Дэшэн. — Хорошо, что мне попал в руки оригинал. Я постараюсь поднять его историю. Может, смогу раскрыть причину такой особенности рукописи. А о чем вообще эта книга?

— О параллельных мирах и пространствах, о том, как они пересекаются и как это почувствовать, — ответил Лань Сычжуй. — Вероятно, шифу и правда постарался аккуратно сохранить полный текст.

— О... — глаза командующего загорелись. — Я бы хотел увидеть и копию тоже в таком случае.

— Я спрошу шифу, — пообещал Лань Сычжуй.

— Отлично, — кивнул Лань Дэшэн. — Большое спасибо тебе, что вспомнил об этой рукописи и показал ее мне, — он бережно опустил книгу в руках и поднялся. — Обязательно найду время заняться всем этим.

Командующий стражей склонился, прощаясь.

В свою очередь встав, Лань Сычжуй удержал его, сомкнув пальцы на его запястье.

Лань Дэшэн посмотрел на него больше не с удивлением, а с легкой досадой.

— У тебя мало сил, — произнес юноша.

— Пока что достаточно, чтобы продолжать. Не беспокойся об этом, — попытался убедить его Лань Дэшэн. — Я отдал часть духовных сил Ханьгуан-цзюню вчера.

— Ты все еще не давал себе отдыха, — догадался Лань Сычжуй. — Почему? Так ведь нельзя...

— Я должен двигаться вперед. Мало информации и до сих пор нет связной картины. Я уже косвенно причастен к тому, что твои шифу и ганьфу пострадали. Нужно исправить это. Помочь. Я хочу разобраться, каким образом и что можно сделать. Я чувствую, что каждая минута, каждый час идет в счет. И я все еще действую слишком медленно, — живо ответил Лань Дэшэн. — Я должен идти и продолжать.

— А-Шэн, прошу тебя? Это опрометчиво. Без малейшей передышки столько дней... — Лань Сычжуй крепче сжал его руку. — Подумать только. Ты стал очень сильным. Но так ты только загонишь себя. Пожалуйста, идем со мной? — он потянул его в дальнюю часть цзиньши.

— Я знаю пределы своих сил. Что ты возомнил о себе? — резче бросил Лань Дэшэн, но все же он не пытался освободиться, а позволил юноше вести себя.

— Твоя помощь нам всем очень нужна, А-Шэн. Сегодня, завтра и впредь — очень долго. Поэтому ты должен отдохнуть сейчас. Пожалуйста? — попросил Лань Сычжуй.

Лань Дэшэн немного растерялся от его настойчивости, к тому же приведенный довод был крепким и стройным.

— Снимай верхние одежды и ложись здесь, — не теряя полученную инициативу проговорил юноша.

— Да, ну, тебя к черту! — фыркнул Лань Дэшэн.

Лань Сычжуй уже не держал его за руку, и ничто не мешало ему развернуться так резко, что облаком взлетели полы одежд, и быстро и уверенно шагнуть прочь.

— А-Шэн! — юноша вовсе не уступил и не сдался.

Догнав со спины, он обхватил командующего стражей, прижимая его руки к телу и уткнувшись лицом ему между лопаток, потому что был заметно ниже его ростом.

— Отпусти, — низко, рассерженно прошипел Лань Дэшэн.

Ему сложно было стерпеть такое резкое нарушение личного пространства.

— Не нужно, прошу тебя? — прошептал тем временем Лань Сычжуй. — Не уходи вот так. Прости. Я просто хочу помочь.

— Ты помог. Уже хватит! — рыкнул Лань Дэшэн. — Разве Ханьгуан-цзюнь не ждет тебя в пещере Фумо?

— Да, конечно, — проговорил юноша. — Они оба ждут меня там. Но если... если еще и ты вдруг как-то поплатишься или пострадаешь... что мне делать тогда? Ты ведь надел и носишь свой оберег, правда?

— Конечно, — ответил командующий стражей, смягчаясь.

Лань Сычжуй прекратил держать его так близко, чувствуя, что тому неприятно. И все же он коснулся его плеча, прося обернуться.

Тот подчинился.

Только совсем вблизи можно было рассмотреть тонкую нить на его шее, уходящую за отвороты одежд.

Они решили носить обереги максимально скрытно. Камень утренней зари, из которого их создавали, хорошо поддавался выделке и имел несколько цветовых гамм: мог быть кристально алым, розовато-серым, красным с черными прожилками или просто черным.

Неопытный глаз, увидев рядом все это разнообразие, мог бы и не понять, что все камни одной природы — способны нейтрализовать раздражение и гнев, дарить внутренний покой, особенно когда сам носящий оберег из такого камня стремится обрести внутреннее равновесие.

— Я слышал, многие считают, что ты похож на моего шифу. Также сдержан и строг. Довольно холоден. Кто-то даже говорит, что ты — жестче. Что бываешь жесток. Особенно теперь, после случившегося в Лань Я. Но ведь на самом деле, в твоем сердце немало людей, о которых ты переживаешь, — проговорил Лань Сычжуй, глядя в лицо Лань Дэшэна.

Тот удержался от очередного резкого ответа, лишь чуть прищурил глаза и поджал тонкие губы.

— Ты же понимаешь, что все эти дела со снами — не на один день? — продолжал Лань Сычжуй — С наскока все решить не получится. Придется работать долго и кропотливо. Отдохнув, ты наберешься сил и посмотришь на все иначе. Быть может, увидишь новое. Хороший сон помогает очистить сознание еще лучше, чем медитации. Я знаю, что ты переживаешь в том числе за меня. Позволь мне немного позаботиться о тебе?

— Чего ты хочешь? — вздохнул Лань Дэшэн, заставляя себя уступить.

— Чтобы ты немного поспал здесь, в тишине. Я хорошо знаю карту акупунктурных точек. Разомну тебе некоторые из них, чтобы снять напряжение, и ты сможешь отдохнуть хорошо. Оставлю для тебя немного настоя золотистой травы. Я теперь ношу при себе. Попьешь, когда проснешься, — пояснил Лань Сычжуй.

— В золотистой траве нет нужды, — было возразил Лань Дэшэн, зная, что это лекарство довольно ценно и нужно также другим.

— Ты собираешься много работать. У нас сейчас достаточно этого средства. Для тебя важно оставаться в хорошей форме, — постарался уговорить Лань Сычжуй.

И, кажется, у него, наконец получилось, потому что Лань Дэшэн вернулся в дальнюю часть цзиньши, бережно положил меч, снял и аккуратно сложил верхние одежды, поставил сапоги, как положено и лег на кровать.

Лань Сычжуй приблизился к нему, попросил лечь на живот и для начала просто погладил по спине и плечам, чтобы немного дать привыкнуть к прикосновению.

— Как ты думаешь... — задумчиво проговорил юноша. — О чем говорили наши с тобой учителя в пещере Фумо, когда мы выходили? Шифу сказал, «медлить лишь хуже». Интересно, о чем это было? — размышлял он вслух.

Лань Дэшэн молчал.

— Ты не знаешь? — уточнил Лань Сычжуй, перейдя к массажу акупунктурных точек на его спине и плечах.

— Это не то, о чем нам стоит говорить, А-Юань, — отозвался командующий стражей.

Юноша огорчился:

— Ты в курсе, но не расскажешь мне?

— Я правда не могу, — ответил Лань Дэшэн и испустил долгий вздох.

— Ты прав, — согласился Лань Сычжуй. — Мне лучше спросить моего шифу.

— Послушай, если хочешь совет, просто забудь то, что услышал. Не нужно тебе интересоваться этой темой, ладно? — попросил командующий стражей, все же надеясь преуспеть в уговорах.

— Сколько же еще должно оставаться того, что должно быть сокрыто, даже между близкими людьми? — спросил в ответ Лань Сычжуй. — Тебе не кажется, что цена молчания может быть высока?

— Цена слов иной раз бывает только выше, — произнес Лань Дэшэн.

Он чувствовал, как его тело становится парящим и легким. Это могло бы быть приятно, если бы тема их беседы не отзывалась в его сердце столь противоречиво и сложно.

— Я хочу спросить, — упрямо произнес юноша.

Лань Дэшэн приподнялся на локте и обернулся. Он представлял себе, каково будет Ханьгуан-цзюню перед таким вопросом. Каково может быть самому Лань Сычжую, случись ему узнать еще и эту правду.

— Оставь это? Прошу тебя, — раздельно произнес он.

— Ладно, — кивнул Лань Сычжуй. — Ляг, пожалуйста, ровно?

Лань Дэшэну не стоило труда увидеть, что тот обижен.

— А-Юань, я понимаю тебе претит мысль о том, что дорогие тебе люди что-то скрывают.

— У меня еще мало опыта. Я еще слишком молодой заклинатель, — покорно проговорил Лань Сычжуй.

— Дело не в этом! — возразил Лань Дэшэн. — Послушай, ты же сам говорил, что веришь мне. Почему же теперь услышать не хочешь?

— Я услышал, — также покорно повторил юноша.

— Да, нет же! Существует то, что принять и пережить человеку бывает очень трудно. До определенного момента говорить и рассказывать кому-то о подобном тоже бывает тяжело. Наберись терпения. Я лишь прошу тебя подождать. Я все расскажу тебе сам, когда придет время, — пообещал Лань Дэшэн.

— Шифу сказал, медлить лишь хуже, — напомнил А-Юань. — Кто еще пострадает, пока я стану ждать?

— Так, всё! — командующий стражей снова поднялся на руках. — Если медлить нельзя, то и я не буду. И без того уже задержался.

— Прости! — Лань Сычжуй положил руку ему на плечо. — Пожалуйста, прости, я не прав. Не уходи только? Я все забуду, как ты просил. Не сердись. Давай, я продолжу и больше ничего не буду говорить?..

— А-Юань, ты... — Лань Дэшэн медленно сжал пальцы и снова расслабил руку.

Он помнил, как однажды поделился с юношей своими подозрениями и предположениями, тот никому не сказал ни слова. Но сейчас сказать ему правду в самом деле было нельзя. В том числе и потому что Глава ордена был еще не в курсе. Командующий стражей и без того позволил себе слишком много слов, поддавшись наитию. Усугубить все теперь еще больше...

Лань Сычжуй погладил Лань Дэшэна по плечу.

— Прости, я позволил себе быть излишне упрямым. Ложись на спину? Не тревожься. Иначе от действия массажа совсем ничего не останется.

Командующий стражей снова подчинился.

— Об этом действительно нельзя говорить, А-Юань, — со вздохом повторил он.

— Хорошо-хорошо. Я не стану. Обещаю. Просто... я всякий раз вспоминаю, что ганьфу остался в тот день один, без поддержки. Просто потому, что я не знал. Если бы не это...может быть, с ним бы не произошло такого, как сейчас... — проговорил А-Юань.

— Ханьгуан-цзюнь говорил мне, сяньшэн хотел поглубже забраться в те сны, чтобы действовать изнутри, — ответил Лань Дэшэн. — Не думай, что случившееся — лишь несчастный случай. Сяньшэн сможет справиться. Ты поможешь ему. Не держи сожалений в сердце, — напутствовал его Лань Дэшэн.

— Да, конечно. Я... я постараюсь. — пообещал Лань Сычжуй. — Закрой глаза и отдохни. Ты тоже сможешь со всем справиться. — он положил ладонь поверх как положено сложенных рук Лань Дэшэна и пробыл так, пока не удостоверился, что тот задремал.

Только после этого, бесшумно поднявшись, юноша тронулся в обратный путь к пещере Фумо.