Другая жизнь. Книга судеб

***

— Сяо-сюн, как ты? — спросил Вэй Усянь, опустившись на колено рядом и дождавшись, когда Сяо Синчень допьет все содержимое пиалы до капли.

Даоцзан обратил на него взгляд, но ничего не отвечал, только смотрел пристально. У Вэй Усяня ушло некоторое время на то, чтобы уловить и определить чувства, плещущиеся в глубине обращенных на него глаз.

— Сун Лань жив. Физически. Он дышит, его сердце справляется. Но рана тяжелая. Нужно время, чтобы восстановиться. Ему помогают, поддерживают духовными силами. Ты тоже сможешь помочь, когда окрепнешь. Он не приходил в сознание. Но сейчас для него это лучше. Чтобы не испытывать боль от ранения.

Сяо Синчень закрыл глаза. Вэй Усянь видел, как из-под темных ресниц крупными каплями побежали слезы. Он тронул его за плечо, а после взял за руку:

— Сяо-сюн, что ты? Не надо так. Давай, ты лучше скажешь мне что-нибудь?

Вэй Усянь потянулся к нему, коснулся ладонью щеки, стирая слезы. Все же видеть их — так и оставалось для него серьезным испытанием на выдержку.

— Сяньшэн... — наконец тихо произнес Сяо Синчень. — Это ведь правда?

— Конечно, — заверил его Вэй Усянь. — Я бы не стал скрывать от тебя, — он посмотрел на Вэнь Нина.

— Я говорил почти тоже самое, лаоши, — ответил тот на его взгляд. — Но, кажется, даоцзан подумал, что это было, чтобы он согласился пить отвар.

К ним подошел Лань Ванцзи.

— Ханьгуан-цзюнь? — произнес Сяо Синчень. — Вы тоже здесь. Мне можно увидеть? Я хочу посмотреть.

— Хорошо, — кивнул Вэй Усянь.

Вэнь Нин помог даоцзану сесть и тот смог рассмотреть лежащего неподалеку Сун Ланя и Лань Циженя, который передавал ему духовные силы. Другую часть грота, где лежал и спал Лань Сычжуй, Сяо Синчень не мог сейчас разглядеть за спинами Лань Ванцзи и Вэй Усяня. К тому же смотрел он только на Сун Ланя и, кажется, больше ничего вокруг не видел.

— Вернуть физическую жизнь в его тело — было лишь началом. Вы ведь помните, мы говорили об этом? — произнес Лань Ванцзи.

— Да, конечно, — ответил ему Сяо Синчень. — Я помню. Я... Простите меня, пожалуйста.

— Все в порядке, — заверил его Вэй Усянь. — Не переживай. Мы все понимаем твою тревогу.

— Можно мне... побыть ближе к нему? — попросил Сяо Синчень.

— Тебе нужно сначала восстановиться самому, — ответил Вэй Усянь. — Хотя бы немного.

— Я просто хочу побыть рядом, — повторил Сяо Синчень.

Вэй Усянь переглянулся с Вэнь Нином и чуть кивнул ему.

— Полежи спокойно. Мы перенесем тебя ближе.

Каждый нуждающийся в помощи лежал на нескольких одеялах и располагался так, чтобы можно было свободно подойти с любой стороны и перенести, не сильно тревожа, если будет такая необходимость.

Вэнь Нин взялся за углы одеял в изголовье. Вэй Усянь и Лань Ванцзи — в ногах. Легко подняв, они перенесли Сяо Синченя ближе к Сун Ланю, на расстояние вытянутой руки. Теперь даоцзан мог лучше видеть друга и даже прикоснуться к нему, если захочет.

Старший Учитель Лань бросил на них короткий взгляд, но ничего не сказал, продолжая свою работу по передаче Сун Ланю духовных сил.

Вэнь Нин поддержал Сяо Синченя, когда тот приподнялся на локте и протянул руку к Сун Ланю. Вэй Усянь и Лань Ванцзи также оставались рядом. Сомкнув пальцы на запястье Сун Ланя, Сяо Синчень замер на некоторое время, ощутив тепло и биение его пульса, а потом вскинул на Вэй Усяня взгляд, полный противоречивых чувств и едва сдерживаемых слез.

— Сяньшэн! — проговорил он. — Спасибо вам! Я никогда не забуду!

— Не говори так, — попросил Вэй Усянь. — Участвовало много людей. И ты тоже. Я бы не сделал этого в одиночку. Твоя кровь сейчас бежит в его теле. Если бы не ты, мы не смогли бы даже начать. Тебе не нужно благодарить меня.

— Я всегда буду помнить то, что вы сделали для Цзычэня, — упрямо произнес Сяо Синчень.

— То, что мы сделали, — терпеливо поправил его Вэй Усянь.

Эти слова едва успели отзвучать, когда в зал пещеры Фумо вошел Лань Сичень.

— Глава ордена Лань... — проговорил Сяо Синчень.

— Даоцзан Сяо, — ответил тот. — Хорошо, что вы пришли в себя.

— Тебе нужно отдыхать и набираться сил, — напомнил Вэй Усянь, коснувшись руки Сяо Синченя.

— Да, — кивнул даоцзан, отпуская Сун Ланя. — Хорошо, — он все еще смотрел на него.

— Хочешь остаться рядом с ним? — спросил Вэй Усянь.

— Если можно, — кивнул тот.

— Останься. Но делай только то, о чем тебя попросят, ладно?

— Хорошо. Конечно.

— Ложись. Выровняй дыхание, успокой мысли и постарайся заснуть, — выдал Вэй Усянь короткую инструкцию на ближайшее время.

Вэнь Нин помог даоцзану Сяо лечь и устроиться удобнее.

— Сяньшэн? — обратился к Вэй Усяню Лань Сичень. — Я могу сменить дядю подле Сун Ланя?

— Смени, — пожал плечами Вэй Усянь. — Почему теперь ты спрашиваешь у меня разрешения на это?

Их взгляды встретились. Несколько мгновений они смотрели друг на друга. Потом Вэй Усянь обратился к Лань Циженю:

— Учитель, я бы хотел поговорить с вами, если вы не против?

— Я тоже, — ответил ему Старший Учитель Лань, прекращая передавать поток духовных сил и уступая место Лань Сиченю.

— Кхм. Хорошо, — кивнул Вэй Усянь. — Тогда идем? Вэнь Нин, ты с нами.

Сяо Синчень открыл глаза и коснулся его руки, позвав:

— Сяньшэн?

Вэй Усянь посмотрел на него.

— Здесь действительно все в порядке? — спросил даоцзан. — Никому не пришлось пострадать?

— Все прошло гладко, — заверил его Вэй Усянь, мягко уходя от его прикосновения. — Никто из тех, кто участвовал не пострадал. Все хорошо. Поговорим еще, когда ты отдохнешь, хорошо? Лань Чжань, ты побудешь с ним? — обратился он к Лань Ванцзи.

— Мгм, — подтвердил тот.

Поднявшись, Вэй Усянь, Лань Цижень и Вэнь Нин вышли в коридор грота. Когда они дошли до Кровавого пруда, Вэй Усянь остановился:

— Учитель, вы не станете возражать, если я не пойду дальше, и мы поговорим здесь?

— Ладно, — чуть помедлив, согласился Лань Цижень.

— А-Нин? — обратился тем временем Вэй Усянь к Вэнь Нину. — Спустись в поселение и подготовь все необходимое. Найди дело для А-Юя. Ему не нужно пока появляться здесь. Отправь его собирать травы. Он ведь научился у тебя неплохо разбираться в них. Наверняка, твои запасы не бесконечны. Мы уже немало дней пьем твой отвар вместо чая, как и сказал Лань Чжань. Дальше придется продолжать в том же духе.

— Хорошо, лаоши, — поклонился Вэнь Нин сначала Вэй Усяню, потом Старшему Учителю Лань и быстрым шагом отправился дальше к выходу из пещеры.

— Простите Учитель за разговор в таком месте, — произнес Вэй Усянь, опускаясь прямо на камни, неподалеку от Кровавого пруда.

— С какой стати тебе извиняться, ты ведь живешь здесь? И с каких пор ты затеваешь драки с женщинами, да еще в присутствии названного сына? — Лань Цижень сел рядом с ним.

— Я... — начал было Вэй Усянь, но осекся и некоторое время молчал, собираясь с мыслями.

Потом он кратко рассказал Учителю Лань о том, что случилось в пещере Фумо утром между ним и Лань Цин, о том, как Лань Сычжуй оказался между ними и о том, что Вэнь Нину пришлось услышать от родной сестры.

— Сичень знает? — первым делом спросил Лань Цижень.

— В общих чертах, — подтвердил Вэй Усянь.

— Это совершенно не дело, — заявил Учитель Лань. — Непростительно для супруги Главы поступать так, даже если она вне себя от недовольства и гнева.

— Ее можно понять, — произнес Вэй Усянь. — Я не хочу, чтобы в семье Лань Сиченя или в ордене начался разлад и хаос из-за того, что я здесь.

— Тем более стоит напомнить всем, кто слишком осмелел и забылся, о должном почтении и правилах! — ответил Лань Цижень.

— Вы можете сделать это там, в Обители, если сочтете нужным, только не здесь, — проговорил Вэй Усянь. — Но есть кое-что другое, о чем я хотел бы... сказать.

Учитель Лань молча ждал продолжения его слов.

— Для начала я должен предупредить, что Глава ордена, Лань Сичень, такой вариант действий не одобряет. Однако, он оставил за вами право решить...

— Хватит! — прервал его Лань Цижень. — Я, что, по-твоему, не способен сам оценить твоего предложения? Или не смогу договориться с родным племянником? Ты всегда говорил прямо, что теперь изменилось?

— Простите, — извинился Вэй Усянь.

Он почувствовал давящую усталость, снова думая о том, что случилось. Принятое лекарство и то, что Сяо Синчень очнулся, лишь на короткое время отвлекли его.

Лань Цижень взял его за плечи и чуть встряхнул:

— Соберись! Что ты там уже успел себе надумать? Сычжуй просто спит. Придя в себя, он столкнется с непростой ситуацией. Но жизнь ни для кого не бывает исключительно белой. Вы с Ванцзи хорошо воспитали его. Он справится с этим. Ты не можешь оградить его от всех проблем и вопросов, но ты можешь быть рядом!

Вэй Усянь посмотрел в лицо Старшего Учителя Лань:

— Он пострадал из-за меня.

— Не будь глупцом! Немедленно выбрось это из головы и сосредоточься! Ты был единственной и главной целью того, что произошло здесь! Ни Сычжуй, ни твой Вэнь Нин не при чем. Они — лишь средство, чтобы лишить тебя контроля и ослабить! Не говори мне, что это получилось! О чем ты договорился с Сиченем, чего хочешь от меня? Подумай о главном! Расскажи мне! Ты должен продолжать то, что начал. Ни на миг не забывай об этом! Говори сейчас же!

Вэй Усянь чуть нахмурился, стараясь собраться, голова шла кругом, но он понимал, что Старший Учитель прав.

— Я... попросил Лань Сиченя не помогать мне с Сун Ланем в ближайшее время, — наконец выговорил он.

Край губ Лань Циженя резко дернулся, но он все же удержался от того, чтобы помешать Вэй Усяню говорить и снова отчитать его.

— Я не хочу, чтобы мне пришлось противостоять кому-то из Ордена Лань здесь, — продолжал тем временем тот. — Поэтому я попросил отдать приказ не появляться на этой стороне горы и в пещере Фумо. У нас здесь правда есть заклинатели и целители. Мы сможем продержаться. Нужно всего несколько дней. Потом проснется А-Юань и Сяо Синчень немного окрепнет. Будет проще. Мы правда справимся. Гань-эр был в Пристани Лотоса. Вероятно, там тоже столкнулись с этими проклятыми снами. Я попросил Лань Сиченя как можно скорее узнать подробности. Он обещал отбыть завтра. Я хотел попросить вас нарушить приказ в его отсутствие и поздними вечерами после отбоя приходить сюда. У того, что случилось сегодня, может быть две причины — либо опять эти сны, либо реальный сговор. Может, и то, и другое вместе. Если вы согласитесь, возможно, удастся раскрыть тех, кто причастен.

— И Сичень не одобряет этого? — уточнил Лань Цижень.

— Он говорит, что это серьезное нарушение. Возможно, он не хочет, чтобы ваша репутация, как Учителя, пострадала. Или опасается оказаться перед необходимостью применить наказание. Ведь правила одинаковые для всех, — предположил Вэй Усянь. — В любом случае окончательное решение за вами.

— А о чем тут думать? — пожал плечами Лань Цижень. — Надеюсь, завтра к вечеру, здесь будет все в порядке, и ты будешь больше похож на себя прежнего, — договорив, он поднялся.

— Учитель...

— У меня полно дел.

— Учитель, пожалуйста, всего пару слов? — поспешно проговорил Вэй Усянь, вспомнив еще об одном. — Поговорите с начальником стражи Обители? Он со своими людьми пришел очень вовремя. Может быть, это не было случайно.

— Конечно же, не было! — подтвердил его предположение Лань Цижень. — Идея, что ты либо сам — демон, возрастом не менее чем в полтысячи лет, либо одержим им, некоторым пришлась весьма по вкусу. Не знаю уже, что ты там сделал и чем так изумил старейшину, что он выронил свечу...

— Да...! Просто глаза открыл! — возмутился Вэй Усянь. — Вообще-то, мне было не особо приятно. Но я понятия не имею, что он там увидел.

— Говорит, что красную лису в языках пламени, — сообщил Лань Цижень. — Немудрено, ведь увидь он белую, нам пришлось бы воздвигать тебе храм и возносить молитвы.

Вэй Усянь фыркнул.

— Начальник стражи внимателен и неплох в сборе сведений. Он предположил, что тебя могут попробовать остановить силой или причинить вред в процессе обряда, который достаточно сложен, чтобы ты, работая в нем, был крайне уязвим. Он привел своих людей, чтобы защитить тебя.

Вэй Усянь перевел дыхание.

— Но, будь он здесь сегодня, все равно не мог бы прямо противостоять супруге своего Главы. Они обязаны защищать и ее тоже. Может, именно поэтому это была она? — произнес Лань Цижень. — Если твой план сработает, мы можем приблизиться к разгадке. А пока, подумай вот еще о чем. Во-первых, это Вэнь Нин. Он не в силах взаимодействовать со светлой ци, но и спать ему не требуется. Во-вторых, если противодействие тебе возрастает, значит, ты на верном пути. Из того, что происходит в снах, ты — единственный, кто смог выбраться сам и помочь мне, Ванцзи и, возможно, Мо Сюаньюю тоже. Сложно помнить о снах наяву. Но тебе нельзя забывать. Многое происходит вокруг, но ты всегда должен помнить о главном.

Вэй Усянь кивнул:

— Спасибо за совет, Учитель.

— Оставь все эти свои слова до лучших времен! — отмахнулся Лань Цижень. — Увидимся завтра вечером.

— До свидания, Учитель. Берегите себя.

Лань Цижень на это нетерпеливо махнул рукавом и отправился прочь.

Вэй Усянь некоторое время смотрел ему вслед, потом перебрался ближе к Кровавому пруду. Закатав рукава, он опустил руки по локоть в воду, устроил голову на сгибе и смотрел, как от движения по маслянисто поблескивающей поверхности проходит легкая рябь.

«Я хочу понять, как и кем это устроено, — думал он про себя. — Я хочу понять, как мне воздействовать на это и как всё прекратить. Есть ли тот, кто в самом деле стоит за этим? И для чего? Мне нужно вспомнить что я увидел в том сне, длиной в пять дней. Нужно научиться не забывать сны. Не может быть так, что тогда, пока я спал так долго, их не было вовсе. Что-то должно было быть. Нужно вспомнить.»

Усталость все же одолевала его, и он не заметил, как прикрыл глаза.

— Гань-эр... — тихо произнес он. Пока разум пытался сосредоточиться на определенной задаче, в сердце все еще царили другие чувства. — Прости меня.

— Лаоши! — кто-то несильно, но настойчиво тормошил его за плечо.

Вэй Усянь открыл глаза.

Подле него опустился на колено Вэнь Нин:

— Лаоши, у вас мало сил. Не нужно, чтобы вы оставались один. Идемте, пожалуйста, с нами?

— Хорошо, — кивнул Вэй Усянь. Он сел, стряхивая воду с рук, которые все это время держал опущенными в пруд.

Вэнь Нин поднялся и протянул ему руку, предлагая помочь встать.

— Подожди, — попросил его Вэй Усянь. — У меня есть для тебя серьезное дело. С этого момента ты будешь всегда внутри пещеры Фумо, рядом с Сун Ланем. Ты должен быть готов при необходимости защитить его от любого, будь то люди твоего клана, Лань Чжань или я.

— Лаоши, я...

— Ты должен, Вэнь Нин. Никто другой не сможет справиться. Тебя сложно ранить, ты хорошо соизмеряешь силу. Не нужно причинять вред, достаточно просто держать на расстоянии от Сун Ланя в случае опасности, в случае если кто-то вдруг станет вести себя странно, примерно, как Лань Цин сегодня.

Вэнь Нин перевел дыхание, хотя дышать ему вовсе не требовалось на самом деле.

Вэй Усянь понимал, что ставит перед ним очень сложную задачу, требуя сейчас думать о том, что ему придется противостоять своему лаоши или кому-то из близких.

— Послушай, ты ведь помнишь, я собирался попросить Лань Сиченя не пускать сюда своих людей?

— Да, лаоши, — кивнул Вэнь Нин.

— Они больше не станут приходить. Но твоя сестра вела себя странно, совсем непохоже на нее. Может быть, кто-то постарался настроить ее против нас. Но также возможно, что это сделано через сны. Кому-то может быть очень не нужно, чтобы вернули к жизни Сун Ланя. Если так, он может попытаться продолжать действовать через тех, кто остается рядом с ним. У меня мало сил. У Лань Чжаня тоже. Любой из нас может невольно оказаться вовлечен в это. Ты — единственный, кто может не спать, кто не нуждается в сне. Поэтому на тебя воздействовать невозможно. И ты можешь всегда быть на страже.

— Хорошо, — тихо сказал Вэнь Нин. — Я. Я постараюсь. Но только. Обещайте, пожалуйста, что, если я буду пытаться остановить вас, вы прислушаетесь и тоже постараетесь понять, в чем дело? И как-то исправить... Лаоши, в самом деле, я... Я правда не смогу всерьез применить против вас силу.

Вэй Усянь поднялся, положил руку ему на плечо и чуть пожал:

— Я надеюсь, что тебе не придется делать этого. Но, если случится, пожалуйста, постарайся? Не подведи меня.

Вэнь Нин согласно кивнул.

Они отправились вглубь, к залу пещеры Фумо. Ожидавший неподалеку один из целителей клана Вэнь низко поклонился Вэй Усяню. В ответ тот поддержал его руки и сказал, что определенно не заслуживает такого обращения.

Среди людей в поселении уже разнесся слух, что сяньшэн смог оживить умершего заклинателя, это заставило относиться к нему с еще большим уважением и почтением, не так по-свойски, как раньше.

Едва они вернулись, Лань Ванцзи почти сразу подошел к Вэй Усяню и, положив руку ему на плечо, произнес:

— Тебе нужен отдых.

— Я знаю, — кивнул Вэй Усянь, ответив ему с тем же жестом. — Я побуду рядом с гань-эром. Позволь мне? С Сяо Синченем ведь все в порядке?

— Да. Я немного помог ему смирить сердце, теперь он спит, — ответил Лань Ванцзи.

— Хорошо. Отправься проводить брата? Он вероятно захочет поговорить с тобой.

Лань Ванцзи кивнул, и они разошлись.

Прошло не больше получаса, когда он вернулся и снова подошел к Вэй Усяню:

— Так не пойдет, — произнес он.

— Почему? Я ведь ничего не делаю. Просто сижу рядом с ним и держу. Я не трачу сил, — ответил Вэй Усянь, посмотрев на Лань Ванцзи.

— Этого мало, — сказал тот. — Тебе нужно восстановиться. Ложись.

Вэй Усянь чуть двинул бровью.

— Ложись рядом с ним, — повторил Лань Ванцзи.

Вэй Усянь на этот раз послушно лег.

— На спину, — выдал Лань Ванцзи следующее распоряжение.

Вэй Усянь сделал и это, но вместе с тем притянул к себе Лань Сычжуя. Лань Ванцзи помог удобнее устроить его, а после расправил и накинул на них легкое одеяло из темной ткани, чтобы немного скрыло от глаз остальных.

Он наклонился слегка поправить его, когда Вэй Усянь проговорил негромко:

— Когда я проснулся минувшей ночью, он спал рядом также. Пригревшись и доверчиво прижавшись, как в детстве. Оказывается, мне так не хватало его.

— Тише-тише, — сказал Лань Ванцзи, коснувшись ладонью его щеки. — Ты ведь все еще держишь его. Вы рядом.

— Гань-эр, — прошептал Вэй Усянь и тронул Лань Сычжуя по волосам.

— Все будет в порядке, — сказал ему Лань Ванцзи. — Отпусти мысли и постарайся заснуть. Поспи вместе с ним? Я разбужу тебя к ужину.

— А ты? Тоже ведь не отдыхал, — посмотрел на него Вэй Усянь.

— Нет нужды. Я устал не так сильно. И мне непривычно спать днем, — возразил Лань Ванцзи.

Удовлетворившись его ответом Вэй Усянь закрыл глаза.

Лань Ванцзи не спешил отходить от них. Он погладил Вэй Усяня по голове, легким массирующим движением остановился у виска, чтобы помочь ему расслабиться и отвлечься от мыслей. Вэй Усянь любил прикосновения, они легко забирали его внимание, наполняли теплом сердце, а разум — спокойствием.

— Лань Чжань, — имя едва слышно слетело с губ, Вэй Усянь постепенно погружался в дремоту.

— Я здесь, — привычно ответил ему Лань Ванцзи. — Отдохни хорошо.

Только когда дыхание Вэй Усяня стало глубоким и ровным, Лань Ванцзи еще раз поправил одеяло, погладив при этом обоих спящих. И только потом поднялся. Он принес ближе и развел неподалеку от них курильницу с сандалом, сочтя что аромат, способствующий обретению внутреннего равновесия, лишним не будет. Когда то, с чем пришлось столкнуться, во многом непонятно, может пригодиться любая мелочь.

Рассудив так, Лань Ванцзи решил, что одной курильницы на всю пещеру мало. К тому же нужен был еще хворост, чтобы поддерживать огонь костра.

Оставив Вэнь Нина присматривать, Лань Ванцзи вышел из пещеры.

Сойдя с меча рядом с поселением, он, конечно, встретил несколько заклинателей и Мо Сюаньюя, который временами ухитрялся быть буквально повсюду. Однако природные сдержанность и хладнокровие легко помогли Лань Ванцзи не сказать лишнего, и даже напротив придать людям больше спокойной уверенности.

Наконец, забрав пару курильниц, Лань Ванцзи отправился обратно. Хвороста он насобирал в пролеске на склоне. Сосновые ветви хорошо горят, а запах от них также обладает полезными свойствами.

Увидев Лань Ванцзи, входящего аж с двумя большими вязанками, Вэнь Нин тут же метнулся к нему:

— Ханьгуан-цзюнь, зачем вы...

— Вэй Ин ведь попросил тебя оставаться в пещере?

— Да, Ханьгуан-цзюнь, — подтвердил Вэнь Нин.

— Значит, за едой и прочим необходимым должен ходить кто-то другой.

— Вы могли бы попросить кого-то, — произнес Вэнь Нин, забирая вязанки.

— А как ты думаешь, мы обходимся, странствуя? Или на охотах? — уточнил Лань Ванцзи. — Все в порядке, — добавил он, видя, что Вэнь Нин все еще в некотором замешательстве.

— Хорошо, Ханьгуан-цзюнь, — вежливо кивнул Вэнь Нин и вернулся к костру.

Лань Ванцзи расставил в зале грота принесенные курильницы, достал гуцинь и принялся тихо играть на нем. Он вкладывал немного духовных сил, но играл довольно долго.

Едва он закончил играть, проснулся Сяо Синчень. Лань Ванцзи подошел к нему и тронул запястье. Вэнь Нин принес очередную пиалу с отваром. Сяо Синчень послушно выпил, поблагодарив его за заботу. Когда тот отошел, даоцзан обратился к Лань Ванцзи:

— Ханьгуан-цзюнь, я могу спросить вас?

Лань Ванцзи кивнул.

— Сяньшэн, он... У него все хорошо?

— Он устал. Спит сейчас.

Сяо Синчень помедлил, но все же произнес:

— Может быть, мне просто показалось, будто у него тяжело на сердце. Здесь в самом деле никто не пострадал? — переспросил он.

Лань Ванцзи молча смотрел на него. Даоцзан был довольно чутким человеком. Возможно, собственное переживание и то, что все дни подготовки они провели с Вэй Усянем бок о бок, общаясь часто и много, помогло ему стать еще чувствительнее к переменам вокруг. Глядя на него, Лань Ванцзи думал, что он все равно узнает. Понимая также и то, что Вэй Ину непросто будет уходить от ответа или снова рассказывать, взвесив все за и против, он наконец произнес:

— Вчера Вэй Ин сделал так, чтобы первая госпожа Лань не принимала участия в обряде соединения духа, души и тела Сун Ланя.

— Еще после той первой встречи со старейшинами вашего ордена, я подумал, что он может поступить так, — ответил Сяо Синчень. — Я понимаю, госпожа Лань беспокоится о безопасности Главы ордена и потому хотела быть рядом. Вероятно, ... Сяньшэн счел это неуместным.

— Госпожа Лань вернулась сегодня утром, чтобы сменить одного из наших целителей, — рассказал Лань Ванцзи. — Мы не предположили в этом скрытого умысла. Но когда позже сюда пришли Вэй Усянь и Лань Сычжуй, произошла ссора. Опасаясь, что Сун Лань может пострадать, Вэй Ин попытался увести отсюда госпожу Лань. А-Юань же последовал за ними, переживая, что они могут причинить вред друг другу или поссориться слишком сильно. В итоге он оказался между ними и в него попала игла со сдерживающим снадобьем. Это не опасно. А-Юань придет в себя, возможно, уже завтра.

Сяо Синчень смотрел на Лань Ванцзи, широко открыв глаза, но быстро справился с удивлением:

— Я... Чем я могу помочь?

Лань Ванцзи меж тем перевел взгляд на целителя из клана Вэнь, который находился рядом с ними, подле Сун Ланя:

— То, что вы слышите здесь сейчас, за пределы этих стен выносить совсем не стоит, — предостерег он.

— Конечно, Ханьгуан-цзюнь, — тихо отозвался тот. — Я всё понимаю.

— Нужно хорошо отдыхать и делать все, чтобы быстрее восстановиться, — ответил Лань Ванцзи Сяо Синченю. — Чтобы не усугублять ситуацию Вэй Ин отказался от помощи целителей Лань здесь, рассчитывая на тех, кто есть рядом. На тебя в том числе.

— Хорошо. — кивнул Сяо Синчень.

— Важно сохранять спокойствие и внутреннее равновесие, — добавил Лань Ванцзи. — Есть предположение, что именно находясь в смятенных чувствах, заклинатель может попасть под действие злого сна.

— Спасибо, Ханьгуан-цзюнь. Я учту это, — поблагодарил Сяо Синчень. — Ничего, что я так близко к нему? Это не мешает тем, кто его поддерживает?

Лань Ванцзи помнил об их клятве на крови и о том, как сам, старался быть как можно ближе к Вэй Усяню, если тот бывал ранен или болел.

— Ты можешь оставаться, как есть. Все в порядке, — ответил он. — Даоцзан Сун, возможно, чувствует, что вы рядом. Это тоже его поддерживает.

— Спасибо, Ханьгуан-цзюнь, — кивнул Сяо Синчень.

Лань Ванцзи видел, что даоцзан был рад услышать это. Живя рядом с Вэй Усянем, Второй Нефрит Лань постепенно научился находить для других людей иногда чуть больше слов.

Вэнь Нин принес Сяо Синченю суп, а после по пиале отвара для целителя Вэнь и Лань Ванцзи.

— Ханьгуан-цзюнь, пожалуйста, возьмите? Вам тоже нужно, — попросил он.

Лань Ванцзи принял пиалу у него из рук.

— У тебя осталось достаточно?

— Да, Ханьгуан-цзюнь, — кивнул тот. — Я своевременно пополняю запасы. А пока я остаюсь здесь, Мо Сюаньюй помогает собрать и высушить нужные травы.

— Он достаточно хорошо разбирается в растениях?

— Лаоши сказал, А-Юй с этим справится, — чуть улыбнувшись произнес Вэнь Нин.

— Хорошо, — кивнул Лань Ванцзи.

— Ханьгуан-цзюнь, отдохните, пожалуйста, тоже, пока все спокойно? А я присмотрю. — попросил Вэнь Нин. — Вы ведь со вчерашнего утра глаз не смыкали.

Лань Ванцзи снова кивнул, допил содержимое пиалы и отошел в сторону.

Ложиться он все-таки не стал. Принял позу для медитации и погрузился в состояние созерцания. Он провел в нем несколько часов, после чего поднялся и отправился разбудить Вэй Усяня.

Тот спал спокойно и тихо, даже немного улыбался во сне. На секунду Лань Ванцзи стало жаль, что придется вернуть его к реальности.

— Вэй Ин? — позвал он, не желая будить слишком резко и давая возможность душе вернуться из странствий. — Вэй Ин, проснись, пожалуйста, тебе нужно поесть.

Спустя немного времени, не дождавшись реакции, Лань Ванцзи чуть коснулся кончиками пальцев щеки Вэй Усяня и, гладя, тронул ладонью. Опершись на руку, он склонился совсем низко и позвал у самого его уха:

— Вэй Ин.

Вэй Усянь вздохнул чуть глубже. Поддавшись порыву и прильнув щекой к его щеке, Лань Ванцзи позвал его снова.

— Лань Чжань? — отозвался Вэй Усянь, коснувшись его бока. — Ты, что же, в самом деле решил мне присниться?

— Просыпайся, — произнес Лань Ванцзи немного громче и почувствовал, как Вэй Усянь чуть вздрогнул, приходя в себя.

Лань Ванцзи приподнялся, всматриваясь в его лицо, ловя взгляд.

Вэй Усянь коротко глянул на Лань Сычжуя, который спал вместе с ним. Лань Ванцзи заметил, как выражение его лица стало резче и строже. Он чуть пожал ему плечо.

Вэй Усянь, вздохнув, прикрыл глаза.

— Как Сун Лань? — спросил он.

— Пока что без изменений, стабильно, — ответил Лань Ванцзи.

— Сяо Синчень?

— В порядке. Просыпался, немного поел, теперь снова спит. Поднимайся, пойдем поедим тоже?

— Я не голоден, — возразил Вэй Усянь.

— Нужно поесть, — повторил Лань Ванцзи.

— Ладно, — уступил тот. — Как скажешь.

Он приподнялся, аккуратно переложил Лань Сычжуя и сел.

Лань Ванцзи погладил его по спине.

— Не надо, — попросил Вэй Усянь.

Но почти сразу сам же прижался к нему, обнимая и зарываясь лицом. Лань Ванцзи обнял его в ответ, положил ладонь на затылок.

— Лань Чжань, почему? — тихо спросил Вэй Усянь.

Но ответа на этот вопрос, конечно, не было. Лань Ванцзи просто продолжал держать его крепко, надёжно и вместе с тем бережно. Некоторое время Вэй Усянь оставался так, потом отстранился.

— Ты не отдыхал, — произнес он без вопроса.

— несколько часов. В медитации, — ответил Лань Ванцзи.

Вэй Усянь похлопал его по плечу, и они отправились есть. За едой не разговаривали. Для Лань Ванцзи это был привычный порядок. Но Вэй Усянь нечасто обходился совершенно без слов. Однако, не склонный первым начинать разговор, Лань Ванцзи просто ждал, когда Вэй Усянь захочет сказать что-то. Но этого не случилось.

Доев, Вэй Усянь, поднялся.

— Что думаешь делать? — спросил его Лань Ванцзи.

— Выйду наружу. Пройдусь немного, — ответил Вэй Усянь. — Уже ведь вечер, жара спала.

— Я отправлюсь с тобой, — произнес Лань Ванцзи.

— Не нужно, Лань Чжань. Лучше отдохни, — попросил его Вэй Усянь.

— Тебе не стоит сейчас ходить в одиночку, — возразил Лань Ванцзи.

— Хорошо, — кивнул Вэй Усянь. — Как скажешь.

Целители из клана Вэнь подле Сун Ланя успели смениться. Вэнь Нин остался за старшего. А Лань Ванцзи и Вэй Усянь вышли из пещеры Фумо.

Солнце обошло гору и клонилось к закату. Длинные тени тянулись вниз до самого поселения. Вэй Усянь отправился к сосновому пролеску, Лань Ванцзи следовал за ним.

Не отходя далеко от опушки, Вэй Усянь выбрал дерево и с места запрыгнул на довольно высокую ветку, а подтянувшись, забрался еще выше.

Лань Ванцзи ничего не оставалось, как сделать тоже самое. Он расположился на ближайшем дереве так, чтобы хорошо видеть Вэй Усяня.

Тот устроился в ветвях и вынул из-за пазухи сосуд с вином.

Попытавшись, Лань Ванцзи все же не смог определить момент, когда Вэй Усянь успел прихватить с собой алкоголь. Однако, он не стал вмешиваться или останавливать его.

Вэй Усянь отпил хороший глоток и опустил руку, покачивая сосудом, как будто рассеяно.

Алкоголь в Гусу Лань под запретом, но Лань Ванцзи пару раз доводилось пробовать его и он хорошо запомнил вкус — терпкий, как будто слегка обжигающий горло и разливающийся жаром внутри. Не очень-то приятно. Но он знал, что Вэй Усяню нравится это ощущение. И сейчас у него просто язык не поворачивался одернуть его. Хотя было кристально ясно, что вино не способствует контролю и равновесию, в которых Вэй Усянь тоже нуждался, особенно если помнить о том, что кто-то пытался воздействовать на заклинателей, когда они впадали в состояние смятения.

— Гань-эр был в Юньмэне, ты знаешь? — проронил Вэй Усянь.

— Да, — кивнул Лань Ванцзи. — Сюнчжан обмолвился об этом.

— Он не в курсе, я не стал сообщать ему. Этот зараза Цзян Чэн посадил А-Юаня под стражу, — голос Вэй Усяня стал резче. — И все лишь потому, что я был там в начале лета!

— Вэй Ин, — позвал Лань Ванцзи.

— Зачем я только пошел туда... — не унимался Вэй Усянь. — И раз уж пошел, стоило вернуться, а не оставлять за спиной все это!

— Не вини себя.

— А кого же еще?! — вскинулся Вэй Усянь. — Ведь это я являюсь Цзян Чэну в снах и требую почтения к себе! Это я сделал так, что Цзян Шуанг в чем-то похожа на меня, специально, чтобы в Пристани Лотоса обо мне не забыли! Теперь, чтобы досадить Цзян Чэну я наложил на нее проклятье и отправил А-Юаня проверить, хорошо ли оно действует!

— Вэй Ин, пощади свое сердце, не мучай себя, — снова попросил Лань Ванцзи.

— Твой дядя говорил мне примерно то же, — Вэй Усянь отпил еще глоток из сосуда. — Но я... с тех пор как оставил Светлый Путь, по-настоящему четко видел для себя единственную перспективу — совершенствоваться в одиночку. Только так я мог бы не представлять угрозы и не создавать проблем. Цзян Чэн прав, меня стоило держать подальше от мира и людей.

— Послушай, но, разве, когда ты еще был на Светлом Пути, вы с Цзян Чэном не ссорились? — уточнил Лань Ванцзи.

Вэй Усянь посмотрел на него долгим взглядом:

— Прошло столько лет... Но... Да. Ведь заклинатели из Вэнь пришли в Пристань Лотоса из-за меня. Из-за того, что случилось в пещере Черепахи-Губительницы. Родители Цзян Чэна, его семья погибли из-за меня.

— Тогда в пещере ты помог избежать многих жертв. Если бы не удалось переломить ситуацию, и монстр вышел на запах свежей крови, мало кому бы удалось спастись. Нас ведь выставили тогда вперед, как живой щит, без оружия, — напомнил Лань Ванцзи.

— Захватчики из Вэнь могли прийти в Пристань рано или поздно, но пришли именно из-за меня. Так сказала Мадам Юй, — вспомнил Вэй Усянь.

— Они бы пришли все равно. Значит, дело не в тебе, — настаивал Лань Ванцзи. — Мой отец тоже погиб, защищая наш клан. Брат вынужден был скрываться, спасая библиотеку ордена.

При упоминании об этом, Вэй Усянь выпустил из пальцев сосуд с вином, который держал не очень надежно, покачивая за горлышко:

— Лань Чжань, не вспоминай, не надо, — попросил он, проводив взглядом упущенный напиток. — Я на самом деле хотел сказать о том, что... Еще когда А-Юань был совсем маленьким и стал привыкать проводить со мной время, я опасался, что однажды это выйдет ему боком. Теперь это происходит. И я...

— А-Юань кроме всего прочего еще и урожденный Вэнь, — прервал его Лань Ванцзи. — Об этом известно многим. Твой шиди не отличается терпимостью к тем, кто носит фамилию Вэнь. Причина его поведения может крыться и в этом.

— Я просто хотел бы, чтобы жизнь А-Юаня была счастливой и легкой, — вздохнул Вэй Усянь.

— Каждому на долю выпадают свои испытания. Этого нельзя отменить. Можно только пережить, извлечь опыт, стать сильнее. Но, послушай, разве ты можешь сказать, что А-Юань не счастлив? — спросил Лань Ванцзи.

— Мне кажется, с тех пор, как не стало бабушки Вэнь, я не видел его счастливым, — ответил Вэй Усянь.

— Вчера, когда я вышел из пещеры Фумо, он сидел, поддерживая тебя, пока ты спал. Я уверен, он был счастлив в тот момент, — сказал Лань Ванцзи.

— Я тоже был счастлив, — кивнул Вэй Усянь. — Дни прошли с тех пор, как он вернулся, а у нас даже не было возможности толком поговорить. Вчера, увидев его, я действительно был счастлив так, как, кажется, никогда прежде. Когда он помогал мне идти и оставался так близко. Не могу описать, что я чувствовал. Хотелось смеяться, говорить с ним и, чтобы это никогда не заканчивалось. Он спрашивал, как все прошло. Говорил, что на самом деле хотел поучаствовать, просто раньше его попросили помочь в доме Главы и он, конечно, не мог отказать, — Вэй Усянь замолчал, а после так резко подался вперед, что едва не свалился с ветки, на которой сидел.

— Осторожнее! — предостерег его Лань Ванцзи.

— Кроме всего он спрашивал, могут ли заклинатели из ордена Лань напасть на меня, — быстро проговорил Вэй Усянь. — Старший Учитель сказал сегодня, что А-Шэн не просто так пришел вместе с Главой ордена, он тоже подозревал, что что-то может случиться. А-Юань и А-Шэн общаются. То, что Лань Цин бросила в него иглу может быть не случайно. Ну-ка, живо назад! — с этими словами он одним махом очутился на земле.

Лань Ванцзи последовал за ним. Приземлившись, он увидел сосуд с вином, который Вэй Усянь обронил ранее. Тот чудесным образом не разбился и Лань Ванцзи прихватил его с собой.

— Вэй Ин, не спеши так. Там же Вэнь Нин,— напомнил он.

— Он там один. А тех, кого нужно охранять — четверо, — бросил в ответ Вэй Усянь.

— Сюнчжан уже отдал приказ. Пойти против него — это будет уже совершенно другое дело и другая ответственность, — попытался Лань Ванцзи воззвать к логике.

— Всякий, кто еще попытается причинить ему вред, заплатит мне жизнью! — глухо прорычал Вэй Усянь.

Лань Ванцзи наконец понял, что всякие доводы в данном случае полностью бесполезны, и прибавил ходу, чтобы поравняться с уже почти достигшим входа в пещеру Фумо Вэй Усянем.