Новая жизнь
Чимин думал, что вчера был самый счастливый день в его жизни. Выпускной, море цветов, улыбка парня на заднем плане и чувство, что будущее наконец-то открывает перед ним двери.
Но уже на следующее утро всё рухнуло.
«Прости, я встретил другого», - гласило сообщение от того, кому он доверял два года. Чимин просто выключил телефон и поплёлся на работу, надеясь, что там его ждёт хоть какая-то стабильность.
Не дождалась.
Начальник встретил его с папкой в руках. «Чимин, это серьёзно. Твоё подписание контракта... оно подделано. Кто-то подставил тебя, подсунул фальшивые документы. Прости, но компания не может рисковать. Ты уволен».
Не помогла ни одна просьба о пересмотре. Чимин вышел на улицу, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Одиночество, предательство, безденежье. Он еле дошёл до своей съёмной квартиры, борясь с желанием разреветься прямо посреди тротуара.
Ключ повернулся в замке, и Чимин застыл.
В его гостиной, закинув ногу на ногу, сидел незнакомый мужчина. Идеальный костюм, холодные глаза, рука casually поглаживает подлокотник кресла. Чимин хотел закричать, вызвать полицию, но гость опередил его.
- Пак Чимин, - голос низкий, спокойный. - У меня мало времени, поэтому слушай внимательно. Меня зовут Мин Юнги. Я работаю на Чон Чонгука. И твоя жизнь только что спаслась, потому что я решил прийти лично. Собирай вещи. Самые необходимые. Завтра в шесть утра мы вылетаем.
- Что?.. - только и выдохнул Чимин.
- Тебя подставили не случайно, - Юнги даже не шелохнулся. - Это было началом большой игры. Твой бывший парень, твой бывший начальник - всё звенья одной цепи. И если ты хочешь выжить и взять реванш, ты поедешь со мной. Учиться. У нас мало времени - пара месяцев, чтобы превратить тебя в того, кого будут бояться и уважать.
Чимин не знал, кто такой Чон Чонгук. Не знал, во что ввязывается. Но смотреть в эти спокойные, стальные глаза было страшнее, чем остаться в пустой квартире наедине с разбитым сердцем и пустым кошельком.
Он кивнул.
---
Два месяца спустя
Интенсив был адским. Чимин учился всему: языку жестов, переговорам, психологии, обороне и атаке. Каждое утро начиналось с боя, каждый вечер заканчивался разбором его ошибок. Но Юнги не хвалил просто так. А если говорил «неплохо» - это было высшей похвалой.
Чимин больше не был тем растерянным выпускником. Его взгляд стал острее, плечи - шире, а внутри поселилась тихая, опасная уверенность.
- Ты готов, - сказал Юнги однажды утром, бросив на стол приглашение. - Сегодня у тебя встреча. И первое знакомство с теми, кто решил твою судьбу два месяца назад.
Чимин надел чёрный костюм, который Юнги выбрал для него, и взял в руки папку с досье.
Он шёл не мстить. Он шёл показать, кем стал.
И кто знал, что на этой же встрече он впервые увидит самого Чон Чонгука - человека, чей взгляд заставит Чимина забыть, что когда-то его сердце уже разбивали.
Теперь сражения будут другими.
----
Чимин даже не заметил, как они подъехали. Здание в центре Сеула не кричало о богатстве - оно излучало власть. Никакой вывески, только чёрный вход, сканер сетчатки у дверей и коридоры, в которых их шаги тонули в мягком ворсе ковролина.
- Не нервничай, - бросил Юнги через плечо. - Ты готов.
- Я и не нервничаю, - соврал Чимин, сжимая папку с досье так, что побелели костяшки.
Юнги усмехнулся. Он знал правду, но спорить не стал. Они остановились перед лифтом, выложенным чёрным зеркальным камнем. На кнопке не было ни номера этажа, ни названия - просто серебряная точка.
- Это только для своих, - пояснил Юнги, прикладывая ладонь к панели. Лифт бесшумно открылся.
Чимин шагнул внутрь, чувствуя, как где-то глубоко в животе разгорается холодок. Два месяца тренировок, пота и бессонных ночей - сейчас всё это должно было выстрелить.
Двери открылись в огромный холл. Панорамные окна открывали вид на весь город. Хрустальные люстры, белый мраморный пол, и посреди этого великолепия - длинный стол, за которым сидели четверо.
Чимин узнал их сразу.
Тот самый начальник, который уволил его «из-за поддельных документов». Бывший парень, который бросил на следующий день после выпускного. И двое неизвестных мужчин в серых костюмах - явно юристы или советники.
- Чимин? - бывший поперхнулся кофе. - Ты... что ты здесь делаешь?
- Здравствуй, Ынхёк, - Чимин улыбнулся той улыбкой, которой научился у Юнги: ничего личного, всё по делу. - Соскучился?
Начальник заёрзал. Его лицо покрылось красными пятнами.
- Это частная встреча, - просипел он. - У вас нет приглашения!
- О, есть, - Чимин положил на стол папку. - Это полный отчёт. Два месяца назад вы подставили меня, чтобы прикрыть свою схему с откатами. Ынхёк подтвердил показаниями за пятьдесят миллионов вон. А ещё здесь рекомендация от господина Чон Чонгука о моём праве на первый ход.
Тишина. Такая плотная, что Чимин услышал, как кто-то из юристов сглотнул.
- Чон Чонгук? - начальник побледнел. - Тот самый...?
- А вы знаете другого? - раздался голос сзади.
Чимин обернулся. Он ожидал увидеть что угодно - охранников, ещё одного советника, даже самого Юнги. Но не это.
Из тени колонны вышел мужчина. Молодой, но с таким взглядом, будто он уже прожил три жизни. Чёрный костюм сидел на нём как броня. Тёмные волосы падали на глаза, а губы изогнулись в лёгкой, опасной улыбке.
- Чон Чонгук, - представился он и протянул руку Чимину. - Прости, что не встретил сразу. Хотел посмотреть, как ты справишься сам.
Чимин пожал его ладонь. Сильное, сухое рукопожатие. И почему-то по коже побежали мурашки, не имеющие никакого отношения к страху.
- Пак Чимин, - ответил он, стараясь, чтобы голос не дрогнул. - Ваш должник. Буквально.
Чонгук засмеялся - тихо, раскатисто.
- Должник? Нет, Чимин. - Его пальцы чуть задержались на запястье Чимина дольше положенного. - Сегодня ты забираешь свой долг обратно. С процентами.
Он наконец отпустил его руку и повернулся к столу. Улыбка исчезла так же внезапно, как и появилась. Вместо неё - лёд.
- Итак, господа, - Чонгук опустился в кресло во главе стола, жестом приглашая Чимина сесть справа от себя. - У вас ровно тридцать секунд, чтобы объяснить, почему я не должен отдать вас полиции, а ваши активы - Чимину.
Бывший парень попытался встать, но ноги его не слушались. Начальник забормотал что-то про «честную ошибку».
Чимин смотрел на них и не чувствовал ровным счётом ничего. Только тихое удовлетворение и удивление от того, как близко сидит к нему этот опасный, красивый мужчина.
Юнги, стоя у выхода, едва заметно кивнул.
«Молодец, - говорил этот кивок. - Добро пожаловать наверх».
Когда встреча закончилась (полицией, признанием и актом передачи компенсации), Чимин вышел на балкон подышать. Ночной Сеул горел огнями. Внутри всё дрожало, но это была уже не слабость.
- Ты хорошо держался, - раздалось за спиной.
Чимин не обернулся - узнал голос Чонгука.
- Вы меня даже не знаете, - тихо сказал Чимин. - Зачем всё это? Зачем рисковать репутацией ради какого-то выпускника с разбитым сердцем?
Чонгук встал рядом. Их разделяли всего несколько сантиметров.
- А кто сказал, что я рискую? - он наклонился чуть ближе, и Чимин почувствовал запах дорогого парфюма. - Я инвестирую. И я никогда не ошибаюсь в людях.
Он протянул визитку. Чёрный картон, золотые буквы: «Чон Чонгук. Личный номер».
- Ты готов, Чимин. Остальное - дело времени. И, - Чонгук улыбнулся краем губ, - знакомства мы уже начали. Не торопись только с выводами.
Он развернулся и ушёл, оставив Чимина на балконе с визиткой в руке и странным, сбивчивым пульсом.
Выводы? Чимин пока не знал, какие выводы делать. Знал только одно: его жизнь действительно только началась. И тот, кто разбил ему сердце, был просто разминкой перед настоящей игрой.
Той, где на кону стоит уже не только карьера.
Спустя три дня после встречи
Чимин не спал третью ночь подряд.
Не потому, что боялся - страх ушёл ещё две недели назад, когда он впервые поставил тренера по рукопашному бою на лопатки. Причина была хуже. Гораздо хуже.
Чон Чонгук.
Он поселился в голове Чимина без арендной платы, как самый наглый сосед сверху: топал в три часа ночи, включал музыку и не собирался выезжать.
«Не торопись с выводами», - сказал тогда Чонгук. Но сам же дал личный номер. Сам же смотрел так, что у Чимина подкашивались колени. Сам же вчера прислал курьера с новым гардеробом - «для следующей встречи», как гласила записка.
А следующая встреча была сегодня.
Чимин стоял перед зеркалом в ванной, разглядывая тёмные круги под глазами.
- Ты похож на панду, - бесстрастно заметил Юнги, появившийся в дверях без единого звука. - Панду, которого собираются скормить акуле.
- Спасибо за поддержку, Юнги-ши.
- Я честен. Чонгук ждёт внизу.
Чимин замер.
- Внизу? В смысле - внизу?
- В смысле - в машине под твоими окнами. Уже полчаса. Он предпочитает ждать, а не звонить. Считает это изящным.
Чимин выругался сквозь зубы, схватил пиджак и вылетел из квартиры, попутно пытаясь пригладить непослушные волосы.
На улице его ждал чёрный «Мерседес». Тонированные стекла, бесшумный двигатель. Чимин потянул заднюю дверь, и она открылась сама.
Внутри, на кожаном сиденье, развалился Чонгук. Без пиджака, в расстёгнутой белой рубашке, с бутылкой воды в руке. И с этой своей вечной полуулыбкой, которая могла означать что угодно - от «я рад тебя видеть» до «я знаю, где ты прячешь трупы».
- Садись, - кивнул он на место рядом. - Поедем завтракать.
- Завтракать? - Чимин сел, стараясь не задеть локтем Чонгука. Машина была просторной, но мужчина сидел ровно посередине, будто специально. - Мы куда-то едем?
- В одно место. Я люблю там тишину. И кофе. Ты любишь кофе?
- Люблю.
- Хорошо. - Чонгук постучал по перегородке, и водитель плавно тронулся. - Тогда молчи до приезда. Я тоже молчу. Это будет наше молчаливое свидание.
Чимин поперхнулся воздухом.
- Свидание?
- Слово не понравилось? - Чонгук повернул голову, и в этот момент утреннее солнце упало на его лицо. Чёрные глаза, длинные ресницы, родинка под губой. - Могу назвать это «стратегическим бриффингом в неформальной обстановке».
- Оставьте «свидание», - выдохнул Чимин прежде, чем успел подумать.
Чонгук улыбнулся - на этот раз тепло, почти неопасно.
- Договорились.
---
Место оказалось маленькой кофейней на крыше старого здания. Никакой вывески, никаких посетителей - только они двое, два стула у стеклянного парапета и город внизу, ещё сонный, ещё не проснувшийся до конца.
Чонгук принёс кофе сам. Чимин попробовал - идеальный латте, его любимый, хотя он никогда не говорил об этом вслух.
- Юнги рассказал, - пояснил Чонгук, угадав его мысль. - Я прошу своих людей знать о тебе всё. Не обижайся.
- Не обижаюсь. - Чимин отхлебнул ещё. - Лучше скажите... зачем я вам?
Вопрос повис в воздухе. Чонгук некоторое время молчал, крутя чашку в руках.
- Ты хочешь честно?
- Да.
- Тогда так. - Он поставил чашку на стол и посмотрел прямо в глаза. - Я увидел твоё фото за два дня до того, как Юнги пришёл к тебе. Твоё выпускное фото. Знаешь, что меня поразило?
Чимин молчал. Сердце стучало где-то в горле.
- Ты улыбался, - сказал Чонгук. - Искренне. Даже зная, что завтра тебя бросят и уволят. Ты ещё не знал этого - но в твоей улыбке не было страха. Была надежда. Знаешь, как редко я вижу надежду в людях?
- И поэтому вы спасли меня?
- Я не спасал. - Чонгук наклонился ближе, и теперь их разделяло всего несколько сантиметров. - Я поставил на тебя. Потому что такие люди, как ты - с разбитым сердцем и чистыми глазами - либо ломаются, либо становятся сильнее тех, кто их сломал. Ты стал сильнее. Я хочу, чтобы ты был рядом.
- Рядом в каком смысле? - голос Чимина сел.
Чонгук протянул руку и очень осторожно, словно боясь спугнуть, убрал прядь волос с его лба.
- В прямом, Чимин. Я не умею ходить вокруг да около. Ты мне нравишься. Не как проект, не как протеже. Как мужчина. И я хочу узнать, нравлюсь ли я тебе. Но без спешки. Ты недавно вышел из отношений - я уважаю это. Поэтому сегодня просто кофе. Завтра - просто прогулка. А дальше - как пойдёт.
Чимин смотрел на него и не мог дышать.
Чон Чонгук - опасный, холодный, расчётливый человек, которого боятся пол-Сеула - сидел перед ним в расстёгнутой рубашке, с растрёпанными волосами и предлагал... кофе? Просто кофе?
- Вы нравитесь мне, - выпалил Чимин. - Сильно. Но я боюсь.
- Чего?
- Что вы тоже меня бросите.
Тишина затянулась. А потом Чонгук сделал то, чего Чимин не ожидал: он рассмеялся. Не холодно, не насмешливо - а так искренне, что в уголках глаз появились морщинки.
- Чимин, - сказал он, отсмеявшись. - Я ждал тебя три дня под твоими окнами, потому что не мог придумать повод позвонить. Я привёз тебя сюда, потому что в ресторане шпионы моего врага. Я впервые в жизни говорю человеку «без спешки», хотя внутри всё горит. И ты боишься, что я тебя брошу?
Он взял ладонь Чимина в свою.
- Если я вкладываюсь в человека - я иду до конца. В бизнесе. В жизни. И в чувствах. Так что успокойся. Ты теперь моя проблема. Надолго.
Чимин посмотрел на их переплетённые пальцы, потом снова на Чонгука. Рассвет разгорался за его спиной, и на секунду Чимин подумал: «Кажется, я влип. В хорошем смысле».
- Хорошо, - кивнул он. - Тогда кофе. Потом прогулка. А потом...
- А потом, - подхватил Чонгук, поднимая чашку, - ты расскажешь мне, почему боишься не меня, а своего собственного счастья. И я попробую тебя переубедить.
Они чокнулись чашками. Чимин улыбнулся - впервые за эти два месяца по-настоящему, без примеси горечи.
Юнги, сидевший в машине внизу и наблюдавший за ними через дрон, вздохнул и набрал сообщение:
«Босс, вы влюблены. Поздравляю. Охрану усилить?»
Чонгук прочитал, хмыкнул и ответил одним словом:
«Вдвое».
Продолжение следует...