Другая жизнь. Книга судеб

***

— Надень ее? — предложил Лань Ванцзи, протянув Вэй Усяню его нефритовую подвеску, когда они сошли с Бичэня неподалеку от поселения Вэнь.

Вэй Усянь вопросительно вскинул бровь.

— Пусть А-Мин увидит, что именно ты отдаешь ему.

— Хочешь подчеркнуть важность момента? — Вэй Усянь чуть усмехнулся. — Терпеть не могу торжественных проводов.

— Но ты ведь сам решил пойти провожать. Я предлагал тебе остаться в цзиньши, — напомнил Лань Ванцзи.

— Я обещал ему, — ответил Вэй Усянь. — Он был вчера со мной у твоего брата в ханьши и будет беспокоиться, если сегодня не увидит меня. Наверное, это важно.

— Если это все-таки важно, надень? — снова попросил Лань Ванцзи.

Вэй Усянь взял нефрит из его рук, провел пальцами по узору:

— Он вроде бы идет вовсе не на войну, но кажется, что это еще хуже.

— Переживаешь за него? — уточнил Лань Ванцзи.

— За него. За каждого из них. Сложнее всего, когда опасность не ясна и не слишком заметна. Трудно сохранять контроль, ощущать границы риска, — проговорил Вэй Усянь.

— Скажи им об этом, — Лань Ванцзи тронул его за плечо.

Вэй Усянь посмотрел на него:

— Я будто отправляю их вместо себя. Как отвлекающий маневр. Или наживку. Я знаю, что происходящее с Луаньцзан — лишь следствие, причина где-то еще, и я должен найти ее, чтобы взять происходящее под контроль. Они будут в опасности, пока я ищу неизвестно что, неизвестно где.

— Не думай, что подставляешь их, — посоветовал Лань Ванцзи. — То, с чем мы столкнулись в этот раз, не под силу решить одному человеку, даже если этот один — ты. Нужно полагаться друг на друга. А-Мин и те, кто пойдет с ним, окажутся близ Мертвого Кургана не впервые. У них есть опыт. Им нужно лишь провести небольшую разведку и дождаться подхода заклинателей других кланов. Они справятся с этим.

— Надеюсь, что так и будет, — вздохнул Вэй Усянь. — А-Мин настолько спешил доставить мне вести о происходящем на Мертвом Кургане, что едва не растратил все силы в пути.

— Уверен, ты пояснил ему, в чем его ошибка — и он все понял, — заключил Лань Ванцзи.

Вэй Усянь кивнул.

Они стояли, разговаривая, в отдалении от поселения. Но Лань Чжимин конечно уже ждал их в это время и, периодически осматривая горизонт, ему несложно было заметить их.

Вэй Усянь в свою очередь увидел его, после чего коротко сказал Лань Ванцзи:

— Идем.

Раз уж неуютного момента было не избежать, можно хотя бы попробовать разделаться со всем этим поскорее.

Вэй Усянь, разумеется, хорошо знал каждого в поселении и каждого из тех, кого Лань Чжимин решил взять с собой к Мертвому Кургану. Странное смешение чувств не оставляло его сердца. Все слова, что приходили в голову, казались не теми, недостаточными, либо напротив слишком уж вычурными. Поэтому после обмена положенными приветствиями, он просто снял с пояса свою нефритовую подвеску и протянул ее Лань Чжимину:

— Возьми? Это то, что я обещал тебе. Но помни, это только поддержка. Когда будешь возле Луаньцзан, будь внимателен и осторожен, как никогда и нигде прежде.

— Да, шифу, — очень серьезно ответил Лань Чжимин.

На мгновение он замер, глядя как покачивается белый камень с кистью в руке Вэй Усяня. Это был действительно очень значимый и глубокий жест с его стороны. Наконец оторвав взгляд от вещи и заглянув своему учителю в лицо, юноша потянул с собственного пояса нефритовую подвеску, которую носил сам.

Вэй Усянь хотел возразить, но раньше Лань Чжимин шагнул вперед, чтобы обнять его. Не то что бы это было неожиданным, скорее напротив, Вэй Усянь с самого начала опасался, что юноша поступит именно так.

— Учитель, — тихо произнес тот, сомкнув руки за его спиной. — Прошу вас, не спорьте в этот момент? Мне неспокойно за вас. Этот нефрит я носил со своего вступления в орден Лань. Пусть он останется с вами напоминанием о том, что вам необходимо беречь себя, пока я не вернусь?

Вэй Усянь чуть похлопал его по спине:

— Хорошо, А-Мин, — также негромко ответил он, и они отпустили друг друга, после чего обменялись нефритовыми подвесками.

Едва они сделали это, остальные десять заклинателей преклонили колени, и Лань Чжимин вслед за ними поступил так же. Не раздумывая, склонился и Вэй Усянь. Лань Ванцзи последовал его примеру.

— Мой статус не выше ваших, и я не в праве командовать вами, — зазвучал голос Вэй Усяня так, что каждый слышал его. — И даже будь у меня такое право, я все равно хочу лишь попросить вас об одолжении. Мне нужна ваша помощь. Нужна информация о ситуации вокруг Мертвого Кургана. О том, что меняется в ней. Приказ сегодня от меня вы все же получите. Но только один. Остаться целыми и невредимыми. Каждому. Я жду вестей от вас. Но еще более того, я буду ждать встречи. Лань Чжимин отправляется с вами за главного. Но помните крепко — вы все в ответе друг за друга. Каждый из вас мне дорог и нужен. Не подведите меня.

— Да, сяньшэн! — раздался стройный ответ одиннадцати голосов.

И как положено важным вещам, он был повторен трижды.

К счастью для Вэй Усяня дальнейшее не затянулось надолго.

Все поднялись, исполнили положенное приветствие, после чего одиннадцать заклинателей встали на свои мечи и поднялись ввысь. Мгновение Вэй Усянь смотрел вверх, после чего прикрыл глаза.

Лань Ванцзи приблизился и подставил ему плечо. Вэй Усянь прислонился к нему:

— Лань Чжань, почему мне все-таки так больно?

— Потому что эти люди совсем не чужие тебе. Ты разделил с ними годы. Каждый из них в твоем сердце, и ты считаешь, что должен защищать их, а не отправлять на встречу неизвестной опасности, — произнес Лань Ванцзи.

Вэй Усянь чуть оттолкнулся от него и опустился на землю. Лань Ванцзи опустился рядом с ним и тронул его за плечо:

— Вэй Ин, пусть тебе сложно принять это. Но твое решение не было ошибочным. Ты не поступил плохо.

— Да. Я... Я понимаю это, — глухо ответил тот и, поджав губы, чуть тряхнул головой, будто пытаясь отогнать что-то прочь от себя.

Лань Ванцзи видел, что он не выдерживает, пытается усмирить свои чувства, но не справляется с этим. Едва ли не впервые в своей жизни Ханьгуан-цзюнь заговорил о том, что удерживать контроль нет нужды. Прикоснувшись недавно довольно близко к силе эмоций Вэй Усяня, он понял, когда его чувства идут в разнос, сдержать такой пожар не хватит никакой воли.

— Не надо, — осторожно попросил он Вэй Усяня. — Разреши это себе? Если больно, кричи. Дай волю сердцу.

Вэй Усянь резко вскинул на него взгляд.

Лань Ванцзи увидел блестящие в его глазах слезы.

Тот быстро отвернулся, улегся ничком на земле. Изо всех сил прижавшись к ней, он сгреб обеими руками в кулак ни в чем не повинные травы. Хуже всего на свете для него были слезы. Он всегда терялся при виде чужих, а сейчас не мог справиться с тем, чтобы удержать собственные. Они буквально душили его и жгли изнутри, не хуже испробованного им на своей шкуре когда-то, Вэньского тавра.

Крик застрял в горле. Он помнил, что рядом есть еще люди и не хотел кричать. Лань Ванцзи видел, что он плачет, беззвучно, только резкие прерывистые неровные вдохи выдавали его состояние.

Протянув руку, он погладил его по спине. И продолжал гладить молча, пока сведенные напряжением мышцы не начали постепенно расслабляться. Дышал Вэй Усянь все еще тяжело.

Лань Ванцзи потянул его за плечи к себе, отрывая от земли. Тот не возражал. Лань Ванцзи увидел покрасневшие от слез веки, полные изможденной глубокой горечи глаза, с ресниц все еще срывались по одной крупные прозрачные капли. Он прислонил Вэй Усяня к себе и тихо прошептал ему:

— Я держу тебя.

Вэй Усянь медленно скрестил руки за его спиной, постепенно выровнял дыхание. Лань Ванцзи погладил его по голове, немного разминая точку в основании шеи. Вскоре Вэй Усянь почувствовал себя лучше. Ему все еще было горько, но по крайней мере боль уже не терзала так сильно и не грозила разбить ему сердце на восемь лепестков.

— Зайдем к даоцзанам, раз уже мы здесь? — предложил Лань Ванцзи.

— Не нужно, — отказался Вэй Усянь. — Я не смогу сейчас. Вэнь Нин здесь. Он сообщит, если что-то потребует нашего внимания и участия.

Вэнь Нин и правда был здесь, неподалеку. Чуткий к состоянию своего лаоши, он давно находился на террасе одного из крайних домов поселения. Если бы не был мертв, он, вероятно, плакал бы вместе с ним.

Природная нерешительность не давала ему приблизиться. Он не знал, как бы мог помочь и чем, поэтому надеялся на Ханьгуан-цзюня, который по счастью был с Вэй Усянем рядом.

Ощутив, что лаоши стало легче, Вэнь Нин коротко вздохнул и снова принялся за свои дела.

— Вернемся в цзиньши? — попросил Вэй Усянь.

— Хорошо. Идем, — тут же согласился Лань Ванцзи.

Поднявшись, они вдвоем встали на Бичэнь и направились к Облачным Глубинам.

По пути Вэй Усянь смотрел на гору под ними, на много раз хоженые тропы, и, когда они сошли с меча в Обители, его сердце было уже почти спокойно. Боль никогда не застревала в нем слишком глубоко.

В цзиньши они обнаружили Лань Сычжуя спящим на кровати в дальней части домика. Рядом с ним лежала рукопись. Вэй Усянь осторожно вытянул ее из пальцев названного сына и поправил руки А-Юаня, чтобы лежали, как положено.

Чуть улыбнувшись, он вернулся обратно в большую комнату.

— Это случайно не та книга, что ты принес для меня? — спросил он Лань Ванцзи, чуть помахав рукописью.

— Да, она, — Второй Нефрит Лань чуть поморщился.

Труд был давним и ценным. Небрежное обращение с ним было ему не по душе.

— Прости, — извинился Вэй Усянь, заметив реакцию Лань Ванцзи.

Он аккуратно опустил рукопись на столик.

— А-Юань нашел это первым. Но, похоже, использовал больше не для чтения, а как подголовный валик.

Лань Ванцзи не удержался от вздоха.

— Ну, полно, я же шучу. Он просто задремал, держа рукопись в руке. — пояснил Вэй Усянь, надеясь сгладить впечатление.

— Значит, читал лежа? — с осуждением в голосе предположил Лань Ванцзи.

Как учитель он совершенно не мог быть рад такому нарушению порядка. Вэй Усянь понял, что в итоге от его слова стало не сильно лучше:

— Ханьгуан-цзюнь, прошу тебя, прояви снисхождение? У парня был тяжелый день, а потом еще и бессонная ночь. И все — из-за меня. Отчитывай в таком случае меня, если хочешь.

— Не хочу! — отрезал Лань Ванцзи.

Ему также не понравилось, что Вэй Усянь пытался брать за все ответственность на себя, пусть это и было сказано в шутку.

— Ты — не при чем. — добавил он. — Как проснется, я поговорю с ним.

— Не сердись? Это же просто рукопись в конце концов, — попросил Вэй Усянь.

— Это один из самых старых трудов в нашей библиотеки. Единственный. Я наткнулся случайно. А после забыл о ней, потому что мало что на самом деле понял, прочел из упрямства. Так и лежит.

— Так вот, что на самом деле тебя огорчает, — Вэй Усянь тронул его за плечо. — Хочешь, перепишу ее для тебя?

— Ты? — Лань Ванцзи толком не знал, горевать или радоваться.

— Ну да. А что? Тут ведь немного совсем, — оценил Вэй Усянь.

Лань Ванцзи молча смотрел на него, думая, стоит ли озвучивать свои истинные опасения, но тот понял сам и прищурил глаза.

— Ага, — произнес он. — Стало быть ты сейчас вспомнил, какой у меня ужасный почерк, так? Помнишь, как я наспех записываю мысли и формулы, так что с трудом можно после разобрать написанное? Так я же специально делаю это. Ведь то, что я пишу, нередко касается Темной ци.

Вэй Усянь говорил все это с серьезным лицом, поэтому Лань Ванцзи принимал его слова за чистую монету. Но под конец Вэй Усянь все-таки усмехнулся, чем выдал себя. С одной стороны, это было немного обидно, с другой Лань Ванцзи был рад, что его настроение улучшилось.

— Ладно, — Вэй Усянь чуть кивнул сам себе. — Я знаю, что с тобой про книги и рукописи шутить нельзя. Но я правда могу писать аккуратно, если это требуется.

— Тебе не нужно сверх меры утомлять себя, — напомнил Лань Ванцзи. — Ведь мы выходим после заката. Оставь время на отдых?

— Успею, — отмахнулся Вэй Усянь. — Кроме того, пока буду писать, больше запомню и крепче. Если не понравится результат, можешь просто выбросить его после, как обычный черновик, или сжечь. В конце концов я вовсе не гонюсь за тем, чтобы в вашей библиотеке появилась рукопись, сделанная моей рукой.

— Вэй Ин, — вздохнул Лань Ванцзи. — На это нет никакого запрета. Я правда лишь беспокоюсь о том, что ты не успеешь отдохнуть, как следует.

— Не беспокойся, — повторил Вэй Усянь, успевший раздобыть писчие принадлежности и устраивающийся теперь с ними у столика.

— Хорошо. Тогда я отправляюсь к сюнчжану. А когда вернусь, ты прекратишь всю свою деятельность, даже если к моему приходу не успеешь закончить, — проговорил Лань Ванцзи.

— Мгм, — подтвердил Вэй Усянь. — Так и будет. Но я всё

успею.

На этом Лань Ванцзи счел разговор завершенным и вышел, отсутствовал он в итоге довольно долго.

Лань Сычжуй, всё-таки не привычный спать днём, проснулся и вышел в большую комнату. Он выглядел как всегда аккуратно, только лицо было немного помятым и хмурым.

— Странная книга, — произнес он. — Где же она?..

— Здесь, — отозвался Вэй Усянь.

— Ты читаешь ее?

— Угу, — подтвердил Вэй Усянь очевидное.

— Даже переписываешь? — заметил Лань Сычжуй. — И как тебе?

— Нормально. А что?

— Я вчера искал, что почитать, чтобы немного отвлечься. Нашел эту рукопись, открыл, прочёл едва страницу и ничего не понял. То есть вообще ничего. Меня это так удивило, что, когда вы с шифу ушли утром, я попробовал снова и, кажется, заснул.

— Угу. Прямо с книгой. Ханьгуан-цзюнь, кстати недоволен тобой. Это одна из самых старых рукописей библиотеки, оказывается.

— Ох... — вздохнул Лань Сычжуй.

— Жди теперь наказания, — беспощадно изрек Вэй Усянь.

Хотя на самом деле он шутил. Но юноша заметно понурился.

— Ладно. Не кисни. Но ты же знаешь порядок. Кстати, никак не пойму, что тебе здесь показалось странным. Вроде бы все просто. Только... неконструктивно.

— В смысле? — моргнул Лань Сычжуй. — Ты понимаешь, что там написано?

— Ну да, — утвердительно кивнул Вэй Усянь. — Что тут может быть не понятно?

— Но... — проговорил юноша. — Я не мог найти смысла в словах. Фразы не складывались.

— Ай, дитя. Я переписал уже почти половину. Можешь взять первые страницы и посмотреть. Самый обычный текст. Ты просто устал, потому, наверно, и не мог сосредоточиться.

Лань Сычжуй осторожно взял страницу и присел рядом с названным отцом. Он затих, но молчание продлилось недолго.

— Ничего не понимаю, — произнес он.

— Значит, не выспался, — сделал вывод Вэй Усянь.

— Не выспался? Да. Нет. Не в том смысле. Я не понимаю, почему теперь всё вполне понимаю.

Вэй Усянь чуть хмыкнул, но комментировать прозвучавшее высказывание не стал.

— Кажется, — продолжал размышлять Лань Сычжуй. — Когда я читал, многие слова были пропущены, поэтому все и показалось мне бессмыслицей. Можно посмотреть, как выглядят первые страницы рукописи?

— Не сейчас, А-Юань, — возразил Вэй Усянь. — Мне нужно закончить переписывать до возвращения Лань Чжаня, причем аккуратно. Посмотришь, когда я закончу.

— Ладно, — согласился юноша. — У тебя хорошо получается, пап, — оценил он качество письма.

— Спасибо, — кивнул Вэй Усянь и полностью погрузился в работу.

Он уже и закончил ее, а Лань Ванцзи все не возвращался.

Вэй Усянь успел пообедать вместе с А-Юанем, допить чай и всерьез задуматься о том, что пора отправляться в ханьши на поиски.

Однако, Лань Ванцзи все-таки, наконец, объявился.

— Лань Чжань? — обратился к нему Вэй Усянь. — Все в порядке?

— Да, — чуть рассеяно кивнул в ответ Лань Ванцзи, проходя внутрь цзиньши. — Да, все хорошо.

На самом деле это было не совсем так. Касаемо их отбытия в Лань Я после заката, все и в самом деле было улажено. Но кроме этого Лань Сичень все же сообщил брату о том, что случилось между ними с супругой и о том, как случайно отравился ядом хан-ту несколько дней назад. Он все еще не оправился от этого окончательно. В том-то и была также одна из причин, по которой Лань Сичень решился рассказать младшему брату. Вместе с тем он потребовал от него сохранить все в строжайшем секрете. Лань Ванцзи всегда умел хранить молчание. Однако то, что пришлось узнать, сильно впечатлило его.

Именно поэтому он и задержался так долго, чтобы принять информацию хотя бы немного, дать себе время смириться с ситуацией. Ведь если Вэй Усянь заметит, что что-то не так, скрыть будет сложно.

— Ты уверен, что все хорошо? — меж тем спросил тот.

— Да, — кивнул Лань Ванцзи. — Прости, я не предупредил тебя, в той рукописи местами не хватает частей слов, некоторые и вовсе пропущены. Ты уже переписал ее, как есть? — он постарался сменить тему.

— Да, — подтвердил Вэй Усянь, — Но я не заметил пробелов.

— В самом деле? — искренне удивился Лань Ванцзи.

— Да. Но А-Юань тоже говорил мне, что там не хватает слов. При чем настолько, что из рукописи он не смог ничего понять.

— Мгм, — произнес Лань Ванцзи. — А сейчас он где?

— В той части цзиньши, — ответил Вэй Усянь, кивнув в означенном направлении. — Читает.

— А-Юань, прекрати! — тотчас скомандовал Лань Ванцзи.

— Шифу? Но почему? Интересно же... — проговорил юноша, выходя в большую комнату.

— Прекрати, я сказал, — не терпящим возражений тоном повторил Лань Ванцзи.

— Да, в чем дело? — в свою очередь не понял Вэй Усянь. — Книга, как книга. Ничего такого.

— Ты в этом уверен? — спросил Лань Ванцзи.

Вэй Усянь взял рукопись, повертел в руках, чуть нахмурился, перевернул пару страниц, закрыл, положил рукопись перед собой, накрыл ее ладонью и сосредоточился. Через некоторое время он ответил:

— По крайней мере ловушек и заклятий на ней нет. В самом тексте я тоже не нашел ничего особенного. Это ведь не из запретных книг? — на всякий случай уточнил он, хотя и знал, что из того хранилища Лань Ванцзи не принес бы домой ничего.

— Нет. Она была в общем зале. Просто в довольно дальнем и укромном месте, — ответил тот.

— Не думаю, что читать ее может быть опасно, — заключил Вэй Усянь.

— Позволь мне? — попросил Лань Ванцзи рукопись и обратился к своему ученику — А-Юань, принеси сюда копию, которую сделал Вэй Ин. Сравним их.

— Вы, как хотите, а я — отдыхать, — направляясь к кровати в той же комнате, сообщил Вэй Усянь.

Ему все же было любопытно, что они там обнаружат.

— Интересно, что ... сходу не сказать, что что-то пропущено. Оставшиеся иероглифы просто смещаются на один-два или теряют несколько черт, — проговорил Лань Сычжуй. — Шифу, а вы смогли прочесть эту рукопись? — полюбопытствовал он.

— Да. Но мне пришлось вывести закономерность, чтобы понять, где чего не хватает, — ответил Лань Ванцзи.

— О... — удивился Лань Сычжуй. — Как вам это удалось? Не достает ведь довольно многого.

— Я бы так не сказал, — возразил Лань Ванцзи. — Запиши то, что тебе удается увидеть.

— Хорошо, — кивнул А-Юань. — Только вы, шифу, тогда, пожалуйста, тоже.

— Ладно, — согласился Лань Ванцзи. — Давай.

Вэй Усянь хорошо помнил, как Лань Чжань, уходя, пригрозил, что, вернувшись, будет тратить время исключительно на отдых, потому что в храме Байсюэ могут потребоваться все силы. Едва ли на самом деле он был особенно уставшим, хотя и провел ночь без сна, но все же он оставался педантичным в вопросах отдыха, подготовки к серьезным предприятиям и не был склонен бросать слова на ветер. Поскольку случившееся в храме Байсюэ было из ряда вон выходящим и необъяснимым, поход туда определенно считался серьезным предприятием. А, значит, что-то все же случилось, раз Лань Чжань позабыл о своих словах и так увлекся исследованием рукописи вместе с А-Юанем.

Заключив так, Вэй Усянь прикрыл глаза и задумался. Через некоторое время, когда Лань Ванцзи и А-Юань успели сравнить свои копии, найти разницу и начать обсуждать возможные причины, он все-таки проговорил:

— Лань Чжань, тебе ведь тоже требуется отдых, ты помнишь?

Лань Ванцзи замолчал. Он увлекся, потому что загадка с рукописью была интересна и еще потому, что она заняла его, помогая не думать о другом. Но в итоге он повел себя не так, как обычно, и Вэй Усянь, разумеется, заметил это.

— Ты прав, — ответил он и пообещал. — Я сейчас. — после чего обратился к Лань Сычжую. — А-Юань, сюнчжан просил, чтобы ты побыл в ханьши сегодня до конца дня и после, пока нас не будет.

— Да, конечно, — отозвался юноша. — Я сейчас же пойду. Тете Цин, наверняка, понадобится помощь, и обе госпожи из клана Цзян все еще там.

— Узнай, кто из целителей должен сегодня прийти к Цзян Шуанг, — сказал Вэй Усянь. — И не забывай, что тебе тоже нужно восстановить силы. Лань Чжань, почему с тех пор как ты вернулся из ханьши сегодня, я вынужден говорить то, что обычно говоришь ты?

— Ты хочешь сказать, я стал произносить много слов? — переспросил Лань Ванцзи.

— Нет. Не думаю. Почему ты спросил? — уточнил Вэй Усянь.

— Кажется, для тебя утомительно произносить их, — пояснил Лань Ванцзи.

— Это так. Но причина лишь в том, что они — слишком занудные, а не в их количестве.

— Ммм. — протянул Лань Ванцзи. — Тогда все в порядке.

— Все в порядке, — повторил за ним Вэй Усянь. — Хм. Ладно.

Оба знали, что все это была непросто игра слов. Вэй Усянь спрашивал, не хочет ли Лань Ванцзи все же пояснить ему что-то. Но тот снова отговорился.

Лань Сычжуй тем временем откланялся и ушел в ханьши.

Лань Ванцзи посмотрел ему вслед, чуть вздохнул и отправился прилечь на кровати рядом с Вэй Усянем.

Он принял подобающую позу и опустил веки, хотя и знал, что расслабление и тем более сон не придут к нему так просто.

Вэй Усянь лежал на боку и смотрел на него. Недолго раздумывая, он подвинулся ближе и прильнул к нему, устроив голову чуть выше сердца, положив руку на плечо.

Лань Ванцзи обнял его в ответ, погладил по спине, повернул к нему голову и не сдержал лёгкого вздоха.

— Лань Чжань, — шепнул Вэй Усянь— Ты не скажешь мне все же, о чем беспокоишься?

— О сюнчжане, — рискнул озвучить Лань Ванцзи долю правды. Уходить от ответа более было бы уж совсем подозрительно, лгать — не приемлемо. — Он неважно выглядит.

— Я тоже это заметил, — подтвердил Вэй Усянь. — Может быть, ему лучше остаться, не отправляться вечером с нами?

— Я предлагал ему, — Лань Ванцзи крепче обнял Вэй Усяня. — Но он считает, что должен быть там.

— Хотел бы я знать, почему... — пробормотал Вэй Усянь.

— Из-за Старейшин клана, я полагаю, — предположил Лань Ванцзи.

— Не говори мне, что туда собрался весь совет клана Лань... — вздохнул Вэй Усянь.

— Нет. Их будет только пятеро. И с каждым ещё по паре заклинателей для охраны и защиты.

— Итого пятнадцать. Сколько сопровождающих берет с собой твой брат? — уточнил Вэй Усянь.

— Никого, — ответил Лань Ванцзи. - Все эти люди и без того должны защищать в первую очередь его. Мы же идём по сути лишь взглянуть на территорию храма Чистого снега. Ты сказал, много времени это не займет.

— Все верно, — подтвердил Вэй Усянь. — Я не стану особенно задерживаться там. Разве что, смогу обнаружить что-то.

— Что ты предполагаешь там найти? — немного настороженно переспросил Лань Ванцзи.

Он помнил, что Вэй Усянь говорил об этом раньше, но, зная его спонтанный нрав, предполагал, что тот мог изменить планы.

— Тела, — ответил Вэй Усянь, как и прежде. — Может быть, найдутся дух или душа. Или обе эти сущности, соединенные вместе, как получилось с Сун Ланем. Не знаю наверняка. Разберусь на месте. Нужно найти хотя бы что-то. Не могло же вовсе не остаться следов. И, если все эти явления и правда собраны в некоем одном, отдельном пространстве, все же в него должны существовать входы, которые позволяют ему влиять на нас и наш мир.

— Справедливо, — кивнул Лань Ванцзи. — Ты предполагаешь, что в храме Байсюэ это пространство и наш мир могут пересекаться?

— Есть такая мысль, — подтвердил Вэй Усянь. — В конце концов, храм Чистого Снега в Лань Я стоит на горе, Мертвый Курган — тоже гора. Вдруг, это имеет значение.

— Облачные Глубины и твоя пещера — также в горах, — напомнил Лань Ванцзи. — В мире вообще довольно много гор, холмов и возвышенностей.

— Это да. Но, кто знает... — протянул Вэй Усянь.

— Давай, постараемся отдохнуть перед дорогой? — напомнил Лань Ванцзи, перебирая его волосы.

— Угу, — согласился Вэй Усянь и мягко поцеловал его в шею.

— Вэй Ин, — предостерегающе произнес Лань Ванцзи.

— Ммм. Это помогает мне очистить сознание от мыслей, — проговорил Вэй Усянь и, разумеется, повторил поцелуй. — А тебе, разве, нет?

— Немного, — не слишком уже осознанно пробормотал Лань Ванцзи, за что был награжден очередным прикосновением мягких губ и кончика языка. — Вэй Ин, это слишком все же.,— попытался он воспротивиться.

Но Вэй Усянь вовсе не собирался внимать его словам, вместо этого он беззастенчиво стянул свои нательные одеяния и повернулся к Лань Ванцзи, оставшись полностью обнаженным, предоставив ему смотреть на плавные перекаты мышц под гладкой, чуть смуглой кожей, на ожог в форме тавра над сердцем. Улегшись на живот, Вэй Усянь пристроил голову на сгиб локтя и чуть улыбнулся, наблюдая, как взгляд Лань Ванцзи не в состоянии отпустить его. Протянув руку, он кончиками пальцев коснулся его щеки:

— Смотри-смотри. Это ведь все твое, как и я в целом. Мы можем сделать это и успеть еще достаточно отдохнуть после, если действовать быстро. Как ты желаешь сегодня? — спросил он, легко коснувшись, чуть приоткрывшихся губ Лань Ванцзи, ощутив его горячие дыхание на кончиках пальцев. Подвинувшись ближе, он шепотом позвал его по имени — Лань Чжань? — после чего поцеловал сначала в уголок рта, а потом кончиком языка обвел абрис его губ полностью.

Лань Ванцзи ответил ему, жадно заполнив его рот, крепко прижав к себе руками. Перекатившись вместе с ним, он оказался сверху и заглянул ему в глаза. Вэй Усяню далеко не впервые приходилось наблюдать, как плавится лед радужки Лань Ванцзи, как красные прожилки проступают от уголков его глаз — но всякий раз от этого зрелища захватывало дух и чуть перехватывало дыхание.

Захотелось рывком лишить его одежд, но Вэй Усянь сдержался, помня, что Лань Ванцзи оставался сторонником бережного отношения к вещам, по крайней мере к своим. Наконец, между ними не осталось ничего, кроме скольжения обнаженной плоти, прерывистого дыхания и ци, которую Вэй Усянь тоже захотел разделить между ними. Для него это предавало соитию эффект полного слияния. Он очень хотел хотя бы на миг до капли раствориться в любимом человеке, стать с ним неделимым целым, поэтому изо всех сил старался подарить это ощущение им обоим.

— Ты можешь быть резче, если хочешь, — томно выдохнул он между стонами.

Но похоже в этот раз Лань Ванцзи задался целью быть нежным, хотя и проникал в него глубоко, толкаясь сильно, мощно, но вместе с тем плавно.

Это напомнило Вэй Усяню море, грандиозно и мерно дышащий исполин, катающий людей на своей спине. Подстроившись под ритм, чувствуя все более длительные волны всепоглощающего удовольствия, он повторял, жмурясь:

— Лань Чжань. Лань Чжань. Лань... гэгэ, ты невероятный! Всякий раз я будто бы влюбляюсь в тебя заново! Еще глубже! Еще... — на этом безудержный поток его слов оборвался, они оба синхронно достигли пика и расслабленно обмякли в объятьях друг друга.

Вэй Усяню казалось, что он парит, несмотря на то, что тяжесть тела Лань Ванцзи ощущалась сверху вполне отчетливо. Он наслаждался этим, ему нравилось быть внизу. Скрестив на спине Лань Ванцзи чуть дрожащие руки, он удерживал его на себе.

Расслабленная истома сморила обоих, они погрузились в сон.

По счастью, Лань Ванцзи хорошо ощущал время и пришел в себя первым. Он всё также уютно обнимал Вэй Усяня, оставаясь на нем. Осознав это, Лань Ванцзи успел немного огорчиться, что, вероятно, не дал ему нормально отдохнуть. Но, увидев на его лице лёгкую улыбку, однозначно исполненную довольства и счастья, он понял, что ошибается. Вэй Усянь, похоже, был очень доволен сложившимся положением. От этого будить его было крайне жаль, но опаздывать им было нельзя, их дело не терпело отлагательств.

— Вэй Ин? — позвал Лань Ванцзи. — Вэй Ин, нам пора.

— Ещё капельку? — сонно буркнул Вэй Усянь, как делал это нередко.

— Вэй Ин, прошу тебя, — позвал Лань Ванцзи. — Пора собираться и отправляться в дорогу. Я принесу тебе умыться.

— Угу, — буркнул Вэй Усянь. — Сейчас.

Лань Ванцзи поднялся, привел себя в порядок, аккуратно собрал разбросанную одежду. Надел нательное одеяние, принес Вэй Усяню его вещи, тазик с водой для умывания.

Он присел на краю кровати и, увлажнив край полотенца в воде, коснулся им щек Вэй Усяня, отер лицо, шею. Вода была прохладной, это вернуло Вэй Усяня к реальности, он открыл глаза, сел, опираясь на руку и, потянувшись к Лань Ванцзи, прильнул к нему. Тот продолжал отирать влажной тканью его шею, спину.

Вэй Усянь повел плечами и произнес:

— Когда я дремал сейчас, мне показалось, что все было лишь сном. Что я ухитрился заснуть там, где стоял на коленях, когда твой дядя определил мне наказание за недостойное поведение, за драку с Цзинь Цзысюанем. В Облачные Глубины приехал мой дядя Цзян. С ним шицзе. На самом деле она не была здесь в тот раз, я помню. Но мне во сне привиделось, что они прибыли вместе. Я все равно расстроил ее помолвку. Мне казалось это правильным. Юный павлин совсем не выказывал уважения, не ценил ни капли своего счастья. А она... Я совершенно не мог понять в те годы и даже позже, почему...

— Хочешь повидаться с сестрой? — спросил Лань Ванцзи. — Сюнчжан говорил мне, совет кланов в ближайший раз соберется здесь, в Обители. Глава ордена Цзинь, наверняка, прибудет с семьёй.

— Цзинь Лин... — вздохнул Вэй Усянь.

— Почему ты вспомнил о нем? — чуть удивился Лань Ванцзи.

— А-Мин — его учитель. Они давно не виделись. Он скучает, — ответил Вэй Усянь.

— Разлука поможет ощутить радость встречи, — попробовал ободрить его Лань Ванцзи.

— Я бы ни за что не хотел разлучаться с тобой, — вдруг проговорил Вэй Усянь.

— Но между нами и такое случалось, — напомнил Лань Ванцзи, их ведь тоже не раз разводила судьба.

— Я бы ни за что не хотел, — снова повторил Вэй Усянь и прижался к нему крепче, обняв.

— Не хочешь теперь идти в Байсюэ? — спросил его Лань Ванцзи.

— Я знаю, что должен, — ответил Вэй Усянь, отпуская его.

Он потянулся к воде, чтобы умыться.

— Держись, — Лань Ванцзи погладил его по спине. — Я верю в тебя. Я буду рядом. Мы обязательно справимся со всем этим вместе.