"Черный сад"

  Инерция войны 

3 октября 1993 года Гейдар Алиев был избран президентом Азербайджана. Результат былпредопределен: он получил неправдоподобные 98,8 процентов голосов. Сомнениявызывало, однако, был ли к тому времени Азербайджан функционирующим государством- армянские войска захватили обширный клин азербайджанской территории к востоку,западу и югу от Нагорного Карабаха. Фактически оккупированной оказалась вся юго-западная часть Азербайджана, за исключением Зангеланского района с тридцатитысячнымнаселением, оказавшемся в котле близ проходящей южнее границы с Ираном. В концеоктября наступление с двух сторон - из Нагорного Карабаха и из Армении смело иЗангелан.В серии речей Алиев обвинил армейских командиров и глав захваченных районов визмене родине. Объявляя парламенту о падении городов Физули и Джебраил, он обвинилвоеначальников в том, что вместо того, чтобы держать фронт, они сидели в Баку изанимались обустройством своих дач. 11 декабря на встрече с главами администрацийутраченных районов, которая продолжалась несколько часов и транслировалась понациональному телевидению, Алиев зло распекал каждого лидера по отдельности, требуяобъяснить, почему те бежали раньше основных масс населения. Президент с прискорбиемобъявил, что весь Зангеланский район был сдан противнику ценой гибели всего 27 солдат(1).В негодовании Алиева было заключено сильное политическое обвинение. Таким образомон подрывал авторитет военачальников, которые могли за его спиной подготовить заговорс целью его смещения - включая и его собственного союзника полковника СуретаГусейнова, с чьей помощью был свергнут предыдущий режим. В какой-то степени,вероятно, неудачи на фронте были даже ему на руку. Президент использовал свои новыеполномочия для расформирования лояльных Народному фронту тридцати трехбатальонов общей численностью около 10 тысяч человек и пообещал создать новуюнациональную армию (2). В ходе этой кампании в армию были призваны десятки тысячнеобстрелянных подростков. Параллельно с началом воинского призыва были введеныжесткие ограничения на работу баров и ресторанов, введена военная цензура.В то же самое время Алиев, мастер оставлять за собой право выбора, начал мирныепереговоры с армянами. В сентябре 1993 года он санкционировал проведение первойвстречи между азербайджанским политиком и официальным представителем карабахскихармян, тем самым впервые признав, что карабахские армяне являются "одной из сторонконфликта". Это стало подтверждением реального положения вещей: спикер нагорно-карабахского парламента Карен Бабурян вспоминал, что в этот период "от Гейдара Алиевазвонили десятки раз, была масса телефонных звонков" (3). 13 сентября в Москвезаместитель спикера азербайджанского парламента и верный сторонник Алиева АфиятдинДжалилов встретился с "министром иностранных дел" Карабаха Аркадием Гукасяном.Они договорились продлить режим прекращения огня, который позднее, впрочем, былнарушен; но сам факт встречи имел большое значение. 24 сентября Алиев, еще не будучи избранным президентом Азербайджана, но ужеисполнявший обязанности президента, лично отправился в Москву на подписаниедоговора о присоединении республики к Содружеству независимых государств (СНГ). Наследующий день в доме приемов российского министерства иностранных дел наСпиридоновке - импозантном особняке в стиле модерн - состоялись конфиденциальныепереговоры Алиева и лидера карабахских армян Роберта Кочаряна. До этого российскийпосредник семь раз тщетно пытался организовать подобную встречу. А 9 октября,накануне своей инаугурации, Алиев вновь встретился с Кочаряном в Москве, на сей раз вдругом доме приемов министерства иностранных дел, на Воробьевых горах. Встреча хотяи не принесла результатов, однако заложила основу рабочих отношений, которыевозобновились между обоими лидерами через шесть лет, когда Кочарян стал президентомАрмении (4).Осенью 1993 года, казалось, возник благоприятный момент для переговоров об окончаниинагорно-карабахской войны. У президента Алиева появился удобный шанс достичькомпромисса, возложив ответственность за военные поражения на предыдущий режим.Президент Армении Левон Тер-Петросян, пожинавший горькие плоды экономическойизоляции страны и оказавшийся под огнем критики, содержавшейся в четырехрезолюциях ООН, очевидно, хотел бы заключить мирный договор. Рассказывали, чтопосле атаки на Кельбаджар весной 1993 года Тер-Петросян неодобрительно относился ковсем наступательным операциям армянских вооруженных сил за пределами Карабаха."После Кельбаджара Тер-Петросян испугался, чуть ли не до смерти, - вспоминал АшотМанучарян. - После этого он категорически возражал против любых военных действий"(5). Однако конфликт уже приобрел собственную инерцию, и Тер-Петросян утратилконтроль над армянской военной машиной. Окрыленные успехами на фронте,карабахские армяне стали действовать более агрессивно и самостоятельно. Сам же анклавпревратился в маленькую Спарту, где все взрослое мужское население служило в армии.Главный командир карабахских сил Самвел Бабаян в свои двадцать восемь лет стал самыммогущественным человеком в регионе, и с его амбициями надо было считаться.Невысокий и щуплый, этот "маленький Наполеон" был сыном войны. Не имеяобразования, он когда-то зарабатывал на жизнь в кафе и тем, что мыл машины. В 1991году азербайджанские власти арестовали его и посадили в тюрьму. Выйдя на свободу, онстал местным героем, хотя, по словам азербайджанского прокурора Юсифа Агаева,преступление Бабаяна было не политическим, а уголовным (6). В 1992 году Бабаянпрославился как смелый командир и блестящий военный организатор. Позднее, он, как имногие его боевые товарищи, относился к захваченным азербайджанским территориямкак к неиссякаемому источнику наживы.Машину войны уже нельзя было остановить. У Алиева, очевидно, велико было искушениепредпринять еще одно усилие и отбить утраченные Азербайджаном территории. 10октября, на следующий день после его второй встречи с Кочаряном и инаугурации, онвыступил с воинственной речью, угрожая армянам многолетней войной. В тот же день обестороны обвинили друг друга в нарушении перемирия. В течение десяти днейполномасштабные военные действия возобновились. Армяне развернули последнеекрупное наступление на юге, захватив железнодорожный разъезд Горадиз и Зангеланскийрайон. Тем самым им удалось укоротить южную линию фронта с 130 до 22 километров -при этом десятки тысяч мирных жителей были изгнаны из своих домов и бежали черезреку Аракс в Иран. В Иране азербайджанские солдаты были разоружены. Беженцевразместили во временных лагерях, а потом репатриировали обратно в Азербайджан. ПосредникиЭтническая география внутри и вокруг Нагорного Карабаха была настолько сложной, чтоуже на ранней стадии армяно-азербайджанского конфликта возникли три возможныхварианта его окончания.Один из них в том, что Азербайджан сумеет полностью окружить Карабах и ему удастсялибо изгнать из региона всех армян, либо диктовать им условия подчинения. Этого онипочти достигли в июне 1991 года, а затем вновь в июне-июле 1992 года. Аркадий Гукасянрассказывал о переговорах, в которых он принимал участие летом 1992 года: "Мы тогдабыли заинтересованы в прекращении огня, и в это время шли переговоры. Но они велисебя провокационно, они фактически поставили условия, на которых мы должныкапитулировать... Они делали все, чтобы не допустить прекращения огня. А потом, когдаобстановка изменилась, сами стали просить мира" (7).Другой возможный исход мог быть таким: армяне кровью прочертят новые границы,изгнав всех азербайджанцев из Нагорного Карабаха и прилегающих к нему районов, ивозведут оборонительные рубежи вдоль всей зоны захваченных территорий. После этогоони смогут потребовать прекращения огня на своих условиях. Что в конце концов, ипроизошло. Уже зимой 1991 года первый армянский руководитель Нагорного КарабахаАртур Мкртчян нарисовал карту, как он полагал, "защищаемых границ", котораяудивительным образом совпала со сложившейся впоследствии обстановкой на театревоенных действий (8).Третьим возможным вариантом исхода вооруженного конфликта могло стать достигнутоепри участии посредников соглашение, в силу которого обе стороны были бы вынужденыпрекратить войну. К этому стремились международные посредники, но по ходуконфликта им, в лучшем случае, удавалось добиться временного прекращения огня.Вспоминает Гукасян:"Соглашения были возможны, но к несчастью ни одна из сторон не рассматриваласерьезно вопрос о прекращении огня; это бывало тактической уловкой. Доверия не было.Мы, допустим, соглашались на прекращение огня, но затем тут же где-то вдруг возникаллокальный конфликт. В принципе, я думаю, [соглашение на более ранней стадии] быловозможно, хотя мне трудно сказать, на какой именно стадии. Но если бы мировыедержавы отнеслись [к конфликту] более серьезно, тогда его можно было бы прекратитьгораздо раньше".В 1991-1992 годах появлялось немало желающих сыграть роль посредников. Быласовместная миссия президентов Ельцина и Назарбаева; бывший государственныйсекретарь США Сайрус Вэнс побывал в регионе в качестве специального представителягенерального секретаря ООН; была кратковременная посредническая миссия Ирана. Но витоге все эти усилия еще больше запутали ситуацию, так как обе стороны конфликтазанимались только тем, что "выторговывали" для себя наиболее выгодного посредника. В 1992 году одна организация - Совещание по безопасности и сотрудничеству в Европе(СБСЕ), в которую входили 49 государств, - начала проявлять к конфликту стойкийинтерес. Миссия СБСЕ возникла, как выразился один из очевидцев, "почти случайно" вконце Пражской встречи 31 января 1992 года, на которой в члены организации былиприняты большинство бывших республик Советского Союза. Встреча уже походила кконцу, когда британский делегат обратил внимание присутствующих на то, что две толькочто принятые в члены Организации страны, Армения и Азербайджан, находятся всостоянии войны и что СБСЕ обязана в этой связи что-то предпринять. И тогда былорешено направить в регион конфликта миссию СБСЕ для выяснения обстановки (9).На следующей встрече организации в Хельсинки 24 марта министры иностранных делСБСЕ решили созвать мирную конференцию по Нагорному Карабаху, которуюпредставитель Белоруссии, еще одной новой страны-участницы, неожиданно предложилпровести в Минске. Никто не стал возражать - так и возникла идея "Минскойконференции". Армения, Азербайджан и девять других государств-членов СБСЕсогласились принять в ней участие наряду с "избранными" и "иными" представителямиНагорного Карабаха - эта формула подразумевала как армян, так и азербайджанцевКарабаха. Эта встреча была впоследствии отменена в связи с эскалацией военныхдействий, поэтому Минская конференция превратилась в Минскую группу, первымпредседателем которой стал бывший заместитель министра иностранных дел ИталииМарио Раффаэлли. В итоге первое заседание группы состоялось в Риме, а не в Минске(10).В результате создания в 1992 году Минской группы СБСЕ (позднее переименованной вОБСЕ) западноевропейские государства, Соединенные Штаты и Турция получиливозможность участвовать в процессе урегулирования карабахского конфликта. Воюющиестороны приветствовали широкое участие международного сообщества в миротворческоймиссии. Но это таило в себе опасность: теперь карабахский мирный процесс был увязан сшироким контекстом взаимоотношений Запада с Россией. Возрастал и риск того, чтосоперничество между Вашингтоном и Москвой за влияние на Кавказе будет тормозить, ане подстегивать, поиск путей решения конфликта.И армяне, и азербайджанцы саркастически отзываются о первых шагах миротворческоймиссии ОБСЕ и Минской группы. Советник азербайджанского президента помеждународным делам Вафа Гулузаде вспоминает "совершенно некомпетентных пословФранции, других стран. Они участвовали в работе группы без малейшего пониманияособенностей региона и сути конфликта, не имея никаких рычагов влияния напротивостоящие стороны" (11). Бывший президент Армении Левон Тер-Петросян говорит: "ОБСЕ стала серьезнозаниматься проблемой только с 1996 года. До этого все это было блефом, абсолютноникакого мирного процесса не было. Наоборот. Они больше были заняты соперничествомдруг с другом, чем думали о решении карабахской проблемы" (12). С такой оценкой неспорят и некоторые посредники. "Было ясно, особенно переговорщикам, представлявшимконфликтующие стороны, что карабахская война мало интересовала западные страны", -считает бывший представитель США в Минской группе Джон Мареска (13). На очереднойвстрече в Стокгольме в декабре 1992 года почти удалось прийти к выработке соглашения,но Азербайджан в последний момент его отверг. Несомненной заслугой тех, кто смогприехать в Стокгольм, стало то, что стороны начали переговоры. Председатель группыМарио Раффаэлли не приехал, сославшись на семейные обстоятельства. Российскаяделегация практически отсутствовала. За исключением Марески, государственныйдепартамент США не направил своих представителей для обсуждения вопроса, который,как можно было понять, Вашингтон не считал приоритетным. Более того, сами принципыформирования группы сделали ее практически неработоспособной.Вот что писал Мареска: "И вдобавок требование итальянского председателя группыпереводить все на итальянский язык привело к тому, что немецкий и французскийпредставители также потребовали соблюдения их права на использование родных языков.Все это превратило Минскую группу в неповоротливую и громоздкую переговорнуюмашину, состоящую из представителей одиннадцати стран и двух регионов, председателя,секретариата и пяти кабинок, в которых сидели переводчики-синхронисты. Уступки,касающиеся вопросов войны и мира, жизни и смерти, в таких условиях не вырабатывают "(14).Мирный процесс тормозился в силу специфических особенностей конфликта, которыйодновременно носил и международный, и внутренний характер. Азербайджанцыпридерживались позиции, что это ирредентистская война, ведущаяся Арменией противАзербайджана, и поэтому отказывались признавать карабахских армян одной из сторонконфликта. На это Армения возражала, утверждая, что карабахские армяне ведутсепаратистскую войну против Баку, в которой Армения является лишь заинтересованнымсоседом. Обе эти, позиции были очевидно ложными и были избраны в качестветактической уловки, что, однако, затруднило переговорный процесс.Было очевидно, что для выработки действенного мирного соглашения требуется некаяформа диалога между азербайджанским правительством и карабахскими армянами.Однако обе стороны продолжали ходить кругами вокруг друг друга, причем Азербайджанопасался придать Степанакерту политическую легитимность самим фактом официальныхпереговоров с карабахскими армянами, которые, в свою очередь, постоянно искаливозможность повысить свой статус за столом переговоров. К тому же внешний блеск,свойственный международным дипломатическим встречам, лишь ухудшал ситуацию. Севза стол переговоров и вооружившись резолюциями ООН и терминологиеймеждународного права, обе стороны превратили дискуссию о статусе спорной территориив риторическое состязание. Вартан Осканян, нынешний министр иностранных делАрмении, рассказывает следующее: "Как я теперь воспоминаю ситуацию в [19]92 и [19]93 годах, мы спорили о каких-тодетских вещах: какой формы должны быть столы, где будут сидеть представителиКарабаха, как к ним следует обращаться, являются они равноправными участникамипереговоров или нет. Помню, мы дрались из-за запятых, из-за того, где надо расставлятьзапятые в тексте. Помню, на будапештском саммите мы спорили, какие слова следуетупотреблять: "среди" или "между". Если спор шел "между", то значит между двумяучастниками, но "среди" могло означать, что участников больше двух, а значит, могподразумеваться и Карабах. Словом, мы дрались за символы. Но после шести или семилет таких пререканий по-настоящему устаешь и начинаешь больше думать о результатах"(15). Возможно, СБСЕ могла бы решить проблему непризнанного государственногообразования вроде Нагорного Карабаха легче, чем ООН, которая институциональноориентирована на целостные государства. Но существенный недостаток СБСЕ посравнению с ООН состоял в том, что у нее не было опыта ведения операций поподдержанию мира. Это стало серьезной причиной того, что самый серьезный мирныйплан СБСЕ не был реализован летом 1993 года. Все знали, что лишь одна страна былаготова незамедлительно направить войска или наблюдателей в горы Кавказа. И это былаРоссия.Те же, и г-н КазимировРоссия имела множество преимуществ в Армении и Азербайджане. В 1992 году Кавказ иРоссия все еще были частью единого экономического пространства, все говорили по-русски, и даже телефоны старой правительственной связи все еще обеспечивали прямуюсвязь с Москвой. В мае 1992 года Россия направила для работы в Нагорный КарабахВладимира Казимирова - по общему мнению, наиболее талантливого и опытногодипломата среди всех, кто занимался карабахским вопросом.Казимиров был закаленным советским дипломатом, работавшим послом СССР в Анголе всамый разгар войны в этой африканской стране. Хикмет Гаджизаде называл его"дирижером" армяно-азербайджанских переговоров, посредником, который всегда лучшедругих знал, что происходит. Впоследствии азербайджанцы демонизировали Казимирова,веселого и добродушного человека, за то, что он будто бы пытался навязать им выгодныйдля России неоколониальный вариант мирного урегулирования. И все же было быошибкой считать его лишь проводником российской имперской власти: он потратил кудабольше времени и сил, чем кто-либо, для решения конфликта и за четыре года совершилдесятки поездок по региону. И сейчас, уже находясь на пенсии, он по-прежнему проявляетгорячий интерес к карабахской проблеме и даже писал о ней стихи.Проблема российского МИДа заключалась в том, что, по понятным причинам, у него небыло никакого опыта работы в республиках бывшего Советского Союза. В МИДеработало много специалистов по Франции и Вьетнаму, но не было никого, кто бы зналрегион, совсем недавно переставший быть частью единого государства. Это было однойиз причин, почему министерство обороны, имея тысячи сотрудников на Кавказе, сумелозанять там лидирующие позиции. Грачев умышленно подчеркнул главенствующую рольсвоего ведомства, не пригласив Казимирова на переговоры в Сочи в сентябре 1992 года.С 1993 года политика России стала более координированной. 28 февраля президентЕльцин объявил, что настал момент "когда все ответственные международныеорганизации, включая Организацию Объединенных Наций, должны предоставить Россииособые полномочия гаранта мира и стабильности на территории бывшего Союза". Россиязаявила о своих особых правах, включая право на защиту границ, которые она продолжаланазывать "ближним зарубежьем". Российское министерство обороны стремилось стать проводником политики на Кавказе.Идея Грачева заключалась в том, что обеспечив соглашение о прекращении огня,российские войска станут рычагом влияния России в регионе. Именно так и произошло вгрузино-абхазском конфликте, где российские вооруженные силы, в конце концов, былиразмещены между воюющими сторонами. В Нагорном Карабахе было сложнее. Хотяармяне видели в военном присутствии России лучшую гарантию своей безопасности,Азербайджан, напротив, сделал вывод российских войск со своей территории абсолютнымприоритетом и противился их возвращению в любой форме.Устанавливалась модель: русские лестью, а иногда и угрозами склоняли Азербайджан кподписанию мирного соглашения, предусматривавшего размещение российскоговоинского контингента в регионе. Вспоминает Хикмет Гаджизаде:"Они показывали нам текст соглашения и говорили: "подпишите это соглашение опрекращении огня с Арменией!" А каким образом происходит прекращения огня? Этотехнический процесс. Пункт первый: надо прекратить огонь, начиная с двадцати двухчасов в такой-то день. Пункт второй: в течение трех дней артиллерия отводится на пятькилометров. Пункт третий: устанавливается связь с наблюдателями, которые находятся всередине. И наконец: прибывают силы по поддержанию мира. И что это за миротворцы?У ООН нет средств, они нам так и сказали. Америка денег не даст, она далеко. Нуконечно, это русские. "У вас есть другие предложения?" "Нет". "Вот бумага". Мне давалипять или шесть таких листов бумаги" (16).Для помощника президента по иностранным делам Вафы Гулузаде, основногоазербайджанского критика российской политики, проблему представляла Россия кактаковая. После падения Кельбаджара в апреле 1993 года Гулузаде был приглашен вМоскву на встречу с первым заместителем министра иностранных дел АнатолиемАдамишиным. Он вспоминает, что в московском аэропорту его встречала большаяделегация министерства иностранных дел и по случаю его приезда в одной изофициальных резиденций министерства был устроен роскошный завтрак, во времякоторого московские чиновники пытались его убедить в достоинствах плана, согласнокоторому российские войска должны быть размещены в Кельбаджаре."Г-н Адамишин попросил меня убедить президента Эльчибея в том, что в наших жеинтересах разрешить дислокацию в Кельбаджаре российских войск. Хотя бы одногороссийского батальона. Тут у нас начались острые дискуссии. Я спросил, что они имеют ввиду: "Почему российские военные должны быть в Кельбаджаре?" (17) По словамГулузаде, он убедил свое руководство отвергнуть любой мирный план, предполагающийучастие российских войск.Армяне отвергают обвинение, будто бы они были орудиями в руках Москвы, и заявляют,что тоже подвергались давлению со стороны России. По словам Гукасяна, весной 1993года Россия настаивала на том, чтобы армяне вернули Кельбаджар. Год спустя Кочаряннаписал российскому министру иностранных дел письмо, в котором отверг совет вернутьАзербайджану в качестве "жеста доброй воли" (18) один из оккупированных районов.Суть проблемы заключалась в том, что вовлеченная в конфликт Россия одновременнобыла и единственным серьезным посредником. Монопольное положение России ещеболее упрочилось после того, как летом 1993 года провалился мирный план Минскойгруппы. После этого Москва с новой силой стала продвигать идею размещения междуармянскими и азербайджанскими позициями российских "разъединительных сил" (19). Позиция СШАСоединенные Штаты Америки были новичками на Кавказе, где им никогда не доводилосьиграть какую-либо роль. Оказалось, США столкнулись здесь с конфликтом интересов. Содной стороны, Вашингтон поддерживал стремление Грузии и Азербайджана проводитьболее независимую от России политику и рассматривал Азербайджан в качествепотенциального объекта для инвестиций американских нефтяных компаний. С другойстороны, свои требования выдвигала миллионная община американских армян - одно изнаиболее влиятельных в стране этнических лобби. В 1992 году у Армении появилсяминистр иностранных дел - уроженец США Раффи Ованнисян.Армянское лобби в конгрессе, при поддержке таких видных политических фигур, каксенатор Роберт Доул, пользовалось исключительно сильным влиянием и постоянноголосовало за предоставление независимой Армении крупной финансовой помощи.Размер финансовой помощи американского правительства Армении, в 2000 годусоставившей 102,4 миллиона долларов, по объему на душу населения уступал толькопомощи Израилю. 24 октября 1992 года, в разгар избирательной кампании в США,армянское лобби провело через конгресс поправку 907а к "Акту о поддержке свободы".Этим законодательным актом Азербайджан наказывался почти полным запретом наоказание ему американской правительственной помощи "до тех пор, пока президент неопределит, о чем и доложит конгрессу, что правительство Азербайджана предпринимаеточевидные недвусмысленные шаги по отмене блокады и прочих видов применения силыпротив Армении и Нагорного Карабаха". Поправка 907, окончательно отмененная тольков 2002 году, на протяжении многих лет оставалась ярким примером того, как внутренняяполитика может формировать внешнеполитический курс Соединенных Штатов.В 1992 году отношения между Вашингтоном и Москвой достигли самой высокой точкиразвития почти по всем вопросам, но не по Кавказу. Соединенные Штаты с подозрениемотносились ко вмешательству России в дела Грузии и Азербайджана, а Россия обвинялаамериканцев в том, что они вторгаются в ее вотчину. Это соперничество проявилось и вработе Минской группы СБСЕ. В 1994 году, вскоре после завершения своей миссии вкачестве американского представителя, Джон Мареска выдвинул против Россииследующее обвинение: "Россия стремилась восстановить свое господство в регионе и недопустить туда силы извне, в частности, США и Турцию. Россия хочет доминировать вАрмении и Азербайджане по ряду причин. Самая очевидная из них та, что Москва хочетвосстановить контроль над бывшей советской границей с Турцией и Ираном и получитьдолю в нефтяных богатствах Азербайджана. Для достижения этих целей Россия оказываладавление на Азербайджан, вынуждая его согласиться с возвращением российских войск вкачестве контингента, разъединяющего воюющие стороны и для охраны границ, чтобыобеспечить участие России в нефтяных концессиях, полученных западными компаниями.В качестве инструмента давления русские использовали неявную, но эффективнуюугрозу: в случае неповиновения Азербайджана Россия усилит поддержку Армении(российские войска там уже размещены), что для азербайджанцев имело быкатастрофические военные последствия" (20). На это Казимиров возразил, что Вашингтон так настойчиво выдавливает Россию изрегиона, что, похоже, рассматривает достижение мира в Нагорном Карабахе как вопросвторостепенной важности: "Бывший представитель США в Минской группе, игравшийодно время "первую скрипку" в ее деятельности, в своих заметках и статьях довольнооткровенно пишет о том, что надо было "сдерживать" Россию в ее "неоимперскихамбициях", причем не делает исключений даже для прекращения огня. Запискиамериканского посла со всей очевидностью показывают, что в подходе Вашингтонапрекращение огня не имело самостоятельной ценности, а было лишь элементом в крупнойгеостратегической игре, нацеленной на снижении роли России в Закавказье" (21).В период 1993-1994 годов американское участие в решении карабахской проблемы быломинимальным. 30 ноября 1993 года швед Ян Элиассон сменивший Марио Рафаэлли напосту председателя Минской группы, решил в меньшей степени полагаться насовместную работу группы в целом и чаще ездить в регион для прямых переговоров ссторонами. Это уменьшило роль США в Минской группе и, соответственно, усилиловлияние России. Джон Мареска ушел с поста представителя США в Минской группе.Это был период, когда посреднические усилия были востребованы острее, чем когда-либо:в декабре 1993 года война вступила в финальную стадию, отмеченую особо жестокимибоями.1993-1994 годы: зимнее наступлениеПоследняя фаза карабахской войны оказалась самой кровавой. "Настоящая война началась17 декабря 1993 года и продолжалась до 12 мая 1994 года, - вспоминает Тер-Петросян. -Это была война, когда обе стороны располагали настоящими армиями". По его оценке,азербайджанская армия насчитывала сто тысяч человек, а армянская - тридцать пятьтысяч. Впервые обе стороны сделали ставку на молодых неопытных призывников,которые тысячами гибли в ожесточенных боях.Большинство армянских солдат были выходцами из Армении, чьи попытки отрицать, чтоона ведет войну с Азербайджаном, уже никого не убеждали. В любом случае карабахскийармянин Серж Саркисян в августе 1993 года стал министром обороны Армении, послечего грань между воюющими силами Армении и Нагорного Карабаха окончательностерлась. В 1994 году сотрудники правозащитной организации "Хьюман райтс уотч"опросили военнослужащих на улицах Еревана. 30% опрошенных служили в регулярнойармии Армении и воевали в Карабахе (22). Азербайджан призвал в свою армию отполутора до двух с половиной тысяч афганских моджахедов. Официальные лица отрицалиих присутствие, но длинноволосые бородатые бойцы, некоторые в традиционнойафганской одежде, так часто появлялись в Баку, что их участие в боевых действиях былосекретом полишинеля (23).Ожесточенные бои возобновились в декабре 1993 году. Армяне попытались продвинутьсяк востоку от Физули, но столкнулись с беспрецедентным сопротивлением и вынужденыбыли отступить. После этого Азербайджан атаковал на трех фронтах. Наступление насеверо-востоке Нагорного Карабаха вынудило армян оставить ряд поселков вМардакертском районе. На юго-востоке Азербайджан 6 января вернул железнодорожныйразъезд Горадиз на Араксе и продвинулся на север в сторону Физули. Крупнейшее азербайджанское наступление состоялось в новом 1994 году на северо-западе. Эта кампания, ставшая самой кровавой за всю историю карабахской войны,меньше всего освещалась прессой (24). Наступление развернулось в условиях жестокойзимы на опустошенной территории, которую покинуло все гражданское население. Ононачалось, когда крупные войсковые силы переправились через высокие Муровские горы иОмарский перевал и двинулись в Кельбаджарский район. Поначалу азербайджанцы,которым на поле боя противостояли необученные призывники армянской Ванадзорскойдивизии, добились быстрого успеха. 24 января они объявили об окружении и почтиполном уничтожении армянского батальона численностью 240 человек близ поселкаЧарплы.К первой неделе февраля азербайджанцы вплотную приблизились к городу Кельбаджар.Однако они уже сильно оторвались от своих тыловых позиций, оставшихся по ту сторонуМуровских гор, а армяне уже успели подтянуть для укрепления своих позиций болееопытные части из Карабаха. 12 февраля армяне под сильным снегопадом перешли вконтратаку. Азербайджанцы в панике бросились отступать, и в ходе этого отступлениясотни молодых солдат замерзли до смерти или пропали без вести. К 18 февраляазербайджанские части отступали через Омарский перевал.Две азербайджанские бригады оказались в окружении и попытались с боями прорватьсяна север через узкий перевал. Армяне обрушили на окруженные части шквальный огоньракет "Град". Результат этого обстрела был ужасающий: в этой атаке они вероятно,уничтожили до полутора тысяч солдат. Спустя несколько лет те, кто посещалКельбаджарский район, находили в горах замерзшие трупы. Позже армяне собрали сотнивоенных билетов молодых азербайджанских солдат, погибших на Омарском перевале.Съемочная группа армянского телевидения засняла одну из самых щемящих иллюстрацийтой войны: ворох красных военных билетов, вываленных на длинный деревянный стол, -единственное, что осталось от десятков погибших молодых азербайджанцев.В результате зимней кампании 1994 года линия фронта переместилась не так заметно, какпосле предыдущих наступательных операций, так как Азербайджану удалось отбить лишьнебольшие части своей территории на севере и юге. Однако список потерь выроссущественно: азербайджанцы в ходе этой операции потеряли около 4 тысяч человек, аармяне - около 2 тысяч человек. (25)На пути к прекращению огняВ феврале 1994 года, когда боевые действия были в самом разгаре, шведскийпредседатель Минской группы Ян Элиассон и российский представитель ВладимирКазимиров совершили ряд поездок в регион. Теперь они фактически стали соперниками.Позднее Казимиров вернулся в регион вместе с российским заместителем министраобороны Георгием Кондратьевым, который рассматривался как возможный командующиймиротворческими силами во главе с Россией.Есть предположения, что российские военные продолжали играть на обе стороны,стараясь добиться выгодного для себя мирного соглашения. Армяне предполагают, чтоАзербайджан получал военную помощь от России зимой 1993-1994 годов. Как сказалодин армянский правительственный чиновник, "Россия хотела помочь Алиеву, привязавего к российской колеснице". В последнюю неделю января 1994 года Левон Тер-Петросян отправился в Санкт-Петербург на торжества по случаю пятидесятилетия снятия блокады Ленинграда.Согласно двум армянским источникам (хотя сам Тер-Петросян отказался подтвердить ихслова), президенту Армении было необходимо добиться от России новых поставоквооружений. Чтобы встретиться с Ельциным с глазу на глаз, он отправился на балетныйспектакль в Кировский театр. Ему удалось добиться личной встречи с Ельциным идоговориться об увеличении поставок оружия, что помогло укрепить потрепанныепозиции армян.С азербайджанской стороны отрудник администрации президента Эльдар Намазоввспоминал, как в начале 1994 года был в кабинете Алиева в Баку, когда Казимировпредупредил, что если азербайджанцы откажутся сотрудничать, то рискуют потерять ещебольше территорий. "Казимиров прибыл в Баку и стал угрожать, что если вы не допуститеразмещения батальонов российских миротворческих сил между позициями армянской иазербайджанской армий, то армяне в течение месяца овладеют Гянджой, Тертером,Бардой и железнодорожной веткой на Грузию" (26). Армяне действительно развернули насеверо-западе новое наступление в направлении Тертера и Барды. Но каждая атакаприводила к гибели многих необученных призывников. Этот факт вынуждал их осознать,что настало время заключать соглашение о прекращении огня.4-5 мая парламентские делегации стран СНГ собрались в киргизской столице Бишкеке. Наэтой встрече присутствовал и Карен Бабурян, спикер карабахского парламента. По итогамвстречи был выработан официальный документ, "Бишкекский протокол", который"призвал все конфликтующие стороны [в Нагорном Карабахе] вновь прислушаться кголосу разума: прекратить огонь в полночь с 8 на 9 мая". Под протоколом подписалисьшесть человек, в том числе Казимиров и два официальных лица из Армении.Внимание присутствующих теперь было обращено к руководителю азербайджанскойделегации, заместителю спикера парламента Афиятдину Джалилову. Но он не сталподписывать документ, сославшись на необходимость получить сначала одобрениепрезидента Алиева. Азербайджанское руководство встало перед непростым выбором.Подписание протокола давало прекрасный шанс добиться мира, но тогда ему пришлосьбы умерить свои военные амбиции и столкнуться с острым недовольством внутри страны.В Бишкеке было решено, что пока Джалилов проводит консультации с Алиевым, поддокументом останется свободное место для его подписи.Во время встречи в Бишкеке Алиев находился в Брюсселе. После его возвращения домой8 мая, Казимиров также вылетел в Баку, где встретился со всеми высшимируководителями Азербайджана. В ходе бурной встречи в кабинете Алиева спикерпарламента Расул Гулиев был во главе сторонников подписания Бишкекского протокола.В конце концов был выработан консенсус, что Азербайджан подпишет документ приусловии, что в тексте будут сделаны две мелких поправки и под документом будет такжестоять подпись лидера азербайджанской общины Карабаха Низами Бахманова. Сталиискать Бахманова, но его в Баку не оказалось, поэтому он и не смог поставить своюподпись. И тогда Гулиев один подписал "Бишкекский протокол" (27). Позднее Гулиев поссорился с Алиевым и переехал в Нью-Йорк. Неудивительно поэтому,что в рассказе о том, как он подписал документ о прекращении огня, Алиев предстает внелестном свете. Как вспоминал Гулиев, он только что вернулся с передовой в Тертере,где лично убедился в том, что азербайджанские позиции находятся в критическомположении. Это убедило его в том, что Азербайджану необходимо прекращение огня. Поубеждению Гулиева, Алиев намеренно занял тогда двусмысленную позицию. "[Алиев] несказал мне ни "да", ни "нет". Я посчитал, что нам нужно подписать его" (28). То, чтопризыв к прекращению огня подписали спикеры парламентов, конечно, было на рукупрезиденту, которому предстояло выдержать шторм критики со стороны оппозиции.Алиев выждал несколько дней, пока не прошла буря, а потом публично поддержалсоглашение о прекращении огня.После того, как принципы прекращения огня были приняты обеими сторонами, всталазадача их практической реализации. Это было достигнуто посредством, как выразилсяКазимиров, "факсовой дипломатии", которая проводилась из его московского кабинета.Азербайджанский министр обороны Мамедрафи Мамедов подписал 9 мая в Бакуофициальное обязательство соблюдать перемирие. На следующий день в Ереване своюподпись под тем же документом поставил армянский министр обороны Серж Саркисян.Самвел Бабаян, командующий силами карабахских армян, подписал документ вСтепанакерте 11 мая. В полночь с 11 на 12 мая 1994 года соглашение о прекращении огнявступило в силу и,- несмотря на первоначальные сложности - стало соблюдаться.Павел Грачев затем приступил к выполнению части соглашения, касающейся ввода в зонуконфликта контингента российских миротворцев численностью 1,8 тысяч человек. Онпригласил в Москву трех военных руководителей: Мамедова из Азербайджана, Саркисянаиз Армении и Бако Саакяна, представлявшего Нагорный Карабах (его усадили отдельноот других делегаций). В начале встречи Грачев настоял на том, чтобы все трое подписалисоглашение о прекращении огня, видимо, не придавая значения тому, что соглашениеКазимирова действовало уже четыре дня. Его бесцеремонная и агрессивная лексикарассердила Мамедова, и тот отказался поддержать план Грачева. Министр обороны, пословам Казимирова, "не всегда считался с тем, что делают дипломаты - он был сам себемиротворец". Азербайджанское руководство подтвердило свою приверженность режимупрекращения огня, но не согласилось на ввод российских войск в качествемиротворческих сил.Перемирие 12 мая 1994 года отражало реальности конфликта. И армяне, и азербайджанцыбыли истощены войной. Азербайджан, потерявший тысячи людей и добившийсянезначительных успехов на фронте, согласился с необходимостью прекратитькровопролитие, но не мог смириться с присутствием российского воинского контингента.Это привело к необычной ситуации на линии прекращения огня, которая в отсутствиенейтральных сил по поддержанию мира, стала, по сути, самоконтролируемой. Армянебыли заинтересованы не столько в размещении миротворческих сил как таковых, скольков сохранении укрепленной линии фронта. По словам Роберта Кочаряна, "мы самымсерьезным образом начали думать о [перемирии], когда вышли на рубежи, на которых мымогли организовать серьезную оборону Карабаха" (29). Этого они добились, захвативпочти весь юго-западный сектор Азербайджана - зону, которая, включая и НагорныйКарабах, составляет почти 14% официально признанной территории Азербайджана. Вусловиях действующего режима прекращения огня, но в отсутствие подписанного обеимисторонами политического соглашения, конфликт вступил в странную фазу "ни войны, нимира". Бои прекратились, но фундаментальные проблемы конфликта оставалисьнерешенными. Примечания1. Goltz, Azerbaijan Diary, pp. 413-414; Арутюнян. События, том V, стр. 252-253.2. Информация о 33 батальонах была предоставлена Арифом Юнусовым.3. Интервью с Бабуряном 7 октября 2000 г.4. Интервью с Кочаряном 25 мая 2000 г.; интервью с Казимировым 1 декабря 2000 г.;интервью с Тофиком Зульфугаровым 9 ноября 2000 г.5. Интервью с Манучаряном 15 октября 2000 г.6. Интервью с Агаевым 25 ноября 2000 г. По словам Агаева, Бабаян был арестован послекриминальной "разборки" в Аскеране, во время которой он застрелил в кафе двух братьев-армян.7. Интервью с Гукасяном 7 октября 2000 г.8. Сообщено Вазгеном Манукяном в интервью 15 октября 2000 г.9. Maresca, "Lost Opportunities", p. 475.10. Состав "Минской группы" менялся с течением времени. В 1992 г. первоначально в неевходили Белоруссия, Чехословакия, Франция, Германия, Италия, Россия, Швеция, Турцияи Соединенные Штаты, а также Армения и Азербайджан. К 2000 г. вместо бывшейЧехословакии в нее вошли Австрия, Финляндия и Норвегия.11. Интервью с Гулузаде (на английском языке) 28 ноября 2000 г.12. Интервью с Тер-Петросяном 24 мая 2000 г.13. Maresca, "Lost Opportunities", p. 482.14. Ibid. Покинув "Минскую группу", Рафаэлли попал в число политических деятелей,вызванных в суд для дачи показаний в связи с расследованием дел о коррупции.15. Интервью с Осканяном 13 декабря 2000 г.16. Интервью с Хаджизаде 15 ноября 2000 г.17. Интервью с Гулузаде 28 ноября 2000 г.18. Арутюнян. События, том V, стр. 317.19. Казимиров. Россия и "Минская группа".20. Maresca. "Agony of Indifference in Nagorno-Karabakh", p. 83.21. Казимиров. Карабах. Как это было, стр. 49.22. Human Rights Watch. Azerbaijan, Seven Years of Conflict, pp. 67-73. 23. ibid. p. 46.24. Описание Кельбаджарской кампании основано на информации, предоставленнойбывшим пресс-секретарем министерства обороны Азербайджана Азадом Исазаде иТиграном Хзмаляном, бывшим тогда корреспондентом программы "Вести" российскоготелевидения и работавшим в расположении армянских войск.25. Данные предоставлены Арифом Юнусовым.26. Интервью с Намазовым 14 ноября 2000 г. Сам же Казимиров отрицает, что когда-либоугрожал азербайджанцам.27. Интервью с Казимировым 1 декабря 2000 г.28. Интервью с Гулиевым 13 сентября 2000 г.29. Интервью с Кочаряном 25 мая 2000 г.